Название книги:

Пинок сонетов (2020)

Автор:
Тарас Валерьевич Опарик
Пинок сонетов (2020)

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

«Было тихо и я один…»

 
Было тихо и я один.
Ночь чернела, фонарь был светел.
В глотке ком из стихов бродил,
в голове перекрыли вентиль.
Что теперь Вам мой шаткий дом?
Лишний раз не придёте, знаю.
Приглашал, пока был шутом,
а теперь не паяц, а заяц.
Убегаю, трясусь, боюсь.
Чем завлечь и развлечь – поди ты
знай. Мне легче шмыгнуть под куст,
чем мостить золотою плиткой
к сердцу лёгкий прямой подход.
Продирайтесь, пожалуй, сами.
Сквозь запущенный огород,
сплошь заросший травой с кустами.
Там найдётся вино и хлеб.
Что там – сам я на блюде подан.
Звенья дней плетут цепи лет.
Никого. И придёт ли кто-то?
 

«Познание, как известно, начинается с удивления…»

 
Познание, как известно, начинается с удивления.
Удивление, что всё ещё в руках фараоновых.
Новый день – протокол, подписанный под давлением.
Наказание: «счастье и стабильность условно».
Большому Брату ты, как ни странно, не нужен
У стен нет ушей и глаз, исключается мистика.
Старший товарищ с дубиной не станет слушать
И превратит тебя в галочку для статистики.
Город уснул, просыпается только мафия.
В меню: журналисты и пара бокалов «лагера».
Статья с окном, где должна была быть фотография.
Где должна была быть страна – территория лагеря.
Тех, кого «полечили», поздравят с выпиской,
С пачкой рецептов «на жизнь», измусоленной пальцами.
Ох, как далёк исход из земли египетской,
Но воды моря, я слышу, уже расступаются.
 

В тумане

 
Волею судеб я стал колючий.
Мог, вероятно, быть и пушистей.
Но приключился несчастный случай.
И, вуаля, я – клубок иглистый.
Что же, и с этим смириться можно.
Будет полезен сей острый навык.
Это такой индикатор мощный
тех кто у сердца и тех, кто – нафиг.
 
 
Первым сложнее, я точно знаю.
Каждый захочет обнять страдальца.
После, конечно, недоумевают:
"Ах, почему у нас кровь на пальцах?"
Нет, ну конечно, не раз за разом
(Я бы чурался такой привычки).
Только бывает ведь: пара фраз и
люди вспыхивают как спички.
 
 
Я выбираю иное "дао".
В силу скованности движенья,
мне бы в покое затмить удава,
всех поражая таким "у-вэем".
И представляю: сложил в клубочек
всё, что не смог унести в кармане.
Вышел из дома чуть ближе к ночи
и потихоньку бреду в тумане.
 
 
И вот итог всех моих стремлений,
понятный не каждому человеку:
я спокоен, ловлю теченье.
Я – просто ёжик. Я упал в реку.
 

«Там где голос к свету приравняв…»

 
Там где голос к свету приравняв,
быть во мраке тишины устали.
Прорастало слово как сорняк,
заполняя пропуски в уставе.
Раздвигая скучный букворяд,
заслоняло то, что раньше было.
Ведь чем больше Слово говорят,
тем быстрей оно накопит силы.
 
 
Был для него труден сей процесс,
всё бы ему в песенки, да в басни.
Но чем больше к СЛову интерес,
тем оно становится прекрасней.
Через камень страха, через боль
пробивалось и смогло пробиться.
Взять его пытались под контроль
всякие ответственные лица.
 
 
И когда с потрескавшихся губ
падало истерзанное СЛОво,
на него накладывали жгут
и в толпу людей бросали снова.
А когда у них отняли флаг,
разорвали и казалось словно
всё в труху и наперекосяк,
вместо флага тоже было СЛОВо.
 
 
Может быть останется один,
и уставший по земле багровой
до конца дойдёт и победит,
донеся доверенное СЛОВО.
 

Морфемы

 
Чертил морфемы пальцем на стене:
Вот корень «жизнь» – мы однокоренные
Со всеми, кто стремился стать сильней
Пока другие мямлили и ныли.
Знак суффикса напоминает дом
С классической двускатною вершиной.
Он каждому необходим и в нём
Мечтает каждый, чтобы всё свершилось.
В основе мы привыкли выделять
Любовь и веру, может быть здоровье —
Всё это, безусловно, у руля,
Но и поступок также есть в основе.
Ряды нулей, что после единиц —
Известная символика достатка.
Конечно, с ними лучше, чем без них,
Но это дополнение, приставка.
И всякий, кто от корня брал исток,
Каким путём ни шёл бы он по свету,
Находит окончание – итог,
Закончив упражнение на этом.
 

«Давайте будем кричать…»

 
Давайте будем кричать,
Пока это ещё дозволено.
Молчание – ложное золото,
Когда люди горят в печах.
Смеяться сейчас не грех.
Но я вопрошаю: до смеха ли,
Когда твари гремят доспехами
И бьют без разбору всех?
И главный у них не палач —
Палачу отдавали виновного.
А здесь мы на бойню овнами
Несёмся под вечный плач.
Никто не хотел, поверь,
Ворота открыть над бездною.
Но пали замки железные
и вышел наружу зверь.
Мы пока не нашли ключа,
Вера еле сдвигает камушек,
Но молчание давит на уши,
Так давайте хотя бы кричать.
 

Издательство:
Автор
Поделиться: