Пролог
Снайпер Темляк дожидался клиента на чердаке шедшего под снос трехэтажного дома. На полу валялось тряпье, осколки бутылок, листы упаковочного картона – мусор, оставшийся от ночевки бездомных. Среди прочего хлама виднелась потрепанная обложка фолианта с неразборчивыми буквами на корешке.
Картон Темляк перетащил ближе к небрежно покрашенной раме. В тот же цвет был выкрашен козырек над окном и узкий парапет вдоль стены. На полу кто-то раскинул куски выцветшего линолеума с продольным рисунком. Там, где находилась позиция Темляка, линолеум расходился, и из-под него виднелись сучковатые доски.
Темляк нарочно выбрал одежду попроще: мышиного цвета куртку и потемней кенгуруху с капюшоном навыпуск, черные джинсы. Вещи, бывшие в употреблении, но все еще годные, не слишком изношенные. Опрятность при его образе жизни не требовалась. Главное – вовремя отходить и незаметно сливаться с толпой, не привлекая внимания случайных прохожих.
Под рукой Темляка лежал охотничий карабин с превосходной оптикой «Вортекс». Инструмент хороший и для снайпера необходимый, но одноразовый. Карабин Темляку придется оставить на чердаке в качестве подарка следственной группе. Зная, что «тигр» пополнит коллекцию полицейских вещдоков, он позаботился, чтобы на стволе не оставалось следов.
Темляк изменил положение тела, размял затекшую кисть правой руки. Строительная перчатка сползла, и он ее, не торопясь, натянул. Отличная штука – эти перчатки. Копеечные, без претензий, а сколько раз выручали.
Край окна располагался так низко, что поверх подоконника удобно ложился ствол карабина. Сверху крыша под углом упиралась в оконную створку. Слева торчала деревянная балка с шедшими вверх перемычками. У окошка в полный рост не поднимешься, высота стены в рост десятилетнего пацана. Зато именно с этой точки отлично просматривался куцый, в одну полосу, проулок.
Там, где проулок заканчивался, за кованым ограждением виднелся особняк из красного кирпича. Жильцы въезжали на территорию особняка, минуя шлагбаум и будку охранника. Никого из охраны Темляк из своего укрытия не наблюдал. Зато несколько статусных автомобилей и чей-то мопед снайпер видел отлично.
Взгляд Темляка задержался на экране мобильного телефона. Мобильный – дешевая «трубка» с простым набором встроенных функций: черный корпус, дисплей размером со спичечный коробок, да плетенка–темляк, вдетая в ушко задней панели. Плетенка – вещь лишняя, но на этой мелочи глаз Темляка отдыхал.
Напарник до сих пор не позвонил. Тот, кого заказали, опаздывал.
Снайпер прикоснулся к пестрому темляку. Не торопясь, потер его, почувствовал пальцами. Плетенка была приятной на ощупь: шероховатой, но мягкой.
Мобильный беззвучно дернулся, сдвинулся в сторону. Снайпер взял его в руки, прижал к виску, но слова «отбой» не услышал. Второй номер молчал. В этом случае полагалось действовать согласно личной инструкции: выключить телефон, убрать его в карман кенгурухи, застегнуться, взять в руки винтовку. Шторку на прицеле поднять. Ждать, опираясь на локти.
Долго ждать не пришлось. В проулке показался серебристый внедорожник с треснувшим бампером, наскоро проклеенным скотчем. Темляк неплохо знал эту модель БМВ – шестерка с литерой «Х», автомобиль статусный и не дешевый. За внедорожником следовал представительский «Мерседес» с «блатным» номером, матово-черный. Снайпер с усмешкой подумал, что окраска «стеллс» с некоторых пор популярна среди воротил. Оба автомобиля, не торопясь, въехали под шлагбаум, который при их появлении сразу же вздернулся вверх. Так же неторопливо автомобили заняли места на парковке.
Из БМВ вылезли трое и бодро рассредоточились вокруг «Мерседеса». Первый приоткрыл заднюю дверцу. Показался водитель – среднего роста мужчина в костюме, четвертый секьюрити. Последний охранник, сидевший от водителя справа, вышел из машины одновременно с хозяином – вальяжным, неторопливым мужчиной в добротном костюме. Хозяин двигался медленно, с передышками, поэтому для Темляка был удобной мишенью.
Не дожидаясь, пока охрана начнет работать в полную силу, Темляк выстрелил в спину клиенту.
Пуля угодила мужчине справа между лопаток, заставив его согнуться на обмякших ногах. Тело клиента съехало набок и в таком положении замерло. Вопреки всему левая нога обрела устойчивость, не позволяя телу грузно обрушиться вниз. В этот момент вторая пуля врезалась в печень, прошила внутренности навылет и вышла через бедро.
Двое секьюрити, находившихся в двух шагах от клиента, подхватили хозяина под руки и, прикрывая собой, оттащили за БМВ. Другой – тот, что сидел рядом с водителем в «Мерседесе», указал двум остальным на чердачное окно Темляка. После короткого инструктажа он скрылся в салоне внедорожника, а когда появился, держал в руке автомат. Четвертый и пятый бросились к лежбищу снайпера. Старший обеспечил прикрытие; из «калаша» очередью прошелся по створке окна Темляка так прицельно, что посыпались стекла.
Снаружи пули звонко били по кирпичам. Темляк привалился к стене, потом откинулся на спину. Одна из пуль влетела в окно и срикошетила, застряв в балке над головой. В дереве образовалась глубокая трещина. Несколько пуль залетело вглубь чердака, зазвенели осколки бутылок.
«Охрана пока заработала семь баллов из десяти. Еще минус балл за хозяина», – вслух думал Темляк.
Он перекатился со спины на живот, сместился назад, к перекрестию балки. Поднял винтовку. Оптика приблизила командира, но тот проворно скрылся за будкой.
«Ну, давай, ты», – прошептал он на выдохе.
Стрельба прекратилась. Снайпер вернулся к левой створке окна, чтобы лучше видеть бегущих. Оба секьюрити преодолели половину пути и все еще двигались в слаженном темпе.
План был простым: подрезать одного, сбить с ног другого, а потом заняться парнем с АК74М.
Снайперу не раз приходилось стрелять из СВД по бегущим мишеням. Занятие это хлопотное, меткость ни к черту, но дело свое он доводил до конца. В отчаянной ситуации действовал по обстоятельствам.
Темляк прицелился в первого, выстрелил. Парня отбросило в сторону. Он заступил вперед, схватился за колено, упал. Новым выстрелом ему раскроило черепную коробку. Второму перебило голеностоп. Укрыться он не успел – пуля вошла в позвонки и вскрыла сосуды.
«Молодец», – прошептал снайпер прицелу.
Из-за будки осторожно выглянул старший секьюрити, готовясь выпустить очередную порцию пуль. Темляк уложил его точным выстрелом в голову.
Теперь отходить.
Темляк отбросил винтовку, вскочил, размашисто направился к выходу. Капюшон уверенно лег поверх коротких волос, скрывая лицо. Чердачная дверь, скрипнув пружиной, хлопнула. До верхней площадки звуки не доносились, и тишина снайперу очень не нравилась.
Быстро, не озираясь по сторонам, снайпер преодолел два этажа. На площадке возле мусоропровода он резко притормозил, перегнулся через пластик перил и вытянул шею. Снизу слышался шепот. Медленно, едва касаясь подошвами плит, он преодолел новый пролет. Возле одной из квартир он разглядел парня и девушку лет двадцати, оба курили. Девушка высвободилась из рук приятеля и недоверчиво уставилась на незнакомца.
Не раздумывая, киллер выхватил из-за пояса «Глок». Две пули он отправил в парня, и тот сразу же выключился. Столько же пуль досталось кричащей девчонке.
Глава первая
«Соседняя очередь всегда движется быстрее».
Наблюдение Этторе
Авиалайнер, следовавший из Москвы на Мальдивы, набирал высоту. Место Темляку досталось удобное, «11 А» возле иллюминатора, где бы никто не помешал ему спать, и он прислонился виском к прохладной панели. Тем же рейсом на Мальдивы летел и клиент, который на отдых отправился вместе с женой. Оба сидели в хвосте самолета. В ожидании регистрации Темляк нарочно познакомился с парой, чтобы понять, с кем придется работать.
Взгляд снайпера задержался на затылке тучного, не старого мужчины с короткой бородкой и характерной одышкой. Толстяку доставляло страдание узкое по сравнению с его габаритами кресло. Он пыхтел, поворачивался, чтобы уместиться, но так и не выбрал удобную позу. Рядом располагалось не три кресла, а два, и второго пассажира, спортивного парня с двумя сережками в ухе, зажало между подлокотником и упругим боком соседа.
Вскоре парня пересадили на свободное место. Мужчине принесли переходник для ремня безопасности, чтобы он смог пристегнуться. Тот покряхтел, поразминался, привстал, сел, театрально защелкнул замок на ремне.
Стюардесса громко отчитала его:
– Вы находитесь у аварийного выхода. Все вещи, в том числе сумочки и барсетки, нужно отправить на верхнюю полку.
Место «11 С» занимала стриженая девушка лет двадцати пяти. Темляк рассмотрел ее краем глаза. Рыжеватая челка перехвачена сложенным в ленту платком, поверх которого отсвечивали очки-«авиаторы». Узкое лицо, возле карих глаз легкая сетка морщин. Светлая кожа без изъянов, как будто пассажирка не улетала, а возвращалась с Мальдив. Нос ровный с едва заметным утолщением в переносице и россыпью золотистых веснушек. Полные, яркие губы. Из-за неправильного прикуса рот приоткрыт.
Фигура у девушки была неплохая, и на ней можно было бы сосредоточиться, если бы не яркие лосины «под леопарда» и немыслимый, черный с блестками маникюр. Леопардовый принт отвлекал Темляка от правильного настроя, и он отвернулся, чтобы сквозь облака понаблюдать за исчезающим городом.
– Простите, у вас ведь есть инструмент? – спросила рыжая. – По рукам вижу, что есть.
– У меня нет с собой инструмента, оставил на чердаке, – спокойно и тихо ответил Темляк, но уточнил: – О каком инструменте речь?
– О гитаре, к примеру, – девушка жестом указала на кисть Темляка, – такие пальцы бывают у музыкантов. Или у секретарш. Вы ведь не секретарша? Значит, играете на пианино. Клавишник. Угадала?
Темляк подивился логике рыжей, но разговор поддержал.
– Угадали. Секретаршей никогда не работал. Имею дело с людьми, работа требует выдержки. Пальцы такие с рождения.
– Жаль, – рыжая сникла. – Могли бы мне подыграть.
– Зачем?
– Я неплохо пою.
– У меня нет с собой инструмента, – повторился Темляк. Он был бы рад прекратить разговор, но девушка не сдавалась.
– Вот, – она протянула мобильный, – на фотке Чупи Навас Родригес. Скажите, имя прикольное? И фотка классная, да? Как будто пса на кассе купила вместе с другими продуктами.
На экране мобильного высветилась фотография рыжей чихуахуа, тоскливо глядящей сквозь прутья продуктовой тележки. На дне тележки лежали четыре банки собачьих консервов и бутылка с минеральной водой. Ярким пятном фонил стеллаж с импортной жвачкой. Глаза у собаки были навыкате. Точь-в-точь как у испуганного пацана, которого Темляк подстрелил вместе с подругой. Вчерашних жертв Темляк не жалел, а вот собаку хотелось достать из тележки.
– Я Чупу корону связала. Из тонких ниток, крючком. Потом накрахмалила.
– Вы накрахмалили пса? – спросил Темляк равнодушно.
– Что вы, – рыжая рассмеялась, – корону. Она же из ниток, сама форму не держит. Сейчас покажу.
– Нитки? – прежним тоном осведомился Темляк.
– Фотку! Вы что?
Рыжая указательным пальцем перечеркнула экран, и фотография на экране сменилась. Новый снимок демонстрировал упругую грудь и прижатого к этой груди лупоглазого пса, между ушей которого торчала вязаная корона.
– Фотка – ну просто «вау», скажите?
Девушка отвернулась от Темляка, вскинула вверх руку с айфоном, направив камеру на себя. Послышался короткий щелчок.
– Класс! Теперь осталось запостить селфи в Инстаграмм и дожидаться лайков.
В то время, пока рыжая снимала себя, а заодно и его краем «лопаты», Темляк размышлял, как с ней поступить. Сразу ликвидировать или дождаться посадки в Мале? Рыжая его раздражала. У нее в Айфоне сохранилась его фотография. Через девять часов самолет приземлится. В любом международном аэропорту есть бесплатный вай-фай. Конечно, рыжая сразу же выложит фотографии в социальную сеть.
Глупо даже думать, что можно убить ее на борту. Телефон никак не изъять. Если случайно разбить его, она поднимет скандал. Разумнее дождаться приземления на Мальдивах. Там-то точно будет возможность, Темляк не таких устранял.
– Знаете, Чуп ни в какую не переносит болтанку. Если его не сдавать в отсек для животных, он будет лаять, пока кто-нибудь из пожилых не попросит стюарда выбросить пса из салона. Прикиньте? Вы бы меня за это точно убили. Кстати, меня Кирой зовут. Лечу на Мальдивы, в русский отель.
– Я тоже лечу на Мальдивы и, похоже, в тот же отель. Там и встретимся. А теперь простите, я – спать.
На самом деле Темляк спать и не думал. Сквозь прикрытые веки киллер наблюдал за клиентом. Супруга клиента, Наташа, на вид была простоватой, обычной брюнеткой, из-за активности нетрезвого мужа бывшей не в духе. Олег, в отличие от жены, казался человеком с длинным списком вредных привычек.
В русском отеле, где у Темляка был забронирован номер, должен появиться заказчик. С заказчиком никому видеться не довелось, с ним общался диспетчер. Темляк не до конца понимал, зачем заказчику самому быть на острове, но решил, что с этим как-нибудь разберется.
Сзади в спинку кресла с силой уперлась чья-то нога. Человек надавил, сиденье прогнулось вперед, и по спине снайпера прокатилась резкая боль. Он напрягся, соображая, сколько месяцев не вспоминал старую травму, которая давненько не давала знать о себе. А ведь тогда еще холодно было.
Темляк повернулся, чтобы взглянуть на нахала, им оказался пацан лет шести. С детьми снайпер не воевал.
– Не делай так больше, – свел он брови на переносице.
Пацан хмыкнул, но пинать кресло ногой перестал, вопросительно взглянув на пожилую соседку.
– Не волнуйтесь, ребенок вас больше не побеспокоит. Я прослежу, – пообещала она Темляку. – Знаете, бывает непросто совладать с современными детками. Особенно, когда они растут отдельно от бабушек.
– Да не вопрос, – безразлично отозвался Темляк.
Над пустующим местом склонилась улыбчивая стюардесса. Она обратилась сначала к рыжей девушке, потом к Темляку:
– Простите, место между вами свободно?
Рыжая оторвалась от мобильного телефона:
– Свободно.
Темляк кивнул в подтверждение.
– Сейчас к вам пересядут.
Место «11 В» занял сухощавый мужчина пенсионного возраста, на вид бодрый и крепкий. Мужчина представился Сергеем Антоновичем. Кира переключила внимание с дремавшего снайпера на нового человека. Темляк краем уха слышал их разговор.
– Криков и гама я не терплю, – оправдывался солидный пенсионер, – а в хвосте молодежь разгулялась, того и гляди, что начнут друг друга мутузить. Вот вы, милая девушка, меня понимаете? Стали бы вы весь перелет терпеть этот кошмар? Нашли бы общий язык с неадекватной компанией?
– Смотря где и при каких обстоятельствах. Приличных мужчин – таких, как вы, я уважаю. Пикаперов отшиваю. Кексов в импортных шмотках терплю. Они выпендриваются, но вполне безобидны. Первокурсники и школота надоели. Ваши – что-то среднее между кексами и школотой.
Темляк отметил с неудовольствием, что, возможно, Сергей Антонович – московский чинуша из мусорских. Мусора, а они Темляку встречались время от времени, не вызывали у киллера добрых эмоций.
Слушать дальше разговор Киры с пенсионером снайпер не стал, решив, что интереснее полистать в смартфоне фотографии темляков, которые он загрузил в девайс с форума любителей мобильных устройств. Тема форума называлась «А давайте выпендриваться темляками?». Темляки на фотографиях были сплетены из яркого паракорда: оранжевого в сочетании с желтым, серым и черным. Любители темляков выбрали годные сочетания цвета, но узлы в плетенках снайперу казались слишком простыми.
Темляк, болтавшийся у снайпера на смартфоне, получился крупнее и выразительнее, чем на его же мобильнике, его отменно сплели способом «змейка»: центральный шнур обвивался оранжевым и коричневым паракордом; с одной стороны «колоска» череп из стали, с другой, свободной, продолговатый зажим. К отверстию корпуса череп крепился короткой цепочкой.
Рядом Кира объясняла Сергею Антоновичу разницу между «кексами» и «пикаперами». «Кексы, – говорила она, – это знакомые парни. Пикаперы – парни незнакомые, но озабоченные. Их нельзя перепутать». Не выдержав, Темляк снова уткнулся в смартфон, чтобы почитать о высокоточной стрельбе.
Сквозь кучевые облака просматривалась россыпь небольших островов: голубые пятна лагун, окруженные изумрудной обвязкой кораллов. Самолет пробил крупное облако, и Темляку открылась впечатляющая перспектива: длинные волны вырастали одна за другой, вальяжно катились к берегу протяженного острова, где, сливаясь, образовывали белую ленту прибоя. Снайпер решил, что только ради этого зрелища стоило слетать на Мале.
Самолет шел на посадку. Из-под крыла вынырнул крупный остров с многоэтажными зданиями и поодаль другой – пустынный, заросший кустарником. Океан стремительно приближался. Казалось, что шасси вот-вот коснутся воды. Кто-то выкрикнул: «Мы садимся на воду!». За несколько секунд до касания слева появился зеленый газон.
Машина аккуратно соприкоснулась с землей.
Из динамиков послышался низкий голос стюарда: «Дамы и господа! Наш самолет произвел посадку в Мале. Просим вас оставаться на своих местах и не размещать вещей в проходах. Как только погаснет световое табло, вы сможете расстегнуть ремни безопасности. Температура воздуха в Мале 32 градуса по Цельсию. Местное время 16 часов 27 минут. Желаем вам удачного дня!». Стюард повторил текст еще на двух языках.
– А по Москве 16:27 это сколько? – рыжая прикоснулась к часам.
– Меньше на час, – отозвался сосед Темляка.
Пассажиры с воодушевлением зааплодировали. Из хвостовой части салона – оттуда, где бойко галдела подвыпившая молодежь, – донеслось: «Можете отстегнуть ремни и расслабиться. Вы находитесь в Мекке мирового дайвинга. Аллилуйя неспешному туризму!»
Паспортный контроль Темляк прошел одним из последних. Все это время он следил за рыжей соседкой, но та с поразительной легкостью миновала проверки и исчезла в толпе.
В центре зала группу дожидался загорелый улыбчивый гид. Над головой он держал картонку с надписью «Sun&Ocean Spa». Темляк слышал, что владельцы отеля – московские воротилы, поднявшиеся на торговле бензином. Почему отель не назвали по-русски, если через московское турагентство поставляли только российских туристов?
Гида окружала толпа, девять или десять человек разного возраста. Олега, его жену Наташу и Сергея Антоновича Темляк уже знал. Молодую блондинку с правильными чертами лица видел впервые. Лысеющего мужичка лет сорока пяти приметил за шторками бизнес класса. Спортивного мужчину в майке с американской символикой видел на борту в компании худенькой стюардессы, которая точь-в-точь походила на убитую им накануне в подъезде.
Киру он не заметил. По расчетам снайпера, она вот-вот могла появиться, ведь первой прошла паспортный контроль. «Если пса раздавило чемоданами во время разгрузки, Кира надолго задержится», – думал Темляк.
Он пробрался сквозь толпу и подошел к гиду, чтобы назваться. В блокноте гид поставил галочку возле фамилии Темляка, а потом протянул ему руку:
– Илья. Буду сопровождать всех до отеля. Если захотите, на острове научу вас нырять с аквалангом. Здесь я инструктор по дайвингу. Раньше вы когда-нибудь погружались?
– Не мое это. Подводным миром не увлекаюсь, – отрезал Темляк.
Показалась Кира. Одной рукой она катила по полу большой оранжевый чемодан, в другой несла переноску для мелких собак. С плеча Киры свисала сумочка на крупной золотистой цепочке. Пса не было видно.
Пожилая дама с некрасивым лицом, одетая в облегающий фигуру белый костюм, с вызовом бросила девушке:
– Где вы были? Видите, все собрались.
Кира ей ответила кратко:
– В туалете.
– Могли бы поторопиться. Люди ждали вас пятнадцать минут!
Илья пропустил угрюмую даму вперед, наклонив кудрявую голову:
– В пути наверстаем. Попрошу всех двигаться к катеру. Не забывайте багаж.
Он принял из женских рук чемоданы и поспешил к стеклянным дверям, которые при его приближении плавно разъехались в стороны. Темляк подхватил спортивную сумку и двинулся вслед за Ильей. Его примеру последовали остальные.
На пристани, в длинном ряду комфортабельных катеров, Илья отыскал большую моторную лодку. Глянцевые бока лодки покрывала тонкая пленка воды – лодка проделала долгий путь, прежде чем пришвартоваться в порту.
– Высаживал кое-кого из обслуги в Мале, – уточнил Илья, улыбаясь.
Попасть на лодку можно было с кормы, с небольшой площадки, которая вела в крытый брезентом салон. Из центра площадки торчал длинный, покрашенный синей краской рычаг.
Илья помог женщине подняться на борт. Обе девушки быстро прошмыгнули за ней в сопровождении невысокого шустрого человека с квадратной сумкой через плечо и чемоданами, среди которых снайпер признал чемодан рыжей девушки Киры.
Все четверо сели на лавку, идущую вдоль правого борта. Кира отодвинулась от измученной дамы, поправив на коленях сумку-переноску, освободившееся место занял Сергей Антонович. Темляк пропустил вперед Олега с Наташей, и они устроились подальше от кормы, заняв свободную лавку. К ним пересела Элла Рудольфовна, пожаловавшись, что справа ей сидеть неудобно. Сам Темляк уселся по соседству с Кирой, но совсем близко к корме. Он все еще надеялся выкрасть у девушки телефон в тот момент, когда она отвлечется. Место напротив Темляка досталось мускулистому парню в клетчатых шортах.
Когда Илья убедился, что группа попала на борт, он сразу же занял место возле длинного рычага, взяв на себя обязанности рулевого. Мотор взревел, и лодка заскользила по водной поверхности, обдавая пассажиров крупными брызгами. Из-за встречного ветра под навесом стало прохладнее.
– Смотрите, смотрите! – крикнула Кира, указав в направлении синей лодки с загнутым носом, – что там такое?
– Это «дони», рыбацкая лодка коренного народа Мальдив, – ответил Илья. – Здесь все лодки называются «дони». До появления в этих местах катеров «дони» были единственным средством передвижения от острова к острову.
Илья попросил каждого представиться и рассказать о себе.
Первым на предложение гида отозвался клиент Темляка:
– Я – Олег. А это моя супруга Наташа. К нам можно сразу «на ты». Мы риэлторы, занимаемся обменом квартир. Здесь ведь все москвичи? Если надумаете менять квартиру, обращайтесь, поможем.
– Сергей Антонович Несчастливцев. Буду признателен, если станете обращаться ко мне «на вы» и по имени-отчеству. А эта милая девушка рядом со мной – Кира. Она, насколько я успел с ней познакомиться, не работает.
– Вы муж и жена? – поинтересовалась Элла Рудольфовна.
– Нет, мы не супруги. Познакомились в самолете.
Послышался бодрый мужской тенорок. Обладателем голоса оказался коренастый человек с коротко стриженными, редкими волосами и в майке с футбольной символикой.
–Толик, – он одарил компанию ясной улыбкой. – Со мной, пожалуйста, не церемоньтесь. Я человек не навязчивый, мирный. Работаю менеджером. В свободное время вместе с другом устраиваю вечеринки. Только не просите меня провести вечеринку на острове. Я здесь на отдыхе, а на отдыхе какая работа?
– Можно вас звать по фамилии? – спросила Элла Рудольфовна.
Он согласился:
– Можно и по фамилии. Павлов. А вас?
– Шацкая. Не обижаюсь, если ко мне так обращаются. Вы, молодые, любите краткость.
– Викентий, тренер по бодибилдингу. Для девушек – Вик, – представился парень в клетчатых шортах, мышцы на торсе Викентия стали рельефнее. Он беззастенчиво разглядывал сидевшую у правого борта блондинку.
– Меня Таей зовут, – тихо сказала блондинка. – Тая – значит, Таисия. Моя специальность – арт-байер.
– Переведите на русский, иначе никому не понятно, чем вы занимаетесь, – попросила Шацкая.
– Арт-байер отвечает за рекламный проект. Например, клиенту нужны плакаты, чтобы разместить их в метро или на автобусных остановках. Клиент обращается к нашему арт-директору с определенными пожеланиями, озвучивает то, что хочет иметь, и выделяет на это определенную сумму. Моя задача – сколотить команду из фотографов или иллюстраторов, работа которых удовлетворяла бы вкусам клиента. Бывает, что мы работаем через агентство, так гораздо удобнее. Я слежу за соблюдением сроков, помогаю сдать работу в том виде, в котором ее примет заказчик. Финансовая сторона вопроса также в моей компетенции.
Пассажиры одобрительно зашептались. По спокойному, уверенному рассказу девушки Темляк сделал вывод, что она обладает совсем не женскими качествами, и что вся она: ее прямой и открытый взгляд, длинные волосы, прихваченные сверху очками в форме сердечек, выгоревшая майка с американской символикой, рваные шорты и белые кеды, – лишь ширма, за которой скрывается человек зрелый и весьма сведущий в житейских вопросах.
– К вам как обращаться? – поинтересовался у Темляка Несчастливцев.
– Называйте меня по фамилии. Темляк – это как кличка. Я на нее отзываюсь.
Из-за правого борта выплыл пустынный остров с пальмами и белым песком. Катер шел вдоль мелководья, и в воде можно было разглядеть рыб и кораллы.
Кира расстегнула сумку, и из нее неохотно выбрался пес – вялый, измученный долгой поездкой. Короткий поводок натянулся, не позволяя ему далеко отбежать.
Рыжий гид удивленно взглянул на обоих, но промолчал. Наташа спросила:
– Вам удалось пронести пса мимо таможни? Но как? Сюда вообще-то с собаками не пускают.
– Знаю, – спокойно ответила Кира. – В обход закона, разумеется. Чупа пришлось везти гидропланом из Ланки. Туда он прилетел с дрессировщиком, который учил его плавать. Не слишком большая проблема, если есть связи и деньги.
– Но ради чего? – вмешалась Шацкая. – К чему мучить животное?
– Без Чупа я отдыхать не летаю. Он проспал всю дорогу и попросту ничего не заметил. Вряд ли он мучился.
Миновав место, где коралл обрывался, а лазурь сменилась пугающей синевой, катер повернул вправо и слегка накренился. Собачка Киры громко залаяла. Кира перегнулась через борт, дотянулась рукой до брызг, зачерпнув ладонью немного воды. Собачка, громко чихнув, эту воду пить отказалась.
– Вода соленая. Как же быть? – расстроилась Кира. – Нужно же было запастись минералкой!
– Возьмите, – Викентий протянул Кире полупустую пластиковую бутылку с бегущим спортсменом на этикетке.
Кира несколько раз приложилась к горлышку, после чего налила воду в ладонь и сполоснула лицо.
– Невыносимо жарко, – забыв о собачке, сообщила она и сразу же громко спросила, – кто-нибудь еще хочет воды?
Воду попросила Элла Рудольфовна. Женщина выглядела уставшей и недовольной, утомленной многочасовым перелетом, как будто жара стала причиной ее внезапного недомогания. Темляк был готов на что угодно поспорить, что, спасаясь от зноя, она вскоре покинет отель, чтобы отправиться отдыхать в Альпийское высокогорье.
Необитаемый остров остался далеко позади. Катер проплывал мимо извилистой песчаной отмели, скрытой под тонким слоем воды. Океан в этом месте напоминал диковинный калейдоскоп, в котором оттенки синего соседствовали с изумрудным цветом воды над белесыми зонами мелководья. Илье приходилось лавировать между кораллами, и от такой гонки с препятствиями Шацкая чувствовала сильное головокружение.
Илья решил подбодрить пассажиров:
– Потерпите еще минут пять. Я и так срезал приличный участок, чтобы быстрее добраться.
Суша, к которой мчалась лодка, появилась поблизости после очередного маневра Ильи. Это был средних размеров остров с возвышенностью, большую часть которого занимал длинный песчаный пляж, постепенно переходящий в такое же протяженное мелководье, в конце которого виднелся крошечный островок.
Темляк с некоторым беспокойством отметил, что до островка сейчас никак не добраться. Придется дожидаться отлива, когда обнажится песчаная отмель. Хорошо бы Темляку поскорее туда наведаться, но не для засады, а из любопытства.
Павлов извлек из заплечного рюкзака увесистый «Никон» с мощной оптикой и широким дисплеем. Место рядом с Олегом никто так и не занял, и Павлов, не спросясь, там разместился. Олег не возражал против такого соседства. Профессиональный инвентарь обычно вызывал у него чувство, близкое к зависти. «Никон» Толика напомнил Олегу о желании обзавестись хорошей камерой для подводной съемки, чтобы поснимать скатов или акул.
Впереди раскинулась панорама, от взгляда на которую хотелось всю жизнь проваляться на пляже: буйная зелень кустарников, длинные пальмы, несколько одинаковых с виду бунгало и мягкий песок возле прозрачной воды на отрезанном от цивилизации острове.
– Ого, какой объектив! – присвистнул Олег. – Занимаетесь фотографией?
– Какое там,– откликнулся Павлов. – Эту камеру на время поездки мне отдал мой друг. Но с условием, чтобы привез фотографий, побольше. «Не забудь отснять панорамные фотографии острова, – наставлял меня он, – без них обратно не возвращайся. Прямо с катера и снимай». Такой вот чудак. В камере имеются автоматические настройки. Можно за короткое время нащелкать много похожих кадров, а потом лишнее удалить.
Павлов отыскал в меню фотокамеры нужный режим, слегка отодвинул камеру, чтобы увидеть изображение на большом ярком дисплее. Камера издала несколько резких щелчков и затихла. Он повторил операцию снова.
– Друг будет доволен. Не поверит, что такое бывает без фотошопа.
– Лучше снимать с близкого расстояния, – посоветовал ему Олег дружелюбно. – Чем ближе, тем удачнее ракурс. Захватите пирс, пляж и тот небольшой островок.
Пассажиры дружно столпились вдоль правого борта. Кира достала мобильный и, под неодобрительный взгляд Темляка, увековечила себя на фоне пальм и песка. Олег успел поснимать видео на планшет, пока девайс не отобрала Наташа с громким криком: «Утопишь, убью!». Страх расстаться с недешевой игрушкой не помешал ей продолжить снимать плавающих над кораллами рыб. Викентий был единственным обладателем компактной видеокамеры, на которую записывал все, что происходило на катере. Моделью для его короткого фильма служила блондинка. Тая делала вид, что не замечает знаков внимания. Элла Рудольфовна вместе с Сергеем Антоновичем наблюдала за девушками.
Приближался причал. Вскоре лодка нежно соприкоснулась с дощатым краем и замерла. Илья спрыгнул на доски, привязал канат стопорной петлей к ближайшему кнехту. Взяв чемоданы, пассажиры неторопливо покинули катер.
– Прошу всех следовать к корпусу администрации, – весело выкрикнул гид. – В лобби есть несколько бутылок шампанского и коробка конфет. Персонала сегодня не будет. На острове мы одни, поэтому никто нам не помешает устроить вечеринку первого дня. Просьба сразу после заката подойти в ресторан.
– А здесь всегда так жарко и влажно? – спросила Кира, вытирая глаза. – У меня тушь потекла, и хочется пить. Надеюсь, от жажды мы не умрем?