Название книги:

Позывной «Душман»

Автор:
Александр Леонидович Аввакумов
Позывной «Душман»

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Павел на секунду задумался.

– Тогда, я продолжу искать этот товар дальше. Мне сегодня нужно еще встретиться с Богомоловым, это друг убитого. Они раньше работали вместе, но затем разбежались в разные стороны. Может он, что интересного мне расскажет об убитом?

– Давай, встречайся. Только не забудь, что сегодня в семь часов вечера нас с тобой ждут в городской прокуратуре. Там будет заслушивание по этому делу, так, что готовься к отчету.

После обеда Лавров встретился с Богомоловым. Они седели в небольшом турецком кафе на улице Баумана, и он не торопясь, рассказывал Павлу о причинах раскола их совместного бизнеса.

– Вы знаете, я не мог дальше работать с Корнеевым. Для него не было авторитетов ни среди представителей криминального мира, ни среди чиновников. Однажды, это было с полгода назад, к нам в офис приехали ребят с улицы Халева. Они предложили нам свою «крышу». Однако, Корнеев неожиданно для меня, отказался от их услуг. А, вечером у нас сгорело два киоска. Я еще тогда понял, что нам нужно расходиться, так как с ним работать дальше было бесперспективно. Мне было проще заплатить деньги, чем вообще рисковать своим бизнесом.

– А, что было потом, после того, как вы разошлись? Вас, наверное, интересовали дела бывшего своего товарища по бизнесу? – спросил Лавров у него.

– А, ничего? Я просто ушел от него и занялся своим бизнесом. Последний раз я видел Корнеева перед его поездкой в Москву. Дела шли у него неважно. Он сидел на «счетчике» у «Жана» и не знал, как с него соскочить. Он готов был взять большой кредит, чтобы рассчитаться с «Жаном», но тому не нужны были деньги. Его, как я понял, не интересовал бизнес Корнеева, его больше привлекал его коттедж, который тот два года назад купил в Песчаных Ковалях, а также его машина, а если точнее «Мерседес».

Богомолов замолчал и посмотрел на Лаврова, ожидая по всей вероятности очередных вопросов.

– Вы знаете Богомолов, но жена Корнеева ничего мне не рассказывала, в частности не о машине, не о коттедже? Вам не кажется это странным?

– Ее понять можно. Она просто напугана всем этим. Я два дня назад видел машину Корнеева. На ней теперь ездит «Канадец», это один из ближайших людей «Жана». А, вот что с коттеджем, я сказать не могу. Я не удивлюсь, если дом и машина сейчас находятся в личной собственности «Жана». Вы же сами великолепно знаете, как это все делается. Пишется генеральная доверенность на управление имуществом с правом продажи. Все это можно оформить в течение двух дней при наличии своего нотариуса. Так, что проверьте, кто теперь является собственником машины и коттеджа и все сразу встанет на свои места.

– Если я тебя правильно понял, то ты считаешь, что его могли убить люди «Жана»?

Он испугано посмотрел по сторонам, а затем, понизив голос до шепота, произнес:

– Заметьте, я вам этого не говорил. Вы, сами догадались об этом.

– А, что вы так напугались? Можно подумать, что вы открыли для меня военную тайну. Я это знал и без вас. Просто, вы лишний раз подтвердил мне мою версию.

Лавров явно блефовал, говоря о том, что он знал весь этот расклад до Богомолова. Просто, он понял, что тот испугался, что наговорил ему лишнее.

– Может это и так, но я просто не хочу оказаться на ножах у ребят «Жана». Зачем мне лишние проблемы.

Он допил свое остывшее кофе и посмотрел на часы, давая понять Лаврову, что у него больше нет времени вести эти разговоры дальше.

Павел встал из-за стола и, пожав руку Богомолову, направился к выходу. Вслед за ним кафе покинул и Богомолов.

***

Утром Лавров снова был на рынке Приволжского района. Он быстро нашел нужную ему палатку и подошел к продавщице.

– Здравствуйте. Извините, вы вчера пообещали мне принести джинсы «Монтана». Вы принесли их?

Продавщица внимательно посмотрела на него, а затем нагнулась и достала из сумки джинсы. Павел взял джинсы в руки и стал их внимательно рассматривать. Так и есть, джинсы полностью совпадали с теми, которые так долго разыскивал оперативник. Действительно, на клепке джинсов была выбита пятиконечная звезда.

– Скажите, чьи это джинсы? Я имею в виду, чье производство?

– Это американские джинсы, – коротко ответила она. – Вы будете, брать джинсы или нет?

– Скажите, а кто вам поставляет эти джинсы? – поинтересовался у нее Павел.

– Тебе это зачем? Или бери штаны, или проваливай отсюда. Ты, кто такой? Ты, что здесь все ходишь, вынюхиваешь! – стала шуметь она, привлекая к себе внимание других продавцов.

Моментально около них образовалась толпа зевак.

– Ты, что орешь? – грубо ответил ей Лавров. – Хочешь со мной поговорить? Давай, поговорим!

Он, молча, достал из кармана свое удостоверение и протянул его женщине.

– Я, из уголовного розыска. Кричать и шуметь не рекомендую.

– Ты, что мне суешь свою корочку? Мне плевать на нее хотелось! Что ты мне можешь сделать? Может, в тюрьму посадишь?

– Будешь орать, суток пять ареста получишь. Мне наплевать кто ты, женщина или мужчина. А, сейчас, быстро собирай весь свой товар, закрывай палатку и поехали со мной в милицию. Не заставляй меня применять в отношении тебя силу.

Женщина замолчала и стала быстро складывать свой товар в сумки. Заметив на рынке знакомую, она попросила ее присмотреть за товаром и молча, последовала за ним. Павел завел ее в административное здание. Увидев открытую дверь, он заглянул в помещение.

– Здравствуйте, я из милиции. Вы не подскажите, где я могу поговорить с человеком.

Из-за стола поднялся мужчина и направился к нему. Взглянув на удостоверение, он повел Лаврова в другой конец коридора. Мужчина достал ключи из кармана и открыл дверь комнаты.

– Проходите, – предложил он Павлу. – Вот поговорите здесь. Как закончите, захлопните дверь.

Он вышел из кабинета, оставив их двоих в этом небольшом по размерам помещении.

– Присаживайтесь, – предложил ей оперативник. – Паспорт у вас есть?

– Паспорта меня, нет. Не должна же я каждый день таскать его с собой?

Лавров воспринял это абсолютно спокойно и, глядя на нее в упор, произнес:

– Нет, так нет. Сейчас поедим в милицию, закроем вас на трое суток, для установления вашей личности. Этот вариант устраивает вас или нет? Что, так смотрите на меня? Пора уже знать советские законы!

Женщина испугано посмотрела на него. Сидящий перед ней сотрудник милиции, похоже, не шутил с ней. Она порылась в своей объемной сумке и вытащила из нее свой паспорт. Лавров взял его в руки и открыл. Быстро пробежав по страницам паспорта, он отложил его в сторону.

– И так, гражданка Васильева, мне захотелось вас спросить, почему у вас нет прописки в нашем городе. Судя по данным вашего паспорта, вы прописаны в Вятских Полянах Кировской области. Как вы оказались здесь в Казани и где вы живете?

Лицо женщины покрылось красными пятнами, а руки заметно затряслись. Она молчала, так как не знала, что ответить этому сотруднику милиции. Чувство самозащиты моментально сработало в ней. Она закрыла лицо руками и громко, как плачут маленькие дети, зарыдала.

– Ну и что мне с вами делать? Может, вас действительно отправить в отдел милиции?

– Не нужно меня никуда отправлять. Спрашивайте! Я все вам расскажу.

– Это хорошо, что вы, еще не зная, о чем я вас хочу спросить, уже готовы все рассказать. Тогда у меня к вам первый вопрос. Где вы взяли эти джинсы и польские пуховики? Я не думаю, что вы их купили в Москве у гражданина Кузнецова?

– Вы знаете, эта палатка не моя. Я лишь наемный работник, что привозит хозяйка, то и продаю. Эта палатка принадлежит Хакимовой Луизе. Это ее товар, с нее и спрашивайте.

– Хорошо, второй вопрос. Скажите, когда она привезла вам этот товар?

– Если память мне не изменяет, то она его привезла в конце марта. Да, точно. Это было двадцать седьмое марта.

– Скажите, где живет ваша хозяйка? – спросил он ее.

– Она живет на улице Кирова, в двухэтажном доме. Дом, напротив Центрального колхозного рынка. Номер дома я не помню, но если вам нужно, то я могу вам его показать.

Павел посмотрел на часы и предложил ей проехать с ним на улицу Кирова.

– А, как же торговля? – спросила она у него. – Хозяйке это не понравится?

– Торговля подождет. Время еще есть и вы к обеду вернетесь на свое рабочие место.

Они вышли с рынка. Павел, остановил попутную машину и поехал вместе с Васильевой на улицу Кирова.

***

Около Центрального колхозного рынка они вышли из машины. Осмотревшись по сторонам, Васильева указала ему на дом, в котором проживала Хакимова Луиза.

– Вот в этом доме живет хозяйка, – произнесла она. – Что вам от меня еще нужно?

– Какая у нее квартира? – спросил ее оперативник.

– Я не знаю, какая у нее квартира. Я никогда не была у нее дома.

– Не врите мне Васильева, а иначе пожалеете об этом. Я еще раз спрашиваю вас, какой номер квартиры у вашей хозяйки?

Она снова предприняла попытку вырваться из цепких рук Лаврова, но, убедившись в тщетности своих попыток, сразу же, сникла.

– Вот пристал. Я же сказала, что не знаю номера ее квартиры. Визуально могу показать, а вот номер квартиры я точно не знаю.

– Вот мы сейчас войдем в дом, и вы мне лично покажите эту квартиру, – произнес Лавров. – Смотрите, если обманете, тогда сразу же уезжайте из Казани, а иначе …

Он не договорил, но Васильева уже представила, что может быть с ней.

– Я не такая набитая дура и все понимаю. Просто мне страшно. А, если Луиза узнает, что это я вам показала ее адрес? Что тогда будет со мной? В лучшем случае она выкинет меня с работы, а в худшем расскажет об этом своей «крыше». Там ребята такие, что мало никому не покажется.

– А, что у нее за «крыша»? Откуда эти ребята? Может, я их знаю?

– Да, откуда вы их можете знать? Да приезжают с ней ребятишки, то одни приедут, то другие. Чаще всего вместе с ней приезжает «Канадец», здоровый такой. Вот такая морда, наглый, как черт. Он на той недели мою сменщицу Зойку сильно избил. Она не все деньги отдала хозяйки и та, рассказала об этом ему.

 

Васильева замолчала, так как они вошли в покосившиеся от старости ворота и направились в крайней подъезд двухэтажного дома барачного типа. В подъезде дома сильно пахло кошачьими экскрементами, и еще какими – то непонятными запахами. Торговка повела его на второй этаж дома. Лестница была деревянная, со сломанными перилами и чтобы не свалиться с нее, приходилось цепляться за доску, которую прибыл кто-то из жильцов подъезда.

– Вот ее квартира, – пальцем указала Васильева на дверь. – Сами видите, что здесь нет ни какого номера. Я могу теперь идти?

– Идите, – коротко ответил ей Павел. – Не забудьте, что я вам сказал.

Васильева словно на крыльях, устремилась вниз по лестнице, оставив на площадке одного лишь Лаврова и легкий запах женских духов. Когда шаги Васильевой стихли, Павел осторожно постучал в дверь. За дверью было тихо. Он снова постучал посильнее и приложил к двери свое ухо. За дверь по-прежнему было тихо, ни шагов, ни разговоров. Неожиданно открылась соседняя дверь и в проеме показалась голова старухи.

– Чего стучишь, ирод? Нет ее дома. Как вчера вечером ушла, так еще и не приходила. Ты кто такой? – строго спросила Лаврова старушка.

Он не успел открыть рот, чтобы ответить, как старуха снова начала ворчать.

– Никакого покоя от вас нет. Целыми днями туда-сюда. Когда это все прекратиться. Я уже несколько раз жаловалась участковому инспектору, но тот тоже ничего не делает. Эта стерва поставила под мои окна свою машину и только вчера ее убрала. Видишь ли, ей товар хранить негде. Устроила здесь склад.

– Бабушка, а какая машина стояла у вас под окнами? Легковая?

– Была бы легковая, я бы слова никому не сказала. Стояла не легковая, а как машина скорой помощи, только без крестов.

– Спасибо бабуля, не буду больше вас беспокоить. Зайду вечером, может, тогда ее застану на месте.

– Иди сынок с Богом. Вечером приходи. Вечером здесь всегда шалман, обязательно кого-нибудь застанешь.

Павел спустился по лестнице и вышел на улицу. Вдохнув полной грудью летний пропитанный бензином воздух, он направился к себе на работу.

***

Вечером, прихватив с собой участкового инспектора, Лавров снова направился в данный адрес. Участковый инспектор Жаров Андрей, вот уже год работал на этом участке и неплохо владел информацией о людях, которые представляли определенный интерес для милиции. Услышав знакомый адрес, он невольно улыбнулся.

– Что она натворила в этот раз? – спросил он у Павла. – Наверное, опять закатила какой-нибудь скандал?

– Не угадал, Андрей. Меня интересует происхождение ее товара, а если точнее, где она его приобрела.

– «Душман», ты же работаешь в уголовном розыске, а не в ОБХСС? Зачем тебе это нужно? Сейчас любой товар спокойно можно приобрести в Москве. Поехал, оплатил и товар твой.

– Ты прав, Андрей. Но, товар у нее специфический, который свободно не купишь даже в Москве. Два месяца назад, было совершено убийство одного предпринимателя из Васильева, так у него был именно такой товар, которым торгует эта Луиза. Этот товар исчез вместе с его машиной. У убитого был УАЗ – «буханка». Именно, такая машина стояла во дворе ее дома до вчерашнего вечера. Я слышал, что она встречается с неким «Канадцем», у которого сейчас «Мерседес» нашего убитого. И еще, откуда ты знаешь, что я «Душман»?

– Вон оно, что? Теперь мне понятен твой интерес к этой особе. Я не удивлюсь, если этот товар действительно окажется товаром убитого. Раньше мать ее приторговывала крадеными вещами. Я еще тогда когда работал в патрульно-постовой службе, несколько раз ее прихватывал ее на этом. Однако, ее даже не разу не осудили за это. Теперь, вот выходит, и дочь пошла по стопам матери. Ты, «Душман» особо с ней не церемонься, она нормальных слов не понимает, сразу начинает кричать и изображать из себя невинность. Она из такой породы, которая уважает только силу и наглость. Ты думаешь, почему она связалась с этим «Канадцем»? А потому, что тот просто отмороженный на голову и для него убить или искалечить человека ничего не стоит. Его «Жан» только за это и держит, что он может сделать то, что никогда не сделает нормальный человек. А то что тебя ребята зовут «Душман» я узнал от них, когда стал наводить про тебя справки.

Лавров усмехнулся.

– Андрей, а кто такой «Жан»? Я уже второй раз за день слышу это имя. Извини, я недавно работаю в уголовном розыске, до этого воевал в Афганистане и поэтому многих городских «легендарных» личностей еще не знаю?

– Теперь понятно, почему «Душман». «Жан», это довольно колоритная личность в преступном мире Казани. Насколько я знаю, он ранее был судим еще по малолетке, и после этого случая, ему всегда удавалось выходить из всех ситуаций сухим. Его ребят сажали, убивали, а он словно заговоренный. Ничего его не берет. Пробовали взрывать, машина в хлам, три трупа, а он – живой. Раненный, но живой. Несколько раз его хотели нахлобучить ребята из отдела по борьбе с организованной преступностью, но у них тоже ничего не получилось. Говорят, что у него большие связи в милиции не только на районном уровне, но и в МВД. Сейчас каждая его бригада имеет своих людей в милиции, адвокатов, денег много вот и покупают сотрудников оптом и в розницу.

– А, ты сам-то «Канадца» или «Жана» знаешь? Тебе приходилось с ними общаться или ты мне все это рассказываешь с чьих-то слов?

– С «Канадцем» приходилось встречаться, а вот с «Жаном» – нет. «Жан» человек другого полета, чем этот «Канадец». Сам он ничего не делает, не убивает, не ворует. Для этих целей у него есть другие люди, такие как «Канадец», «Кактус», Гришин. Что ты предъявишь «Жану»? Ничего. Поэтому он и гуляет на воле, пока другие сидят за него. Никто и никогда не даст прямых показаний на этого человека.

За разговорами они не заметили, как подошли к нужному им дому. Лавров вошел во двор дома и сразу же обратил свое внимание на припаркованный рядом с домом автомобиль «Мерседес-600».

– Вот видишь Павел, похоже, «Канадец» тоже здесь, – произнес участковый инспектор. – Посмотрим, что он из себя представляет?

Они осторожно поднялись по лестнице и остановились около двери. Павел прислушался, за дверью было тихо. Участковый инспектор оттеснил Лаврова от двери и постучал в дверь.

– Хакимова! Давай, открывай дверь, хватит придуриваться! Это я участковый инспектор. Если не откроешь по-хорошему, я ее просто выломаю твою дверь.

За дверь послышались легкие шаги, которые затихли около двери. Похоже, за дверью решали, открыть ее или нет.

– Давай, открывай, Луиза! Ты меня знаешь, если сказал, сломаю, значит сломаю.

За дверью что-то щелкнуло. Было слышно, что кто-то отодвигает дверную задвижку. Наконец, дверь приоткрылась, и в дверях показалось лицо девушки. Она посторонилась в сторону и Лавров вместе с участковым инспектором вошли в квартиру. В квартире царил полный беспорядок. На столе стояли две чашки чая. Рядом с ними стояло чайное блюдце, которое хозяйка использовала в виде пепельницы. Блюдце было до краев наполнено окурками сигарет. В квартире пахло прокисшей пищей и косметикой. Смесь этих застоявшихся запахов, представляла собой настоящую «гремучую» смесь, от которой нормальному человеку становилось не по себе.

– Ты одна дома или еще кто-то есть? – спросил ее участковый. – Около подъезда стоит «Мерседес», говорят сейчас на нем ездит «Канадец», это правда?

– Почему одна, а вы? – кокетливо произнесла она и посмотрела на Павла. – А, в отношении машины, ничего сказать не могу. Кто на ней ездил или ездит, я не знаю.

– Ты дурочку из себя не валяй. Я тебя по-хорошему спрашиваю.

– А, вы меня, товарищ милиционер, не пугайте. Скажите лучше, что вам от меня нужно? А, то одна я или с кем-то? Что это меняет, с кем я?

– Ничего Луиза. Давай, собирайся, пойдешь с нами в опорный пункт, там и поговорим.

– А, если не пойду? Что вы сделаете со мной? Закуете в наручники?

– Луиза, ты же знаешь меня. Сейчас, вызову машину и отвезу тебя туда, куда мне нужно.

Она фыркнула, словно кошка и стала собираться. Она изредка бросала на Павла любопытные взгляды, по всей вероятности догадываясь, что именно по его приказу ее приглашают в милицию.

– Луиза, а где «Канадец»? Машина его стоит во дворе, а его у тебя нет? – неожиданно для нее спросил Павел.

– А, я ему не жена и он передо мной, не отчитывается. Ушел, значит, так ему было нужно. Пойдемте, я готова.

Они вышли из квартиры и направились в опорный пункт милиции.

***

– Присаживайся, – мирно произнес Лавров и посмотрел на Хакимову. – У меня к вам несколько вопросов.

– А, вы кем будете? Своего участкового инспектора я хорошо знаю, а вас вижу впервые?

– Я из уголовного розыска, а если точнее, из отдела по борьбе с преступлениями против личности. Фамилия моя Лавров.

Луиза натянуто улыбнулась и аккуратно, чтобы не помять свою юбку присела на стул. Павел достал шариковую ручку из кармана пиджака, положил перед собой чистый лист бумаги и стал быстро записать ее установочные данные. Подняв на нее глаза, он задал ей вопрос.

– Меня интересует один вопрос, где вы взяли товар, а вернее польские черные пуховики и джинсы «Монтана»?

– Как где взяла? Купила, – произнесла с явным вызовом она. – Может, вы хотите сказать, что я их украла? Докажите!

– Не вставайте в позу, гражданка Хакимова. Если это нужно будет мне, то я вам докажу и это, а пока отвечайте на мои вопросы. Когда и у кого вы купили этот товар?

– Я не помню. Неужели, это так важно, у кого я купила этот товар?

Лавров невольно улыбнулся этой фразе.

– Для вас Хакимова, это очень важно. Или вы мне называете фамилию продавца, у которого вы приобретали этот товар или я вынужден буду вас задержать для начала на трое суток. Поэтому, мне бы хотелось, чтобы вы вспомнили происхождение этого товара. Этот товар принадлежит человеку, которого убили в марте. Теперь вам ясно, почему я вас об этом спрашиваю?

Улыбка медленно сползла с лица Хакимовой. Она достала из сумочки носовой платок и стала нервно теребить его в своих руках.

– Вы знаете, я не помню этого продавца, – ответила она. – Разве я могу их всех запомнить. У одного я беру одно, у другого другое. Разве всех их упомнишь?

– Ну, раз вы не помните, тогда вам придется посидеть для начала трое суток в камере временного содержания, может, быть тогда вы что-то вспомните, – произнес Лавров и стал составлять протокол.

– Постойте писать! Но, я действительно не помню, у кого я купила этот товар! – чуть ли, не закричала Луиза. – Нельзя же сажать человека в камеру только за то, что он не помнит, у кого он покупал этот товар.

– Не нужно кричать гражданка Хакимова – я не глухой. Если бы вы купили только одну куртку и джинсы, я бы может, вам и поверил. Но, вы купили целую партию. Насколько я понимаю, у вас должны быть документы на этот товар? Где сейчас находятся эти документы?

– Вы знаете, я их случайно потеряла. А, что такого не может быть? Вы разве никогда и ничего не теряли в своей жизни?

– Речь идет не о том, кто и что теряет в этой жизни. Речь идет о происхождении вашего товара. Скажу вам одно, тот, кто вам сунул этот товар, хорошо знал, что он паленый. Я же вам уже сказал, что данный товар принадлежит убитому в марте месяце гражданину Корнееву. Вот и делайте вывод. Вы, Луиза, лучше подумайте о своем будущем, так как оно у вас не совсем светлое, так как вы являетесь соучастницей данного преступления и за укрытие сведений о лицах совершивших это убийство, запросто можно подсесть года на два. Стоит ли это, двух лет лишения свободы? Может, вам нравиться, ходить строем и петь песни, прежде чем вас там накормят? Вы слышали что-нибудь о женских колония в Пановке или Козловке? Вот сейчас я вас определю в камеру, а вы там поспрашивайте у бывших заключенных. Что это такое и как там живется. Может, после всего этого, вы поумнеете.

В помещении повисла тишина. Лицо Хакимовой исказила нервная гримаса.

– А, ты докажи мне это? – произнесла она с надрывом. – И не нужно меня брать на понт ментяра. Я таких как ты, уже видела!

– Значит, не договорились, – произнес спокойно Лавров. – А, жаль. Поверьте, Луиза, мне не хотелось этого делать, но другого выхода у меня нет.

Он поднял телефонную трубку и набрал номер дежурной части. Переговорив с дежурным по управлению, он попросил его прислать в опорный пункт машину, чтобы отвести задержанную Хакимову в ИВС УВД города. Повесив трубку, он взглянул на женщину. Она, молча, сидела на своем месте, и лишь только по ее рукам было видно, что ее колотит.

– Пойми, Луиза, мне все равно, кто убивал этого Корнеева, ты вместе с «Канадцем» или он один, но товар убитого продаешь ты, а не он. Ты, наверное, хочешь сказать, что это он катается на машине Корнеева, а не ты? Могу сказать тебе только одно, у него, наверняка, есть какая-нибудь бумага, ну например доверенность, а у тебя ничего нет. Вот и делай соответствующий вывод, кто кого подставил под это убийство?

 

– Я никого не убивала и вы этого никогда не сможете мне доказать! – уже без прежней уверенности произнесла она.

– А, я и не собираюсь вам это доказывать. Запомните одно, если суду будет достаточно этих оснований для вынесения вам приговора, то приговор будет. Так, что все в руках суда и прокуратуры.

Все остальное время она просидела тихо. Лавров закончил заполнять протокол задержания. За дверью послышались мужские голоса и в помещение вошли двое сотрудников милиции. Они поздоровались с ним и, взяв из рук Лаврова протокол, молча, посмотрели на Хакимову.

– Давай, вставай. Карета подана, – произнес сержант милиции.

Она медленно поднялась со стула и вышла из кабинета в сопровождении работников милиции.

***

Утром Харитонова и Лаврова вызвал к себе заместитель начальника городского отдела милиции по оперативной работе Новиков. Судя по нахмуренному лицу руководителя, ожидать что-то хорошего от него явно приходилось.

– Слушайте, Лавров или как вас там «Душман». Кто вам позволил задерживать беременную женщину? – тихо спросил он Павла. – Вы вообще-то с головой своей дружите или нет?

Харитонов непонимающим взглядом посмотрел на Павла. Оперативнику ничего не осталось делать, как встать из-за стола и приступить к докладу.

– Товарищ полковник! Это я задержал гражданку Хакимову. Это лично моя инициатива, о которой я не смог своевременно доложить начальнику отдела. О том, что она беременна, я лично не знал, да и она мне об этом ничего не говорила. Да и живота я почему-то у ней не увидел. Хакимову я задержал в связи с тем, что она торговала на рынке товаром, принадлежащим убитому в марте месяце Корнееву. Документов на товар у нее не оказалось.

– Лавров, ты хоть понимаешь, что ты здесь несешь? Кто тебе сказал, что этот товар принадлежал убитому Корнееву. Таких курток и джинсов на рынке пруд пруди.

– Это не так, товарищ полковник. Перед тем как выйти на торговую точку Хакимовой, я объездил все рынки города. Нигде подобного товара я не встретил. Из показаний московского продавца товара следует, что он продал покойному всю экспериментальную партию приобретенного им в Польше. Она отличается от подобного товара рядом характерных признаков. К примеру, на заклепках джинсов выбита пятиконечная звезда. На других джинсах подобной фирмы, на заклепках выбито слово США. Так, что оснований к задержанию Хакимовой было вполне достаточно.

– Это не тебе судить Лавров, достаточно оснований или нет. У тебя есть всего лишь один день, ты меня, надеюсь, понял. Вечером она должна быть дома. Если ты ее за это время не расколешь на товар, то я с тобой разберусь по всей программе.

Другой бы человек на его месте просто промолчал, но самолюбие Лаврова было задето. Он посмотрел на начальника криминальной милиции и произнес:

– Товарищ полковник! В законе ничего не говорится о том, что нельзя задерживать беременных женщин. А, во-вторых, нужно еще проверить, беременна она или нет? Скажите, откуда вы узнали, что Хакимова беременна?

Лицо полковника стало багровым от возмущения.

– Ты, что? – вдруг закричал он на Лаврова. – Думаешь, что ты один такой умный, а другие хлебают лаптем щи? Ты, наверное, забыл, где ты находишься и с кем ты разговариваешь? Если забыл, то я могу тебе напомнить об этом! У тебя всего полдня, так иди и работай. Или ты ее колешь, или я колю тебя пополам.

Лавров молча сел на стул. В этот момент из-за стола поднялся Харитонов.

– Извините, его Владимир Иванович. Он работает в розыске около двух месяцев и многое еще не знает и не понимает. Это моя вина, что я не проконтролировал его работу. Заверяю вас, впредь подобного не повторится.

Лицо Новикова немного подобрело. Он укоризненно посмотрел на Харитонова.

– Ты, Юрий Андреевич, больше внимания уделяй личному составу. Сейчас, ты не только оперативник, но и начальник отдела. Посмотри на других начальников, никто из них не занимается панибратством со своими подчиненными. Сегодня он не доложил тебе о задержании, а завтра плюнет на закон.

– Я все понял, Владимир Иванович. Разрешите идти?

Новиков, молча, махнул рукой. Они встали из-за стола и тихо вышли из кабинета.

***

– «Душман»! Сам справишься с Хакимовой или мне подключить к тебе других сотрудников? – спросил его Харитонов, когда они вышли из кабинета Новикова.

– Спасибо, Юрий Андреевич, постараюсь справиться сам. Скажи, с чем связана такая болезненная реакция Новикова, на задержание этой женщины? Откуда он взял, что Хакимова Луиза беременна? Может он вообще, так реагирует на все задержания?

– Не знаю, «Душман». Наверное, кто-то позвонил ему и сообщил об этом. Ты лучше скажи, что ты планируешь делать дальше?

– Сейчас поеду к следователю прокуратуры и постараюсь его убедить в проведении обыска на квартире Хакимовой. Если вынесет это постановление, то проведу обыск. Это первое. А, второе, передам в ГАИ о перехвате двух машин – «буханки» и «Мерседеса». Думаю, что пора мне познакомиться с этим «Канадцем».

– Хорошо. Можешь заниматься своими делами, «Душман». Держи меня в курсе, чтобы нам с тобой не выглядеть идиотами на ковре у Новикова.

Павел направился к выходу из управления. Его остановил сотрудник отдела.

– Привет, Лавров! Тебя разыскивает какая-то женщина. Просила тебя связаться с ней по телефону.

– Что за женщина? Имя она назвала или нет?

– Представилась, как Надежда. Кто она, я ее расспрашивать не стал.

Последние три дня, увлеченный розыском товара, Павел совсем позабыл о Надежде. Он невольно улыбнулся. Чувство вины заставило его вернуться к себе в кабинет. Открыв дверь кабинета, он направился к телефону.

– Привет, Надя! – произнес он, услышав в телефонной трубке ее голос. – Прости меня грешного, что не звонил. Я просто замотался. Ты не обижайся, пожалуйста, на меня, сегодня я постараюсь раскидать все дела и приехать к тебе.

Он положил телефонную трубку и направился к двери кабинета. В дверях кабинета он снова столкнулся с Харитоновым.

– Хорошо, что я застал тебя еще на месте. Дай, мне, пожалуйста, все материалы по убийству Корнеева. Не знаю почему, но ими вдруг очень заинтересовался Новиков.

Лавров открыл сейф и достал оттуда оперативно-поисковое дело. Он, молча, протянул его Харитонову. Тот взял дело в руки и вышел из кабинета.

«Странно, – подумал Лавров. – С чего это оно вдруг так понадобилось Новикову?»

Он вышел на улицу и направился в сторону прокуратуры. Городская прокуратура располагалась на улице Карла Маркса, напротив здания химико-технологического института. Каждый раз, проходя мимо этого здания, Лавров невольно обращал внимание на красоту этого старинного особняка. Вот и сейчас, он невольно остановился напротив здания и с восхищением посмотрел на это строение.

Разговор со следователем прокуратуры занял не так много времени, как ожидал Лавров. Грачев Владимир Семенович внимательно выслушал Лаврова и молча, достал из ящика стола постановление на обыск. Он сел за стол и начал быстро стучать на пишущей машинке. Через десять минут, он уже выходил из здания прокуратуры с постановлением в кармане. Павел вернулся в отдел милиции и, прихватив с собой двух студентов- практикантов, направился на улицу Кирова.

В квартире Хакимовой, Лавров не нашел ничего особенного. Судя по состоянию квартиры, кто-то уже успел побывать здесь раньше его и навести в квартире относительный порядок. Павел и курсанты вышли на улицу и направились к сараю, принадлежащему ей. Впереди их, семеня больными ногами, шла уже знакомая Лаврову бабуля.

– Баба Шура, который ее сарай? – спросил ее Лавров, указывая рукой на ряд покосившихся деревянных построек.

– Вот этот, – произнесла она и показала пальцем на дверь, покосившегося от времени деревянного строения.

Павел подошел к двери и стал внимательно осматривать дверь. Замка на двери не было, дверь была просто подперта палкой. Они осторожно вошли в сарай и остановились у входа. В сарае валялись различное старое барахло. Похоже, хозяйка редко пользовалась этим строением. В углу стопкой лежали разрезанные картонные коробки. Лавров нагнулся над ними и стал осторожно перебирать их, читая нанесенные на картоне надписи. Он отбросил одну из картонок в сторону, а затем снова поднял ее. На ней было написана фамилия Кузнецова.


Издательство:
Автор
Поделиться: