Глава 1.
Начать сначала никогда не поздно, но лучше сделать это раньше…
– Опять у соседей ремонт, когда же это закончится? – просыпаться в семь утра в свой единственный выходной от звука перфоратора – ужасно!
Я пыталась спрятаться под одеяло и накрыть голову подушкой, но мерзкий, раздражающе громкий звук проникал всюду. Проворочавшись еще около получаса, выползла из постели и поплелась в ванну. Там кое-как привела себя в чувство и пошла на кухню, где чашечкой черного сладкого кофе прогнала остатки сна, а заодно составила план на день.
Сначала надо кинуть в стиральную машину вещи, которые накопились за рабочую неделю, убрать квартиру, а потом сходить в магазин за продуктами и приготовить чего-нибудь, вот только что, еще не решила, а вечером можно почитать что-нибудь.
Мне всегда было интересно, почему день, когда нужно стирать, убирать и готовить, называют выходным?
Но да ладно, это вопрос риторический, а уборка вполне насущная. Я включила музыку по громче, чтобы заглушить звуки строительного инструмента и приступила к наведению порядка, пританцовывая и подпевая.
Квартирка съемная и не большая, поэтому уборка не заняла много времени, развесив белье, я переоделась в свои любимые голубые свободные джинсы, черную футболку с надписью «Relax», черные кеды и вышла в подъезд.
Живя здесь, на девятом этаже три месяца, ни разу не пользовалась лифтом, отчего-то во мне живет страх перед этим изобретением человечества. Даже во сне иногда снится, что стою перед лифтом и боюсь в него войти, или же нахожусь уже внутри него, но страх сковывает меня и я боюсь выйти. Хотя, я не страдаю от ужастиков во сне и никогда не просыпалась от кошмаров. Да и в лифтах не застревала. Раньше, с родителями, мы жили в частном доме, а с бывшим мужем на втором этаже, так что эта проблема не была такой острой.
Денек сегодня теплый, ласковый ветерок легонько играет в волосах, а солнышко приятно греет. Я не спеша перешла дорогу и вошла в магазин. Решила приготовить рисовый суп с фрикадельками и салат из свежих овощей, поэтому положила в корзину все необходимые продукты, а ещё взяла хлеб и бутылку кефира. Оплатив покупки, взяла два своих пакета и пошла домой.
В подъезде, перед лифтом стояла старушка, в цветастом платье и соломенной шляпке. Рядом с ней стояли три большие клетчатые сумки. Старушка пыталась взять эти сумки поудобнее, чтобы можно было войти в лифт.
– Вам помочь,– само вырвалось у меня, иногда я сначала говорю, а потом думаю. Придется же в лифт заходить.
– Ой, деточка, будь добра, помоги занести сумки в лифт,– кряхтела старушка.
– Как только вы их сюда донесли?– удивилась я, поднимая две из трех сумок.
– Сюда-то сосед подвез,– ответила бабушка. – А теперь мне на верхний этаж надо.
– Сейчас я эти две занесу и за третьей вернусь, а вы дверь подержите,– я вошла в лифт, поставила на пол свои пакеты и две сумки женщины, обернулась, чтобы занести и третью, но двери лифта, как-то слишком быстро закрылись, я не успела ничего сделать, только увидела довольную улыбку на пожилом лице.
Я не нажимала никаких кнопок, но лифт начал стремительно подниматься, все сильнее ускоряясь. Страх сковал мое тело, а когда послышался еще и громкий скрежет, я упала на пол, сжавшись в комок и ждала худшего. Лифт двигался все быстрее, я уже не понимала, вверх он движется или вниз, шум в ушах усиливался и в глазах потемнело.
Когда сознание вернулось, я подумала, что уже умерла, потому что лежала в каком-то сером облаке, а надо мной было голубое небо. Пару минут я пыталась понять, что вообще произошло и оценить свое состояние. Вроде бы чувствую свое тело, руки, ноги тяжелые, но подчиняются мне. Я попыталась подняться, с трудом, но мне это удалось.
Сев, я осмотрелась. Действительно, то, на чем я сидела, было облако, которое медленно опускалось вниз. Я всегда боялась высоты, но сейчас все было таким нереальным, а мое состояние непонятным, что я не думала о страхе, словно во сне.
Внизу простиралась бескрайняя равнина, которую разрезала извилистая река с многочисленными притоками, а впереди на горизонте виднелся лес. Когда облако опустилось ниже, до моего слуха стали доноситься сначала глухо, а потом все звонче лязги оружия, ржание лошадей и крики людей. Присмотревшись, я поняла, что внизу идет бой.
Около двух десятков всадников в броне окружены полчищем людей с копьями и луками. Всадники размахивали мечами, а кони вставали на дыбы. Вокруг, поле было усыпано погибшими и ранеными. Похоже, что этим всадникам недолго осталось. Я смотрела на это все, как на кино, но вдруг, один из людей внизу заметил меня, начал кричать что-то на незнакомом мне языке и показывать вверх.
Сначала битва продолжалась, и мало кто обращал внимание на меня, но все больше людей останавливались и смотрели в небо. Так, постепенно, бой прекратился, люди с копьями стали медленно отходить, а потом и вовсе побежали прочь. К тому времени из всадников в живых осталось одиннадцать человек, и, кажется, один сильно ранен.
Эти люди не убегали, а просто стояли и смотрели, как мое облако опускается к земле. Когда оно оказалось достаточно низко, я ступила на землю, а позади меня послышался шум. Обернувшись, увидела, что рядом лежат мои пакеты с продуктами и те две злосчастные клетчатые сумки.
Точно, я сплю! Иначе, это полный бред.
Тем временем, ко мне навстречу шел мужчина, который спешился и передал свой меч товарищу. Он был высоким и крепким, вся его одежда была испачкана кровью. Когда он подошел ближе и снял шлем, я увидела суровое, но красивое лицо, каштановые волосы и мощную, крепкую шею.
– Благодарим за спасение, благородный маг. Эти дикари никогда не видели магии, поэтому разбежались,– мужчина говорил низким, хрипловатым голосом и слегка склонил голову в поклоне в знак благодарности.
Я понимала его речь, но чувствовала, что говорит он не на русском. Странно, но чего только во сне не бывает.
– Я не маг,– сказала ему. – И благодарить меня не за что, я ничего не сделал…– хотела сказать «сделала», но не смогла, резкий кашель не давал вымолвить ни слова больше и согнул меня пополам.
– Что с вами?– спросил мужчина.
– Не знаю, – прохрипела я. – Я вообще не понимаю, где нахожусь и как сюда попал…– и снова приступ кашля.
Мужчина дал какой-то знак своим товарищам, и нас вскоре окружили десяток всадников.
– Кто вы?– снова обратился ко мне мужчина.
– Я Влад…– опять кашель,– Румянцев…– да, что ж такое?!– работаю в рекламном агентстве.
– Из столицы?
– Да, – ответила я.
– Тогда ясно,– ухмыльнулся мужчина, и вокруг послышались смешки. – Сразу видно. – Ладно, все равно спасибо, ты появился вовремя.
– Появил…– хотела поправить мужчину, ведь он обратился ко мне в мужском роде, но кашель снова заставил молчать.
– Нам пора, да и тебе лучше убраться отсюда,– бросил мужчина и снова что-то жестом показал всадникам.
– Вы куда? Не оставляйте меня одн…– это не кашель, а напасть какая-то,– Я же совсем не знаю, где нахожусь, – кричала я им.
Мужчина остановился, но обернулся не сразу, словно размышляя, стоит ли делать это. А когда все же посмотрел на меня, то сказал:
– Ладно, идем с нами. Только потому что мы обязаны тебе жизнью…
Глава 2.
«Ничто не предопределено. Препятствия вашего прошлого могут стать воротами, ведущими к новым начинаниям».
Сидя у костра с металлической чашкой каши в руках неизвестно где и неизвестно с кем, мне было страшно, даже не так, ужас и паника волнами накатывали на меня. Особенно после того, чем мы занимались с момента моего попадания сюда и до глубокой ночи – хоронили погибших. Это действо отрезвило меня, и я осознала, что не в раю, и не сплю.
Воины сидели молча, оплакивая своих товарищей, роняя скупую мужскую слезу, а я пыталась держать себя в руках. Боюсь, если закачу истерику, они просто оставят меня здесь.
– Как ты говорил тебя зовут?– ко мне ближе подсел тот самый мужчина, что разговаривал со мной днем, похоже он здесь старший.
– Влад..,– закашляла я.
– Я – Алан Расс, командир третьей конной сотни, хотя от сотни ничего почти не осталось,– мужчина тяжело вздохнул и продолжил,– На рассвете мы отправляемся на заставу, а оттуда по домам. Это была наша последняя битва. Доведу тебя до столицы, это будет моя плата за твою помощь.
– Хорошо, согласилась я, а что мне оставалось. Главное, сейчас не бросают, и то хорошо, а дальше буду действовать по обстоятельствам.
Алан кивнул и, вставая, дал команду:
– Натан и Дарел в карауле, остальным спать. На рассвете выступаем.
Мужчины расположились прямо не земле вокруг костра, а я не понимала, как можно так спать. Во-первых, твердо, трава колется, и камушки врезаются в бок, а во-вторых, холодно. Я ерзала, не находя себе места, кажется уже не один час, как вдруг на меня упало что-то мягкое. Вздрогнув, повернулась. Надо мной стоял Алан с недовольным лицом.
– На, подстели, а то из-за тебя никто не может уснуть.
Мне стало неудобно и стыдно. У этих людей был не самый простой день, наверняка, они обессиленные и уставшие, а тут я. А потом мне стало так себя жаль, ведь мой день тоже был трудным, что слезы навернулись на глаза, но я должна держаться. Лежать на одеяле было намного лучше, я укрыла уголком поясницу, так как холод пробрал уже насквозь и провалилась в сон.
Я проснулась в своей квартире и так обрадовалась, что этот страшный сон закончился. Это ж надо, такое приснилось. Какая-то старушка, какие-то всадники – с ума сойти. По обыкновению, налила кофе и старалась забыть этот дурацкий сон. В дверь позвонили, и я очнулась от мыслей.
Кто это может быть? Никто из моих знакомых не знает, где я живу последние три месяца, после развода с мужем. Звонок повторился, пришлось идти открывать. Взглянула в глазок и чуть не упала. За дверью стояла та самая старушка из сна. Я зажала рот руками от ужаса и стояла, как можно тише.
После того, как звонок повторился еще трижды, послышался голос старушки:
– Открывай, я итак дала тебе возможность почувствовать себя дома.
– О чем она?– не понимала я.
– Деточка, мы в твоем сне, эта дверь лишь иллюзия. И мне надоело подыгрывать тебе.
– Что вам надо?– не выдержала я. – Оставьте меня в покое. Я же вам помочь хотела.
– И я очень благодарна тебе, поэтому теперь я помогу тебе.
– Как?
– В этом мире нет твоего счастья, зато оно есть в другом.
– Я не понимаю.
– Даю тебе шанс стать счастливой, но за все нужно платить. В новом мире тебе придется играть роль, ты не сможешь никому рассказать, что ты девушка. При каждой попытке тебя будет душить кашель. Только, если тебя искренне полюбят в таком образе, ты сможешь быть счастливой.
– Мне не нужен ваш подарок. Просто верните меня домой!
– Поздно…
– Вставай,– ощутимый пинок по пятой точке снова вернул меня в этот кошмар. Алан смотрел на меня с презрением. – Сколько можно тебя звать? Или вставай, или оставайся здесь.
Я подскочила, поднимая одеяло, в шоке глядя на мужчину.
– Я встал…,– кашель снова не дал договорить. Алан отвернулся, подходя к своему коню, а я вспомнила сон, или не сон. Я уже не понимаю, что реально, а что нет. Старушка сказала, что мне придется быть парнем, кашель и правда не давал мне говорить о себе в женском роде, теперь я это заметила. Я не смогла назвать свое имя, а ведь меня зовут Влада Сергеевна Румянцева, мне двадцать шесть лет, разведена. Но кем я буду теперь? И что там старушка говорила про другой мир?
– Эй, очнись! – меня толкнули в плечо, – Вот, командир велел тебе коня дать, а поклажу твою мы в повозку положили,– и всунул мне в руки веревку.
Проследив за веревкой, я увидела стоящую рядом лошадь, она шевелила ушами, слегка дергая головой и смотрела на меня, наверно, также удивленно, как и я на нее.
Мне нужно сесть в седло? Но как? Я лошадь только в цирке видела, и то, в детстве.
– Ты что верхом никогда не ездил?– Алан смотрел на меня сверху вниз, сидя в седле.
– Нет, – призналась я. – Не пришлось как-то.
– Столичная неженка,– донеслось до меня сзади, а Алан скривился и отвернулся, бросив лишь:
– Ну, так учись! – и медленно двинулся вперед, и все остальные за ним.
Я еще раз посмотрела на лошадь, а точнее это оказался конь, и сказала:
– Давай, дружить, что ли?
Конь никак не отреагировал, но хоть стоял спокойно, и за то спасибо. Он был таким большим и страшным, но в то же время красивым. Я протянула руку и погладила его.
– Это Гром, – поведал мне Натан, кажется так его называл командир. Мужчина вешал последнюю сумку на своего коня. – Но не бойся, он смирный и опытный. Давай, помогу на первый раз,– и показал как правильно забраться в седло.
– Спасибо,– искренне поблагодарила я.
– Не за что, все же ты спас нас, – ответил мужчина, забираясь в седло. Он привязал моего коня к своему, и так мы двинулись в путь, а по дороге Натан объяснял мне правила обращения с лошадьми…
Глава 3.
Новая жизнь началась неожиданно, ни с понедельника, ни с Нового года, она просто началась…
Мы провели в седле полдня, команду «Привал» я услышала уже тогда, когда моя пятая точка была отбита напрочь. Колени затекли, спина болела, а в голове, кажется, вообще все перемешалось от тряски. Поэтому с коня я, в прямом смысле этого слова, сползала, и, оказавшись на земле, просто растянулась и не могла пошевелиться.
– Что совсем плохо?– участливо поинтересовался Натан.
– Угу,– пробубнила я в ответ, приподняв слегка голову и встретилась с брезгливым взглядом командира. И чего он так смотрит, не все же должны уметь ездить верхом.
– Сейчас пообедаем и снова в путь,– сообщил Натан, а я застонала, представив, что скоро опять придется лезть в седло и трястись еще неизвестно сколько.
– Ты можешь остаться здесь,– заявил капитан, попивая что-то из своей фляжки, а я бросила на него обиженный взгляд.
– Почему вы так хотите избавиться от меня?
– Потому что мне противны всевозможные слизняки и воздушные розовые пирожные!– грубо кинул мужчина и сплюнул в сторону, не отрывая от меня взгляда.
– Ладно, вам, командир. Парень просто жил в столице, он не виноват, что не приучен к нашей жизни,– Натан встал между нами, разрывая наш зрительный поединок. У меня крутилось много всего, что я хотела сказать этому неотесанному грубияну, но, быстро сообразив, что сейчас от него зависит моя жизнь, кое-как сдержалась, поэтому спасибо Натану, что закрыл Алана и я больше не видела этот взгляд, словно перед ним нечто настолько мерзкое и ничтожное.
Но надо отдать должное командиру, после его слов, валяться и стонать у меня больше желания не было, конечно, все по-прежнему болело, но я встала и пошла за Натаном.
– А что будет на обед?– спросила я.
– А что поймаем, то и будет. Запасы у нас закончились. Сейчас Рой и Велир отправятся на охоту,– Натан показал на двух мужчин, что готовили луки. И тут я вспомнила, что у меня же есть продукты.
– Погодите, они ведь тоже устали, давайте сегодня обед приготовлю я. Не знаю, правда, понравится вам или нет.
– Мы люди простые, привыкшие жить в полевых условиях, и еда для нас, просто необходимость. Мало кто задумывается о ее вкусе, есть что пожевать, уже хорошо,– говорил Натан, а я еще раз оглядела людей, которые сейчас окружали меня.
Их лица были загорелыми и обветренными, на руках мозоли, у многих шрамы, разговоры они вели часто похабные и громко смеялись. В принципе, все это понятно, мужчины долгое время были вдалеке от цивилизации, от женщин. Когда я слушала их беседы, то радовалась тому, что они воспринимают меня парнем, хотя мне было непонятно почему. Ладно одежда у меня, возможно, кажется им мужской, ну, допустим, и короткие волосы тоже, но все остальное то вполне женское? Тем более Алан очень внимательно ко мне присматривается, словно я шпион какой-то.
Командир немного отличается от всех остальных, он не участвовал в общих беседах и я не слышала, чтобы он смеялся, хотя пару улыбок я заметила, когда Велир и, кажется, Адам пародировали какого-то генерала, который, судя по всему им всем не нравился, будучи слащавым, слабым и некомпетентным, получившим свой титул только благодаря влиятельной семье. На сколько я поняла, из-за неграмотного командования этого человека они и попали в засаду, где потеряли большую часть своего отряда.
Когда Натан объявил всем, что обед сегодня готовлю я, послышались смешки, сомнения и даже возражения. Мне откровенно не доверяли. Они, что, думают я могу их отравить?
– Я первый поем,– заявила я, – Чтобы вы убедились в чистоте еды. Это просто моя благодарность, за то, что не оставили меня на том поле. Да и продукты все равно ведь пропадут.
– Да, продукты жалко, – сказал один из мужчин.
– Ладно, командир, пусть готовит,– добавил другой.
– Хоть какая-то польза будет,– закончил Велир.
– Хорошо, но я прослежу за тобой,– Алан встал и жестом приказал приступать.
Я подошла к повозке, на которой лежал без сознания мужчина, ему перевязали раны и дали какое-то лекарство, в надежде, что успеют доставить его на заставу, где есть маг-лекарь. Поэтому отряд так и спешит, гоня лошадей и лишь изредка останавливаясь. Достала из пакета фарш, понюхала, вроде ничего, не пропал еще, благо ночь была холодная, да и пакет мой стоял на какой-то непонятной ледяной штуке. Алан коротко бросил, что это какой-то артефакт, используемый для обезболивания во время лечения раненых.
– Вот котелок и вся посуда. Костер уже развели,– подошел к нам Натан. – Кстати, воды осталось совсем мало.
Пока я возилась с приготовлением обеда, Алан и правда, внимательно за мной следил. Особенно, когда я лепила фрикадельки, мужчина явно был удивлен, даже подошел ближе и попробовал фарш. Еще его заинтересовали овощи.
– Откуда эти овощи? Никогда не видел раньше.
– Не знаю, – ответила я, говорить, что это обычные земные овощи, как-то язык не повернулся. – Купил в магазине.
– Похоже, что-то эльфийское,– предположил Алан, а я пыталась понять, он шутит так, или здесь и правда есть эльфы?
Решила готовить то, что и планировала, когда покупала эти продукты. Правда тогда я и подумать не могла, где и как мне придется это делать. В итоге получилось не плохо, но это трудно назвать супом, так как на такое количество людей пришлось использовать всю пачку риса, а воды было маловато, поэтому получилось нечто среднее между кашей и супом. Раздала всем по два кусочка хлеба, по дольке помидора и по четвертинке огурца. Если бы знала, что так будет, купила бы побольше.
Как и обещала, пробовала первой, сначала мужчины настороженно смотрели на меня, потом в свои тарелки, принюхивались, но попробовав одну ложку, быстро опустошили всю посуду.
– А ты не так бесполезен,– похлопал меня по плечу Рой, и все с ним согласились. Даже Алан сдержанно кивнул головой.
– Велир, на тебе посуда,– командир протянул ему тарелку,– Остальным полчаса отдыха, а потом до самой заставы без привалов.
Полчаса пролетели, как одна минута. Я только и успела, что сложить остатки своих покупок и, наконец, узнать, что же в этих злосчастных клетчатых сумках. Я, конечно, знаю, что лазить по чужим сумкам как минимум не прилично, но в данных условиях, думаю, простительно.
Заглянув внутрь, я была не просто удивлена, скорее поражена до глубины души. Ведь эти сумки были явно собраны для того, чтобы начать новую жизнь в подобном нецивилизованном мире.
В первой были одежда, обувь (все мужское, но моего размера), средства гигиены на первое время, швейный набор и стеклянная бутылка минеральной воды. А во второй набор был гораздо интереснее, здесь лежала книга с народными рецептами и секретами деревенской жизни, различные семена земных овощей, дуршлаг, три пачки соды, три бутылки уксуса, банка домашнего томата, закаточная машинка и соски.
– Ну, спасибо,– пробубнила себе под нос, вспоминая старушку. Лучше бы мне волшебную палочку подарила.
– В путь!– послышался голос командира, и началась суета.
Ко мне подошел Натан и протянул маленькую подушку. В этот момент мимо проехал командир, снова одарив меня презрительным взглядом.
– Вот, возьми, а то не доедешь до заставы,– сказал Натан.
– Спасибо,– искренне поблагодарила я, положила подушку в седло и без посторонней помощи кое-как влезла сама, стараясь не обращать внимание на подобное отношение командира, жаль, что он не такой внимательный и добрый, как Натан.
Быстро собравшись, мы двинулись дальше.
– Почему ты добр ко мне?– спросила я у мужчины, Натан ехал рядом со мной.
– Наверно, потому что дома у меня есть сын, я надеюсь, что пока я вдали от него, ему тоже кто-то поможет. А командира ты не вини, он не такой, каким кажется.
– Натан,– позвал мужчину командир, возглавлявший отряд.
– Потом поговорим,– бросил мужчина и поскакал вперед, а у меня была возможность осмыслить то, что происходит со мной…