Название книги:

Частный детектив

Автор:
Леонид Резников
Частный детектив

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Эврио

Глава 1

Планета не имела названия, только номер – PGL-19486. Безжизненные каменистые равнины, россыпи камней, черные воды небольших и столь же безжизненных, как и суша, водоемов. Миллионы и миллионы лет тому назад изначально скудная жизнь на PGL-19486 исчерпала эволюционные возможности, заложенные природой, окончательно деградировала и пришла к своему завершению. Лишайники, мхи да чахлые низкорослые кривые деревца, покрытые бледной трубчатой листвой неопределенного цвета – это все, что составляло флору дряхлеющей планеты.

Планета была открыта 128 лет назад одной из экспедиций вглубь Млечного Пути. За последующие 30 лет тщательных исследований, проведенных специалистами из разных областей, ее признали абсолютно бесполезной для человечества, несмотря на то что в ее давно остывших недрах в избытке содержались полезные ископаемые, а атмосфера была близка к земной, и потому не требовалось создавать для поселенцев и временных рабочих герметичные модули и снабжать людей защитным снаряжением.

Главной же причиной иссякшего интереса человечества к планете было ее соседство со звездой, находящейся в последней стадии жизни. Всего через несколько десятков лет планета должна была навсегда исчезнуть в пламени взрыва собственного светила. Какой-то шутник дал ей название «Дырка от бублика» и по сути он был прав. С тех пор как почти сто лет назад планету покинула последняя команда научников, ничто не нарушало покоя PGL-19486. Лишь пару месяцев назад ее поверхности коснулся посадочный модуль, стартовавший с нее спустя три часа, и еще двумя неделями позже на ее орбиту вышло грузовое судно средней дальности «Нейман-18Б», какими пользуются для перевозки грузов небольшие частные конторы.

Судно сделало два десятка оборотов вокруг планеты, меняя орбиты и тщательно исследуя всеми доступными ему техническими средствами поверхность PGL-19486. Затем резко снизилось и совершило посадку в северном полушарии планеты в районе остатков некогда величественной горной гряды, рядом со ста двадцатиметровым кратером…

Багровое умирающее светило огромных размеров неспешно сползало за горизонт, окрашивая и без того унылый пустынный пейзаж невзрачной планетки в угнетающие сознание оттенки красного. Дул несильный ветер, гоня пыль серыми ручейками по самой земле.

У карликового засохшего деревца, росшего из окаменевшей почвы, годами не видевшей влаги, стояли три человека в серых уникомах1 и хмуро наблюдали за горнопроходческим роботом, вгрызавшимся в землю метрах в пятнадцати от них. Еще пятеро копались у грузового люка судна. Все люди были в респираторах. Над шахтным стволом шириной в три метра виднелась лишь верхняя часть робота, по чему можно было определить пройденное машиной расстояние примерно в двенадцать футов2.

Один из людей приподнял респиратор, отхлебнул из бутылки со скотчем, поморщился и сплюнул в сторону.

– Шеф, пора завязывать с этим делом, – сказал он, утерев рот тыльной стороной ладони. – Сорок пять ям – и ничего. Месяц уже копаемся без толку. Сколько мы еще будем здесь торчать по вашей милости?

Тот, кого назвали шефом – человек лет пятидесяти, небольшого роста, плотный, с хорошо развитой мускулатурой и непроницаемым лицом, – медленно повернул голову к говорящему и посмотрел на него ничего не выражающим взглядом.

– Тебе, Питер, платят за работу, а не за нытье, – низким, глубоким голосом ответил шеф. – А торчать мы здесь будем, как ты выражаешься, столько, сколько я сочту нужным.

– Ну уж нет! Хватит с меня: последняя яма – и баста! – взвился Питер, взмахнув руками. – Меня уже мутит от этой паршивой планеты. Плевать мне и на вас, и на то, что вы там ищете, мистер Гройсс. Я убираюсь отсюда завтра же!

– Не горячись, – по-прежнему спокойно отозвался Гройсс, старательно держа себя в руках, что давалось ему все труднее. Он устало опустился на крупный валун. – Никуда ты не уберешься, пока я не разрешу.

– Мне кажется, вы слишком много себе позволяете, – прищурился Питер. – Судно мое, вы его наняли на месяц, а прошло уже в общей сложности два. Плюс вы его сплошь истыкали антеннами и датчиками, забили трюм каким-то электронным дерьмом, от которого, как оказалось, никакого толку. Ко всему прочему я сижу здесь, словно распоследний идиот, столько времени без толку, хотя мог бы за это время недурно заработать на перевозках. И вы мне еще говорите, чтобы я не горячился?

– Все твои издержки по завершении работ будут оплачены сполна!

Спокойствие шефа-Гройсса казалось непоколебимым, но внутри у него все уже клокотало, и ярость готова была вот-вот прорваться сквозь железные тиски характера Гройсса и выплеснуться наружу.

– По завершении чего и когда?! По-вашему, я тут вечно должен сидеть и ждать, пока вы не соизволите перекопать чертову планету вдоль и поперек? – все больше расходился Питер, уже не в силах остановиться. – А я говорю: все, баста! Завтра мы отчаливаем, а вы вольны торчать здесь, сколько вашей душе угодно.

– Ты меня начинаешь утомлять, – вздохнул шеф и потянулся к сумке, лежавшей у его ног. – Хорошо, можешь отчаливать.

– Вы серьезно? – опешил Питер, никак не ожидая подобного поворота.

– Разве я когда-нибудь говорил несерьезно?

В руке шефа блеснул ствол ручного дезинтегратора. Угрожающе щелкнул предохранитель. Раздался короткий свист, и Питер в одно мгновение превратился в атомы. На землю упала половинка срезанной наискось бутылки, не попавшей в радиус действия грозного оружия. Остатки виски разлились небольшим, неправильной формы пятном.

Гройсс угрюмо оглядел остальных, но те сделали вид, будто ничего не произошло. Капитана они тоже не переваривали за его несносный характер и постоянные пьянки.

– Господи, какая тишина! – блаженно выдохнул Гройсс, убирая оружие обратно в сумку. – Как он мне надоел со своим нытьем! Давно надо было его «отчалить».

– Мистер Гройсс, вам нужно успокоиться, – подал голос до того безмолвно стоявший рядом с ним молодой человек лет тридцати.

– Ты прав, Дэвид, – вздохнул Гройсс, хлопнув себя по ляжкам. – Нужно собраться, а то я совсем раскис. Но, черт возьми, ведь этот болван был прав: мы без толку копаемся уже месяц, а время поджимает!

– Вы правы, мистер Гройсс. – Молодой человек приблизился и чуть склонил голову к уху шефа. – Но вы не боитесь, что команда взбунтуется?

– Нисколько! Он достал их не меньше, чем меня. – Поморщился Гройсс. – Да и что они могут сделать?

– Смыться с кораблем и всем нашим оборудованием, к примеру.

– Мой мальчик, – криво улыбнулся Гройсс, – ты недооцениваешь меня. Их БИС3 была заблокирована сразу же после посадки.

– Как… заблокирована? Кем?

– Мной, и довольно просто, – с некоторой надменностью в голосе ответил Гройсс.

– Но как вам удалось такое провернуть? – искренне удивился Дэвид.

– Ничего сверхъестественного, Дэвид Хоуп. Их БИС изготовлена моей компанией, и как все подобные устройства, она имеет возможность блокировки компанией-изготовителем, включая удаленную. Ты просто плохо еще знаком с системой безопасности подобных устройств.

– Но зачем вообще нужна подобная блокировка?

– Всякое может случиться, мой мальчик: нарушение договора эксплуатации, неоплата услуг, отказ от постановки на ежегодную форму – мало ли. Мы должны себя (и их!) обезопасить от случайностей.

Гройсс воздел указательный палец, потом медленно поднялся с камня и, помассировав пальцами лоб – ужасно болела голова! – обвел взглядом горизонт.

– Ты мне лучше скажи, не могло ли быть ошибки с выбором места поисков?

– Вероятность ошибки практически нулевая, – твердо заверил шефа Хоуп. По его тону было отлично заметно отсутствие у него каких-либо сомнений на этот счет. – Расшифровка банков памяти бортовых самописцев показала, что его корабль сначала побывал в системе Саара, но на сам Саар не спускался. БИС зарегистрировал пристыковку к орбитальному складу, где были пополнены запасы воды и продовольствия, что не удивительно: исходя из срочности сборов, яхта не была готова к длительным перелетам. На складе Йорг Мейер корабля не покидал, сервы4 задействованы не были и не покидали пределов корабля. Через грузовой люк перемещались только четыре пищевых контейнера: два пустых – на склад и два с заказом – на борт.

– Вы уверены, что первые два действительно были пустыми? – Гройсс повернулся к Хоупу и, заложив руки за спину, пристально поглядел тому в глаза.

 

– Абсолютно. Информация о сканировании содержимого контейнеров также была расшифрована. Подделка информации исключена.

– Это я и без тебя знаю, – проворчал Гройсс. – Продолжай.

– Далее без остановок корабль проследовал к PGL, где опускался только челнок. После яхта объявилась в системе Кавиаса, где и была взята нами под контроль…

– И это я тоже знаю, – прервал Гройсс, вышагивая туда-сюда. – Давай поподробнее о PGL.

– Данные траектории корабля, режимы работы приводов, времени прибытия, спуска и подъема капсулы были обработаны с учетом положения корабля относительно поверхности планеты, глобальных координат самой планеты и положения ее координатной сетки в пространстве в интересующий нас отрезок времени. Также были учтены время пребывания на планете и время, необходимое на работы по сокрытию груза, – разумеется, приблизительное, исходя из возможностей Мейера и находящегося в его распоряжении оборудования, вернее, его полного отсутствия.

В результате обработки всего массива данных нам удалось ограничить район наиболее вероятного местонахождения интересующего нас груза. К сожалению, точность последних двух параметров оставляла желать лучшего, но мы со спецами сошлись во мнении, что наиболее вероятными схронами могут быть естественные каверны на небольшой глубине и, возможно, с выходом в кратер. Это наилучший вариант для исключения трудоемких земляных работ, необходимости привлечения спецтехники, а также последующей маскировки места, то есть восстановления естественного вида ландшафта.

– В таком случае я не совсем понимаю, – Гройсс резко остановился и развернулся на каблуках к Хоупу, – почему вы дырявите планету, если доступ к кавернам должен быть из кратера?

– В том-то и дело, что на данный момент каверны уже изолированы. Правильность нашей версии косвенно подтвердило сканирование кратера с орбиты. Конечно, не со стопроцентной уверенностью, но можно утверждать, что часть кратера, около которой мы сейчас находимся, была искусственно обвалена серией направленных взрывов, причем достаточно точно рассчитанных. Но нельзя также исключать возможность естественного оползня из-за эрозии. Хотя подобное совпадение как по времени, так и по масштабности кажется невероятным.

– И каков процент от общего плана работ уже выполнен?

– Свыше семидесяти пяти процентов. Точнее смогу сказать, проведя несложный расчет.

– Не стоит, – отмахнулся Гройсс, заметно нервничая. – Мне нужен результат, Дэвид, результат! Понимаешь?

– Я понимаю вас, мистер Гройсс, – учтиво склонил голову Хоуп. – Люди делают все возможное.

– Все возможное… – глухо повторил Гройсс. – Скажи, Дэвид, вам не хватает технических ресурсов или людей?

– Хотелось бы побольше запасных частей, мистер Гройс. Мы не предвидели, что робот будет работать в таком режиме. Он часто выходит из строя, а комплектующие уже на исходе. Я посылал вам заявку неделю назад.

– Комплектующие… – Гройсс потер правой рукой подбородок. – В последнее время на меня свалилась куча проблем, и, возможно, я просто упустил ее из виду. Хоуп, мне нужен этот образец, слышишь?! Иначе компании конец, я буду разорен, а ты останешься без работы!

– Я буду… – Хоуп недоговорил.

Земля внезапно содрогнулась, людей повалило на землю, а из ствола, в котором работал робот, вырвался столб огня, камней и пыли. Взрывной волной людей отбросило в сторону. Гройсс и Хоуп сжались на земле и, инстинктивно прикрыв головы руками, лежали без движения несколько секунд, пока камни не прекратили падать вокруг них.

Первым приподнял голову Гройсс и оглянулся через плечо.

Пыль висела плотным облаком, но даже сквозь него было видно, что робот в шахтном стволе уцелел, хотя покорежило его основательно. И теперь он медленно сползал вниз.

Гройсс поднялся с земли и осторожно приблизился к краю колодца.

Робот был уже на глубине пятнадцати футов. Несчастная машина пыталась оставшимися девятью распорками закрепиться на отвесных стенках ствола, желая тем самым предотвратить падение в образовавшийся после взрыва пролом. Спустя некоторое время, на глубине футов тридцати ей это все-таки удалось. Она остановилась, застыв под небольшим углом и упершись распорками в образовавшиеся после взрыва каменные уступы, напрочь закупорив собой отверстие входа в каверну.

– Узнаю шутки моего братца, – тихо, сквозь зубы, произнес Гройсс.

Сзади послышался топот ног.

– Славный господин, вы в порядке? – поинтересовался первый подбежавший.

Гройсс повернул к нему лицо, покрытое слоем серой пыли. Это был молодой помощник командира Иллье Реул. Кожа его была темной, земляного оттенка, с фиолетовым отливом, голова – крупных размеров, с большими залысинами, а выразительные синие глаза занимали едва ли не пол-лица. По внешним признакам, а также по обращению «славный господин» его можно было идентифицировать как уроженца Селесты.

– Благодарю, все в порядке, – сухо отозвался Гройсс. – Кто-нибудь, уберите из прохода проклятый металлолом!

– Тросом его не вытащить, – почесал затылок Реул. – Посмотрите, у него весь верх снесло начисто, даже цеплять не за что. А за распорки его не подцепишь – он их потом сложить не сможет.

– Мистер Гройсс, – обратился к шефу инженер корабля Аганн Сол, – на мой взгляд, извлечь его можно лишь двумя способами: во-первых, позволив ему окончательно провалиться вниз, а во-вторых, взорвать. Но взрывом можно устроить обвал и завалить если не всю каверну, то вход в нее наверняка.

– Мне кажется, первый вариант не лучше, – предположил Хоуп, молчаливо до того разглядывавший застрявшего робота. – Если его заклинит между выступами при падении у нижнего края колодца, тогда мы точно от него потом не избавимся без взрыва. А рвать в самом низу – стопроцентный способ обрушить всю породы. Поглядите сами. – Хоуп указал пальцем на трещины, изрезавшие края шахтного ствола и сбегавшие вниз зигзагообразными расколами. – Если рвать, то только здесь.

– А если подцепить его тросами за распорки, а потом срезать их? – предложил вдруг Реул.

– Кого, тросы? – съязвил Хоуп.

– Распорки, – пропустил иронию мимо ушей помощник командира.

– Неплохая идея, – похвалил Реула Гройсс, панибратски похлопав по плечу. – Займись этим, парень. А я пока умоюсь.

Когда он вернулся к стволу, робота уже медленно поднимали на тросах, спущенных из малого катера. Робот представлял собой жалкое зрелище. Великолепной машины для горных разработок больше не существовало, но Гройсса это нисколько не взволновало. Он нетерпеливо топтался на месте и поторапливал работающих.

Наконец робот был поднят над колодцем, отнесен в сторону и сброшен на камни.

Катер унесся к кораблю и вскоре вернулся с подъемным шахтным механизмом, который в течение получаса был установлен и надежно закреплен. Пробный спуск и подъем прошли без проблем, и Гройсс, уже теряя терпение, влез в клеть вместе с Хоупом и поспешно нажал кнопку спуска.

Клеть дернулась и неспешно и как бы нехотя поползла вниз.

– Черт бы побрал этот лифт! – неистовствовал Гройсс, наблюдая за медленно проплывающими вверх стенками колодца. – Он не может ехать быстрее?

– Мистер Гройсс, наберитесь терпения, – напутствовал босса Хоуп. – Уже немного осталось, и вы наконец найдете то, что искали.

– Я надеюсь, – недовольно буркнул Гройсс.

Вертикальные стены вдруг ушли вверх, и клеть окружила густая темнота каверны. В воздухе плавала пыль. Свет двух мощных прожекторов, установленных в верхней части клети, едва пробивался через взвесь частиц пыли на пять-шесть футов.

Клеть двигалась еще секунд десять, а потом, дернувшись, замерла.

– Надо было подождать, пока пыль осядет, – сказал Хоуп, но Гройсс решительно распахнул дверцу клети и включил мощный ручной фонарик.

– Нет времени, сынок. – Гройсс посветил себе под ноги и вышел из клети. Под подошвами его туфлей заскрежетали мелкие камешки. – Дэвид, ты иди влево, а я пойду вправо – так будет быстрее.

Водя фонарем из стороны в сторону, Гройсс медленно продвигался вперед, пока не достиг стены. Ощупав стену и оглядевшись, он побрел вдоль нее, вглядываясь в окружающее пространство, насколько позволяло облако клубящейся пыли.

Пещера оказалась гораздо обширнее, чем предполагал Гройсс вначале. А если у нее имеются еще и ответвления…

Прошло минут двадцать бесплодных блужданий в темноте, и вдруг раздался крик Хоупа, многократно отраженный сводами пещеры.

– Нашел! Мистер Гройсс, я нашел его! Идите скорее сюда.

– Нашел?! Где ты? Посвети мне. Черт бы побрал проклятую пыль!

У Гройсса от волнения пересохло во рту и бешено заколотилось сердце. Он погасил фонарь и пристально вгляделся в темноту, пытаясь различить двигающееся пятно света фонаря Хоупа. Но то ли Хоуп был далеко, то ли свет прожекторов клети забивал более слабый свет ручного фонаря, а Гройсс никак не мог обнаружить местоположения Хоупа.

– Где ты? Я тебя не вижу! – крикнул Гройсс.

– Я здесь! – вновь прокатилось по пещере многоголосое эхо.

– Дьявольшина! – проворчал Гройсс и крикнул в темноту. – Дэвид, тащи его к лифту.

– Хорошо, сейчас буду!

Гройсс быстро вернулся к клети и замер, оглядываясь по сторонам.

Слева донеслись шарканье ног и скрежет. Из темноты показался Хоуп, волоком тащивший средних размеров огнеупорный контейнер. Гройсс посторонился, и Хоуп втащил контейнер на площадку клети.

– Вот! – сказал он, пытаясь отдышаться. Его грязное, потное лицо светилось счастьем.

– Молодец, мой мальчик! Поздравляю нас обоих! – Гройсс похлопал Хоупа по спине и нажал кнопку подъема.

Клеть в темпе сонной черепахи поползла вверх, но Гройсса это уже нисколько не волновало. Главное было сделано.

Выбравшись через пару-тройку минут на поверхность, он вызвал с яхты, на которой прилетел, сервов, и те быстро уволокли контейнер на судно.

– Славный господин, мы вам больше не нужны? – спросил Реул, подойдя к Гройссу, наблюдавшему, как сервы втаскивают контейнер на борт яхты.

– Нет, Реул. Дело закончено.

– Что с оплатой, осмелюсь спросить? – Реул почтительно чуть склонил голову.

– Ах да! – Гройсс расстегнул нагрудный карман уникома и достал из него инп5. – Четыреста тысяч, как и договаривались?

Реул вновь поклонился.

Инп включился и развернул голограмму основного меню. Гройсс быстро вошел в банковское приложение и протянул руку ладонью вверх.

– Счет, пожалуйста.

Реул передал заранее приготовленный флэш-стик – маленькую тонкую пластинку с записанными на ней данными банковского счета. Гройсс вложил пластинку в инп и быстро перевел деньги на указанный счет.

Реул внимательно следил за его действиями и, судя по всему, подвоха не обнаружил, поскольку спокойно закрыл транзакцию через инп, соединившийся с инпом Гройсса.

– Здесь одна проблема, многоуважаемый господин Гройсс, – сказал Реул, выключая инп и убирая его в карман.

– Какая же? – Гройсс недоуменно воззрился на него.

– Здесь нет инп-сетей.

– Разумеется! Перевод совершен автономно, но данные о нем будут переданы, как только наши инпы окажутся в радиусе действия точек доступа сети. К тому же отмена транзакции с моей стороны невозможна – этому воспрепятствует банковское приложение.

– Мне все ясно, – вновь поклонился Реул. – Извините, что поставил под сомнение вашу честность, многоуважаемый господин Гройсс. Всего вам доброго.

Реул развернулся и направился к кораблю.

Гройсс проводил его тяжелым взглядом и отправился на свою яхту, где в кают-компании его уже ожидал вымытый и переодевшийся во все чистое Хоуп.

– Вот черт! – хлопнул себя по лбу Гройсс. – Я же совсем забыл про БИС. Дэвид, сбегай-ка на их корабль и отдай Реулу ключ, – он порылся в кармане и извлек из него тонкую прозрачную палочку длиной сантиметров десять. – А я пока душ приму.

– Ключ? – переспросил Хоуп, принимая палочку и вертя ее в руках.

– Ключ от БИС с кодом разблокировки.

– Хорошо.

Хоуп вышел из кают-компании, прошел по коридору и поспешно спустился из люка по пандусу. Гройсс вслед за ним приблизился к люку, прислонился к переборке спиной и, наблюдая за удаляющимся Хоупом, достал из кармана небольшую пластиковую коробочку с единственной кнопкой посередине.

 

– Этот дурак Реул не знает одного, – криво усмехнулся он, – транзакция недействительна, пока нет подтверждения с его инпа. Прости, Реул, но у меня сейчас нет свободных денег.

Гройсс дождался, пока Хоуп войдет в люк корабля и нажал кнопку.

– Извини и ты, сынок, но ты слишком много знаешь, – тихо сказал Гройсс. Было жаль терять преданного толкового работника, но собственная шкура дороже.

Взрыв был рассчитанным на уничтожение исключительно людей и автоматики, и потому выглядел не очень эффектным: глухое «бум-м» и жидкое пламя, выплеснувшееся на доли секунды из открытого люка.

Гройсс еще некоторое время неподвижно стоял у пандуса, наблюдая за люком чужого корабля.

Внешне корабль выглядел абсолютно целым, и потому казалось, что вот-вот кто-нибудь покажется из грузового люка, или корабль поднимет пандус и медленно воспарит над планетой, уносясь все выше и выше…

Но это было обманчивое ощущение.

Гройсс прекрасно понимал, что после взрыва нескольких мощных зарядов, установленных им заблаговременно по всему кораблю, никто выжить не мог, а электронная начинка корабля должна была сплавиться в комки металла и пластика, из которых при всем желании невозможно выудить ни грамма информации о судне, экипаже и о целях пребывания на планете.

Абсолютная тишина, сознание полного одиночества и присутствие рядом мертвого корабля начинали угнетать Гройсса. Он закрыл люк, прошел в туалетный отсек, где неторопливо привел себя в порядок, и, перекусив в кают-компании, через полчаса покинул планету.

Выведя корабль на низкую орбиту, Гройсс вернулся в кают-компанию и приблизился к стоявшему в углу контейнеру. Сервы, отвечающие за уборку, уже успели очистить его от пыли и продезинфицировать, и теперь контейнер высокой защиты выглядел совершенно новым – ни царапин, ни вмятин. Ровный матово-металлический первозданный блеск поверхности контейнера завораживал и притягивал Гройсса. Он присел на корточки рядом с контейнером, провел пальцами по его верхней боковой кромке и медленно, боясь спугнуть удачу, приложил палец к панели дактилосенсора.

Раздался тихий щелчок разблокировки замка. Гройсс взялся за край крышки контейнера и резко поднял ее, запоздало спохватившись, что контейнер мог быть оборудован дополнительной защитой от посягательства на его содержимое. Однако ничего не произошло, и это было огромным везением, памятуя о недавнем взрыве в шахтном стволе.

Проклиная собственную несдержанность и спешку, Гройсс уже более осторожно приподнял крышку контейнера, откинул ее назад, извлек из пазов верхнюю свинцовую пластину, защищавшую содержимое контейнера от радиации, и осторожно, напрягая мышцы рук, прислонил ее к стене – пластина была довольно увесистой.

Внутри контейнера находился титановый параллелепипед БИС, покоящийся на противоударной вспененной подложке; поверх БИС лежал вдвое сложенный лист бумаги.

От нервного напряжения лоб Гройсса покрылся испариной. Промокнув пот платком, Гройсс дрожащими пальцами взял лист бумаги и развернул его.

«Дорогой брат!

Хотел бы поздравить тебя с долгожданным обретением того, что ты так жаждал получить от меня столько лет и, разумеется, без меня самого (шутка, хотя и правда!), но – увы! – не могу этого сделать. Все твои усилия, коих ты, подозреваю, немало затратил, добывая контейнер, пошли прахом. И мне жаль людей, занятых в твоем предприятии. Ты, разумеется, понимаешь, о чем я».

Гройс внезапно почувствовал слабость в ногах и медленно, опираясь на левую руку, сел на пол. Лист в руках задрожал еще сильнее, строчки расплывались перед глазами.

«Я также не тешу себя надеждой, что ты оставишь меня в покое, и уверен на все сто, в первом же порту буду задержан как какой-нибудь преступник. Повод для этого и возможность ты изыщешь без особого труда – ты весьма изобретателен. Но я не в обиде.

Из ученого и толкового изобретателя ты превратился в стяжателя и бандита. Для тебя не осталось ничего святого, кроме денег. Но знай: моего изобретения ты не получишь. Я работал на тебя несколько лет, и что я получил в итоге?

Прости, но я устал быть твоей тенью и безгласым рабом.

Мне жаль тебя.

Прощай!»

Лист выпал из ослабевших пальцев Гросса и, скользнув по полу, скрылся под контейнером. Гройсс, бледнея, поднял голову и невидящим взглядом обвел кают-компанию, затем опять уставился внутрь контейнера, тупо разглядывая корпус БИС.

«Неужели он меня опять надул? Черт, не может быть! – Гройсс рванулся к контейнеру, выхватил из него БИС и бросился со всех ног в мини-лабораторию. – Все пропало! Все… Нет!»

Вбежав в лабораторию, он установил БИС на стенд, поспешно подключил кабели питания и связи. Надежда, что письмо – издевательская ложь и дешевая месть, все еще не покидала Гройсса.

Когда с кабелями было покончено, Гройсс упал в кресло перед консолью компьютера, двумя касаниями панели развернул голограмму рабочего пространства системы и привычными, отработанными до автоматизма действиями подключился к БИС.

Как выяснилось сразу же после подключения, защита БИС была снята кем-то ранее, и потому не воспрепятствовала входу в пространство интеллект-системы неавторизованного абонента.

Хотя для Гройсса защита интеллект-системы и не представляла никакой особой проблемы – в ее разработке в свое время он сам принимал активное участие, – все же это сильно настораживало. После некоторых манипуляций выяснилось главное: память БИС девственно чиста, включая раздел, отвечающий за адаптацию интеллект-системы к системам управления конкретного корабля, что казалось совершенно невероятным. Ни одна БИС не выходила за пределы компании без подобных настроек, и ни один человек не мог уничтожить содержимого памяти вне лаборатории или центра обслуживания компании. Даже если БИС ни разу не эксплуатировалась, то в любом случае проходила адаптационные испытания на стенде-эмуляторе, и, следовательно, должна была быть «прошита».

«Если, конечно, к ней не приложил руку мой гениальный братец. Но, черт возьми, как ему удалось?..»

Гройсс скрежетнул зубами и продолжил сканирование системы. Он все еще не терял надежды, что это именно та БИС, на розыски которой он потратил прорву времени и сил. А письмо и стирание памяти – не более чем издевка, попытка вывести его из себя.

Заводская информация, которую физически нельзя было уничтожить, а также код управляющей программы оказались заблокированы неизвестной Гройссу защитой, и на ее снятие пришлось потратить около часа. Пустая трата времени выводила его из себя, нервы были на пределе, но момент истины уже был близок.

А истина оказалась разочаровывающей: заводские данные БИС не соответствовали данным разыскиваемой интеллект-системы…

Гройсс бессильно откинулся на спинку кресла и устало потер лицо руками. Он почувствовал, как на него накатывает тихая ярость и, грохнув по столу кулаком, вскочил и заметался по лаборатории.

– Надо успокоиться, успокоиться… – бубнил он, бегая из угла в угол и взлохмачивая пальцами волосы. – Не может быть, чтобы все так… Успокоиться…

Гройсс внезапно замер посреди лаборатории, затем метнулся к консоли и, лихорадочно тыкая пальцами в голографические образы, переслал копию заводских данных БИС на инп.

«Подожди, братец! – потер он вдохновенно руки. – Это еще не конец. Ты ошибаешься, я найду ее! Я уже нашел! Ты не мог ее никуда деть, а только подменить. Подменить… Дьявол, она была у меня почти в руках, а я, как распоследний идиот!.. Ну, ничего, я найду, кому ты успел толкнуть чертово корыто на Кавиасе! Как все просто! Ведь она как раз была адаптирована под эту модель яхты…»

Через пару минут корабль сошел с орбиты, взял курс на сектор Солнца и спустя сутки вышел на орбиту Земли.

Гройс, измученный вынужденным бездействием и сгорающий от нетерпения, не дожидаясь завершения процедуры посадки, соединился с отделом регистрации своей компании «И-Систем».

– Элеонора Стоун, отдел регистрации, – представилась миловидная блондинка с экрана визора. – Добрый вечер, мистер Гройсс. Чем могу быть вам полезна?

– Выясните, пожалуйста, на каком судне эксплуатируется БИС с вот этим номером, – Гройсс передал девушке заводские данные интеллект-системы, – и кому в данный момент принадлежит судно.

– Одну минуту.

Девушка отвернулась от экрана, занявшись поиском информации. Хотя Гройсс и был уверен почти на все сто, что подменена БИС именно того корабля, на котором бежал Мейер, но все же от этого прохвоста можно было ждать чего угодно.

В ожидании результата Гройсс нетерпеливо постукивал пальцами по подлокотнику кресла, следя за посадочными маневрами корабля, выдаваемым на обзорный экран.

– Мистер Гройсс, – позвала девушка спустя несколько минут.

– Слушаю вас. – Гройсс резко обернулся к экрану.

– В настоящий момент БИС эксплуатируется на судне элит-класса «Веста», категория – малотоннажные яхты, бортовой номер AF-28002. Планета регистрации – Кавиас. Зарегистрирована согласно договору о купле-продаже от 12 мая 2247 года. Текущий владелец судна – Рудольф Стенсен. Предыдущий…

– Достаточно, – прервал Гройсс. – Предыдущий мне известен. Он что, немец?

– Маловероятно, – пожала плечами девушка. – Скорее, норвежец или датчанин. Уточнить?

– Спасибо, нет необходимости. – Гройсс задумчиво подергал нижнюю губу. – М-м, понимаете, Элеонора, у меня возникла необходимость связаться со Стенсеном, а его координаты, к несчастью, были утеряны. Вы бы не могли уточнить для меня все, что о нем известно.

– Конечно, без проблем. – Элеонора мило улыбнулась и опять уткнулась в консоль. Поиски заняли секунд двадцать. – Регистрация: планета Кавиас, Антьер, Восточная, 12. Владелец: фирма «Чартер-С», Кавиас, Антьер, Припортовая, 2, офис 237. Род деятельности: грузоперевозки, чартерные туристические и деловые рейсы эконом и бизнес-класса. Фирма владеет двумя среднетоннажными грузовиками, двумя пассажирскими лайнерами малой вместимости и, с недавнего времени, вышеуказанным судном «Веста». Подробности вас интересуют?

– Нет, спасибо. Вполне исчерпывающая информация.

– Рада была помочь, – девушка изобразила на лице дежурную улыбку. – Я вам больше не нужна?

– Нет, всего доброго.

– Всего доброго, мистер Гройсс. – Элеонора кивнула и отключилась.

Гройсс повернулся в кресле к обзорному экрану и почесал пальцем переносицу. До посадки на искусственный остров, специально возведенный под космодром в Северном море недалеко от побережья Великобритании, оставались считаные минуты. Вдали уже виднелись высотки Уитби.

1Уником – универсальный комбинезон, повседневная одежда для работы в условиях, приближенных к естественным для человека
21 фут английский (или международный) – 0,3048 метра
3Бортовая интеллект-система
4Сервы – механо-автоматы, обслуживающие судно
5Инп – индивидуальное планшетное устройство, предназначенное для личных коммуникационных целей с мощными центральными серверами. Инпы регистрируются на конкретное физическое лицо, идентифицируют его по биометрическим данным и предоставляют доступ к различным сетевым услугам согласно назначенных пользователю привилегий доступа

Издательство:
Автор
Поделиться: