Название книги:

Звёздные Войны: Траун. Доминация. Грядущий хаос

Автор:
Тимоти Зан
Звёздные Войны: Траун. Доминация. Грядущий хаос

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Посвящается тем, кто стоит на краю хаоса.


Timothy Zahn

STAR WARS™: Thrawn. Ascendancy. Chaos Rising


Copyright © & ™ 2021 LUCASFILM LTD. Used Under Authorization.

Cover art and design: Sarofsky Endpapers art: Magali Villeneuve


Перевод с английского Анастасии Бугреевой


ТРАУН. ДОМИНАЦИЯ

I. Грядущий хаос

II. Greater Good

III. Lesser Evil



ТРИЛОГИЯ ТРАУНА

• Траун

• Траун. Союзники

• Траун. Измена


Издательство благодарит за помощь в подготовке издания «Гильдию архивистов JC».



© А. Бугреева, перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021




ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ТРАУН / Митт’рау’нуруодо – почетный приемный сын семьи Митт

ЗИАРА / Иризи’ар’алани – кровный родич семьи Иризи

ТАЛИАС / Митт’али’астов – почетная приемная дочь семьи Митт

ТУРФИАН / Митт’урф’ианико – синдик семьи Митт

САМАКРО / Уфса’мак’ро – почетный приемный сын семьи Уфса

ГЕНЕРАЛ БА’КИФ

ЧЕ’РИ – «идущая по небу»

КИЛОРИ УАНДУАЛОНСКИЙ – следопыт-навигатор (не чисс)

ГЕНЕРАЛ ЙИВ ВЕЛИКОДУШНЫЙ – никардунский командующий


ДОМИНАЦИЯ ЧИССОВ

Девять правящих семей

УФСА

ПЛИХ

ИРИЗИ

БОАДИЛ

ДАСКЛО

МИТТ

КЛАРР

ОББИК

ЧАФ


Статусы членов чисской семьи

КРОВНЫЙ РОДИЧ

ПРАВОРОЖДЕННЫЙ

КУЗЕН

ПОЧЕТНЫЙ ПРИЕМНЫЙ РОДИЧ

РОДСТВЕННИК ВО ВЛАСТИ


Политическая иерархия

ПАТРИАРХ – глава семьи

СПИКЕР – старший синдик семьи

СИНДИК – член Синдикуры, главного правительственного органа

ПАТРИЭЛЬ – представитель семьи в делах планетарного масштаба

СОВЕТНИК – представитель семьи в делах местного масштаба

АРИСТОКРАТ – член одной из Девяти правящих семей среднего положения


Давным-давно за пределами

далекой-далекой Галактики…


Вот уже тысячи лет она остается островком спокойствия в Хаосе. Она – средоточие силы, образец стабильности. Она едина и неделима. Девять правящих семей оберегают ее от внутренних угроз, а Флот экспансии и обороны – от внешних. В ее окрестностях царит мир, а враги покоятся в руинах. Она – оплот света, славы и цивилизации.

Такова Доминация чиссов.

Пролог

Нападение на Цсиллу, главную планету Доминации чиссов, было внезапным, непредвиденным и, несмотря на скоротечность, было исполнено с впечатляющей эффективностью.

Три тяжелых боевых корабля вышли из гиперпространства с разных направлений и устремились к планете, поливая оборонительные платформы и патрульные истребители Сил обороны чиссов из спектральных лазерных пушек. Те, хоть и были застигнуты врасплох, начали отстреливаться меньше чем через минуту. Но к тому моменту вражеские корабли изменили траекторию, нацелившись на скопление огней на ледяной поверхности в том месте, где находился столичный город Цсаплар. Лазеры не останавливались ни на секунду, а как только корабли вышли на дистанцию ведения огня, тут же последовали залпы ракет.

В конечном итоге, однако, атака ни к чему не привела. Оборонительные платформы без труда перехватили ракеты, а патрульные корабли расправились с чужаками, распылив их на обломки столь мелкие, что при входе в атмосферу они сгорали без остатка. Не прошло и пятнадцати минут, как с нападавшими было покончено.

«Угроза миновала», – мрачно подумал верховный генерал Ба’киф, шагая по центральному коридору в направлении Куполы, в которой собирались синдики и прочие аристократы после того, как отсиделись в убежищах.

Гром был неминуем и мог грянуть в любую минуту.

Обычно члены Синдикуры, высшего органа управления Доминации, держали марку рассудительных и достойных правителей, отменно владеющих собой. В большинстве случаев, если не принимать во внимание неизбежные политические разногласия, таковыми они и являлись.

Но не сегодня. Синдикура собралась в полном составе, и после заседания у спикеров было запланировано закрытое совещание, в связи с чем, когда взревела сирена, в кабинетах, коридорах и переговорных оказалось полным-полно высокопоставленных аристократов Доминации. Убежища под Куполой были весьма вместительными и удобными, однако вот уже несколько десятилетий на Цсиллу никто не покушался, поэтому Ба’киф сомневался, что кто-то из нынешних правителей бывал в этих бункерах.

Два часа вынужденного безделья в ожидании второй волны вторжения плохо сказались на их душевном состоянии, посему не приходилось сомневаться в том, что встретят Ба’кифа отнюдь не рассудительно и с достоинством.

Он не ошибся.

– Лично я хочу знать, – заявил спикер семьи Уфса, как только верховный генерал закончил свой доклад, – что это за чужаки, которые возомнили, будто могут безнаказанно на нас нападать. Конкретика, генерал. Нам нужна конкретика.

– Боюсь, спикер, я ею не обладаю, – ответил Ба’киф.

– Почему? – настаивал оратор. – Ведь после них остались обломки, не правда ли? У вас есть записи датчиков, трупы и энергетические профили оружия. По всему этому, несомненно, можно опознать виновников.

– Доминация подверглась атаке, – тяжеловесно вставил спикер семьи Митт, как будто окружающие каким-то образом могли этого не заметить. – Нам нужно знать, кто навлек на себя наказание подобной дерзостью.

– Да, – согласился представитель семьи Уфса, метнув сердитый взгляд на соседа по столу.

Ба’киф едва сдержал вздох. В былые времена перед лицом серьезной внешней угрозы правящие семьи, отложив на время политические интриги, превращались в монолит. Генерал надеялся, что сегодняшнее происшествие подтолкнет их к такому же единомыслию.

Как видно, не судьба. Семьи Уфса и Митт схлестнулись в весьма неоднозначном споре за недавно открытые месторождения на Тиартерре, и первый спикер был явно раздражен тем, что главный конкурент перехватил у него инициативу на этом собрании.

– Более того, – добавил Уфса, осадив соперника горящим взглядом, – нам нужны гарантии, что у Сил обороны есть нужные ресурсы, чтобы защитить чиссов от новых агрессивных действий неизвестного врага.

Лежащий на столе перед Ба’кифом квестис – передатчик и считыватель данных, – мигнув индикатором, просигналил о поступлении нового сообщения. Приподняв устройство, генерал расположил его на ладони левой руки, а правой провел по полосе прокрутки сбоку экрана.

– Для беспокойства о безопасности Синдикуры нет поводов, – объявил он. – Мне только что сообщили, что с Нейпорара срочно направлены четыре дополнительных боевых корабля Флота экспансии.

Генерал незаметно поморщился. Молодые воины, готовые отдать жизнь за родину. Их рвение почетно и благородно… А самопожертвование, если таковое потребуется, абсолютно расточительно, и об этом прекрасно известно всем присутствующим в Куполе.

К счастью, сегодня, кажется, никому жертвовать собой не придется.

– А если враг нападет на другие планеты Доминации? – не унимался спикер семьи Уфса.

– На случай новых атак к соседним системам были отправлены другие корабли для усиления патрулирования, – ответил Ба’киф.

– Кто-нибудь из них докладывал о нападениях или о появлении врага? – осведомился представитель семьи Кларр.

– Пока нет, спикер, – сообщил ему генерал. – Насколько я могу судить, это был единичный инцидент.

Спикер семьи Оббик фыркнула, драматически разведя руками.

– Очень сомнительно, генерал, – указала она. – Вряд ли кому-то придет в голову из озорства выставить против Доминации боевые корабли, а потом как ни в чем не бывало убраться восвояси. Кто-то замышляет против нас недоброе. Нужно найти и проучить этого неведомого врага.

* * *

Так продолжалось битый час: каждый представитель Девяти правящих семей – и многие выходцы из великих семей, мечтавшие примкнуть к этой элите, – считали своим долгом выразить «под протокол» свои возмущение и решительность.

По большому счету Ба’киф терял с ними время. К счастью, благодаря обширному армейскому опыту он научился слушать политиков вполуха, фокусируя другую половину сознания на более неотложных делах.

Спикеры и синдики хотели знать, кто напал на Доминацию, но их понесло не в ту сторону.

На самом деле следовало озадачиться вопросом не «кто?», а «зачем?».

Ибо спикер семьи Оббик была права: никто бы не стал нападать на Цсиллу ради забавы, тем более ценой потери трех боевых кораблей, которая, как представлялось генералу, ничем не окупилась. Итак, враг либо крупно просчитался, либо получил нечто, не очевидное на первый взгляд.

Что же это могло быть?

Большинство членов Синдикуры явно полагало, что неудавшаяся атака была преддверием затяжной наступательной кампании, и как только они покончат с позерством, то наверняка потребуют, чтобы Силы обороны стянули корабли к центральным системам. Более того, с них станется и Флот экспансии отозвать для укрепления тыла с внешних границ.

Неужели именно этого и добивался враг: чтобы чиссы обратили взгляды внутрь своих владений, оставив окружение без внимания? В таком случае потакание требованиям Синдикуры сыграет этому неведомому врагу на руку. С другой стороны, если синдики правы и это на самом деле начало полномасштабной военной кампании, оставлять Флот экспансии в Хаосе не менее рискованно. В любом случае, если они ошибутся в выборе, то к моменту, когда враг обозначит свои истинные намерения, исправлять ошибку будет уже поздно.

 

Раздумывая над этими перспективами, Ба’киф в какой-то момент осознал, что имеется и третья: возможно, нападение было затеяно для того, чтобы отвлечь внимание и силы чиссов от других событий – но не предстоящих, а уже свершившихся.

Что ж, этот вариант он мог проверить не сходя с места. Генерал незаметно набрал запрос в своем квестисе.

Примерно к середине совещания, когда он уже отвечал аристократам лишь участливым хмыканьем, ответ нашелся.

Скорее всего.

Вернувшись в свой кабинет, Ба’киф застал поджидавшего там адъютанта.

– Вы его нашли? – спросил генерал.

– Да, сэр, – подтвердил подчиненный. – Он сейчас на Нейпораре, проходит последний курс лечения от ран, полученных во время операции против пиратов-вагаари.

Ба’киф нахмурился: операция, о которой шла речь, будучи успешной в военном смысле, в политическом оказалась полнейшим провалом. Даже спустя несколько месяцев многие аристократы были недовольны ее исходом.

– Когда он освободится?

– Когда вам будет угодно, сэр, – ответил адъютант. – Он сказал, что явится по первому вашему зову.

– Хорошо. – Генерал сверился с хронометром: полчаса, чтобы подготовить «Вихрь» к вылету, четыре часа – долететь до Нейпорара, еще полчаса – спуститься на челноке в медицинский центр Флота экспансии. – Передайте, что он должен быть готов через пять часов.

– Слушаюсь, сэр. – Адъютант помедлил. – Выслать официальный приказ или вы поедете как частное лицо?

– Высылайте, – кивнул Ба’киф. Аристократы наверняка останутся недовольны, когда узнают об этом. Возможно, Синдикура даже созовет трибунал и снова будет отнимать у него время бессмысленными вопросами. Но все же генерал решил строго придерживаться процедуры. – Официальный приказ верховного генерала Ба’кифа, – продолжил он, невольно понизив голос до той тональности, в которой всегда звучали его приказы и доклады. – Приготовить транспорт для меня и старшего капитана Митт’рау’нуруодо. Пункт назначения: Диоя. Цель: обследование заброшенного корабля, обнаруженного два дня назад в пограничной системе.

– Слушаюсь, сэр, – отчеканил адъютант. Голосом он владел отменно, ничем не выдав личного отношения к прозвучавшему приказу. В конце концов, не только аристократы недолюбливали капитана Трауна.

Но в данный момент их мнение Ба’кифа не волновало. Он получил первую половину ответа на вопрос «зачем?».

И отправлялся за единственным доверенным лицом, которое поможет ему найти вторую половину.

Воспоминания I

Из всех повинностей, которые приходится отрабатывать, когда ты занимаешь позицию середняка в семейной иерархии, поиск кандидатов в почетные приемные родичи был самым скучным. Эта досадная мысль донимала аристократа Митт’урф’ианико, пока он вышагивал по коридору старшей школы. Скучная работенка, сплошь в разъездах, а оборачивается зачастую пустой тратой времени. Здесь, на Ренторе – парадоксальным образом совсем недалеко от Цсиллы, но по сути все равно что на задворках Доминации – итог поездки был ясен заранее.

Тем не менее, если генерал – пускай даже новоиспеченный – настаивает, что у него на примете есть перспективный кандидат, семейные устои не позволяют оставить его слова без внимания.

Генерал Ба’киф ждал аристократа на балконе, возвышающемся над залом приемов. На его лице читался тщательно сдерживаемый энтузиазм, и к тому же он был довольно-таки молод для полевого офицера. Но опять же: семейные связи никто не отменял.

Глаза Ба’кифа загорелись при виде гостя.

– Аристократ Митт’урф’ианико? – спросил он.

– Собственной персоной. Генерал Ба’киф?

– Собственной персоной.

Обменявшись формальными приветствиями, они наконец могли перейти к использованию менее громоздких титулов и средних имен.

– Итак, где этот ваш ученик, ради которого не зазорно преодолеть полпланеты? – поинтересовался Турфиан.

– Внизу. – Ба’киф указал на шеренги учеников, декламирующих утренние торжественные клятвы. – Крайний справа в третьем ряду.

Значит, он возглавлял строй? Похвально, но не более.

– Его имя?

– Киву’рау’нуру.

«Киву». Турфиан никогда не слышал об этой семье.

– И? – Он выжидающе умолк, вбивая незнакомую фамилию в поиск на квестисе.

– И его успеваемость, способности и логическое мышление выше всяких похвал, – добавил Ба’киф. – Наилучший кандидат на поступление в академию Тахарим на Нейпораре.

– Гм, – пробурчал Турфиан, уткнувшись в экран. Семья Киву была едва ли не самой неприметной во всей Доминации. Неудивительно, что он никогда о ней не слышал. – И зачем же вы вызвали нас?

– Потому что в семье Митт еще остались два вакантных места на нынешний год, – пояснил генерал. – Если вы не возьмете Вурауна под крыло, у него не будет другого шанса до следующего года.

– Неужели из-за этого разразится катастрофа?

Ба’киф стиснул челюсти:

– Полагаю, что разразится. – Он протянул аристократу собственный квестис. – Вот статистика его успеваемости.

Турфиан задумчиво жевал губу, прокручивая список достижений. Он видал и получше, но не очень часто.

– Не вижу ни единого признака того, что родная семья готовила его к карьере военного.

– Они и не готовили, – подтвердил генерал. – Это очень скромная семья, у них нет ресурсов и связей, какие находятся в распоряжении семьи Митт.

– Раз они возлагают на него такие надежды, то должны были изыскать или произвести ресурсы, – с недовольством возразил Турфиан. – Или вы считаете, что семья Митт должна без лишних вопросов взвалить это на себя?

– Задавайте любые вопросы, какие вам угодно. Я приказал вызвать его с первого урока на собеседование.

Турфиан натянуто улыбнулся:

– Неужели аристократы для вас так предсказуемы?

– Аристократы? Нет, – словно отражение в зеркале, улыбнулся Ба’киф. – Но предсказать их соперничество довольно нетрудно.

– Могу себе представить, – признался Турфиан, снова утыкаясь в экран. Если мальчишка оправдает хотя бы половину возложенных на него ожиданий, то даже в этом случае будет ценным приобретением для семьи Митт.

Когда-то, тысячи лет назад, семьи были именно тем, чем их привыкли считать: группами родичей по крови или браку, куда не допускали чужаков. Но неотъемлемые недостатки такой системы вели к упадку и разобщению, и патриархи некоторых семей начали экспериментировать с иными методами «вливания свежей крови», нежели удачная женитьба. В результате сложилась нынешняя система, при которой талантливые самородки могли стать почетными приемными родичами с перспективой в дальнейшем дорасти до праворожденного или родственника во власти.

Несомненно, Вураун обладал всеми качествами, чтобы стать приемным сыном семьи Митт. Что важнее – после усыновления семья Иризи не сможет на него претендовать. То самое проявление соперничества между аристократами, о котором говорил Ба’киф.

Но даже это отступало на задний план при мысли о том, что Синдикура наконец-то вняла нескончаемым прошениям Сил обороны о расширении полномочий и численности, результатом чего стало создание Флота экспансии и обороны. Его задачей было защищать интересы чиссов в Хаосе за пределами Доминации, изучать тамошних обитателей и оценивать уровень их враждебности.

В кои-то веки аристократы не поскупились на финансирование: вовсю кипела работа по постройке новых кораблей, баз и прочей инфраструктуры, и вскоре флоту понадобятся все умелые офицеры и солдаты, которые найдутся среди чиссов.

Похоже, Вураун с легкостью впишется в эту роль и сможет прославить не только себя лично, но и всю семью.

– Хорошо, – сказал Турфиан. – Давайте поговорим с ним. Заодно проверим, как он выдержит надлежащий допрос.

* * *

– Надеюсь, тот особняк не очень далеко, – заметил Вураун в салоне машины, уносящей его все дальше от стен школы. – Я и так пропустил сегодня все занятия. Если и завтрашние пропущу, преподаватели будут недовольны.

– Переживете, – отрезал Турфиан с вымученным терпением в голосе. Неужели мальчишка не понимал, какая ему оказана честь?

Как видно, не понимал: посещение занятий волновало его больше, чем возможность быть усыновленным одной из Девяти правящих семей.

Рентор трудно было назвать средоточием политической и культурной жизни, поэтому аристократ решил, что нужно сделать скидку на некоторую степень провинциальной отсталости. Но даже в этом случае невежество Вурауна выделяло его среди непритязательных простолюдинов.

Впрочем, если полагаться на мнение Ба’кифа, то мальчику прочили карьеру военного, а там политика не играет большой роли.

Но это при условии, что Вурауна примут в семью Митт – что еще вовсе не гарантировано. Турфиан отправил собственный отчет, но предстояло еще пройти собеседование с советниками, которые вели дела семьи на Ренторе. Если удастся их поразить, следующим шагом будут краткие смотрины у дамы, которая занимала пост патриэля семьи Митт. По завершении этих мытарств их рекомендации будут направлены в главную резиденцию семьи на Цсилле, где вынесут окончательный вердикт. Только после этого Вураун узнает, подходит ли он им в качестве почетного приемного сына. Весь процесс, как правило, занимал два-три месяца, хотя порой на памяти Турфиана доходило и до шести…

Услышав сигнал квестиса, аристократ включил прибор.

На экране светилось шаблонное сообщение, причем очень короткое:

«Вураун признан почетным приемным сыном».

Турфиан завис, уставившись на экран.

Признан?

Невозможно. А как же собеседование… встреча с патриэлем… одобрение из резиденции…

Тем не менее от факта никуда не деться: кто-то существенно сократил процедуру, и многоступенчатые формальности уже ничего не изменят.

Строго говоря, в них отпала необходимость. Скорее всего, патриэль получила точно такое же сообщение, и по прибытии в особняк их ждет непродолжительная церемония отречения Вурауна от семьи Киву и вступления в семью Митт.

– Что-то случилось? – спросил мальчик.

– Нет, ничего. – Аристократ убрал квестис в карман. Значит, этого выскочку приняли лишь по результатам допроса самим Турфианом? Возможно, во внимание приняли школьную успеваемость и отзывы преподавателей.

Но этого явно было недостаточно. Да, мальчишка талантливый, но должно быть еще что-то. Несомненно, кто-то из самой верхушки следил за тем, как проходит сегодняшняя поездка Турфиана. А биографию Вурауна этот кто-то изучил еще раньше и пришел к выводу, что семье Митт будет выгодно такое приобретение.

Итак, если решение было принято заранее, зачем на это собеседование направили самого Турфиана? Уж точно не из-за того, что его рекомендации имели хоть какой-то вес в резиденции.

Ничего подобного. Турфиана послали в эту глушь, чтобы скрыть тот факт, что Вураун уже давно избран вопреки процедуре. Чистая политика – но разве что-то в правящих семьях к ней не относится?

Турфиан нахмурил брови, запоздало сосредоточив мысли на том, что он упустил из внимания чуть ранее. Когда он только получил известие о приеме мальчика, то никоим образом не отреагировал на него – в конце концов, он был аристократом и провел за политическими играми достаточно времени, чтобы научиться не выдавать эмоции в мимике и голосе. Но это не помешало Вурауну заметить, что сообщение несколько выбило его спутника из колеи, и задать вопрос.

Турфиан смерил мальчика взглядом. Столь выдающаяся наблюдательность – редкий дар. Может, он чего-то не разглядел в кандидате. Какую-то особенность, которая принесет почет и ему самому, и всей его семье.

По всей видимости, в резиденции рассудили точно так же и постарались, чтобы этой семьей оказалась семья Митт.

Оставалась еще небольшая неясность, отправят ли мальчика учиться в академию Тахарим, однако, учитывая, что неизвестный благодетель Вурауна имел в руках все рычаги, вопрос можно было считать предрешенным.

Турфиан хмуро смотрел, как одни элементы пейзажа сменяются другими. Он не любил, когда им манипулировали. И тем более не одобрял, когда законные и проверенные временем правила отменялись по мановению чьей-то руки.

Но он был аристократом из семьи Митт, и не ему оценивать правильность или ошибочность решений, которые принимаются на высшем уровне. Его работа – выполнять спущенные оттуда поручения.

Возможно, когда-нибудь это изменится.

– Ничего не случилось, – повторил он. – Я получил сообщение, что вас приняли в семью.

Вураун широко распахнул глаза:

 

– Так быстро?

– Да, – подтвердил аристократ, в глубине души посмеиваясь над его изумлением. Значит, этого выскочку все-таки можно застать врасплох. И он был знаком хотя бы с азами политики, раз понял, что его усыновление – случай из ряда вон выходящий. – Скорее всего, как только мы прилетим, то тут же приступим к церемонии.

– Как я понял, я стану почетным приемным сыном?

Ага, и о традициях правящих семей он тоже осведомлен.

– С этого все начинают, – подтвердил Турфиан. – Когда и если вы пройдете испытания, то станете праворожденным.

– А потом родственником во власти, – завороженно добавил Вураун.

Аристократ неслышно выдохнул. Ну уж нет, такому не бывать. Слишком уж незнатной была его семья.

– Допустим. Пока что привыкайте к имени Митт’рау’нуру.

– Хорошо, – пробормотал он.

Турфиан наблюдал за ним уголком глаза. Мальчик мог принести семье Митт славу, как и предрекал Ба’киф. Но с тем же успехом он мог принести позор и огорчения. Таков закон равновесия вселенной.

Как бы то ни было, назад ничего не вернуть.

Вурауна больше не существовало. Его место занял Траун.


Издательство:
Эксмо
Поделиться: