Название книги:

Ливень. Повесть

Автор:
Григорий Станиславович Евдокимов
Ливень. Повесть

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Иллюстратор Олег Гуренков

Фотограф Фархат Рахманов

Фотограф Денис Марковский

© Григорий Станиславович Евдокимов, 2018

© Олег Гуренков, иллюстрации, 2018

© Фархат Рахманов, фотографии, 2018

© Денис Марковский, фотографии, 2018

ISBN 978-5-4493-6454-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ливень

Желаю вам:

«Бороться и искать, найти и не сдаваться!»

Это заключительная строка из стихотворения лорда Теннисона «Улисс», а также девиз прекрасного советского фильма (1976) и книги «Два капитана».

Посвящается моей жене и сыну


Предисловие

Это произведение никогда не задумывалось, как текст, который вы видите перед собой. В этой повести я показал ответы на сложные вопросы. Поэтому в поведении моих героев ищите самих себя. Жизненные ситуации можно решать по-разному, но никогда нельзя терять человеческое лицо.

Все мои герои имеют характеры людей, которых я знаю лично. Именно поэтому они сочетают в себе и чёрное, и белое. Наши жизненные поступки часто идут вразрез с нашими словами и только дела действительно могут говорить о наших мыслях.

Главный герой совсем еще молодой человек с недюжинным умом и предчувствием. Он явно ищет себя и все его поступки говорят об этом. Часто надеясь на свою интуицию и откровенно полагаясь на удачу, Марк окунается в омут с головой. Но именно безумные поступки формируют в нас личность, которой можно действительно гордиться. И возможно, такие люди через многие годы рассказывают собственным детям о таких поступках. Я не хочу сказать – вперед к безумию, но смотря на свои не сделанные поступки, мы часто теряем самих себя.

Только дела в нашей жизни определяют нас, наше всё или ничего. Наш герой – Марк еще спит. Приготовьтесь, вас ждет его грусть и череда событий, полностью изменившие жизнь. А вы не печальтесь, пусть этим занимается мой любимый и самый главный герой.

Предисловие к изданию

Данный проект уже давно не моя личная заслуга. Более четырех лет я разрабатывал книгу, которую сейчас вы держите в руках.

Большое количество людей приняли участие в создании книги, особенно хочу отметить Ксению Соколову. Ну и конечно свою семью, они многое вытерпели. Спасибо! В конце книги читайте полный список всех, кто посвятил себя моему проекту.

Проект «Книга Ливень» состоит из короткометражки, трейлера к книге, который является трейлером и к самому фильму. В конце книги указан сайт, где вы можете посмотреть весь медиа материал.

Прошу читать не спеша. Не торопитесь узнать развязку, всему нужно свое время.

Глава 1. Боль

Ветер обдувал высокое здание, ударяясь в кирпичную бежевую стену. Дальше он двигался все выше и выше. На крыше его встречали вогнутые тарелки спутниковых антенн. Прямо за ними яркое и теплое солнце пробивало себе путь сквозь большой район высоток, где еще всё ждало пробуждения дня.

Марк проснулся на рассвете, но так и лежал в кровати. Открыв глаза, он увидел большие окна. Сквозь них пробивались лучи, и только тени соседних высоток не давали полностью заполонить комнату светом и теплом. Солнце набирало всю свою силу, хоть еще и на короткий, световой день. Он сел на кровать и, уже полностью очнувшись, попытался понять, где он. В голове был туман и сумрак, всё тело затекло. Оно изнывало и «просило» еще поваляться. Совсем не посмотрев на окружающую обстановку, Марк прошел в ванную, взглянул на себя и немного испугался. На лице были ужасные розовые отметины. Рассмотрев их внимательнее, он увидел детали рисунка наволочек. Поначалу Марку пришли в голову самые жуткие мысли, но он лишь рассмеялся над своими фантазиями. Между тем, смутное сознание, как и собственный затуманенный взгляд, не давали ему покоя. Его мучили жажда и головная боль. Марк никак не мог вспомнить до конца неясные ночные события.


Оглядевшись, он, наконец, понял, что находится на своей старой квартире, где он когда-то жил. Как он здесь очутился? Всё те же обои цвета зеленой тоски, всё те же жуткие воспоминания. Салатовые местами стены уже немного пожелтели, а старинное зеркало помутнело. Однако, мучительная головная боль, бившая кузнечным молотом в затылок, давала понять, что многое сейчас неважно.

Вся его последняя неделя была заполнена непомерным заливанием спиртного, что не сильно обостряло действительность, но Марк только этого и хотел. Так он мог понять, что и в правду важно, каков данный период, чем он является для дальнейших действий. Уход от реальности дает пищу для внутренних размышлений.

Наконец, решив, что в ванной головная боль явно не пройдет, и выглядывая из неё он выглядит довольно глупо, Марк прошел обратно в комнату. Увидев девушку, лежащую на постели, он не смог вспомнить её имя. Впрочем, имена никогда не были сильной стороной его памяти. Девушка была нежна как бархат, прекрасна и напоминала уставшую птицу. Тёмные пряди волос прятали её идеальную спину, а волнительные бедра были аккуратно укрыты одеялом, мягкие стопы одиноко открыты. Марк подумал, что именно их он решил согреть сегодня ночью, но тут же откинул эту мысль. Подушка скрыла половину её лица, и только изгибы спины напоминали ему о той, что он уже давно позабыл. Именно её образ часто вел его вперед. Марк многое сделал в жизни, словно эта девушка смотрела на него со стороны. Весь его бизнес и репутация – всё было ради неё. Ту единственную звали Рита. Он часто искал её в толпе, а услышав заветное имя, спешил посмотреть на девушку, которая носила его.



Именно так звали ту, которая лежала на его постели, где началось одиночество Марка, в славном городе на реке N. Хорошо, что он ничего не помнил об их знакомстве, иначе весь её утренний образ исчез бы под масками, которые они одевали ночью. Поняв, что она всего лишь еще один человек, который пройдет мимо, в его сердце не возникло желания обнять и поцеловать её. Именно сердце всегда подсказывало ему, что делать в самый, казалось бы, сложный момент.

Марк собрал вещи, написал записку и вышел на лестницу. Доверял ли он этой девушке, которая провела с ним ночь? Вряд ли. Он её совсем не знал, но между тем, шестое чувство подсказывало, что все будет в порядке.

По жизни Марк чаще игнорировал свою интуицию. Поэтому, вспомнив картину разбросанных вещей, девушку, лежащую на постели, он одобрил данное решение. Словно общаясь с самим собой, Марк сделал утвердительный кивок головой своему второму «я» и кисловато улыбнувшись, понял, что предел его организма в пьянстве уже близок. Редко доверяясь своему шестому чувству, приведшему его в мир неясных, сомнительных удовольствий, он находил пути решения для своих проблем.

Солнечная погода сменилась хмурой. Пелена тёмных и громадных облаков заволокла все небо. Собирался долгий и печальный дождь. Когда Марк вышел из дома, в воздухе нависла опасность, словно перед грозой. Повинуясь внутреннему я, Марк накинул капюшон и напролом пошел вперед. На улице шел не дождь, не снег, а какая-то непонятная мокрая мешанина, постепенно превращавшаяся в равнодушный ледяной ливень. Мысли о гостье и том, что произошло ночью, отошли на второй план. Марка уже завораживала ненастная погода, которая окутала славный город на реке N. Зимняя пелена неба уже скрутилась в неравной схватке с бурым из-за песка и пыли осенним ураганом, от которого люди пытались спрятаться под зонтами. В этот момент природного негодования он еще не определил, что будет делать, и кому сегодня он попытается доставить радость или тоску. В его судьбе было много людей, описывающих жизнь в черно-белых красках, но цвета радуги он находил намного более убедительными.

Марк включил плеер, и знакомые звуки поглотили его разум. Люди и погода утратили интерес и начали его раздражать. Голоса пели о жизненных мучениях и желаниях освободить разум от эмоций.

Вечный интерес к искусству всегда пытался одолеть его страсть к технике, однако, прошлое Марка было похоже на научно-фантастическую книгу о том, как из классической, объективной мысли можно получить нечто совершенно невиданное.

Именно наука и чрезмерное любопытство привели его к созданию собственного бизнеса, идеи для которого пришли в голову еще в университете. Годы в высшем учебном заведении он провел не за поисками легкого обогащения за счёт новых открытий и патентов в области высоких технологий, а за осознанием того будущего из подростковых фильмов о совершенных открытиях, так легко представляемых режиссерами и сценаристами кинофантастики. Такими идеями стали голограммы и голография в целом. Превратить окружающий мир в виртуальный, который может помочь человечеству практически во всех областях деятельности, стало главным для Марка.

Как была хороша идея выйти на улицу, и какой она стала бессмысленной, когда он осуществил её. Когда ни он сам, ни окружающие не могли решить, что делать, в голове Марка рождалось чувство неприязни. Ощущение бесполезности бытия сильно раздражало его. «Мы все ради чего-то существуем!» – это правило всегда организовывало Марка. Он остановился. Необходимо решение! Что сегодня делать? Интуиция! Вот венец и панацея всех решений. Она и подсказала ему, что логика сейчас совершенно ни к чему. Доверившись и положившись на неё, он поехал в музыкальный магазин. Именно там он находил спокойствие и мог собрать мысли в единое русло. Именно там он чувствовал себя умиротворенно.

В этот момент он подумал о работе, она была действительно важна. Те вещи, которые изменяли жизнь цивилизации, никогда не были простым свершением. Часто только время способно решить проблему развития. Многие годы мониторы всех устройств были ахиллесовой пятой развития действительно удобных портативных компьютеров. Открытия в области голографии позволили Марку обрести твёрдую почву под ногами и начать свое дело.

 

Перед входом в метро в славном городе на реке N Марка обдало запахом пота и пыли, перемешанной в некоторую влажную от постоянной непогоды взвесь. Близость воды делала свое дело. Река соединяла море и систему озер. Именно поэтому издревле данный город привлекал иностранные суда и торговцев. С течением времени населенный пункт сильно разросся и стал центром искусства и науки.

Большой город можно сравнить с большой и бурной дорогой. Вечное движение смывает личности. Люди уныло смотрят в окна, печалятся от рутины и усталости, ждут сна, работы или бессонницы.

Сидя в вагоне метро, Марк увидел девушку, которая смотрит в окно и грустит. За стеклом проносились километры проводов и пыли, лежащей на них. Потом красавица начала что-то вспоминать, радоваться. В её изумрудных глазах Марк увидел счастье, надежду. Эта беззастенчивая радость отделила её от толпы. Но тут ей пришлось выходить. Поток холодной воды реальности с головы до пят окутал всю её сущность. И на её лице воцарилась безысходность, злой рок. Её русые волосы превращались в препятствие перед глазами, которые не хотели видеть окружающий мир. Она собрала все силы и, чуть не плача, опустила голову. Поднялась и пошла, как в бреду, на выход, пытаясь понять, куда идти. Но вдруг она вспоминает, что её ждет только тоска и забвение. Потом её глаза наполняются смирением, и она возвращается в мир темноты людских душ. Иронии здесь нет, есть невыносимая жажда отделиться от мира и жить там, где нет правил, где нет лжи и человеческого невежества. Возникают вопросы. Но у каждого свой ответ, своя индивидуальность. Ответы… Решения… Важно не забыть их искать. Многие ищут эти ответы, но упираются в стену гордыни, забвения, просто отречения и откровенного равнодушия.

Глава 2. Магазин

Марк приехал почти в самый центр города. Здесь среди узких улиц и бесконечной паутины проводов всегда можно найти самое уютное место, где приятно посидеть и отдохнуть от суеты.

Пройдя немного от метро, он увидел знакомую вывеску музыкального магазина «Камертон». Сквозь стеклянные витрины многочисленные гитары отражали свет в аккуратных изгибах, а ударные установки так и тянули извлечь из них барабанную дробь. Конечно, подкованный читатель скажет, что многие из представленных инструментов изготовлены в далекой восточной стране и их качество далеко не на высоте. Тут надо отметить, что данный магазин имел богатую историю создания и развития, поэтому все представленные инструменты были изготовлены вручную мастерами, а не на конвейере.

Продавец сидел, опершись на спинку барного стула, держа в руках электрогитару из Японии. Ловкие пальцы настраивали музыкальный инструмент, временами они останавливались, и глаза музыканта закрывались. Полминуты и соль-мажор отчетливо кристаллизовался в воздухе, гитара запела. После такой лаконичной настройки Марк стал внимательнее рассматривать мужчину. Плотный, в очках с тонкой чёрной оправой, в футболке с Дэвидом Гилмором, говорящей о музыкальном вкусе гитариста. Марк совсем не знал этого продавца. Пытаясь завязать разговор, наш удивленный герой начал расспрашивать, когда и где была сделана данная гитара, хотя сразу узнал страну изготовления. Точно сделанные отверстия в корпусе – эфы и отличная отделка грифа, и корпуса не оставили ему сомнений. Несколько мгновений, и гитара запела в руках продавца.

– Какой отличный звук! – Марк очень сильно удивился.

– Да, данный экземпляр очень одобрял и сам мастер из Японии, жаль он уже покинул наш бренный мир, и гитары аналогичные этой уже не выйдут из его рук.

– Простите, а как вас зовут? Я знаю всех здешних продавцов, а вас вижу впервые.

– Ах да, я новый продавец. Меня зовут Николай. Не так давно приехал из Нью-Йорка. После стольких лет я, наконец, поверил в нашу страну и решил осесть здесь.

– И теперь вы продавец?

– А почему нет? Долгие годы я был простым музыкантом. Только сейчас я понял, что хочу продавать гитары. Мне так нравится дарить людям возможность музицировать самим.

– А что вы только что сыграли? – Марк сильно заинтересовался.

– Ах, это? – Николай немного замялся, – мелодия моей молодости. Мы раньше играли с друзьями такое, когда уставали от безумной скорости рока.

– Я такого никогда не слышал. Сплетение чего-то испанского и блюза? – глаза Марка загорелись как у нашедшего клад человека.

– А вы попробуйте играть блюз на протяжении почти десяти лет, при этом намного ранее закончить школу по классической гитаре. – в его словах чувствовался вызов.

– Такая школа, наверное, самая правильная.

Они замолчали, Николай вновь начал играть. Марк просто внимал.

Наш герой, только начинавший вбирать в себя жизненную мудрость, познакомился с уже видавшим жизнь человеком, седым и немного дерзким. В нем еще не угас огонь любви и страсти к самому существованию, к ощущению свежего утреннего воздуха на зарождающемся рассвете, к ночи в свете луны, к людям, наконец. Именно поэтому он и оказался здесь, в месте, полном тонких звуков, ароматов высохшего дерева, металлических струн. Наш герой, приобретший так много знакомых, был удивлен жизненными взглядами своего собеседника.

– Николай, вы уже нашли коллектив для себя, или решили оставить данную затею?

Николай задумался, эта мысль почему-то не посещала его после переезда.

– А почему нет? Вы знае…

Остановив на полуслове продавца, он попросил его номер интера. Это новое средство видеосвязи, основанное на голографии. Выйдя на улицу Марк, был одухотворен музыкой Николая. Эти простые мелодии могли излечить раны и дать силы идти дальше, уже не останавливаясь никогда.

Марка больше не увлекал мир, его увлекали люди. Они были красивы и инфантильны. Музыка, игравшая в наушниках, пыталась вернуть его мысли в то место, где он услышал что-то подобное в первый раз.

Он вспомнил осень. Небо только излило весь запас дневных слез, а желтые листья в переливах серебра виднелись только на мокром асфальте. Марк шел на прогулку в парк, и ему оставалось пройти еще пару домов до заветного соснового бора. Ему всегда было больно смотреть на увядание лета. Старик в смешной кепке убирал пожухлые листья с дороги, ловко сметая их в кучу. Он улыбнулся, глядя на Марка, давая понять, что осень – это лишь этап. Иногда достаточно одного взгляда.

Воспоминания о том мудром старике надоумили Марка идти в тот же парк. Он хотел посмотреть, как зима изменила его, чтобы еще больше любить лето.

Глава 3. Встреча

Куда дальше двигался Марк, он и сам не знал, думал просто – вперед.

Парк уже был совсем недалеко. Вот уже виднелась линия, чётко ограничивающая хвойный лес и находящийся в сизом тумане заасфальтированный город. Только небольшая грунтовая тропинка вглубь давала понять, что это парк.

– Марк, – позвал его голос. Навстречу шёл крупный мужчина, уже довольно давно не бритый и заросший. Кожаная куртка и часы с металлическим ремешком сразу выдавали времена его молодости. Классические джинсы, а также чёрные матовые туфли явно не шли ему. Его звали Сергей, но для Марка он всегда останется Сирым. – О, это он! Это точно он, как я рад! – и обнял Марка так крепко, что затрещали кости.

– Сколько лет?! Лет шесть я не видел тебя, как ты уехал из нашего захолустья. Такого родного городишки – немного с грустью, сказал Сирый. – Как твоя жизнь, как ты сам? – насыщенная жизнь Марка была всегда ему интересна.

– Я… – потерянно произнес Марк. В такие периоды раздумий он редко мог понять, что происходит вокруг.

Сирый увидел странную реакцию друга. Улыбка и радость в глазах начали сходить с его лица. Понимая, что надо что-то сказать, Марк, наконец ответил:

– Привет! Сирый, я тебя совсем не узнал. Ты теперь похож на монаха, только лесного, – почти протараторив, сказал Марк.

Люди, да еще настолько знакомые, его увлекали меньше, чем остальной мир. Марк всегда признавал, что он не интересуется знакомым, честность лучший союзник в отношениях.

– Куда сейчас направляешься? Может, где присядем? – сказал Марк другу. Сирый кивком головы подтвердил его решение.

– Вон ресторанчик! Идем туда. – Сирый решил взять руководство на себя.

Они направились в ресторан с нелепым и зазывным названием «Страсть», который был неподалеку.

Официанты были худыми и слишком лестными, что вызывало лишь отвращение и нежелание приходить туда второй раз. В ресторане было очень много персонала, почти у каждого стола стоял один, а иногда и два официанта. Второй был явно сомелье. Людям свойственно становиться льстецами. Необходимость и жажда всегда имеют обратную сторону: для одних – унижение, для других – волю.

– Что будем? Как обычно? «Красненькое»?

– Давай рассказывай, а то жутко болит голова от тишины, – с некоторым унынием сказал Сирый.

– Житуха как житуха. А остальное как обычно, – словно выдавливая из себя, процедил Марк.

– Ну, это разве разговор? Давай подробности! – явно не понимая, в чем проблема, возмутился друг.

Обычные их разговоры вел всегда Марк. Сирый не понимал, что случилось с его другом.

Они сидели в ресторане под очень темной лампой, практически в углу большого зала. Отсутствующий толком свет заставил ощущать, а не видеть.

Сирый почувствовал запах озона, как после грозы. Ему показалось, что вокруг заискрился сам воздух. Внезапно его грудь начала сдавливать неведомая сила.

– Чёрт, возьми! – услышал он крик Марка.

И тут их накрыла волна кромешной тьмы, и они начали куда-то проваливаться.

Их потянуло в черную дыру, вокруг только темень и немного искр. Единственное чувство высоты давало хоть какое-то осязаемое ощущение.

– Что происходит?! – закричал Сирый.

Они падали около минуты, временами их сдавливало то сверху, то снизу, иногда скручивало, словно канат. Мысли отчаянно метались в голове Сирого, пытаясь выяснить причину такого злоключения. Руки судорожно хватались за пустоту, но вокруг не было ровным счетом ничего. Время тянулось маленькими густыми каплями вместо свойственного ему потока.

Наконец, они упали на небольшую поляну, окруженную лесом, точнее, сосновым бором. Запахи смолы и хвои заполнили их легкие. После огромного города, они смогли вобрать весь воздух в грудь. Воздух был немного влажный и удивительно чистый, недавно была гроза. Нотки чего-то соленого отдавались во ртах наших друзей, где-то поблизости явно было что-то морское.

– Вот бестия – опять! – со злостью воскликнул Марк.

«А главное мы вместе», – подумал он. Друзья нервничали, Сирый еще к тому же, не мог понять, что произошло. Он встал, обвел глазами всю поляну, соседний лес, потом отстраненно пошел в сторону шума морских волн и крика птиц.

Дойдя до края опушки, он увидел бескрайние просторы скорее океана, чем моря. Прозрачные воды и огромное количество рыб выдавали нетронутость здешних мест. Сирый никогда не видел столько диких животных сразу. Были и лесные звери, белки, лисы, были и птицы, много птиц. Это сильно действовало на человека, оседлого в «каменных» джунглях. Он сел на белый песок пляжа, ему стало наконец очень жарко. Организм очнулся после встряски и начал воспринимать окружающую среду. Здесь было и спокойно, и одиноко, Сирый подумал о Марке и с силой встал на ноги, решительно пошел обратно. У него было ощущение обмана, он не знал, кого винить в том, что он здесь оказался.

Сирый никак не мог успокоиться и начал бегать в разные стороны, не отыскав ни причин, ни виновного. Он набросился на Марка – единственного, кто мог дать хоть какое-нибудь объяснение. Взяв его за грудки, начал трясти, но товарищ только улыбался и ехидно поглядывал. Наконец, Марк не выдержал и расхохотался. Ему давно не было так смешно, хоть смех и был явно на нервной почве. Смотря как друг заливается смехом, Сирый, наконец, понял, что не добьется ничего. Он взялся за телефон, но ни навигатор, ни интернет здесь не работал. Со злости Сирый попытался разбить собственный телефон, кинув его о землю, но аппарат лишь отпружинил от мягкой травы. Покров земли был очень ухоженным и подстриженным.

Поняв, что никто и ничто не может дать ему вразумительного ответа, он сел, уронив руки на колени, опустил голову и начал горько смотреть на эту треклятую траву от невозможности сделать что-либо.

Марк улыбнулся, подошел, сел рядом. Он вспомнил многое: свой первый провал, совет отца, который помог ему, возможно, выжить.

– Ну, что? Готов слушать? – тихонько, словно мама, сказал Марк.

Сирый мотнул головой вверх и вниз, пытаясь сосредоточиться.

– Попытайся абстрагироваться от того, что ты знаешь, уйди от тех решений, которые принесли тебе прожитые годы. Это не мистика и не шутка, это часть моей жизни. Еще с детства у меня случаются такие провалы, у меня наследственность по мужской линии, я так думаю. Отец лишь говорил о терпении в сложных ситуациях, – вкрадчиво пояснял Марк, – тебе никогда не рассказывал, да и вообще почти никому. Такие вещи даже близким людям доверить тяжело. В итоге вся ситуация проста. Когда я не в своей тарелке, меня накрывает «волна», темнота, и я проваливаюсь куда-то. Понять, что со мной происходит, я так и не смог до сих пор. – Для Марка такой разговор был не в первый раз. И, словно по лекалам уже прожитых рассказов, он описывал произошедшее, – где мы сейчас? Я и сам точно не знаю, одно мне известно, возвратимся мы через пару часов, может и больше. Перенесёмся туда, откуда пропали и ровно в ту секунду, когда пропали. Вопросы задавай по порядку, я расскажу всё.

 

Набравшись духа и терпения, Сирый спросил:

– Что ты знаешь ещё? – голос выдавал его волнение.

– Тебе целиком или частями? Но учти, я знаю только сотую долю, если не тысячную.

– Сколько мы еще пробудем здесь? – уже собравшись, спросил Сирый.

– Ну, минимум пару часов точно. На краткое изложение хватит, – улыбнулся Марк, дабы разрядить обстановку.

– Давай по порядку, ты что-то говорил про отца своего? – Сирый окончательно успокоился, даже заинтересовался.

– В общем, все довольно просто, но и сложно, неясность какая-то. Батька мой вечно мне твердил – будь спокоен. Вероятнее всего, он сам проваливался в чёрные дыры. Зная данный факт, он учил меня оставаться в любой ситуации спокойным и хладнокровным. Ему удалось меня научить внутреннему покою, только одно не удалось ему мне объяснить – как уходить от своих мыслей. Внешние факторы легко удалить из собственной головы. Если сосредоточиться на себе и внутренних ощущениях, внешний мир блекнет.

– Темнеет? – спросил друг.

– В точку! – ответил Марк, – видишь ли, когда мои собственные мысли начинают главенствовать, тут приходит и собственная оценка всей прожитой жизни. Оценка того, чего я смог достичь. И наконец, воспоминания, не всегда лучшие, а часто и худшие. Порой я и от этого всего научился избавляться, но с друзьями, с теми людьми кого любишь, все обостряется. Ты один из немногих людей, которые оставили глубокий след, как я ни пытался это изменить в самом себе. Теперь сам понимаешь, что мой небольшой «секрет» знают немногочисленные люди, встречавшиеся на моём пути.

Марк вспомнил многих, очень многих людей, все они были ему кем-то, но только с некоторыми он обретал способность по-настоящему любить. Дарить любовь ему было не трудно, ведь изначально вся любовь родителей переходит к ребенку. Кто не смог её получить, тот обречен на вечные страдания и одиночество.

– Прости, отступлю. Помнишь мой интерес к оккультизму? Все это звенья одной цепи, этапы всего моего жизненного пути. Теперь вот о чем: в нашем мире, наверное, много таких как я, единственное, насколько они глубоко продвинулись в знаниях, никто не знает. – Сирый ощутил неведомый страх перед Марком и ему подобных, – в итоге, тут несколько выводов. Первый: все происходящее со мной, ну а теперь уже произошедшее с тобой, это не плод фантазий, а результат действий моего мозга, или еще не пойми чего. Только не машин, на которые все разумное человечество возлагает такие надежды. Второй: управлять этими процессами я могу только косвенно, как будто кисель в руках. Третий и самый главный: я прошу тебя, чтобы все случившееся осталось между нами.

– Конечно! Ну а теперь что делать будем? – словно ожидая продолжения, спросил Сирый.

– Ничего. Ждать, – вся эта ситуация, да и весь небольшой разговор уже утомил Марка.

Они сидели и ждали, пока пройдет пара томительных часов. Вокруг было тихо и спокойно. Несколько одиноких птиц летало в поисках пищи, а возможно и пристанища. Так и сердце долго ищет свою недостающую часть, когда понимаешь, что идти одному к своей цели слишком глупо. Наша жизнь сочетает в себе цикличность двух половинок, с осознанием этого начинаешь поиски той самой частички. Часто мы чувствуем – вот это моя половинка, но судьба, если такова забавница есть, разделяет вас.


Издательство:
Издательские решения
Метки:
Поделится: