Глава 1
1985 год. Ташкент.
Кабульская пересылка, потом Ташкент и вот мы в Союзе. Шумный пирон восточного вокзала, люди снующие и бегущие каждый по свои делам, встречающие близких, родных, друзей. Какими они были дорогими нам тогда, эти чужие и в тоже время родные лица, счастливые глаза, а ещё это состояние покоя и душевной тишины. Здесь не было войны. Я, был дома, в Союзе! Хотелось кричать от радости, счастья, свободы, непередаваемого желания обнять всех, кто проходил мимо и кричать, что есть силы.
– Я вернулся! Я дома! Я живой! Я так долго этого ждал, мечтал, желал!!
Димбол с Сергеем стоял по середине восточного базара и не знали куда идти. Глаза разбегались в разные стороны от изобилия цветов, людей, запахов, и свободы которая вырывалась из груди и рвалась вперёд на новые подвиги. Любые подвиги, не важно какие и только из хороших побуждений. Здесь было душевно тепло, по особенному спокойно. Хотя восточный базар гудел, шумел, и кричал. на перебой зазывалами своего товара, ни кто из смуглых мальчишек вернувшихся с войны не замечал всей этой суеты. А только лишь дышали полной грудью задыхаясь от чувств, с радостью созерцали за происходящим не веря своим глазам, что уже всё закончилось для них наконец, и то, что возврата больше не будет назад.. Мы дома! Мы в Союзе!
– Ну давай рассказывай брат, Сергей разливал водку по стаканам в уютном летнем кафе, прямо на территории базара.
– А что рассказывать дружище, ответил Димбол.
– Меня шибануло и выбросило взрывной волной за точку.
– Очнулся ни кого нет, голова разбита, болит, ни чего не соображаю что делать, куда идти, вот- вот стемнеет. Нашёл пещерку думаю до утра перекантуюсь, чтобы в батальон с утра заявится а там как получится, нам не привыкать.
– Утром только я появился в роте, воскликнул Димбол.
– Меня хоп, под рученьки и в яму, на гауптвахту.
– Не поверили, что я вернулся сам.
– Всё, как обычно, ни чего нового!
– Голова болит раскалывается в ушах шумит, рот не могу открыть.
– Потом находясь на губе, с ушей кровь, как потекла.
– Потом меня в санчасть, потом в госпиталь в Кабул.
– Слава Богу вырвался, Димбол перекрестился.
– Ну да ладно, давай выпьем за возвращение и за пацанов, он посмотрел на друга.
– А ты как, что с тобой приключилось?
– Ты лучше расскажи.
– Я не знаю Димка, что дальше было, я очнулся в госпитале, сказал Сергей с надеждой, что так и есть.
– Больше ничего не помню.
– Только БЭТЭР, я в нём, и пацаны убитые.
– Но Кольки, Петрухи, и Ванька среди них не было.
– Да ещё пару духов завалил мародёров на последок.
– Всё, как отрезало.
– Давай, что бы они вернулись, пусть позже, ну они вернулись, Сергей опустил голову.
– Да, что бы они вернулись, пусть позже, но вернулись, согласился Димбол. Он встал из за стола подошёл к Сергею и обнял друга. Слёзы покатились по их щекам. Они стояли обнявшись посередине зала, не обращая внимания на присутствующих в чайхане людей. Кто-то с пониманием в ответ прикладывал руку к сердцу, проявляя таким образом своё уважение. Кто то поднёс стакан вина и лепёшку. Кто то поставил корзинку с фруктами и чашку плова на стол. Кто-то выкрикнул:
– Мой брат в Афганистане служит.! Со всех сторон стали подходить люди, образовав круг.
– Я не знаю, что говорить им?..
– Люди, простите нас! Мы, просто вернулись с войны.!
Глава 2
1995 год. Сибирь.
Рано утром нудно зазвонил телефон, он так долго звонил, что Сергею пришлось подняться с кровати и подойти ,чтобы ответить. После трудного рабочего дня, так не хотелось просыпаться, а телефон всё трещал и трещал и ни как не хотел успокаиваться. Сергей лениво с закрытыми глазами встал на ноги с кровати и протянув вперёд руки подошёл к стене на которой висел аппарат и снял трубку. Сначала послышался шум и скрежет, потом он услышал какой то очень знакомый акцент, он удивился.
– Сергей брат это ты, сказали на той стороне провода.
– Да это я, ответил он.
– Это я брат!
– Это я, привет с Востока!
– Не ожидал, братишка?
– Кто я?
– Димка, это ты что ли, не поверил Сергей.
– Не ожидал?
– Сколько лет, сколько зим, с улыбкой громко проговорил Сергей в трубку, уже окончательно проснувшись.
– Как это ты решил меня вспомнить, что то случилось?
– Десять лет прошло как мы с Афгана не виделись.
– Тысяча девятьсот девяносто пятый год на дворе.
– Если ты не забыл?
– Я думал ты, про меня уже давно забыл, ответил Сергей.
– Как я могу брат, тебя забыть, что ты говоришь?
– Я всегда о тебе помнил.
– У меня мало времени, да и деньги заканчиваются.
– Ты должен приехать ко мне в Термез.
– Сестра замуж выходит ты должен приехать, обязательно.
– Я буду тебя ждать, ты мне нужен.
– Есть дело, есть о чём поговорить, пришло время.
– Я буду тебя ждать, пока не приедешь.
– Есть дело.
– По телефону не могу сказать,
– Ты у меня один друг, самый лучший, самый надёжный. – Без тебя никак брат.
– Давай пока, собирайся и в путь.
– Я тебя жду. В трубке всё стихло и запикало. Сергей даже не смог ему возвразить или сослатся на занятость.
– Какие такие могут быть дела, о чём это он говорил, Сергей удивился .
– Что такого, могло случиться, кроме свадьбы сестры, что Димболу срочно понадобился он. По телефону много не скажешь это понятно, информация не для ушей скорее всего, это он понял по интонации голоса, и его это вдруг забеспокоило.. Разговор получился какой то скомканный, короткий, ничего толком не понял. Только стандартные фразы, и приезжай я тебя буду ждать. И почему он должен приехать. Ну ладно свадьба а что ещё, и почему он должен приехать? Что без меня свадьба не свадьба?
– Почему я должен приехать и почему я ему нужен вдруг стал, через десять лет?
– Вот в чём вопрос?
– Вот мой отпуск и накрылся, подумал Сергей.
– А я хотел поехать на море в Крым этим летом, понежится на морском берегу погреться на солнце и окунутся в пену морскую.
– В пене полежать уже не придётся, а вот погреться, да.
– Да ладно, в Узбекистане тоже тепло, много фруктов и солнца.
– Поменяю море на жаркий Восток, успокаивал себя Сергей. Сейчас соберусь по быстрому, мне много времени не нужно. Машину уже практически подготовил к отпуску, осталось только за малым, поменять резину, масло, в двигателе, чуть под шаманить и выдвинусь, размышлял Сергей.
– А что тянуть резину, туда сюда. за пару дней успею всё сделать. Если всё хорошо сложится, он подошёл к столу и достал дорожную карту. До Термеза три тысячи с копейками километров, по тысячи в день а то и более проеду. За дня три доеду, там у Димбола недельку побуду, на свадьбе погуляю. Да я ещё такими темпами, ещё и в Крым успею, рассуждал он усевшись в своё любимое кресло вытягивая ноги, прикрыл глаза. В окне уже во всю расцветало утро и через открытые ставни ворвавшись в дом быстро наполнило свежестью и цветочным ароматом из сада всё внутреннее пространство дома, окончательно разгоняя оставшиеся нотки утреннего сна.
Глава 3
Выехал из города под утро и всё время как на крыльях мчался он по трассе не оглядываясь назад. В голове всё кружились мысли о предстоящей встрече и о том как они отдохнут на свадьбе и насладятся в полной мере после длительного расставания. Десять лет не шутка, много времени утекло, не год и не два, а тут на тебе свадьба да ещё сестры. Сергей знал одну из его сестёр и даже немного подружил с ней когда находился на пересылке в Азадбаше, после госпиталя. Никаких обещаний не было с её стороны, что она будет ждать, просто мимолётный дружеский романчик на гражданке, после войны. Всегда приятно, что тебя не оттолкнули. Димбол не сказал какая из сестёр выходит замуж, их у него было две. Какая из них выходит, вот это Сергея в какой то мере задевало и даже немного злило и было очень интересно на самом деле. Может он об этом ничего и не знал и она ему ничего не сказала. Но ведь он ничего ей не обещал и она, от него ничего не просила при расставании. Сергей снова после госпиталя вернулся в свою часть в Афганистан и на этом всё закончилось. Прошло десять лет и вот он едет на свадьбу сестры.
– Какой сестры, не назвал имя?
– Вот он гад, как всегда не сказал, подумал Сергей.
Дорога сделала небольшой крюк. Нога которой он давил на педаль газа вдруг резко заболела, и перестала подчинятся, да так, что в глазах потемнело от резкой боли. Последнее время его постоянно беспокоила нудная, тупая боль, в области позвоночника – это были последствия минного подрыва, он старался об этом не думать, глотая горстями обезболивающие средства. Длительное пребывание за рулём давало о себе знать.
– Да куда я, "гоню коней", нужно сделать стоп, сказал он сам себе.
– Стоять! – Хватит гнать машину.
Очень хотелось помыться и выспаться в чистом постельном белье, и чтобы ни кто не беспокоил.
– Стоять парень, приказал он сам себе и резко нажал на тормоз. Машину крутануло по мокрому асфальту припорошенному росой и развернувшись на сто восемьдесят градусов, она остановилась как вкопанная.
– Жр-а-а-ть охота, аж сил нет. Он напрягся и отрыгнул голодный воздух, открыл бардачок и пошарил рукой внутри. Полупустая пачка сигарет пришлась к стати, встряхнув её достал одну и приложив к носу смачно затянулся запахом сухого табака. Так он делал всякий раз в Афганистане в дальних, длительных рейдах, когда на исходе были продукты, а сигареты, были основной "едой" для всех и солдат и офицеров. Сжав её в кулак он прикурил и снова затянулся. Сжимать сигарету в кулаке это тоже была армейская привычка, потому что снайпера в Афганистане били ночью на тлеющий уголёк, точно в лоб. И сейчас он проделал те же самые действия автоматически, как на войне, и чувство голода отступило.
– Война войной а обед по распорядку, подумал Сергей. – А поесть, можно в ближайшем придорожном кафе. Сергей огляделся по сторонам и кроме пустынной дороги и растворяющейся дали перед собой, ничего не увидел. Откинувшись на спинку сидения с удовольствием затянулся дымом сигареты.
Целых десять лет от Димбола не было "ни слуху ни духу", думал Сергей. Он как будто испарился, хотя для Сергея это не было новостью. Афганистан сделал его очень осторожным и подозрительным как и большинство тех, кто прошёл эту войну. То, что касается прошлого Димбола и службы, ему очень повезло, что он вернулся домой, да ещё живым, с его то характером и обострённым чувством справедливости, этого могло не случится. Но каждый понимал по своему эту справедливость. И тайны, которые носил он в себе, были конечно для него тяжёлым душевным грузом. Сомнения всё таки терзали, чувствовалось, что какая то авантюра засела в его голове. Сергей как брат близнец ощущал присутствие чего то неотвратимого.
– Сейчас я что ни будь найду. Сергей достал дорожный атлас и настойчиво начал его листать. – Может я переусердствую в своих догадках, думал он.
– Здесь не только свадьба главное. Есть что то ещё, о чём Сергей не знал.
– Да нет, что то происходит!
– Зуб даю! .
– Просто в гости! Просто свадьба, просто отдых, настраивал он себя, на положительный результат.
– А что ещё может быть? Эти можно сказать без почвенные догадки, всё равно мучали его. – Но чтобы там не происходило !
– Это только просто мысли.
– Всё будет хорошо, и в это нужно верить.
Глава 4
Это был именно тот запах Востока, который я долго не мог забыть вернувшись из Афганистана. Он был смешан с дымом и свежестью арыков, фруктов, пылью, ароматом цветов, и этот сумеречный закат, заставил вспомнить первый день на войне. Сергей остановил машину и вышел из неё.
Это был первый день в Афганистане, уже можно сказать в войсковой части куда их привезли на вертолёте. Перед взором открылся горный массив, утопающий в вечерней дымке.
– Вот он какой, первое впечатления, подумал Сергей, разглядывая окрестности в иллюминатор вертолёта. Это был, тысяча девятьсот восемьдесят третий год, Провинция Саманган. Вертолёт долго не мог зайти на посадку, кружился и отстреливал тепловые ракетницы, пока на земле не появились импровизированные сигнальные огни. Машина как то ухнула, и потом мягко как показалось быстро приземлилась.
– Ну что сидим? Подъём, обратился вышедший из кабины пилота штурман.
– Всё прилетели, здесь будите жить и служить, сказал он и улыбнувшись, окинул взглядом уставших ещё дремлющих прямо на полу солдат, молодых специалистов, после учебного подразделения.
– Хватит дрыхнуть, весело произнёс он.
– Подъём духи!
– Выходим по одному, он сделал жест рукой и выпрыгнул из вертолёта.
Так называемая палатка, где разместили экипаж боевой машины "Шилка", напоминала хозяйственный блок, где можно было перекантоваться до утра.
– Завтра распределим!
– До подъёма будете здесь находится, распорядился дежурный по батальону, который уже ожидал вновь прибывших.
– Что то вы припозднились, недовольно промямлил он.
– Нечего будить людей, своей вознёй, недовольно произнёс он, и как то быстро исчез в темноте.
Сергей долго не мог найти себе место, среди кучи одежды, старых бушлатов, простыней, всё это было свалено в кучу по средине палатки. Как и там на пересылке в Хайратоне, Сергей не мог заснуть. Он ворочался в куче вещей, давился спёртым запахом исходящим от них, и никак не мог устроиться, и тем более поспать. Товарищи его уже на перебой сопели зарывшись в куче старого тряпья.
Утро наступило сразу, как только запел мулла в местной мечети, расположенной в близ находящимся кишлаке, наполняя окрестности протяжной молитвой о наступлении нового дня. Сергей быстро открыл глаза, и встал на ноги взглянув на своих сослуживцев, для которых призывный кличь подъём ни чего не значил, и ёжась от утренней ноябрьской прохлады, вышел из помещения. Ровные ряды казарм – палаток на территории части, а чуть поодаль за колючим забором, опоясывающий круг ближних нескончаемых гор, открылись его взору. Пошарив в карманах шинели, достал смятую пачку сигарет "Ява" прикурил и как всегда по обыкновению потянулся, затягиваясь сладким дымом табака.
– Братишка слыш-ш, сигареткой не угостишь, его кто тронул за плечо. Сергей резко повернулся. Перед ним стоял солдат и смотрел ему прямо в глаза. Он был в чистой тельняшке и в старой застиранной до белого цвета гимнастёрке и такой же панаме.
– Не вопрос, Сергей протянул ему пачку и улыбнулся!
– Кто такие, новенькие, спросил солдат взял несколько сигарет и протянул обратно пачку.
– Бери всю, у меня ещё есть, сказал Сергей и вернул назад.
– Спасибочки, ташакор братишка, не забуду, он снова достал сигарету из пачки прикурил и жадно затянулся, выпуская из – за рта клубы дыма.
– Хороший табачок, союзный, поинтересовался он.
– Да это он, союзный, так точно!
– Это, что за войска, поинтересовался Сергей теряясь в догадках.
– Ты, что – о-о!? Возмутился солдат.
– ВДВ, спецназ, гордо сказал он, расправляя грудь.
– Да ну – у, не поверил Сергей.
– Отвечаю, ещё более уверенно сказал он.
– Мусульманский батальон, под итожил он.
– А вы кто, молодое пополнение, спросил снова солдат.
– Да, с учебки, из Отара.
– А где это, не понял он.
– В Казахстане.
– А – а –а, понял солдат и махнув рукой повернулся спиной.
– Ну ладно я побежал, некогда мне, увидимся ещё, крикнул солдат и быстро исчез из поля зрения.
– Это был Димбол! Ещё не друг, а просто братишка! И это была первая встреча, они тогда ещё не познакомились так близко на всю жизнь, но судьба готовила для них свои испытания.
Глава 5
Я наверное долго ждал этот день и вот он пришёл, так быстро, наступил как будто безвозвратно затаился, поджидал меня где то на повороте моей судьбы.
– Дяденька, дяденька, открой дверь, помоги!
– Ради Аллаха открой дверь, кто то настойчиво стучал в окно. Сергей не сразу понял, что происходит. Длительный переезд выбил его окончательно из сил, он остановился возле небольшого кишлака, и в вечерней прохладе насладившись восточными пейзажами, с лёгким сердцем, разложив сиденья в машине, устроившись поудобнее вытянулся во весь рост.
– Завтра, всё будет завтра, подумал Сергей и прикрывая глаза моментально заснул.
– Дяденька, да проснись ты! Сергей резко открыл дверь и почти выпал из машины.
– Ты кто, что орёшь, что случилось? Сергей удивлённо поднял бровь. Перед ним стояла молодая девчонка в национальной одежде и грязной накидке на голове в виде платка. В руках она держала тряпичный узелок. На первый взгляд показалось, что она не мусульманка, что то ему подсказывало, да и говорила она на чистом русском языке.
– Ой-ля-ля-й бис-ми-ляй, вдруг выкрикнула она, и оттолкнув Сергея в сторону, подпрыгнув на месте быстро забралась в машину и забилась в угол на заднем сиденье, обхватив свои колени руками. Тонированные стёкла автомобиля быстро скрыли её испуганное лицо. Сергей заглянул внутрь.
– Не выдавай меня, дяденька!
– Умоляю, она сложила ладошки вместе перед лицом, и замерла, раскрыв большие испуганные карие глаза.
Со стороны ближнего кишлака послышался шум, топот, какой то непонятный лязг, как будто целый отряд вытащили сабли из ножен. Сергей автоматически, машинально пошарил рукой под водительским сиденьем, открыл потайной лючок и вытащил гранату Ф – 1 на солдатском жаргоне "лимонка". Так, на всякий случай, держал он при себе этот опасный вид оборонительного оружия. На самом деле, он себе льстил, ещё с Афганистана – это как плохая привычка курить. Граната это всегда гарантированная безопасность, и если что, " уйду не один" приговаривал он, играя словами. На самом деле всё так и было бы, в опасной не разрешимой ситуации. Тогда в мёртвом кишлаке, под шквалом вражеских пуль и призывных криков к сдаче в плен, только этот дорогой жгучий металл согревал его слабой надеждой, на спасение либо на героический подвиг, это было непередаваемое чувство, во славу Родины и никакого страха. Совсем никакого страха. В памяти отпечатался этот миг, сладостно горький до такой степени, что при опасности рука сама искала кольцо, которое нужно было выдернуть. Ничего, ни могло остановить уже отчаявшегося на спасение человека, только граната могла спасти от издевательства врага. Может быть это был последний опрометчивый но в тоже время решительный шаг к действию.
Люди испытывающие чувство страха за свою жизнь, как правило, ретировались очень быстро. И таких было очень много, даже среди прошедших войну. Ни кто не хотел испытывать свою судьбу, ещё раз, на прочность. И сейчас в голове у Сергея что то щёлкнуло, как затвор автомата и остановилось на замедленном одиночном действии. Он почувствовал опасность, даже не за себя, а за эту девчонку, которая просила его о помощи и смотрела на него испуганными глазами взывающими к спасению. Спасать и защищать это было свято для каждого кто прошёл Афганскую войну. И вот это чувство, сидело у него в мозгу. И всякий раз, когда это случалось, что то щёлкало у него в голове.
На встречу бежали люди они приближались так быстро, что показалось, что его окружают со всех сторон.
– Эй, ты кто такой? Кто то крикнул из толпы, которая остановилась в метрах десяти от него, окружая кольцом.
– Тихо, тихо, стойте где стоите, крикнул Сергей и подался вперёд на встречу, сжимая гранату в руке за спиной.
– Я здесь проездом, остановился отдохнуть, после долгого пути.
– Я из России, еду к другу, крикнул он.
– Вам что нужно?
– Здесь девчонка, не пробегала?
– Нет, не видел, быстро ответил Сергей.
– Ты что делаешь, здесь?
– Уезжай от сюда, кто то крикнул из толпы, на русском языке с сильно заметным акцентом.
– Здесь нельзя стоять!
– Почему, не понял Сергей и заметно занервничал.
– Это собственность Абул – хана, здесь всё его собственность!
– И ты, раз стоишь здесь!
– Плати пайса, если хочешь уехать здоровым и живым! Из толпы вышло два человека и направились к Сергею.
– Стоять!
– Что, вам нужно?
– Ми машину проверим, кто то снова сказал на плохом русском.
– Нечего здесь проверять, грубо ответил Сергей. Толпа почувствовала его агрессию и заметно напряглась. Люди остановились. Он уже не мог себя контролировать, эта грубость показалась ему чрезмерной наглостью, со стороны незнакомцев. Сергей решительно взял себя в руки и в пол силы заговорил.
– Уважаемые аксакалы и все люди вашего кишлака!
– Я не хочу проблем!
– Я просто еду к своему другу, на свадьбу в Термез.
– Давайте, по хорошему разойдёмся.
– На сколько я знаю, узбекский народ всегда был гостеприимным, и всегда рад гостям.
– Не важно каким! Сергей самопроизвольно поднял руку с гранатой вверх. В утренней прохладе, где тень от деревьев, которые ещё не проснулись и скрыли в своих ветвях неминуемую проблему, для всех. Конечно они об этом не знали, поэтому вели себя так нагло и бесцеремонно.
Здесь нужен "Калаш," два по сорок пять спаренные, мелькнула мысль в голове. Ни кто не знал, и даже не предполагал, что перед ними стоит простой русский парень, который прошёл войну и боятся ему по большому счёту, было не чего, и что творится у него в голове ни кто об этом не знал. А страха, его просто не было, вообще. Последнее время после возвращения из Афганистана Сергей постоянно ввязывался в разные разборки и опасные как всем казалось дела. Всё было потеряно там, в Афганистане, на последней войне, в разорванном БТРе залитым кровью, его настоящих друзей. Всегда хотелось отомстить за них, только мстить было некому. Союз, это не Афган! Может быть поэтому он так быстро уехал из дома. Да и требовалась смена обстановки.
– Почему эти люди, такие злые? подумал он.
– Я уезжаю, от греха подальше. Ни хочу начинать день так. Пусть я бегу, ну это будет лучше для всех, сказал он сам себе.
Девяностые годы и здесь по-полной стучались в открытую дверь. Серей решительно сел в машину и тронулся подымая пыль, развернулся на месте. Густая пыльная завеса скрыла людей которые бежали за машиной с криками и угрозами. Это он понял с первого раза, удаляясь прочь. Машина лихо взобралась на высокий грейдер дороги и взвизгнув покрышками по чуть схваченному росой асфальту, сорвалась с места.
– Я вернулся, с ухмылкой проговорил Сергей и посмотрел на заднее сиденье где сидела незнакомая ему девчонка и благодарно хлопая длиннющими ресницами, радостно улыбалась.
– В Термез? Буру – бухаер, сказал Сергей и засмеялся.
– Да, услышал он у себя за спиной, утвердительный ответ.
– Тебя, как зовут ребёнок?
– Зулейха.
– Зуля, если просто, ответила девчонка и весело засмеялась пряча глаза.