bannerbannerbanner
Название книги:

Недоразумение на боевом факультете. Книга 1

Автор:
Лана Ларсон
Недоразумение на боевом факультете. Книга 1

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 1

Ба-бам!

– Ника, прекрати сейчас же крушить свою комнату! В третий раз ремонт делать не будем, так и знай. Спалишь мебель – будешь жить на чердаке.

– Договорились, – откликнулась я, вставая с пола. Отряхнула испачканную в пепле ночнушку, отбросила очередную испорченную свечу в сторону и вернулась к своему занятию.

Снизу донеслось что-то нечленораздельное и, скорее всего, адресованное в мой адрес, но я не обратила на это внимания. Подумаешь, в первый раз что ли ругаются? Лучше сосредоточусь на свечке, которая вместо того, чтобы просто зажечься, снова упорно старалась взорваться.

Хм, и что я опять делаю не так?

Я всегда любила магию. С самого детства.

Всегда с восторгом и замиранием сердца смотрела на родителей и старшего брата, которые прекрасно управляли своими стихиями. Мама у меня водница, способная создать целое озеро в пустыне. Отец – маг земли. Нет, он не копается в ней, как травники или ботаники, скорее, он гору с места сдвинет, чем полезет руки марать. Брат… Эх, Барт у нас огненный элементаль.

Тут я даже говорить ничего не хочу.

Красавец, умница (или, скорее, умник) и отличник, которого нахваливают магистры и обожают одногруппники. Звезда факультета, гордость академии и прочее, и прочее, и прочее…

Ну, вот, не хотела, но всё-таки сказала. И снова всё хвала про Барта, будь он неладен. И ведь родители туда же:

– Ника, бери с Барта пример.

– Ника, у Барта прекрасно получаются заклинания, учись у него.

– Ника, не мешай Барту тренироваться, не отвлекай его болтовней и всякой ерундой.

– Ника, Барт то… Ника, Барт сё…

И так практически каждый день.

Да я и не отвлекала его, а просто смотрела. Ну, хорошо – подсматривала, как он тренируется магии и вытворяет из огня что-то невероятное, начиная от боевых заклинаний и заканчивая огромным огненным цветком.

Вот это красота.

Я была бы рада у него поучиться, очень-очень, но ведь он зазнался, зараза такая, не хочет отстающую младшую сестру даже элементарному научить. Например, вот свечу зажечь. Просто зажечь, а не спалить полдома.

Но, в общем-то, он нормальный был. Когда не зазнавался. И даже дельный совет мог дать, и подсказать что-то. Да вот только такие всплески доброй воли у него не особо часть случались. А я… а у меня вот вообще непонятно какой дар. Если вообще он у меня есть. Хотя вроде бы и есть, но какой-то странный.

Просто с самого детства, за чтобы я не ухватилась – ничего не получалось. Пыталась управлять водой, как мама, так чуть не затопила целый городок, в котором мы жили. Хотела быть, как папа – землекоп… эм, магом земли, так город чуть под эту самую землю и не ушел. Пыталась совладать с воздухом и… думаю, и так понятно, что налетел ураган, да? Про огонь вообще мне сказали даже не заикаться, как и про боевую магию.

Эх, боевая магия… мечта, да и только. Но ей так и суждено остаться только мечтой, так как я была просто ходячей катастрофой.

Если я бралась за создание какого-то зелья, то оно обязательно становилось ядовитым. Нет, вы не думайте, на тот свет я еще никого не отправила. Наверное. Просто у людей могли вырасти рога… например. Или становилась зеленая кожа, как у орков. А один раз человек сильно «раздулся» и стал легким-прелегким, совсем, как всем знакомая тетя из Гарри Поттера. Только вот Гарри там сделал это специально, а я…

Упс, так получилось.

В общем, либо зелье кого-нибудь травило, либо разъедало поверхность, причем даже из твердых пород, либо искажало любой живой объект до неузнаваемости, то есть могло сделать из кота бегемота. Но это если в двух словах. Бегемоты у нас не водятся, зато вместо них есть существа пострашнее. Вот в одно из них простой и милый соседский котик однажды и превратился, с моей подачи. И чуть не сожрал хозяйку.

А что я? Я не виновата, что он по чужим домам лазать любит и есть всё подряд. Насильно в него никто зелье не вливал, он сам его вылакал.

Но обвинили всё равно меня.

А ещё элементарное и очень даже простое зелье ускорения роста в обязательном порядке становилось вот совсем непростым и не очень безобидным. Так что любое растение, которое я им поливала, запросто могло обратиться в какую-нибудь Венерину мухоловку, которая с удовольствием сожрет… нет, не мух, а соседского кота, например. И вот что интересно, что его жрет растение, а обвиняют в этом снова меня.

Несправедливо!

Ага, еще и обидно. Барт вон в академии учится, магию постигает, а я тут сижу в простом городишке, буквально запертая в доме и если выхожу на улицу, то всё жители шарахаются от меня, как от чумы и обходят десятой дорогой, если увидят. А ведь я общительная. И очень добрая.

Честно-честно!

Про то, чтобы быть лекарем или хотя бы травницей, не шло даже и речи. Со стороны родителей, конечно. С моей стороны это предложение прозвучало. Однажды.

– Если не хочешь перетравить всех в округе, разбудить вулкан или поднять нас всех на воздух, то даже и не мечтай поступать в Академию магии! – строго вещал папа еще два года назад, когда я, став совершеннолетней по магическим меркам, то есть в свои шестнадцать, намекнула на обучение. – Твой удел сидеть дома и постигать науку мира людей. Безмагического мира! Вместо академии будешь поступать в Университет, так что лучше готовься к людским экзаменам. Надеюсь, хоть в том мире от тебя меньше бед будет.

Я тогда насупилась, жутко обиделась и не выходила из своей комнаты целых три дня, объявив ко всему прочему еще и голодовку.

Но голодовка была официальной информацией для родных, а на самом деле я задалась целью найти и взять под контроль свой странный, непонятный и, скорее всего, спящий дар, чтобы не поступать в людской Университет. Правда, вот уже два года всё было безуспешно. Ну, почти. Дар всё же пробудился, но как-то не так. Он словно сходил с ума и не мог понять, что ему делать.

А заодно и мне.

У меня и раньше были проблемы с контролем неполноценной силы, а теперь возникало ощущение, что она вообще перестала меня слушаться. Постоянно норовила устроить какую-нибудь пакость. У меня в руках начали взрываться зелья, вода вскипала от одного прикосновения, а элементарная и очень простая попытка зажечь свечу всегда заканчивалась взрывом.

Вот как сейчас.

Родители пытались понять, что со мной не так. Почему моя магия сходит с ума, но так ничего и не нашли. Как и лекари нашего мира. Они только разводили руками и качали головой, словно ничего большего, кроме как ограничить дар, сделать не могут. А больше ни к кому мы не обращались.

Так что поступить всё же пришлось, как и отучиться целых два года на факультете юриспруденции Университета дружбы народов, будь он неладен. Я ведь, по легенде, была с далекой Англии. Благо, фамилия подходящая и никто из одногруппников не догадался, что я не из этой самой Англии, холодной и мрачной, а с Дарлинии, солнечной, цветущей и наполненной магией. Родителям пришлось нацепить на меня ограничительные браслеты, чтобы я ненароком никого не взорвала, так что вреда окружению я не принесла.

А иногда так хотелось.

Особенно, когда парни-студенты очень красноречиво и нагло начинали приставать к хрупкой, невысокой блондинке с огромными голубыми глазами. Такой беззащитной на вид, что желающих «пригласить на свидание» с каждым месяцем становилось всё больше и больше. Хорошо, хоть Барт не был таким уж вредным придурком и, как только узнал, что ко мне пристают, подарил один артефакт, способный увеличивать силу удара.

С виду простой маленький, черный камень с тонкими, красными волнообразными линиями. Ничем не примечательный, совершенно обычный, но благодаря ему сила удара хрупкой девушки возрастала раз в десять. Так что после одной сломанной челюсти, одного перелома ребер, пары сломанных рук и потенциального кастрата в лице особо наглого парня ко мне перестали лезть с непристойными предложениями.

Я повесила камушек на цепочку и теперь носила в виде браслета. Но, к моему огромному сожалению, из учебного заведения меня так и не забрали. И не отчислили. Так что мне всё равно приходится изучать всё эти термины, законы и всю остальную ерунду.

«Право интеллектуальной собственности. Альтернативное урегулирование споров. Наследственное право…» – вот на фига оно мне все, а?

Поэтому я не сдавалась и упорно продолжала тренировать и развивать свой дар. Жаль, что только летом, когда прибывала в родную Дарлинию на каникулы. Сначала занималась в тайне от родителей, но затем, когда снесла полстены в своей комнате (случайно, конечно же), стала продолжать тренировки под их бурное ворчание и с обязательным контролем.

Вот прям, как сейчас, ага.

– Ника, я кому сказала прекращать свои эксперименты, – снова донеслось грозное обращение мамы.

– Ага, сейчас-сейчас, – крикнула в ответ и затем уже чуть тише добавила, – Сейчас, только свечку эту противную зажгу и сразу прекращу. На сегодня.

Хоуп, моя совушка умненькая, любимая, которую я тоже слегка «переделала», моргнула своими огромными глазищами и предусмотрительно отодвинулась на противоположный конец шкафа, от меня и от свечи подальше. Она ведь, ну, никак не хотела нормально зажигаться и, значит, нового взрыва не миновать.

А я ведь старалась.

Вот нутром чувствовала, что у меня обязательно должна быть огненная магия! Ну, не просто же так вокруг меня всё в последнее время взрывается, да? Так что я шумно вздохнула, поправила выбившийся светлый локон из пучка и вновь склонилась над многострадальной свечкой.

– Ну, давай уже, зажигайся, – проворчала я, колдуя над ней. Взрывы-то у меня получались и очень даже неплохо, но ведь неконтролируемые же! А так не должно быть. И ещё не получались простые заклинания. Я бы даже сказала наипростейшие, вроде зажечь свечу, как сейчас.

Подождите вот, кажется, фитилек немного заискрился. Точно! Вот, я же вижу, он начал тлеть. Значит, у меня получилось, да? И только я хотела обрадоваться своему успеху, как вновь с руки сорвалось нечто и смело меня в одну сторону, а стол с многострадальной свечкой, свитками и книгами в другую.

 

– Да что ж такое, – проворчала обиженно.

– Да что же это такое? – прогремело снизу грозное, и я поняла, что на сегодня точно надо заканчивать.

Ладно, продолжу завтра. Может, в горы пойду, подальше ото всех и там потренируюсь. Главное – обвал там не сделать.

А сейчас я поднялась, вновь отряхнула запачканную от недавнего взрыва короткую, ещё полчаса назад белую ночнушку, и принялась поднимать перевернутый стол с книгами. Эх, помогли бы хоть, дубовый стол метр в длину не так-то просто поднимать хрупкой девушке. Но я лучше сама раскорячусь, чем позволю папе увидеть, что я тут вновь учудила.

Барт, может, и помог бы бескорыстно. И даже родителям ничего не сказал, но вновь выслушивать его подколы от моего провала я была не готова, так что обойдусь без посторонней помощи.

Справившись кое-как со столом, я принялась за книги и свитки. Разложила их по поверхности, сложила аккуратными стопками и хотела уже идти умываться, как взгляд зацепился за один свиток, оставшийся лежать на полу. Вроде бы такой же, вернее, похожий на всё остальные, но всё же неуловимо другой. Более маленький, аккуратный и с интересной кисточкой на конце бечевки, которой он был обвязан. У нас таких точно не было.

– Так, а это что у нас тут? – проговорила заинтересованно, разворачивая его и пытаясь понять, что это за бумага такая, мягкая и гладкая, словно шелк. А еще тонкая, как пергамент, так что я (со своей везучестью) изо всех сил старалась не разорвать его. По крайней мере, сразу.

Приветствую тебя, будущий маг!

Если ты читаешь эти строки, значит, в тебе есть кусочек нашего мира – магическая искра Ильсарры и артефакт-искатель избрал тебя для обучения в Великой межмировой академии Изумруд.

Условия очень просты: ты сам выбираешь свой путь. Как только за тобой закроется дверь, для тебя начнется новая, совершенно непривычная жизнь, полная приключений, тайн и загадок. Ты пройдешь опасное испытание, подготовленное нашими наставниками, и раскроешь свой дар или вернешься к скучному, обыденному существованию…

Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести.

Если ты готов – просто порви конверт. И да помогут тебе священные звезды Ильсарры!

После этих строк по всему дому раздался громкий визг.

Глава 2

– Ника, что случилось? – в комнату вбежали перепуганные родители вместе с братом и приготовленными боевыми пульсарами наперевес.

Может, думали застать тут жуткого монстра, которого я сама же и сотворила, но застали только меня, счастливо скачущую по всей комнате:

– Меня пригласили. Пригласили! Меня позвали учиться в ВАИ!

Я продолжала радоваться и буквально летать по комнате от переполняющих меня чувств. В это письме, в это маленьком клочке пергамента были самые заветные слова, которые я ждала два года. И сейчас я была вне себя от счастья.

– Подожди, Ника, объясни толком, что происходит? Куда тебя приняли? – нахмурилась мама, заглушая небольшой водный шарик, парящий над рукой.

Я подбежала к застывшим родителям и сунула им в руки заветный свиток, а заодно обняла.

– ВАИ. Вы представляете, меня пригласили в межмировую академию! Я буду учиться магии. Магии, как я и мечтала! Я, наконец, смогу обуздать свою магию и не будет этих спонтанных выбросов. Я буду, как все, представляете?

Моему счастью не было предела, но вот родители, похоже, его вот вообще не разделяли. По крайней мере, папа. Он заглушил… нет, не шар с землёй, как можно было бы подумать, а шар, похожий на сгустки молнии и вновь перевел взгляд на письмо. Я же не обращала внимания на эту хмурость, а с лучезарной улыбкой повернулась к брату:

– Барт, я научусь управлять своей магией, представляешь? Я буду настоящим магом, как ты! – я подскочила к нему и буквально повисла на шее.

– Эй, полегче, – прохрипел он, пригибаясь, – Ты хоть и мелкая, но не забывай о моем подарке. Ты же сейчас меня задушишь.

– Ой, прости, – улыбнулась я и чмокнула его в щеку, – Я не хотела, так получилось.

Точно, я же совсем забыла о черном агате, подаренном для увеличения силы. Даже не думала, что простое объятие тоже может быть усилено. Надо запомнить, чтоб в академии ненароком никого не придушить.

Брат, в отличие от родителей, улыбался, хоть и выглядел ошарашенным. Но мне некогда было вникать в подробности, так что я отскочила от него и задумалась.

– Так, в письме написано, что я могу унести с собой только то, что будет в руках, значит, нужно собрать всё самое необходимое. А что мне понадобится в академии? Правильно, одежда. Так, мне нужна одежда.

Я подскочила к своему шкафу и выудила оттуда сумку, с которой обычно уезжала в универ. Небольшая, но вместительная. Она точно должна была поместиться у меня в руках. Конечно, если не набивать её под завязку.

– Джинсы? Да, джинсы нужны обязательно. И лучше пары три, про запас. Юбки? Нет, зачем они мне? А вот джемпера и свитера точно понадобятся. Практично и удобно. Намного лучше, чем те же блузки, – я буквально вытряхивала содержимое своего шкафа, отбрасывая в сторону то, что не нужно и закидывая в сумку все, что необходимо. По моему мнению. – Так, мне ещё средства личной гигиены нужны, вот прямо обязательно. Как я буду без них?

Я бросилась в ванную комнату, начала сгребать оттуда всё необходимое, оставив стоять сзади себя ошарашенных родителей.

– Так, щетка, резинки, заколки, – перечисляла я, закидывая в сумку всё свое добро, – паста, полотенце… нет, оно точно не нужно, шампунь…

– Ты никуда не поедешь.

– … гель для душа, скрабы и… Что ты сказал? – до меня только дошел смысл сказанных слов, после чего я ошарашено обернулась.

– Ты никуда не едешь, Ника, – хмуро повторил отец, свернул пергамент с моим приглашением и спрятал его в карман халата. А вид при этом сделал такой, словно в руках у него ничего и не было. Совсем.

Та-ак, и как это понимать?

Я скинула всё добро, которое успела сгрести из ванной комнаты в сумку, смахнула упавшую на лоб прядку волос, уперла руки в бока и не менее грозно посмотрела на родителя.

– Можно узнать, почему я не могу туда поехать?

– Тебе не место в академии, Ника, – будничным тоном проговорил родитель. – По крайней мере, не с твоей нестабильной магией. Ты же разнесешь её в щепки, а нам с твоей мамой потом всё это разгребать и краснеть перед преподавателями. К тому же, я не хочу, чтобы моя дочь училась с непонятными монстрами.

– Подожди, Ральф, давай всё обсудим, – встряла мама. Только она умела быстро и непринужденно успокоить разбушевавшегося отца.

Водница, этим всё сказано.

Я же насупилась, села на кровать и захлопнула рот. Вот так всегда, только я собиралась разразиться гневной тирадой, как меня перебили. Теперь, пока они не поговорят, не поспорят, встревать к ним в разговор было бесполезно.

– Может, всё не так плохо и наша девочка, наконец, сможет совладать со своей магией.

– Только не в этой академии, – хмуро сказал отец, – там учатся люди и нелюди со всех уголков нашего необъятного мира. Со всех уголков Вселенной. Кого там только нет: эльфы, драконы, дроу, ведьмы, русалки… Русалки, Верона! Вот как эти существа будут учиться? Как ходить по академии?

– Какая разница, как они будут ходить? – улыбнулась мама. – Главное, что Ника у нас нормальная, с двумя ногами, двумя руками и головой. За нее переживать надо, а не за каких-то там русалок.

– На счёт головы я бы поспорил, – всё так же хмуро заметил отец и взглянул в мою сторону, – она же там камня на камне не оставит…

Нормально, да?

Я сидела на кровати, подтянув к себе ноги, и с тоской наблюдала за спорящими родителями.

Эх, вот так всегда. Они, значит, на меня ярлыков навешали, причину таких всплесков не нашли и решили проблему просто: нет магии – нет проблемы. Нацепили на меня ограничители и довольны. Хорошо, что хоть сейчас основную часть сняли, оставив только один, который помогает мне не разнести дом к чертовой бабушке. А я не хочу жить среди обычных людей, я хочу учиться магии! И снять эти оковы, будь они неладны.

Пока они продолжали спорить, я решила потихоньку дособирать сумку.

Сделала знак своей совушке, чтобы та попыталась выкрасть заветный пергамент из кармана родителя и продолжила упаковываться. Она у меня маленькая, незаметная… иногда бывает. Но по большей части такая же бедовая, как и я. Однако я всё равно её обожаю, лапочку пернатую.

– Сбежать хочешь? – раздалось тихо над ухом. От неожиданности я подпрыгнула и нечаянно заехала локтем в живот одному вредному парню, не заметив подкравшегося сзади брата.

– А ты бы не сбежал? Или предпочел бы всю жизнь сидеть здесь, под надзором? – проворчала я и продолжила собираться, пока скрючившийся в три погибели Барт хватал ртом воздух. Просто заехала я рукой, на которой красовался подаренный им же артефакт, увеличивающий силу. Ну, ничего, может, пугать перестанет. – А лучше, прожить жизнь вдали от магии вообще, как это прочат мне.

Сказала и сама же скривилась.

Нет уж, не хочу я сидеть тут всю жизнь. Не хочу и не буду. Если так не отпустят, тогда сбегу.

– Сбежал бы, конечно, – прохрипел он, потирая ушибленное место и присаживаясь рядом. – Поэтому я и здесь. Я же тебя прекрасно знаю, Ника. Если ты чего-то захотела, то будешь добиваться желаемого любой ценой, – замолчал и продолжил задумчиво, – иногда даже в счёт целостности дома, здоровья окружающих, нервных клеток родителей… – у меня даже глаза на лоб полезли от таких откровений. Ну, это он утрирует. Совсем чуть-чуть, – …и в этот раз я тебе помогу.

Я удивленно изогнула брови и посмотрела на своего сегодня уж очень странного братца. Обычно он и близко ко мне подходить не любит, а тут еще и помощь предлагает.

– И чем же? – спросила осторожно и даже перестала складывать вещи.

– Просто помогу тебе отправиться в академию, – улыбнувшись, ответил он. – Даже несмотря на протест родителей. Хотя протестует тут только папа…

Мы одновременно повернули головы на всё еще спорящих предков и синхронно вздохнули.

– … А я тебе говорю, Верона, что Нике не место в этой академии! – продолжал ругаться отец. – Ты хоть знаешь, что это за академия? Ты не бывала там и Ника туда не поедет. Она может не вернуться.

– Не знаю, но ты сейчас говоришь глупости, – спокойно отозвалась мама. – Это просто академия. Одна из многих. Она находится на перекрестке миров, далеко от нас, поэтому и баек ходит не мало, а на самом деле…

Да, папа у нас любил отстаивать свою точку зрения. Упрется, как гора, и фиг с места сдвинешь. Магия земли ему определенно подходит.

Я перестала вслушиваться, так как время поджимало. Если я сейчас просижу просто так, то в академию я попаду без вещей. Главное – вообще туда попасть, письмо так и лежит в кармане у папы. Взглянув еще раз на Хоуп, я одним взглядом поторопила её выудить заветный пергамент и вновь вернулась к сумке.

– Так, джинсы, кофты, белье есть, – ворчала себе под нос, вспоминая, всё ли взяла, – зубная щетка, ботинки, куртка… бли-и-ин, куртка с обувью внизу находятся, – простонала вполголоса и нахмурилась.

Вот как мне незаметно дойти до коридора и забрать вещи? Повернулась к Хоуп, но та округлила свои огромные глазки и отрицательно мотнула головой, так как прекрасно поняла, о чем я в этот момент думала.

Ну, вот, придется самой изворачиваться. И только я хотела осторожно прокрасться вниз, как…

– Ты куда? – Барт схватил меня за руку и усадил обратно.

– За вещами, – тихо ответила и постаралась высвободить руку. Но не тут-то было, Барт держал крепко. – Эй, выпусти. Я же должна собраться.

– Вот это тебе понадобится гораздо больше, чем вещи, – он вложил в мою ладонь… резинку для волос. Обычную, черную, ничем не примечательную резинку. Разве что плетение у нее было интересным и все.

– Эм… спасибо, наверное. Но у меня и своих резинок хватает.

– Это не просто резинка, глупая, – со вздохом и, словно маленькому ребенку, пояснил он. – Это артефакт. Эта «резинка» способна превратиться в длинную толстую цепь, которая сама опутает противника. Долго над ней возился, но вот, как видишь, отдаю любимой сестре.

– И в чем подвох? – спросила настороженно, держа в руках эту самую «резинку» так, словно она была каким-то ядовитым существом или вот прямо сейчас готова была обернуться в упомянутую цепь.

– Да ни в чем, – пожал плечами Барт. – Просто я пока её не опробовал, так что ты будешь кем-то вроде первопроходца.

«Ага, скорее уж, подопытным кроликом», – добавила про себя и хотела уже вернуть резинку, но… подумала немного и всё же нацепила её на пучок. Понятия не имею, как поведет себя эта штуковина и будет ли вообще работать, но взять всё же стоит. Потом буду разбираться, что это такое и как ей пользоваться.

 

– …я тебе еще раз повторяю, Верона, что Аннике там не место, – громыхнул отец. – В свое время я не пустил туда Барта, а сейчас не отпущу Нику. И это не обсуждается.

– Как раз это очень даже и обсуждается, – не менее грозно возразила мама, – Барт не пошел в ВАИ по своим причинам, но Ника вполне сможет там учиться…

– Спасибо, – проговорила тихо, наблюдая за Хоуп, которая уже лапку вытянула, чтобы добраться до заветного пергамента. – За резинку. То есть, за цепь. Ну, ты понял. А почему тебя не пустили в ВАИ?

– Были причины, – невесело ответил брат, – Не бери в голову, лучше держи и учись так, чтобы я тобой гордился. И я же обещал помочь, так что, держи.

Он протянул мне заветный пергамент, который должен был лежать у отца, и подмигнул.

– Это же… Как ты?.. Он же…

Я обернулась на Хоуп, которая застыла в нелепой позе, всё еще пытаясь дотянуться до кармана халата, и огромными глазами смотрела на нас с братом. Во всем её взгляде говорилось: «ты не мог об этом сказать раньше?» А затем не удержалась на одной лапке и свалилась в этот самый карман, моментально привлекая к себе внимание родителей.

– Хоуп, что ты здесь делаешь? – спросил папа, вытаскивая мою малютку из кармана и проверяя его на наличие свитка. Но его же там уже не было, так что он перевел гневный взгляд на меня и начал надвигаться. – Ника, ну-ка верни письмо.

Только сейчас я вспомнила, что заветный пергамент был у меня в руках и на всеобщем обозрении.

Ой-ой, пора брать руки в ноги… то есть, ноги в руки и бежать отсюда, если я хочу добраться сегодня до академии. Так что я подорвалась с места, словно ошпаренная, и отскочила подальше, сжимая в руке заветный свиток.

– Ника…

– Я всё равно поеду учиться, – возразила, отступая подальше.

– Ник, туда порталом перемещаются, а не едут, – хохотнул Барт.

– Значит, перемещусь, поплыву, пойду пешком – неважно. Главное – я всё равно попаду в эту академию! Папа, почему ты так против того, чтобы я училась там?

– Потому, что я сам учился в ВАИ и не хочу, чтобы ты прошла через то же самое.

Учился в академии Изумруд? Странно, отец никогда не говорил об этом. Честно говоря, он вообще ни разу не говорил о своей учебе, так что я, по меньшей мере, удивлена. Что же там с ним произошло? И пока я отвлеклась, отец сделал один широкий шаг в мою сторону и уцепился за свиток.

Ну, уж нет, теперь я его точно не отдам. Я вцепилась в этот несчастный клочок бумаги обеими руками и просто тянула.

– Ника, не дури. Отдай письмо, тебе не нужно в эту академию, – настаивал на своем отец. И даже не обращал внимания на маму, которая пыталась втолковать ему обратное.

– Я хочу там учиться! Почему ты не хочешь меня отпускать?

– Да потому, что там экзамены на выживание, которые проходит далеко не каждый потенциальный адепт! И ты с твоей силой его точно не пройдешь и застрянешь в безвременье Ильсарриона, как застрял мой очень хороший друг. И больше никогда не вернешься!

Ого, вот тут я застыла. Даже чуть ослабила захват пергамента. Неужели, это правда? И не всегда испытания проходят гладко, и будущие адепты могут попросту пропасть?

Невольно задумалась, а хочу ли я так рисковать?

И именно в этот момент ко мне всё же решила подлететь моя ручная нахалка. Вернее, совушка, которая уселась на руку, и тут же клюнула посередине пергамента, разорвав тот на две части. Перед тем, как меня закрутило и окунуло в темноту, я смогла разглядеть встревоженное лицо отца, после чего меня унесло в воронку, швыряя и раскручивая во все стороны, чтобы через минуту вышвырнуть… куда-то.

Куда-то в темноту и явно не на кровать, так как я довольно больно приложилась пятой точкой. Потерев ушибленное место, я обнаружила, что в руках у меня были только половинка письма и сова, которая умудрилась захватить с собой свою любимую остроконечную шляпку. Розовую.

– А моя сумка? – сказала обиженно и посмотрела на Хоуп. Паршивка лишь пожала крыльями, водрузила себе на голову шляпку и что-то важно пискнула.

Класс.

Похоже, испытания мне придется проходить в короткой ночной сорочке и босиком.


Издательство:
Автор