Название книги:

Алерния. Война

Автор:
Серг Усов
Алерния. Война

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Усов Серг

© ИДДК

* * * 

Все персонажи и названия являются вымышленными, любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

Глава 1

Опять разболелась поясница, и Ворд Стайт, комендант Нола-Тора, подумал, что было бы очень неплохо, если целительница, так удачно волей Единого оказавшаяся в его крепости, задержалась бы здесь ещё хотя бы на два-три дня. Тогда он сможет попросить и за себя.

– Это очень странно, Ворд, – задумчиво сказал Никтис. – У неё очень большой резерв, это так. Я вижу. И результаты её лечения, конечно же, должны быть впечатляющими. Но… но то, что уважаемая Эрна сделала за эти дни – иначе как чудом не назовёшь. Здесь есть какая-то загадка. Просто чувствую, что что-то не так. Вот только никак не могу сформулировать для себя, что именно. И вообще, я тебе скажу: странная, весьма странная это компания. А в нашей службе ко всему странному… Впрочем, не мне тебя учить.

Капитан-маг задумчиво потеребил свою редкую козлиную бородку и посмотрел на коменданта.

У Ворда и Никтиса за долгие годы совместной службы в этих беспокойных предгорьях северного Датора, когда не раз и не два им довелось буквально спасать друг другу жизни, отношения начальник-подчинённый ещё с их лейтенантских времён переросли в дружбу.

Оба главных офицера Нола-Тора сейчас вели беседу на верхней площадке Медвежьей, северной башни твердыни, мало обращая внимания на почтительно замершего в пяти шагах от них постового.

Замок был построен в незапамятные времена, когда имели несколько иное представление о том, как должна быть устроена крепость. В Нола-Торе не было донжона – его роль играла выдвинутая к горам Медвежья, на добрых три-четыре человеческих роста выше трёх других башен. С её вершины ничто не препятствовало видеть всю округу – и вздымавшиеся в пяти-шести лигах на севере горы, и притулившийся в двух лигах на юге небольшой городок Нол, и три деревеньки сервов на востоке, и бескрайние сосновые леса вокруг.

– Соглашусь, Никтис. Даже больше скажу. Компания не просто странная – удивительная. А в наших местах так и вовсе, казалось бы, невозможная. Свитки от короля и нашего герцога, которые они мне предъявили, только вызывают больше вопросов. Но, ты знаешь, даже из-за одного только Улага, для которого мы уже готовили погребальный костёр, я готов закрыть глаза на все их загадки и уважать все их секреты, раз уж уважаемая Эрна и её спутники не желают ими делиться.

– Это да, – кивнул капитан-маг.

Командир полусотни егерей капитан Улаг был их общим другом. Собственно, их отчаянная троица была хорошо известна во всём пограничье уже давно. И не только в Даторе, но и по ту сторону границ – во Фридланде и в Шройтене. А контрабандисты и разбойники рассказывали про них истории одну страшнее другой.

Девять дней назад их друга привезли с арбалетным болтом, всаженным в печень по самое оперение. Разбойника, мелкого зверёныша пятнадцати лет, сотворившего эту пакость, казнили самым жестоким способом – на границе мстить умели гораздо изощрённей, чем в центральных владениях – вот только помочь Улагу это никак не могло.

Лекарь сумел извлечь болт и перемотать рану капитана егерей. Наложил какую-то жутко вонючую мазь – и всё. Ворд и Никтис могли лишь смотреть, как их старый друг угасает у них на глазах, пока три дня назад с юга по Цевихскому тракту в Нола-Тор не прибыла кавалькада всадников: магиня-целительница Эрна и королевский учёный уважаемый Флемм Орваль со своими охранниками и слугами.

– Вот неугомонная, – улыбнулся в бородку Никтис, посмотрев вниз во двор крепости, где Вика, семнадцатилетняя начальница охраны гостей, опять о чём-то спорила с егерями. – Она уже всю крепость облазила, даже спускалась на нижние ярусы подземелий, где лет сто, наверное, никто уже не бывал. Смотри, куда это она собирается? Единый, зачем ей старый арсенал?

– Спроси что-нибудь полегче, дружище, – тоже улыбнулся комендант. – Но я её понимаю. Хоть дядя и научил Вику сызмальства так удивительно мастерски владеть клинком, но много ли она видела в своей короткой жизни? А тут такая древняя крепость!

Вика покорила сердца, похоже, всего мужского населения замка – и полковника Ворда Стайта в том числе. Не будь комендант женат более тридцати лет на самой прекрасной и лучшей женщине на свете, и имей он при этом возможность сбросить годков хотя бы двадцать со своих пятидесяти пяти, то наверняка бы попробовал приударить за этой мастер-мечницей.

Начальница охраны была красива, это бесспорно. Но если просто сравнить её с другими привлекательными девушками, то, на первый взгляд, Вика многих из них своей внешней привлекательностью особо-то и не превосходила.

Та же магиня Эрна на вкус Ворда выглядела симпатичней – и лицом, и крутыми бёдрами. Да что там говорить, даже рабыня магини, вертлявая девица, уже успевшая за эти дни тесно пообщаться и с десятником замковой сотни Бентом, и с лейтенантом егерей Хорросом – и та выглядела не хуже. А разве в самой крепости мало нашлось бы весьма симпатичных девушек и женщин?

Но это именно что на первый взгляд Вика не выделялась из ряда других красавиц. Но стоило вьежской десятнице начать говорить – очень необычно строя фразы и используя интересные выражения, двигаться – плавно и при этом удивительно энергично, словно лесная кошка, отслеживающая добычу, улыбаться – всегда чуть иронично и задумчиво, задавать вопросы – вроде бы и простые, но часто ставящие в тупик, слушать – всегда внимательно и с искренним интересом, и смотреть – взглядом, в котором полковнику чудилась зрелая мудрость, как вдруг к ней начинало тянуть, будто бы канатом.

Начальница охраны магини Эрны была самой главной загадкой всей этой компании, к счастью – спасибо Единому, – заехавшей к ним в крепость проездом.

– Пойдём вниз, а то уже зябко. – Полковник Ворд потёр поясницу. – Заодно спросим нашу гостью, зачем ей старый хлам.

Четвёртый раз за эту зиму выпадал снег, но сейчас к середине дня он превратился в моросящий мелкий ледяной дождик, и стоять на вершине башни было зябко – на Медвежьей башне, в отличие от трёх остальных, крыши не предполагалось. Болты или стрелы на высоте более десятка человеческих ростов опасности не представляли.

– Я схожу к Эрне, – произнёс шедший сзади капитан-маг. – Узнаю, всем ли она довольна. Может, ей ещё что-нибудь необходимо?

– Зайди тогда уж заодно и к учёному, – слегка повернул голову комендант. – Других книг, кроме тех двух, что мы ему дали, у нас нет, но он может в свитках покопаться. Вдруг отыщет там что-то интересное?

– Да он почти наверняка с ней, – хмыкнул Никтис. – Конечно, и ему скажу.

Комендант и главный маг, как и остальные обитатели Нола-Тора, уже просто не знали, чем бы ещё угодить своим гостям. Ведь магиня Эрна исцелила не только капитана егерей, но и больше десятка других раненых, двое из которых были тяжелыми, и примерно такое же количество больных.

Никтис был прав: даже для того огромного резерва, которым обладала целительница, результат трёх дней её здесь пребывания был потрясающим. И очередь из желающих приобщиться к этой целительской мощи продолжала оставаться совсем не маленькой. Ведь в замке помимо сотни солдат крепостной стражи во главе с капитаном Лодвигом и полусотни егерей капитана Улага, на постоянной основе приданных гарнизону крепости для ведения разведки и контроля границы, проживали ещё и семьи многих из них, а также замковые ремесленники и рабы. Места эти на севере королевства были достаточно суровыми и опасными, так что шансы подорвать здоровье были высоки.

Комендант с магом вышли во двор как раз в тот момент, когда Вика через окно выпрыгнула к толпившимся во дворе егерям и двоим своим бойцам из охраны магини – двойняшкам Барку и Барке.

– Ну, кто спорил, что ничего не найду? – поинтересовалась она, демонстрируя старую загрязнившуюся кольчугу. – Ты, Оникар? Жалко, что об заклад не побились.

– Да, Вика, – улыбнулся пожилой десятник. – Сейчас бы ты меня сделала беднее.

С тех пор как два года назад Оникар потерял жену и двоих детей, убитых разбойниками Насмешника, его никто не видел улыбающимся. Но то ли время подошло прийти в себя, то ли Вика знала какие-то волшебные слова, однако всегда мрачный и озлобленный унтер-офицер егерей, вздумавший проучить молодую дерзкую наёмницу в поединке и очень легко ею побеждённый – теперь с удовольствием старался везде Вику сопровождать. А узнав, что магине Эрне и её спутникам скоро потребуется проводник через леса и горы приграничья, Оникар стал настойчиво просить капитана Улага, чтобы тот назначил в сопровождение его десяток.

Никтис при посторонних исполнял все формальности положенные подчинённому перед начальником. Он спросил разрешения у коменданта и отправился в гостевой дом.

– Эй, как тебя там, Зинис? Не в службу, а в дружбу: почисти эту фигню, – Вика подозвала одного из дворовых, вручила ему кольчугу и повернулась к Ворду. – Добрый день, комендант. А мы с уважаемой Эрной рассчитывали подняться на Медвежью. Ты ведь обещал нам оттуда показать все окрестности. Мы опоздали?

Ещё одной странностью, подмеченной Вордом у молодой красавицы, оказалось то, что она обращалась и с благородным, и с самым последним рабом будто с равными. При том она прекрасно различала, какое положение кто занимает и какими правами и обязанностями располагает.

Умудрённый жизнью полковник сделал для себя вывод, что девушка воспитывалась дядей в какой-то жуткой глухомани – и, кроме как мастерскому владению оружием, старый наёмник её ничему не учил. Отсюда и такая любознательность, и своеобразная манера общения.

– Мы в любой момент, как пожелает уважаемая Эрна, можем вновь подняться на башню. Давай сейчас? Зови подругу, и пошли.

В принципе, дружеские отношения между нанимателем и наёмником Ворд считал неправильным. Субординация всегда должна присутствовать. Вика же держала себя с Эрной так, что было совершенно непонятно, кто из них у кого на службе.

 

Полагая это личным делом самой целительницы – особенно с учётом того, что и сам полковник в отношениях с капитаном Улагом и капитаном-магом Никтисом вёл себя немногим правильнее Эрны – он даже намёком не стал её наставлять.

– Не. Куда ты такой, с больной-то спиной, собрался лазить туда-сюда? – отказалась Вика. – По тебе заметно, как ты мучаешься. Думаю, что у нашей уважаемой магини к вечеру восстановится достаточно энергии в резерве, чтобы тебе помочь.

– Вряд ли, – засомневался комендант. – Она с утра самого уже потратилась сильно. Но мне и не к спеху, Вика. Спасибо за моих бойцов. Хотя, скрывать не буду, эти боли меня давно изводят, и я буду искренне признателен, если целительница найдёт время и возможность до вашего отъезда поправить мне здоровье. Я бы ещё хотел попросить за Лиару. Жена хоть и не жалуется ни на что, но – возраст… Сама понимаешь.

Почтительно замершие вначале при появлении полковника егеря́ по команде своего десятника Оникара вернулись в здание казармы – длинный трёхэтажный корпус, в котором проживали и сами солдаты, и их семьи, – а рядом с Викой и комендантом остались только близнецы, которые, впрочем, к разговору не прислушивались.

Вика, посмотрев на своих подчинённых, мотнула подбородком в сторону гостевого дома.

– Скажите Эрне, что я скоро буду, – сообщила она им и вновь обратилась к полковнику: – Можешь не сомневаться, уважаемая найдёт время и для тебя, и для твоей замечательной супруги. Эрна мне сама об этом сказала. Она благодарна за такой тёплый приём.

– Не такой уж он и тёплый, – усмехнулся Ворд. – Держу вот сейчас обворожительную красавицу под холодным дождиком. Пойдём ко мне в кабинет? Я распорядился насчёт карты, про которую ты спрашивала. Должны уже принести.

Ворд сам удивлялся тому, как легко у него получалось общаться с совсем недавно знакомой Викой. И почему-то ему с ней было интересно – несмотря на то, что гостья явно скрытничала.

Она много выспрашивала его о Фридландском и Шройтенском трактах, о тропах в горах, о племенах горцев, обитающих в приграничье, о тех герцогах соседних королевств, чьи владения располагались вблизи Датора, о поселениях в этих местах, о разбойниках и контрабандистах, о нравах и обычаях горцев, об истории Нола-Тора, о сведениях и слухах, что приносили с собой торговцы и путники с той стороны границ.

Полковник охотно отвечал – и сам в свою очередь хотел бы узнать побольше о магине-целительнице и её спутниках. Но Эрна была всё время занята разговорами с уважаемым Флеммом, наёмники из охраны общения избегали, а всегда открытая для бесед Вика так ловко их вела, что в итоге, оставаясь один, Ворд с досадой обнаруживал, что из него вытянули всё, что было интересно – в ответ рассказав о себе, своей подруге-нанимательнице и их учёном спутнике очередную порцию мелких подробностей, ничего на раскрыв по существу.

– Спасибо, полковник, – Вика улыбнулась.

Они двинулись к зданию, которое выполняло одновременно функции штаба и жилья для семей старших офицеров крепости.

– А ты зачем в старый арсенал-то полезла? И кольчуга та тебе для чего сдалась?

После того, как почти десять лет назад построили новую казарму, в её подвалы переместили все запасы оружия из арсенала. А пристройку к стене, которую до того использовали для этих целей, просто замуровали, не найдя никакого применения. Но заделали только вход; на узкое же оконце, через которое недавно протиснулась гостья, махнули тогда рукой.

– Можешь не верить, но о кольчугах я только слышала от дяди и ни разу не видела их своими глазами. Тем более не держала их в руках – вот и полезла посмотреть, когда мне сказали, что их там бросили. Магически укреплённые кольчуги всё же должны быть крепче кожаных.

– Так и есть, Вика, – согласился полковник, кивая в ответ на приветствие караульного, стоявшего перед входом в штаб. – Но они тяжелее. И почти все считают, что этот недостаток перевешивает преимущество в повышенной защите.

Ворд первым пошёл по лестнице на второй этаж, где в левом крыле располагались кабинеты должностных лиц гарнизона Нола-Тора, а в правом – жилые апартаменты.

Рабыне, как раз заканчивающей уборку коридора, он приказал принести в кабинет вина и сыра с фруктами и орехами, вываренными в меду – комендант приметил вкусовые пристрастия гостьи.

– До обеда ещё время есть. Вика, я хотел бы обсудить с тобой один важный вопрос. Ты отвечаешь за безопасность уважаемой Эрны… Не желаешь присесть, где тебе будет удобней?

Ворда серьёзно беспокоило легкомысленное отношение начальницы Эрниной охраны к возможным опасностям путешествия во Фридланд. Он был благодарен целительнице за всё то, что она сделала, да и Вика вызывала у него чувство искренней симпатии, поэтому коменданту совсем не хотелось, чтобы его временные гости влипли в какие-нибудь неприятности.

– Спасибо, но я пока лучше пешком постою. – Вика весьма непринуждённо подошла к высокому, но узкому зарешеченному окну и посмотрела во двор. – Полковник, – она говорила не оборачиваясь, – при всём уважении – нет. Магиня не откажется от дальнейшего пути. Я догадываюсь… знаю, о чём ты хочешь предупредить. Только мы ведь к тебе не за этим пришли? Кажется, кто-то обещал мне показать карту. Нет?

Ворд Стайт усмехнулся и взял со стола свернувшийся с двух сторон кусок пергамента, действительно уже принесённый адъютантом в его кабинет.

– На сегодняшний день это самая точная карта. Спасённый уважаемой Эрной капитан Улаг нанёс сюда все новые данные, что получилось собрать его людям. Смотреть кто-нибудь будет? Нет?

Он скопировал манеру общения Вики, и та это оценила, отвернувшись от окна и обнажив в улыбке ровные и удивительно белые зубки.

– Не беспокойся, уважаемый Стайт. Раз уж торговцы проезжают по трактам, то нам сам Единый велел. Есть у нас убедительные аргументы для тех, кто захочет чинить препятствия на пути. Открою секрет – моя нанимательница ещё и боевая магиня. Вряд ли в ваших местах найдётся кто-то, кто сможет с ней даже близко сравниться. За предложение дать нам десяток егерей в сопровождение Эрна благодарна. Но нам хватит и одного десятника Оникара в проводники. Впрочем, если ты сочтёшь возможным ещё отдать нам того браконьера с отрубленными пальцами, который сидит сейчас в подземелье со всяким сбродом, то будем тебе весьма признательны.

Через неделю наступал пик холодного периода, и перед началом празднования середины зимы Ворд планировал порадовать жителей замка, городка Нола и окрестностей казнями преступников.

Среди полутора десятков таковых действительно был и пойманный ещё четыре недели назад браконьер, которому уже отрубили пальцы на обеих руках и должны были по приказу коменданта четвертовать в Ноле.

– Смотрю, ты успела узнать в замке всё не хуже меня. Даже какие негодяи сейчас содержатся в тюрьме. Ну, тогда ты, возможно, в курсе того, что их ожидает?

– Да ладно. – Вика, развернув карту, всё же прошла к дивану и села. – Одной казнью больше, одной меньше… Не сильно-то нам этот преступник и нужен. Подумала, что за спрос денег не берут. Но раз нет, то и не надо. А что вот эта загогулина означает? – Гостья ткнула пальчиком в карту. – И вот ещё такие же.

Ворд подсел к ней и увидел, что ноготок, который, похоже, был не обгрызен, а необычно аккуратно срезан чем-то острым, указывал на один из значков костра.

– Здесь были обнаруженные егерями стоянки банд, – пояснил он. – Я отдам вам браконьера. Можете делать с ним что хотите.

Мелочиться в отношениях с целительницей и её спутниками полковник не собирался.

– Благодарю, – вновь сверкнула зубками красавица. – Со своей стороны обещаю, что больше он тут никого не побеспокоит.

Кухарка догадалась вручить рабыне кувшин самого лучшего вина. Ворд дождался, когда служанка расставит всё принесённое на столе, и предложил Вике жестом пересесть.

– Могу всё же я узнать, когда точно уважаемая Эрна собирается покинуть Нола-Тор?

Вика свернула карту и удивлённо посмотрела на него.

– А она разве ещё тебе не сообщила? Завтра. В первой половине дня.

Глава 2

Вика проснулась очень рано – рассвет ещё только начал пробиваться сквозь щели в ставнях узкого оконца её комнаты – но вставать не спешила. Это была её последняя ночь в гостеприимном Нола-Торе, и она не могла предположить, когда в следующий раз придётся поспать хотя бы в такой довольно убогой постели с набитыми соломой подушками, матрасом и одеялом.

Комендант им оказал большую честь, позволив поселиться в самом замке, а не в ближайшем вонючем городке Ноле. Хотя тут ещё надо разобраться, кто кому оказал больше чести. Если по существу, то они с Эрной пришлись Ворду Стайту и всему гарнизону северной крепости как нельзя кстати.

Попаданка потянулась и не могла сдержать улыбки. Пусть этот мир был для неё ужасен в плане комфорта и обычных бытовых условий, пусть здесь не было ни её байка, ни её ноутбука с доступом в интернет, зато она теперь выступала в роли могущественной волшебницы, и – что Вику особенно радовало – чаще была волшебницей доброй.

Хотя Эрна для максимального исцеления раненых и больных в Нола-Торе выкладывалась полностью, но главную лямку в этом благом деле, находясь в тени своей подруги, всё же тянула сама Вика, так что результат оказался впечатляющим.

Командование и население замка готово было носить магиню-целительницу на руках, а весьма импозантный комендант изъявил готовность оказать любую возможную помощь в дальнейшем путешествии.

Хорошим дядькой этот полковник Ворд оказался. Вика не пожалела вчера инкогнито исцелить и его самого, и его замечательную супругу, которую в дополнение одарила ещё и «Омоложением». Пусть незаметно, года на два-три всего, но всё же сделала. Почему бы не помочь хорошим-то людям?

– Ты не спишь, хозяйка? – шёпотом задала риторический вопрос просочившаяся в комнату рабыня, увидев, что Вика уже скинула с себя одеяло и лежит с открытыми глазами, заложив руки за голову. – Я не опоздала?

Юнта выглядела растрёпанной, довольной и пахла блудом.

– Нет, даже рано, я ещё не собираюсь вставать, – благожелательно улыбнулась попаданка. – Как развлеклась, не спрашиваю – у тебя на лице всё написано. Интересное что-нибудь ещё выведала?

После того, как с Викиного разрешения её магистр науки выкупил своих слуг – а ботаны, оказывается, тоже могут быть хитрецами, и Флемм Орваль верно рассудил, что начальница не откажется омолодить его старую верную Зуру – и коварная интрига попаданки по подталкиванию своих магистров к близости дала свои плоды, Юнта официально была передана в собственность Вике от Эрны. Впрочем, рабыня давно не испытывала иллюзий, кто реально ею руководит.

– Никтис, главный маг, считает, что госпожа Эрна пользуется не обычным исцелением, а каким-то другим заклинанием. – Юнта уселась перед кроватью хозяйки прямо на дубовый пол. Ковры тут были большой редкостью и ценностью, и в Нола-Торе Вика видела пока только один – в кабинете коменданта. – Соболь слышал, как тот рассказывал об этом лейтенант-магу егерей. Но им всё равно на самом-то деле, хозяйка. Никто ни о чём госпожу Эрну выспрашивать не собирался. Боятся хоть чем-нибудь обидеть или расстроить. А Оникару все егеря завидуют. Каждый хотел бы сейчас оказаться на месте десятника и пойти с вами. Надоело в крепости сидеть и по ближайшей округе патрулировать, а комендант после гибели четверых егерей и ранения капитана Улага временно запретил углубляться в леса небольшими отрядами, чтобы вновь в засаду не угодили. Да и очень все стремятся вам чем-нибудь помочь.

Подход, известный Вике из прошлой её жизни, и заключающийся в том, что если пьянку нельзя предотвратить, её необходимо возглавить, она решила использовать и в отношении своей служанки.

Нет, конечно, местные порядки давали Вике широкий набор средств по воспитанию у Юнты высоких стандартов нравственности, но заниматься наказаниями или истязаниями подневольной девушки попаданке хотелось меньше всего. К тому же, в отличие от свободных жителей этого мира, считающих подобных Юнте людей чем-то вроде скота, Вика смотрела на это совершенно по-другому и легко придумала, как извлечь пользу даже из того обстоятельства, что её рабыня была банальной, как говорили на Руси, шалавой.

Любвеобильная Юнта теперь эффективно работала ещё и Викиной доносчицей, или разведчицей. Тут кому как нравится называть.

Именно она, начинающая шпионка, разведала все обстоятельства жизни угрюмого десятника Оникара. Того самого, что в день прибытия их отряда в Нола-Тор решил сбить спесь с молодой десятницы, обронив при этом фразу, сразу Вику заинтересовавшую – насчёт того, что у него бы дочери могли такими же вырасти, но быть наглыми он им бы не позволил.

Вика в тот день не стала унижать боевыми издёвками пожилого серьёзного мужика, в чьих глазах, казалось, навечно поселилась боль. Она быстро и эффективно десятника обезоружила под удивлённый дружный выдох огромного числа зрителей – Оникар был мечником первоклассным.

 

Юнта от очередного постельного партнёра узнала и главную мечту всей жизни этого десятника егерей – однажды лично встретиться с Насмешником и спросить с него за свою семью.

Вика три дня назад нашла возможность ему это гарантированно пообещать. И, похоже, обзавелась ещё одним преданным соратником.

– Никтис – умный мужчина, быстро сообразил. – Попаданка встала с постели и прошлёпала босыми ногами до ванной комнатки. – Пусть думает что хочет и голову себе ломает. Не знаю, заскочим ли мы ещё раз сюда на обратном пути, да и не будут ли они к тому времени уже сидеть в осаде.

– А вы не станете им помогать? Они ведь сдаваться не станут, даже если сама уродина Жагета их станет просить, – полюбопытствовала Юнта, наполняя кувшин водой из принесённой дворовым накануне вечером бадьи. – Ох, сейчас я полотенце возьму.

– С какой стати? – пожала плечами Вика, скидывая с себя нательную рубашку и вешая её на деревянный крюк. – Это не наша война. Давай лей. И, это – если ты ещё раз так уничижительно и оскорбительно выразишься о герцогине Жагете, я тебе рот зашью. Поняла?

– Да, хозяйка, – кивнула рабыня. – А ещё Дубок сидит перед крыльцом гостевого дома. Я сейчас видела, когда возвращалась.

Хорошо это было или плохо, Вика пока не определилась, но Юнта перестала воспринимать угрозы хозяйки буквально. Вику она опасалась и уважала, но не боялась. Попаданка это чувствовала, и на данный момент её это устраивало.

– Какой ещё Дубок? – Вика с досадой посмотрелась в бронзовое зеркальце размером с тарелку – много ли там разглядишь? – и вздохнула. – Ты яснее можешь выражаться?

Юнта протянула полотенце – обычную льняную полосу ткани даже безо всякой вышивки.

– Так браконьер тот, – пояснила она. – С отрубленными пальцами. Которого ты у господина Ворда попросила отдать. С утра пораньше привели, сидит в цепях. Пахнет, как ты не любишь.

– А ты, значит, любишь? – хохотнула попаданка и пошла одеваться. – Есть, спать хочешь?

– Хочу, – кивнула Юнта. – И спать, и есть.

Вика показала глазами на стол, где со вчерашнего вечера остались разложены фрукты, ветчина и сыр и стоял нетронутый кувшинчик вина.

– Два гонга у тебя есть, и можешь в моей постели поваляться, мне уже больше не судьба, кажется, в неё вернуться.

Ночью опять шёл снег. Вика каждый раз, обнаружив на улице белый покров, радовалась ему в душе, словно родному. Правда, выпадало его пока с гулькин нос. Так что, даже пожелай она слепить снеговика, как в детстве – настоящего, с морковкой в качестве носа, со старым ведром на голове, – то ничего бы не получилось.

– Ты, что ли, Дубок? – Вика не смогла сдержаться, чтобы не поморщиться. Юнта была права на все сто – от браконьера даже не пахло, а смердело. В спёртом воздухе подземелий, как ни странно, смрад меньше ощущался, чем на свежем морозном воздухе. – Давно тут сидишь?

Браконьеру было лет тридцать-сорок, точнее пока было сложно сказать, настолько он оброс и покрылся грязью. Одежда его, хоть и довольно тёплая – из кожи и меха – изорвалась и истёрлась.

– Тебе-то чего, наёмница? Сижу и сижу. Да и не Дубок я больше, а Обрубок. – Он поднял руки, продемонстрировав отсутствующие пальцы. – Мешаю, что ли? Так это не ко мне вопросы.

Во дворе в такую рань сновали только слуги. За браконьером никто и не присматривал, что, в общем-то, было понятно – его ноги заковали в тяжёлые кандалы на очень короткой цепи: не набегаешься. Да и как из крепости бежать увечному?

– Вообще-то, я не наёмница, Дубок – или и вправду дать тебе погоняло Обрубок? – а твоя нанимательница. Только я заказывала себе знатока леса, гор и звериных троп, а не опустившегося вонючего, но дерзкого нахала. Я не пойму: тебе что, в самом деле хочется быть разрубленным на куски на потеху толпе? Скажи, если так. Я ведь мигом передам, чтобы тебя вернули туда, откуда привели. Ну?

Умирать мучительной смертью браконьер явно не хотел и отвёл глаза.

– Прости, – буркнул он. – Не знал. Мне вообще ничего не сказали. Выволокли из тюрьмы ещё до рассвета и пригнали сюда. Вот и сижу, мёрзну. – Браконьер вновь посмотрел на Вику. – Не покормили.

– Эй, иди сюда! – Вика позвала пожилую кухонную рабыню, выносившую в кучу мусора ворох каких-то старых тряпок.

К тому времени, когда «принцесса» Эрна вместе со своим коллегой, другом, наставником и любовником Флеммом соизволили проснуться, попаданка уже организовала помывку и питание своего нового служащего, потренировалась со своими бойцами и ребятами из дежурной смены замковых стражников, а заодно переговорила с десятником Оникаром насчёт выезда.

Всё необходимое для дальнейшего путешествия было сложено во вьюки ещё вчера вечером. Сегодня оставалось только навьючить лошадей – и можно трогаться.

– Давно? – уточнила Вика у Торика, нашедшего её возле кузни, где заканчивали перековку Эрниной лошади, и сообщившего, что его хозяин с госпожой магиней проснулись и ищут свою охранницу. – Из номера-то хоть вышли или ещё нежатся в постельке?

– Не вышли, но воду я им уже принёс, – улыбнулся раб.

Тарику не было ещё и четырнадцати, когда его купил Флемм. И с тех пор он служил бывшему декану, выполняя практически все работы по дому и во дворе – рабыня Зура до «Омоложения» Викой была так стара, что годилась только на то, чтобы бурчать на хозяина и ругать молодого слугу.

Познакомившись с этими рабами Флемма Орваля, Вика поняла его столь настойчивое стремление вернуть их – очень неплохие люди.

Сейчас Тарику было уже двадцать три года. Он был умён, приветлив, умел и расторопен. Да и внешне весьма привлекателен, Вике он понравился. Ну, не в смысле как парень девушке, а как человек.

Она уже заметила, что хоть и не считает подневольных людей вещами или скотиной, да и в прошлой своей жизни никогда снобкой не была, но, видимо, и в самом деле власть меняет любого. Теперь смотреть как на мужчину даже на такого привлекательного парня, как Тарик, она уже не могла. Ей виконта теперь подавай, не меньше. И желательно, чтобы тот был из Глена, и чтобы звали его Дебор.

– Ну, тогда пошли к нашим магистрам.

Вика приветливо попрощалась с кузнецом и его помощником и пошла рядом с рабом к гостевому дому.

– Вика, а зачем нам ещё этот беспалый браконьер? – спросила Эрна за завтраком. – С нами ведь десятник егерей пойдёт?

Стол на троих им накрыла Зура в комнате, где проживали оба магистра – Эрна и Флемм своих отношений уже не скрывали. Да и перед кем? Перед начальницей своей таиться, что ли? Так она раньше них самих об этом узнала.

В своём номере попаданка давала возможность подольше поспать Юнте – та заслужила; а от любезного приглашения коменданта позавтракать в штабе с офицерами крепости Эрна с подачи Вики отказалась, сославшись на необходимость обсудить дела в узком кругу.

– Да просто чтобы был, – пожала плечами Вика. – К тому же, считай, нас трое, наши слуги – тоже трое, четвёрка Миоки и десятник Оникар. Что получается? Одиннадцать. А счастливое число – двенадцать. Дюжина. Вот я и взяла этого бродягу.

– Прости, госпожа Вика, – уставился на неё Флемм. – Это по каким поверьям двенадцать – счастливое число? Я не…

– Тебе надо чувство юмора прокачать, Флемм. – Попаданка двузубой неудобной вилкой взяла с тарелки из-под носа Эрны приглянувшийся кусок буженины и с удовольствием откусила. – В моей… нашей команде ещё нет ни одного знатока дикой природы. Ты сам ещё не раз к нему с вопросами обратишься, гарантирую. И потом я котёнка хочу. Дубок поможет мне в поимке.

– Кого?

Магистр науки и магистр магии спросили одновременно. Эрна – та вообще чуть не подавилась.

– Котёнка, – повторила Вика. – Желательно пушистого. Но сойдёт любой. Ладно, не к спеху. Флемм, ты карту посмотрел? Понял, как я хочу пройти к Адаю?

Целью этого Викиного похода являлось граничившее с Датором Адайское герцогство королевства Фридланд. То самое, где второй год герцогиней была восемнадцатилетняя Жагета, дочь герцога Янинского и плод кровосмесительной связи – её родители были двоюродными братом и сестрой.


Издательство:
ИДДК
Серии:
Алерния
Поделиться: