Название книги:

К нам едет инквизитор

Автор:
Ханна Хаимович
К нам едет инквизитор

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Хаимович Х., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Глава 1

Кристина рассовала по карманам сумки поглотители магии и забросила лямки на плечо. Потом открыла шкатулку на столе и поспешно надела заряженные перстни и подвески. Сборы заняли не больше минуты. Она сдернула с вешалки пальто и метнулась к двери.

Створка распахнулась за миг до того, как Кристина коснулась ручки.

– Куда вы? – с досадой поинтересовалась Лера, первая помощница. – У нас…

– Я знаю, что у нас. С рекламных плакатов сбегают персонажи. Хорошо, что ты пришла, позови наших, надо переловить, пока Город не превратился в цирк на выезде! – протараторила Кристина, стремительно шагая к лестнице. Ее кабинет в главном ведьмовском офисе располагался на третьем этаже, и когда она торопилась, то соблазн выйти через окно становился почти непреодолимым.

– Я слышала про плакаты! Стойте! – закричала Лера, бросаясь следом. Ее каблуки отстукивали бешеную чечетку, иногда сбиваясь, когда Лера спотыкалась. – Только отлов придется отложить! К нам едет инквизитор!

– Что? Новый инквизитор?

Кристина остановилась. Этого дня городской ковен ждал с опаской. Прежнего инквизитора, милейшую Раису Петровну, отозвали в столицу почти месяц назад. На ее место давно собирались назначить нового. Того, который не стал бы закрывать глаза на разные магические вольности. Неужели назначили?

– Тогда тем более я должна бежать, – сказала Кристина. По лестнице она начала спускаться прыжками, перескакивая через ступеньки. – Он же первый на меня нажалуется, если я не проконтролирую такой магический всплеск!

– Нет! Вы не так поняли! – Лера старалась не отставать. – Они требуют, чтобы вы их встретили! Там не только наш новый инквизитор! Там целая комиссия! С проверкой! Им нужно, чтобы вы стабилизировали место, где появится их портал!

– А чтоб их, – Кристина чертыхнулась, чуть не упала и остановилась у подножия лестницы. – Они тащатся сюда через портал? И я должна их встречать? – Она чуть не застонала, представив, сколько оживших рекламных человечков – и не только человечков – успеют за это время разбежаться по Городу. А сколько дел успеют натворить – ой-ей!.. – Куда они выведут портал? Я встречу их хотя бы для того, чтобы прибить на месте!

– В семь, в холле, – сообщила Лера и добавила извиняющимся тоном: – В холле нашего офиса.

Кристина тяжело вздохнула, посмотрела на часы – без десяти семь вечера – и обвела взглядом холл. Тот самый холл офиса, откуда она даже не успела выйти.

– Стабилизирующие чары могут занять до часа, – уныло сказала она. – Значит, мы будем отлавливать рекламных чудиков до самого Нового года. Потому что за час они разбегутся по всем углам. – И она взглянула в узкое маленькое окно старого здания, за которым сгущался октябрьский вечер. – Лерка, ну ты-то чего стоишь?! Иди организовывай отлов, может, хоть кого-то поймаете!

Помощница ойкнула и унеслась собирать ведьм. А Кристина, ругаясь про себя, бросила сумку на диван, размяла пальцы и принялась ткать незримую стабилизирующую сеть.

Мироздание послушно сминалось, подчиняясь ее жестам. Вскоре пришлось прекратить ругаться, иначе не получалось сосредоточиться на чарах. Концентрация и правильные жесты – основа магии. Но порой ругательства все же проскакивали, потому что возмущение не утихало. Портал им подавай, видите ли! А ничего, что люди заняты? А если не найдется свободной ведьмы, чтобы его стабилизировать? Так и останется дыра между двумя городами, в которую начнет проваливаться все что ни попадя! В прошлый раз вон троллейбус посреди дороги провалился под асфальт. Раиса Петровна тогда замяла дело, все списали на неисправные трубы и размытую утечкой землю. Но ведьмы-то знали, что это был неудачный портал! Новенькая, Наташа, случайно открыла. Но ей простительно, она хоть не понимала, что делает, в ней магия только проснулась. А эти! Инквизиторы! Явно идея кого-то из столичного начальства!

Портал наконец вспыхнул и распахнулся посреди холла. Кристина скрестила руки на груди и скептически уставилась в него, ожидая гостей.

Их оказалось четверо. Один – пожилой, грузный, слегка обрюзгший, в дорогом костюме. Второй – помоложе, высокий, худощавый, черноволосый, в кожаной куртке и темно-серых джинсах. Этот был даже ничего… Третий – совершенно незаметный мужчина лет сорока, «офисного» вида. Кристина забыла его лицо, едва отвела взгляд. И четвертый – совсем молодой парень, похожий на студента, с волосами, выкрашенными в зеленый цвет.

Потом раздался лай.

Кристина изумленно моргнула, после чего запоздало возмутилась. Они что, притащили сюда собаку? Точнее, собак – лаяло не одно животное. Но инквизиторы тоже удивленно оглядывались.

За ними из портала высыпала целая свора дворняг. Рыжие с черным подпалом, лохматые помеси тумбочки и крокодила, черные, бежевые… По холлу разнесся оглушительный лай. «Офисный» инквизитор что-то сказал, подняв брови, но его никто не услышал. «Студент» бросился к двери и распахнул ее. Однако собаки не желали уходить. Обрюзгший съежился и выставил перед собой портфель, когда самая большая псина начала его обнюхивать. «Студент», не растерявшись, принялся выпихивать собак в дверь. Он аккуратно подталкивал их руками под зад. Смотрелось это, конечно, уморительно. Но официальная встреча делегации инквизиторов стремительно летела… примерно туда же. В направлении виляющих собачьих хвостов.

«Кожаный» инквизитор сделал жест левой рукой, и в холле воцарилась тишина. Она оглушала не меньше лая. Псы раскрывали пасти, но оттуда не вырывалось ни звука.

– Что это значит? – агрессивно поинтересовалась Кристина. – Ваша живность?

– Не наша, – ответил «кожаный». Голос у него оказался негромким и каким-то бесцветным, хотя все нужные интонации в нем присутствовали. – Они появились при открытии портала. А еще, если вы заметили, все эти животные женского пола.

Кристина моргнула и уставилась на собачьи животы. Ну да, так и есть…

– И что?

– Скорее всего, имела место стихийная материализация, – все так же спокойно сообщил «кожаный». Но теперь казалось, что он тщательно прячет улыбку. – Такое бывает, знаете, когда вы плетете чары, но отвлекаетесь… Тогда может материализоваться то, о чем вы думали или что именовали. Признайтесь, госпожа ведьма, вы ругались? Мы, видно, отвлекли вас от важных дел? И вы ткали стабилизирующие чары, постоянно поминая недобрым словом, гм, самку собаки?

Кристина зажмурилась. Потом распахнула глаза и пошла в атаку.

– Разумеется, ругалась! Конечно, отвлекли! Мы работаем, у нас не так много времени, чтобы тратить его на ваши порталы! Почему было не приехать на машине?

– Мы тоже работаем, – оскорбленно сказал обрюзгший. На его лице застыла смертельная обида. – И обстоятельства так же властны над нами, как и над всеми, поэтому, когда они диктуют свои условия…

– Семен Никитич имеет в виду, что машина сломалась, – перевел «кожаный». – С автомобилями, выпущенными полвека назад, это иногда случается.

– Инквизиция не так богата, чтобы покупать новые иномарки, – склочно огрызнулся Семен Никитич. Наверное, видел машины ведьм на парковке. – Да уберет кто-то этих с… собак или нет?

Еще одна упитанная псина обнюхивала его с каким-то гастрономическим интересом. Опомнившись, Кристина начала ткать простенькие чары, отпугивающие животных.

– Но вам никто не мешает тоже завести бизнес, – пробормотала она. Собаки устремились к двери. – Бизнес у нас с колдовством никак не связан, он просто помогает ни в чем не нуждаться. Железобетонные изделия выпускаем, электрокабели, сеть закусочных держим… да…

– Не положено, – буркнул Семен Никитич.

Собаки наконец покинули холл, оставив после себя несколько ароматных лужиц. Убрав их, Кристина снова вздохнула. Настала пора приступать к обязанностям хозяйки города.

– Поднимемся в мой кабинет, – сказала она. – Надеюсь, вы поведаете, какие дела привели к нам не одного инквизитора, а целую делегацию.

* * *

Кофе для гостей пришлось делать самостоятельно. Все ведьмы из офиса, даже секретарша Лина, были брошены на ловлю рекламных персонажей. Сидя за столом и бездельничая, Кристина остро чувствовала, как безнадежно убегает время.

– Меня зовут Семен Никитич Муравьев, я глава регионального управления инквизиции, – представился обрюзгший. – Вообще-то делегацией руковожу я, но…

Он замялся и, скривившись, покосился на «кожаного».

– Но в этом городе главой инквизиции становлюсь я, – пояснил тот. – Стефан Лещинский, ваш новый инквизитор, госпожа… м-м… Тернова, кажется?

– Кристина Тернова, – спохватилась она, с любопытством разглядывая того, кому предстояло заменить незаменимую Раису Петровну. Нет, симпатичный, определенно. Черты лица строгие и тонкие, даже аристократические, глаза серые, но такие светлые, что контраст с черными волосами немного пугает. И вежливый. Могло быть и хуже. Кристина протянула руку для протокольного поцелуя, и Лещинский коснулся ее сухими теплыми губами.

– А в старые времена принято было целовать ведьме-хозяйке колено, – задумчиво заметил он. – Вспомнилось отчего-то…

И отпустил ее руку. Кристина невольно взглянула на свои брюки.

– Да, сейчас неудобно, – согласился Лещинский. – Так вот. Это, – он кивнул на «офисного», – наш адвокат, Игорь Игоревич. Фамилию называть не станем, она предназначена для устрашения противников. И, наконец, Аль Яржинов.

«Студент» нахально отсалютовал чашкой кофе.

– Специалист по выявлению и инициации непроявленных магов.

– Очень приятно, – сказала Кристина. – И что привело столь ценных специалистов в наш город?

– Мы разыскиваем преступницу, – ничего не выражающим тоном сказал Лещинский. – Есть основания считать, что она скрывается у вас.

Его рука медленно потянулась к лицу, длинные сухощавые пальцы сжали переносицу, точно у инквизитора заболела голова. Семен Никитич странно хмыкнул – злорадно, что ли?

 

Блеснул тяжелый перстень-печатка. Кристина впервые обратила на него внимание – и застыла. Высший. Такие печатки носили только высшие инквизиторы. Не те клоуны-чиновники, которые занимались повседневными делами Центрального управления инквизиции в столице и в областях, а другие. Те, кто что-то решал. От кого зависели и чиновники, и этот Семен Никитич… и все законы магического мира!

Вот только высшие инквизиторы не посещали провинциальные городишки в поисках ведьм-преступниц. Во всяком случае, по доброй воле… Сослали его сюда, что ли? Сам натворил что-то, что ставило его на одну доску с разыскиваемой? Других причин, почему он мог здесь оказаться, Кристина не видела.

Она присмотрелась к печатке, пытаясь разобрать символ. Символ обозначал профиль высшего. Законоположник, экзекутор, антимагистр или…

Лещинский поднял голову и перехватил ее взгляд.

– Экзекутор, – подсказал он. Весь его вид ясно давал понять, что нечего и пытаться спрашивать, каким ветром высшего занесло в провинцию. – Насколько близко вы общаетесь с главой городской ложи колдунов? Какие новички у них появлялись в последнее время?

– Не так быстро! – вскинула ладони Кристина. – И вообще, вы же преступницу ищете, при чем здесь колдуны?

Ложа была сугубо мужской компанией. Так уж повелось, что в каждом городе было две магические организации. Ковен, в котором состояли женщины, и ложа, где числились исключительно мужчины. Все делали общее дело, защищали города от магических аномалий и держали равновесие, но подчинялись каждый своему начальству.

– К ним мог внедриться ее сообщник, – сказал Лещинский. – Будьте добры, дайте мне контакты главы ложи.

Кристина безропотно достала из ящика стола визитку Лешки Змеева, возглавлявшего компанию местных колдунов, и протянула инквизитору. Потом с любопытством прищурилась:

– А сама преступница не могла внедриться к нам?

Семен Никитич снова гнусно рассмеялся. Ну точно как школьница, злорадствующая, что соперницу вызвали к доске!

– Внедриться к вам – не могла. – Лещинский проигнорировал ужимки недавнего начальства. – Но мы обыщем Город, и вы нам в этом поможете. Искать нужно в местах, где за последнюю неделю происходили магические аномалии. У вас были аномалии?

Смотря что считать аномалиями… Кристина решила промолчать о массовом бегстве рекламных персонажей с плакатов. За такую аномалию, чего доброго, еще по шапке дадут. Да и зачем бы преступнице устраивать подобную ерунду? А вот пару мелких, районных, можно было и выдать.

– А что она сделала? И вообще, кто она – ведьма?

Глупый вопрос. Конечно, ведьма. Инквизиторы были кем-то вроде магической полиции и правительства в одном флаконе. Следили, чтобы колдуны и ведьмы не нарушали закон, карали виноватых, защищали остальных. Берегли существование магии от огласки. Вместе с ведьмами и колдунами разрабатывали новые правила обитания среди простых людей. Значит, преступница могла быть только ведьмой. Тогда вдвойне странно, что она проникла в Город без ведома Кристины.

– Она глава секты, известной как «Знак Гефея», – ответил Лещинский. – Подробности их действий мы не разглашаем. Напомню, любой ковен и любая ложа обязаны оказывать содействие…

– Будет вам содействие, – с досадой перебила Кристина. – Только если мы не знаем, чего ждать от преступницы, как мы вам поможем? Это такой большой секрет? Или… – Она усмехнулась от неожиданной догадки. – Или, может, вы сами не знаете, чего от нее ждать?

– Не совсем. – Лещинский тяжело вздохнул. – Скажем так: на ее совести несколько серьезных нарушений, а в вашем городе она может попытаться пробудить его суть.

Он не обратил ни малейшего внимания на рожи, которые усиленно корчил Семен Никитич. Главе регионального управления инквизиции не нравилось, что ведьмам хоть что-то рассказывают. Но высший, даже опальный, наверное, мог себе позволить не считаться с ним.

– Пробудить суть города… Его душу, вы хотели сказать? – Кристина вытаращила глаза. – Но душа города – это легенда!

Да, у каждого населенного пункта имелось нечто вроде магического средоточия. Оно было нематериальным, но все маги ощущали его действие. В просторечии так и говорили: город назначает ведьму-хозяйку, город наделяет магией, город дает силы. А вот душа, разум, как это ни назови… Душа города оставалась красивой легендой. Сказкой о том, что однажды на улице можно встретить обычного с виду парня или девушку, и это окажется город собственной персоной.

– И тем не менее ей и другим участникам секты уже удавалось кое-что сделать, – ответил Лещинский. Теперь он то и дело потирал переносицу, будто один только разговор о преступнице вызывал у него приступы мигрени. – Для вашей безопасности и безопасности расследования мы пока ничего больше не раскроем. Как именно сектанты воплощают душу города, какие используют чары и какие методы воздействия, мы тоже не знаем. Известно только, что их магия оставляет следы в виде аномалий. Не игнорируйте их. – Он посмотрел Кристине в глаза так, словно знал, что она о чем-то умалчивает. – Как только произойдет магический сбой, как только тонкий мир поведет себя не так, как должен, – сразу сообщайте мне или кому-то из нас. Наши номера мы вам оставим.

Он выудил из кармана слегка поцарапанный черный смартфон, коснулся экрана. Самсунг, причем не самая новая модель. А вот у Семена Никитича оказался айфон, и Кристина фыркнула про себя.

Она думала об услышанном. Все непонятнее и непонятнее. Ведьма хочет воплотить душу города? Ведьма это умеет и уже делала? Тогда почему ее до сих пор не поймали? Почему инквизиторы столько знают о ней, но она все еще на свободе? Эта секта так сильна или дело в чем-то еще? А если она так сильна, почему оставляет следы? И зачем, в конце концов, сектантам понадобилась ожившая душа города?

Ладно. На все эти вопросы рано или поздно найдутся ответы. Пока что, кажется, инквизиторы не собираются делать ничего плохого и…

– И еще мне нужны контакты всех сильнейших ведьм и колдунов Города, – сказал Лещинский, когда они обменялись номерами телефонов. – Нам придется провести ритуал, ограничивающий магию. Иначе мы никогда никого не поймаем.

Ограничивающий магию? Что?!

Глава 2

– Что значит «ограничивающий»? – не хуже змеи зашипела Кристина. – Чтоб вам провалиться! Я же согласилась вам помогать! Какого черта лишать магии целый город?!

Лещинский досадливо поморщился. Семен Никитич не сдерживался – пробурчал: «Да хватит разводить разговоры, они обязаны делать, как мы говорим!» Кристина понимала, что он прав, но от этого делалось тошно. Ведьмы и колдуны не могли ослушаться обоснованных приказов инквизиции. Сейчас приказ был обоснован интересами следствия. Наверное. Теоретически ведьма могла черпать силу из магического сердца города, но ограничивать из-за этого всех?

– Кристина, – в невыразительном голосе Лещинского прорезались извиняющиеся нотки. – Преступница способна воплотить душу города. Конечно, она сумеет и питаться здешней магией. Мы не собираемся блокировать источник полностью. Но обязаны ограничить его возможности. Если Город оживет стараниями сектантов… одним словом, никому бы не пожелал это увидеть.

Он спокойно увещевал Кристину и говорил разумные вещи, но она все равно не сразу смогла успокоиться. Ограничение магии! Это значило вдвое или втрое меньше возможностей! И без того придется еще месяц ловить рекламных персонажей и возвращать их на плакаты! Как, интересно, инквизиторы предлагают делать это без магии?

– С чего вы вообще взяли, что она здесь? – зло спросила Кристина. – Эта ваша преступница. Ищите ее где-то в другом месте и не мешайте нам работать.

«Студент» Яржинов почему-то одобрительно хмыкнул, а Семен Никитич снова пробурчал что-то нелестное. Лицо Лещинского осталось непроницаемым. Хотя, казалось, он немного помрачнел.

– Она здесь. У нас были… скажем, информаторы, которые помогали ее отслеживать.

– И куда они делись? Вы и им ограничили магию?

– Нет. Они перешли на сторону секты. Большинство ее противников, тех, кто помогает инквизиции, тех, кто ее преследует… почти все рано или поздно начинают подыгрывать сектантам. Поэтому я настаиваю, чтобы вы знали как можно меньше! – К концу тирады Лещинский говорил уже с каким-то остервенением. Он не смотрел на Кристину, пальцы с переносицы переместились на виски и с силой сжали их. – И настаиваю, чтобы не пытались задержать преступницу сами! Просто сообщайте нам обо всех аномалиях и перетерпите ограничения магии! Больше от вас ничего не требуется.

– Ладно, ладно… – обескураженно пробормотала она.

Дело ведьмы на глазах обрастало новыми странными подробностями. Кем нужно быть, чтобы склонять на свою сторону даже преследователей? Владеть чарами соблазна? Или так хорошо уметь убеждать?

– Так, может, сектанты правы? – не удержалась Кристина. – Во что они верят? Должны же они отстаивать какую-то идею? Вы не думали, что она правильная?

Яржинов снова хохотнул, а Семен Никитич невнятно ругнулся. Только Игорь Игоревич сидел как истукан.

– Уверяю вас, обо всем, о чем можно, мы уже давно подумали, – сквозь зубы ответил Лещинский.

Кристина вздохнула. Конечно, кто бы сомневался. На что она надеялась – что инквизиция сейчас возьмет и признает свою неправоту? Если эта неправота была… Теперь стало еще любопытнее, чего добивались сектанты. И что мешает об этом рассказать?

– А вас четверых эта ведьма не перевербует?

– У инквизиции иммунитет, – отмахнулся Лещинский.

– Все равно я должна хотя бы увидеть ее фотографию, – сказала Кристина безнадежно, понимая, что ничего не сможет поделать. Ни избежать ограничения магии, ни избавиться от инквизиторов в ближайшие недели. – И как ее зовут?

– Марианна. – Показалось или голос Лещинского самую чуточку дрогнул? – Марианна Бойко. Фото я вам вышлю, только учтите, не нужно быть ведьмой, чтобы изменить внешность до неузнаваемости.

Он уткнулся в телефон. Кристина ждала с возрастающим нетерпением. Она понимала, что преобразиться до неузнаваемости способна даже школьница, лишенная магии, но почему-то стало крайне важно своими глазами увидеть, как выглядит эта опасная ведьма. Марианна Бойко… Имя не подходило к фамилии. Слишком утонченное для нее, оно казалось нелепым и претенциозным. Родители тоже хороши, могли бы назвать дочь Марьяной или Мариной, и уже звучало бы более гармонично. Хотя это могла быть фамилия мужа. А если девичья, то и такое легко поправимо. Выйди Марианна замуж, скажем, за того же Лещинского…

Кристина сдавленно хихикнула. С чего она вообще начала об этом думать? Уж не испугалась ли сектантов на своей территории?

Вайбер пискнул, возвещая о новом сообщении. Кристина жадно впилась глазами в фото.

Марианна Бойко оказалась молодой и эффектной натуральной блондинкой. Светлые волосы лежали красивыми волнами, полные губы слегка улыбались, но улыбка оставалась жесткой, холодной, недоброй. Холодно смотрели и зеленые глаза в обрамлении густых ресниц. Над верхней губой поблескивал шарик пирсинга. Ведьма не позировала, кто-то заснял ее неожиданно, вполоборота, по грудь. Грудь казалась пышной, будто Марианна засунула под свитер подушку. А вот свитер был скромным и макияж тоже неярким. Опасная ведьма не выглядела роковой соблазнительницей.

– Спасибо, – пробормотала Кристина, переваривая впечатления. Хотя она знала, что еще не раз будет разглядывать это фото и думать над загадками, которые Лещинский рассыпал перед ней щедрой рукой. – А кто ее сообщник? Который внедриться мог, вы говорили…

– Вы не поняли? – недовольно ответил Семен Никитич. – Сообщником может стать кто угодно! Вас не зря спрашивали, насколько близко вы общаетесь с главой ложи! Не факт, что секта до него еще не добралась!

До Лешки?! Кристина вздрогнула, по спине побежал холодок. Она поспешно закрыла фотографию, будто ведьма могла с картинки услышать, что о ней говорят.

– Теперь поняла, – медленно произнесла она. – Теперь поняла…

Воцарилось молчание. Каждый думал о своем. Кристина переваривала услышанное и судорожно пыталась выстроить планы на вечер. Ловить рекламных чудиков? Поговорить с Лешкой, чтобы проверить, не попал ли он в сети секты? Пообщаться с кем-то и другими магическими существами, которые могли что-нибудь заметить?

– Вы что-то еще собираетесь делать? – спросила она, так ничего и не решив. – Моя помощница сказала, что вы едете с проверкой…

– Нет. Только искать преступницу и следы других сектантов, – ответил Семен Никитич и встал. – Уже поздно, дайте нам адрес гостиницы, в которой есть бесплатный резерв для командировочных. А завтра мы приступим к полноценному расследованию и проведем ограничительный ритуал.

Кристина взглянула на часы. И правда, время подбиралось к девяти вечера. Внизу хлопали двери – наверное, ведьмы уже вернулись с отлова рекламных чудиков. Лещинский еще некоторое время посидел, сжимая пальцами виски, а потом поднялся вслед за всеми. Кристине все сильнее казалось, что он какой-то примороженный. Что-то говорит, делает, но все это – как сквозь толстый слой льда. И голос оттого бесцветный, и выражение лица не прочитать. И там, под этой ледяной коркой, ему приходится несладко, иначе не проявлял бы слабость и не тянулся бы к вискам под ядовитым взглядом Семена Никитича.

 

В Городе действительно была гостиница, с которой региональное управление инквизиции заключило договор. По договору приезжим инквизиторам предоставлялись бесплатные номера на любой срок. Кристина злорадно захихикала про себя, представив, каким будет лицо Семена Никитича, когда он увидит эти номера.

– Четыре одноместных? – вежливо спросила она. – Или два двухместных?

– Адрес, – проскрежетал Семен Никитич. – Сами разберемся.

– Гостиница «Речная», на набережной, – услужливо сообщила Кристина. – Улица Набережная, дом сорок.

«Речная» встречала гостей у съезда с центрального моста. Обшарпанный, покрытый пятнами фасад, который в последний раз красили году в восьмидесятом, навевал смутные ассоциации с фильмами о войне. Из окон открывался обширный вид на плавающие в воде пластиковые бутылки и упаковки из-под чипсов.

– На набережной? – возмутился Семен Никитич. – Там же комаров полно!

Кристина лишь развела руками. Не знаю, мол, я ни при чем, региональное управление само выбирало…

– Да ладно, уже осень, – лениво сказал Яржинов.

Кристина прошла к двери и ненавязчиво открыла ее. Авось инквизиторы выметутся сами, как те собаки из холла.

По коридору сновали ведьмы. Ждали, когда начальница освободится. Кристина лично проводила инквизиторов до выхода и толкнула дверь, но Лещинский опередил ее. Одним неуловимым движением оказавшись впереди, он сам распахнул дверь – то ли перед дамой, то ли перед начальством. Лучше бы перед дамой. Воспитанный инквизитор – меньше проблем.

– И как добраться до этой «Речной»? – поинтересовался Семен Никитич, брезгливо поджимая губы.

– А вы не на такси? – Кристина слегка опешила. – Остановка маршрутки там. Вам нужен номер сто первый. Если маршрутка – это дорого… то ничего не поделаешь. Троллейбусы по набережной не ходят.

Яржинов закашлялся, пряча смешок. Даже Игорь Игоревич ухмыльнулся. Видимо, прижимистость начальства успела основательно надоесть всем.

Семен Никитич смотрел туда, куда ему указывали. И в глазах его плескался… страх?

– Может, хоть теперь уберете собак? – почти жалобно попросил он. Кристина пригляделась – и ахнула.

Собаки, так опрометчиво наколдованные ею, никуда не ушли. Они расселись под кустами живой изгороди по периметру двора и таращились на людей широко раскрытыми глазищами. Вот черт, и что с ними теперь делать? Воплощенное не развоплотишь, так гласил закон магии! Кристина ругнулась про себя. Придется звонить в городской приют для животных… А там, как всегда, нет мест… Значит, придется оплатить постройку вольеров, прокорм этих псин, прививки, стерилизацию и содержание до тех пор, пока им не найдут хозяев. Как иногда тяжело быть доброй ведьмой! Остановила бы собакам сердца – и нет проблемы. Определенно тяжело быть доброй ведьмой…

– Они не кусаются, – сказала Кристина. – Видите, какие смирненькие. Идите спокойно.

Скрипнув зубами, Семен Никитич начал осторожно, бочком продвигаться к выходу из двора на проспект. За ним последовали Яржинов и Игорь Игоревич. Кристина осталась в обществе Лещинского.

– А вы не идете? – спросила она.

– Не в «Речную». Потерпите еще немного, – отозвался тот, извлекая телефон. Наверное, собирался найти отель поприличнее. Значит, у высшего инквизитора, в отличие от господ из регионального управления, водились деньги. Стоп, он сказал «потерпите»? Вот черт, а Кристине-то казалось, что она общалась в нейтральном тоне. А оказывается, ее нежелание видеть всю эту компанию ни от кого не укрылось…

Она уже хотела извиниться или промямлить что-нибудь примирительное, как вдруг что-то полыхнуло у самой земли.

Вздрогнув, Кристина присмотрелась. После первой вспышки по асфальту рассыпалась целая горсть мелких огоньков. Еще через мгновение стало ясно, что это отблески.

И что играют они на блестящих конфетных обертках.

И что конфеты, завернутые в сверкающие золотом и серебром фантики, величиной с хороший арбуз каждая. И что они не лежат на земле, а двигаются!

Глаза привыкали к темноте. Кристина разглядела тоненькие ручки-веточки и ножки-палочки. А еще… а еще раскрытые рты и узкие щелочки глаз!

– Я шоколадка! Внутри помадка! Со мною сладко лежать в кроватке! – грянул многоголосый хор.

Кристина в ужасе зажмурилась. А она-то надеялась, что ведьмы переловили хотя бы самых буйных рекламных чудиков! Не переловили. Мало того – теперь пришельцы с билбордов и плакатов явились прямо во двор офиса. Во двор, в котором все еще стоял инквизитор!

Кристина опасливо покосилась на него. Лещинский разглядывал поющие и пляшущие конфеты как невероятную диковину. Он даже ожил, избавившись от своего замороженного выражения лица. И смеялся, негодяй!

План скрыть от инквизиции массовый побег рекламных чудиков накрылся медным тазом…

Тяжело вздохнув, Кристина принялась жестами ткать чары. Ряды конфет стали редеть. Одна за другой они срывались с места и сверкающими кометами уносились в сторону проспекта. Там, похоже, висели плакаты с рекламой какой-то кондитерской фабрики.

С последней конфетой пришлось повозиться. Она почему-то не реагировала на магию. Кристина раз за разом повторяла узор, подкрепляя его ментальным приказом, а огромный шоколадный мяч в серебряной обертке по-прежнему нагло прыгал и приплясывал, распевая истошным голосом:

– Я шоколадка! Внутри помадка!

Кристина буквально швырнула в нее новый ментальный приказ, и конфету наконец сдуло. Воцарилась звенящая тишина.

– Спасибо, что не взрывчатка, – пробормотал Лещинский. Потом повернулся к Кристине, и она нервно вцепилась в отвороты карманов плаща. – Я так понимаю, это аномалия, о которой вы умолчали, да?

Она кивнула. Смысла отпираться уже не было.

Лещинский снова негромко рассмеялся.

– И в чем она заключается? Что… вернее, кто это был?

– Персонажи рекламы, – нехотя призналась Кристина. – Буквально сегодня сбежали. Если бы не вы с вашим порталом, мы бы сразу же их переловили! – Она вскинула голову, готовая защищаться. Но защищаться не пришлось.

– И почему вы решили это скрыть? – напрямик спросил Лещинский.

Ну и что ему ответить? Что проще скрыть аномалию, чем писать бесконечные объяснительные, отчеты о том, как продвигается устранение, и прочие бумажки? Что инквизиция потом покоя не даст, катаясь в Город с инспекциями?

– Ладно, можете не отвечать, – махнул рукой Лещинский. – Если боитесь, что Семен Никитич вцепится в вас с проверками, не говорите ему. А меня бояться не нужно. Сейчас главное – найти преступницу. А потом… Торжественно вам обещаю, что как ваш новый инквизитор не буду требовать никакой бюрократии. – Он помолчал и с легким вздохом добавил: – Если доживу.

Кристина заморгала. Ему хотелось верить. А Городу, похоже, достался второй подряд понимающий инквизитор, готовый пойти навстречу, а не изводить ведьм бесконечными придирками. Хотя раз он сказал «если доживу»… значит, по закону подлости обязательно умрет. В ближайшее же время. И оставит Город на растерзание Семенам Никитичам.

Она вздрогнула, не сразу осознав серьезность положения. Потом быстро переспросила:

– А что с вами может случиться? Эта секта так опасна?

– Нет-нет! – Лещинский уже явственно жалел о сказанном. – То есть она опасна, конечно, вам стоит остерегаться, но мне… неважно. Забудьте.

– Если вам нужно лечебное зелье или… – начала Кристина, но тут дверь холла распахнулась.

– Вы там скоро? – крикнула Лера. – Кристина Сергеевна, мы вас ждем, вернулись за подмогой, они там…

Она осеклась, увидев инквизитора. Тот, весь в темном, сливался с ночными тенями. Кристина вздохнула.

– Хотите прямо сейчас посмотреть на аномалию? – спросила она у него. – Тогда пойдемте с нами.


Издательство:
Эксмо
Книги этой серии:
Поделиться: