Глава 1.
Утро нью-йоркского юриста Джона Смита как всегда выдалось добрым. Он лежал на чистых белых простынях в своей собственной квартире почти в самом центре города. Яркий солнечный свет пробивался сквозь окно и озарял обстановку комнаты: огромный новенький телевизор, висящий на стене, шкаф, наполненный дорогими костюмами, бар, в котором хранился старый коньяк. Но сегодня все это было не главным. Главным было то, что рядом с ним лежала та, о которой он мечтал, наверное, всю свою жизнь. Порой ему казалось, что она являлась к нему во сне еще до их встречи. И когда он увидел ее впервые, сразу понял, что никогда не отпустит ее. С тех пор прошло немало времени, и он ни разу не пожалел о своем выборе. И сегодня он сделает ей предложение. Она наверняка согласится. Они пойдут в ресторан, будут мечтать о будущей совместной жизни, пить вино, смеяться… Но все это вечером. А сейчас надо идти на работу.
Джон тихонечко, чтобы не разбудить свою возлюбленную, встал с кровати и отправился на кухню, чтобы сварить кофе, но тут же вернулся и на цыпочках подошел к шкафу, где висел его рабочий костюм: безупречный черный пиджак с брюками и ослепительно белая рубашка. Каждый раз, за завтраком, Джон с ужасом представлял себе, как маленькая капелька кофе попадет на безупречное одеяние, навсегда его испортив. Но кофе в глазах Джона был слишком аристократическим напитком, чтобы употреблять его, не надев костюма.
Позавтракав, он также на цыпочках, вышел из квартиры, прикрыв за собой дверь.
На улице его ждала самая неприятная часть пути. Чтобы добраться до автомобиля, необходимо было пройти через отвратительные трущобы дворов.
–И чем только занимаются власти Нью-Йорка? – думал он – их беспокоит только оболочка города – деловые кварталы, главные улицы, сверкающие витринами магазинов. А чуть углубись – тебя встретят грязные трущобы, населенные бродягами и бандитами. Если бы не работа, давно купил бы дом в пригороде.
Джон прошел мимо больших мусорных баков, стоявших в одном из дворов. В них частенько ковырялись местные бездомные. Так было и на этот раз. Один контейнер был открыт. Внутри кто-то копошился. Оттуда, как из жерла вулкана, вылетали старые тряпки, пустые алюминиевые банки и остатки еды, которую уже поджидало несколько бродячих собак. Неподалеку прямо на асфальте сидел молодой паренек с затуманенным взглядом. Явно только что укололся. Джон старался не смотреть на этих людей. Это было не чувство страха, скорее брезгливость. Навстречу ему шел еще один бездомный. Вид у него был весьма необычный: большой тяжелый сапог на одной ноге и деревянный протез на другой. Одежда – не по сезону теплая. Штаны, куртка – все было старым, выцветшим, но при этом, чистым и аккуратным. Лицо его украшали два тонких уса, неведомыми силами загнутых по краям кверху, как у Сальвадора Дали. Длинные волосы были заплетены в косичку. В какой-то момент Джон несколько оцепенел и не мог отвести глаз от колоритного бродяги. Тот тоже посмотрел на Джона. В какой-то момент их взгляды пересеклись. Джон быстро опустил глаза. «Сейчас начнет просить денег на еду» – с отвращением подумал он. Но бродяга прошел молча. Поравнявшись, он снова посмотрел на Джона, слегка улыбнулся, и, как показалось Смиту, едва заметно кивнул головой. Джон ускорил шаг. «Еще не хватало мне водить дружбу с помойщиками» – подумал он и постарался поскорее забыть этот случай.
Джон напрасно беспокоился, пытаясь не нарушить сон своей возлюбленной. Восемь часов утра – совсем не то время, когда Элен могла найти в себе силы, чтобы приоткрыть хотя бы один свой глаз. Прошло еще долгих пять часов, прежде чем она, наконец, поднялась с кровати и дотащилась до кухни, чтобы налить себе кофе. Сегодня ей предстояло переделать огромное количество важнейших дел. Во-первых, Джон пригласил ее вечером в ресторан. Во-вторых, к данному мероприятию необходимо было тщательно привести себя в порядок. Косметолог, парикмахер, мастер по маникюру оповещены о ее прибытии еще вчера. Сегодня им предстоит большая работа и большое вознаграждение, ведь она – Элен должна быть неотразима этим вечером. Но сначала нужно сделать важный звонок.
–Привет, Лизи! Как поживаешь?
–Да неплохо. Только проснулась. Лежу в кровати.
–А вот мне не спится. Мой уже третий день ходит сам не свой. Думаю, хочет сделать предложение. Вчера нашла у него в кармане чек на покупку обручального кольца. А прошлым вечером он пообещал мне большой сюрприз и пригласил в дорогой ресторан сегодня.
–Здорово. Должно быть, он очень расстроится, когда ты ему откажешь. Ты должна была поработать над тем, чтобы у него не возникло таких желаний.
–А я, как раз думаю согласиться.
–Ты же всегда говорила, что ты – свободная художница, и не собираешься обременять себя узами брака. Представляешь, выйдешь ты за него замуж. Сначала, конечно, будет романтический период. А потом он обнаглеет, начнет требовать от тебя заниматься хозяйством, готовить ему завтрак. Чего доброго дойдет и до детей. И тогда пропала твоя душа. Пучина быта поглотит тебя. Представляешь, стирка, пеленки, грязная посуда…
–Успокойся. Все продумано. Сейчас я, конечно, вполне довольна судьбой. Джон меня слушается. Но я прекрасно понимаю, что это не может продолжаться вечно. Рано или поздно он начнет упрямиться. Ты же знаешь этих мужиков. К тридцати у них возникает жгучее желание стабильности. Они начинают хотеть того, о чем ты сейчас говорила: семью, завтрак в постель, детей. Моя задача – создать впечатление, что у него все это есть. И тогда он будет полностью под моим контролем.
–Зачем такие сложности? Если Джон закапризничает, найдешь себе нового.
–Я уже не девочка, и находить новых хороших мужиков становится все сложнее. А Джон – практически идеальный вариант. Богат, наивен. Вечно витает в облаках. У него под носом можно делать что угодно. Думаю, он даже этого не заметит. А если заметит, его можно будет легко убедить, что все совсем не так, как на самом деле. Думаю, даже если он застанет меня в постели с другим мужчиной, я без труда объясню ему, что это сантехник, который пришел чинить кран. Потом кран отлетел ему в голову и окатил нас водой. Сантехник потерял сознание, я оттащила его на кровать, сняла с него и с себя мокрую одежду и собралась звонить в скорую, а тут как раз и ты явился. И он купится.
–Никогда не сомневалась в твоей изобретательности. Но обременять себя узами брака на долгие годы…
–Почему на долгие годы. Уйду, как только он мне надоест. Главное, правильно составить брачный контракт. И тогда моя жизнь обеспечена. Кроме того, я же говорила тебе, что у него очень богатые родители. Я ожидаю от них весьма существенных подарков на свадьбу. Да и сам Джон просто обязан на помолвку кроме кольца сделать мне еще какой-нибудь сюрприз. Я уже несколько месяцев обрабатываю его, чтобы он подарил мне автомобиль. Вчера в его портфеле я обнаружила каталог одного очень престижного автомобильного салона. Думаю, до него дошли мои желания. Я намекала ему на бентли, на худой конец на мерседес бизнес-класса. Надеюсь, он успеет организовать этот подарок к сегодняшнему вечеру. И тогда мы с тобой покатаемся завтра с ветерком и комфортом.
–Куда вы поедете на медовый месяц?
–Думаю, в Европу. Так хочется походить по парижским магазинам. Я стану богатенькой девочкой и много чего смогу себе позволить.
–С твоими запросами ты скоро разоришь его и перестанешь быть богатенькой девочкой.
–Это его проблемы. Сама понимаешь. Если хочешь обладать такой как я – надо платить. Ведь я молодая, красивая, умная, к тому же еще и художница, в недалеком будущем, очень известная, может даже, великая. Я ведь рассказывала, что училась в художественной школе?
–Ты рассказывала, что бросила ее через неделю после поступления.
–Да, потому что, там учат всяким глупостям, работам старых мастеров, технике живописи. А живопись – это совсем другое: полет фантазии, материализация вдохновения…
–Что-то я не помню, чтобы ты написала хотя бы одну картину…
–А чтобы быть художницей, необязательно писать картины. Главное – чувствовать как художник. А уж когда понадобится, картины полетят из-под моей кисти одна за другой.
–Жду не дождусь этого славного момента. Надеюсь посетить твою персональную выставку до того, как впаду в старческий маразм…
–Фу, какая ты противная. Ладно, некогда мне с тобой разговаривать. Надо привести себя в порядок перед рестораном. Пока!
Глава 2.
В офисе, где работал Джон Смит, как и всегда по утрам, обстановка была совершенно нерабочая. Одни сотрудники бегали от стола к столу, делясь новостями и сплетнями, другие пили чай и кофе, третьи, сидя за своими компьютерами, изучали пространство мировой паутины. Офис со своими ячейками прозрачных перегородок между рабочими местами, напоминал улей.
Когда Джон Смит вошел, к нему сразу подскочил его старый приятель и большой сплетник Майкл Кан.
–Привет, дружище! Пойдем, прогуляемся до туалета, я тебе такую убойную вещь скажу, закачаешься!
–Привет, Майки. Я сегодня хотел уехать пораньше. Надо поскорее приступить к работе, чтобы все успеть.
–Ты что, шутишь? Завтра все доделаешь. Пошли. Это касается Моники из отдела продаж – добавил Майки шепотом, почти коснувшись губами уха Джона.
–Ладно, пошли – ответил Смит, поняв, что отвязаться не получится.
–Помнишь, я тебе рассказывал – продолжил Майки, когда они вышли в коридор – что у нашей милой Моники кто-то появился. Она стала раньше уходить с работы, а недавно Джек, который сидит за соседним с ней столом, видел, как она изучала в интернете модели мужских часов. Явно собиралась сделать кому-то подарок со значением. Так вот, вчера вечером я случайно увидел, как она выходила из магазина вместе с Хантером из бухгалтерии. А ведь он женат и у него трое детей!
–Может, они просто случайно там встретились?
–Может и случайно. Но больно уж много случайностей происходит в последнее время. Так или иначе, я собираюсь зайти сегодня в бухгалтерию. У меня там работает одна знакомая, Линда, ты должен тоже ее знать. Ей-то наверняка все известно. Пойдешь со мной?
–Извини, Майки, мне сейчас совсем не до этого. Я собираюсь сделать предложение Элен.
–Да ты что! – Майки даже подпрыгнул от удивления – ты собираешься жениться, а я даже ничего об этом не знаю?
–Ты знаешь, что мы с Элен давно живем вместе, а теперь еще знаешь, что я предложу ей свои руку и сердце. Что тебе еще нужно?
–У нее куча долгов? Ее родители против? Она ждет ребенка от другого мужчины?
–У нее нет долгов, ее родители не против, она не беременна и, на сколько я знаю, не встречалась в последнее время с другими мужчинами.
–Так не интересно. То ли дело, Моника. Ладно, иди, работай, а я сбегаю в бухгалтерию и потом тебе все расскажу.
Но до своего рабочего места Смиту дойти не удалось.
–Джони – окликнул его сзади знакомый голос – за его спиной стоял Берти из отдела маркетинга.
–Привет, Берти.
–Пошли скорее на парковку. Харальд прикупил себе новую тачку. Это ракета, бомба, что-то термоядерное.
–Но я… работать.
–Возражения не принимаются. Ты же знаешь этого лентяя Харальда. Мне стоило огромного труда отодрать его от компьютера и заставить спуститься вниз.
–Пошли.
Через час Смит, узнавший абсолютно все о новой машине Харальда и выслушавший лекцию о преимуществах гибридов над классическими автомобилями, наконец, открыл дверь своего офиса… И чуть не упал от неожиданно раздавшегося крика. Перед ним стояли все его сослуживцы и знакомые из других офисов.
Позади, на стене висел огромный плакат «Поздравляем», а на одном из рабочих столов стояло несколько коробок с пиццей и тортом. Конечно, это Майки проболтался! Но как они успели всего за один час так подготовиться?
В этот день Джону так и не удалось поработать. Праздник был в самом разгаре, когда он собрался уходить: нужно было не опоздать в ресторан. Майкл Кан вызвался проводить его до улицы.
–Значит, будешь теперь женатым человеком – улыбаясь, сказал он – Заведешь себе минивэн, будешь ездить по магазинам в выходные, читать журналы для семейных мужчин.
–Я не думаю обо всем этом. Я просто люблю ее. Она такая чудесная. Легкая и прекрасная. Элен напоминает мне маленькую фею с крылышками. Она порхает с цветка на цветок, и единственное, чего я хочу – это бесконечно любоваться ей. Мне больше ничего не нужно, лишь бы она была рядом со мной.
–Ты романтик. Единственный романтик, которого я знаю. Ты не задумывался, что будет дальше: скандалы, кризисы, таблетки от депрессии. А там, глядишь, пойдут дети. Это пеленки, подъемы в три часа ночи. Она растолстеет, перестанет пользоваться косметикой…
–Что ты говоришь? Назвав ее легкой феей, я не имел в виду ее габариты. Для меня главное – ее душа. Дети, скандалы, лишний вес – все это я могу снести, главное, чтобы она была счастлива.
–Думаю, тебе удастся сделать ее счастливой. Ведь ты богат, да еще наследник приличного состояния.
–Она не такая. Она совершенно чиста. Она – творческая натура, художница. Все земное ей чуждо. Я долго думал, что подарить ей к помолвке. Кольцо – это само собой. Но я хотел сделать ей особый подарок. Машины, дома, картины – все это слишком приземленно для нее. И я понял, что единственным достойным ее подарком были бы крылья.
–И как, ты их ей достал?
–Не поверишь, я даже искал их в интернете, но, разумеется, ничего не нашел. Я подарю ей кругосветное путешествие. Бескрайнее синее море, залитые солнцем острова, сияющие ослепительно белым песком, пальмы… Все это не может сравниться с ее красотой, но ничего лучшего я не придумал.
Майкл не стал спорить, только улыбнулся.
–Ладно, желаю удачи! – сказал он, когда они вышли на улицу – надеюсь, все будет именно так, как ты себе представляешь.
На этом они расстались. Майкл вернулся в офис и продолжил праздник. Он подошел к своему старому приятелю:
–Ну что, Ник, хорошая выдалась вечеринка.
–Да хорошо веселимся. Отличная была идея, устроить праздник по случаю предстоящей помолвки. Завтра можно будет отпраздновать саму помолвку, ну, или грустно отметить ее отказ. Потом будет празднование назначения дня свадьбы, мальчишник, сама свадьба, второй день супружеской жизни… Здорово получается. Одно событие, а столько праздников.
–А потом еще развод, а дальше цикл повторится опять помолвка, свадьба, развод и так далее.
–Ты думаешь, все это дело закончится разводом?
–Джон у нас такой дурачок. Его любая вокруг пальца обведет. Это будет продолжаться до тех пор, пока из нашего друга не выкачают все деньги. Ну, или если на его пути не встретится такая же романтическая дурочка, как и он сам.
–Может, Элен и есть та самая романтическая дурочка?
–Знаю я эту Элен. Видел ее несколько раз. Шлюха шлюхой.
–Не хочешь ли ты сказать об этом Джону? Все-таки он наш друг.
–Бесполезно. Он – как мотылек, летящий на огонь. Ничто не сможет его остановить. Так что пусть все будет так, как будет.
–Аминь!
Глава 3.
Наконец, она пришла. Как всегда, опоздав на полчаса. Как всегда прекрасная и загадочная.
–Прости, дорогой. Я долго не могла выбрать платье, которое больше подойдет к моим туфлям. Часа три мучилась, примеряла. Все не то. В конце концов, пошла в магазин и купила новое платье. И новые туфли. Зато, теперь я полностью довольна своим видом. Ты же знаешь, я – художница. У меня безупречный вкус. Недавно я виделась со своей старой подружкой. Она замужем за топ-менеджером какой-то крупной нефтяной корпорации. В деньгах купается. Так вот, все в ней так и кричало: «я богата, я богата», в серьгах настоящие брильянты чистейшей воды, на шее колье ценою, наверное, тысяч сто, платье из последней коллекции прада, откутюр, а вот туфельки на пол тона светлее. И так это испортило общее впечатление, что в моих глазах, она была уже не женой миллионера, а простой дешевкой, выскочкой с окраин. Кстати, муж старше ее лет на двадцать. Конечно, при современном уровне медицины и с его деньгами в этом нет ничего страшного. Выглядит он, действительно, замечательно, но я все-таки считаю, что замуж выходить надо за ровесников. Так вот, эта самая подружка рассказала мне, что муж подарил ей новый автомобиль – какую-то модель феррари. Она даже покатала меня на ней. И, я тебе скажу, я разочаровалась. Вся она какая-то неудобная. Правда, разгоняется до двухсот миль в час, но у нас в Нью-Йорке с его пробками, в этом совсем нет смысла. И бензина она жрет огромное количество. Конечно, когда у тебя куча денег, на это не обращаешь внимания. Но я считаю, что автомобиль, прежде всего, должен быть удобным. Чтобы даже в пробках стоять в этом автомобиле доставляло удовольствие. Вокруг толкотня, другие водители нервничают, сигналят в клаксоны, а ты откинулся на спинку сидения и смотришь телевизор. Или лазишь по интернету.
Она говорила еще очень много, не давая вставить Джону ни единого слова. Но сейчас он был даже рад этому. Делать предложение в самом начале свидания было как-то неудобно. Хороший тон требовал предварительной, ни к чему не обязывающей беседы, а в этот вечер темы для легкого разговора совершенно не лезли в голову. Поэтому он рассеянно слушал щебет Элен, не особенно углубляясь в смысл ее тирады.
Через час, когда Джон уже начал подумывать, как бы перебить свою болтливую собеседницу и начать говорить о том, ради чего он и затеял этот вечер, она вдруг сделала паузу в своем монологе, и снизив голос, совершенно изменив тон, спросила:
–Дорогой, ты сегодня такой загадочный. Пригласил меня в ресторан, заказал шампанского. Ты, наверное, хочешь мне что-нибудь сказать?
Пора пришла. Сердце бешено билось, почти выпрыгивая из груди. На спине выступил холодный пот. Медлить было уже нельзя. Сейчас или никогда!
–Дорогая – начал он – мы с тобой вместе уже очень долго. Все это время я не переставал восхищаться твоей красотой, улыбкой…
Теперь в голове Джона роились миллионы слов. Но все они были либо слишком пафосными и приторными, либо слишком мелкими и ничтожными, чтобы быть произнесенными в этот момент. Поэтому вместо всех этих слов, он встал на колени и, протянув припрятанную до этого в кармане пиджака коробочку, произнес:
–Я люблю тебя. Выходи за меня замуж!
Элен словно остолбенела. Она так и осталась сидеть на своем месте с полуоткрытым ртом. Наконец, к ней вернулась способность двигаться. Она молча взяла коробочку и открыла ее. Там, сияя, лежало обручальное кольцо с огромным, кажется, очень чистым, бриллиантом. Она взглянула на Джона и произнесла:
–Да, конечно, я за тебя выйду! – И встав рядом на колени, обняла его.
Так они стояли, как показалось Джону, целую вечность. В конце концов, он сообразил, что стоять, обнявшись, на коленях, возле столика, посреди дорогого ресторана, как-то глупо. Они тихонько поднялись и сели на свои места. Джон ничего не говорил, только улыбался. Он был счастлив. Элен тоже молчала и улыбалась.
Вскоре ее прорвало.
–Давай отметим свадьбу в этом ресторане. Он, хоть и небольшой, но выглядит очень респектабельно. Гостей, я считаю, много не нужно. Свою родню я не хочу приглашать. А то понаедет эта деревенщина, будет шуметь, горланить свои идиотские песни. Нарядится в свои лучшие костюмы, которые вышли из моды уже сто лет назад. Потом размещать их по гостиницам… Сплошные хлопоты. Ты своих родителей, конечно, должен позвать. Все-таки они богатые. Наверняка, подарят что-нибудь ценное. Ну и пару тройку друзей. Софи. Она тоже художница. Джейн. Мы вместе ходим по магазинам. Лизи. Ты же знаешь, она моя лучшая подруга. Я еще подумаю, кого можно позвать…
–У меня для тебя есть еще один сюрприз – наконец удалось вставить свое слово Джону.
–И какой же? – Элен прямо-таки распирало от любопытства и предвкушения.
–Не будет никакого ресторана и никаких гостей. Через неделю мы с тобой отправляемся в кругосветное путешествие на роскошном трансокеанском лайнере. Для свадьбы мы выберем какое-нибудь местечко поромантичнее. Я слышал, на архипелаге Тувалу очень красиво. И продолжим свой путь уже в качестве мужа и жены. Это будет наш медовый месяц. Здорово я придумал?
–И это все сюрпризы?
–А ты еще чего-то ждала?
–Прости. Просто все это так неожиданно. Я даже не могу осознать. Но твои родители… Вдруг они обидятся?
–Я все им объясню. Они поймут.
–Но я хотела красивую свадьбу в церкви, в белом платье. Чтобы меня вел к алтарю мой отец.
–Думаю, что церковь мы найдем. Про родителей ты сама только что сказала, что не желаешь их присутствия. Кроме того, ты же рассказывала мне, что твой отец бросил вас, когда ты была маленькой и с тех пор ты его не видела. А что касается свадебного платья, то здесь проблем нет. Я дам тебе завтра свою кредитку.
Слова о кредитке подействовали безотказно. Сомнений у Элен больше не было.
–Дорогой. За тобой я пойду хоть на край света. И тем более, поплыву туда с тобой на круизном лайнере. Но как-то не правильно получается: выходит, мы с тобой путешествуем по морям и океанам, потом женимся, и после этого ничего не изменится: тот же лайнер, те же моря, те же развлечения. Какое-то неинтересное свадебное путешествие.
–Что же ты предлагаешь? Может быть, ну его этот лайнер. Останемся на острове на целый месяц, а затем вернемся самолетом?
–Нет. Я предлагаю до свадьбы жить разных каютах, и не спать вместе.
–Но до Тувалу плыть несколько недель…
–Даже хорошо. За эти несколько недель наша страсть воспылает и после свадьбы, когда мы переселимся в общую каюту, для нас настанет настоящий медовый месяц. Думаю, до конца путешествия мы вообще не выйдем на палубу.
–Нужно снять еще одну каюту…
–Ты же у меня умница. Придумаешь что-нибудь.
Идея Джону не понравилась, но нельзя было не согласиться, в ней заключался некоторый здравый смысл.
–Хорошо, любимая. Я все устрою.
Джон собирался подробно рассказать Элен о том, какие страны они увидят, сколько палуб будет на их лайнере, какие на нем будут развлечения и о многом другом, но за весь оставшийся вечер ему так и не удалось вставить ни единого слова. Элен без умолку болтала о том, как она еще девочкой мечтала поплыть вокруг света с прекрасным принцем, который должен был предварительно спасти ее от злых разбойников, а потом они должны потерпеть крушение вблизи какого-нибудь необитаемого острова, где растет много бананов. Потом она говорила что-то о пользе фруктовой диеты, о кремах от загара, об айсбергах, о том, что неплохо было бы когда-нибудь потом завести свою яхту, о квартире в Париже, и о миллионе других вещей. Джон только и делал, что молча кивал ей головой. Сегодня он уже сказал главные слова, а остальное было не важно.