bannerbannerbanner
Название книги:

Мертвая тишина

Автор:
Александр Тамоников
Мертвая тишина

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 4

– Назови свое имя, – сказал Данилов. Он вел допрос, поскольку тоже, как и Шубин, владел немецким языком. Капитан изредка помогал, задавал вопросы.

– Карл Зоммель, – отвечал пленный.

– Звание?

– Лейтенант, командир стрелкового взвода.

– В какой части ты служишь?

– В двести семнадцатом стрелковом полку, во втором батальоне.

– А полк в составе какой армии?

– В составе девятой армии, господин полковник.

– Кроме девятой армии, какие еще части находятся на ржевском плацдарме?

– Здесь остались еще части четвертой армии, господин полковник.

– Кто командует девятой армией?

– Генерал Готфрид фон Клюге.

– Какие задачи сейчас поставлены перед вашими войсками? Чего требует от вас командование?

– Перед войсками поставлена задача: в полном боевом порядке отступить с линии Ржев – Гжатск на линию Сафоново – Дорогобуж – Спас-Деменск и там закрепиться.

– Это вся задача, другой нет?

– Как же, есть, конечно. Армия должна вывезти с собой все материальные ценности, которые находятся на оставляемой территории. Мы должны вывезти не только все вооружение, боеприпасы, обмундирование и другое военное снаряжение. Мы также должны вывезти весь скот, который здесь есть, все продовольствие. А еще мы должны угнать все население, которое здесь еще осталось.

– Буквально все население до последнего человека? – спросил Шубин.

– Нет, не совсем так, – поправился лейтенант. – Нам не нужны дети, не нужны больные, глубокие старики. Но всех здоровых женщин, всех мужчин, которые могут стоять на ногах, тем более подростков не моложе одиннадцати лет мы должны увести с собой.

– И весь скот? – продолжал допрос Шубин.

– Да, весь крупный рогатый скот.

– А я слышал от другого вашего пленного, которого я допрашивал, что перед армией стоит задача разрушить железную дорогу. Это так?

– Да, есть такая задача. И не просто разрушить дорогу. Перед нами стоит задача увезти ее с собой.

– Что значит «увезти дорогу с собой»? – удивился полковник Данилов. – Разве такое возможно?

– Имеется в виду полное разрушение всего, из чего состоит дорога, – пояснил Карл Зоммель. – Наши инженерные части должны разобрать железнодорожное полотно. Рельсы увозят отдельно, шпалы – отдельно. А затем силами привлеченных местных рабочих надо разрушить саму железнодорожную насыпь. В результате от дороги ничего не должно остаться. Ну и, конечно, надо будет взорвать все мосты, виадуки и другие сооружения, относящиеся к железной дороге. Впрочем, к нашему 217-му полку это не относится – ведь на нашем участке нет железной дороги. Вот население – относится. Сегодня наш полк продолжит движение на запад. И он должен угнать с собой все население деревни, в которой мы ночевали.

Данилов и Шубин переглянулись. Полковник выглядел крайне озабоченным.

– И что, ваше командование считает такую задачу вполне выполнимой? – спросил Данилов немца.

– Да, господин полковник, – ответил пленный. – Все офицеры несут ответственность за то, чтобы после нас на этой территории не осталось ничего, что представляет какую-либо ценность. Русским войскам должны достаться только леса да болота.

– Да, масштабную задачу поставил перед вами ваш генерал фон Клюге… – пробормотал Данилов.

Затем он вызвал конвой, чтобы тот увел пленного. И когда полковник остался вдвоем с Шубиным, он обратился к нему:

– Ну, капитан, что ты об этом скажешь?

– Плохие новости мы сейчас услышали, товарищ полковник, вот что я скажу, – ответил разведчик. – Ведь если немцам удастся выполнить то, что они наметили, то нам здесь останется в буквальном смысле пустыня. Ни населения, ни дорог. Нашей армии будет очень трудно здесь держать позиции, трудно сражаться. Ведь чтобы сражаться, нужно постоянно подвозить в войска боеприпасы, продукты. А как подвозить, если железную дорогу сровняют с землей? А ведь нам потом еще и дальше наступать надо, освобождать Смоленск, идти в Белоруссию…

– Правильно говоришь, Шубин, – согласился Данилов. – Все так и есть. И что из этого вытекает, какая наша задача?

– Ясно, какая задача, Алексей Семенович, – сказал Шубин. – Нельзя позволить немцам осуществить свой план. Нужно сделать все, чтобы им помешать. Помешать увести население, вывезти материальные ценности, разрушить железную дорогу…

– И тут ты прав, капитан, – кивнул начальник фронтовой разведки. – И вот эту задачу – помешать немцам выполнить свой план – я возложу на тебя. Слушай, Шубин, мой приказ. Даю тебе сутки на подготовку. Даже немного меньше суток – до завтрашнего утра. За это время ты соберешь разведгруппу. В нее должны войти, скажем, пять-шесть бойцов. Больше не нужно, да и не найду я тебе больше. Возьмете все, что требуется для длительной диверсионной работы в тылу врага: оружие, включая пулемет, гранаты, запас боеприпасов, динамит, рацию. Но ваша задача будет не столько подрывать, сколько мешать немцам подрывать объекты. Где вы будете базироваться, как действовать – все это ты определишь на месте. Нужно не дать немцам угнать население, разрушить дорогу, вывезти продукты и скот. А если ты еще и самих немцев здесь задержишь – тогда ты будешь совсем молодец.

– То есть наша группа должна стать чем-то вроде партизанского отряда, правильно? – спросил Шубин.

– Правильно. Вы должны противодействовать немцам в их тылу. Да, помимо всего прочего, тебе еще и продуктов надо будет с собой взять. Но много продуктов вы унести не сможете – надо будет рассчитывать, что называется, на подножный корм, на то, что отберете у врага, и на то, что даст вам местное население.

– И сколько мы будем там действовать – три дня, четыре?

– Нет, Шубин, не три и не четыре. Операция по освобождению ржевского выступа продлится, по расчетам штаба, до конца марта. Вот и тебе ставится задача до конца марта. Столько времени будет у тебя в распоряжении, чтобы вырвать у врага из его хищной пасти все то, что он хочет отсюда унести. Теперь тебе все понятно? Или еще какие-то вопросы остались?

Шубин подумал немного и покачал головой:

– Нет, товарищ полковник, пожалуй, вопросов больше нет. Подобрать группу мне поможет сержант Коростылев – ведь он тут всех знает. А где получить оружие и все остальное?

– К вечеру должны подвезти боеприпасы и продукты. Из этого довольствия я и твоей группе выделю все необходимое. И уже завтра утром вы должны выступить на задание. Тем более что сейчас переходить линию фронта не так сложно, как было еще три дня назад. Нет ее, линии фронта. Сегодня бои с немецким арьергардом идут в районе Сычевки. Знаешь эти места?

– Да, товарищ полковник, знаю, – ответил Шубин. – Я проводил разведку района Сычевки еще в прошлом году, летом.

– Ну вот, тем более район ты знаешь. Но еще раз повторю: где именно базироваться, где действовать – это все ты сам должен определить. Но твоя деятельность должна охватить не один какой-то клочок, а всю территорию, где проходит наша операция. А это сто километров с севера на юг и сто пятьдесят – с запада на восток. Но особое внимание ты, конечно, должен уделить железным дорогам Ржев – Вязьма – Киров, Смоленск – Калуга и Смоленск – Сухиничи. Эти дороги немцы постараются уничтожить в первую голову, а ты должен им помешать.

– Есть, товарищ полковник, – сказал Шубин. – Пойду отыщу своего напарника Коростылева. Сообщу, какое ответственное задание нам поручено. И вместе с ним будем собирать группу.

Искать Коростылева долго не пришлось – он прибился к одной из рот, стоявших на берегу Волги. И, конечно, сержант уже спал. Шубин разбудил боевого товарища и рассказал о новом задании.

– Надо же, какое задание, – сказал Коростылев, выслушав Шубина. – Такое редко случается. Значит, нам нужно собрать группу бойцов, с которой мы будем бороться со всей немецкой группой армий «Центр»?

– Выходит, что так, – согласился Шубин. – Полковник Данилов сказал, что в нашей группе не должно быть слишком много народу. И я понимаю, почему нас не должно быть много: большую группу трудно разместить, для нее трудно раздобыть продовольствие, ее легче обнаружить. Поэтому полковник считает, что нам нужно собрать лишь пять-шесть бойцов. Нас с тобой двое, значит, нужно набрать еще четверых. Можешь ты назвать подходящих людей?

Коростылев раздумывал некоторое время, потом сказал:

– Да, четверых могу назвать. Могу предложить взять в группу Василия Теплова. Он отличный лазутчик, ловкий, находчивый. Мы с ним вместе несколько раз ходили на задания. Затем я бы взял в группу Максима Глухова. Он превосходный снайпер, а кроме того, разбирается в самых разных механизмах; что называется, мастер на все руки. Дальше – нам, как я понимаю, будут нужны сапер и подрывник. Такие люди тоже есть. Я знаю отличного сапера, его зовут Миша Лернер. Кстати, он еще и радист. А подрывником я советую взять сибиряка Бориса Косолапова. Так что всего нас будет шесть человек. Как тебе, капитан, такой состав группы?

– Если ты за этих людей ручаешься, то я такой состав одобряю, – сказал Шубин. – Пошли, соберем этих бойцов и отправимся в штаб. Там полковник Данилов обещал нам выдать все, что нужно в дорогу.

И они отправились собирать группу. Лернер и Глухов ночевали в одной землянке, их долго искать не пришлось. Как выяснилось, оба они были москвичами и, встретившись на фронте, сдружились. У них были общие интересы: оба интересовались техникой, радиоделом, а еще оба были страстными футбольными болельщиками. Только Лернер болел за «Спартак», а Глухов – за «Торпедо». В другой землянке Коростылев обнаружил сибиряка Косолапова. А лазутчик Теплов спал в отдельном окопе, его пришлось поискать.

Сообщение о новом задании все встретили по-разному. Косолапов, человек по натуре спокойный, и к новому заданию отнесся спокойно, без эмоций. Оба москвича задумались, как они будут решать новые задачи. А вот Теплов воспринял новое задание с восторгом. Ему понравилось, что они будут совсем одни – сами себе командиры, никому не будут подчиняться. Как видно, Василию Теплову по жизни не нравилось кому-то подчиняться.

 

Когда группа была собрана, Шубин повел своих людей к штабу. Полковник Данилов их уже ждал. Он сам проводил их к месту, где тыловики устроили временный склад оружия и боеприпасов, помог подобрать гранаты, пулемет, толовые шашки и рацию. Шубин этот запас вооружения распределил следующим образом. Пулемет отдал Теплову как лучшему стрелку группы. Запас толовых шашек достался подрывнику Косолапову, рация – Лернеру. Продукты все разделили поровну.

Наконец все было готово к походу. К этому времени уже рассвело. Обычно Шубин в такое время не ходил в разведку – слишком светло. Но теперь он шел не в разведку – он шел в наступление на целую группу немецких армий. Поэтому они решили, что сейчас время для похода самое подходящее. Полковник Данилов пристроил их на машину, которая везла в наши передовые части запас патронов. С этой машиной группа Шубина должна была добраться до самой Сычевки. Дальше они должны были передвигаться самостоятельно.

Глава 5

Шубин еще заранее решил, что базу группы лучше всего будет создать где-нибудь в районе к западу от Вязьмы. Здесь была самая большая возвышенность во всем этом районе, здесь находились истоки всех рек, которые текли отсюда в разных направлениях. А еще неподалеку отсюда находилась Вязьма – крупный железнодорожный узел, где пересекались обе трассы: Ржев – Киров, идущая с севера на юг, и Смоленск – Калуга, идущая с запада на восток. «Вязьмой нам и надо будет заняться в первую очередь, – решил Шубин. – Если не успеем – немцы разорят всю станцию. Нашим потом долго ее придется восстанавливать».

Поэтому от Сычевки он решил двигаться прямо на север. Когда машина остановилась, разведчики быстро разобрали свое снаряжение и пошли в выбранном направлении. Дорога, по которой отступали немецкие войска, осталась позади. Постепенно затихли и звуки боя. Разведчики проходили через поля, пересекали еще замерзшие болота. Здесь ничто не говорило о войне. Казалось, кругом царит мирная жизнь.

Но вот группа вышла на опушку, впереди стала видна какая-то деревня. И сразу стало ясно, что здесь вовсе не мирная жизнь. С небольшой возвышенности, на которой находились бойцы, было видно, что в деревне происходит что-то чрезвычайное. Большая группа сельчан – возможно, все население деревни – толпилась возле северной околицы деревни. А от дома к дому расхаживали немецкие солдаты. Их было около двадцати. Они выгоняли людей, которые еще оставались в домах. Впрочем, когда Шубин взял бинокль и присмотрелся к происходящему, он понял, что сгоняют далеко не всех. Он видел, как одна девушка пыталась вести с собой двух пожилых людей – видимо своих родителей. Однако немецкие солдаты оторвали стариков от дочери и прикладами погнали их назад в деревню. А еще он заметил троих солдат с огнеметами. Пока что они спокойно стояли в стороне. Но Шубин предвидел, что, когда «отбор» закончится, немцы сожгут всю деревню.

– Ну, вот для нас и первое дело, – сказал он своим бойцам. – Немцы хотят угнать этих людей, тех, кто моложе и здоровее, с собой. А деревню они хотят сжечь. Наша задача – не допустить этого. Для этого мы разделимся. Мы все, кроме Максима, сейчас пойдем вон к той опушке, где скрывается дорога. Там мы устроим засаду и будем ждать, когда немцы погонят людей в ту сторону. А ты, Максим, как самый меткий из нас останешься здесь. Твоя задача – не допустить, чтобы фрицы сожгли деревню. Солдат с огнеметами всего трое. Может, им будут помогать еще три-четыре человека. Не думаю, что для тебя уничтожение фрицев будет сложной задачей. Пулемет ты пока отдашь Василию. Все ясно? Тогда пошли.

И он повел свою группу назад в лес, а затем под прикрытием леса – на север, в то место, куда немцы должны были пригнать сельчан, собранных для отправки в Германию. Здесь он распределил свой отряд следующим образом. Три человека – он сам, Василий Теплов с пулеметом и подрывник Косолапов – должны были засесть в ста метрах от опушки. А Лернер с сержантом Коростылевым остались на самой опушке.

– Действуем следующим образом, – начал объяснять Шубин. – Когда колонна дойдет до нас, мы трое открываем огонь. Наша задача – убить немецкое охранение, которое будет находиться во главе колонны. Одновременно вы двое открываете огонь по хвосту колонны. Люди начнут разбегаться. Если мы с самого начала сможем уничтожить половину фрицев, то с оставшейся половиной мы справимся, я уверен. Да, хочу предупредить: пленных брать не будем, нам их некуда девать. И тебе, Василий, отдельное напутствие. Ты с самого начала не используй пулемет – людей обязательно заденешь. Только когда колонна разбежится, тогда бей по немцам из пулемета. Василий, ты с пулеметом ступай на ту сторону дороги, а мы с Борисом останемся здесь. Будем ждать.

Ждать пришлось недолго: прошло минут двадцать, и на дороге показалась голова колонны. Впереди шли двое автоматчиков, за ними следовали согнанные в колонну жители деревни. Теперь, с близкого расстояния, Шубин мог удостовериться в том, что немцы четко выполняли установку своего командования и согнали в колонну только тех, кто мог принести пользу «великой Германии»: в колонне не было ни детей моложе семи лет, ни стариков. В основном здесь были подростки и женщины.

Вот колонна подошла ближе… еще ближе… И тогда Шубин прицелился в немца, который шел во главе колонны, и выстрелил, давая тем самым сигнал остальным для открытия огня. Тут же стали стрелять Косолапов, лежавший рядом с ним, и Теплов, находившийся на другой стороне дороги. Немец, в которого стрелял Шубин, рухнул в снег, упал и тот, кто шел рядом с ним. Раздался чей-то истошный крик «Разбегайся!» – и колонна мгновенно рассыпалась. Люди бежали во все стороны – и вперед, по дороге, и в стороны, в лесную чащу. Немцы сделали несколько выстрелов по бегущим, но огонь, который по ним вели разведчики, заставил их забыть о людях из деревни. Теперь они только отстреливались от разведчиков группы Шубина. С той стороны дороги мощно заговорил пулемет Теплова. А позади, там, где находился хвост колонны, тоже слышалась стрельба – там вели бой Лернер и Коростылев.

Немцы, которые шли в середине колонны, оказались в самом выигрышном положении – по ним не вели огонь ни спереди, ни сзади. Тогда шестеро немцев из середины колонны решили сами перейти в наступление. Они кинулись в лес и по нему, прячась за деревьями, стали продвигаться вперед, туда, где находились Шубин, Теплов и Косолапов.

Это была серьезная угроза бойцам. И Шубин оставил Борю Косолапова одного вести бой с двумя немцами, а сам двинулся навстречу тем шестерым. При этом он сразу стал забирать глубже в лес, чтобы выйти на крайнего из цепочки врага. Ему надо было использовать то преимущество, что он понял, что эта группа начала наступать, а немцы его еще не видели. А еще он был в маскхалате, а враги – в обычных шинелях, которые были хорошо видны на снегу. Было важно использовать эти два преимущества и первым заметить немца. Тогда Шубин имел бы шанс уничтожить врагов по одному. В противном случае они бы его окружили, и тут ему пришел бы конец.

И вот разведчик увидел первого из врагов! Немец находился метрах в тридцати от него, и он все еще не видел Шубина. Капитан замер, притаившись за деревом, ждал, когда враг подойдет поближе. Немец приблизился на три метра, потом еще немного… Теперь Шубин отлично видел его. Это был немолодой солдат, лет сорока наверное. И он был очень напуган – вертел головой, высматривая русских, напавших на колонну. А Шубин знал – если во время боя все время вот так вертеть головой, ничего важного не увидишь, не заметишь опасность. И немец не замечал разведчика, притаившегося уже метрах в двадцати от него.

Когда до врага осталось метров двадцать, Шубин поймал немца в перекрестие прицела и плавно нажал на спусковой крючок. Автомат произвел одиночный выстрел, и его хватило: немец сложился пополам и рухнул на снег.

А Шубин уже высматривал следующего врага. И увидел его – ближе, чем ожидал, опять метрах в тридцати. На этот раз немец тоже увидел разведчика. И не стал медлить с открытием огня. Пули взрыли снег вокруг дерева, за которым прятался Шубин, свистели между стволов. Сидеть на одном месте было нельзя, и Шубин рванулся, перебежал левее и оттуда сделал два одиночных выстрела по врагу. Нет, мимо!

Немец тоже знал, как вести бой один на один; он тоже перебежал, укрылся за толстой березой и оттуда выстрелил в Шубина двумя короткими очередями. Стрелял этот гад метко: одна пуля сбила шапку с головы разведчика, другая пробила воротник. Еще на пару сантиметров ниже – и… Надо было сражаться еще активнее, мешать врагу вести прицельный огонь. Ведь в меткости немец, пожалуй, не уступал Шубину, а может, даже превосходил его.

И Глеб снова совершил рывок, на этот раз вправо. Но не успел он укрыться за парой тесно стоящих рядом осин, не успел дать по врагу короткую очередь, как совсем близко застрекотал «Шмайсер», и пули впились в ствол дерева рядом с разведчиком. Это стрелял не «его» немец, это стрелял еще один! Шубин и не заметил, как тот подкрался. Теперь капитану противостояли сразу два противника, и оба умели вести бой в лесу. Надо было быстро отступать. Разведчик кинулся в одну сторону, потом в другую, мешая врагам прицелиться. Пока что ему везло – ни одна пуля его не задела. Но сколько еще будет длиться такое везение?

Он кинулся дальше и на бегу послал длинную очередь во второго немца. И, кажется, на этот раз попал: враг пошатнулся, уронил автомат и скрылся за деревом. Но зато первый противник Шубина, наоборот, шагнул вперед и поднял автомат. Теперь он находился всего метрах в пятнадцати от разведчика. С такого расстояния нельзя было промахнуться. И Шубин уже не успевал выстрелить первым. Вот сейчас…

И в этот самый момент откуда-то сбоку прозвучала короткая очередь. Глеб увидел, как пули пронзили его врага, как кровавые брызги вылетели из его груди. Немец рухнул на землю и больше не шевелился.

Шубин огляделся, ища глазами Борю Косолапова или еще кого-то из своих бойцов. Но вместо солдата в красноармейской шинели он увидел худенького паренька лет пятнадцати. В руках парень держал «Шмайсер». Парень подбежал к Шубину, спросил:

– Вы не ранены? Я уж думал, он в вас попал, он так близко от вас находился.

– Нет, я не ранен, – ответил разведчик. – А ты кто такой? Откуда взялся?

– Я Петя Томилин, – ответил паренек. – Я из Павловки – ну, из деревни. Нас немцы в колонну построили, погнали. А когда вы начали по ним стрелять, я вместе с другими пацанами бросился в лес. Но мне тоже захотелось в бою поучаствовать. А тут вижу – вы немца одного убили, автомат валяется. Ну, я его и подобрал…

– Вот теперь понятно, – сказал Шубин. – Ладно, Петя Томилин, повоевал, и хватит. Иди назад в деревню, немцы туда уже не вернутся. А мы…

Он не сумел договорить – раздалась автоматная очередь, и прямо над головой разведчика прошли пули, некоторые сбили ветки с деревьев. Разговаривать с пареньком Шубину стало некогда. Надо было высмотреть нового врага, потом подобраться к нему. И пока Шубин этим занимался, он краем глаза заметил, что слева от него по лесу пробирается худенькая фигурка подростка. И пробирался Петя довольно успешно: он первым занял выгодную позицию и выстрелил в немца меткой очередью. Как видно, он попал тому в руку, потому что немец свалился на снег и заорал:

– Я сдаюсь! Сдаюсь! Не стреляйте!

– Брось автомат! – крикнул ему Шубин.

Немец не бросил, а скорее уронил автомат, который держал одной рукой. Вторую руку он прижимал к шинели, к животу, и оттуда по шинели расползалось кровавое пятно.

– Я сдаюсь, – повторил он. – Видите, я ранен, и мне нужен…

Он не договорил слова «врач»: Шубин выстрелил в него. Немца развернуло, бросило на снег. Он дернулся и больше не шевелился.

– Сейчас мы пленных брать не можем, – пояснил капитан, повернувшись к Пете. – Они для нас будут обузой. Да и лечить некому.

Он поднял голову и прислушался. Справа, где раньше была голова колонны, еще доносились редкие выстрелы. А слева, где сидели в засаде Лернер с Коростылевым, выстрелов слышно не было. И со стороны деревни тоже ничего не было слышно. Шубин повернулся к подростку.

– Ты почему домой не идешь? – спросил он. – Видишь, бой закончился. Немцы в вашу деревню больше не придут – они отступают. Можешь брать этот автомат и идти домой. Тебя небось там уже ждут.

– Никто меня особо не ждет, – ответил Петя. – Отца еще в сорок первом в армию забрали. Мама в прошлом году умерла. Не знаю отчего: болела сильно, жар у нее был, потом померла. Один дед Михаил остался. Но он и без меня проживет, он еще крепкий. А мне немчуру бить охота. Вот как сейчас бить. Вы партизаны, да? Возьмите меня с собой!

– Нет, мы не партизаны, мы разведчики, – ответил Шубин. – И у нас очень ответственное задание.

 

– Так я вам на этом ответственном задании пригожусь! – заверил мальчишка. – Вы же видели – стрелять я умею.

– Да, стрелять ты и правда умеешь, – согласился Шубин. – И в бою себя правильно ведешь… А сколько тебе лет?

– В мае шестнадцать исполнится, – гордо заявил паренек.

– Ладно, может, ты и правда нам пригодишься, – сказал Глеб. – Тогда вот тебе первое задание: ступай в деревню, посмотри, всех ли немцев наш снайпер положил. Если не всех, сам под пули не лезь. Вернешься, доложишь, что и как.

– Есть доложить, что и как! – весело ответил Петя и побежал в сторону деревни.

А Шубин направился к дороге – посмотреть, чем закончился бой с немецким охранением. Здесь он застал такую сцену: Василий Теплов перевязывал руку Борису Косолапову. Не дожидаясь вопросов со стороны капитана, Теплов объяснил:

– Прострелили чуть ниже локтя. Ничего страшного: пуля прошла навылет.

– Немцев всех здесь положили? – спросил Шубин.

– Нет, человека четыре сбежали, – ответил Косолапов. – Как увидели, что они с нами не справляются, так дали деру, прямо через лес. Мы их не преследовали – не до того было, шел бой с остальными.

– И правильно, что не преследовали, – сказал Шубин. – А деревенских много погибло?

– Я троих видел, – сообщил Теплов. – Две женщины и паренек, вон они, на обочине лежат. Их немцы застрелили сразу, когда стрельба началась. Потом им уже не до деревенских было – лишь бы от нас отбиться.

– Ну, трое погибших – это немного, – заключил Шубин. – Так, у вас перевязка закончена? Тогда собирайтесь и пойдем в деревню. Объясним деревенским, что случилось, что придется им троих своих хоронить.

– А вы уверены, что в деревне всех немцев перебили? – с недоверием спросил Косолапов. – Там ведь один Максим сражался. А против него то ли шестеро, то ли семеро человек…

– Ну, это мы сейчас узнаем, – сказал Шубин. – Во-первых, я туда своего вестового отправил. А во-вторых, мы и сами туда придем.

– Это откуда же у вас вестовой взялся? – удивился Теплов.

– А вот взялся, – загадочно ответил Шубин. – Увидишь. Шустрый такой вестовой и воюет хорошо.

Больше ничего он бойцам не сказал. Они пошли в сторону деревни. Недалеко от опушки леса встретили еще двоих своих товарищей, Лернера и Коростылева, шедших им навстречу. Сержант выглядел встревоженным.

– Тут какой-то паренек по лесу в сторону деревни пробежал, – сообщил он. – Я не понял, что за паренек. Причем у него в руках автомат был. Может, это был немецкий полицай? Я даже хотел по нему очередь дать, да не успел – он уже скрылся.

– И хорошо, что ты не стал стрелять, – сказал Шубин. – Потому что это мой новый вестовой.

– Во как! – воскликнул сержант. – У вас теперь и вестовой появился! Это хорошо…

– Конечно, хорошо, – согласился капитан. – Я его специально в деревню отправил, чтобы он выяснил обстановку. Но мы его дожидаться не будем. Пошли.

И разведчики двинулись в сторону деревни. Когда прошли несколько метров, Шубин заметил лежащее на обочине тело немецкого офицера. Видимо, это был командир группы, отправленной, чтобы согнать жителей деревни в колонну и конвоировать ее на станцию. Дойдя до трупа немца, Шубин остановился. Подобрал фуражку, слетевшую с головы лейтенанта, потом содрал с него китель и засунул их в свой вещмешок. Заметив удивленный взгляд сержанта Коростылева, объяснил:

– Вообще-то влезать в немецкую шкуру я на этот раз не собирался. Но ведь нам надо будет разведку на станции проводить, верно? А эти вещички в ходе разведки могут очень даже пригодиться.

Они вышли на опушку, откуда открывался вид на деревню. Шубин первым делом посмотрел в ту сторону. Его интересовало: успели немцы поджечь деревню или нет? Сейчас он видел, что нигде не поднимались столбы черного дыма, какой бывает при пожаре. Нет – видны были только белые легкие дымки из печных труб.

Тут он заметил бегущего навстречу им человека. Это был Петя Томилин. Подбежав к Шубину, он встал по стойке «смирно» – неумело, но старательно – и доложил:

– Товарищ капитан, ваше задание выполнено. Немцы все мертвые, шесть человек. А кто их застрелил, неизвестно. Там какой-то человек от леса шел, что-то мне кричал, но я его слушать не стал, сразу поспешил к вам, потому что надо было быстрее.

– Да, Петя, первое свое задание ты выполнил не на пятерку, – сказал Шубин. – Самого главного – кто немцев убил – ты так и не узнал. «Какой-то человек», ты сказал, от леса шел? Хорошо, что этот человек – наш снайпер Максим Глухов – не стал по тебе огонь открывать. А то на этом твой боевой путь и закончился бы. На будущее запомни: нельзя возвращаться с задания, не выяснив самого главного. Нельзя возвращаться с неполными и недостоверными сведениями. Никакая спешка такое поведение не оправдывает. Ясно?

– Ясно… – упавшим голосом произнес Петя.

Шубин понял его состояние и решил паренька приободрить.

– А вообще ты молодец, что быстро задание выполнил, – сказал он. – И не расстраивайся. Постепенно всему научишься. Ну, пошли в твою деревню.

Когда разведчики вошли в деревню, там уже вовсю кипела жизнь. Люди, сбежавшие из колонны и вернувшиеся кружным путем, через лес, стаскивали трупы немцев к оврагу в стороне от деревни. Им помогал и снайпер Максим Глухов. Увидев своего командира, он поспешил к нему.

– У меня все штатно прошло, – доложил он, опережая вопрос Шубина. – Положил фрицев одного за другим. Я только не знал, что вот с этим героем делать. – И он кивнул в сторону Пети. – Но потом решил, что вряд ли это полицай – как-то не похож. И не стал стрелять.

– И правильно сделал, – сказал Шубин. – Это Петя. Теперь он будет членом нашего отряда.

Заметив, что вокруг них собралась толпа сельчан, Шубин обратился к ним с речью:

– Слушайте меня, товарищи! Вы можете возвращаться в свои дома, налаживать мирную жизнь. Пока еще вокруг могут находиться войска оккупантов, но они уже отступают. Не думаю, что они попробуют еще раз напасть на вашу деревню. Но в ближайшие два дня лучше все-таки быть настороже, следить за этой дорогой – вдруг на ней появятся враги. Но вообще они быстро отступают, наши войска наседают на них. Через пару дней немцев вокруг точно не будет.

– А вы разве не останетесь на эти два дня? – спросила одна из жительниц деревни. – Чтобы нас защитить?

– Нет, к сожалению, остаться мы не можем, – ответил Шубин. – Перед нами поставлена другая задача. Но вы можете вооружить ваших подростков немецкими автоматами, и они могут стать вашими защитниками на это время. Вон немецкие автоматы по селу валяются. Если ваших мальчишек вооружить, из них могут получиться очень неплохие защитники – вот как Петя Томилин, который помог нам в бою с немцами. Да, и напоследок у меня к вам есть одна просьба. Не могли бы вы выдать нам пару лопат и один ломик? Вы нам бы очень помогли.

Лопаты и лом нашлись. Попрощавшись с деревенскими жителями, разведчики отправились дальше на север, в избранный Шубиным для постоянной дислокации район.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?