© Гришанин Дмитрий
© ИДДК
Глава 1
Я вынырнул из кровавой пелены забвения, которая теперь заменяла мне сон. Невольно дёрнулся в момент пробуждения и тут же хрипло застонал от боли в потревоженных мышцах.
Перед глазами привычно загорелись строки системного лога.
Внимание! Вы провели ещё 4 часа в паутине кукольника. За выживание в экстремальной ситуации вам начисляется: 6 теневых бонусов к Силе, 4 теневых бонуса к Ловкости, 10 теневых бонусов к Выносливости, 9 теневых бонусов к КЭП.
В этой чёртовой теневой параллели я давно потерял счёт времени. Таймер обратного отсчёта в углу периферийного зрения отчего-то заглючил и теперь бесконечно выдавал один и тот же неизменный набор цифр: 00:13:13… 00:13:13… 00:13:13…
* * *
Здесь не было привычной для родной параллели смены дня и ночи, а круглосуточно пылало намертво приколоченное к небосводу ослепительно-яркое солнце. Поэтому оставалось только гадать, сколько часов или суток я провёл в плену. Вроде бы за время плена я уже трижды проваливался в кровавую пелену беспамятства. Или четыре? Чёрт! Впрочем, какая уже разница.
Я висел между двумя высокими, белыми, как слоновая кость, берхами, намертво спелёнатый паутиной, как чёртова муха, и не мог шевельнуть даже пальцем. Все мышцы в теле от долгого пребывания в неподвижном состоянии затекли и на любую попытку шевеления реагировали болезненными судорогами.
Большой палец правой руки с кольцом был изолирован паутиной от остальной ладони особенно тщательно. И я не имел ни малейшей возможности ни шевельнуть им, ни дотянуться до него соседним пальцем, поэтому не мог ни призвать копьё, ни вызвать меню, чтобы узнать свои текущие характеристики.
Только лицо гады оставили свободным от паутины, чтобы я не задохнулся раньше времени и мог долго радовать своим жалким беспомощным состоянием ублюдков-похитителей.
– Оч-чнулс-ся? – Я невольно вздрогнул от раздавшегося сбоку голоса соседа. – Хорош-шо. Готовс-ся, С-сережша. С-сейч-час-с будем зсавтракать.
Потусторонняя тварь идеально копировала не только внешность, но и голос своей жертвы. Даже зная, что Толян мёртв, услышав натянувшего его маску кукольника, я в который раз поймал себя на мысли, что готов привычно ляпнуть в ответ что-то типа: «Харе прикалываться, Толя. Ни разу не с-смеш-шно».
– Я не голоден, – прохрипел я в ответ. – Дай лучше воды.
Долгое общение с потусторонней тварью притупило у меня первоначальный ужас перед ней. Убедившись, что убивать меня в планы кукольника пока точно не входит, я невольно стал воспринимать высокоуровневую смертельно опасную тварь как банального тюремщика.
– С-сперва зсавтрак. – Тварь в образе Толяна вышла из мёртвой зоны, неся в руках уже знакомое мне здоровенное розовое яйцо в фиолетовую крапинку (мой стандартный тюремный завтрак, как, впрочем, и обед, и ужин). – С-съешшь зсавстрак, будеш-шь пить.
– Сука! – обречённо бросил я в лицо «соседу». Попытался до кучи ещё и плюнуть, но из-за страшного сушняка во рту не оказалось слюны.
Проигнорировав моё ругательство, «Толян» мазнул по губам чёрным раздвоенным языком и спросил:
– Сам рот откроешь или помочь?
При первой кормёжке я имел неосторожность выпендриться и закочевряжиться. И через секунду я узнал, как именно помогает потусторонняя тварь.
Свободной рукой кукольник в тот раз схватил меня за нижнюю челюсть. Но вместо иллюзорных пальцев я ощутил, как подбородок до кости рвут острые, как скальпель, когти чудовища. Конечно, я тут же распахнул рот, шире самого голодного птенца. Но вместо того, чтобы тут же начать меня кормить, добившаяся подчинения тварь сперва ещё добрую минуту, глядя мне в глаза, нарочито медленно слизывала своим длинным чёрным языком ручьём льющуюся по изуродованному подбородку кровь. Почему я после этого не загнулся от сепсиса? Да фиг его знает. Может, слюна кукольника обладает антисептическим действием, как собачья. Хотя, конечно, учитывая рацион питания потусторонней твари, я б его слюну отнёс скорее к биологическому оружию. Но как бы то ни было, после того первого раза раны на челюсти подозрительно быстро затянулись.
Однако желания повторять эксперимент эта быстрая поправка, конечно, не вызвала. И при следующих кормёжках я больше ни разу не ерепенился. Вот и сейчас вместо ответа покорно открыл рот.
Кукольник мгновенно вскрыл яйцо и, приставив дырку на розовой макушке к моим губам, стал аккуратно переливать содержимое мне в рот.
На вкус эта экзотическая пища была как… Да как обычное сырое куриное яйцо, только приторно-сладкое. Ну и порция из-за гигантских размеров розового была, соответственно, раз в десять, а то и все пятнадцать больше куриного.
Первые глотки патоки яичного белка стекали в глотку легко, но дальше организму требовалось запить сладость. Однако в силу каких-то извращённых предубеждений тварь требовала, чтобы гигантское яйцо было выпито залпом, без перерывов на запить. Поэтому приходилось терпеть, давиться и глотать, глотать, глотать тягучую сладкую жижу.
На последних глотках снизу уже поднималась тошнота, отчего патока в горле вставала колом, не желая больше опускаться, и я начинал реально задыхаться. Но кукольник в маске соседа наносил точечный укол в какую-то точку под моим подбородком, и горловой спазм на несколько секунд благополучно исчезал. Остатки яйца тут же проваливались в пищевод. А то, что потом за эти секунды я расплачивался минутами мучительного кашля, никого уже не волновало.
Как и обещал, в конце завтрака тюремщик напоил меня водой из распечатанной на моих глазах пластиковой бутылки. Точно так же, как с яйцом, приставил мне горлышко бутылки к губам, предварительно дождавшись, когда я закончу трястись от кашля, и, приподняв бутылку, стал аккуратно переливать мне в глотку вожделенную влагу.
Ещё в процессе питья перед глазами ожидаемо загорелись строки системного лога.
Внимание! Вами было употреблено яйцо фахжжа с пробуждённым эффектом бездны. Родство с Хаосом +2 %, отторжение Порядка –2 %. Вам начисляется 48 очков теневого развития, 12 теневых бонусов к Силе, 10 теневых бонусов к Ловкости, 10 теневых бонусов к Выносливости, 6 теневых бонуса к Интеллекту, 10 теневых бонусов к КЭП.
Да, вы всё правильно поняли. Чёртовы яйца, похоже, были заряжены каким-то ритуалом и, оказавшись в моём желудке, начинали, игноря мои хотелки, внаглую кроить энерготип, перестраивая его в сторону Хаоса. После каждого яйца я получал приток в Хаосе и просад в Порядке. Не всегда на два процента, бывало, что выпадал и один, но, как бы то ни было, Хаос неизменно рос, а Порядок убывал. Утешительным призом мне при этом был халявный рост очков и бонусов теневого развития. И что самое паршивое, как ни напрягал память, я не мог припомнить, сколько всего яиц мне скормили за время плена.
«Вот так станешь хаосистом и даже об этом не прочухаешь, – мысленно возопил я и, несмотря на адское пекло, аж похолодел от следующей мысли: – А может, я уже того?.. Ведь таймер обратного отсчёта завис на тринадцати минутах… Хотя нет, вряд ли. Завис он уже давно. Меня тогда только-только начали яйцами пичкать. Я и съел-то их тогда всего-то… Твою ж мать, сколько же я сожрал этих грёбаных яиц?!»
Пока я читал и без толку накручивал себя бурным внутренним монологом, кукольник, закончив меня поить, подобрал скорлупу розового яйца и свалил восвояси. Я же остался висеть в паутине дальше.
Потянулся очередной, бог весть какой, бесконечно долгий солнечный день.
Глава 2
Внимание! Вами было употреблено яйцо фахжжа с пробуждённым эффектом бездны. Родство с Хаосом +1 %, отторжение Порядка –1 %. Вам начисляется 33 очка теневого развития, 9 теневых бонусов к Силе, 7 теневых бонусов к Ловкости, 7 теневых бонусов к Выносливости, 3 теневых бонуса к Интеллекту, 7 теневых бонусов к КЭП.
Читая лог, я жадно хлебал воду и даже не заметил, что лапу кукольника на бутылке сменила изящная женская ручка, хозяйка которой неслышно заняла место передо мной, отодвинув своего прислужника.
– Долго ещё меня этими дрянными яйцами пичкать будешь? – отплёвываясь, озвучил я давно заготовленный вопрос, когда остатки недопитой воды, по сложившейся традиции, тюремщик выплеснул мне в лицо, имитируя умывание.
– Это было последнее. – Вместо шипящего кукольника рядом неожиданно раздался голос Линды.
Проморгавшись от стекающей воды, я изумлённо уставился на довольную произведённым эффектом розоволосую знакомую в неизменном розовом костюме.
– Я сразу понял, что моё похищение – это твоих рук дело, – зло бросил я ей в лицо.
– Ути, какие мы грозные. – Хаосистка цапнула меня за подбородок и легонько потрясла. – И чумазые, – добавила она, вытирая испачканную об меня руку полотенцем, услужливо поданным подскочившим кукольником.
– Меня обязательно найдут! И тогда…
– Серёжа, ты уже почти четверо суток торчишь в этой паутине, – перебила Линда. – Да будет тебе известно, что твои друзья-порядочники крайне паршиво ориентируются в локациях теневой параллели. Они почти сразу же потеряли наш след. Ещё дня два порыскали наудачу в округе, за сто миль до этого места. И сдулись. Увы, дружочек, но те, кого по наивности своей ты посчитал друзьями, похоже, решили, что практикант здесь благополучно зажмурился. И последние тридцать часов тебя никто уже не ищет.
– Ты всё врёшь!
– Ну да, ну да…
– Хозсяйка, дозсволь прис-струнить наглец-ца, – откуда-то сбоку напомнил вдруг о себе сгинувший из моего поля зрения кукольник.
– Не дозволяю! – зло шикнула на выскочку Линда.
– И что ты со мной будешь делать? – спросил я, отчаянно стараясь унять дрожь в голосе.
– Да вот уже и сама не знаю теперь, – проворчала хаосистка.
– Зачем же похищала?
– За надом, блин!.. По ходу, не повезло нам с тобой, Серёжа. И по-лёгкому разрулить проблемку, увы, не получилось…
Направление разговора, мягко выражаясь, начинало меня не на шутку напрягать. Млять! Если ад, через который мне пришлось здесь пройти, называется по-лёгкому, то я даже представить боюсь, как может обернуться по-тяжёлому.
– Я извела на тебя одиннадцать яиц фахжжа. Обошедшихся мне, между прочим, в сто пятьдесят девять тысяч евро, – продолжила меж тем откровенничать хаосистка. – Выпотрошила закрома всех знакомых артефакторов. И в итоге всё равно не хватило каких-то жалких трёх процентов.
«Выходит, Порядок в моём энерготипе всё-таки устоял!» – мысленно возликовал я.
– Напрасно лыбишься, Серёжа, – оскалилась стерва, каким-то чудом заметив тень радости на моём измождённом лице. – Тебе, при текущем раскладе, по-любому скоро наступит полный трындец. Думаешь, благодаря чему ты смог протянуть в теневой параллели так долго? Правильно. Регулярное потребление яиц фахжжа поставило на паузу лимит твоего насильственного выдворения отсюда. Кстати, потребляемая тобой теневая субстанция также регулярно укрепляла твоё тело теневыми очками и бонусами, поэтому, несмотря на длительное неподвижное положение в паутине, твои мышцы до сих пор не атрофировались и полны сил.
– Ну да, то-то меня так колбасит от каждого неосторожного толчка, – буркнул я.
Оставив мой комментарий без внимания, Линда продолжила откровенничать:
– Я рассчитывала, что после употребления партии собранных мною яиц ты станешь хаосистом и теневая параллель воспримет тебя как своего. Тогда бы ты спокойно выждал ещё один карантинный день, необходимый для окончательного усвоения яиц фахжжа организмом, и спокойно вернулся домой. Или не домой – это уж сам бы решил.
– Так ты б меня и отпустила, – фыркнул я, не удержавшись.
– Хочешь верь, хочешь нет, но даже пинка бы дала для скорости. Не забывай, твоё содержание тут обошлось мне в весьма приличную сумму. И просто так, от нефиг делать, увеличивать её у меня нет ни малейшего желания.
– Ты говоришь какими-то загадками.
– Я говорю то, что тебе необходимо знать. Увы, хаосистом ты не стал. Твой внутренний Порядок отчаянно сопротивлялся давлению эффекта бездны. И отличный план с треском провалился. Нам банально не хватило яиц. Будь их у меня не одиннадцать, а хотя бы тринадцать, наверняка всё бы получилось. Но, повторяю, я выпотрошила закрома всех знакомых артефакторов. И в ближайшую неделю новых яиц просить у них бесполезно. Тебе же, чтобы не запустился таймер обратного отсчёта, через восемь часов нужно употребить очередное яйцо, которого у нас нет.
– Так может, ты меня пока отпустишь? А потом, когда появятся яйца, я их приму. Обещаю, – без особой надежды предложил я.
– Не получится, – обломала меня хаосистка.
– Боишься, сдам тебя?
– Да брось, мальчик, кому ты меня сдашь? – фыркнула Линда. – Уж поверь, если б была такая возможность, я бы с радостью немедленно отпустила тебя восвояси. А потом изыскала бы способ обмануть твоих опекунов. Подкинула б тебе яйца фахжжа и принудила сдержать данное обещание. Наша проблема, дружочек, заключается в том, что сейчас в твоём организме слишком много не до конца усвоенного теневого продукта. Для его гарантированного усвоения, как я уже говорила, нужно пробыть здесь ещё один карантинный день. Если же немедля отправить тебя домой, теневая субстанция взбунтуется во враждебной среде Порядка и твоё тело разорвёт на части.
– Выходит, здесь мне оставаться нельзя, потому что через несколько часов снова запустится таймер, после чего время моего пребывания в теневой параллели очень быстро истечёт и меня насильственно схлопнет. Но и отправить домой меня тоже нельзя, из-за не до конца усвоенных организмом яиц фахжжа, которые там превратятся во взрывчатку, и меня разорвёт на грёбаные атомы, – подытожил я услышанное.
– Да, такой вот паршивый у нас с тобой получился расклад, – развела руками у меня перед лицом Линда.
– Раз мне по-любому кирдык, может, выпустишь меня хотя бы из этой чёртовой паутины?
– Пожалуй, ты прав, больше в этом нет необходимости… Крошка, освободи Сергея, – распорядилась хаосистка.
Подобравшийся сзади кукольник в считаные секунды срезал удерживающие меня тенёта, и я кулём рухнул на розовую траву, тут же разразившись трёхэтажным матом от грандиозной вспышки боли, полыхнувшей разом во всех мышцах и суставах. Пока я стонал и корчился от судорог, пальцы «Толяна» замелькали по моему непослушному телу, разрубая опутывающие его полупрозрачные паутинные нити.
Через минуту я худо-бедно оклемался и теперь неуклюже ощупывал и разминал застоявшиеся мышцы. Последние бодро отзывались на неумелый восстановительный массаж, подтверждая слова Линды о притоке сил от регулярной подпитки тела теневыми очками и бонусами.
– Рада была бы, Серёжа, составить тебе компанию в эти последние часы. Но, к сожалению, у меня много срочных дел, – объявила вдруг хаосистка.
– Погоди. Я не хочу здесь оставаться. – Попытался вскочить на ноги, но не до конца восстановившиеся конечности тут же коварно подогнулись, и я позорно хлопнулся обратно на задницу.
– Не обижай моего Крошку, – улыбнулась мне Линда. – А ты проследи за ним, чтобы не отчебучил чего с отчаяния, – отвернувшись, бросила она уже своей ручной зверушке. И через секунду рассыпалась грудой зеркальных осколков.
– Чёрт! Чёрт! Чёрт! – в отчаянии ударил я несколько раз кулаками по земле. – Да хрен с ним, с взрывом! Верни меня домой, сука!
Сбежавшая хаосистка моего злого требования, разумеется, не услышала. Но её разумный питомец прекрасно всё понял и очень оскорбился за хозяйку.
Свирепо зашипев, «Толян» прыгнул на меня с пяти метров, как кенгуру. Я лишь чудом успел в последний момент перекатиться по траве в сторону.
Когда катился, на глаза попалось изящное женское зеркальце, лежащее под травой на земле…
И тут же время вокруг словно остановилось.
Зависнув над зеркалом в очередном перекате, краем глаза я успел подсмотреть, как промахнувшийся кукольник медленно разворачивается ко мне. Иллюзия маски Толяна сползает с огромного паука со змеиной головой. И представший в своём истинном обличье кукольник тянется ко мне когтистыми лапами…
Но мгновением раньше его неотвратимого смертельного удара зеркало на земле подо мной взорвалось ослепительно яркой вспышкой.
Я на несколько секунд ослеп. А когда зрение восстановилось, обнаружил себя на полу какой-то странной комнаты.
Глава 3
Внимание! Вы покинули локацию теневой параллели! Без штрафа за нарушение ограниченного пребывания! В качестве поощрения вам начисляется 114 теневых бонусов к КЭП.
Строки короткого лога погасли, и я замер в ожидании взрыва. Но прошла секунда, другая… Тело до сих пор колбасил отходняк от длительной неподвижности. У меня по-прежнему всё болело, но я не чувствовал внутри ни намёка на активацию каких-то взрывоопасных процессов.
– Вот ведь гадина! Выходит, стерва снова меня обманула! – выдохнул я секунде на десятой бестолкового ожидания.
И тут же похолодел от ужаса из-за раздавшегося за спиной зловещего шипения.
«Неужели чёртов кукольник переместился вместе со мной?»
Мгновенно позабыв о боли, я мигом вскочил на ноги и скакнул в дальний угол комнаты, где обернулся, одновременно крутанув пальцем кольцо против часовой, и выставил перед собой активировавшееся воздушное копьё.
Погасшее было время обратного отсчёта в углу на периферии зрения снова загорелось, таймер ожил, и секунды на нём начали планомерно убывать:
00:14:21… 00:14:20… 00:14:19…
Но обнаружилась и хорошая новость. Хозяином напугавшего меня шипения оказался вовсе не кукольник, а похожая на макаку зубастая образина с огромным, вдвое больше её самой, пушистым хвостом. Тварюшка в напряжённой позе застыла на шкафу, где, судя по катышкам пыли, отлично заметным на её белоснежной шерсти, она мирно спала до моего появления здесь и тоже теперь внимательно меня разглядывала.
Размером это совершенно незнакомое мне существо, как я уже упоминал, было примерно с макаку. У неё имелись похожие на обезьяньи руки и ноги. А вот хвост, скорее, походил на беличий. Глаза у этого альбиноса, как положено, зловеще красного цвета. Но гораздо больше глаз меня напрягли внушительные зубищи твари, с трудом помещавшиеся в недостаточно широкой, хищно оскаленной пасти альбиноса.
Зверюшка, размером чуть больше домашней кошки, разумеется, без учёта хвоста, имела два ряда кривых остроконечных зубов, в центральной части не меньше дюйма длинной, которыми, наверняка, очень удобно выдирать из тела куски мяса. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что это ни разу не домашний питомец. Спрашивается, что делает непонятный хищник в комнате жилого дома?
Хотя жилого ли?.. Я вдруг понял, что меня так напрягло здесь в первые секунды появления. Все мебель в комнате буквально утопала в сугробах пыли. На толстом сером ворсе напольного ковра она была не так заметна, но я вспомнил поднятое мною облако пыли, когда вскакивал и отбегал в угол. Очень похоже, что до моего появления здесь человеческая нога не ступала за порог этой комнаты даже не месяцы – годы.
– Эй! А ну пошёл вон! – Я сделал шаг вперёд и пригрозил зубастому альбиносу копьём.
В ответ из оскаленной пасти хищника раздалось ещё более яростное шипение. И тут же многократное эхо точно такого же шипения через распахнутую дверь донеслось откуда-то из глубины дома.
И это было очень плохо. Потому как одно дело сразиться с одинокой агрессивной тварью (в лёгкой победе над которой, несмотря на устрашающего вида зубы и своё не лучшее физическое состояние, я не сомневался – уж на один-то точный удар по подсвеченной навыком уязвимости меня всяко хватит) и совсем другое – отбиваться от атаки целой стаи таких вот хвостатых зубастиков, где мои шансы на успех в теперешнем неуклюжем состоянии без шансов катились к нулю.
Единственную возможность выжить я увидел в немедленном закрытии и блокировке комнатной двери. Для этого отлично подходил шкаф, располагавшийся аккурат возле двери.
Больше не колеблясь, я коснулся кольцом переносицы, активируя Разоблачение уязвимости, и атаковал зубастого альбиноса.
Но ловкая тварь молниеносным скачком по потолку и стене легко ушла от моего таранного удара копьём, и я не дотянулся считаных сантиметров до голубого пятна уязвимости, загоревшегося у альбиноса на боку. Оттолкнувшись от стены, тварь неожиданно сама атаковала в третьем прыжке, нацелившись вцепиться мне в горло. Но против низкоуровневой твари мой навык владения копьём сработал выше всяких похвал. Стремительный разворот кисти, и пятка воздушного копья встречает альбиноса в воздухе, хлёстким ударом по оскаленной пасти отправляя зубастика в дальний угол комнаты.
Пока первая тварь на несколько секунд выбыла из игры, я бросился к двери и, схватившись за ручку, краем глаза засёк бесшумные, невероятно стремительные скачки ещё четырёх альбиносов по полу и стенам длинного коридора в направлении нашей комнаты. Я едва успел захлопнуть деревянную перегородку перед оскаленными мордами зубастых белко-мартышек. И, подперев дверь спиной, развернулся к альбиносу номер один.
Оправдав мои ожидания, благополучно оклемавшийся зубастик уже летел по стене на меня. Но едва я вскинул копьё, целя в очередную уязвимость, наученный горьким опытом зверь вместо атакующего удара шикарным стремительным прыжком через всю комнату перескочил на противоположную стену, откуда тут же махнул на потолок, а с него обратно на шкаф. Там зубастый ублюдок благополучно затаился на дальнем конце, где я никак не мог дотянуться до него копьём.
Достать же гада я не мог, потому что ни на миг нельзя было отпустить дверь, в которую с той стороны свирепо колотились телами остальные прыгучие ублюдки. К счастью, дверь оказалась крепкой, а тела зубастых альбиносов недостаточно тяжёлыми, чтобы её пробить.
Я оказался в патовом положении. Мне нужен был шкаф, чтобы заблокировать дверь, которая сейчас якорем удерживала меня на пороге комнаты, лишая необходимой мобильности для полноценной схватки с затаившимся на шкафу зубастиком. Я мог дотянуться до шкафа копьём и пододвинуть его к себе. Но проделать это было крайне опасно из-за сидящей на нём твари. Стремительного, как молния, зубастого альбиноса от немедленной атаки сдерживало сейчас лишь моё нацеленное на шкаф копьё, и стоит мне его опустить, чтобы использовать не по назначению, как тварь тут же попытается вцепиться мне в горло.
И самое паршивое – надо мной нависла гильотина цейтнота. Потому как два активированных навыка стремительно пожирали жалкие остатки не успевшего восстановиться лимита КЭП, по истечении которого оба навыка попросту развеются, и против затаившегося на шкафу зубастика я окажусь практически беззащитным. Прервать действие навыков для восстановления лимита КЭП я опять же не мог из-за зубастика на шкафу. Меж тем, подстёгнутый удвоенным расходом секунд, таймер в углу убывал с удручающей стремительностью:
00:10:11… 00:10:09… 00:10:07…
В довесок к вышесказанному я по-прежнему крайне паршиво себя чувствовал, и из-за напряжённого ожидания отложенной схватки моё состояние с каждой минутой катастрофически ухудшалось. По-хорошему, следовало бы активировать Целебный пот и дать возможность организму нормально восстановиться. Но третий активный навык ещё сильнее ускорит сокращение лимита КЭП. И какая мне тогда разница, болезный я буду или худо-бедно здоровый, если в конце один фиг стану беззащитной жертвой зубастого альбиноса.
С другой стороны, откладывая лечение, я рисковал в какой-то момент просто отключиться и завалиться в обморок. После чего через считаные секунды зубастик играючи вскроет мне горло.
От безысходности я решился на отчаянный шаг. Накрыв левой ладонью кольцо, отменил-таки действие навыков. Но тут же коснулся кольцом переносицы, вернув активацию Разоблачения уязвимости.
Мой рисковый план был прост, как пять копеек. Тварь на шкафу, заметив, что у меня из рук пропало копьё, была просто обязана атаковать. Я же рассчитывал мгновенно активировать копьё и встречным ударом упокоить-таки альбиноса, благо уязвимости его после восстановления навыка по-прежнему были мне доступны. Копьё же активируется лёгким поворотом кольца – это доли секунды, тварь всяко не успеет так быстро до меня добраться.
Увы, я просчитался. Юркая бестия успела.
К счастью, мне хватило ума подстраховаться и на всякий пожарный прикрыть горло локтем левой руки.
Я увидел лишь мелькнувшую под потолком белую молнию и тут же взвыл от дикой боли, пронзившей выставленный локоть. И думать забыв о поиске на теле твари подсвеченных навыком уязвимостей, я стал неистово дубасить активированным копьём по извивающемуся телу впившегося в мой локоть альбиноса. Мне повезло, что какой-то из ударов угодил по уязвимости. Хватка на локте вдруг ослабла, и оглушённый альбинос шлёпнулся на ковёр, где тут же оказался намертво пришпилен копьём к полу через голубое пятно уязвимости на шее.
Ублюдок несколько раз дёрнулся в агонии и издох. Что тут же подтвердил загоревшийся перед глазами системный лог.
Внимание! Вы нанесли критический урон царусу 11-го уровня. Царус умирает. Штраф за разницу в уровнях – 0,1. За убийство царуса вам начисляется 2 очка теневого развития, 2 теневых бонуса к Ловкости, 5 теневых бонусов к Выносливости.
- Практикант. Книга 1
- Практикант. Книга 2