Глава 1
Вторник – день, когда Маргарите не нужно спешить на работу. Жаль, что встать позже обычного нельзя. Всё равно пришлось подниматься в семь утра, готовить завтрак, а потом расталкивать Серёжу. Каждый день одна и та же история. Накануне сидит половину ночи или в интернете, или рубится в сетевые игры, а утром не может встать. Рита же если к одиннадцати вечера не засыпала, к полуночи точно спала, а вставала в семь. На самом деле она высыпалась, и встать было несложно, как и приготовить завтрак. Но каждое утро становилось обидно, почему она подскакивает, а Серёжа валяется в кровати до последнего и надеется как маленький ребёнок, что жена его разбудит, накормит и соберёт на работу.
– Спасибо, Нюш. – Серёжа улыбнулся, подмигнул и усадил к себе на колени Риту, убирающую со стола. Она сумела не уронить грязные тарелки, пристроив их на уголке. Муж покачал головой и громко, с наслаждением вдохнул запах у шеи и за ухом, скользнув рукой под край растянутой футболки и чувствительно сжав грудь. – Что бы я без тебя делал?
– Просыпался бы самостоятельно, – прошептала Рита, откинулась ему на плечо и закрыла глаза и поерзала попой на коленях мужа, прижимаясь к паху. Такие приятные прикосновения, родные, привычные и самые желанные. – Слышал бы будильник, открывал глаза, шёл бы в ванную, потом на кухню, варил кофе. Сам себе делал бы бутерброды… Ой, у-ф-ф… ф-ф-ф… ш-ш-ш… – Пальцы в своих шортиках она приветствовала нечленораздельными звуками. Потом расставила ноги шире, чтобы мужу было удобней.
– Рит, я опаздываю, – проговорил Серёжа ей в шею, одновременно приподнимая со своих колен жену.
– Ага, – понятливо согласилась та и тут же сняла шортики вместе с хлопковыми трусами. Развернулась спиной к мужу, упёрлась руками в стол, приподняла одну ногу на подвинутый стул и через несколько мгновений вздрогнула от немного грубого вторжения – Рита просто не успевала за такое короткое время настроиться, – прикрывая глаза в ожидании обязательного удовольствия.
Из ванной комнаты Рита выскочила, на ходу оправляя футболку.
– Пока, – засияла она, глядя на Серёжу.
Тот присел на небольшую банкетку в прихожей, вытянул ноги и занял собой почти всё пространство. Белая футболка, ветровка, светлые кеды и джинсы. Ничего особенного. А какой красивый! Если бы Рита умела рисовать, она бы только Серёжу рисовала. Его кудри тёплого, пшеничного цвета. Синие глаза, как в рекламе контактных линз, белозубую улыбку – настолько сногсшибательную, что на улице оглядывались даже солидные дамы или мамочки с младенцами. Атлетически сложенный, с прокачанными в необходимых местах мышцами, длинноногий, даже приснопамятные кубики на прессе, кажется, были видны сквозь футболку. Как голливудская звезда!
– Пока, пока. – Серёжа потянул на себя Риту, поставил между своих ног и поднял её футболку, чтобы поцеловать живот. – Лучшее начало дня. Нюш, может быть, ты всё-таки сходишь к врачу? – Он специально смотрел на плоский живот Риты, а не в лицо, она это знала.
– Схожу, потом, – в очередной раз дежурно согласилась Рита.
– Давай не потом, – Серёжа нахмурился и посмотрел прямо на неё. – Серьёзно, Ритуль, мы с зимы пробуем. Ты проверялась, я проверялся…
– Вот именно, только с зимы, каких-то полгода всего. – Рита подбадривающе улыбнулась, ей хотелось думать, что именно так это выглядит со стороны, она старательно избегала этой темы. – И потом, ты не проверился до самого конца.
– Да нет у меня этих скрытых инфекций! – Сергей поднял взгляд к потолку и фыркнул. – Делать нечего, уйму денег тратить, чтобы узнать то, что и так известно.
– Конечно, – съязвила Рита. – Нет! Больше собирай девок, тогда точно не будет!
– Каких «девок»? – Серёжа резко встал и подошёл к двери. Всего-то три шага.
– Откуда я знаю, каких? – Ритка фыркнула, сцепила руки на груди в защитном жесте. – Ты всегда найдёшь и каких, и где!
– Ты меня до конца жизни будешь упрекать?! Может, хватит, а? Это было один раз, и мы с тобой тогда не встречались. Ты сама дала мне от ворот поворот, помнишь?!
– Я всё хорошо помню. Эту твою Юлию Павловну тоже помню!
– Юлия Павловна – мать моего ученика!
– То-то ты с ней такой любезный, а она, между прочим, разведена!
– Рит, я не могу набирать детей по принципу брачного статуса их родителей. И я с ней не любезней, чем с любой другой мамой.
– Да она флиртовала с тобой!
– Но не я же с ней! – Серёжа в отчаянии взмахнул руками и поднял выразительно брови: – На тебя тоже заглядываются тренеры, да и ученики, отцы их тоже, кстати. И ничего, я же не устраиваю тебе разборки! И ты прекращай.
Рита отвернулась к стене. Обидно было до слёз. С Серёжей флиртовала любая особь от двенадцати до девяноста пяти лет. Иногда осторожно, с оглядкой на обручальное кольцо и снующую всегда где-то рядом жену, а иногда в открытую, а то и прямым текстом предлагая прогуляться до ближайшей койки. А разведённые родительницы?! Это вообще Ритин бич, они не считались ни с чем, и каждая норовила улыбнуться слаще и призывней. Каждая! Рита понимала почему: Серёжа очень красивый… но он её муж, а не общественный!
– Прекращай, Нюшенька. – Серёжа крепко обнял и прижал к себе, вдавил в своё тело, стиснул, кажется, со всей силы. Рита недовольно крякнула.
– Не называй меня свиньёй из Смешариков. – Она пыталась выбраться из захвата.
– Нюша хорошенькая, как ты, и рыжая, – засмеялся Серёжа. – Правда, прекращай и обещай, что запишешься к врачу.
– Я, может, вообще детей не хочу. – Рита с вызовом посмотрела на мужа. – Я, может, карьеру хочу сделать. Самореализоваться.
– Приехали. – Серёжа захлопнул дверь, которую уже открыл. Ещё десять минут, и он точно опоздает на работу. – Мы полгода не предохраняемся, а ты «может, детей не хочешь», ну и шуточки у тебя, Ритка.
– А вдруг не шуточки? – насупилась она.
– Какая карьера, Ритк? Какая? Методиста в спортивной школе? Даже представить себе не могу, какие карьерные взлёты ты обнаружила на этой стезе. Самореализация… Как? Ведя аккаунт в инстаграме? Что ты опять придумала? – Серёжа посмотрел внимательно на жену, потом кинул взгляд на календарь и понимающе кивнул головой, усмехаясь. – У тебя просто плохое настроение, ясно-понятно, – он подмигнул и рассмеялся, но прямо говорить про ПМС не рискнул. – Ну, ты пока пострадай немножечко, а после работы пойдём тебе помаду купим или тушь, – Серёжа быстро наклонился, чмокнул в нос и всё-таки вышел за дверь.
Рита какое-то время смотрела на дверь, потом вздохнула и пошла собираться на работу. Постояла какое-то время перед шкафом, покрутила в руках платья, благо, в кои-то веки погода позволяла надеть платье и не замёрзнуть, вздохнула, почему-то отправила платья обратно на вешалки и надела привычные джинсы, подвернув их. Простую футболку без принта, с широким, коротким рукавом, босоножки на высоком, устойчивом каблуке. Кардиган захватила с собой, как и зонтик, то и другое запросто может пригодиться в течение дня.
Прав Серёжа, как всегда. А она, как всегда, неправа. Выдумывает что-то, воображает. Самореализация… Правда, как она может реализовать себя, да и что ей реализовывать-то? Никакими талантами природа её не наделила, даже скромными. Институт Рита закончила с горем пополам, больше благодаря вмешательству мамы, да и поступила так же. В итоге получила корочки педагогического и работала методистом в той же спортивной школе, что и её муж тренером.
В общем-то, это было её первое и единственное место работы, сначала секретарём, а потом «по специальности». Больше никогда, нигде она не пыталась устроиться и применить свои способности. Если нет способностей, то что реализовывать? А тут и график работы удобный, и зарплата побольше, чем в обычной школе у молодого специалиста.
Возраст у Риты подходящий, двадцать два года, уже три из них она замужем. Серёже и вовсе двадцать семь. И здоровье позволяет. Даже квартирный вопрос решён. Первый взнос за квартиру заплатили родители Риты, сразу за двухкомнатную, с расчётом на внука или внучку, район подобрали с садиками и школами поблизости, чтобы не мотаться потом Ритке по пробкам. Половину ежемесячных взносов оплачивали они же. Родители Серёжи тоже помогали по мере сил и возможностей, пусть их и было меньше, зато овощами со своего огорода молодая семья была обеспечена круглый год. С декретным отпуском у Риты проблем не будет, как и с желающими помочь с малышом. Так что прав Серёжа, как всегда. А Рита, как всегда, неправа.
Внизу дома, на первом этаже, была аптека. Рита зашла за кремом, у неё заканчивался, накануне забегала, пообещали – утром будет. Потопталась у витрины, вздохнула. В итоге взяла крем с оливковым маслом и оральные контрацептивы. Очередная упаковка подходила к концу. Спрятала на дно сумки, сверху придавила косметичкой. Прав Серёжа, а она неправа. И реализовываться ей негде и незачем, а вот не хочет она детей, и всё тут…
В метро, после переполненной маршрутки, показался даже воздух свежим, и место свободное нашлось. Рита огляделась, никто не претендовал, она уселась и довольно полезла в сумочку за телефоном. Несколько кликов. Побежала лента инстаграм, ничего особо интересного, звёзды кино, телевидения, блогеры, художники, милые котики, а дорога на работу заметно сокращается.
Заглянула в свой любимый аккаунт. Новых фотографий в ленте не мелькало, но вдруг Рита пропустила по невнимательности, или интернет не сработал, или… да что угодно. Изучила по сотому разу старые фотографии. Прочитала всё, что написано. Проверила свои два комментария. Нет, никто не ответил. Знала, что придёт сообщение, если ответят, что она не могла пропустить ответы или лайки, но всё равно проверила. Прикусила губу от странной, глухой обиды, потом отбросила её и снова посмотрела изображения, особенно последние.
На работе, в детско-юношеской спортивной школе «Русский богатырь» успела заскочить в зал, где вёл тренировку Серёжа. Младших, оставшихся на лето, было немного, группа занималась сборная, от шести до девяти лет. Тренеры дорабатывали последние дни и готовились к поездке на спортивную базу. Первая смена подходила к концу, клуб в городе продолжал работать для старшеклассников, студентов и желающих младших, в одной-единственной группе, а потом и вовсе сворачивал свою деятельность на летние каникулы. Все занятия переносились на базу отдыха.
Как правило, места забронированы уже после нового года, этот год не был исключением. Хорошая скидка от города, плюс дотации от самого клуба, помноженная на возможность отдохнуть в кругу друзей, даже съездить на море, оно было недалеко от базы отдыха, под руководством педагогического состава, которому доверяют родители, обеспечивали аншлаг.
Рита прошла в свой кабинет, работы было не слишком много. Заполнить несколько журналов, выполнить бюрократические формальности, и потом домой, но лучше дождаться Серёжу и пойти купить помаду или даже новые босоножки, под юбку, которую приобрела в прошлом месяце, а носить не с чем. Журнала посещаемости седьмой, летней сборной группы не нашла, пришлось вставать и идти к секретарю. Всегда, заберут на проверку и Рите не скажут, а она потом бегает по клубу, ищет, то журналы, то ведомости.
Рядом со столом секретаря, шустрой, симпатичной и очень болтливой девушки Миланы, стоял парень, спиной ко входу. Высокий, спортивно сложенный, светловолосый, в голубой, словно выгоревшей рубашке. Обычное дело для спортивного клуба – борцы, тренеры, спортсмены, здесь скорее удивишься женщине, чем молодому мужчине. Рита и внимания не обратила. Спросила от дверей про журнал, замерла в ожидании ответа, пока Милана растерянно водила взглядом по столу, наиграно вздыхала, поглядывая больше на собеседника, чем на бумаги, которыми был завален стол. И пусть себе строит глазки этому парню, хуже, когда она напропалую кокетничает с Серёжей! Один бог знает, как Рита не вырвала ей волосы на новый год, когда та начала флиртовать и тащить её, Ритиного мужа, в уединённый уголок.
– Здравствуй, – парень повернулся к Рите и приветливо, широко улыбнулся, – Рита.
Рита отошла на пару шагов, чувствуя, как предательски краснеет, с ног до головы, даже глаза заслезились. Что он здесь делает?! Что?! Матвей больше не тренирует Олега Евсеева! Красава теперь живёт в Америке! Его не должно быть здесь!
– Здравствуй…те, – пролепетала она, продолжая пятиться, как краб, к открытой двери, а потом в коридор.
Молчать становилось неудобно. Олег расслабленно стоял и молча смотрел на Риту. Пристально разглядывал, остановился на босоножках, свободной футболке, а потом внимательно-внимательно на лице. Рита встряхнула каре и развернулась, унося ноги.
– Маргарита Ивановна, – догнал Олег Риту у её кабинета. – Мне сказали, я к тебе подойти должен.
– Зачем?
– Встреча с детьми. – Евсеев пожал плечами и продолжил рассматривать Риту. Хотелось укрыться чем-нибудь. Почему он так пристально смотрит? Нельзя так смотреть на женщин, тем более замужних. – У седьмой группы.
– Они на первом этаже, с Серёжей, – отчеканила Рита, забежала в кабинет и перед тем, как закрыть дверь, уточнила: – Залы, вы помните, где находятся, – Олег несколько лет работал здесь тренером и занимался, клуб он должен знать.
Хотела было закрыться на защёлку, но выглядело бы это глупо. Встреча неожиданная, конечно, но стоит ли так реагировать. Просто… Рита не ожидала. И такой день… Она всегда нервная в эти дни…
– Мне просто зайти в зал? – нарушитель Ритиного спокойствия посмотрел на Риту, зайдя в её кабинет, после слишком короткого стука в дверь.
– А как вы договаривались? – выпалила Рита. Устраивать встречи учащихся с состоявшимися спортсменами – её обязанность, она организует и место, и время, даже если договаривается кто-то другой, бюрократические формальности и организационные нюансы всегда на Рите. А о приезде Красавы она ничего не знала. – С кем?
– С Серёгой Витальевичем, – Олег улыбнулся широко и открыто. И снова оглядел Риту. – Знаешь такого?
– Знаю, – Рита не хотела быть резкой, так получилось. – Эта встреча, наверное, в частном порядке, зайдите в зал и спросите.
– Хорошо. Проводишь? Что-то я подзабыл дорогу, не хочу попасть в неловкую ситуацию.
Какая неловкая ситуация? Неловко себя чувствовала Рита, когда шла впереди Евсеева, зная, что он смотрит на неё. Разглядывает. Ничего особенного он не видит, это и неловко. Нет в Рите ни роста, ни фигуры особенно выразительной, ни осанкой не могла похвастаться, ни изяществом… А Олег идёт позади и смотрит. Рита резко обернулась, Олег смотрел по сторонам, на стенды, а на Риту обращал внимания не больше, чем на плинтус. Даже стало немного полегче, Рита выдохнула. Вечно, вообразит себе какую-нибудь глупость. Вот и мерещится.
А на самом деле всё просто. Олег Евсеев уехал тренироваться в Штаты, жил там три года, а сейчас приехал в отпуск. Позвонил давнему приятелю, Серёге Витальевичу, с которым работал вместе, отдыхал, и тот пригласил его в знакомый клуб, заодно и мелкие пообщаются с почти легендой ММА, Красавой.
Ничего особенного не случилось, и не случится. Остальное – нервы Риты и богатое, глупое воображение.
Олег вежливо поздоровался, поинтересовался, как пройти, куда. Ничего особенного, все так делают. Правда, обычно Рита не краснеет и не ведёт себя, как немая вяленая рыба и рак отшельник в одном лице, но это от неожиданности. Красава – местная легенда. А Рита знает его, знакомство шапочное, когда Серёжа дружил с Олегом, тогда Рита не встречалась с Серёжей. А потом Евсеев уехал, Рита тем более с ним не общалась. Но всё равно, Евсеев Олег – единственная «звезда», которую когда-либо вживую видела Рита. Вот она и растерялась.
В зале восторженные мальчишки бурно выражали свою радость, поговорили с чемпионом на животрепещущие темы, задержали тренировку на полчаса. Каждый сбегал в раздевалку за своим телефоном и сфотографировался с Красавой лично, а потом ещё и Рита продублировала снимки, принеся страшную клятву, что не только всем и каждому отправит фотографии, но и выложит на сайт «Русского богатыря», в группы и в инстаграм. Пришлось Олегу ещё и «обучить» нескольким «фирменным приёмам» мелкотню, благо опыт тренерской работы имелся.
– Может, прогуляемся? – предложил довольный Красава, когда последний мальчишка, полный впечатлений и восхищения, выбежал из зала. – Три года в городе не был. Интересно, что, как? Пообщаемся нормально, без кнопок этих, – ударил ладонью по серебристому айфону, торчавшему из кармана светло-голубых джинсов.
– Ты как, Ритуль? – Серёжа посмотрел на жену вопросительно.
Обычно Рита не отпускала Серёжу никуда одного. Никаких «прогуляемся», «пообщаемся» и «посидим» в лексиконе её мужа не было. Уж слишком хорошо она знала, чем могут закончиться такие посиделки и общения. Правда, Серёжа говорил, что это всё Ритино воображение и необоснованная ревность, но сама Рита не верила в это. Необоснованная… Правильно мама говорит: «Красивый муж – чужой муж».
Глава 2
В итоге они всё-таки отправились гулять и общаться. Неудобно стало отказывать, некрасиво. Рита не любила прогулки по рекам и каналам, экскурсии по центру города, всей обязательной программы гостя Санкт-Петербурга. Наелась в детстве, наверное.
Мама постоянно водила маленькую Риту по музеям и выставкам, надеясь вырастить разносторонне развитую личность, а выросло… то, что Рита видит каждый день в зеркале. Бары, пабы она тем более не любила, скорее потому, что с трудом переносила алкоголь, а что там делать трезвой? Смотреть, как хмельные дамочки вьются вокруг её не менее хмельного мужа?
А всё получилось отлично, даже весело. Красава проигнорировал предложение прогуляться по так называемому парадному Петербургу, они пошлялись по улочкам Васильевского острова и заглянули в камерное кафе. Потом добрались до Летнего сада, посидели на скамейке, слушая байки Олега, не спеша прошлись по набережной Фонтанки, игнорируя памятные места и имена архитекторов, оставивших свой след в архитектуре города, наслаждались хорошей погодой и общением, а потом всё-таки зашли в паб. Рита заказала чай, Серёжа пиво, как и Олег. Рите предложили сидр. Она было отказалась, но попробовав, согласилась. «Вкусно, сладенько», – так сказал Олег, и правда было сладко, и пахло приятно, алкоголя совсем не ощущалось. Вот только Рита не помнила, как они добрались домой.
Какими-то урывками помнила такси, магазин рядом с домом, точно осталось в памяти, что Евсеев поехал с ними – настолько дружно они проводили время, что захотелось еще, и почему-то решили продолжить дома. Рита даже что-то приготовила, хотя, что она могла сделать в таком-то состоянии, а потом уснула на кухне, уткнувшись носом в плечо Серёжи. Он же и отнёс её в спальню, уложил в кровать, приговаривая: «Алкашка юная, три глотка, и нету Нюшки», потом поцеловал и ушёл отмечать встречу.
Утром голова болела так, что Рита не могла ее повернуть, в животе тянуло, тошнило. Интересно, как люди пьют крепкие алкогольные напитки и не умирают утром? Серёжи рядом не было, Рита встрепенулась, интересно, где он? Привстала, выдохнула с облегчением. Дома! Джинсы валялись у кровати, постель с его стороны примята, значит, ночевал дома, с Ритой, а не отправился искать приключения, пока она вырубилась пьяная.
Рита поворочалась, пришлось вставать. Преимущество оральных контрацептивов в том, что всегда знаешь, когда наступят критические дни, и в этот раз всё началось как по часам. Захватив смену белья, Рита отправилась в ванную, дверь была приоткрыта, у раковины стоял Серёжа.
Рита скользнула внутрь, дёрнула шторку ванны, включила воду.
– А где «доброе утро»? – сияя, проговорил Серёжа и тут же захватил в объятья Риту.
– Кому как, – пробурчала Рита, пытаясь скинуть руки и увернуться от поцелуя. Она даже зубы ещё не чистила.
– Неужели так плохо? – Серёжа легко провёл пальцами по лбу, убирая пряди рыжих волос, которые лезли Рите в глаза и в рот. – Бедненькая моя Нюша, – прижал к себе и погладил, как ребёнка. – Давай, я тебе спинку потру, и всё пройдёт.
– Не пройдёт, – буркнула Рита и полезла в ванну, устраиваясь под струями тёплой воды.
Действительно, стало легче, особенно когда Серёжа встал рядом и стал намыливать гель прямо на Ритино тело, руками, поглаживая и нажимая на какие-то точки. Даже голова перестала болеть.
Серёжа нагнул Риту вперёд, прогнув в талии, и ухватился за бёдра, потираясь о голую попу.
– У меня эти дни, – Рита начала извиваться. – Ты же знаешь. – Она словно извинялась за всю женскую физиологию, будто сама их придумала.
– Блин, Нюшенька, давай, я так завёлся, что мне теперь делать?.. – Голос у Серёжи был по-настоящему расстроенным.
Действительно, он завёлся, Рита это понимала, да и видно было отлично, Серёжа ведь разделся перед тем, как зайти под душ. Она вздохнула, хотела сказать, что перебьётся, потерпит. Не было у Риты настроения на оральные ласки, да и тошнота ещё не прошла до конца, к тому же не так уж она и любила это дело. Скорее терпела, не отказывать же, это глупо и как-то по-детски. Только резко вспомнила, что именно сегодня, через три часа родительское собрание по поводу предстоящей поездки на спортивную базу. Вести его будет Серёжа, он же и повезёт малышей. И там будет Юлия Павловна, ко всему прочему, она ещё и глава родительского комитета. Непременно станет крутиться рядом, подставляться, провоцировать…
Рита вздохнула, кивнула и опустилась на колени.
– Только быстро, ладно? – прошептала она Серёже.
– Конечно, как скажешь, – тут же согласился и провёл головкой по губам. Рита вздохнула ещё раз и сделала всё, чтобы муж «вышел из дома с пустыми яйцами» Всё-таки, пусть небольшая, но гарантия…
Выскочила из ванной комнаты Рита первой, одёргивая на ходу коротенькую трикотажную сорочку с изображением той самой Нюши из Смешариков, Серёжин подарок, и отправилась на кухню, нужно было успеть приготовить завтрак.
Спиной к проходу, лицом к раковине стоял мужчина и мыл грязную посуду. Рита замерла. Евсеев! Он остался у них, ночевал, а Рита и не знала… Теперь посуду моет на её кухне и наверняка думает, какая же Рита свинюшка, точно Нюша с ночной сорочки.
Олег обернулся, нахмурил брови, оглядывая Риту с головы до ног, а она так и стояла, не в силах повернуться и уйти или поздороваться. Только густо краснела, готовая зареветь от стыда. Даже не сообразила, что в таком виде стоять перед посторонним мужчиной нехорошо. Ведь Олег всё слышал! Слышимость в их доме была отличная, а дверь в ванную Рита, точно помнила, была приоткрыта. Кухня в нескольких шагах, не услышит только глухой. Ничего особенного не случилось, уговаривала себя Рита, они с Серёжей семейная пара, и вообще, Рита не знала, что у них посторонний в доме… но…
– О, хозяйничаешь, – услышала она за спиной голос Серёжи и тут же отмерла, бросилась в спальню переодеваться. Руки тряслись, щёки горели, пульс зашкаливал. Не знала Рита, каким должен быть пульс у здорового человека, но так у неё не колотилось сердце даже на тренировках.
Но трясись, не трясись, стыдно или не стыдно, а на кухню идти нужно. Кормить завтраком мужа, гостя, самой что-нибудь проглотить. Ничего ведь не произошло! Рита в душе была с мужем, а не с соседом! Надо собраться духом и выйти.
– Рита, Ритуль, – услышала с кухни. – Ритик, мы тебя ждём! – Серёжа звал и одновременно о чём-то переговаривался с Евсеевым, иногда они смеялись.
Рита долго красилась, стояла у зеркала, и водила кисточкой по губам. Больше подкрашивать было нечего. Брови она корректировала на прошлой неделе, ресницы ламинировала и вовсе на днях. Увлажняющий крем и блеск для губ на этот раз заняли уйму времени, как и волосы. Расчесать, собрать в хвост.
– Нюш, тебе плохо, – Серёжа вошёл в спальню и озадаченно посмотрел на Риту. – Если плохо, может, дома останешься? – посочувствовал он.
– Нормально. – Рита поджала губы. – Ты почему не сказал, что Олег у нас?
– Да как-то не подумал, что ты не помнишь… – Серёжа нахмурился. – А что такое?
– Он слышал нас, – горячо прошептала Рита.
«А ещё видел меня в ночнушке с дурацкой Нюшей!» – это она подумала.
– Ну и что? – Серёжа пожал плечами. – Он не из полиции нравов, и мы, между прочим, женаты. Пойдём, Олег завтрак приготовил.
– Сам? – Рита удивилась.
– Сам. Он же ведь женат, так что всё делает сам, это мне повезло с тобой, а Олежек у нас птица вольная, – Серёжа заглянул в зеркало через плечо Риты. Она скользнула взглядом по отражению. Красивый он всё же, никогда Рита к этому не привыкнет. Как актёр или звезда.
Они быстро позавтракали. Олег сделал яичницу с овощами и кусочками колбасы, что нашёл в холодильнике, Рита успела помыть посуду, потом вышли из дома и прыгнули в маршрутку. Рита всё время смотрела по сторонам и держалась рукой за мужа, отворачивая лицо от Евсеева. Впрочем, он на неё тоже не очень-то смотрел. Пару раз вежливо улыбнулся, задал несколько дежурных вопросов, подал руку при выходе из микроавтобуса – Серёжа замешкался, помогая какой-то мамочке с малышом в коляске, – а в целом не замечал Риту. Может, она и накрутила себя, ничего он не слышал, вода ведь шумела – и у него, пока он мыл посуду, и в душе.
Серёжа отправился в клуб, Евсеев попрощался, договорились встретиться ещё разок до отъезда на базу, а Рита пошла домой, вернее, к родителям. Она так и держала ключ от их квартиры у себя в сумочке и приходила в любой момент, когда хотелось поболтать с папой или переждать время, как сегодня. После собрания нужно съездить в торговый центр за вещами к лету. Что-нибудь простое и недорогое, для спортивной базы.