Название книги:

Подворья Императорского Православного Палестинского Общества в Иерусалиме

Автор:
Н. Н. Лисовой
Подворья Императорского Православного Палестинского Общества в Иерусалиме

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Императорское Православное Палестинское Общество, 2012

© Лисовой Н.Н., текст, 2012

© Издательство «Индрик», 2012

* * *

Сергиевское подворье – судьба, история, перспективы

В декабре 2008 г. состоялся исторический акт подписания документа о возвращении России Сергиевского подворья в Иерусалиме – крупнейшего из объектов российской недвижимости на Ближнем Востоке.

Расположенное в центре Иерусалима, по соседству с Русской Духовной Миссией и Троицким собором, Сергиев ское подворье по праву считается одним из выдающихся архитектурно-строительных объектов города. Его строгий изящный силуэт с круглой угловой башней, над которой вновь развевается в праздничные дни «палестинский флаг» – знамя Императорского Православного Палестинского Общества, стал своеобразной архитектурной визитной карточкой современного Иерусалима.

Носящее имя основателя и первого председателя Палестинского Общества, великого князя Сергия Александровича, подворье вместило в свою историю судьбу не только построившего его Общества и всего многогранного русского наследия в Святой Земле, но и императорской России.

1. ИППО и русское присутствие в святой земле

Императорское Православное Палестинское Общество – старейшая в России научная и благотворительная неправительственная организация, уникальная по своему значению в истории национальной культуры, русского востоковедения, русско-ближневосточных отношений. Уставные задачи Общества – содействие паломничеству в Святую Землю, научное палестиноведение и гуманитарно-просветительное сотрудничество с народами стран библейского региона – тесно связаны с традиционными духовными ценностями нашего народа и приоритетами российской внешней политики. Равным образом и огромный пласт мировой истории и культуры не может быть правильно осмыслен и творчески освоен вне связи с Палестиной, ее библейским и христианским наследием.

Задуманное еще зачинателями русского дела на Востоке епископом Порфирием (Успенским) и архимандритом Антонином (Капустиным) и созданное в 1882 г. державной волей Александра III, Палестинское Общество в дореволюционный период пользовалось августейшим, а значит, и непосредственным государственным вниманием и поддержкой. С момента основания Общества во главе его стоял великий князь Сергий Александрович, после гибели которого (4 февраля 1905 г.) ИППО возглавила великая княгиня Елизавета Федоровна.

Среди задач Палестинского Общества и его основателей главной, как мы сказали, была забота о русском паломничестве, которое издревле связывало Россию со святыми местами Иерусалима и Палестины, а в течение XIX в. приобрело характер важнейшего духовного и политического фактора на православном Востоке. Православный паломник определял собой самую суть того, что мы называем сегодня русским присутствием в Святой Земле. Для него была создана в Иерусалиме в 1847 г. Русская Духовная Миссия, для него в 1858 г. учреждено иерусалимское консульство, а в 1859 г. создан в Петербурге надправительственный Палестинский Комитет, преобразованный позже, с 1864 г., в Палестинскую Комиссию при Азиатском департаменте МИДа. Постоянным и массовым пассажиром Русского общества пароходства и торговли, исправно обеспечивавшего рейсы из Одессы в Яффу и обратно, тоже был неутомимый и терпеливый паломник. Как писал В. Н. Хитрово, «только благодаря этим сотням и тысячам серых мужичков и простых баб, из года в год движущихся из Яффы в Иерусалим и обратно, точно по русской губернии, обязаны мы тому влиянию, которое имя русское имеет в Палестине»[1].

Но скоординировать и объединить усилия различных русских учреждений в Палестине, взять на себя и помощь паломникам, и поддержку Иерусалимского патриархата, и просвещение арабского православного населения, и укрепление русского политического и духовного влияния в регионе – могла только единая мощная организация, с четкими финансовыми механизмами, с рычагами воздействия в МИДе, Синоде и других высших российских инстанциях. Словом, встал вопрос о создании частного, независимого от государственных структур Общества с широкой массовой основой – и одновременно с поддержкой на самом высоком уровне. Так, под патронатом церкви, государства, правительства, правящей династии, было создано Православное Палестинское Общество. 8 мая 1882 г. был высочайше утвержден его устав, а 21 мая во дворце великого князя Николая Николаевича Старшего состоялось его торжественное открытие.

В первый же год в число почетных членов новой организации вошло 13 членов царской семьи во главе с Александром III и императрицей Марией Федоровной. Все премьер-министры, министры иностранных дел, обер-прокуроры Св. Синода – состояли в разные годы в Палестинском Обществе.

Результатом работы Общества в Святой Земле стало формирование уникального культурного и исторического феномена – Русской Палестины. Архитектурные памятники, связанные с деятельностью Общества, доныне во многом определяют исторический облик Иерусалима. Первым по времени был ансамбль Русских Построек, включающий Троицкий собор, здание Русской Духовной Миссии, консульство, Елизаветинское и Мариинское подворья и Русскую больницу, – унаследованный ИППО от Палестинской Комиссии. Дивный храм Марии Магдалины на склоне Елеона (освящен 1 октября 1888 г.) построен в память императрицы Марии Александровны, многолетней покровительницы и благотворительницы русского дела в регионе. В самом сердце Старого города, близ храма Гроба Господня, расположено Александровское подворье, вместившее евангельский Порог Судных Врат и храм Александра Невского, освященный 22 мая 1896 г. в память об основателе Общества Александре III Миротворце. На улице Пророков сохранилось Вениаминовское подворье, подаренное Обществу в 1891 г. игуменом Вениамином (Лукьяновым). Самым поздним в ряду иерусалимских проектов стало Николаевское по дворье, названное так в память о последнем российском самодержце (освящено 6 декабря 1905 г.).


План Сергиевского подворья. АВПРИ


2. Строительство сергиевского подворья

История Сергиевского или Нового подворья (Москобийе-эль-Джедиде) неразрывно связана с именем замечательного русского человека, Д. Д. Смышляева. Значение его в становлении русского дела на Востоке чрезвычайно велико, между тем лишь в последние годы это имя привлекает внимание историков и палестиноведов[2].

Почетный гражданин города Перми, потомственный купец по рождению, ученый и меценат по призванию, Дмитрий Дмитриевич Смышляев (1828–1893) был ярким, хотя, может быть, и не вполне типичным, представителем нового тогда класса – людей торгового, финансового и промышленного капитала, детей и внуков вчерашних крепостных, зачинателей и созидателей новой, капиталистической России.

Не чувствуя призвания к торговым делам, он целиком посвятил себя общественной и научно-издательской деятельности: стал известным краеведом, на три срока он избирался председателем губернской земской управы (1870–1879), проявив и организаторский талант, и общественный темперамент. В 1864–1865 гг. Дмитрий Дмитриевич отправляется в первое свое паломничество на православный Восток. Его путевые очерки: «Синай и Палестина» и «На пути к Синаю», а также переведенные им книги французского исследователя С. Мунка «География Палестины» и «Еврейские древности» имели успех у читателей и привлекли внимание специалистов-палестиноведов.

Когда 21 мая 1882 г. в Петербурге было создано Императорское Православное Палестинское Общество, в состав его членов-учредителей вошли и два представителя российского купечества – в том числе Д. Д. Смы шляев, ставший также уполномоченным Общества в Пермской губернии. Восточное путешествие 1864–1865 гг. оставило в его душе неизгладимый след на всю жизнь. В 1885 г., решившись на новое паломничество, он обратился в Совет Общества с просьбой снять с него временно, на период поездки, обязанности уполномоченного по Пермской губернии. Совет решил иначе: сделать его уполномоченным… в самой Палестине. Как вспоминал впоследствии Смышляев, «8 октября 1885 года я выехал в Москву и 10 октября представлялся в селе Ильинском великому князю Сергию Александровичу»[3]. Оба остались довольны состоявшейся встречей, в результате Дмитрий Дмитриевич охотно принял поручение отправиться в Иерусалим по делам Общества[4].

 

Дела эти сводились к следующему: изыскание возможностей для сооружения здания-футляра над произведенными Обществом раскопками рядом с храмом Гроба Господня, в результате которых был обретен Порог Судных Врат; организация на Русских Постройках чайной и бани для паломников; проведение эксперимента с временным использованием для возрастающего числа богомольцев военных войлочных кибиток, оставшихся от русско-турецкой войны 1877–78 гг.[5] Сам Смышляев позже, в своей записке от 4 марта 1886 г., формулировал свои задачи следующим образом: «Устроить в Иерусалиме баню, прачечную, столовую и дополнительные помещения для паломников – на северо-западе Русских Построек»[6].

В ноябре 1885 г. Смышляев прибыл в Иерусалим и поселился первоначально на Русских Постройках, где и прожил до Рождества. Позже начальник Русской Духовной Миссии знаменитый архимандрит Антонин (Капустин), сам уроженец Пермской губернии, радушно принявший земляка, устроил ему квартиру у себя, в здании Миссии, освободив несколько комнат.

Дмитрий Дмитриевич жадно впитывает новые впечатления. За два десятка лет, прошедшие с первого его приезда, все в Святой Земле изменилось. Родилась новая, волнующая воображение реальность – Русская Палестина. Было чем заняться, куда приложить хозяйские руки. Прежде всего, выяснилась неприемлемость варианта с войлочными кибитками: «В одной из кибиток поселилось 12 человек: довольны. Но эксперимент с кибитками на этом нужно и прекратить»[7]. Имелось в виду, что сезон дождей не оставлял никаких перспектив для среднеазиатских временных жилищ. Что касается решения Совета об организации чайной для паломников, с этим все обстояло благополучно. 16 марта в Петербург ушла телеграмма на имя М. П. Степанова: «С консульского разрешения начинаем постройку для водогрейного аппарата. Смышляев»[8], а уже 9 апреля в письме к В. Н. Хитрово сообщалось: «Аппарат хорошо работает: 300–400 ведер в день»[9].

Но главным оставался вопрос о расширении помещений для паломников. Когда Палестинское Общество предложило остаться еще на год в Иерусалиме, он изъявил согласие и прожил в Святой Земле четыре года, возможность чего, по собственному признанию, никогда прежде ему и в голову не приходила. В эти годы Дмитрий Дмитриевич взвалил на себя почти непосильный труд, руководя одновременным строительством двух главных русских объектов: Нового (Сергиевского) подворья и Русского дома у Порога Судных Врат (будущего Александровского подворья). История приобретения участка и строительства Сергиевского подворья может быть подробно прослежена по переписке Д. Д. Смышляева с секретарем ППО М. П. Степановым и членом Совета, а реально – основателем и душою Общества В. Н. Хитрово.


Руководитель строительства Сергиевского и Александровского подворий, первый уполномоченный Палестинского Общества в Иерусалиме Д. Д. Смышляев. 9 июня 1887 г. ГМИР


При первом же ознакомлении с положением дел на месте Д. Д. Смышляев в письме к В. Н. Хитрово от 12 марта 1886 г. писал: «Обществу нет другого исхода как купить свое (подчеркнуто в документе) место, и таковое в настоящее время есть, довольно обширное (целый квартал) и вплоть у Русских Построек; приобрести его можно за 6 или 7 тысяч»[10].

Две недели спустя решение созрело полностью: «Теперь местные условия выяснились окончательно. Если я в записке, Вам посланной, настаивал на получении от Пал<естинской> Комиссии права на постройки на выбранном мною месте в ограде Мейданской площади (Русских Построек. – Н. Л.), то теперь заявляю решительно и окончательно мое мнение, что если Общество желает что-либо строить в Иерусалиме, то оно должно приобрести для этого покупкою место. Иначе никакого толку из его хлопот и денежных затрат не выйдет, и я не возьму греха на душу способствовать Обществу в пагубе значительного капитала. И что за настоятельная необходимость во что бы то ни стало забираться в чужой двор, когда хозяин (Палестинская Комиссия. – Н. Л.) не хочет в него пустить? Мы построим здание, затратим капитал, а потом нам начнут устраивать такие пассажи, что терпение Общества лопнет, и оно все бросит, лишь бы избавиться от скандалов и неприятностей. И это все будет поводом к удовольствию и радости, во-первых, Мансурова, во-вторых, Блаженнейшего искоренителя Православия в Святой Земле. И что скажут католики, протестанты? Как член Палестинского Общества, живо сочувствующий его целям и готовый служить ему, насколько хватит сил, прошу Вас оставить всякие мечты о постройках в чужом дворе, не бросайте денег в бездонную пропасть! ‹…› Вздумает Общество меня послушать – место есть, в соседстве с Русскими Постройками – целый квартал, можно купить за 6, много за 7000 рублей. На него уже есть покупатели, надо не упустить, а я постараюсь удержать продавца до Вашего ответа»[11].





Виды строящегося Сергиевского подворья. ГМИР


12 апреля 1886 г. в Петербурге состоялось заседание Совета ППО под председательством Ф. П. Корнилова, с участием В. Н. Хитрово, секретаря ППО М. П. Степанова, казначея С. Д. Лермонтова и председателей отделений (научного и паломнического) Д. Ф. Кобеко и П. А. Васильчикова[12]. В Иерусалим была направлена телеграмма: «Соглашаемся с предложением. Семь тысяч посылаем. Счастливого праздника» (имелась в виду приближавшаяся Пасха)[13]. Между тем, узнав о готовности русских приобрести участок, владелец начал резво поднимать цену. В письме к В. Н. Хитрово от 16 апреля 1886 г. Смышляев, посылая план предположенного к покупке места, приписывает: «За него уже просят теперь около 10 500 рублей»[14]. И в следующем письме, от 1 мая, разъясняет: «Относительно участка я уже Вам писал, что за семь тысяч, как я предполагал, приобрести его будет нельзя. С расходами по совершению купчей придется израсходовать до 11 тыс. руб. И мое мнение таково, что все-таки его следует купить, не упуская случая»[15].


Возведение угловой башни Сергиевского подворья. ГМИР


14 мая 1886 г. участок был куплен на имя Михаила Петровича Степанова за 28100 франков (11,5 тыс. тогдашних русских рублей)[16]. Телеграмма Смышляева Степанову, от 14 мая: «Земля на Ваше имя куплена, документ получен, пришлите телеграммой еще четыре тысячи рублей прямо банкиру Валеро, который одолжил эту сумму»[17]. Через иерусалимского банкира Х. А. Валеро и далее осуществлялись финансовые операции Палестинского Общества[18]. В отправленном в тот же день письме к В. Н. Хитрово рассказано более подробно: «Участок земли, о котором я Вам писал, куплен по 3 ½ франка за драх (около аршина), и кушан (купчая) мною сейчас получен с соблюдением всех формальностей; дабы гарантировать покупку против турецкого droit de voisinage (фр. „право соседа“), в купчей показана цена ее на 500 золотых выше действительной. Успехом дела этого Общество всецело обязано ловкости и усердию <драгомана Русской Духовной Миссии> Якова Егоровича Халеби и банкира Валеро. Последний, кроме того, обязал Общество тем, что взнес от себя всю сумму разом продавцу и крепостные пошлины, дабы не затянуть дело, и только благодаря этому не успели его остановить, ибо всё хранилось в таком секрете, что кроме меня, Якова Егоровича и Валеро никто о нем до последнего дня не подозревал, даже <архимандрит> Антонин.

 

Мне было выслано 7000 рублей, в недостающей сумме 4000 рублей я выдал от себя документ Валеро и сегодня телеграфировал о немедленном возврате ему этой суммы. Покорнейше прошу Вас от имени Общества написать официальную благодарность Якову Егоровичу Халеби и банкиру Хаиму Арону Валеро, благодаря которым удалось приобрести землю за цену, которую все здесь считают весьма выгодною сравнительно с существующими ценами на землю вблизи наших Построек, да и нет, кроме купленного участка, свободных земель»[19].

11 июня 1886 г. Смышляев, прибыв в Петербург, представил Совету Общества денежный отчет и доклад о покупке. Доклад был одобрен, а отчет утвержден Советом и передан казначею ППО С. Д. Лермонтову[20]. Совет постановил «выразить Д. Д. Смышляеву от имени Православного Палестинского Общества глубокую и искреннюю благодарность за целесообразное и вполне согласное с предположениями Общества исполнение всех возложенных на него поручений»[21]. Относительно строительства в журнале Совета было записано: «По обсуждении и решении на месте, где таковые постройки желательно возвести – на приобретенном Обществом участке <т. е. на участке Сергиевского подворья> или на Русском месте близ Дамасских ворот, приступить немедля, применяясь к плану, составленному архитектором Франгья, к возведению предположенных построек, начав прежде всего с хозяйственной части оных, а затем для помещения благородных и простых поклонников, насколько то позволят средства, ассигнованные Обществом в количестве до 60.000 рублей»[22].

1Хитрово В. Н. Неделя в Палестине. Изд. 2. СПб., 1879. С. 15.
2Лисовой Н. Н. Д. Д. Смышляев: От Перми до Иерусалима // Смышляев Д. Д. Синай и Палестина. Из путевых заметок 1865 года. М., 2008. С. 251–284; Рафиенко Л. С. Культурный и общественный деятель Перми Д. Д. Смышляев и Императорское Православное Палестинское Общество // Традиции и современность. 2008. № 8. С. 112–120.
3Смышляев Д.Д. Воспоминания о Востоке // Пермские епархиальные ведомости. 1890. № 2. С. 3 3.
4См. письмо Смышляева из Москвы к В. Н. Хитрово от 12 октября 1885 г.: АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 18.
5Письмо секретаря ППО М. П. Степанова к Д. Д. Смышляеву от 31 декабря 1885 г. // Россия в Святой Земле. Документы и материалы. М., 2000. Т. I. С. 479–480.
6АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 159–169.
7Письмо Д. Д. Смышляева к В. Н. Хитрово от 9 апреля 1886 г. // АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19.
8Телеграмма Д. Д. Смышляева к М. П. Степанову от 16 марта 1886 г. // Там же.
9Письмо Д. Д. Смышляева к В. Н. Хитрово от 9 апреля 1886 г. // Там же.
10АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 6об.
11Письмо Д. Д. Смышляева к В. Н. Хитрово от 26 марта 1886 г. // АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 12.
12АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/3. Д. 1[а]. Л. 146–146 об.
13АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 25. Оригинал телеграммы на французском языке.
14АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 26. План от руки: л. 28.
15АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 35.
16На другой день в письме к В. Н. Хитрово Смышляев подчеркивал: «Все удивляются дешевизне» // АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 42. В ретроспективном докладе, сделанном в Совете ППО 3 февраля 1887 г., Смышляев писал: «В мае 1886 г. приобрел покупкою у Мусы Соломона Таннуса участок земли, на праве полной собственности (мюльк), пространством 4 донума 1290 пик, или на русскую меру – около 1000 кв. сажен, на имя секретаря ППО Степанова, за сумму – с расходом на совершение кушана 11469 рублей» (Доклад Д. Д. Смышляева от 3 февраля 1887 г. отделению Палестинского Общества об исполнении поручений // Там же. Л. 138).
17АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 42. Оригинал телеграммы на французском языке. Сообщение о покупке см. также в письме к В. Н. Хитрово, помеченном тем же 14 мая (там же. Л. 40–41).
18Банк Якова Валеро – первый по времени банк, основанный в Иерусалиме (1848). Впоследствии им управлял Х. А. Валеро, сын основателя, осуществлявший финансовые операции по поручениям не только русского правительства, но и австрийского, и германского. Банк был ликвидирован в 1915 г. (Ben-Arieh Y. Jerusalem in the 19th century. Emergence of the New City. Jerusalem; N. Y., 1986. P. 379–380).
19АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 40–41.
20АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/1. Д. 19. Л. 46.
21АВП РИ. Ф. РИППО. Оп. 873/3. Д. 1[а]. Л. 153.
22Там же. Л. 154–154об.
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Индрик
Поделится: