bannerbannerbanner
Название книги:

Превосходство разума

Автор:
Владимир Мясоедов
Превосходство разума

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Владимир Мясоедов, 2023

Глава 1

– Ты головой ушибся, человече? Как мы, по-твоему, эту груду костей с собой потащим?! – Очнулся я от того, что кто-то тряс меня как грушу, одновременно поливая голову на редкость холодной водой. Но возмутиться столь бесцеремонному с собой обращению не получалось: ноги и руки словно налились свинцом. Нет, шевелиться-то они шевелились…Но видимо слишком слабо, а потому их принимали за результат безжалостных мотыляний туда-сюда. Остальное тело тоже слушаться, в общем-то, не желало: язык едва ворочался, губы словно склеились, веки едва-едва поднимались на жалкую пару миллиметров, а в голове царил какой-то туман. Думать толком не получалось, казалось, даже мысли весили как кирпичи. Или, скорее, скалы, которые ворочать с места на место приходилось голыми руками, без каких-либо рычагов и прочих подручных средств. – Нам бы самим ноги унести, а ты уже битых пять минут с задохликом носишься! Походу, дохлым уже, просто разделывать его упыри пока не начали.

– Тут явно готовились провести обряд кроваворунной мумификации, уважаемый Магмабород, а творить его над мертвым телом не имеет смысла. Чтобы чернокнижники смогли поднять не просто ходячий труп в бинтах из собственной кожи, а монстра, способного со временем доставить проблем паладинам и архимагам, им надо работать с пока еще живым материалом, сращивая зачарованный пергамент с аурой заготовки. Я подобных монстров хорошо изучил, даже писал однажды по ним курсовую во время своей учебы в семинарии. – Первый голос, который я услышал, являлся низким хриплым басом, раздававшимся словно из бочки, а вот второй прямо-таки звенел, словно его обладатель немало времени уделил отработке ораторского мастерства и сейчас вещал со сцены. Разглядеть никого из них, увы, не получалось: весь обзор заслоняли длинные мокрые волосы. Кажется, мои собственные. – Но должен признаться, я тоже испытываю некоторые сомнения насчет целесообразности действий господина барона. Без сомнения сей человек является весьма достойной личностью, об этом говорит хотя бы то, что он оказался в нашей компании…Но у него седьмой уровень!

– Чего-о-о-о?! – Обладатель хриплого баса, казалось, был поражен услышанным до глубины своей души. – Рамн, это видать совсем не твой знакомец, а просто какой-то крестьянин или типа того. Бросай его и пошли дальше…Или добей. Все лучше, чем оставаться живым в лапах этих упырей или стать кормом для ящериц.

– И снова вынужден возразить вам, уважаемый Магмабород. – Меня ненадолго перестали трясти и усадили, прислонив спиной к чему-то приятно теплому, заботливо придерживая за плечи. – Подвергать кроваворунной мумификации какого-нибудь крестьянина не имеет смысла…Поскольку одни только расходы на проведение данного темномагического ритуала выйдут дороже чем сотня молодых и здоровых землепашцев. Боюсь, седьмой уровень этого человека является ничем иным, как следствием кражи сущности. И как показывает статистика, собранная моей организацией, из тех несчастных кто вообще пережил потерю части своей души, половина полностью утрачивает разум и волю, став неспособными даже самостоятельно глотать пищу живыми трупами, а оставшиеся страдают от серьезнейших проблем с разумом, начиная от пожизненных кошмаров и депрессии, а заканчивая абсолютным безумием…Господин барон, что вы делаете?! Это неразумно! Нам больше негде взять лечебных зелий! Да и вряд ли оно вообще ему поможет, тут совсем другой случай…

– Заткнулись оба, пока я не пожалел, что расковал вас, и не исправил свою оплошность! – Буквально прорычал третий голос, раздавшийся прямо у меня над ухом, а после рот, который по какой-то причине тоже почти не желал самостоятельно шевелиться, силой разжали и просунули внутрь горлышко какого-то пузырька, больно стукнувшее по зубам. Хлынувшее прямо в глотку содержимое обжигало крепким спиртом, одуряющее воняло травами и какой-то химией, а также кололо словно иголочками…И постепенно последний из эффектов распространялся от горла, неба языка, пищевода и желудка по всему телу. Глаза практически сразу же перестали сами закрываться, и стало как-то легче. – Я должен этому человеку свою жизнь и свою честь! И если даже забыть о них, он спас обеих моих дочерей, что намного ценнее! Вдобавок, пусть у Вана теперь всего лишь седьмой уровень, и львиную долю своего могущества он точно потерял…Но чего-то же осталось! И вокруг нет ни одного другого волшебника, который желал бы нам помочь, а не снова нацепить на шею рабский ошейник или вообще сожрать живьем!

– Полундра! Ящерицы! – Новый голос, который я услышал, был абсолютно не похож на какой-нибудь из трех предыдущих, хотя тоже принадлежал мужчине. А еще к нему примешивался лязг железа, топот множества ног, шипение, свист и какое-то истошное верещание. – Десятка три мелюзги и с ними пятеро воинов!

– Отлично, как раз давно хочу кого-нибудь убить, – опустевший флакон, бывший не таким уж и объемным, резко выдернули вынули из моего рта, снова больно стукнув по зубам. И чисто машинально дернувшийся проверить, нет ли на эмали новых сколов, язык теперь уже не казался протезом, отлитым из чистейшего чугуния! Да и остальное тело как-то ощутимо полегчало. – Приглядывайте за Ваном, чтобы кто-нибудь из кобольдов его не прирезал мимоходом…Или я обижусь. Очень обижусь!

Рядом кричали, шипели, рычали и лязгали железом. На закрывавшие мое лицо волосы брызнуло чем-то горячим и соленым, вкус удалось оценить благодаря тому, что несколько капель просочилось в до сих пор приоткрытый рот. В наконец-то немного прочистившейся голове наконец-то сформировался вопрос: «Что, черт побери, происходит?!». Кто эти люди вокруг меня и…Кто я?! Мысли перестали перекатываться как гранитные валуны, однако почему-то попытки вспомнить хоть что-то оказались практически бесплодными. Получилось осознать, что сидеть и шевелить извилинами, пока рядом дерутся и кого-то убивают, крайне дурная идея, но вряд ли подобный результат стоит считать выдающимся для всех, кто не полный дебил. И, надеюсь, я не принадлежу к данной группе…Сильно надеюсь!

Разведя руками пропитанные кровью волосы, закрывавшие мне лицо, я обозрел окружающий мир и тут же испытал сильное искушение задернуть обратно эту занавесь и больше её никогда не открывать. Ну, вообще никогда, ведь реальность слишком отвратительна и жестока, чтобы любой нормальный человек желал иметь с ней дело! Прямо у пальцев ног хрипело и все еще немного билось в агонии существо, напоминающее крупную прямоходящую ящерицу с чешуей зеленого цвета. Судя по его кожаной одежде и двум браслетам на руках, оно было разумным. Ну, в те времена, когда не пыталось из последних сил зажимать длинными пальцами свое перерезанное горло и не сипело в отчаянной попытке хоть раз вздохнуть. Рядом с ним пачкал каменный пол алой кровью и связками сизых кишок другой представитель данного народа, которого выпотрошили как рыбу. Третий, сжимающий в руках копье с неожиданно крупным и загнутым вверх наконечником, как раз сейчас был занят тем, что резкими быстрыми выпадами загонял в угол длинноволосого блондина в грязной хламиде, вооруженного двумя странными ножами. Монстрик, размахивающий явно не самой легкой палкой с острым наконечником так резво, будто она вообще ничего не весила, доставал своему противнику максимум до подбородка, однако пользуясь преимуществом в длине оружия, уже оставил сопернику пару весьма неприятного вида порезов на руках и торсе, он явно был твердо намерен заколоть соперника. В дверях же помещения, оказавшегося довольно большим и светлым благодаря нескольким воистину огромному окну из полупрозрачного мутного стекла, кипела настоящая мясорубка. Трое людей, один из которых был карликом, а другой настоящим гигантом, удерживали там целую толпу разумных рептилий, некоторые из которых достигали и двух метров вышиной. Если бы не узость прохода, твари бы давно смяли сопротивление, просто задавив бойцов числом, однако пока те умудрялись держаться.

– Надеюсь, это всего лишь кошмар, и я скоро проснусь, – прошептали мои губы, в то время как глаза наблюдали за тем, как катится по полу отрубленная голова человека – ящерицы, пятная кровью светлый каменный пол, бешено вращая глазами и отчаянно разевая зубастую пасть в попытке закричать. Безуспешной, конечно, ведь легких больше не было. – Ну, если реальность не такова, что мне захочется обратно в кошмар…

С возгласом ярости блондин, которому секунду назад основательно так распахали ногу очередным выпадом, швырнул свое оружие прямо в лицо противника. И попал, причем даже как надо, а не рукоятками. Вот только ящерица успела чуть наклонить голову, прикрыв глаза, а потому ножи ударили ей не куда-то в район глаз, а по лбу, усыпанному коротенькими рожками. И лезвиям едва-едва удалось вонзиться в покрытую зеленой чешуей плоть существа, а потому просто выпали из неглубоких ранок под собственной тяжестью, спустя всего лишь одно жалкое мгновение. Но, тем не менее, полученной заминки хватило обладателю светлых волос, чтобы шагнуть вперед сокращая дистанцию, схватиться за древко копья и дернуть его вверх, а также с размаху пнуть соперника между ног…И оказаться припертым к стенке. Проигнорировав удар, один вид которого мог заставить непроизвольно поморщиться любого мужчину, тварь с громким шлепком впечатала блондина в ближайшую вертикальную поверхность и попыталась не то задушить человека при помощи упершейся под подбородок длинной твердой палки, не то попросту раздавить ему шею. И монстрик явно имел немалые шансы на успех, судя по немедленно начавшимся хрипам и отчаянному дерганью босых ног, оказавшихся оторванными от пола. Похоже, обладатель светлых волос очень нуждался в экстренной помощи, и кроме меня её оказать было некому. Имелись, конечно, некоторые сомнения в целесообразности данных действий, но кажется, один из четырех имеющихся в зоне видимости людей знал, кто я такой, и мы даже дружили. А вот толпа агрессивных и вооруженных ящеров никаких позитивных эмоций не вызывала, и вряд ли представители другого вида станут разбираться, кто тут их соплеменников убивал, а кто просто валялся рядышком с провалами в памяти.

 

– Глаза боятся, руки делают, – пробормотал я сам себе, осторожно слезая со странного многоярусного стола, на котором и пришел в себя. Вокруг меня лежали какие-то иглы, щипцы, скальпели, склянки, большая спиртовка и целая горка рулонов странной ткани, обильно покрытой разноцветными рисунками, а за спиной находилась возвышающаяся над общим уровнем необычной мебели полка, густо заставленная горшками и какими-то ажурными проволочными держателями для множества ножей самых причудливых форм. Тело по-прежнему слушалось не очень охотно, словно каким-то образом умудрился отлежать сразу весь организм, но оно, по крайней мере, двигалось. И даже могло стоять на своих ногах и не падать. А легкое головокружение вполне можно было списать на отвращение, вызванное близким лицезрением трупов двух разумных ящериц, рядом с которыми валялось на полу их же оружие. Тот, кому вспороли брюхо, при жизни орудовал то ли киркой, то ли все же топориком с крайне узким лезвием, а у обладателя перерезанного горла имелись перевязь с кинжалом и копье. Последнее я и взял, поскольку оно умудрилось откатиться в сторону от лужи крови и потому осталось чистым. Ну и длина древка, позволяющего тыкать острым наконечником во врага с относительно безопасной дистанции, тоже сыграла свою роль.

Проклятая палка с острым наконечником несмотря на относительно скромные габариты весила просто неприлично много, а руки дрожали, словно у запойного алкоголика с многолетним стажем. Мое приближение борющийся с блондином ящер краем глаза заметил и даже попытался отреагировать на него, но поставленный обратно на пол светловолосый вцепился несмотря на шумно втягиваемые в легкие литры воздуха вцепился в держащие оружие руки врага будто клещ. Наконечник сжимаемого мной копья описывал в воздухе чуть ли не восьмерки, но все же ткнулся куда-то в правый бок твари. Одежда монстрика, по всей видимости, являлась чем-то вроде кожаной брони и не могла быть пробита слишком легко. А когда она все же сдалась, то острие заскрежетало по чешуе, являющейся природной защитой твари. Пришлось навалиться на древко всем своим весом, пропихивая металлический наконечник через жесткую шкуру и куда менее плотную плоть, стараясь не слушать отчаянное верещание со стороны убиваемой твари, наконец-то выпустившей собственное оружие. Однако добил её все же не я. Пока ящер неловко пытался вытащить из себя чужое копье, скрежетавшее уже по его ребрам, завладевший трофеев блондин сделал молниеносный выпад, ударив прямо в рот. И издаваемые нелюдем звуки боли и страха мгновенно стихли, стоило лишь металлическому острию раскрошить зубы и вонзиться куда-то в небо существа. Впрочем, поблизости все еще оставалось достаточно много его товарищей, либо умирающих, либо борющихся за свою жизнь.

– Благодарю вас, сударь! – Отсалютовал мне блондин выдернутым из пасти упавшего на пол тела оружием, оказавшийся тем самым оратором, с нереальной четкостью и звонкостью проговаривающим каждую букву. – Рад видеть, что вам стало лучше! Воистину, сегодня…

– Грааа! – От дверей раздался оглушительный рев, едва не разорвавший барабанные перепонки, и блондина смело коротышкой, который видимо где-то глубоко в душе являлся ну очень гордой птицей, которая отправляется в полет лишь после доброго пинка. Мне казалось, после такого удара человек должен лежать неподвижно с ушибом всего организма и как минимум парой переломов, но проскакав как мячик десятка полтора метров и снеся собою светловолосого оратора, пару стульев и большой цветочный горшок с росшей из него карликовой пальмой, живой снаряд как ни в чем не бывало поднялся на ноги, отряхнул со своей абсолютно лысой головы щепки и землю, выругался хриплым басом на неизвестном языке, поправил подпоясанное веревкой рубище и бодрой трусцой полез обратно в драку, волоча по полу довольно необычный монгерштерн. Три длинных и толстых цепи, оканчивающихся вполне подходящими для людей широкими ошейниками, были заботливо перевиты друг с другом, образуя воистину чудовищное орудие весом как минимум в пару десятков килограмм. На светлом камне оставался след из крови, мозгов, выдранной с мясом чешуи и, кажется, даже костяных осколков, налипших на сей абсолютно чудовищный инструмент уничтожения всего живого.

Медленно пятясь в сторону окна, которое, в крайнем случае, можно было бы использовать как путь к экстренной эвакуации и оборачиваясь к дверям, я ожидал найти там нечто совсем уж невероятное, ибо испустить рев, от которого болели перепонки в ушах, и запустить в полет обладающего какой-то совершенно недюжинной силой коротышку ломившиеся ранее внутрь рептилии уж точно не могли. И мои ожидания полностью оправдались. Покрытое толстым слоем белого меха нечто, напоминающее обезьяну, если бы обезьяны имели четыре руки и могли вырастать до габаритов слона, действительно впечатляло до дрожи в поджилках. Вероятно, все оставшиеся в живых ящеры бы дружно согласились со мной, если бы согласились хоть на секундочку отвлечься от спасения собственных чешуйчатых шкур. Монстр не пришел к ним на помощь, иначе бы защитники помещения оказались смяты в мгновение ока. Монстр тупо врезался в битву и принялся жрать и рвать, не обращая особого внимания на то, что ему вообще-то пытаются сопротивляться. Как раз сейчас окровавленная башка размером с добрую тумбочку старательно пережевывала одну из наиболее крупных рептилий, не обращая внимания на торчащие из пасти дергающиеся ноги и хвост, хлещущий чудовище по щекам. В двух верхних лапах у гиганта, царапающего башкой потолок, расположенный на высоте двух человеческих ростов, были сжаты меньшие нелюди, которых обладающие неимоверной силой пальцы раздавили как спелые ягоды, а двумя нижними он без всякой системы махал туда-сюда, сшибая с ног всех кто под удар подвернется. Видимо, чтобы добыча далеко не убежала и не слишком больно тыкала ему в ноги и низ живота своим оружием. Кое-где лезвия проникали сквозь слой белой шерсти и пускали маленькие ручейки очень темной, почти черной крови…Но они никак не могли сравниться с куда более яркими ручьями, щедро текущими по рукам и зубам чудовища.

– Не, ну я дрался раньше с троллями, но снежный, да еще и такой мутант – это уже перебор! – Оповестил медленно отступающий от дверей полуседой мужчина с выломанной дверью в одной руке и длинным двуручным мечом в другой, которого я раньше счел бы настоящим великаном. С ростом под два метра, лишь немного меньшим размахом плеч и бугрящейся мускулатурой рук и ног он выглядел словно статуя или, может, восковая фигура какого-нибудь древнего героя. Сходство усиливалось блестящими металлическими доспехами, состоящими из пластин полированной брони и кольчужных элементов в тех местах, где требовалась определенная гибкость. Однако на фоне покрытого белым мехом чудовища даже подобный гигант выглядел не более, чем ребенком. И, кстати, именно этот человек пытался привести меня в чувство любыми доступными методами, в то время как остальные предлагали бросить и пойти дальше. – Откуда он здесь вообще взялся?!

Память моя преподнесла сюрприз, сообщив, что тролли боятся огня и кислоты, которые крайне негативно сказываются на их регенеративных способностях, превращая почти неуязвимых гигантов в почти обычных полуразумных животных. От подобранного с пола копья толку в противостоянии с подобным чудищем не было. Ну, если не считать возможности зарезаться, дабы жрал он не еще дергающееся тело, а меланхоличную к своей дальнейшей судьбе мертвечину. Однако, на столе где я пришел в себя, помимо прочего добра стояла крупная спиртовка, содержащая в себе явно не менее полулитра огнеопасной жидкости. Оглядев взглядом явно разложенные в некоем строгом порядке инструменты, удалось без труда обнаружить и спички, лежащие бок о бок с наждаком или теркой, правда, какие-то больно уж крупные, в палец толщиной. И пламя на толстой головке вспыхнуло почему-то синее. К счастью, поджечь пропитавшуюся спиртом веревку оно смогло без проблем, если не считать за таковые крайне вонючий дым, вызывающий просто дикое желание расчихаться.

– Полагаю, примерно оттуда же, откуда и мы. Был притащен в одну из лабораторий, чтобы стать основной для нежити. – Предположил четвертый член необычной группы, с болезненной гримасой потирая царапину между изодранными штанами из мешковины и висящим на ремнях синим панцирем какой-то твари, очевидно исполняющим роль кирасы. Одной рукой он сжимал рукоять то ли боевого серпа, то ли все-таки очень сильно выгнутой сабли, а вторая была замотана какими-то тряпками, окровавлена и прижата к груди. – Меня больше интересует, что делать-то будем, а?! Единственный путь к лестнице вниз ведет мимо тварей, костерка надолго не хватит и чую я, зверюга на ящерицах не успокоится. Проклятье, запереться и переждать, пока этот комок шерсти уйдет, и то не получится! Дверей не из рисовой бумаги и пары реек у чертовых риамцев меньше, чем девственниц в борделе!

Оставшиеся в живых ящеры пустились наутек, бросив свои попытки убить или хотя бы серьезно ранить чудовище, расшвыривающее их как беспомощных котят. Монстр двинулся следом и двигался он со скоростью, которую сложновато было ожидать от существа столь огромных габаритов. Вот он заслоняет мохнатым боком половину отнюдь не маленького дверного проема, а вот его уже и след простыл, и только оседают на каменный пол капли, взметнувшиеся из расплескавшейся в стороны лужи крови. И не следовало слишком сильно прислушаться, чтобы понять – далеко он не ушел. Хруст пережевываемых костей, отчаянное верещание умирающих нелюдей и влажные шлепки сокрушительных ударов раздавались от силы в паре десятков метров от нашего убежища.

– Что ж, если такова судьба, то примем мы бой с доблестью, и умрем как герои! – Поднявшийся с пола блондин выглядел помятым, окровавленным и немного светящимся. Порезы, полученные им от копья ящера и полученные в результате столкновения с коротышкой ссадиной словно горели светлым серебряным пламенем…И затягивались, оставляя после себя лишь едва заметные белые ниточки шрамов. – Пусть наша гибель не станет подвигом, радующим благих богов и воспетым в легендах, но никто не скажет, будто гибель с оружием в руках, вырванном из холодных мертвых рук наших поработителей, будет недостойной!

После весьма кратковременного отсутствия монстр вернулся, вальяжно шествуя, кого-то пережевывая и почесывая двумя верхними руками порез на горле, который заживал чуть ли не быстрее, чем раны блондина, и без всяких лишних световых эффектов, а нижними весьма энергично ковырялся где-то у себя в заднице. Не иначе как какой-нибудь из последних ящеров попытался ранить чудовище не физически, так морально…Однако, судя по довольному оскалу окровавленной пасти, причинить твари существенный дискомфорт никто так и не сумел. Даже такой гигант должен был наесться теми, кого он уже сожрал. А про запас у него имелось изрядное количество трупов. И, тем не менее, тролль явно вознамерился продолжить убивать всяких наделенных разумом двуногих букашек. Возможно, под влиянием инстинктов, возможно сугубо из любви к искусству. Гигант и коротышка синхронно испустили громкие боевые кличи, пытаясь зайти с разных сторон, блондин бросился в атаку молча, ну а я швырнул прямо в морду твари свой снаряд, давно уже приведенный в боевую готовность. И попал, благо цель была довольно крупная, а расстояние между нами составляло лишь несколько метров. Первоначальным моим намерением было забросить спиртовку в приоткрытый рот твари, чтобы как следует обжечь её уязвимые слизистые, однако бросок получился несколько более сильным, чем хотелось бы, а потому спиртовка разбилась вдребезги о покатый лоб тролля. Вязкая жидкость потекла вниз по морде монстра, немедленно вспыхнув благодаря чадящей вонючим дымом веревке. Прямо на глаза гиганта. И вот тут наконец-то четырехрукое воплощение ужаса в первый раз проняло как следует.

Завизжав будто целый хор одновременно закалываемых поросят, тролль рванулся вперед, не разбирая дороги и размахивая всеми четырьмя лапами так активно, будто вот-вот взлетит. Отличавшийся высоким ростом громила едва-едва успел убраться с его пути, коротышку вторично отфутболили в стену, ну а мне и блондину изначально повезло оказаться в стороне от вектора движения твари. Не знаю как светловолосый, а вот меня бы эта туша точно растоптала в кровавую лепешку, ибо даже на то, чтобы просто отследить её движения, скорости реакции хватало с трудом. Разнеся в щепки стол и, возможно, даже не заметив этого, монстр продолжил свой бег вперед пока не врезался в мутноватую поверхность гигантского окна. Но, на удивление, пройти его навылет не смог. Наполненное до отказа застывшими пузырьками стекло оказалось чертовски прочным! А вот те штуки, благодаря которому оно находилось на своем месте – нет. С громким треском рама оказалась вырвана с мясом и улетела вниз вместе с чуть не расплющившимся от удара об твердую преграду гигантским чудовищем, а потом в помещении враз стало как-то очень свежо из-за исчезновения одной стены и появления незапланированного выхода на улицу. И там было холодно. А постепенно удаляющийся вой твари, лишь через несколько секунд сменившийся громким шмяком, подсказывал, что мы находимся очень-очень высоко.

 

Получено достижение: Убийца великана (редкое). Обычно людям гиганты, способные расплющить их любым неосторожным движением, внушают инстинктивный страх, а в бою для человека за счастье будет от такого противника просто убежать, но вы живое доказательство того, что чем больше шкаф, тем громче он падает.

Награда: Сопротивление страху (редкое). Вас конечно можно напугать, но дрожащие поджилки теперь значительно меньше будут мешать вам улепетывать, рисковать своей шеей или бежать в самоубийственную атаку.

Воин. Уровень 3.

Получен модификатор физического состояния. Сила +1.

– Воистину, как говорил святой Иофмим Сжигатель: «Даже без своей магии и артефактов, лишенный титулов и класса архимаг все равно остается архимагом! И тот, кто недооценивает его, зачастую делает последнюю в своей жизни ошибку!». – Восхищенно выдохнул блондин, ошеломленно взирая не то на меня, не то на стол, мимоходом растоптанный монстром, что так внезапно для всех включая самого себя покинул нашу компанию. – Мэтр, беру назад все свои плохие мысли в ваш адрес! Сию минуту вы воистину спасли нас всех!

– Просто возвращаю должок. Если я правильно разобрался в ситуации, то лежать бы мне без помощи с вашей стороны бесчувственным и бессознательным бревном на том столе, с высокими шансами никогда больше не очнуться, – попытался я сделать вид, будто все так и было задумано, отчаянно радуясь собственному выживанию и сухости в штанах. Вот как последние удалось сохранить а абсолютном порядке – просто не представляю, может не пил давно? Доказательством данной гипотезы является стоящая в глотке великая сушь, однако пересохнуть там могло и от страха. Все же изначально расчет строился лишь на том, чтобы отвлечь монстра огнем и попытаться проскользнуть мимо него к выходу с крайне туманными шансами на спасение. В худшем случае, выиграть себе несколько лишних секунд жизни. – Кстати, может кто-нибудь объяснить, что тут вообще происходит, и как меня зовут?


Издательство:
Мясоедов Владимир