Название книги:

Ворг. Успеть до полуночи

Автор:
Гай Юлий Орловский
Ворг. Успеть до полуночи

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 7

Кое-как сквозь туман дотащил Изабель до относительно сухого места. Им оказалась огромная кочка, которая за длительное время превратилась в островок. На ней появились болотные цветы с белыми маковками, несколько кустиков клюквы и даже маленькая нора.

Вокруг по воде стелется зеленоватая дымка, коряги из нее торчат, как кривые пальцы, норовящие схватить и утащить на самое дно.

Мы буквально вползли на зеленый ковер. Я быстро отряхнулся по-волчьи и глянул на девушку.

Колени принцессы подкосились, она рухнула в траву, раскинув руки. Я не успел подхватить, Изабель не обиделась или сделала вид. Мол, в походе все должны проявлять стойкость. Даже принцессы.

Сейчас она похожа на свинопаску, но никак не на придворную леди: платье в торфе, лицо забрызгано грязью, волосы висят темными сосульками. От былой рыжести не осталось следа.

Я не стал ее трогать, пусть полежит, придет в себя. Сам прошелся по пятачку суши, собрал немного веток. Все сырое, развести огонь в таком месте – целая наука. Немного подумав, бросил сырые ветки и наломал палочек со стоячих деревьев. Эти хоть не пропитаны водой. Долго ковырялся с площадкой для костра – надо как-то сделать, чтобы влага от травы не просачивалась. На глаза попался небольшой трухлявый пень.

Вытащить его из податливой земли оказалось проще, чем тащить принцессу по болоту – корни почти не держат. Я перекатил его на возвышенность, когда очистил середину от трухи, появился терпкий смолянистый запах. Отлично, раз есть смола – значит, даже мокрым гореть будет.

Поставил ветки шалашиком. Вроде должен загореться, осталось только камешки подходящие найти.

Принцесса все еще лежит, раскинув руки, и тяжело дышит. В таком положении корсет чуть оттянулся, открывая белоснежное декольте. С каждым вдохом грудь высоко вздымается, как от бега.

Я хмыкнул и отвернулся. Красивая, ничего не скажешь. Беспомощная, но красивая. Из стаи ее бы все равно выгнали за слабость, а мне – жалко.

Над ней стала собираться тучка комаров, еще немного – и начнут кусать.

– Ты бы встала с земли, – посоветовал я. – И так мокрая, еще и лежишь на сыром. Если простудишься, точно брошу.

Она вывернула голову и преданно посмотрела на меня. Даже глаз с кошачьим зрачком выглядит честным. Ох уж этот взгляд. Специально ее, что ли, обучали так смотреть?

Я помахал рукой, показывая, мол, давай-давай, поднимайся. Она со стоном перевернулась на живот. Под ней чавкнуло мокрое платье. С заметным усилием принцесса села на колени и уперлась ладонями в мох.

– Ощущения, что меня жевали тролли, – протянула она жалобно.

– Ты даже не представляешь, что такое тролли, – ответил я, скользя взглядом по островку. – Если встретишь, убегай. Они сильные, но не слишком проворные.

Изабель подползла к коряге, торчащей из травы, и с выдохом оперлась спиной.

– Похоже, знаешь, о чем говоришь, – произнесла она устало.

Я кивнул:

– Лучше бы не знал.

Пока принцесса приходила в себя, мне удалось найти подходящие камешки. Несколько минут безуспешно чиркал над деревянным шалашиком. Потом дошло: нужно что-то быстро воспламеняющееся.

Повертел головой, справа на дереве коричневым блином торчит гриб. Отлично, с помощью таких стая переносит огонь с места на место, чтоб не разводить по десять раз.

Ствол оказался гладким, как вымоченная кожа. Пришлось попотеть, прежде чем смог забраться наверх и сорвать с коры бурый нарост.

Спустя несколько минут стараний из сухой сердцевины гриба появился дымок. Я облегченно выдохнул – не упал в грязь мордой перед принцессой, думал, совсем плохой стал, огонь не могу развести.

Я подложил тлеющую массу под шалашик, стараясь, чтобы сырой воздух не пустил мои старания насмарку. Наконец веточки зарделись желтыми языками.

– Подсаживайся ближе, – сказал я, оборачиваясь к принцессе. – Суши платье, в мокром далеко не уйдешь. И комары к костру не полетят. У тебя уже несколько красных точек на руке.

Она стала моститься у костерка, а я наломал еще веток. Для обогрева и сушки нужно много тепла.

Собрав достаточно хвороста, уселся рядом и стал подбрасывать топливо. Костер сразу оживился, пламя раздулось, приятный жар защекотал кожу. Вот оно, счастье: дорога, огонь, свобода.

На мне штаны высохли еще раньше, от тепла тела. Принцессе же пришлось высунуть ноги из-под юбки, чтобы хоть как-то дать просохнуть тому, что намокло под ними. Судя по всему, слоев ткани немерино, иначе платье было бы не таким пышным. Я покачал головой – с человеческими женщинами сложно.

Она несколько минут молча перекладывала юбки. Набухшая ткань хлюпает и чавкает. Трудностей добавляет то, что сидит на мокром, что вообще нехорошо.

Наконец она поднялась, на щеках проступил яркий румянец. Я насторожился – видел я такое выражение, оно предвещает, предвещает… Непонятно что.

– Платье плохо сохнет, – сказала она, еще больше смущаясь. – И нижние юбки с панталонами.

Я приподнял бровь. Такая откровенность от принцессы – явный перебор. Да что там, сама от себя не ожидала, стоит вся пунцовая, пальцы заламывает.

– От меня-то что хочешь? – спросил я, подозрительно прищурившись.

У Изабель даже уши стали цвета летнего заката. От такого одежда не то что высохнуть – вспыхнуть должна. Вместе с волосами и травой вокруг.

– Ну… – сказала она и замялась.

– Давай, не томи, – поторопил я.

Принцесса потупила взгляд.

– Мне бы снять ее и развесить, – проговорила она тихо. – Верхнее, может, и высохнет от костра, но нижнее – нет. А оно важнее.

Несколько секунд я смотрел на Изабель, стараясь, чтобы мои мысли не отражались на лице. Принцесса замерла с круглыми глазами, губы крепко сжаты. Ни одна мышца на лице не дрогнула. Неужели правда верит мне? Чокнутая.

Спустя пару минут удалось совладать с инстинктами, укрощению они поддались с огромным трудом. Боги, дайте сил.

Я прочистил горло и отвернулся, чтобы не смотреть на нее, как на котлету из телячьей вырезки.

– Гм, – вырвалось у меня.

Откуда-то послышались уже знакомые чавкающие звуки. Пока лезли через топь, они приблизились, но, когда добрались до островка, развели костер – все стихло. Большинство тварей пугает тепло и огонь. Для болотных гадов тоже закономерно – существа, живущие в сырости и холоде, не могут любить пламя.

В который раз по загривку прокатилась неприятная волна, она подсказывает – надо ускориться. Ощущения, что в Абергудских топях лучше на одном месте не сидеть.

– Делай что хочешь, – выдохнул я наконец. – Только поскорей.

Она начала было развязывать корсет, но спохватилась и отшагнула назад.

– Может, поставить какие-нибудь палки? – попросила она робко. – Я платье на них повешу. И потом отвернись.

Я закатил глаза: что за наказание? Сначала увязалась, теперь раздевается. Какой нормальный ворг при этом сохранит рассудок?

Едва соображая, я подскочил. Наугад воткнул несколько веток перед костром на достаточном расстоянии, чтобы высушить ткань, но не спалить. Даже перекладину сделал, чтоб мысли отвлечь.

Установив последнюю палку, я буквально перепрыгнул через кострище и уселся спиной к нему.

– Готово, – буркнул я под нос. – И давай шевелись. Долго нельзя рассиживаться, место жуткое и времени мало.

Сзади послышалось шуршание. Я тяжело вздохнул. То, что сижу спиной, ничего не меняет. Обоняние у меня сейчас не волчье, конечно, да и слух слабее, но в три раза лучше человеческого. Картинка всплывает перед глазами, почти как если бы видел воочию.

Слышу, как возится с завязками, вот справилась с корсетом, но сразу не сняла. Перешла к верхним юбкам, тоже клепки какие-то, бантики.

В воздухе растекся приятный, чуть сладковатый запах ее тела. Значит, уже вылезла из юбок. Раздался тихий скрип – стянула корсет. Я скрипнул зубами, надо держать себя в руках. Это просто человеческая девушка, просто инстинкты, просто… Фу ты черт, точно пора в таверны Межземья.

По звукам понял – развесила вещи по перекладинам и уселась на корягу.

– Я закончила, – раздался робкий голос из-за спины.

– Поздравляю, – ответил я хрипло.

– Можешь поворачиваться, – разрешила Изабель. – Платье висит как ширма, меня не видно.

– Какое счастье, – ответил я и обернулся.

Юбки и правда развешены таким образом, что полностью скрыли принцессу. Только ноги выставила к костру из-под ткани. От костра пятки кажутся розовее обычного, такие ножки никогда не наступали ни на что грубее дворцового ковра. Рядом на вертикальных прутьях замерли панталоны и корсет. Из-за каркаса он стоит, как флаг.

Я тяжело втянул воздух, улавливая не только манящий запах Изабель, но и совершенно чужой и тревожный. Опять чувство преследования. Какая-то дрянь околачивается вокруг островка, это к ведьме не ходи.

Внутри шевельнулась тревога, я хищно зыркнул на покрытую ряской воду. Намерения у твари не слишком добрые. Существо, которое пахнет мертвечиной и гнилью, не может нести светлое и вечное. Хотя вечное, наверное, как раз может.

Во рту снова появился трупный привкус, я раздраженно лязгнул челюстью – не люблю, когда изменения происходят без моего ведома.

Принцесса потерла стопу о стопу, из-под ткани показались пальцы. Она быстро ощупала юбки.

– Как быстро подсыхает, – удивилась она. – Надеюсь, панталоны тоже. В мокрых очень неприятно.

– Еще бы, – согласился я, отворачиваясь. – Думаю, тебе вообще придется отказаться от некоторых деталей одежды.

Из-за юбки-ширмы донесся вздох удивления.

– Ты предлагаешь идти без платья? – изумилась принцесса.

Совсем рядом в зарослях камыша раздалось бульканье, я поднялся и настороженно всмотрелся в туман. Без толку – дымка окружает островок, как молоко. Загривок встал дыбом, из глотки непроизвольно вырвался рык.

– Что случилось? – спросила она испуганно.

– Не знаю, – ответил я и с силой шарахнулся головой о ствол березы.

 

Не придумал ничего лучше, чем перекинуться в волка. Болотных хищников не знаю, а в нехищника превращаться опасно.

В голову ворвались звуки и запахи. Шорохи, бульканье, чмоканье, все это рядом – под водой, в кочках, внутри гнилых стволов. Непонятно только, что за звери так шумят.

Я осторожно перепрыгнул на холмик возле с островка. Затормозив передними лапами, опустил голову и принюхался.

В камышах перестало чавкать, похоже, существо догадалось, что раскрыто. Вода пошла мелкой рябью, будто кто-то поплыл от берега. Тьфу ты, пропасть! Надо было хватать.

В глотке заклокотало от гнева, не люблю, когда добыча убегает. Но что-то подсказывает – мы еще встретимся. Видать, волчий облик напугал тварь, звериная морда всех пугает.

Вернувшись на островок, обнаружил Изабель сидящей в панталонах и корсете прямо у костра.

На землю под себя подложила небольшое бревнышко, руки обнимают колени, голова смиренно лежит сверху. Пришлось быстро натянуть штаны, пока она не увидела и не залилась своим подкупающим румянцем.

Принцесса беззащитная, а ворги не любят слабых. Если тело никудышное, значит, и потомство будет хилым, в этом с гоблинами у нас согласие. А у меня неправильная тяга защищать немощных, хотя борюсь с этим всеми силами.

Волосы Изабель подсохли, лежат огненными кольцами на плечах. Пару секунд любовался – если ее поднатаскать, возможно, получится следопытка или… Да кого я обманываю.

– Ты готова? – спросил я, даже не скрывая голодного взгляда.

Изабель подняла голову и захлопала пушистыми ресницами. Румянец все же залил щеки, пылают, как летнее зарево. Она попыталась натянуть панталоны пониже, получилось лишь чуть прикрыть колени.

– Нижняя одежда высохла, – проговорила она смущенно. – А верхняя еще сырая.

– Отлично, – гаркнул я настолько резко, что сам удивился. – Обувайся. Пора уходить.

– Почему такая спешка? – не поняла она.

– По кочану и по репке, – ответил я. – За нами слежка.

Изабель испуганно спросила:

– Кто следит?

– Откуда я знаю, – зло бросил я, ощущая позорное бессилие. – На глаза не попадается, запаха не чую. Может, нежить уже выследила, а может, болотные проглоты выжидают подходящий момент, чтоб сожрать.

Глаза принцессы округлились, плечи затряслись.

– Проглоты? – спросила она в ужасе.

Я закивал, снимая с палок юбки и платья.

– Угу. Проглоты, твари, нечисть. Как хочешь называй. Думаю, им без разницы. Для них куда интереснее поживиться нежным мясом. Если что, тебя первую съедят.

Изабель побледнела и поднялась. Корсет завязан не полностью, поэтому в вырезе виден камень и два округлых полушария с белоснежной кожей.

Я тряхнул головой и сказал:

– Сделаем из твоих тряпок полезные вещи.

Спустя несколько минут усилий, под возмущенные вздохи и причитания Изабель, я соорудил из тряпок мало-мальски годный плащ. Непокрытые плечи быстро зябнут на сыром воздухе. Пару юбок все же оставил – они тоже греют, но одну наказал заправить в панталоны. Принцесса долго возмущалась, кричала, что это недопустимо и вообще неудобно. Пришлось пригрозить бросить ее прямо тут. Лишь тогда девушка снова присмирела. Туфли вместе со щиколотками обмотал остатками ткани, чтоб не соскакивали, если увязнет.

Наконец самодельное обмундирование принцессы было готово. Я удовлетворенно окинул ее с ног до головы и сказал:

– Так-то лучше. А то намылилась в поход в шелковом платье.

Изабель посмотрела на меня исподлобья и поправила панталоны под юбкой. Наверное, заправленная часть давит и собирается волнами, но что поделать.

Небо все еще скрыто мутной дымкой, вокруг квакают лягушки, да так громко, что кажется – это не лягушки, а огромные существа, которые под них только маскируются.

– Ну что, – спросил я намеренно бодро, – готова к новому забегу?

Лицо принцессы стало скорбным, но ничего не сказала, только покорно кивнула и вцепилась в край юбки.

Мы двинулись навстречу сгущающемуся туману, хотя трудно представить – куда уж плотнее. На расстоянии трех прыжков ничего не видно. Стараюсь вести девушку по кочкам, но она все равно нет-нет, да находит место, где уйти по колено. Приходится кидаться к ней, вытаскивать.

Пока лезли сквозь заросшую ряской низину, я размышлял. На кой все-таки она за мной увязалась? Не думала же, что в самом деле сожру. Хотя я ворг, к тому же беглый. А толпы гвардейцев и нежити, что ищут нашего брата, совсем не добавляют авторитета и спокойствия.

– Изабель? – бросил я через плечо и покосился на нее.

Принцесса с пыхтением перетаскивает ногу через бревно. Поверхность скользкая, еле удерживается, чтобы не свалиться в грязь.

Увидев, что смотрю, она резко дернулась и потеряла равновесие. Послышался треск ткани, видимо, юбка зацепилась за сучок. Девушка пискнула и полетела в лужу, растопырив руки.

Я метнулся и успел подхватить ровно в тот момент, когда ее спина почти коснулась воды.

Глаза Изабель расширились, она испуганно застыла, не зная, как реагировать на ситуацию. Наверное, во дворце не принято хватать принцесс, но нынешняя ситуация мало похожа на дворцовую. Поэтому она аккуратно сложила пальцы на животе и слабо улыбнулась.

Все мысли отразились на лице принцессы как на ладони. Даже непривычно. Обычно женщины хитрят и изворачиваются, а эта – сама наивность и целомудрие.

– Спасибо, – сказала она и отвела взгляд. – Думала, снова придется сушиться.

Я, все еще держа девушку, ответил:

– Нет уж. Еще одна внеплановая сушка нам точно ни к чему. И так тащимся, как слизни по столу.

Судя по всему, сидеть у меня на руках Изабель понравилось – собралась комочком, пригрелась. Почти ничего не весит, а может, это для меня ее тело кажется легким. Во всяком случае, нести могу очень долго. Только трясине это не объяснить. С двойным весом буду вязнуть сильнее и выбираться дольше.

– Отдохнула? – спросил я, ставя ее на кочку. – Идти можешь?

Она взглянула на меня васильковыми глазами и чуть улыбнулась.

– Конечно, – проговорила Изабель. – Не стоит так переживать за меня.

– Да. Как же, – бросил я, нехотя отстраняясь, и направился вброд по болоту.

Кочки стали попадаться реже, растительность, что обычно растет на бережках, исчезла вместе с этими самыми бережками. Спустя полчаса увидел перед собой непроглядную зеленую дымку.

Земля под ногами ходит ходуном, как если стоять на гоблинском ковре, а под ним вода. Вперед убегает покрытая зеленью поверхность и теряется в тумане. На вид вполне твердая, но чутье говорит обратное. Стоит шагнуть – провалишься по самую голову.

На секунду дымка впереди рассеялась, я увидел заболоченное русло, петляющее между старых сосен. Стволы широкие и старые, даже смог разглядеть массивные наросты трутовиков на коре.

Если держаться поближе к деревьям, есть шанс пройти по сухому. Правда, чавкающие кочки едва ли можно назвать сухими.

Весь путь пришлось держать Изабель за руку. Не то чтобы она очень просила, но проще вовремя выдергивать ее из грязи прямо на месте, чем кидаться из стороны в сторону.

– Ты мне вот что ответь, – сказал я, перетаскивая принцессу через поваленное дерево. – Зачем все-таки за мной пошла?

Маленькие пальцы принцессы ухватились за плечо, Изабель осторожно соскользнула с бревна.

– По-моему, это очевидно, – ответила она и бесхитростно посмотрела на меня.

– Очевидно, да не очень.

Изабель выдохнула и глянула в сторону. Лицо снова приобрело скорбное выражение.

– Понимаешь, – сказала она и хлопнула комара на щеке. – Я не хочу быть обузой. Не хочу, чтобы из-за меня поработили королевство. Для Ильвы я рычаг управления. Возможно, она сто раз пожалела о том, что вложила в меня часть себя. Но только так можно было подобраться к королю.

– Обузой ты уже стала, – сообщил я буднично, но, заметив тоску в глазах Изабель, добавил: – Но своим исчезновением ты мало поможешь.

– Почему? – не поняла принцесса.

Я ответил, перепрыгивая лужу:

– У темнейшества планы куда шире. Она ждет падения некоего Талисмана, чтоб заполонить нежитью не только Центральные земли.

– И Восточный край? – предположила принцесса.

– Бери выше, – сказал я, подняв указательный палец. – Весь мир!

Изабель в ужасе вытаращила глаза и прикрыла рот ладонью.

– Но это невозможно! – выдохнула она. – Нет силы, которая способна дать нежити столько власти. Эльфы, например, с этим не смирятся.

Вязкая капля упала мне на лоб, я брезгливо вытер тыльной стороной ладони и проговорил:

– Да эльфам плевать на остальных. У них самих забот непочатый край. Куда уж до какого-то Восточного края. Они и знать не знают, наверное, где это находится. Тем более, насколько мне известно, не все эльфы любят людей.

Изабель перескочила с пня на кочку и произнесла неуверенно:

– Нянечка рассказывала, что существует город, куда эльфы уводят людей. Только я не поняла, для чего.

– Думаю, ничего хорошего их там не ждет, – пробубнил я.

Принцесса не унималась.

– Но как же так? Неужели королева и правда решилась на такое? Искать мифический Талисман, о котором никто и не слышал раньше. Разве ей мало того, что уже стоит за плечами у короля?

– Власти никогда не бывает достаточно, деточка, – сказал я. – Ильва неспроста засела у себя в степи и носа не кажет. В отряды и то лишь по призыву наведывается.

– Хм, – задумчиво протянула Изабель. – Вообще-то дворец она тоже через быстрый портал посещает.

– Вот-вот, – согласился я. – А если так, значит, Талисман действительно что-то может. И мне никак нельзя дать темнейшеству его заполучить.

Изабель замолчала на некоторое время, а я подумал: ей, наверное, трудно переварить все, что происходит. Считала себя центром событий, а тут вот оно как. Хотя тогда непонятно, чего Ильва так вцепилась в принцессу. Если Талисман все равно будет у нее, какая разница, что думает король?

– Странно, – произнесла девушка, будто прочитав мои мысли. – Зачем тогда она меня спасла?

Я пожал плечами и перенес ее через очередную трясину. Звериное чутье быстро приноровилось подмечать опасные места, а принцесса до сих пор скатывается с кочек. Приходится брать на руки там, где это возможно.

– Не знаю, принцесса.

С этими словами я поставил Изабель на сухую почву.

Мы выбрались из низины на заболоченную, но ровную поверхность без травы. Дымка тут реже, окрестность видно на десяток прыжков. Между маленьких озерец вьется что-то вроде тропы.

– Я пойду первым, – сообщил я. – А ты держись рядом.

Она кивнула.

Болото двинулось навстречу, как огромный печальный монстр. Топь, которую только что преодолели, всего лишь преддверие, сени к промокшему, набухшему от воды массиву. Все здесь чужое и враждебное. Даже мне не по себе.

Я привык к эху. Залезешь на холм да как завоешь на всю округу. А с соседних возвышенностей и низин в ответ – «у-у-у». Но здесь звуки тонут в каплях застывшей влаги. Только чавканье из-под ног и жутковатое бульканье по краям тропы.

– Лотер! – раздался сзади сдавленный писк.

Я резко обернулся, шерсть вздыбилась, клыки вылезли на всю длину.

У края тропы у воды извивается зеленый ствол в два обхвата, корень спрятан где-то в трясине, а верхний край усыпан сотнями ножек с красными каплями и напоминает гигантские челюсти. В середине травяного рта дергается Изабель.

– Оно само вылезло! – жалобно крикнула принцесса. – Я за тобой шла, а оно из воды!

Ярость пришла моментально, мышцы надулись звериной мощью. Я с ревом кинулся к растению и стал рвать ствол когтями, но добился не большего эффекта, если бы колотил тролля деревянной дубиной. Тот хотя бы возмутился. Чудовище не реагировало – поцарапанные места моментально затягивались, а голодная голова все сильнее сжимала девушку.

– Жжется! – пропищала она, пытаясь освободиться от смертельной хватки.

– Можешь сбросить щупальца? – выкрикнул я в бешенстве.

Она забрыкала ногами, но длинные жгутики тут же опутали их, сжимая, как удав кролика.

– Нет, они липкие! – выпалила принцесса.

Очередная волна ярости прокатилась по всему телу, перед глазами замелькали радужные вспышки. В бессильной злобе я принялся раздирать ствол. Клыки рвали грубые волокна растения, несколько раз пытался сдернуть Изабель вниз, но клейкие капли только сильнее прижали добычу.

Никогда еще не чувствовал себя таким беспомощным. Даже в момент ухода из стаи была четкая уверенность: все будет так, как надо. А сейчас на глазах погибает хрупкое человеческое создание, и я ничего не могу сделать.

Воздух прорезал свистящий звук, над ухом мелькнула блестящая полоска. Что-то чрезвычайно острое пронеслось через ствол чудовища.

Половина, которая сжимала Изабель, качнулась, словно не веря в конец. Затем верхняя часть чавкнула и полетела на землю вместе с принцессой. Обреченное растение перестало цепляться за девушку, я успел поймать ее прежде, чем она стукнулась о кочку.

 

– Я думала, умру, – прошептала она еле слышно.

– Ну что ты, – успокаивающе ответил я. – С чего тебе умирать? У тебя камень Ильвы в груди.

Из тумана выступила огромная угловатая фигура. Сначала показалось, это очередной болотный монстр, но когда фигура приблизилась, увидел наездника на водомерке размером с лошадь.

– Да прибудет с вами Великая Жаба, – сказал незнакомец.

Ездовой зверь выглядит жутко. Глаза в мелкую сеточку, усами размахивает, как надсмотрщик кнутом, вытянутое тело пружинит на длинных ножках, покрытых частыми волосками. Наверное, поэтому удается не тонуть.

Сам наездник невысокий, даже с земли видно. Глаза большие, водянистые, рот широкий. Если бы от него не пахло человеком – решил бы, что упырь.

– Спасибо, путник, – поблагодарил я незнакомца. – Хорошее у тебя оружие.

Он ухмыльнулся и закряхтел.

– Не путник я, а житель бескрайних Абергудских болот, – сообщил спаситель гордо.

– Извини, не хотел обидеть, – сказал я, ставя принцессу на землю. – Не каждый день видишь, как девушку кусок капусты пожирает.

– Ты ворг. Откуда тебе видеть такое? Не знаю, что такое капуста, но это роцера. Они по всему болоту, – сказал он со знающим видом. – Давай-ка я отвезу вас в Абергуд. Там подсохнете, отдохнете. Зачем пешком тащиться сквозь топь, если есть вот?

Он хлопнул водомерку по блестящей спине, послышался металлический звук. Такой в лапы попадешься – мало не покажется, если у нее спина в доспехах, то и клыки должны быть крепкими.

Я насторожился. Слишком уж отзывчивым кажется чужак, так не бывает. Тем более с воргом.

Только хотел наклониться к принцессе, предупредить, как обнаружил ее идущей к водомерке. Спина по-королевски прямая, подбородок поднят, даже в непонятном наряде видно – знать.

Я скрипнул зубами, но остался на месте в надежде, что успею допрыгнуть и оторвать голову, если что.

– Буду очень признательна, – произнесла принцесса доброжелательно. – Я уже совсем вымотана сыростью и тяготами дороги.

Быстро она из послушной спутницы превратилась в великосветскую даму. Оно и понятно, принцессе не место в болоте, но как-то обидно.

– Я Жамчин, – представился незнакомец.

– Очень приятно, – улыбнулась принцесса, поднимаясь на водомерку по согнутой лапе.

Волоски из конечности послужили ступеньками, девушка шагает уверенно, будто всегда ходила по жучьим ногам.

Жамчин усадил ее перед собой и потянул зверя за короткие усы. Водомерка послушно приподнялась на ножках.

– Судя по всему, вы принцесса Центральных земель, – произнес он тоном, который мне совсем не понравился. – А это беглый ворг, которого ищет вся армия Ильвы и королевские гвардейцы.

У меня свело желудок, внутри все упало. Я зарычал и кинулся вперед, водомерка сделала пару движений, они мигом оказались на середине топи.

Еле успел затормозить, чтобы не рухнуть в воду, даже с ворговским прыжком не долететь до гада. Лицо Изабель побледнело, она дернулась в сторону, но Жамчин прижал ее к себе. Губы чужака расползлись в довольной ухмылке.

– Лотер! – только смогла выкрикнуть она.

– Ее темнейшество будет очень довольна, когда увидит принцессу, – сказал Жамчин, уводя водомерку еще дальше. – Ворга доставить не могу, но ты сам придешь. Девчонка-то у меня.

Внутри все закипело, я зарычал в бешенстве. Уже готов был к безумному прыжку, но вовремя вспомнил – под водомеркой неведомо сколько воды.

Ярость накатилась новой волной, дыхание участилось. Я стоял и кипел в исступлении, наблюдая, как Жамчин увозит брыкающуюся Изабель в туман.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Эксмо
Поделится: