bannerbannerbanner
Название книги:

Братишка

Автор:
Роман Соловьев
Братишка

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 1

– Сергей, а тебе обязательно завтра уезжать?

Инга буравила меня пронзительными голубыми глазами, будто пыталась загипнотизировать чтобы я остался.

– Конечно. Да ты не волнуйся. Мы в воскресенье, к обеду, уже точно вернемся.

– Не звезди, Колчин. Тебе только дай волю.

– Вот честное пионерское.

– Ладно. Так и быть, я отпускаю тебя. Но в воскресенье вечером с тебя ресторан.

– По какому поводу? – насторожился я, быстро перебирая в уме все памятные даты.

– Эх, Колчин, Колчин… Шестнадцатое мая. В этот день, ровно двадцать пять лет назад, мы с тобой познакомились.

Удивительно, как только женщины умудряются помнить все эти даты.

– Подожди, Инга. Так все рестораны в городе закрыты. Режим самоизоляции.

– И вправду…– растерялась супруга, – ну… тогда просто купишь хорошее вино и устроим ужин при свечах.

– Хорошо. Пойду пока вещи приготовлю и снасти посмотрю. Мы вечерком, после работы, хотим еще на рыбалку смотаться.

– Давай-давай, только ложись сегодня пораньше. А то опять до двух часов ночи просидишь за компьютером…

На балконе в рундуке я отыскал старую телескопическую удочку и костюм-горку, незаменимую вещь для работы и рыбалки.

Сегодня позвонил мой старый друг Юрка Комаров и попросил помочь по ремонту. У его родственницы, тети Вали, срочно нужно перекрыть крышу на летней кухне. Очень давно, когда мы еще учились в школе, то иногда целыми неделями на летних каникулах жили у тети Вали в деревне. Она заведовала молочной фермой и постоянно пропадала на работе, оставляя нас под надзором старшего сына Алексея, местного деревенского шалопая.

Эх, чего мы только мы не вытворяли, пока тетя Валя трудилась на ферме! Бросали зловредному соседу Филиппову дрожжи в очко деревянного сортира, ездили на велосипедах на заброшенный завод и отпиливали оцинкованные трубы (Леха все мечтал сделать в огороде цивильный водопровод), частенько дрались на речке с ребятами из соседнего хутора. Причем, из-за всяких пустяков, например, за очередь кататься на «тарзанке»…

Как же время быстро пролетело! Казалось, все это было только вчера, а пронеслось уже без малого тридцать лет.

Отшумела бурная юность как горная река, и звенящая молодость стала постепенно отдаляться, уступая место зрелости. Вот уже и дети поженились и встали на ноги. Казалось, теперь можно расслабиться и смотреть на окружающий мир с легким прищуром самодовольного оптимиста и циника…

Я стоял на балконе и вглядываясь в огни вечернего города, все никак не мог поверить. Неужели Инга права, и прошло уже целых двадцать пять лет с того памятного дня нашего знакомства.

В 1995 году я служил в небольшой мотострелковой части под Воронежем. Однажды стоял на боевом посту в карауле, и ночью мне удалось задержать местного деревенского алкаша, который решил слить в автопарке пару канистр бензина. Это сейчас кажется диким, что мужик полез в охраняемый автопарк, чтобы разжиться бензинчиком, но кто хорошо помнит девяностые, прекрасно знает, что порой еще и не такие чудеса случались.

За поимку нарушителя командир объявил мне благодарность и дал десять дней дополнительного отпуска.

Как раз вовсю шумел пьянящий май. Приехав домой, я три дня с утра до вечера квасил с друзьями. А в субботу побрился, одел новые джинсы, и рванул на дискотеку во Дворец Культуры. Пару раз я неторопливо прошелся по дискозалу, осторожно обходя дрыгающуюся под громкую музыку школоту, и вдруг приметил в углу длинноногую блондинку в дерзкой мини-юбке. Набравшись смелости, я все же подошел и пригласил незнакомую девушку на медленный танец.

Блондинка согласилась потанцевать, но держалась она довольно настороженно. А я, уже наверное тогда утонул в бездонной глубине ее больших голубых глаз. Когда медляк закончился, девушка чуть заметно улыбнулась.

– Знаете… такой красавице точно нельзя без охраны,– пробормотал я.– Тем более в нашем городе.

– А что в нашем городе может случиться?

– Разве вы еще не слышали? Из колонии вчера сбежали опасные преступники. Шляются где-то по улицам города… а милиция их все никак поймать не может…

Я хотел быть рядом с этой симпотной девчонкой, и потому на ходу стал сочинять всякие небылицы.

– А у меня подружка с парнем, как назло, недавно ушли…– расстроилась блондинка. – Теперь придется домой одной добираться…

– Если позволите – могу проводить. Меня, кстати, Сергей зовут.

– Инга, – представилась блондинка. – Сережа, если ты не против – пойдем прямо сейчас. Я живу на квартире, и хозяйка ругается, когда я поздно возвращаюсь.

Вскоре мы вышли из душного дискозала на улицу, в теплый майский вечер.

– Сергей, а ты местный? Просто никогда тебя раньше не встречала.

– Я в Артемьевске с самого рождения живу. А сейчас просто в армии служу. На несколько дней дали отпуск за поимку опасного преступника.

– В армии тоже ловят преступников?

– Да… поймал одного злодея… он пытался в нашем автопарке мины заложить, по заданию чеченских террористов.

– А я почему-то сразу поняла, что ты солдат, – улыбнулась девушка. – А где служишь?

– Спецназ…– соврал я и пожал плечами.

– Это же круто, – восхитилась Инга. – Говорят, вы кирпичи руками разбиваете…

– Нет. Это десантники разбивают кирпичи. А мы боремся с врагами и террористами.

– Тебе, наверное, и на войне довелось побывать?

– Всякое случалось…– вздохнул я, понимая, что нужно срочно менять тему разговора.

Мы медленно прошли по центральной дорожке парка. Сирень еще цвела и приятно благоухала, и я подумал: что если наломать несколько веток для Инги? Впереди, на скамейке, сидели двое парней. Девушка решительно взяла меня под руку и прошептала:

– Там мой бывший. Все никак не отвяжется, урод…

– Не бойся. Он тебя не тронет!

Когда мы почти поравнялись со скамейкой, один из парней приподнялся. Он оказался довольно рослым и широкоплечим, с довольно наглой круглой физиономией:

– Инга, давай поговорим.

– Игорь, отвали. Или ты по-русски не понимаешь? – нахмурилась девушка.

– Послушай…– парень шагнул вперед и быстро схватил Ингу за руку, даже не обращая на меня внимания.

Я резко развернулся и одернул парня, слегка подтолкнув в плечо:

– Любезнейший, девушка же вам открытым текстом сказала, что не желает продолжать общение…

В следующую секунду я почувствовал, как в челюсть врезается огромный кулак и чуть не опрокинулся на землю, услышав колокольный звон в ушах. Перед глазами быстро поплыли темные круги. Со скамейки подскочил плечистый крепыш и подбежал сзади. Я встряхнул головой и ударил Игоря в нос, он отступил назад, обхватив ладонями лицо. В это время крепыш все же свалил меня, сделав ловкую подсечку, и я очутился лицом на асфальте.

– Отвалите от него, уроды! – вскрикнула Инга.

– Чеши отсюда! – грозно рявкнул крепыш.

Я резко развернулся и тут же почувствовал сильный удар ногой под ребра.

– Лучше не вставай, гандон! – прохрипел крепыш.

Инга побежала к фонтану, возле которого крутились трое взрослых мужиков.

– Помогите! Здесь мальчика убивают!

Игорь вытер рукавом кровь с лица, и сильно пнул меня ногой в грудь.

Парни принялись обрабатывать меня ногами по спине и ребрам.

– Убью, сучара! – злобно бормотал Игорь.

Я все же изловчился, схватил за ногу крепыша и приподнимаясь, опрокинул его на землю. Игорь тут же попытался вмазать мне по лицу, но я увернулся и удар прошел вскользь по щеке.

Крепыш наверняка был спортсменом, он мигом вскочил и ловкой подсечкой опять уложил меня лицом на асфальт.

– Валим! – рявкнул Игорь.

Парни рванули в сумеречные кусты и вскоре исчезли, а я услышал рядом голоса и приподнял голову. Встревоженная Инга стояла в сопровождении двоих мужиков лет сорока.

– Ты живой? – усмехнулся рыжий усач. – Может, до больнички довезти?

– Не надо…– я почувствовал, что дышать все же малость тяжеловато из-за ушибленных ребер.

– Живешь-то где, бедолага?

– Недалеко. В двух кварталах.

– Я помогу ему до дома добраться, – решительно сказала Инга.

Мужики помогли мне приподняться и поставили на ноги.

– Ничего, – улыбнулся усач, – пару дней дома отлежишься и будешь как новенький.

Инга достала из сумочки белоснежный платочек и протянула:

– Сергей, у тебя лицо в крови.

Я осторожно протер разбитую губу, скомкал платок и небрежно положил в карман.

– Этого Игоря Степанова я хорошо знаю, – процедил лысый мужичок в спортивном костюме, – ученик мой бывший. Если встречу – уши ему точно накручу. Из-за чего вы вообще сцепились?

– Из-за меня, – слегка покраснела Инга и взяла мою ладонь,– ну… пойдем, герой…

По дороге девушка рассказала, что приехала из поселка Игнатовка и учится в городе на первом курсе Технологического техникума. А живет на квартире у одной довольно вредной бабули. Они познакомились с Игорем на дискотеке два месяца назад. Встречались месяц, ходили в кино и на танцы. Но однажды Игорь пригласил ее к себе домой, напоил вином, и попытался затащить в постель. Инга едва убежала от навязчивого поклонника, пригрозив, что если он еще раз приблизится – то она обратится в милицию. Почти месяц Инга не видела бывшего парня и даже почти забыла о его существовании, как вдруг неожиданно сегодня Игорь вновь повстречался в парке.

Конечно, я был поражен искренностью девушки. Ведь она рассказала свою историю практически первому встречному, а значит, Инга наверняка доверилась мне. Я сразу почувствовал, что между нами в первый же вечер вспыхнула искра.

Мы встретились и на следующий вечер, потом еще… Когда я возвращался на службу, Инга обещала писать. И действительно сдержала слово. Письма приходили ко мне с завидной регулярностью, два-три раза в неделю. Когда через полгода я вернулся из армии, у нас закрутилась настоящая любовь. А вскоре я сделал Инге предложение.

 

Родители отнеслись к моему решению весьма положительно. Да и Инга безумно им понравилась.

«Ранние браки – самые добродетельные…» – любил говорить отец. Раньше он был военным, десантником. Даже почти два года провел на службе в Афганистане, но дослужился только до капитана. Однажды, после очередной командировки в Афган, отец вернулся домой мрачнее тучи. Пил три дня и почти не выходил из комнаты. А на четвертый день гладко выбрился, одел новый китель и отправился в воинскую часть писать заявление об уходе из Вооруженных Сил. Через месяц отец устроился на службу в городскую Пожарную часть. Я тогда долго гадал, почему же он так поступил, резко ушел со службы. Но только когда вернулся из армии, отец все рассказал.

Рота десантников зачищала афганский кишлак. И вдруг с чердака одного дома по солдатам окрыли огонь из двух автоматов. Четверых наших бойцов сразу убили наповал. Отец находился ближе всех к этому дому. Он подкрался и бросил гранату на чердак, который разнесло на куски… вместе с местным семидесятилетним стариком и четырнадцатилетним мальчишкой-подростком. Вскоре после этого случая отец и уволился из Вооруженных Сил, и поклялся больше в жизни никогда не брать оружие.

Мама всю жизнь не только преподавала биологию и химию в школе, но еще успевала следить за порядком и бытом в квартире. Я даже удивлялся, когда только она все успевает: постирать, навести порядок, приготовить обед, да еще заняться нашим воспитанием…

А еще у меня был старший брат Витя. В 1987 году его жизнь трагически оборвалась. Брата и его подругу зверски убили в лесу, а преступников тогда так и не нашли… Это произошло, когда они находились в пионерском лагере «Орленок», работали вожатыми на летних каникулах. Отец и мать после похорон сразу осунулись, будто постарели на десять лет. Я однажды подслушал за закрытой дверью, как отец рассказывал матери о беседе со следователем, что это было далеко не случайное убийство, а тщательно спланированное и подготовленное. Я тогда долго думал, кому и чем мог помешать простой двадцатилетний студент, который почти не вылезал из библиотеки, а дома вечерами тихонечко слушал в наушниках «Алису» и «Наутилус».

Когда Витя еще учился в школе, отец всегда беззлобно подкалывал его, называл «тюлей». Он хотел, чтобы Виктор выучился на юриста, но брат сам выбрал педагогический, факультет истории, успев закончить только третий курс…

Я мечтал, когда вырасту, выучусь на следователя и обязательно найду убийц брата. Но школу закончил почти на одни трояки и проработав полгода на заводе, ушел в армию. А когда отслужил – сразу женился, потом Инга забеременела, и о дальнейшей учебе я уже не помышлял. Чтобы содержать семью и не обращаться за помощью к родителям, приходилось браться за любую работу: пару лет трудился на заводе, грузчиком на железнодорожной станции, а в двадцать четыре года устроился на стройку, и вскоре понял, что наконец-то нашел свое настоящее призвание в жизни. К тридцати пяти годам я заочно окончил Строительно-Инженерный институт, тогда я уже работал мастером участка. Старшей дочери Олечке в то время исполнилось четырнадцать, а сыну Артему двенадцать…

Но всю жизнь, так или иначе, я по маленьким крупицам собирал скудные сведения о брате. Еще на заводе случайно узнал от напарника, что Витя ввязался в какую-то банду, которая наезжала на подпольных дельцов в восьмидесятых. Я не мог в это поверить. Да и какой из Витьки бандюган, когда он, насколько помню, даже никогда не ругался и не повышал голоса…

Когда мне исполнилось тридцать пять, я отмечал день рождения в ресторане и позвал кроме друзей и коллег одноклассников, с которыми со школы поддерживал отношения. Коля Язенцев уже несколько лет служил следователем в Прокуратуре. Он под хмельком проболтался, что однажды случайно наткнулся на старенькое уголовное дело, где фигурировал мой брат. Коля рассказал, что Виктор стал жертвой разборок коррумпированных чиновников. Но на следующий день, когда я захотел подробно поговорить с Колей на трезвую голову, он сразу начал все отрицать, и мне показалось, что одноклассник сожалел, что накануне ляпнул лишнего…

С тех пор больше никаких следов о брате найти не удавалось. А жизнь, как карусель, опять закрутилась-завертелась. Дом. Семья. Работа. Я пропадал на стройке целыми днями. Инга содержала небольшое ателье по пошиву верхней одежды. Дети вскоре выросли, закончили школу. Я помог дочери и сыну поступить в институт. Оля закончила учебу в прошлом году и осенью вышла замуж. Артем учится на пятом курсе Юридической Академии. В марте он женился и сейчас живет с супругой в соседнем дворе, хотя мы и предлагали молодым пожить первое время у нас. Благо, что места вполне хватает… И Артем и Настя, его молодая жена, невероятно самостоятельные, и в свободное время стараются подрабатывать. Можно сказать, что мои дети уже твердо стоят на ногах.

Но вот на работе в последнее время дела шли не очень. В связи с финансовым кризисом и последующим в этом году режимом самоизоляции, из-за карантина, наша строительная фирма потеряла кучу заказов. Весь апрель и почти половину мая сотрудники просидели дома. Шеф, Виктор Степанович Добровольский, сразу заявил, что готов оплачивать во время домашнего ничегонеделания только оклад, без премий, разъездных и выработок. Зарплата персонала сразу упала вдвое, и несколько опытных строителей, в том числе и наш бригадир Семенов, уволились и подались на вольные хлеба, или попросту шабашить.

Неделю назад фирма, наконец, взялась за строительство детского развлекательного центра. Виктор Степанович зубами урвал этот ценный заказ из Городской администрации. А я за прошедшую неделю устал как гончая собака. Приходилось работать и за бригадира, и вести документацию, да еще мотаться в администрацию, согласовывать сроки и объемы работы. И когда сегодня позвонил Юрка и предложил на выходные съездить в деревню, я сразу согласился.

Юрка Комаров уже пару лет находился на заслуженной пенсии. Он двадцать пять лет честно оттрубил в Вооруженных силах, и вышел на пенсию еще довольно крепким и подтянутым подполковником, который на турнике еще легко потягается с двадцатилетними пацанами. Мужик он, конечно, крепкий и надежный, но только имел один небольшой недостаток. Очень уж падкий до женского пола – как увидит смазливую разведенную бабу, у Юры буквально крышу начинает срывать, сразу начинает разрабатывать стратегию по соблазнению очередной жертвы. Но Комаров и сам всегда нравился бабам: высокий, подтянутый, без грамма жиринки на жилистом крепком теле. А после сорока он немного поседел, что придавало его внешности даже некий аристократический шарм. Он даже напоминал мне какого-то американского актера. Иногда было немного жалко его супругу Тамару, как только она терпела все эти годы этого отпетого потаскуна! Но что удивительно, Юра за все годы брака ни разу не спалился, и искренне считал, что легкая интрижка на стороне совсем не помеха тихому семейному счастью, а наоборот, даже немного укрепляет узы брака.

Комаров, как и обещал, заехал ровно в семь утра. Он припарковал машину на асфальтовом пятачке под моим окном. Я сразу одел костюм-горку, а в вещмешок на всякий случай бросил свитер. Май в этом году выдался довольно прохладным.

Ингу я будить не хотел, но она все же сама проснулась и вышла меня проводить.

– Сергей, как отпускаю тебя с Комаровым – всегда почему-то предчувствие нехорошее!

Я взял походный вещмешок и чмокнул супругу в щеку:

– Завтра к двенадцати буду как штык.

Инга кивнула и вздохнув, направилась обратно в спальню. А я вышел в подъезд, захлопнул двери и быстро спустился вниз.

– Серега, ты на Северный полюс собрался? – улыбнулся Юрка.

Он стоял возле машины в футболке и спортивных брюках. Юра вообще никогда не парился по поводу погоды, и даже зимой, в двадцатиградусный мороз, мог запросто отправиться в магазин в легкой ветровке.

– Юрка, ты же меня знаешь. Я лучше лишний раз попарюсь, чем буду зубами стучать от холода.

– Ладно. Давай садись.

Юра оказался в машине не один. На заднем сидении скучал его двоюродный брат Костя, офисный увалень тридцати трех лет отроду.

– О, какие люди! – улыбнулся я.– Теперь мы точно всю работу за пару часов сделаем..

Комаров завел двигатель и «Нива» плавно выехала со двора на проспект. Автомобиль быстро промчался по городу и вскоре свернул на выездную дорогу.

Я покосился на Костю. Он, как всегда, уткнулся носом в свой смартфон. Все же удивительно. Между нами всего двенадцать лет разницы, а такое ощущение – будто пролегла целая эпоха. Эти молодые ребятки точно свою жизнь проживают в интернете, целыми днями уткнувшись в электронные игрушки. Даже не понимаю, как он еще сумел себе жену отыскать. Хотя, на самом деле, это Юркина мама, тетя Таня, познакомила балбеса Костика с дочерью своей давней подруги. Юрка однажды рассказал эту забавную историю. Да… пожалуй, если так и дальше пойдет, человечество и вправду начнет деградировать и постепенно вырождаться…

Мы пересекли мост через Волгу. Автомобиль свернул с асфальта и дальше поплелся по грунтовке. Я заметил, что лесные притоки и ерики в этом году довольно хорошо затопило водой. Неужели балбесы из Министерства Природоохраны все же решились обводнить пойму, после нескольких лет засухи? Наверняка опять из Москвы дали волшебного пенделя и местные чинуши, наконец-то, зашевелились…

Через полчаса, спустившись с небольшого холма, мы подъехали к деревне. В последний раз я был здесь лет двадцать назад, и сразу поразился, что больше половины домов оказались заколочены, а во дворах колосился бурьян почти в человеческий рост.

Я вздохнул:

– Не понимаю, почему горожане не покупают здесь домики под дачи. Наверняка же участки копейки стоят!

– Серега, а кого сейчас заставишь в земле возится? – пожал плечами Юрка. – Молодежь, например, лучше овощи в супермаркете купит. Правда, Костя?

– Почему молодежь? – насупился попутчик. – Можно подумать, вы большие любители в грядочках покопаться… Так же все и покупаете в магазинах…

Тетя Валя уже поджидала нас возле калитки. За прошедшие годы она сильно похудела, осунулась, да и что говорить, если нам с Юркой по сорок пять – ей уже далеко за семьдесят. Я слышал, что сын тети Вали, Леха-Рыжеус, как мы звали его в детстве, беспробудно пил горькую после армии, ему довелось побывать в горниле Чеченской войны. Однажды в пьяном угаре Леха разбил лицо местному участковому. Четыре года тетя Валя возила сыну в колонию передачи. Когда Леха освободился, он все же взялся за ум, женился и вскоре уехал с супругой в Питер. Сейчас даже заседает в Городской Думе… Как говорится, чудны дела твои Господи..

Юрка обнял тетку и чмокнув в щеку, кивнул на меня:

– Теть Валь, узнаешь этого хмыря?

– Постой… так это же Сережа Колчин…вот на улице прошла бы и ни за что не узнала…

Вслед за мной из машины вылез Костя.

– А вот Костюша наш совсем не меняется. Что в пятнадцать был увальнем – что сейчас…– весело рассмеялась старушка.

– Ладно, пойдем, теть Валь, объем работы посмотрим, – улыбнулся Юра. – А то мы вечерком еще на рыбалку хотели рвануть…

– Так покушать надо с дорожки… Я там блинчиков напекла.

– Конечно, пока блинчики горячие, – довольно ощерился Костя.

– Лучше после работы, – покачал я головой, – а то тяжело будет по крыше лазить…

Работы оказалось немного. Стропила и обрешетка на летней кухне оказались довольно крепкими и не требовали замены, а снять старый шифер и постелить новый – было плевым делом. За три часа мы уже управились.

Проглот Костя, наконец, добрался до блинчиков с ливером, а мы с Юркой больше налегали на борщ.

– Как там Алексей? – поинтересовался я.

– Работает…– пожала плечами тетя Валя. – Денежки вот присылает, жаль только, что приезжают они очень редко… в прошлом году так и не выбрались… Хотя и в Эмираты летали, и в Турцию… Мне соседка говорит, что же вы по компьютеру не общаетесь… а у меня отродясь и не было этого компьютера… да и не нужен он мне вовсе на старости лет. Хоть вы, ребятишки, приезжайте. С женами, с детьми…

Мне по-человеческибыло жаль старушку. Ее муж утонул по пьяному делу в пруду, когда Лешка только перешел во второй класс. Замуж тетя Валя так больше и не вышла. Сама тянула сына, ждала из армии, из зоны… возила в колонию тяжелые баулы с передачками, а Лешенька теперь в родную деревушку к мамке и нос не кажет… деньжатами откупается, засранец…

– Мужики, на рыбалку-то поедем? – спросил Костя.

– Ты в магазин дуй, – скомандовал Юра.– Возьми три пузыря водки, а мы пока снасти приготовим.

– Не надо никуда ходить, ребятки, – улыбнулась тетя Валя.– Я у соседки самогонки взяла. Они с мужем специальный аппарат купили и на продажу производят. К ним даже из ближайших хуторов мужики ездят, говорят божественный напиток, лучше виски…

Через час мы спустились на машине к реке и остановились под раскидистой ивушкой. Юрка показал на невысокий обрыв на излучине:

 

– Помнишь, Серега, каких раньше здесь окуней ловили?

– Конечно помню. А может, лучше на озеро Тихое съездим?

Юрка покачал головой:

– Высохло озеро. Лет десять назад воду в пойму почти не сбрасывали и все мелкие озера посохли…

– Вот дебилы…– проворчал я, доставая свернутую палатку из багажника.

Юрка быстро расчистил место на полянке от старых сучков. Пока мы устанавливали палатку, Костик осмотрелся вокруг, сделал несколько фотоснимков и присев на пенечке, опять уткнулся в смартфон.

– Костя, удочки разматывай!– командирским голосом прикрикнул Юра.– Здесь хоть малость отдохни от своего интернета!

Парень вздохнул, положил дорогую игрушку в карман и поплелся к машине за снастями.

Чистый лесной воздух все же немного опьянял после городских загазованных улиц. Далеко в рощице пел соловей, а над полянкой низко летали огненно-рыжие бабочки.

Вскоре мы уже сидели с удочками на обрыве реки. К моему удивлению, первого и довольно крупного окунька поймал Костик и с гордым видом бросил его в садок.

Юрка довольно ухмыльнулся:

– Мужики, а ведь правда, здорово на природе? Чистый воздух. Река. Лес. Что еще человеку нужно для счастья?

– Денег побольше, – серьезно ответил Костя.

– Нет, – покачал головой Юрка. – Счастье – это когда у человека душевное равновесие и гармония внутри. Когда в семье все хорошо…– он осекся и посмотрел на Костика. – В общем – полный баланс с окружающим миром.

– Однако, например, Абрамовичу с его миллиардами по любому жить интереснее, чем нам.

– Ничего подобного. Представь, Костя, какие у олигархов головняки каждый день. Как правильно бабло пристроить и не потерять… А в Англии, например, наших олигархов вообще сейчас стали щемить все, кому не лень…

– Да у нас в России олигархов больше чем в Англии, Франции и Германии вместе взятых,– усмехнулся Костя.– И пока никто еще головняками не страдает. Бабло крутит этим миром. А нет бабла – и ты, считай, лузер по жизни.

– Думаю, мужики, что-то мы рано завели беседы на философские темы,– покачал я головой.– Даже еще по рюмочке не накатили.

– Костя, как младший по возрасту – сгоняй в машину за пузырем, – приказал Юрка.

Как только Костик ушел, приятель тихо сказал:

– Жена Константина бросила неделю назад. Забрала сына и уехала в Краснодар с любовником. Я его и взял-то, чтобы парень малость развеялся…

– Даже не знал… Всегда считал их такой счастливой парой… И Танюха девка такая интересная… все время шутит, прикалывается…

– Двуличная особа. Это я еще давно понял. Жила с Костей, а в интернете себе мужичка побогаче выгадывала… Этот «Перец», с кем она уехала, даже старше нас, ему уже за полтинник. А ей всего двадцать семь. Бориску только мелкого жалко, вместо отца теперь будет жить со старым пердуном.

– Подожди. Нужно же судится. Еще неизвестно с кем ребенок останется, с отцом или матерью.

– Все уже известно. В суде половина таких же судей-разведенок сидит, да и законы у нас в государстве больше на стороне матери. Тем более тот «Перец» намекнул, что у него везде нехилые связи…

– Я как посмотрю, Костик не сильно и расстроился.

– Дурачок он. Семья это святое. Но если баба шалавой и дурой оказалась, тут уже ничего не исправишь. Но за сына, конечно, нужно бороться до конца… Я еще подумаю, как братану помочь.

Юра кивнул и тут же подсек небольшого карасика.

Удивительно все же на природе! Будто даже мысли становятся чище. А мы ведь выбирались с семьей в пойму, наверное, лет шесть назад… Точно, когда Олечка школу закончила…

Костя принес из сумки-холодильника еще запотевший пузырь, стопки и пластиковый контейнер с салатом. Пить он наотрез отказался, и чтобы мы не приставали, схватил удочку и спустился метров на пятьдесят вниз по течению.

После третьей рюмки Юркины глаза заблестели, а взгляд стал загадочным и маслянистым:

– Кстати, насчет баб. Я тут одну историю вспомнил… Лет пятнадцать назад, когда я еще был капитаном и батареей командовал, служила у нас в Узле Связи лейтенант Марина Кольцова. Мелкая такая, но очень симпотная. Бойцы ее «Шакирой» прозвали, как певицу. Стал я к этой Марине тогда в общагу похаживать.

– Ты ведь уже женат был?

– Серый, не зли меня, – ухмыльнулся Юра. – Эта Шакира в постели такие пируэты крутила, веришь, нет, но «шляпа» всю ночь дымилась… Я даже один раз за нее морду набил майору Рогову… даже до комбрига дошло. Полковник орал так, что штукатурка с потолка сыпалась, обещал даже перевести меня куда-нибудь подальше… Но через неделю у меня выдался отпуск, и мы с супругой рванули в Крым на три недели. Я думал, как раз все успокоится и страсти малость улягутся… А когда домой вернулись, звоню Шакире – она телефон не берет. Я рванул к мужикам в воинскую часть и узнаю – перевели Маринку в Ростов… Комбриг, сука, подсуетился. Я тем вечером даже нажрался от такой печальной новости.

– Ну ты же не собирался бросать жену и жениться на этой Шакире. Потому она наверняка искала себе другую судьбу и согласилась на перевод.

– Серега, не строй из себя святошу. Ты дальше слушай. Прошло двенадцать лет, и за год до моей пенсии вызывает комбриг всех командиров дивизионов и с кислой «миной» сообщает, что послезавтра приезжает серьезная проверка из штаба СКВО. Если что не так – погоны полетят. Мы ночами не спим, лопатим документацию, бойцы наводят порядок на территории и в расположении… Через два дня утром приезжает комиссия. Мы встречаем их на центральном КПП… и ты даже не поверишь кто у них главный. Наша Шакирочка. Подполковник Орлова.

– Да ну… Как такое возможно?

– Охомутала Маринка в Ростове одного серьезного генерала, который в друзьях с самим Сергеем Кужугетовичем. Замуж удачно вышла. В общем, ее карьера сразу резко вверх поперла. Три года назад она была еще подполковником, но думаю, с ее талантами скоро и генеральские звездочки отхватит…. Вот такая история. Девка буквально проложила себе карьеру грудью и своим сладким местом.

– Ты на нее случайно в тот раз не залез?

– Дурак что ли?! Она такая важная стала, на хромой козе не подъедешь. На меня только презрительно посмотрела и мимо прошла… а вот фигурка даже не изменилась за двенадцать лет. Стала даже более сексуальная…

Когда мы допили пузырь, Юрка хитро улыбнулся:

– Я вот чего подумал, братишка. Давай-ка сгоняем в Антиповку. Была у меня там лет двадцать назад, еще до женитьбы, одна симпатичная разведеночка, Катеринка. Безотказная, как автомат Калашникова. Все хотел проведать, да время не находил. Тут и ехать-то всего десять километров по полям.

– Да мы же выпили.

– Так Костя не пил. Он и свозит нас.

– Юрка, двадцать лет уже прошло. Что ты ей скажешь?

– Да просто повидаемся. Я ее пару месяцев назад в соцсетях искал, но так нигде и не нашел.

– А… вспомнил я эту Катю. Ты же тогда еще женится хотел, а потом резко передумал.

– Меня как раз в Знаменск перевели… Катюха, конечно, первое время писала, звонила… а вскоре я Томку встретил, и любовь пронзила стрелой мое большое доброе сердце, а через полгодика мы с Томкой уже поперлись в ЗАГС, заявление подавать..

– Ты мне только не звезди! Тома уже беременная была. На шестом месяце. И маманя тебе тогда уши накрутила, чтобы женился и прекратил по бабам бегать…

– Ладно. Так мы сгоняем?

– А когда вернемся – здесь ни палатки, ни вещей не будет…

Юра задумался:

– Пожалуй… тогда лучше оставим Костика. Сам поведу машину, знаешь, я вполне нормально себя чувствую, будто и не пил. Да и «гайцов» в полях точно нет…

– Поехали. Только туда и обратно. Без всяких приключений.

Юрка кивнул, подошел к брату и что-то быстро объяснил ему на повышенных тонах.

«Нет, пожалуй, военный – это не профессия. Это половая ориентация…» – вспомнилась мне забавная фраза их армейской комедии.

Может все же отговорить Юрку? А то он выпил и ему, видно, шлея под хвост попала… старую любовь вспомнил… Да нет, этого чертяку в жизни не переспоришь, особенно когда он под шафе.

– Я Костика озадачил,– ухмыльнулся Юра, когда мы направились к машине.– Он к нашему возвращению ухи сварит. А мы по быстренькому смотаемся туда и обратно…

– Только не гони сильно, – нахмурился я, и подумал, что и в пятнадцать, и в тридцать, и в пятьдесят – мы, по сути, остаемся все теми же пацанами…


Издательство:
Автор