Название книги:

Затянувшаяся прогулка, или Средство от депрессии

Автор:
Владимир Алексеевич Сергеев
Затянувшаяся прогулка, или Средство от депрессии

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Наивно думать, что их всего две особи на такие просторы. Здесь их нет, потому что укрыться негде, одни голые стены. В той стороне возможно больше удобных укрытий и сколько их там расплодилось одному богу известно. Хотя о чём это я? Бог сюда не заглядывает, эти подземные просторы не его епархия. Здесь совсем другой куратор с рогами и копытами. Нет, не хочется мне возвращаться. Вот если бы там, кроме воды, был бы ещё склад с продуктами, я бы наверное рискнул. Ладно, пустые мысли гонять в голове. С другой стороны, что мне ещё делать? Пока ноги слушаются, буду идти вперёд, а там как повезёт.

Следующий отнорок появился не меньше чем через час, после того как я ушёл от закрытой двери. Да… не много здесь интересного. На верхних уровнях боковых ответвлений было поболе, там даже перекрёстки встречались. На одном из них я впервые заметил зубастую тварь. Эх, Сашка, Сашка… Вдвоём куда веселей было. Верхние обитатели были поменьше размером, чем местные. Правда зубы и когти у них были, дай бог, да и много их чересчур. Я в нерешительности стоял у бокового прохода, опасаясь переступить воображаемый порог. Всё-таки любопытство оказалось сильнее. Что толку топать по широкому тоннелю, вряд ли в нём встретится что-то интересное. Вход в этот боковой коридор был значительно большего размера, чем тот, где мне встретились приматы. Он лишь немного уступал по ширине основному тоннелю. В него отходила светящаяся полоса лишь немногим уже, чем на центральном проходе.

Короткий освещённый коридор вывел меня в большое помещение, метров семьдесят длиной и шириной не меньше двадцати. Высокий потолок подпирали три круглых колонны диаметром метра по два. Светящаяся полоска обрывалась вместе с коридором. Большая часть подземного зала находилась в темноте. Теперь это меня уже не слишком напрягало. Только я пересёк границу света, включилось «ночное зрение». Причём самостоятельно, я даже не успел отдать мысленной команды. Похоже, наниты не теряли времени, продолжая совершенствовать мой организм, жалко, что скоро они прекратят своё существование. С момента как я покинул лечебницу, они никак себя не проявляли. Молчали и я молчал. А что у них спрашивать, всё, что знали, они мне уже рассказали. Вот если бы они знали план этих подземных коммуникаций, всё было бы намного проще. Ага, размечтался. Ни для этого их создали. Они лекари, а не проводники-экскурсоводы.

Глава 4

Помещение в бледно-зелёном цвете казалось ещё больше, и было на удивление пустым. Никаких серебристых шкафов, никаких стеллажей, если бы не колонны. Стоп, а это что за хрень? В дальнем углу, стоило мне завернуть за колонну, что-то темнело. Блин, очень похоже на кузов автомобиля только без колёс. Похоже на кабриолет. Крыши нет, только пыльное ветровое стекло. Я осторожно подошел, прислушиваясь и принюхиваясь не хуже ищейки, и заглянул внутрь. Определённо похоже на машину. Внутри два дивана установленные друг за другом, а вот руля нет. Перед передним диваном торчит небольшой рычаг и пара педалей. Всё, больше никаких приборов, кнопок, выключателей. Ничего. На капоте, стекле и сиденьях приличный слой пыли. Дверки не предусмотрены конструкцией, посадка-высадка через бортик, высота которого понижается в местах, где по идее должны быть двери. Осмотрев пустой салон, я вновь попытался разглядеть колёса. Ничего подобного. По нижней части кузова шёл немного выступающий буртик высотой сантиметров десять и всё. Никаких ступиц, а тем более колёсных дисков. Этот буртик вплотную, без всяких зазоров, лежал на пыльном полу. Может это воздушная подушка?

Я легонько попинал ботинком этот выступ. Что-то твёрдое, звук глухой, на метал не очень похоже. Впрочем, сам кузов, если смахнуть пыль, тоже не блестит, как весь металл в этом подземелье. Может покрашен? Я осторожно постучал по капоту своим прутом. Нет, не звенит. Может какой-то пластик? Я уселся на передний диван и смахнул драным рукавом пыль с того места где могли быть приборы. Ничего похожего. Как на шкафах в «щитовой», ряд из небольших квадратиков. Только эти не светились и не мигали. Немного подумав, я нажал крайний, ничего не произошло. Осмелев я давил на них по очереди и сразу по два. Тот же результат. Ничего. По ощущениям, эти квадраты даже не нажимались. Пошатал рычаг. Он мягко перемещался в любом направлении, но без какой-либо реакции. Кузов предсказуемо оставался на месте. Поставил ноги на педали. Нажал левую, потом правую, потом вместе. Педали плавно опускались и так же плавно возвращались на место, но с машиной ничего не происходило. Я наклонился и заметил над педалями два небольших рычажка. Потянул левый. Раздался негромкий щелчок, и капот плавно открылся, подняв облачко пыли. Я потянул правый рычаг, и дёрнулся от неожиданности. Щелчок прозвучал у меня за спиной.

Оглянувшись, увидел небольшую приподнятую крышку. Для багажника она была явно маловата. Да и не было его в принципе. Сзади, кузов этого авто имел небольшой выступ, который мало походил на отсек для багажа. Поднятая крышка была узкая, шириной около двадцати сантиметров, а в длину немного короче спинки заднего сиденья. Я ещё раз внимательно осмотрел переднюю часть машины, используя вместо тряпки многострадальный рукав своей куртки. Очистив таким образом от пыли переднюю стенку кузова, я не нашёл больше никаких кнопок или рычагов. Гладкие боковые стенки даже не имели никакой декоративной обивки. Ладно, пойдём смотреть, что там под капотом. Я перешагнул через низкий бортик и, нагнувшись, заглянул под капот. Да-а. Ничего похожего на двигатель внутреннего сгорания. Три поблёскивающих куба лежали на длинных гранях, вдоль моторного отсека. Между собой они соединялись короткими трубами. Под ними просматривалось две коробки из того же металла с сильно закруглёнными гранями. Сразу под ними поблёскивала серебристым цветом металлическая плита, к которой эти коробки и крепились. Ещё несколько, более мелких коробочек были установлены на боковых стенках моторного отсека. Они все соединялись в единую цепь какими-то стержнями, или толстыми проводами. На передней стенке, под капотом имелся сферический выступ диаметром около полуметра и высотой сантиметров десять, пятнадцать.

Ну и как это всё работает? Я даже не стал очищать узлы этого мотора от попавшей под капот пыли. Её, кстати, было значительно меньше чем снаружи. Крышка капота закрывалась вполне герметично. Большая часть пыли проникла сюда только сейчас, после её резкого открытия. У меня не было никаких идей, по поводу набора этих металлических коробок. Чёрт знает, что это за силовая установка и на чём она работает. Немного постояв и, не найдя в своей голове ни одного приемлемого варианта, я опустил крышку капота. Она закрылась с тихим щелчком, а я уже без всякой надежды пошёл к задней части кузова. Здесь мне повезло не намного больше. Слева под откинутой крышкой располагался кожух с мелкой металлической сеткой. Его края были мягкими на ощупь, а формой повторяли внутреннюю поверхность крышки. Кстати, в ней напротив кожуха имелись узкие продольные прорези. Так, это похоже на воздухозаборник с фильтром, подумал я, разглядывая конструкцию. А это что за хрень? Рядом с кожухом тускло поблёскивал небольшой, размером с крупное яблоко, только сильно вытянутый, кристалл. Его нижняя часть была вставлена в специальное углубление, повторяющее все его грани. Сверху на кристалл был одет небольшой колпачок, закреплённый на толстой штанге.

Похоже, бензобак искать не стоит. Этот камушек, скорей всего и приводит в движение, данное транспортное средство. Как это происходит мне жителю двадцать первого века, было абсолютно не понятно. Моя рука непроизвольно потянулась к кристаллу, но я быстро отдёрнул её на полпути. Чёрт его знает этот источник энергии, может в нём ещё что-то осталось? Например, током шибанёт. А может ещё хуже, вдруг он радиоактивен. И сейчас я стою и хватаю рентгены, или ещё какую-нибудь подобную хрень. Крышка, этого отсека легкомысленно тонкая, но это ещё ни о чём не говорит. Может этот материал, идеально задерживает вредное излучение. С другой стороны, прошли тысячи лет с того момента, когда эта машинка ездила. Любые изотопы уже должны бы распасться. Но, проверять как-то не хочется. Я уже собирался опустить крышку, но меня привлёк узкий короб, расположенный сбоку от кристалла. В нём что-то лежало, с виду какая-то тряпка. Осторожно, стараясь не задеть, тускло поблёскивающий камень и его крепление, я протянул руку и потрогал пальцами находку.

Определённо какая-то ткань, гладкая и шелковистая. Осторожно потянул и вытащил небольшой свёрток ткани, по виду синтетической, слишком скользкая и гладкая она была. Развернул и не удержал. Часть свёртка упала на пыльный пол. Ни фига себе. Я держал в руках короткую куртку из блестящего, серебристого материала. Мягкий и очень лёгкий, материал на ощупь очень напоминал Болонью. Это сколько же лет этой курточке. Она давно должна была истлеть, превратившись в прах и пыль. Я, вначале осторожно, а потом, приложив значительные усилия, попробовал разорвать ткань на рукаве. Не тут то было. Материал даже не затрещал, легко справившись с моими потугами. По ощущениям он немного вытягивался, но когда нагрузка исчезала, принимал первоначальную форму. Я решительно скинул свою, изодранную в лохмотья и испачканную куртку и одел найденную в машине. Вес её на плечах совершенно не ощущался. Так, а где пуговицы, молния или клёпки на худой конец? На полах древней одёжки ничего подобного не было.

Что ходить всё время нараспашку? Я запахнул полы куртки, разглаживая и поправляя, провёл ладонью по верхней половине. Она моментально прилипла к нижней, как будто на липучках. Вот как это работает. Я попробовал расстегнуться. Не тут-то было. Полы куртки склеились намертво. Я занервничал, чуть ногти не оборвал. Бесполезно. Вот блин, оделся. Любитель обновок. Ни карманов, ни манжетов на рукавах, ни каких декоративных элементов, ничего лишнего. Модель очень простая, короткий воротник стоечка. Я даже характерных швов на рукавах не нашёл. Так, а это что за клёпка? Пальцы наткнулись на небольшой твёрдый кружок слева под воротником. Стоило прикоснуться к нему указательным пальцем, как полы куртки тут же разошлись. Фу-ух, выдохнул с облегчением. А я уже хотел искать, что-то острое, чтобы разрезать эту курточку. Попробовал ещё раз, застегнулся и расстегнулся при помощи кнопки. Всё работало. Причём можно было застёгиваться туго, вплотную к телу, а можно с приличным зазором, позволяющим отрастить пивное брюхо. Куртке было всё равно. Полы намертво приклеивались друг к другу в любом месте.

 

Ладно, с курткой разобрались, можно взглянуть на штаны. Я поднял с пола упавшие брюки и хотел отряхнуть их от пыли. Оказалось, трясти совершенно не обязательно, они остались чистыми. Пыль скатывалась с них как вода с жирной поверхности. Здесь тоже никаких изысков. Я хочу сказать, что карманы, строчки швов и прочая красота отсутствовали полностью. На привычном месте была ширинка, но вновь ни пуговиц, ни молнии. Впрочем, это меня уже не слишком удивило, так как я сразу заметил на поясе такую же, как на куртке кнопочку. Мои многострадальные, с огромной дырой на заднице брюки отправились к уже лежавшей на сиденье куртке. Найденные штаны оказались немного коротковаты, но в принципе не критично. Ботинки у меня хорошие, с высокой голяшкой, так, что всё вместе смотрелось вполне органично. По ширине штаны пришлись как раз впору. Я поприседал, позадирал ноги, всё путём. Ничего не трещит и движений не стесняет. Ткань только с виду похожа на известную мне Болонью, на самом деле очень мягкая и совсем не шуршит. Кстати, видимо и воздух чрез неё как-то проходит, потому что пока я приседал и махал ногами, не почувствовал что мне стало жарче.

Ещё раз заглянул в отсек, где нашёл себе костюмчик. Пусто, больше никаких подарков, от древнего шофера не завалялось. Ну ладно, спасибо и на этом, а то, как оборванец, чесслово. Приоделся я нормально, но вот где взять еду, для урчащего уже без перерыва желудка. Мне кажется, я бы сейчас не раздумывая сожрал, прямо в сыром виде, тварь с верхнего уровня, если бы она мне попалась. Здесь почему-то они не водились. Окинул взглядом помещение с колоннами. Кроме брошенной машины без колёс, ничего. Голые стены и никаких проходов или смежных помещений. Я взял свой прут, который всё это время лежал на переднем диване и пошёл к выходу. Вновь иду по освещённому тоннелю, по бокам однообразные гладкие стены и светящаяся полоса на потолке. Никаких отнорков, даже поворотов нет. Нет, возможно, тоннель и поворачивает плавно, но для меня это абсолютно не заметно. Не знаю, сколько я так прошагал, но устал изрядно. Я бы давно присел отдохнуть, а может даже прилёг, но нарастающий голод не давал мне покоя. Желудок осознав, что возмущённое урчание на меня не действует, стал стягиваться в болезненных спазмах. Да так, что порой от резкой боли темнело в глазах. Похоже, недолго мне осталось. Модернизированный нанитами организм, не настроен медленно чахнуть и сохнуть от голода. Он реально сожрёт сам себя в поисках энергии, для своих микроорганизмов.

Всё-таки я присел отдохнуть, а потом, чтобы уменьшить резь в животе, даже лег, подтянув к себе колени. Так в позе эмбриона я и очнулся. Не знаю, сколько длилось моё забытье, здесь время определить не возможно. Свет так же ровно лился из полосы, освещая гладкие стенки проклятого тоннеля. Заблудиться было сложно. Цепочка моих следов хорошо просматривалась на покрытом слоем пыли полу. С трудом поднявшись, я зашагал дальше. Вначале короткими не уверенными шагами, но постепенно втягиваясь в привычный ритм. Спустя час или два, а может все три, я заметил вдалеке какое-то препятствие. Неужели мне удалось дойти до конца тоннеля? И что теперь. По-прежнему я не встретил ни одного бокового отворота. Идти назад? К приматам? Даже если я сумею до них дойти, на бой с ними сил у меня точно не останется. Мне бы хоть чуть-чуть перекусить и попить. Тогда уже можно биться. Причём биться не на жизнь, а на смерть. В этот раз я уже не уйду просто так, оставив большую обезьяну поверженной. Я сожру её сырой, напьюсь крови, съем печень. Блин, я тряхнул головой, что за ерунда со мной творится. Примат, которого я подбил, как две капли похож на человека, только волосатый. Я что стал каннибалом? Или это чужие мысли проникают в мой мозг? Мысли умирающих от голода маленьких бестий? Нет, я не буду есть себе подобных. Лучше сдохну.

Тоннель не заканчивался, он был перегорожен. Перегородкой служил какой-то металлический хлам, наваленный до самого потолка. Здесь были блестящие шкафы, наподобие тех, что я видел в «щитовой». Какие-то механизмы, или станки, что-то отдалённо напоминающее радиаторы отопления. Всё это было из уже примелькавшегося блестящего металла, хотя встречались и тёмные вкрапления напоминающие куски породы. Когда до препятствия оставалось метров двадцать или меньше, из него вылетела стрела и ударила мне в грудь, выбив из неё воздух. О, как больно! Ещё до конца не осознав, что произошло, я расплылся по стене, а потом медленно попятился назад. Стрела, ударив меня, отскочила и упала на пол. Отступая, я скосил глаза вниз, ожидая увидеть кровь, вытекающую из прорехи в куртке. Ничего подобного. Серебристая ткань не имела никаких заметных повреждений. Не хилая курточка мне досталась, как бронежилет. У валяющейся стрелы был какой-то тёмный, похоже, каменный наконечник.

– Накомо, гора дупа чис! – раздался из-за кучи громкий крик.

– Дора, манку тибор, – значительно тише сказал другой голос.

– Харпа, дупа, майц горун бород женч! – опять громкий крик.

Я отступил уже метров на десять и в нерешительности остановился. Здесь мне не пройти. Вторая стрела может прилететь в незащищённое одеждой горло, или вообще в лицо. Назад идти, тоже смысла нет. Там меня скорей всего прикончат, а потом с удовольствием съедят большие обезьяны. Вернуться в зал с брошенной машиной и на мягком диване встретить свои последние минуты? Да, наверное, это для меня оптимальный вариант. Может ещё повезёт, и ко мне умирающему забредёт какая-нибудь крыса, которую получится прикончить. Я уже настроился пятиться дальше, когда дверца одного из шкафов нижнего яруса распахнулась. Из неё быстро вышли два человека и встали на колени, уткнувшись лбами в пыльный пол. Перед собой на пол один из них положил лук, а другой топор на длинной рукоятке.

– Майц горун, майц горун, – услышал я, – брутли ком. Брутли ком майц. Кун но точ травок.

Что за ерунда. То стрелы пускают, то на колени падают. Что это за люди? Мужчины, были правильно сложены с длинными, заплетёнными в косичку волосами. Под смуглой кожей спины перекатывались хорошо развитые мускулы. Из одежды на них были короткие, сшитые из выделанной кожи штаны и широкие браслеты на обоих предплечьях. Ещё на шее висели какие-то ожерелья. Последнее я заметил, когда один из них выпрямился, оставаясь стоять на коленях. Он приложил правую ладонь к груди, а левой рукой сделал приглашающий жест, в сторону открытой двери. Я заметил, что его грудь разукрашена непонятными значками и рисунками.

– Майц горун, промоти ком. Кун старок лукин ту пон ду мавек, – быстро заговорил он на неизвестном языке.

Похоже, убивать меня они передумали. Ну что ж, раз приглашают, почему бы не войти, тем более других достойных вариантов у меня всё равно нет. Может, хоть попить дадут. Я медленно двинулся вперёд. При моём приближении приглашавший меня воин, вновь склонился в поклоне и уткнулся лбом в пол. Я прошёл мимо склонённых аборигенов и перешагнул порог распахнутой двери. Это и впрямь был какой-то шкаф, но без начинки. Остались только стенки, шириной около метра. Пройдя через него, я вышел с другой стороны баррикады. Здесь стоял стол и две небольшие лавочки из тёмного материала напоминающего пластик. На столе стоял кувшин и пара кружек, а на блюде лежали куски вяленого мяса и что-то похожее на лепёшки. Рот мгновенно наполнился слюной, а голодный желудок заурчал так что, наверное, услышали вошедшие следом за мной мужчины. Не в силах сдерживаться я схватил кувшин и принялся пить жадными глотками. Это была вода, восхитительная, прохладная вода. Мне кажется, если бы в кувшине было вино, или спирт, я бы тоже выпил его как воду. Утолив жажду, я набросился на еду. Никогда в жизни я ещё не ел такого вкусного мяса и лепёшек. Впрочем, когда животный голод немного отступил, я понял, что местные лепёшки лишь внешне похоже на изделия из хлеба. Вкус их больше напоминал драники изготовленные из картофеля. Но, какое это имело значение для моего пустого желудка? Правильно, никакого.

Я смог успокоиться, только опустошив блюдо полностью. Всё это время аборигены терпеливо и молча стояли сзади, покорно склонив головы к полу. Наверное, это был их обед или ужин, вяло подумал я разочарованно глядя на пустое блюдо. Я бы легко съел ещё столько же. Но, увы, больше на столе ничего съедобного не было. Впрочем, разум мне подсказывал, что переедать, после продолжительного голодания всё-таки не стоит. Желудок уже вполне успокоился, перерабатывая полученную пищу. Так, пора знакомится со здешними обитателями. Где обещанные нанитами лингвистические способности? Из того что они говорили я легко выделил два повторяющихся слова «Майц горун». Они явно обращались ко мне, называя меня этим словосочетанием. Интересно, что оно значит? Судя по их колено преклонённым позам, что-то вполне уважаемое и почитаемое. Ладно, разберёмся, а пока попробуем пообщаться.

– Антон, – сказал я, показав пальцем себе на грудь.

Мужики подняли головы от пола и молча смотрели на меня. Да, не всё так просто. Я подошёл к ним на расстояние вытянутой руки и повторил, вновь тыча пальцем себя в грудь:

–Антон, – потом прислонил палец к груди старшего из них, который приглашал меня войти. Мужик молчал, переводя взгляд с моего лица на уткнувшийся ему в грудь палец. Я вновь показал на себя и снова назвал своё имя. На третий раз в глазах мужика мелькнула понимание, и он радостно произнёс:

– Гамон.

Я приветливо улыбнулся. Для закрепления ещё пару раз поочерёдно тыкал пальцем в себя, называя своё имя и в мужика, называя его. Потом я ткнул пальцем в молодого аборигена с любопытством следящего за моими манипуляциями, но ответил за него Гамон:

– Харпа.

Хорошо, познакомились, можно продолжать изучение туземного языка, заодно проверим прокачанные способности к языкам. Я поочерёдно показывал пальцем на стол, лавку, кувшин, кружку, топор и лук. Отвечал мне Гамон, как более сообразительный. Харпа только улыбался, демонстрируя неровные зубы, и кивал головой, на каждое слово своего старшего товарища. Когда неодушевлённые предметы закончились, мы перешли к частям тела. Я показывал пальцем на другой палец, на руку, на ногу на глаз и так далее. А вообще работало. Я имею ввиду обещание нанитов, насчёт лингвистических способностей. Слова туземного языка запоминались легко, я повторял их за Гамоном, стараясь запомнить и произношение. Он лишь изредка поправлял меня, а в основном удовлетворённо кивал. Наконец, первичное обучение можно было считать законченным. Я уже запомнил как звучат на местном диалекте, все предметы на которые здесь можно было показать пальцем. Затянувшуюся паузу прервал Гамон.

– Майц горун, Антон, идти корпотун, – он вновь сделал приглашающий жест рукой в сторону продолжавшегося за баррикадой тоннеля.

Да, блин, из его фразы я понял только два слова. Своё имя и «идти». Последнее слово благодаря тому, что пять минут назад, тщательно изображал шагающего человека. Гамон только с третьей попытки догадался, что я хочу всего лишь узнать, как на его языке звучит слово «идти» или «шагать». Многое мне ещё нужно выучить, чтобы общаться с местными, но ничего времени у меня достаточно, главное, чтобы кормили. Я утвердительно кивнул, ждущему ответа мужчине. Тогда он повернулся к своему молодому напарнику и сказал ему несколько слов. О чём шла речь я, конечно, не понял, но видимо старший дал младшему какие-то указания. Харпа забрался по металлической лестнице, на выступ образованный нижним ярусом металлических шкафов. Там под потолком тоннеля лежали металлические короба, образуя подобие бойниц. Он приник к одной из них, поставив свой лук рядом с ногой. Вот значит, откуда он пустил в меня стрелу.

– Идти Майц горун, – повторил Гамон и первым зашагал по тоннелю.

Мы шли примерно полчаса. Баррикада и оставшийся там Харпа давно скрылись из вида. Этот тоннель, впервые за время моего блуждания по подземельям сделал плавный, но вполне заметный и ощутимый поворот, скрыв от нас покинутый пост. Впереди вновь возникло препятствие. Всё те же металлические шкафы стояли в ряд, перегораживая проход. Здесь, правда, над ними ничего не было навалено. Только стенка из шкафов и две торчащие над ней головы, с вытаращенными глазами.

– Бо Майц горун. Ю лушокот оф фимангор уз дором. Ю бету хис корпотун, – крикнул Гамон, на всякий случай остановившись метрах в двадцати от препятствия. Я тоже замер, на всякий случай, сместившись немного в сторону. Если здесь тоже окажется молодой и резкий боец с луком, я успею нырнуть за спину своего провожатого. Куртка у меня классная, но отдача от попадания стрелы всё же чувствуется. Синяк точно будет, после выстрела Харпы, а может и ребро треснуло. Лишний раз испытывать судьбу не хотелось. Всё обошлось. Обе головы мгновенно исчезли и дверь крайнего шкафа приветливо распахнулась. Воины выскочили и, копируя стражников первого поста, попадали на колени, согнувшись в почтительном поклоне. У обоих были луки, которые они положили на пол перед собой.

 

– Майц горун, Антон, идти, – сказал Гамон и первым зашагал к открытой двери.

Когда мы прошли мимо коленопреклонённых воинов, они встали и зашли вслед за нами, закрыв за собой дверь. Здесь был такой же столик, но лавочка была только одна. Никакой еды на столе не было, а вот кувшин с водой и кружки присутствовали. Я налил полную кружку воды и с удовольствием выпил. Подождав меня, Гамон вновь продолжил путь. Стражники остались стоять, глядя нам вслед. Ещё десять минут спустя появились первые боковые ответвления от центрального тоннеля. Их было много, они шли по обеим сторонам тоннеля. Мой проводник спокойно проходил мимо, не обращая на отнорки ни малейшего внимания. Значит, угрозы в них точно нет. В некоторые боковые коридоры отходили светящиеся полосы, другие были тёмные. Мне показалось, что из одного отворота долетел звук человеческой речи, а потом даже что-то похожее на смех. Вскоре мой чувствительный нос уловил запах похожий на дым, а потом послышались какие-то новые звуки. Центральный тоннель привел нас в огромный зал. Помещение было округлой формы с высоким сферическим потолком, который подпирали несколько толстых колонн.

Я замер, на входе буквально раскрыв рот от неожиданности. Светящаяся лента поднималась до центра потолка, и от неё расходилось несколько лучей, длиной метров по десять. В результате помещение было достаточно хорошо освещено. Рядом с центром потолочной сферы виднелось отверстие диаметром около двух метров, на котором виднелись толстые, чёрные прутья решётки. Потолок заинтересовал меня ненадолго, я лишь мельком оценил его высоту и грандиозные размеры. Картина, открывшаяся внизу, была гораздо интереснее. По центру зала горел небольшой костёр, дым от которого поднимался вверх и скрывался в отверстии на потолке. Над костром, на высокой металлической треноге висел большой котёл. Рядом, на небольшой лавочке сидела женщина и что-то помешивала внутри котла. Седые волосы стянуты в короткий хвост, большие плоские груди, свисают почти до пояса. Недалеко от костра играли ребятишки. Их было не очень много человек двенадцать, пятнадцать. Но, это было конечно не всё население подземного зала. С другой стороны очага стоял длинный стол из тёмного материала, по бокам которого с обеих сторон вытянулись лавки.

К боковым стенкам зала, в два этажа прилепились постройки, собранные всё из того же материала, что виденные мной столы и лавочки на постах. Тёмно-синий пластик или что-то сильно на него похожее. Каждая постройка имела свою дверь. Нижний этаж немного выступал вперёд, образуя своим потолком своеобразный балкон. По краю, которого, были сделаны ограждения из металлических поблёскивающих прутьев. Эти постройки шли по обеим сторонам огромного зала, начинаясь метрах в десяти от тоннеля, через который мы вошли. На второй уровень вели две крутые лестницы в начале и в конце балкона. На противоположной стороне зала, примерно напротив, видно было выход и продолжение тоннеля.

– Корпотун, – мой провожатый сделал движение рукой слева на право, как бы обводя стены зала, – идти, тор биктиман Аминдас.

Он свернул в сторону, направляясь к лестнице на второй этаж левого крыла. Я пошёл следом, с интересом поглядывая на играющих ребятишек. Внезапно один из карапузов заметил нас. Он вскочил, показывая на нас пальцем и что-то быстро залопотал. Мгновенно все маленькие головки повернулись в нашу сторону. Услышав детское щебетанье, подняла голову и женщина, сидящая возле котла. Она, не отрываясь, смотрела, как мы поднимаемся по лестнице и идём по балкону. Гамон постучал в синюю дверь расположенную примерно посредине второго яруса. Дождавшись негромкого отклика, толкнул дверь и чуть отступив, сделал мне приглашающий жест рукой. Я шагнул через порог и оказался в просторной комнате, квадратов двадцать пять. С правой стороны комнату перегораживала штора из красно-оранжевого материала. А справа на стуле с высокой спинкой за небольшим столом сидел пожилой мужчина. Я ещё не успел толком его разглядеть, как он резво выскочил из-за стола и сразу плюхнулся на колени, уткнувшись лбом в пол.

– Майц горун, Майц горун… – услышал я бормотание незнакомца.

Я стоял, не зная, что делать и разглядывал убранство комнаты и самого хозяина. Это был старый, но ещё крепкий мужчина. Лицо его я видел только мельком, пока он не плюхнулся на колени. Мужественное, с большим старым шрамом на щеке. Лоб прорезали глубокие морщины. На голову хозяина была накинута шкура с головой твари оскалившей огромные зубы. Из-под этой накидки выбивались длинные седые волосы. Мне стало немного жутко от воспоминаний нашей схватки с этими хищниками. Плечи и часть спины была укрыта тёмной шкурой, а сразу за ней поясница была расписана причудливыми узорами татуировки. На предплечьях широкие кожаные браслеты, на которых чем-то блестящим вышиты замысловатые узоры. На столе стоял глиняный кувшин и кружка. Правее лежал человеческий череп, а рядом в специальной подставке стоял кристалл, наподобие того, что я видел в брошенном автомобиле. Ещё какие-то бусы из позвонков небольшого животного и пара кубиков из блестящего металла. Рядом со столом стояла традиционная темная лавочка. Пластиковые стены жилища вождя, а что это именно к нему меня привёл Гамон, я уже понял, украшали развешанные шкуры всё тех же тварей. Но, были здесь шкуры ещё каких-то животных с более длинным, светлым, рыжеватым мехом.

На одной из этих шкур, я увидел рыжую голову с большими усами и страшными клыками. Зверь был похож на пуму, или пантеру. Неужели они тоже водятся в этих подземных лабиринтах. Ну, если бы нам с Сашкой довелось повстречаться с этими хищниками, моё путешествие давно бы уже закончилось. Красные, остекленевшие глаза внушали ужас. Я успел оглядеть всю комнату, кроме части отгороженной красной шторкой. Ну, не пойдёшь же шариться по чужим владеньям, а вождь так и не разогнулся, что-то бормоча себе под нос. Я оглянулся, оказалось и мой провожатый стоит на коленях в той же позе, что и его руководитель. Вот блин, и что мне делать? Я шагнул к вождю и, взяв его за предплечье, потянул кверху, предлагая подняться. Правильно истолковав моё желание, мужчина поднялся на ноги, держа правую руку на груди в районе сердца.

– Антон, – представился я, и, показав пальцем на стоящего на коленях проводника, добавил, – Гамон.

– Аминдас, – правильно истолковав мой жест, представился вождь и добавил, – биктиман Коропотун.

Я вспомнил, что уже слышал от проводника эти слова и, сопоставив, перевёл: «Аминдас – вождь поселения Коропотун». Ну, или что-то в этом роде, может не поселение, а деревня или стая, это уже не существенно. Меня по-прежнему мучила жажда, видимо организм никак не мог восстановить водный баланс. Показав пальцем на кувшин, я спросил:

– Можно попить воды? – причём слово воды я произнёс уже на их языке. Гамон мне сказал, как они её называют, ещё на посту, когда я тыкал пальцем во всё подряд.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Автор
Поделиться: