Глава 1 Откуда ведьмина сила
В лесу было темно, а телефон и фонарик остались в машине. И зачем она потащилась в лес одна? А теперь Варечка идет по осеннему лесу, такому красивому днем и такому страшному ночью. Она и не знала, что в лесу столько звуков и что в этой тишине они такие громкие. Хрустнула ветка под ботинком – кажется, весь лес услышал. Начала говорить вслух, чтобы было не страшно, но от этого становилось только хуже, и она замолчала, плетясь по еле заметной в темноте тропке. Ветер шумел, снимая листья с деревьев и бросая их Варечке под ноги. Ветки в темноте так и норовили вцепиться в растрепанные медные кудри, ухватить ее за одежду, словно когти хищных тварей, что обитают в лесных чащах. Таких, как эта. «Бррр, прекрати нагонять жути», – мысленно отругала себя Варечка. Но на всякий случай достала из кармана непромокаемой куртки складной перочинный ножик. Разложила и зажала рукоять в руке. Серое пластиковое ведерко мешало идти, постукивая по ноге и оттягивая руку. Столько грибов Варечка в жизни не видела. А ведь и не собиралась по грибы. Утром, когда ребята ещё спали, девушка быстро сложила одноместную палатку, написала подружке СМСку: «Я домой, не теряй», – и поехала в город. По дороге из окна машины увидела ровные шляпки подосиновиков, остановилась… Перочинный нож лежал в бардачке. Сначала она, конечно, ведерко не брала, так выскочила срезать пару штук, но чуть дальше увидела ещё грибную семейку и вернулась за ведерком. Грибы все ещё не заканчивались. Варечке казалось, что она ушла от трассы недалеко, но, когда решила вернуться, не смогла.
Ей хотелось есть и пить. В кармане лежала половинка недоеденного сникерса, но вода осталась в машине, и Варечка боялась, что от сладкого станет только хуже. За все время пути не встретилось ни ручья, ни реки, даже лужи. Она уже была готова пить и оттуда, если вода будет прозрачной, чистой. Ну не станет же козленочком, в конце концов!
От ходьбы гудели ноги. Но тропинка не становилась ни шире, ни уже. Бежала себе вперед. А что если она закончится? Что тогда? Идти в обратную сторону? Уже столько кругов намотала по лесу, пока на эту тропку вышла. Варечка не знала, как быстро может зарасти нехоженая тропа. Кто-то же протоптал эту дорожку? Значит, есть здесь люди. Кто же бродит в этом лесу? Не зря говорят, что нет страшнее зверя, чем человек. Девушка передернула плечами и встала в нерешительности. Но рассудила, что назад идти уж больно далеко. Если до рассвета к людям не выйдет, то повернет обратно.
Глаза слипались от усталости, и Варечка не заметила, как под ногами вырос корень, о который она и споткнулась.
– Вот блин, ещё и коленку разбила, – вслух сказала девушка и сама испугалась своего голоса. Так громко он прозвучал в ночной тишине, осипший, почти шепот. Варечка вздрогнула. Грибы рассыпались по полянке. Именно по полянке! Тропинка куда-то исчезла! «Закончилась все-таки. Надо было идти в другую сторону», – попеняла на себя Варечка. Она аккуратно сложила грибы обратно в ведерко, поднялась и развернулась. Но тропинки не было и позади. Варечка пошла несколько шагов назад – ничего. «Так я заблужусь во второй раз», – подумала она и поставила ведерко рядом с собой, как точку отсчета, выставив ручку так, чтобы одним концом та «смотрела» туда, откуда она пришла, а другим, соответственно, туда, куда шла. Для верности сорвала травинку и повязала на ручку ведра с одной стороны. Ведерко было светлое и на фоне мха и темных елей хорошо выделялось. Варечка обошла полянку по небольшому радиусу. Затем по радиусу побольше. Ничего. Тут уж ей стало по-настоящему страшно. Сердце так и колотилось. Казалось, весь лес сбежится посмотреть на этот звук. Словно кто-то стучит в барабан, призывая зверей ночи на сытный ужин. «Вот и грибочки на закуску есть», – подумала Варечка. – Сяду здесь, а как рассветет – найдется тропинка», – решила она.
Можно было сесть на ведерко, вытряхнув оттуда грибы, все равно до утра испортятся. Но отчего-то грибов ей стало жалко, и девушка не без труда притащила сухих веток, чтобы было на чем сидеть. Земля-то осенью уже холодная. Устроилась, опершись одной рукой на ведро, да и не заметила, как заснула. А проснулась от того, что кто-то рыскал вокруг, шуршал в траве. Ох, и страху же она натерпелась. Что-то мелкое шмыгнуло в кусты. Варечка проследила за зверушкой взглядом и охнула. Там поодаль стоял сруб. И как она его сразу не заметила? Ноги разогнула с трудом. Мышцы болели ужасно, были словно деревянные, но девушка взяла ведерко и пошла вперед. К избушке. Света в окнах не было. Да и не удивительно, на дворе ночь. Дом выглядел нежилым. Вокруг росла трава, словно в избу давно никто не заходил. Крыльцо скрипело, а дверь оказалась незапертой. С тихим скрежетом она распахнулась, впуская незнакомку в дом. В избе было темно, холодно и пахло сыростью. Здесь, внутри, вой ветра не казался таким зловещим. Варечка нащупала щеколду и задвинула затвор. Дом выглядел совершенно пустым. Старая кровать, заваленная тряпьем, стояла за печкой. Оттого Варечка чуть не потеряла сознание со страху, когда скрипучий старческий голос прохрипел из-под тряпок:
– Ну, наконец-то! Долго ж тебя, девка, ждать пришлось.
– Кто здесь? – испуганным сиплым голосом спросила Варечка, вжавшись в дверь и тщетно пытаясь найти щеколду. Тряпки поднялись, и в тусклом свете, падавшем через узкое мутное окно, она увидела тощую руку. Ногти, сто лет не стриженые, походили на когти зверя.
– Вода на столе, в кувшине, – прошипела старуха. Теперь Варечка её видела. Не старуха даже – почти скелет. Девушка так хотела пить, что, позабыв страх, подошла к столу и прямо так, из кувшина, начала жадно пить. Вода пахла болотом, но ей было все равно.
– Подойди, – прохрипела старуха, когда Варечка наконец поставила кувшин на стол. И странное дело, не хотела, но ноги привели ее к кровати этой «ведьмы», как про себя окрестила ее Варя.
– Руку дай, – скомандовала лежачая. И снова рука послушно опустилась на кровать, где костлявые узловатые когтистые пальцы вцепились в нее.
– Скажи, что принимаешь!
– Что? – не поняла девушка.
– Дар! – почти каркнула ведьма.
– Какой дар? Что вы, мне от вас ничего не надо!
– Пожалей старушку, – уже ласково пропела та. – Скажи, что принимаешь дар, уважь меня перед смертью.
Варечка решила, что бабка сбрендила, а с сумасшедшими надо во всем соглашаться. Хватка-то у нее вон какая – железная.
– Хорошо, приму я ваш дар, приму. Что у вас там? – сказала Варечка и обомлела. Старушка так зловеще ей улыбнулась, сверкнув на удивление белыми зубами, откинулась на кровать и забилась мелкой дрожью, словно в припадке. Девушка хотела выдернуть руку, но не смогла. А ведьма дернулась ещё раз, глубоко вздохнула и… разжала пальцы. И как-то вся расслабилась. Морщины на лице разгладились.
– Бабушка, вам плохо? – спросила Варечка, но ответа не дождалась, голова закружилась, и она свалилась в обморок прямо на пол.
В ушах гудело, за окном пели птицы. Первое, что увидела Варечка, когда открыла глаза, – пыльный пол и рассыпанные по нему грибы. Тут вся ночь вчерашняя промелькнула у нее перед глазами. Она подскочила, рванулась к бабке, но не добежала. Почему-то девушка знала – ведьма мертва.
Грибы Варя собрала с пола и вытряхнула под дерево. За ночь они стали непригодными для готовки. А так, может, новая грибница будет.
Почему-то Варечка чувствовала, куда идти, и, выйдя через два часа из лесу, удивилась, как она могла тут заблудиться. В телефоне было пять пропущенных от подруги. Сникерс показался невероятно вкусным. Варечка ехала домой, но знала, что ещё вернется в ту избушку. Однажды.
Глава 2 Нечего тут ходить, коли тебя похоронили
Варечка допоздна засиделась у подружки. Та, как всегда, плакалась, что на работе завал, родители недолюбили, а в личной жизни «тухляк». Юлечка была девочка очень красивая. Кукольное личико, глаза на пол-лица, губки бантиком. Мужские взгляды всегда останавливались сначала на ней. Стройная отличница, по всем параметрам подружка была хороша. Варечка рядом с ней казалась щуплым подростком. Одно было плохо: Юля все время ныла, а что-то сделать, чтобы ситуация изменилась, то ли не могла, то ли не хотела. Вот и сейчас плакалась об очередном женихе с нового сайта знакомств.
– Варя, он такой скучный, занудный, – жаловалась она. – Позвал меня в парк погулять. Идем, а он заинтересовать меня ничем не может. Неловкие паузы какие-то. Я его пытаюсь расшевелить, начинаю о чем-то спрашивать, а он отвечает односложно. Тухляк, одним словом. Не подходит он мне. Мне человек нужен такой, чтобы я горела, – зажигалочка, чтобы посмеяться с ним было о чем.
– Ну, был же у тебя Сережа! Нравился тебе, вроде.
– Был, но у него, сама знаешь, двое детей от первого брака. Куда мне такое богатство?
– Так дети ж с матерью остались, – удивилась Варя.
– Эх, Варя, а алименты? Какие с ним могут быть отношения? Все деньги на сторону. Как за него замуж? А своих детей как? Половину зарплаты бывшей жене отдавать ведь будет!
– А на работе? Нет парней нормальных?
– Да что на работе, я ходила к двум гадалкам, одна говорит, что в поездке найду кого-то, другая говорит, что точно не в этом году, про работу никто ничего не сказал. Я и не смотрю. Хочу ещё к одной сходить, говорят, она мысли читает.
– И ты в это веришь? – поразилась Варя, допивая чай и ставя кружку на расписное фарфоровое блюдце. – Мне кажется, что все это враки. Просто они психологи хорошие. Или в соцсетях информацию о тебе заранее читают.
– Девчонки рассказывали, что она, правда, много говорит по делу такого, что никто ей сообщить бы не мог и в соцсетях этого нет, – сказала Юлечка, поднимая пузатый чайник, чтобы долить гостье чайку.
– Нет, нет, не надо. Поздно уже, пойду я, – ответила Варя и засобиралась.
– Давай такси тебе вызовем, – предложила Юля, стоя над подругой, завязывающей шнурки в коридоре.
– Не надо, я сама дойду. Прогуляться хочу. И сон крепче будет.
– Ну, как знаешь. Напиши, когда до дома доберёшься.
– Конечно, до связи!
– Пока, – сказала Юля и закрыла дверь за гостьей.
Варечка спустилась вниз на скрипучем лифте и вышла из слабо освещенного подъезда в темноту. Фонари горели почему-то через один. На улице словно вымерло все. Время позднее, почти во всех окнах свет уже погас. «Права была Юлька, нужно было вызвать такси», – подумала Варя, но все же зашагала по тротуару в сторону дома. Идти-то всего два квартала. Листва облетела почти со всех деревьев, и они словно тянули свои руки-ветки к Варе из темноты, стараясь ухватить за тонкую шапочку. Где-то вдалеке завыла собака, и голоса других откликнулись ей с разных сторон. Мурашки побежали по спине Варюши. Жутко одной в темноте. Хоть и дорога исхожена вдоль и поперек не один раз, а ночью все выглядело чужим и страшным. Варе показалось, что впереди в кольце света от фонаря мелькнул чей-то силуэт. И вдруг свет погас. И в домах тоже померкли последние огоньки в неспящих окнах, словно кто-то накрыл землю черным колпаком. «Наверное, авария на станции», – решила Варя. В полной темноте было жутко, и она чуть не подпрыгнула, когда впереди раздался голос парня.
– Девушка, вы что в темноте одна ходите? У вас фонарика нет? Давайте я вас провожу? – предложил он дружелюбно.
– Да мне тут недалеко, – напряглась Варя. Читала она, что маньяки кажутся ужасно располагающими и милыми, потому жертвы и идут за ними.
– Мне спокойнее будет, если вы не одна пойдете. Так есть фонарик?
Лица его Варя не видела.
– Фонарика нет, но есть телефон, – буркнула она и достала гаджет из кармана, словно случайно осветив экраном молодого человека. Черты лица у него были приятные, даже красивые. И Варя все-таки согласилась, подумав, что если он маньяк, то лучше пусть рядом идет, чем позади. К тому же впереди уже виднелся темный прямоугольник ее родной пятиэтажки.
– Что ж вы так поздно одна ходите? Опасно это. Мало ли: люк, открытый на дороге, бродячие собаки. Так никто до утра и не вспомнит, – сказал он каким-то печальным голосом. А впереди появился чей-то силуэт. Кто-то шел им навстречу. Без фонарика и телефона. Медленно шел. Варя даже успела порадоваться, что этот молодой человек вызвался ее проводить. Такое странное чувство вызывала фигура, будто надвигается что-то грозное. Но вот свет от телефона попал на нее, и Варя сразу узнала этот взгляд: жесткий, колючий. Соседка из квартиры снизу стояла и смотрела на ее провожатого, ухмыляясь.
– Ты что это тут ходишь? – спросила она у парня строго.
– А вы почему к прохожим пристаете? – парировал парень в ответ. Варя уж было хотела вмешаться, но следующие слова соседки поразили ее, заставив замолчать и замереть в немом ужасе.
– Я пока живая, где хочу, там и хожу, а тебе, дружочек, нечего тут делать, коли тебя похоронили. Сгинь!
И парень растворился в темноте. Натурально растворился! Вот он есть, и вот уже нет никого.
– Что уставилась? Чужую силу взяла, а что с ней делать не знаешь? Домой иди, пока других призраков не нацепляла, – и поковыляла дальше.
Глава 3 Ночью двери никому не открывай!
Утром все, произошедшее накануне, Варечке казалось просто страшным сном. Она, как всегда, затеяла уборку, прошлась с тряпкой по верхним полкам, шустро помыла полы. День был солнечный, хотя на дворе стояла осень. «Пирог что ли испечь?» – подумала Варя, и мысли у нее не разошлись с делом. Тесто как раз стояло в холодильнике, а потому через какой-то час она вынула из духовки румяный пирог с курицей и грибами. Аромат стоял на всю квартиру. Зашумел, закипая, чайник. Внезапно раздался звонок в дверь. Варечка никого не ждала и открывать не хотела, а потому сделала вид, что дома ее и вовсе нет. Но к двери все-таки подошла на цыпочках и встала, прислушиваясь к тому, что творится в коридоре.
– Открывай, это соседка снизу, – послышалось из-за двери. И как она поняла, что Варечка стоит за дверью? Наугад брякнула? Варя посмотрела в глазок. И правда, соседка, та, что вчера ночью пришла ей на помощь. Неужели это был не сон? Варя поколебалась ещё секунду и все-таки ответила:
– Минуточку, сейчас открою, – она распахнула дверь, приглашая спасительницу войти, и в квартиру сразу потянуло посторонними запахами из коридора. Кто-то из соседей явно жарил что-то с луком да чесночком. Ну, лучше уж такие запахи. Бывает и похуже.
– Проходите, не стойте на пороге, – сказала Варечка. Женщина глянула на нее и перешагнула порог.
– Чаю-то нальешь?
– Да, конечно, проходите на кухню, – ответила Варя, указав на дверной проем, откуда тянулся уютный запах пирога. Женщина, кряхтя, разулась, и, пройдя тяжелой походкой на кухню, грузно плюхнулась на стул.
– Меня можешь тетей Катей звать и давай сразу к делу. Видать, силу ты недавно получила, раз за собой мертвых таскаешь.
– Я вас не очень понимаю, – ответила Варя, не разобравшись до конца, кто из них поехал умом.
– Да что тут понимать? Ты вчера видела, кого за собой вела?
У Вари по спине предательски пробежал холодок: она помнила, что молодой человек, увязавшийся за ней вечером с целью проводить, растворился в воздухе, когда эта тетка приказала ему сгинуть, но умом принять этого не могла.
– Наверное, у меня вчера что-то с головой было…
– Это сейчас у тебя что-то с головой! – огрызнулась тетя Катя, но потом успокоилась и продолжила: Ты, случайно, у помирающей родственницы недавно не была? Может, неделю назад или две? Край – месяц.
– Нет, – поспешно ответила Варечка, а потом вдруг вспомнила про то, как две недели назад заблудилась в лесу, как вышла ночью на старый полуразвалившийся дом, где в куче тряпья помирала старуха. – А если не родственница, считается?
– Считается. Ты дар у нее приняла?
– Ну, она что-то про дар говорила, мол, прими, но так и не отдала мне ничего. Не успела.
– Успела. Ты же ей сказала, что дар принимаешь?
– Сказала, но я не то, чтобы…
– Ой, девочка, натворила ты дел. Как же ты неумеха выживать-то будешь? Ты же и закрыть канал не умеешь. Все неупокоенные слетятся к тебе на огонек.
И тут почему-то Варя поверила, хоть и звучало это как бред сивой кобылы. Даже мурашки по спине пробежали.
– И что же мне делать?
– Что делать, что делать? Учиться!
– А вы меня научите? – с надеждой спросила Варя. Пирог на столе так и стоял нетронутый. Аппетит у нее пропал, как тот призрак, растворившись в воздухе.
– Я? Да ты что, некогда мне. Я работаю вообще-то. Да и кто с внуками, кроме меня, посидит? Нет, я тебя учить не стану, – ответила тетя Катя, а у Варюшки слезы на глаза навернулись. – Да не реви ты, – сжалилась тетка. – К сестре моей завтра с утра поедешь. В деревню. Я уж договорилась.
– Как завтра? – опешила Варечка. – У меня же работа, я завтра не могу.
– Ну, скажи, что родственница заболела, возьми отпуск за свой счет. Договорись уволиться одним днем, в конце концов. А не поедешь, не жить тебе на этом свете. Сама решай, что тебе дороже.
– А надолго это?
– Сестра на тебя посмотрит и скажет, надолго или нет.
– Так, может, я сейчас поеду?
– Сейчас нельзя. Ночью самое страшное время для тебя, а дорога дальняя, дотемна не успеешь. Так что собирай вещи. И помни, до утра из дома не выходи. Соли под порог насыпь и полыни. Вот, возьми, – тетка достала из сумки целлофановый пакетик с сушеной травой. В ту же минуту из сумки полилась какая-то навязчивая мелодия. Тетя Катя достала телефон. – Алло? Да, да. Да, через пятнадцать минут буду дома, привозите, – сказала она собеседнику на том конце провода. Положила трубку и снова взглянула на Варю. – В общем, жить хочешь – до утра из квартиры не выходи и двери никому не открывай. Утром, как рассветет, вот по этому адресу отправляйся, – она ткнула узловатым морщинистым пальцем в кулек с травой. В траве торчала бумажка с каким-то текстом, написанным от руки. – Поняла?
У Вари слов не нашлось, и она только кивнула в знак согласия. А тетя Катя поднялась, молча прошла в коридор, обулась и на прощание вместо «до свидания» сказала: «Про соль не забудь».
Когда дверь за теткой закрылась, Варя поняла, что даже имени своего ей не называла. А та и не спрашивала. Словно это было неважно, словно были и поважнее дела.
По горячим следам Варечка рассыпала соль на пороге толстой полосой. А подумав, и на подоконниках насыпала. Накрошила туда травы, что тетя Катя дала, записку с адресом положила в кошелек, чтобы не потерять. До темноты Варя ходила сама не своя. Что-то внутри не давало ей покоя. Как дикий зверь чувствует опасность, так и Варечка не могла найти себе места, предвидя надвигающуюся беду.
И вот темнота опустилась на город. И стали мерещиться ей за окном какие-то тени. Это на третьем-то этаже! Все ей чудилось, что чей-то взгляд преследует ее через стекла, за которыми темнота. Варя поежилась и заставила себя подойти к окну. Конечно, никого там не было, но она плотно зашторила темные проемы. Было ещё не поздно, но дом погрузился в неестественную тишину. Будто и соседей у нее никаких нет, даже дети из квартиры справа, вечно устраивающие догонялки по вечерам, сегодня молчали. Устав маяться, Варечка решила просто лечь спать. Сон – лучшее лекарство от ночных страхов. Так и сделала. Уснула она легко, но спала уж больно плохо. Во сне кто-то преследовал ее, шел по пятам, скреб в двери. Варя проснулась в холодном поту. На часах – два ночи. А за дверью… кто-то скребётся. Видно, не приснилось ей, кто-то царапал чем-то острым об металл, от этого Варе и кошмар приснился, от того и проснулась. Было жутко, но Варя все же встала и отправилась к двери, решив прогнать этого «шутника». Но глазок показал лишь темноту. Это было странно, ведь ещё вечером лампочка работала. По двери снова кто-то прошелся чем-то острым. Звук этот эхом пронесся по подъезду. Но никто из соседей не вышел прекратить безобразие. «Наверное, спят», – решила Варя.
– Кто там? – позвала она негромко. Из-за двери послышался детский смех и быстрый топот ножек. Варя решила было, что это балуются дети, как вдруг за дверью загрохотал густой бас, и скрежет по металлу усилился.
– А ну прекратите баловаться. Пойдите прочь!
В подъезде все затихло. Но стоило Варе отойти от двери, как там послышался шорох, а затем и тихий стук. Детский голосок жалобно просил ее отворить двери.
– Тетенька, откройте, пожалуйста. Тетенька, вынесите водички! Пить очень хочется.
Варя снова подошла к двери.
– Идите, откуда пришли! Не время для детских игр! – громко произнесла девушка, стараясь, чтобы голос не дрожал и звучал уверенно. Шум за дверью стих. Но Варя не спешила отойти. То, что затаилось за дверью, на этом точно не остановится. И вдруг она услышала голос Юлечки. Той, у которой накануне засиделась допоздна.
– Открой дверь, а? Поговорить надо! Срочно! – срывающимся голосом требовала подружка.
– Юля? Что ты тут делаешь?
– Открой дверь! Впусти меня, за мной гонится что-то страшное, – голос Юли дрожал, и Варя разволновалась. А вдруг это и правда Юля? Вдруг она в опасности?
– Открой! Пожалуйста, умоляю, впусти, если ты мне подруга! Я не хочу умирать, – уже плакала Юля за дверью, а рука Вари сама потянулась к замку, как вдруг в кармане пиликнул телефон. Варя лихорадочно достала мобильник и увидела всплывшее сообщение. Оно пришло от Юли! «Не спишь ещё? Может, завтра сходим погулять в парк?» – гласило оно. И это в то время, как за дверью кто-то плакал голосом ее подруги! Варя дрожащими руками набрала ответное послание.
– Не сплю. А ты что делаешь?
– Сериал один смотрю, не могу оторваться. Тут герои по парку гуляют. Хочу завтра сходить, устроить фотосессию.
– Завтра не смогу. Потом напишу. Сплю, – напечатала Варя в сообщении, а тому, кто кричал за дверью ответила другое:
– Я знаю, что ты не Юля.
Сначала стало тихо, затем за дверью так расхохоталось, застучало и зацарапало, что Варя испугалась остаться без дверей. Словно демоны из ада бушевали в подъезде. Кричали на разные голоса, плакали, требовали впустить. На ватных ногах Варя дошла до кровати, залезла под одеяло с головой, свернулась калачиком и для верности накрыла ухо подушкой, чтобы не слышать эти жуткие голоса за дверью.
Когда она проснулась, солнце уже стояло в зените. Варя села в машину, забив в навигатор адрес, полученный от соседки. Завтра она позвонит на работу и со всем разберется. А сегодня Варечка во что бы то ни стало должна попасть туда, где ей помогут, где подскажут, как справиться с даром, чтобы он не стал проклятьем. Девушка наконец поняла и приняла: жизнь больше никогда не будет прежней. Новый путь ждет ее, и никто не знает, каков он будет, этот путь. Варя понимала одно: что бы ни принес ей дар, а людей обижать она не будет и другим не позволит.
– Берегитесь, темные силы, – сказала Варя, и машинка покатила по дороге в деревню, где ее ждала настоящая ведьма.