Название книги:

Смертный и богиня

Автор:
Юрий Иванович
Смертный и богиня

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Иванович Ю., 2017

© Оформление. ООО «Издательство „Э“», 2017

Пролог

Тяжеленная решётка ворот, поднявшись со страшным скрипом на положенную ей высоту, замерла. Зато новый шум тут же звучной лавиной ударился в окна Кангарской обители азнарианок, окружённой неприступной крепостной стеной. Это защёлкали бичи ездовых, раздались их зычные крики, погоняющие волов, заскрипели перегруженные оси колёс. Караван из двух десятков громадных подвод, с верхом гружённых мешками, ящиками и бочками, стал втягиваться на внушительное внутреннее подворье.

Присматриваясь через окно к каравану, настоятельница обители Лукерия Люден вдруг ощутила смутное беспокойство. Причём оно нарастало ещё больше, стоило только сосредоточить взгляд на ездовых. Здоровенные мужики, не обременённые салом или пивными животами, физически развитые, как говорится, «в самом соку». Одеты слишком тепло, как для данной летней погоды: в жупанах из овечьих шкур. Вроде оправданно, по утрам и по ночам прохладно, зато под одеждами можно спрятать как оружие, так и кольчуги. Но что самое странное, почти все возчики оказались для настоятельницы незнакомые. Хотя этот вопрос Лукерия постаралась сразу прояснить.

– Дара, – окликнула она кастеляншу, возившуюся у стола с бумагами. – Откуда караван и кто это такие?

– Да все старые знакомые. – Дара тоже подошла к окну и стала тыкать пальцем. – Вон те трое, отец с сыновьями, с Чатровых хуторов. Вон те два брата блондина с Ессарских выселок… Да и остальные тоже не раз к нам продукты привозили, но всё порознь или с другими крестьянами. Это они впервые, можно сказать, в единую компанию собрались. И всё по причине жуткого разбоя на дорогах.

Несмотря на вроде позитивные объяснения, старшая дама священной обители азнарианок заволновалась ещё больше:

– Но все они, как я поняла, из леса Деслунгов и его окрестностей?

– Да-а… – протянула кастелянша. После чего сама попыталась догадаться о возможной опасности. – Из леса Деслунгов… Как раз в центре этого леса замок проклятого Карела Южди…

Наморщила лоб, посмотрела с сомнением в глаза глядящей на неё настоятельнице и даже побледнела от пришедшей на ум догадки.

– Думаешь, они с ним в сговоре? – кивок головы в сторону ездовых. Затем размышление-вывод: – Хотя иных, кто посмел бы ему не подчиниться, Карел давно уничтожил…

Не договорив до конца свою мысль, бросилась к столу и нажала на столешнице совсем незаметный для непосвящённых рычажок. Сигнал боевой тревоги в данном случае подавался тайно, давая определённую команду охране и всем проживающим в обители людям условным миганием освещения и вибрацией приспособленной для этого мебели. И обозначал он: «Враг в доме! Быть готовым ко всему!» Сложная система, уникальная, установленная покровительницей женской обители, святой Азнарой Милосердной. Применялась она в последние годы довольно часто и уже не раз помогала избежать крупных неприятностей.

Всё штатно сработало и в этот раз. Проживающие в обители женщины и охраняющие их, в основном пожилые и престарелые наёмники стали действовать по вбитым им на тренировках правилам. В узловых соединениях коридоров на этажах захлопали многочисленные тяжеленные двери. Со двора стали поспешно уходить оказавшиеся там женщины. Подобрались охранники, отступая спиной к стенам или под прикрытие зубцов, непосредственно на торцах стен. Отдыхающая смена тоже должна была встать и срочно снаряжаться для боя. Даже те, кто имел выходной или увольнительную, обязывались к срочному вооружению и занятию наилучшего места для обороны. Дежурной смене надлежало быстро, но без внешне заметной паники занять боевые посты.

Всё это настоятельница Лукерия Люден ожидала и видела сейчас собственными глазами. Максимальные меры предосторожности она сердцем одобрила, а вот сомнения в их необходимости всё равно оставались. Если крестьяне честны да заметят такое отношение к себе, обиды будут нешуточные. Поэтому и высказалась:

– Может, следовало объявить просто «малая готовность»?

– Не знаю. – Вернувшаяся к окну Дара теперь уже совершенно иным взглядом присматривалась к ездовым и к перегруженным телегам. – Но лучше перестараться, чем потом кровавыми слезами плакать. Жаль, – в голосе прорезалась досада, – что тщательный досмотр продуктов не провели снаружи обители…

Створ ворот как раз проезжала предпоследняя телега из каравана. Самые первые уже остановились возле складских помещений, возчики стали слезать с облучков. Зато на привратной башне вдруг наметилось усиленное движение воинов. Один указал вдаль рукой, второй отдал какие-то распоряжения, третий подхватил рядом стоящий горн, а четвёртый бросился к внутреннему краю стены с криками:

– Колонна всадников из Бурого распадка! Около сотни! Мчатся налегке! – Ветераны умели воевать, оставалось лишь пожалеть об их сравнительно малом количестве.

И тут же сигнал горна «Боевая тревога!». К тому моменту в створе ворот оказалась уже последняя повозка с громоздкими ящиками и корзинами. Но на крики воинов со стены «Проезжай! Быстрей!» возница отреагировал совсем не так, как от него требовали. Застопорил колёса своего транспортного средства, выхватил из-под облучка здоровенный топор и бросился к ближайшему охраннику. Мало того, из ящиков и корзин стали выскальзывать, словно черви из прогнивших яблок, полуобнажённые, но зато увешанные оружием люди. То же самое стало твориться со всем остальным грузом на других телегах и повозках.

– Враг проник в обитель! – Этот вопль одного из сержантов послужил главной искрой начавшемуся отчаянному сражению.

И сразу бросилось в глаза, что заранее подготовившиеся после поданного сигнала ветераны уже были начеку. Это сыграло решающую роль. Практически все воины охраны успели занять свои боевые места. Все двери и ворота (кроме главных) оказались закрыты. Да и в надвратных башнях действия велись штатные. Первым делом там выпустили с десяток голубей, которые всполошенной стайкой ринулись в небо, там слегка сориентировались и тотчас понеслись в сторону Кангара, ближайшего крупного города. Он находился в двадцати пяти километрах, и часа через два можно было ждать оттуда первую помощь в виде конной полусотни, а то и целой сотни.

Одновременно с отправкой голубей со скрежетом вниз устремилась тяжеленная решётка. От её мощного удара повозка с коробками и корзинами смялась на две трети своей высоты. Во все стороны брызнула кровь. Не все лазутчики успели выбраться из своих укрытий, замаскированных как ёмкости с продуктами. Раздались вопли первых умирающих. Особенные противовесы натянули тросы и цепи, закрывающие главные ворота. Они не сошлись до конца из-за мешающей повозки, но проход шириной в два метра – всяко лучше распахнутых на шесть метров створок. Тем более что и дальше придётся примчавшимся всадникам пробираться на подворье на четвереньках под решёткой во внутренний двор.

Защёлкали тетивы, засвистели стрелы. Обороняющиеся максимально воспользовались преимуществом в высоте и оружием дальнего боя. К тому же в самой обители, в каждом её помещении имелось солидное количество арбалетов, которыми умели пользоваться даже самые молоденькие, только недавно принятые послушницы. И, несмотря на огромное количество лазутчиков, оказавшихся на подворье, да огромное количество спешащих к ним на подмогу конников, исход штурма никак не мог быть предрешён. А при правильной и выверенной обороне удобно расположившиеся воины на крепостной стене могли выкосить со временем всех нападающих. Лишь бы им хватило меткости, выдержки и хладнокровия. Лишь бы они сейчас не сорвались в бессмысленную контратаку. Вылазка для добивания врага на подворье могла закончиться для них фатально.

И пусть некоторые разбойники, воспользовавшись топорами и разбив две двери, ворвались внутрь основного здания обители, это вряд ли принесёт им победу. Ну разве что смогут перед собственной смертью что-то пограбить или нечто поджечь.

Так, по крайней мере, решила наиболее старшая по возрасту кастелянша. Переживала она больше всего о другом:

– Лишь бы все девушки успели спрятаться внутри и накрепко закрыть бронированные двери! Лишь бы они не проигнорировали наш первый сигнал!

Кажется, она собиралась осмотреть коридоры хотя бы данного этажа, но Лукерия посчитала данное поведение неправильным:

– Если кто и ослушался правил, пусть погибают сами. Мы обязаны показать пример иного действия! – Она уж сняла два арбалета со стены и весьма интенсивно натягивала воротом струну первого из них: – Открывай окно! Постараемся хоть парочку этих сволочей подстрелить!

– Но нам их почти не видно, – переживала Дара, открывая окна.

– Не забывай о всадниках! Они вот-вот начнут пролазить под решёткой ворот.

Словно эхом на её предупреждение со стороны надвратных башен послышался крик сержанта:

– Первая колонна всадников – возле самых ворот! Видна вторая колонна! Всадники в рыцарском облачении! Более трёх десятков! Видно знамя проклятого Южди!

Положение защищающихся резко усложнялось. Что окончательно определился главный враг – ещё куда ни шло. И так сомнений в причастности Карела Южди почти не было. Но зато стало ясно: враг бросает в бой все свои силы. А скорей всего и силы всех своих союзников. И теперь уже ни о каком отступлении нападающих не могло быть и речи, они будут драться либо до полной своей победы, либо до собственного сокрушающего поражения. Только вот вряд ли они сомневаются в своих силах. Тем более что на подворье и даже уже в здании обители полно лазутчиков. Да и ворота не закрыты плотно. Штурмовать крепость с подобным изъяном – намного проще и предпочтительнее.

Но и в обители никто сдаваться не собирался. Ибо редко когда подобную сдачу предлагали в последние годы разбойничьи банды. Ответ на их действия всегда давался однозначный: только смерть. Обе стороны не сомневались в той страшной участи, которая достанется побеждённым или сдавшимся в плен. Проще, безболезненней умереть в бою, чем впоследствии ощутить на себе весь комплекс мучений и издевательств.

 

Вот потому и действовала настоятельница спокойно и хладнокровно. Всех своих подопечных спасти она уже не могла, а вот унести за собой в мир смерти как можно больше врагов – постарается. Да и как арбалетчик – всегда считалась бывалой и опытной. Зарядив два первых арбалета, она доверила это занятие кастелянше, а сама, удобно опёршись о подоконник, стала высматривать первую жертву. И та не заставила себя ждать. Некто из первых лазутчиков решил проскочить опасный участок, покинув мёртвую и до того недосягаемую зону. И получил смертельную рану в плечо.

Вторым на выстрел Лукерии нарвался спешенный всадник, пробравшийся мимо покорёженной повозки в воротах. Он попытался мечом разрубить тросы, стягивающие створки ворот, да так и упал, успев сделать всего единственный замах. Ещё и телом своим довольно удачно перекрыл узкое пространство подельникам.

А вот дальше положение защитников стало ухудшаться. Под решёткой пробрались рыцари с тяжеленными щитами, которые не пробивались даже арбалетными болтами. Прикрывая себя и других разбойников, они стали делать всё возможное для раскрытия ворот и расчистки пространства в их створе. А значительная часть рыцарей попыталась атаковать надвратные башни изнутри крепости. Но попробуй это сделать спиной к стреляющим из окон стрелкам! Сразу сказалось наличие у защитниц арбалетов. По примеру настоятельницы ещё более десяти девушек начали стрельбу по бандитам, и пусть их меткость не шла в сравнение с меткостью и умениями Лукерии, всё равно то один, то другой вояка из нападающих получал ранение или погибал сразу.

Могло показаться, что так и всё сражение можно выиграть, отстреливаясь из безопасного места. Да не тут-то было!

Разбойники вполне резонно отбросили затею открыть ворота немедленно. Их командир приказал сразу бежать к обители, прорываться внутрь и уже там давить любое вооружённое сопротивление. Прикрывая друг друга боевыми щитами и их подобием из толстых досок, нападающие спешно проскакивали открытое пространство подворья. А уже потом, в самом здании, пускали в ход тяжёлые топоры, молоты и ломы. Грохот ударов, сокрушающих стальные двери, опасным набатом заглушил звуки боя, ведущегося снаружи.

Мало того, прозвучало нечто новое, явно лживое. Самые горластые из разбойников стали кричать:

– Женщины! Если вы сдадитесь, останетесь живы! Да и ещё и право выбора мужей останется за вами. Воины! Даём вам право свободно уйти из крепости с оружием и со всем своим имуществом!

Вряд ли им кто поверил, но ведь в любом случае внутри громадного здания враги постепенно накапливались и накапливались. И если они сумеют взломать внутренние перемычки, сложно представить, как события станут развиваться дальше.

Положение могло резко стать критическим. Ибо ни одна женщина, будь она хоть как обучена владению мечом или шпагой, не сможет противостоять мужчинам, прущим единым, таранным строем. Вряд ли арбалеты, стреляющие в упор, спасут. Женщинам оставалось надеяться только на чудо, на своевременную помощь из Кангара (если удастся продержаться два – два с половиной часа) или на личное вмешательство святой покровительницы Азнары. Только вот надеяться на последнее – сложно и наивно, ибо покровительница не появлялась в мире Аверса уже несколько десятков лет, и не факт, что вообще когда-либо появится. Мир большой, государств – много, в её присутствии нуждаются все. «Азнарианки обязаны сами беспокоиться о своей безопасности!» – первая заповедь, которая внушалась любой послушнице, поселяющейся под сенью покровительницы и принимающей её жизненные устои.

Вторая заповедь: «Всегда встречать опасности и трудности бытия с улыбкой на устах и с гордо поднятой головой!»

Третья: «Никогда не терять надежду и бороться за свои идеалы до конца!»

Так что проживающие в Кангарской обители азнарианки собирались бороться, и мыслей сдаться у них не возникало. Идеалы они ставили превыше собственной жизни.

Глава 1
После пыток – в бой

Поль Труммер во время прохода через портал всё-таки не удержался на ногах. Упал. Сразу ощутил себя изгвазданным в чём-то грязном, липком и вонючем. И нетрудно догадаться в чём, если вспомнить то место, где он находился совсем недавно: лужа крови с разбросанными по ней чьими-то внутренностями.

Поэтому вскакивал на ноги с омерзением, пытаясь рассмотреть скорей руки и свою одежду, чем окружающую обстановку. Заметив его состояние, Азнара Ревельдайна язвительно фыркнула:

– Что, никогда не приходилось разделывать трупы голыми руками? – Рассмотрев, что а'перв содрогается от подступающих рвотных позывов, вообще беззаботно рассмеялась: – Слабак! Представляю, как бы ты себя вел, если бы знал конкретно, чья в той луже была кровь. Хи-хи! – но тут же сжалилась, проявляя великодушие: – Показывать тебя местным в таком виде нельзя, они примут тебя за людоеда…

Лёгкий, почти незаметный взмах ладошки, и Поль Труммер ощутил пронёсшуюся по его телу волну свежести и чистоты. Руки и одежда стали идеально чистыми. Сразу стало легче дышать, а обоняние перестало корчиться от неприятных миазмов.

Тогда как дэма уже приблизилась к большому, но сильно запылённому окну в помещении и с интересом всматривалась наружу. Оттуда доносились вполне внятные звуки ведущегося боя, звенела сталь мечей, раздавались крики. Да и само здание полнилось глухими таранными ударами. Где-то что-то взламывали, крушили или очень лихо заколачивали.

– О! Это мы удачно попали! – обрадовалась Азнара. – Смотри! Кажется, местные рыцари топора и кинжала штурмуют данную твердыню. Хм! И у них есть все шансы на победу.

Парень уже стоял рядом с дэмой, стараясь не касаться лбом пыльного стекла, и присматривался к событиям снаружи. С высоты пятого или шестого этажа виднелся только маленький участок внутреннего двора и кусок крепостной стены с двумя башнями и воротами между ними. Ворота в данный момент уже почти раскрыли осаждающие под прикрытием шеренги рыцарей с огромными щитами. И теперь пытались с помощью солидных брёвен приподнять тяжеленную решётку, уткнувшуюся в смятую повозку. Получалось у них плохо, видимо, решётка и в таком положении оказалась зафиксирована уходящими в стены стопорами.

Так что остальным разбойникам, в том числе облачённым в рыцарские доспехи, приходилось проползать под преградой на четвереньках.

– Что-то их слишком много! – с досадой констатировала дэма. – Боюсь, что и наша помощь окажется бессильной. У тебя сколько патронов?

– По две запасных обоймы к каждому пистолету! – чётко доложил Труммер. Но при этом не смог скрыть удивления в своём взгляде. Уж он-то, как поощер, особо посвящённый в некоторые тайны, прекрасно знал силы дэмов и их возможности. Они шутя могли уничтожить и сотню подобных разбойников, обладающих только холодным оружием. Если не две, а то и три сотни.

И его взгляд всесильная дэма истолковала верно.

– Чего ты так на меня уставился?! – Помимо угрозы, в её тоне прорезалась досада и раздражение. – Неужели твои тупые мозги не соображают, что мы в другом мире? И что в этих иных мирах силы дэмов не всегда остаются на прежнем уровне?

– Извините, Ревельдайна, ничего такого…

– Кончай мне «выкать»! – ещё больше рассердилась она. – Сейчас ты попал под моё временное опекунство и обязан обращаться на «ты»!

– Понял! Исправляюсь. Непревзойдённая!

Как ни старался, но спрятать иронию в последнем титуле не смог. Ведь только что властительница его убивала и подвергала болезненным пыткам, а тут вдруг переносит в иной мир и заявляет, что он временно получил работу при ней. То есть отправился с миссией, как это называли в ДОМЕ. Подобного от Кобры следовало ожидать, потому что коварней её и непредсказуемей не существовало дэмы в мироздании. Но всё равно подобные крайности никак не укладывались в сознании молодого поощера.

И его ирония не осталась незамеченной.

– Тра! – странное восклицание, а скорей всего имя, уже знакомое парню, сейчас прозвучало как ругательство. – Тебя сжечь целиком или только твой язык наглый?

Вот тут и навалилось на Поля странное безразличие к своей судьбе. К тому же он вовремя вспомнил, что изображает пьяного, которому на всё наплевать:

«Будь что будет, – подумал он с весёлым фатализмом. – Надоело каждое слово подбирать с опаской, да собственные эмоции контролировать. Раз хочет, будет ей на „ты“. Всё равно я пока не в силах понять её планы и задумки…»

– Сжечь ты меня всегда успеешь, – сказал он вслух и головой мотнул за окно. – Но может, вначале всё-таки повоюем? Кому помогать будем: нападающим или осаждённым?

И крепко зажмурил глаза. Потому что ладошка Азнары уже сделала замах для пощёчины, а её опасно блеснувшие глаза чётко выдали намерения к банальному рукоприкладству. И как бы она ни плакалась о потере сил и возможностей, голова после такой пощёчины могла оказаться оторванной начисто. Могла… но…

Парень досчитал до трёх. Удара не было. Открыл один глаз. Встретился с сердитым взглядом из-под нахмуренных бровей и покладисто пояснил:

– Ты спросила о патронах. Заявила, что следует помочь. Но кому – так ни разу конкретно и не сказала.

Морщинки вокруг глаз знаменитой Кобры разгладились, и она пальчиком постучала по лбу парня:

– Всё равно следи за своими словами! Здесь обитель азнарианок, которые поклоняются мне и проходят в этих стенах трёхгодичный курс обучения. Причём обитель – одна из лучших в данном мире. Удивляюсь, как это они вообще позволили себя атаковать? Вроде мною оставлялись подробные инструкции о превентивных ударах… – Она двинулась к двери, уже отдавая распоряжения парню через плечо: – Сейчас двигаешься следом за мной в трёх-пяти метрах и всеми силами изображаешь из себя моего ангела-хранителя. Сил мне хватит лишь, чтобы создать кокон для защиты собственного тела, так что учитывай и на рожон не лезь. Стреляешь хорошо?

– Дэм Прогрессор хвалил, – скромно отозвался Поль, наблюдая за действиями покровительницы местной не то религии, не то сектантского движения. Та резкими рывками отодвинула три мощных проржавевших засова на железных дверях. Потом налегла на преграду своим, казалось бы, хрупким плечиком, и та на удивление беззвучно раскрылась.

Получалось, что закрытое изнутри помещение не что иное, как точка сопряжения, используемая дэмой для перехода в данный мир. Похоже, оно на чердаке обители или на самом верхнем её этаже.

– Хоть петли смазывают, – ворчала дэма, уже двигаясь по коридору. – Значит, не забыли обо мне. А то были случаи… Кстати, если нам придётся общаться с местными, веди себя соответственно высшего титула, к которому относятся ангелы-хранители. То есть соответствуй рангу небожителя. Их никто здесь не видел, не знают, как они выглядят, но ведают об их злобном характере и крайней жестокости. Не вздумай улыбаться, показывать иные эмоции и вообще старайся помалкивать. В случае вот такого предварительного жеста убивай потом любого, на кого укажет мой указательный палец. Понял?

– Принято к исполнению! А… если патронов уже не будет?

– Убивай всем, что подвернётся под руку. Можешь голыми руками… Можешь грызть…

– Спасибо за комплимент и доверие, – не удержался Поль от сарказма. – И за желание всё-таки сделать меня людоедом.

– О! Не стоит благодарности! – отмахнулась Азнара, начав первой спускаться по узкой винтовой лестнице. – То ли ещё будет, когда ты побываешь в моих лабораториях! И ногти титановые тебе нарастим, и зубы вольфрамовые вставим.

Хорошо, что Труммер понял – прозвучала шутка. И максимальным волевым усилием удержал себя от постыдного побега обратно на чердак. Даже выдавил в ответ:

– Не стоит волноваться, мне и так неплохо…

Обитель оказалась в самом деле шестиэтажная. Но на пятом и на четвёртом никого в коридорах не просматривалось. Зато на третьем было не протолкнуться от защитниц. Одни вели постоянную стрельбу из арбалетов через окна, другие заряжали им арбалеты. Третьи оказывали помощь раненым и пострадавшим. Четвёртые и пятые – с натугой волокли мебель к стальным дверям и воротам, которые замыкали проходы и лестницы между этажами. Как выяснилось из криков, команд и восклицаний, первый этаж уже оказался занят разбойниками и неизвестно, сколько времени продержится второй.

Да и на замерших в конце коридора незнакомцев никто из местных вначале не обратил внимания. В подобной суматохе не до этого. А потом наступила относительная тишина. Грохот боя стих, как и сотрясающие обитель удары прекратились. А откуда-то из-за крепостной стены послышался мощный, словно специально усиленный громкоговорителями голос:

– Благородные азнарианки! Доблестные воины! Все те, кто сейчас находится в обители! С вами говорит магистр Карел Южди. Моё слово революционера и реформатора твёрдо и священно. Всем, кто прекращает вооружённое сопротивление, я дарую жизнь и свободу. Наша цель не убийство и грабёж, а создание нового, истинно народного государства! В новом государстве не будет стяжателей, потомственной знати и лицемерных королей! У нас будет республика, в которой сам народ станет выбирать каждые три года новых управленцев. Не поленюсь повторить: временных управленцев. Так будет! И преобразования уже начались! В том же Кангаре сейчас идёт тотальное свержение существующей власти. И в остальных городах, и в столице! Мы все, кто организовал эту революцию, выступили одновременно, и наша победа неизбежна. Поэтому предлагаю влиться в наши ряды и поддержать революцию. Да здравствует свобода и равенство! Ура!

 

На первом этаже, на подворье и за стеной раздались редкие крики, совсем лишённые какого бы ни было энтузиазма. Несомненно, что кричали подельники и сторонники магистра. Тогда как защитницы продолжили интенсивные приготовления к дальнейшему сражению. Хоть и старались это делать несколько тише. Передышку они пытались использовать с максимальной для себя пользой.

Ну и послышался ответный крик какой-то женщины. Видимо, кричала в окно:

– Не стану спрашивать, Карел, с чего это ты вдруг стал магистром и каких конкретно наук. Насколько мне известно, таблицу умножения ты до сих пор не знаешь. Но с чего ты взял, что во всём государстве отыщутся люди, которые поддержат твой разбой и поверят в тот вздор, который ты несёшь о революции?

– Нас большинство! И революцию не остановить! – надрывался невидимый лидер татей. – Вы сами оцените все прелести грядущей свободы уже через несколько дней!

Пока так и не видимая Труммеру женщина рассуждала более чем логично:

– Если всё сказанное тобой правда, то зачем на нас нападать? Мы ведь тоже народ и никому не мешаем. Мы – вне всякой политики, не мешаем любому правлению. Мы просто учимся воспитывать детей и вести домашнее хозяйство.

– Нападение на вас вышло случайно. Воины революции просто не совсем правильно поняли поставленную перед ними задачу.

– Ну раз так… Давай дождёмся последних новостей из Кангара и встретимся через несколько дней.

– Нет! Либо вы за революцию и с нами, либо – враги и будете уничтожены. Иного не дано! Сомневающиеся обыватели – хуже откровенного и подлого неприятеля!

– Всё равно странно! – не унималась женщина. – Зачем твоим воинам гибнуть в бесполезном штурме? Что это им даст? Разве у них нет семей? Разве их дети не рискуют остаться сиротами? И так уже столько бессмысленных смертей. Прекращай осаду и уводи своих революционеров.

Судя по издевательским, полным иронии ноткам в речи лидера обороны, она нисколько не верила Южди, кем бы он там ни назывался. Тот тоже это понял, но решил оставить последнее слово в перепалке за собой:

– Ваша обитель существует вопреки законам наших древних богов! Женщина обязана подчиняться мужу, а не воспитывать его хорошим манерам…

– Странно! Мне казалось, что революционеры отрицают всех богов скопом, а в особенности древних. Чего это вдруг ты о них вспомнил?

– Потому что так надо! – стал терять выдержку и логичность атаман разбойников. – Потому что вы – зло! И мы призваны, чтобы это зло уничтожить!

– Неправда! – сумела женщина повысить свой голос. – Учения и заветы Азнары Милосердной спасают наш мир, делают его лучше, чище и справедливее! Лишь убийцам и грабителям в виде тебя наша честность и самостоятельность всегда стоит бельмом в глазу. Так что проваливай отсюда, пока тебя не вздёрнули на виселице!

– Ха-ха-ха! Виселицей мне угрожаешь? – орал магистр, кажется, уже захлёбывающийся ненавистью. – Вот скоро я тебя саму вздёрну на своём дрючке! И никакая Азнара тебя своими заветами не спасёт! – и подал команду своим подельникам: – Штурм! В атаку!

Как оказалось, осаждающие тоже использовали паузу в сражении не только для передышки. Среди них оказались либо грамотные минёры, либо сильные колдуны, потому что после команды Южди в створе ворот произошёл мощный взрыв. Остатки повозки, трупов и туш быков раскидало по всему двору. Да и сама решётка не просто выпала наружу, а ещё и в сторону отлетела. И под возобновившиеся удары молотами на первом этаже во двор под прикрытием огромного щита на колёсах стали въезжать одоспешенные рыцари.

– Надо же, какие артефакты у них магические имеются! – вслух удивилась Азнара, устремляясь в небольшое невзрачное помещение. – Давай за мной! Тут должен быть потайной ход на первый этаж!

И уже прикрывая за собой дверь, Поль увидел молодую девушку лет семнадцати. Очень и очень симпатичную, между прочим. Та стояла метрах в пяти с арбалетом в руках и с приоткрытым ртом пялилась на парочку посторонних. В последний момент удалось заметить, что она выронила оружие и грохнулась на колени.

– Кажется, нас заметили, – доложил Поль в спину дэме. – А тебя – опознали.

– Подумаешь! – фыркнула та, уже спускаясь по очередной винтовой лестнице. – Всё равно мы сейчас тут зададим перцу! Мы же не прятаться сюда прибыли… Напоминаю, береги каждый патрон! – замерла на пару мгновений перед последней узкой дверью, прислушалась. – Враг – там. Как только начну кричать и гневаться – убивай. При этом воспользуйся тем, что основная атака будет вестись на меня. И не забывай о своём умении поощера. Сделаю вот такой жест, подскакивай ко мне и снимай усталость.

– Принято к исполнению! – уже с готовыми к стрельбе пистолетами в руках доложил парень.

Честно признаться, убивать и воевать ему не хотелось. Рисковать собственной шкурой – тем более. Но кто его спрашивает? Кто ему даёт право выбора? Рассуждать или показывать сомнения – тоже нельзя. Достаточно вспомнить, как совсем недавно Кобра его чуть не удушила в тисках магической силы, так поневоле пойдёшь куда угодно и шлёпнешь хоть самого дьявола.

Но одно назойливое сожаление так и крутилось в голове:

«В самом деле следовало немедленно бежать нам всем в Дикие земли! Потому что если я сейчас тут погибну, девчонки без меня точно пропадут…»

Но как раз упоминание о лучшей подруге Галлиарде, новой подруге Азе и нежданно объявившейся сестричке Ласке заставили парня должным образом мобилизоваться и сконцентрироваться на предстоящей стрельбе.

Узкая дверь, и со стороны коридора замаскированная под ничем не примечательную деревянную панель, открылась без неуместного шума или скрипа. Да и будь такой, разгорячённые тати вряд ли обратили бы на него внимание. Двое из них, раздетые до пояса, с азартом и уханьем долбили молотами по изрядно просевшей и перекошенной стальной двери. А ещё двое, используя стол, с ещё большим азартом насиловали на нём извивающуюся женщину. Рот бедной был заткнут кляпом, так что она даже не могла позвать на помощь своих подруг. Зато издевательские насмешки насильников удалось расслышать хорошо:

– Не дёргайся, красотка, расслабься!.. Ничего ведь страшного, пока…

– Ага! Подёргаться тебе придётся и подмахивать после продажи в Байру. Хе-хе! Уж там тебя заставят…

И тут стала кричать Азнара Ревельдайна Непревзойдённая. От её обычного приятного контральто не осталось и следа, голос стал страшным, словно шум с грохотом сходящей, всё уничтожающей на своём пути лавины. Да и громкость его наверняка позволяла услышать покровительницу даже за пределами крепостной стены:

– Вы подлые, ничтожные скоты, посмевшие посягнуть на самое святое в мире, на женщин, недостойны даже смерти от моей руки! Поэтому вас будет убивать мой ангел!

И повелительный взмах ладошки в сторону то одного, то очередного разбойника.

Нельзя сказать, что приговорённые к казни оставались на месте и не пытались что-то сделать для своего спасения. Да и, как ни странно, громкость крика и сама суть сказанного их почему-то не слишком напугали. Увидев возле себя шикарно одетую, украшенную бриллиантами женщину, они совсем одурели от алчности и жадности, а на практически безоружного (по их мнению) мужчину вообще внимания не обратили. Перехватили удобнее свои молоты и двинулись в атаку. А тот, что насильничал, вообще бросился на красотку с воплем:


Издательство:
Эксмо
Книги этой серии:
Поделиться: