Благодарю вас за ваш выбор. Перед вами вторая книга дилогии.
Первая книга здесь: (Невинная для Тёмного Генерала)
Пролог
Алиса
Дверь слетает с петель, и в подземелье врывается Арон.
Я должна была скрываться, но первое что со мной случается в Черной Башне – твердыне темных магов – меня находит тот, кто жаждет моей смерти!
Ноги сами собой подгибаются, и я падаю на колени, наверняка разбиваю их о каменный пол. Сейчас это неважно…
Я на мгновение заглядываю в затопленные яростью черные глаза Арона – Владыки Хаоса. Они напоминают две бездны. Смрад подземелья вытесняет самый прекрасный запах на свете – запах кожи Арона – терпкий горьковатый мед, мята и хвоя…
Я рывком вспоминаю, как его руки касались моего тела. Как нежен был со мной этот опаснейший хищник. Как произносил мое имя “Алис-с-са”, подпуская в голос змеиное шипение, и моя спина тут же покрывается мурашками, а внизу живота разливается пламя желания.
Теперь его руки, которые доводили меня до сладкой истомы, сжимают меч, приставленный к моему горлу.
Одно неверное движение, и мне конец.
А в глазах-безднах я без труда читаю: “за предательство тебя ждет смерть”
Глава 1
Часом ранее.
Алиса.
Я лежу на спине, и кривые валуны больно впиваются мне в затылок и под лопатками.
Медленно перевернувшись на бок, я судорожно выдыхаю и закашливаюсь. Легкие разрывает – я наглоталась воды. Комната, в которой я очутилась, плывет перед глазами. В нос бьет затхлый запах старой застоявшейся воды и плесени. Воспоминания о моем побеге с поля боя походят на обрывки страшного сна: разгар сражения, жестокие слова, которые я бросаю своему возлюбленному – Арону. Его глаза, – кажется в них тогда отразилась вся его сломленная душа. Немудрено. Сильнейший черный маг доверился мне, открылся, а я – ударила в спину. И бросила умирать на поле боя.
По крайней мере именно так все выглядело для Арона. Ему сейчас ни к чему знать, что все это я сказала специально – чтобы раскачать в его душе источник первородной Тьмы. Чтобы Арон смог одержать победу над Владыкой Хаоса – многократно превосходящим его по силе соперником…
И я знаю, что он одержал эту победу.
Но тут есть несколько проблем: Арон не знает, что я сказала те слова для его блага и с болью в сердце. Не знает, что сбежала с поля боя не по своей воле. И наконец, не знает, что я ношу под сердцем его дитя…
Кладу руку на низ живота и прислушиваюсь к ощущениям. Все ли в порядке? Как пережил малыш мое путешествие в обличье гигантской водяной змеи по неведомым подводным переходам?.. Срок еще совсем маленький, но я слышу магическим слухом успокаивающий уютный стук – сердце ребенка бьется ровно. У него все хорошо.
Сколько прошло времени с тех пор, как я покинула Арона?..
Я чувствую, что малыш хотел бы, чтобы я была рядом с его отцом. Ох, я бы тоже этого хотела. Но боюсь, что новый правитель Темных земель, Новый Владыка Хаоса – мой Арон… Несомненно желает мне смерти. Он найдет меня и казнит.
Со стоном присаживаюсь, промаргиваюсь и наконец окидываю взглядом место, в котором очутилась.
Оно напоминает подземный бассейн или затопленный замковый подвал. Я лежу в мокром военном одеянии на склизких серо-зеленых камнях. Ноги мои по колено в воде. Спуск пологий, наподобие того, что был в банном комплексе Академии Белого Стана в моей любимой чаше купелей, где со дна поднимались жемчужные минеральные пузыри… И тут же врывается другое непрошенное воспоминание: как властные руки Арона прижимают меня к его горячему обнаженному телу в той самой купели. Меня, тогда еще невинную девятнадцатилетнюю девушку, слабо себе представляющую, что происходит, и в какую масштабную интригу высшие черные и белые маги меня впутали!..
Учеба, Академия… все это как будто было в другой жизни и вертелось как драгоценные камни в детском калейдоскопе: знакомство с Ароном… и последовавшая за этим череда смертельно опасных событий…
Я озираюсь, пытаясь успокоиться. Я постоянно возвращаюсь к самому страшному воспоминанию: я бросила Арона на поле боле. Со смертельным врагом. Специально! Чтобы разбитое сердце сделало его непобедимым!.. Изначальный Свет, да мне больно даже вспомнить, как он на меня посмотрел, когда я кричала ему о своей нелюбви!.. О том, что быть с ним меня принудили… О том, что просто хочу жить спокойно, а его компания для меня – страшная пытка. И много чего еще…
Всхлипываю и отгоняю воспоминания. Сердце давит, дыхание сбивается. Это слишком больно.
Затхлый запах этого затопленного подавала уже вызывает тошноту, а желудок сводит от волчьего голода.
Сумрачный каменный зал освещается несколькими факелами у стен. Потолки – почти также высоки как в подземном гроте Академии…
– Это подвал главного Замкового Комплекса Темной Башни… – раздается мягкий женский голос со стороны воды.
Я тут же подскакиваю на месте, как напуганная кошка на всех лапах сразу, и начинаю вертеться в поисках источника звука.
Вода поднимается и обретает форму. Прозрачная объемная фигура женщины, сотканная из постоянно перетекающей воды. Женщина моего роста, моего телосложения…
– Я Ирана, – представляется женщина, – ты знаешь меня давно. Мой дух привязан к магическому лесу с момента гибели… С тех пор как прежний Владыка Хаоса убил меня на глазах моего сына. Ты уже о многом и сама догадалась, Алиса. Я – голос магического леса, который ты слышала сквозь шелест листвы. Я – та воля, которая изгибала магические лесные тропы, заставляя неугодных гостей часами кружить в зачарованной чаще. Это я шептала тебе в магическом лесу колыбельные, слушала о твоих горестях… Последние пять лет, что ты сбегала в лес из Академии Белого Стана, мы с тобой были довольно близки…
Я уже догадалась обо всем, что Ирана мне говорит. Но все равно дослушиваю до конца. Для меня самое важное в ней то, что она мать мужчины, которого я люблю. И родная бабушка для ребенка, чье сердцебиение я слышу в своем разуме как самую прекрасную музыку мира.
– Ты мать Арона… – хрипло отвечаю я, голос звучит странно после того, как я наглоталась воды… или он как-то изменился?
– Да, – соглашается водяная женщина.
– Тебя убил Владыка Хаоса…
– Он не хотел, – печально отзывается Ирана, – он счел, что другого выбора нет… Но сейчас это неважно. Наше с ним время закончилось. Теперь наступает ваша эра. И от тебя, Алиса, очень многое зависит. Как выйдет из кризиса власти Арон, каким станет правителем, жестоким или справедливым. Выживет ли ваш ребенок, и каким он сможет стать…
– Я готова, – сиплю я.
Черт! Да что у меня с голосом?!
– Не бойся, – мягко улыбается Ирана, делая шаг мне навстречу и замирает у самой границы воды. По суше идти она очевидно не может, – как я уже говорила тебе однажды, ты должна быть рядом с Ароном. Это необходимо для ребенка. Ты белая волшебница. А в ребенке много тьмы, ты одна не справишься. Тебе нужна энергетическая подпитка от Арона.
Я усаживаюсь на камни у самой воды.
Напротив меня в аналогичной позе замирает постоянно перетекающая фигура Ираны.
– Ты в Черной Башне. Главной резиденции Владыки Хаоса… Теперь это Арон и его твердыня. И ты будешь здесь, рядом с ним. Я позабочусь о том, чтобы тебя не узнали. Запоминай. Тебя зовут Эва. Для всех – ты нейтральный маг, целитель. Ни один белый маг не сможет пройти в Черную Башню без личного дозволения Арона. Арону понадобится магическая помощь после произошедшего, и ты ему ее окажешь. Ты сможешь быть рядом. Питаться его черной энергией, столь необходимой ребенку. Когда Арон слегка остынет, и станет ясно, что он тебя не убьет и не искалечит, я сниму с тебя личину… Твою беременность тоже нельзя будет распознать никакой магией. Я наложу щит. Такой никто не пробьет. Даже Арон.
– Ты так сильна, Ирана, – ошарашенно шепчу я, обнимая себя за озябшие плечи. Мой шёпот шелестящим эхом разносится по сводам подземелья, – как это возможно?.. Ты ведь мертва.
Черты лица Ираны складываются во что-то вроде печальной улыбки – мне трудно читать ее мимику из-за того что она состоит из водяных потоков.
– Алиса… с чего ты взяла, что смерть делает мага слабее? Просто все становится… иначе. К тому же я мать, Алиса. Я была не вправе окончательно уйти в безвременье. И ты очень скоро меня поймешь.
Я начинаю дрожать. От холода и голода. И от того, что Ирана ошарашила меня новостями “с того света” .
– Давай ускоримся, Алиса, – Ирана замечает мою дрожь, – открой мне свой разум. Я вложу тебе все необходимые знания. Я создала фантом Эвы месяц назад. На самом деле такой девушки никогда не было, так что пусть тебя не терзает совесть за то, что ты якобы заняла чужое тело. И постарайся не слишком сильно испугаться сейчас…
Золотистая вспышка рассекает мой разум, и в меня теплой волной течёт новое знание. Что мое имя Эва. Что с момента поражения прежнего Владыки и восхождения Арона на престол как нового Владыки Хаоса прошло уже несколько дней! Что я – Эва – тружусь в лазарете младшим лекарем уже месяц. И взяли меня именно за то, что я нейтральный маг и смогу снимать с черных воинов белые проклятья… Меня взяли для нужд прежнего Владыки. Но он не успел воспользоваться. Я также получаю знания, о том где расположен лазарет Черной Башни и другие ключевые помещения. И что у меня теперь немного другой голос, а волосы мои теперь темно-каштановые, почти черные, а не медно-рыжие как прежде. Лицо чуть круглее, сама я почти такого же роста и телосложения как была – маленькая и изящная… лишь самую малость круглее и пухлее.
Я мельком понимаю про свое новое лицо еще кое-что: мне по-прежнему очень подходит ласковое прозвище, которое придумал мне Арон – “мышонок”. Теперь даже чуть больше. И от этого становится больно и тепло одновременно.
Как бы я хотела увидеть Арона!
И тут одновременно происходит сразу несколько вещей.
Ирана с плеском обрушивается в воду, и через миг ничто уже не выдает ее присутствия в подземелье. А может мне и правда померещилось?..
Дверь, которую я прежде и не замечала, срывается с петель и, пролетев ползала, падает на отмель поднимая веер тухлых брызг.
Еще до того как брызги оседают, оказываюсь на коленях, а мне в шею – упирается острие серо-черного меча самого Арона.
Позади Арона, приставившего меч к моему горлу, я вижу двоих особо приближенных воинов из личной стражи.
Хотя… разве Новый Владыка Хаоса нуждается в телохранителях? Разве он не сильнейший маг государства?
Ловлю себя на том, что любуюсь его слегка вьющимися черными волосами чуть выше плеч, глубокими, полными тьмы глазами… Сильным телом, которое я знаю так хорошо… Рельефные мышцы видны в высоком разрезе тончайшей черной рубашки. На плечи Арона накинут небрежно распахнутый черный камзол с эмблемой земель тьмы – крылатым черным змеем.
Меч вдавливается в кожу моей шеи чуть сильнее. Не смею даже вдохнуть. Чувствую, как из-под острия черненого металла стекает единственная капля моей крови.
– Значит эту волшебницу вы обвиняете в государственной измене и шпионаже в пользу белых магов?.. – Арон не отводит от меня взгляд, но обращается явно не ко мне.
– Её…её, это Эва, она здесь самая новенькая, у нее постоянно… – скрипуче дребезжит откуда-то из-за спин воинов старческий женский голос.
– Я вынужден заниматься доносами лично, – хмыкает Арон, – итак, леди… Эва.
Арон приглядывается ко мне и его брови удивленно ползут вверх.
– Нейтральная волшебница, с преобладающей белой искрой… Специалист по нейтрализации проклятий… – удивленно договаривает Арон. Он считывает вслух мою ауру. Точнее не мою, а ту, что наложила поверх моей Ирана, – будет жаль снести голову столь ценному магу.
Арон убирает от моего горла меч.
– Если обвинение правдиво, Эва, я тебя казню прямо сейчас. Если нет – казню доносчика. Все просто.
Арон быстро наклоняется ко мне и припадает губами к шее. Я не сразу понимаю, что он пробует на вкус каплю моей крови – самый достоверный источник информации для черного мага…
Сердце пускается вскачь, тело отзывается на его близость, на его терпкий медово-мятный запах. Я едва не подаюсь за Правителем следом, когда он отодвигается от меня чуть дальше. В последний момент останавливаю себя. И чувствую, как заливаюсь густым румянцем.
Суровое лицо Арона на миг разглаживается, и он самодовольно усмехается. Не заметить такую реакцию женщины на себя или неверно её истолковать просто невозможно. Начинаю усиленно смотреть в пол, пока не стало хуже. Пока я не выдала себя с потрохами, не смотря на все магические щиты и личины, созданные Ираной.
– Поднимись Эва, – спокойно приказывает Арон, – возвращайся к работе. Вечером ты мне понадобишься.
Я смотрю на Владыку Хаоса. Черт возьми. Мне необходимо привыкнуть, что Владыка Хаоса – это теперь и есть Арон. Его лицо непроницаемо. Я вижу только как он делает легкий кивок.
А дальше его стражники начинают перемещаться.
И я слышу сдавленное оханье скрипучего старческого голоса. Затем “пощадите, Владыка” и звуки волочения тела вперемешку со всхлипами.
– Будь проклят, чертов убийца!!! – вдруг начинает визжать тот же голос, владельца которого я так и не увидела. Затем слышу хруст, будто кто-то разгрыз куриную кость. А дальше тело волокут уже в полной тишине.
Я все еще сижу перед Ароном на коленях, перебирая складки черного платья с красно-белой нашивкой крылатого змея, обвивающего скипетр – эмблемой черных лекарей.
– Поднимись, – повторяет Арон уже мягче, – Эва. Я сменил прежнего Владыку, многие в замке ему верны. Я казню в среднем десять человек в сутки. Тебе придется привыкнуть, если хочешь и дальше здесь работать. И впредь быть умнее. Как ты сюда попала?
Я морщусь, силясь вспомнить. Правильное воспоминание, из внушенных Ираной, находится довольно скоро.
– Меня обманом сюда привели Владыка, потом ударили по голове…
– Что ж, – хмыкает Арон, затем поднимает меня за плечо, решив не дожидаться когда я встану сама, – лишить меня единственного в замке специалиста по нейтрализации проклятий довольно умно со стороны моих врагов. А теперь иди, Эва. Я не люблю повторять по десять раз…
На негнущихся ногах покидаю подземелье, едва не поскальзываюсь не разводах чего-то бордового на каменных крутых ступенях. Я понимаю, что дико голодна… так что скрывшись из поля зрения воинов Арона, сначала несусь на кухню.
Уже у самых дверей, ведомая ароматом нежнейшей мясной похлебки, теряю концентацию и с разбега впечатываюсь в сильную широкую грудь воина, укрытую черными кожаными латами, сплошь в знаках отличия. Тут же делаю шаг назад.
Сбивчиво бормоча извинения, поднимаю на воина взгляд и невольно улыбаюсь, узнав Алика – черного мага с длинными серебристо-белыми волосами, убранными в неизменный хвост. Первого помощника Арона, которому я обязана многим, в том числе – спасением жизни своей младшей сестры, которую Алик буквально на руках когда-то принес из Светлейшей Обители… А ведь я всерьез подозревала Алика в двойной игре! Как и он меня.
Но с него сейчас все подозрения сняты. А вот со мной – все ровно наоборот. И вряд ли Алик мне помощник. Напротив, от него лучше держаться подальше.
– Эва, верно?.. – Алик произносит мое имя, будто пробуя его на вкус, – будь осторожнее. У Владыки на тебя большие планы, нельзя допустить, чтобы ты повредилась раньше времени.
Алик не просто говорит. Алик следит за моей реакцией, считывая каждый полутон, каждую деталь моей мимики.
Я мигом покрываюсь холодным потом.
Беловолосый маг – гениальный ищейка, его интуиция граничит с ясновидением. У меня был шанс в этом убедиться.
Если меня кто-то и раскроет, это будет Алик.
Глава 2
Алиса
Алик не задерживает меня. Верный помощник Арона быстро теряет ко мне интерес, и я поспешно скрываюсь с его глаз.
В небольшой обеденной зале, выделенной специально для служителей лазарета, я тону в аппетитных ароматах. Торможу на пороге и хватаюсь за стены, обитые уютным светло-коричневым деревом, – на миг у меня темнеет в глазах. То ли от голода то ли от пережитого стресса.
Опускаюсь практически на ощупь за небольшой круглый столик, рассчитанный максимум на четверых. Сразу вспоминаю, насколько неуютно ощущала себя в большой трапезной зале Академии Белого Стана, у всех на виду – и никакого личного пространства!
Здесь – совсем другое дело. Запах жареного мяса и свежеиспеченного хлеба щекочет ноздри. Через витражные окна комнату освещает утреннее ласковое солнышко.
Протягиваю руку и тяну створочку специальной форточки – из внушенных воспоминаний знаю, что так можно. Меня тут же овевает легкий прохладный ветерок, и картинка перед глазами окончательно проясняется, а мысли – приходят в порядок.
В зале появляется приветливая полная немолодая женщина по имени Вита с подносом в руках. Она ставит передо мной поистине царский обед… Это что, в землях Тьмы так кормят рядовых сотрудников лазарета?..
Ничего себе! Не удивительно, что Арон тогда морщился от “праздничного ужина”, поданного на торжественном приёме белыми магами!
Я сметаю жаркое в глиняном горшочке под ласковым взглядом рыже-зеленых глаз Виты. Она смотрит на меня с умилением, видимо довольная, что мне нравится еда.
Вита – один из поваров, подсказывают воспоминания. И вынесла Эве – то есть мне – еду лично из благодарности. Три дня назад Эва… то есть я… Я вылечила ее от болей в пояснице магического происхождения. Вита очень слабая черная волшебница, настолько слабая – что скорее человек чем маг. И дольше человеческого срока ей не прожить…
– Кушай, Эвочка. А то ты без завтрака сегодня осталась. А я говорила тебе уже сколько раз – нельзя так много работать… – воркует у меня над ухом Вита.
А я вдруг остро начинаю тосковать из-за того, что у меня не было матери. Уже так давно… Когда я была совсем маленькой, тяжелый труд не позволял матери уделять мне много времени. Когда мне исполнилось десять и родилась моя сестра Элина – у мамы стало еще больше забот. А в пятнадцать лет родители и вовсе отдали меня в закрытую Академию и приезжали навестить раз в год на несколько часов.
Сначала разговор с Ираной, который задел меня за живое, затем этот теплый взгляд Виты… Я ощутила, как подступают слезы. Я очень хотела, чтобы у меня сейчас была мать, или хоть кто-то на нее похожий. Взрослая женщина, которая расскажет, как мне быть, пожалеет, поддержит в моем новом положении. Или это беременность будит во мне такие порывы?
Не замечаю, как все блюда пустеют.
– Ну и прекрасно, – воркует Вита, собирая посуду, – я тебе сейчас еще пирог принесу. Очень удался сегодня… И взвар пряный травяной тоже. А то отощала совсем девочка – в чем душа держится. Как ты будешь лечить нашего Владыку, если питаешься как попало…
Вита ушла на кухню, продолжая бормотать себе под нос, а я – замерла. Меня будто ледяной водой окатили, когда Вита упомянула “Владыку”. Арона. И сердце забилось так быстро. А руки, сжимающие кружку с остатками остывшего взвара, начали дрожать.
– Вам нездоровится? – окликает меня насмешливый мужской голос, и я закашливаюсь, подавившись остатками напитка.
Я думала, Алик оставил меня в покое. Я ошиблась. Видимо я показалась лучшей ищейке государства подозрительной. Этого мне только не хватало!
– Эва… – доверительно произносит Алик, – знали бы вы, какая нервная у меня работа. Не продохнуть. Позволите выпить с вами чашечку травяного взвара? Поговорим. Поймите, я должен очень хорошо знать тех, кому будет позволено приблизится к нашему Владыке. У вас есть белая искра, и мне необходимо принять дополнительные меры предосторожности…
Беловолосый Алик опускается за столик напротив, не дожидаясь моего согласия, и пристально смотрит на меня своими кобальтовыми глазами.
По идее, у меня должен бы пропасть аппетит. Но этого как ни странно не происходит. Вита охает заметив Алика и вновь исчезает на кухне. Чтобы вернуться с подносом полным угощений: фруктовой чашей и несколькими кусками разных пирогов.
– Ну что вы, Вита… – Алик говорит с поварихой, не отводя от меня взгляд, – это ни к чему. Не надо лишнего беспокойства. Я такой же как все слуги нашего Владыки…
Но Вита не реагирует на формальные возражения Алика. Порхает вокруг одного из первых лиц в государстве а потом бросает на нас многозначительный взгляд, который мне ну совершенно не нравится своей двусмысленностью. И наконец, удаляется на кухню, плотно прикрыв за собой дверь.
Я несколько секунд морожу взглядом закрывшуюся дверь. Алик, сдержанно кашляет, привлекая мое внимание. Я медленно перевожу взгляд на беловолосого. Алик уже разлил взвар по кружкам и теперь лениво отправляет себе в рот какие-то алые ягоды с фруктового подноса.
– Я вам неприятен? – заглядывает мне в глаза Алик.
– Нет, что вы, – бормочу в ответ, попутно размышляя, как укрыться от проницательного взгляда кобальтовых глаз.
– Просто не так приятен как наш Владыка? – усмехается Алик, а я чувствую как щеки начинают заливаться румянцем. Опять.
– Просто я сегодня…эээ… перенервничала, – выдавливаю в ответ и прикладываю прохладные ладони к пылающим щекам. Вот только этого мне не хватало!
– Приступим, – очень серьезно выговаривает Алик, ленивый тон вальяжного кота куда-то исчезает, – для начала, дам совет. Поостерегитесь, Эва. Вы очень милая девушка. Заинтересуйтесь кем-нибудь другим, ваш порыв… небезопасен. Но я здесь не того, чтобы учить жизни незамужних леди. Я отвечаю за безопасность Владыки. Поэтому несколько правил. В глаза ему не смотреть, за исключением его прямого приказа. Но если он вам это прикажет – я вам не завидую. Постарайтесь, чтобы этого не произошло…
Я киваю. Алик инструктирует. Мне все ясно. А проницательность Алика пугает меня. Вот откуда он знает, о том что я тогда покраснела, когда Арон припал к моей шее в подземелье? Его же там не было. Неужели Арон рассказал?..
Меня успокаивает только то, что Алику не прыгнуть выше головы. Не пробить магические щиты, наложенные Ираной, не узнать меня под личиной… я на это надеюсь.
Алик сообщает мне, что я должна выполнять обязанности в лазарете еще несколько часов. А потом – он зайдет за мной и проводит в покои Владыки. Если Владыка не пожелает вдруг явиться лично в лазарет. Надо будет провести на пробу самую простую процедуру очищения, и Владыка решит – остаюсь на должности или ему понадобится другой целитель.
Под разговор я съедаю кусок мясного пирога. Затем еще медового. И еще какого-то из неизвестных мне синих ягод.
Алик периодически с любопытством поглядывает на мою пустеющую тарелку.
– Что ж… – кажется беловолосый наконец считает инструктаж оконченным и поднимается из-за стола, – у меня еще много дел. Проверка территории… размещение пленников. Кстати, завтра мне понадобится отчет об одном из пациентов лазарета. Но сейчас не забивайте себе голову. Сконцентрируйтесь на главной задаче…
Алик оставляет меня. И я выдыхаю. Съедаю еще пару кусков мясного пирога и наконец-то начинаю чувствовать себя сытой. Впервые за очень много дней.
Сегодня я видела Арона – ребенок получил крохи его магической энергии, и вечером, если я все сделаю правильно, получит еще. Я обязана все сделать правильно!
– Вита… – зову я и поднимаюсь из-за стола, промокнув губы салфеткой.
Вита появляется почти сразу, как будто стояла прямо за дверью. Я улыбаюсь ей понимающе – мне бы тоже было любопытно на ее месте.
– Ого, – восклицает Вита, и хлопает себя по пышным бокам ладонями, – ну и аппетит у нашего первого-после-Владыки!
Я молчу. Не рассказывать же мне, что все это съела я, а Алик едва притронулся к еде.
– Угу, – невнятно бормочу в ответ, – а можно… можно мне медовый пирог с собой еще взять?..
Вита расплывается в добродушной улыбке.
***
Сверток с пирогом я несу на вытянутой руке. Я намереваюсь положить его в своей комнате – она прямо у входа в лазарет, как и положено при моей должности. И приступить наконец к работе.
Но на пути у меня вырастает женщина. Худое тело, тонкие белые волосы, прозрачно-голубые глаза. Такое же форменное черное платье с эмблемой черных лекарей как и на мне. Кларисса, выуживаю я имя из внушенных воспомминаний. Чем-то она напоминает мне бывшего главу Академии Белого Стана – злосчастного Этарона Эрика. Она порождает во мне почти такую же волну интуитивной неприязни.
И я ей тоже не нравлюсь.
– Вот ты где…. Эва! Признавайся, дрянь, это из-за тебя, предательницы, Владыка казнил сегодня мою мать?!
Кларисса визжит. Тянет ко мне скрюченные старым магическим недугом пальцы. Выбивает у меня из рук пакет с пирогом. И почти сразу вцепляется мне в волосы и царапает лицо! Чувствую, как сочится из поверхностных ран моя кровь. А вот боли почему-то не ощущаю.
К такому повороту я была не готова!
Но ориентируюсь быстро. Точнее ориентируюсь не я, и даже не фантом Эвы. Мой ребенок.
Тьма от низа живота расползается по моим венам. Как чернила в молоке. Сначала я чувствую истерическую острую злость, разгоняющую по телу горячую кровь. Как будто я могу оторваться от земли. Как будто я могу сжечь Клариссу взглядом. Злость впрочем быстро уходит, уступая место ледяной ярости. Я ни-ко-гда ничего подобного не ощущала.
До того как успеваю перехватить обратно контроль над свои телом, я уже разбиваю Клариссе нос! Он ломается со смешным хрустом и странно много бородовой крови выливается на ее лицо. Я нанесла всего один удар, четкий, холодный и безупречный.
К нам уже бегут стражники.
Что же это такое?! Мои проблемы множатся на каждом шагу.
Я небрежно отталкиваю Клариссу к стене, и слышу глухой стук от столкновения ее затылка с преградой. И зачем-то наклоняюсь за упавшим на пол свертком. Со странным удовлетворением отмечаю, что пирог не пострадал. С моими эмоциями явно творится что-то неладное. Беспокоюсь о пироге, а звук с которым сломался нос Клариссы кажется мне забавным…
– Она! Она!!! – визжит Кларисса подоспевшим стражникам, тыкая в меня пальцем.
Незнакомый воин крепко берет тощую фигуру за плечи и встряхивает. Кларисса перестает визжать.
– Уймись, – рычит на нее воин, – Владыка не в настроении сегодня. Твою мать казнили за ложный донос и оскорбление Владыки. Хочешь следом отправиться?
– При прежнем Владыке такого не было, – хнычет Кларисса, – здесь уже десятки лет никого не казнили… новый Владыка – чудовище!..
Я недоуменно смотрю на стражников и бьющуюся в тихой истерике Клариссу. Что за бред?! Как она может говорить, что прежний Владыка был образцовым правителем а Арон – монстр.
– Тихо-тихо, – неожиданно ласково приобнимает воин Клариссу и начинает покачивать ее в объятиях, тихонько поскуливающую,– успокойся… Эва, прошу… не доноси об этом. Пойми, она потеряла мать сегодня. Я прошу тебя.
Я растерянно киваю, затем разворачиваюсь и просто молча иду к своей комнате. Отпираю дверь ключом, что висит на цепочке у меня на шее. Сажусь на аккуратно заправленную белоснежным покрывалом кровать и медленно тяжело выдыхаю.
Меня кое-что очень сильно беспокоит.
По взгляду стражника я поняла, что убеждения Клариссы об Ароне он полностью поддерживает и разделяет. Арон – монстр. А его отец был добрым и справедливым Владыкой. Якобы.
Мне начинает тихонько давить виски. Я ничего не понимаю.
Как такое возможно? Что вообще здесь происходит?!
- Невинная для Тёмного Генерала
- Сбежать от Тёмного Генерала