© Мила Дрим, 2021
ISBN 978-5-0055-3448-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ХОЛОДНЫЙ ГЕРЦОГ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Англия, 1816
– Говорят, что он убил первую жену, а затем и её любовника. А потом, использовав все свое могущество и связи, сделал так, что остался невиновным.
Молодая девушка нервно сглотнула. Подняв на служанку глаза, она произнесла:
– Благодарю, Рут. Это, несомненно, приободрит меня перед встречей с ним.
– Ох, простите, мисс Диана, – горничная сокрушенно вздохнула и окинула дочь госпожи виноватым взглядом. – Просто ваша матушка, как она могла, отдать вас, этому страшному человеку…
– Остановись, Рут, – резко оборвала служанку Диана. – Моя мать – ваша госпожа. Не забывайте об уважении к ней. К тому же, еще ничего не решено. Возможно, я не понравлюсь герцогу.
– Да, мисс, – опустив глаза в пол, пробормотала Рут, а сама мысленно добавила: «было бы за что уважать эту женщину!»
– Благодарю за помощь, – Диана поднялась и посмотрела в зеркало – с блестящей глади на неё смотрела напуганная, молодая девушка. Наряд, что был на ней – изысканное платье из бледно-розового шелка, отделанное на уровне декольте невесомой газовой тканью, стоил матери девушки, графине Орнейской, немало денег и еще больше нервов. Еще бы. Пробиться в такое время к известной французской модистке, мадам де Лакруа, оказалось почти невыполнимой задачей. Но графиня не была бы графиней Орнейской, если бы не справилась с этим.
Нет, в этом году графиня не планировала «выводить дочь в свет» (от того и случилась заминка с нарядами), хотя возраст той уже был подходящий – 17 лет. Диана, проводившая время в имении покойного отца, находилась в счастливом неведении о том, что собиралась воплотить в жизнь её мать, когда в театре появился герцог.
Три года Лондон не видел печально известного красавца, титулованного герцога, Дэвида Ричмонда. Ходили самые разные слухи, связанные с ним – начиная от того, что тот погиб где-то на берегах Индии, заканчивая тем, что герцог стал капитаном пиратского судна. Все эти слухи обрастали красочными, выдуманными подробностями, и делали и без того мрачный образ Дэвида Ричмонда ужасающе… привлекательным.
Красивый, властный, баснословно богатый, и к тому же, после странной гибели своей красавицы-жены, еще и свободный, герцог стал заветной целью для графини Орнейской. Она решила выдать за него свою единственную, но далеко не любимую, дочь. Не тратя время зря, разузнав, где в следующий раз появится герцог, графиня срочно вызвала Диану. В кратчайшие сроки та прибыла к матери, обеспокоенная тем, что стало причиной горячим желанием матушки увидеться. Уж не заболела ли та?
Если одержимость своей целью можно было назвать болезнью, то да, графиня Лилиан Орнейская была тяжело больна. Для своего исцеления она готова была положить жизнь дочери к ногам герцога Ричмонда. Её не волновало, какую цену придется заплатить за это Диане. Для графини дочь, которая стала самым большим разочарованием в жизни (Лилиан мечтала родить графу наследника), должна была отплатить за свое право существовать, и сделать это она могла, лишь став женой герцога.
– Ты готова? – стремительным шагом врываясь в комнату, предоставленную для отдыха девушки, вопросила графиня. Одетая в серебристо-белое платье, с диадемой, украшающую светлые волосы, Лилиан Орнейская выглядела, как королевская особа.
– Да, мама, – Диана нервно провела ладонями по платью, и тут же получила по правой руке веером.
– Сколько раз я тебе говорила, не делать так, – зашипела графиня, холодно разглядывая свою дочь, – так делает только деревенщина! Думаешь, герцог захочет общаться с деревенщиной?
– Нет, мама, – Диана, опасаясь показать, как больно руке от удара, опустила взор вниз.
– Вот так, – графиня погладила рукой по бледной щеке дочери, – вот так и веди себя рядом с герцогом. Глаза в пол, будь скромна и лишний раз не говори. Бог знает, что думает теперь о женщинах герцог, после того случая с покойной женой… Ты поняла меня?
– Да, мама, – сдавленным голосом ответила Диана.
– Умница, дочка, – тонкие губы графини расплылись в самодовольной улыбке. – Если все пойдет как я задумала, мы получим в женихи самого влиятельного и желанного жениха Англии.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Этим вечером хозяева дома, граф и графиня Ридели, встречали своих гостей. Лишь избранные имели честь быть приглашенными на сегодняшний бал. Графиня Орнейская была одной из них. Величественно спускаясь по белоснежной лестнице, она сканирующим взглядом скользила по лицам собравшихся. Наконец, её взгляд остановился на высоком, смуглолицем мужчине. Тот, со скучающим выражением, выслушивал болтовню баронессы.
– Он здесь, – растягивая губы в торжествующей улыбке, сообщила графиня дочери.
– Который из них? – Диана медленно обвела взглядом зал. Почти все присутствующие были незнакомы ей (годы в имении давали знать о себе). Взор девушки прошелся по рыжеволосой женщине, потом, скользнул по черным волосам баронессы, и встретился со взглядом темно-зеленых глаз. Взгляд этот был холодным и острым, как лезвие самого лучшего в мире клинка. Диана едва не передернула плечами.
– Какая удача, он смотрит прямо на нас, – беря дочь за ладонь, восторженно заявила графиня.
Диана, ощущая подступающую дурноту, посмотрела на мать. Сама того не осознавая, девушка искала в ней поддержку. Лилиан, заметив взгляд дочери, послала ей предостерегающую улыбку, следом раздалось:
– Помни о том, чему я учила тебя.
На пути к заветной цели графини им встретились несколько гостей, изъявивших желание познакомиться с дочерью Лилиан. Они с небывалым интересом разглядывали лицо Дианы, её наряд, чтобы потом, уже значительно позже, сидя в гостиной лондонского дома, со всеми подробностями поведать, что видели дочь светской львицы, графини Орнейской, и что та «совершенно не унаследовала холодной красоты своей матери».
Наконец, преодолев препятствия в виде назойливых дам, графиня практически достигла первой цели – она вместе с дочерью оказалась напротив герцога Дэвида Ричмонда. Правда, к тому моменту, когда Лилиан добралась до него, тот был уже в окружении нескольких дам и двух мужчин.
– Какая приятная встреча, – привлекая внимание к собственной персоне, а заодно, и к дочери, заявила графиня. Когда темно-зеленые мужские глаза остановились на ней, Лилиан присела в реверансе. Диана последовала её примеру. Только, в отличие от матери, она не смела поднять глаз. Не потому, что так учила её мама. А потому как Диане было тошнотворно страшно вновь столкнуться взглядом с герцогом.
– Ваша Светлость, – графиня улыбнулась, однако герцог остался равнодушным к её улыбке, – какой сюрприз видеть вас на этом балу.
Резко очерченные губы герцога дрогнули в издевательской усмешке:
– Такой ли уж сюрприз, Ваше Сиятельство?
– Пусть это останется в секрете, – увиливая от вопроса, ответила графиня. – Позвольте, я познакомлю вас со своей дочерью, Дианой. Дочка, подойди.
Изображая из себя любящую мать, графиня почти бережно подтолкнула дочь к герцогу.
– Леди Диана, – властный голос герцога требовал, чтобы девушка посмотрела на него. Преодолевая дурноту, Диана медленно подняла взгляд. И тут же пожалела об этом, ибо глаза герцога – темно-зеленые, отдающие ледяным холодом, пренебрежительно сверкнули.
– Ваша Светлость, – голосом, которым показался чужим для Дианы, ответила она.
– Моя дочь – настоящее сокровище, герцог, – подходя ближе (к тому моменту, гости, что стояли подле герцога, расступились, уступая настойчивой графине), сообщила Лилиан.
– Поздравляю вас с этим, – насмешливым тоном ответил герцог, и кивнул кому-то головой. – Прошу извинить меня, мне нужно поприветствовать своего старого приятеля.
Диана, чувствуя, как щеки обожгло стыдливым румянцем, негромко обратилась к матери:
– Мама, прошу вас, пойдёмте поздороваемся с другими гостями.
– Помолчи, дорогая, – обернувшись, прошипела графиня. Снова повернувшись к герцогу, она обратилась к нему голосом, полным уважения:
– Ваша Светлость, прошу вас, уделите мне несколько минут вашего драгоценного времени. Уверяю вас, вы не будете разочарованы.
– У вас есть ровно минута, – холодно сообщил герцог.
– Прекрасно, – графиня обернулась, – а ты, моя дорогая, сходи, принеси мне что-нибудь выпить.
Диана, чувствуя себя так, словно ей дали шанс на спасение, поспешила скрыться в толпе гостей. Она, то и дело ловя на себе заинтересованные, а, порой, и слишком откровенные взгляды, искала столик с прохладительными напитками.
Наконец, Диана заметила возле стеклянных дверей, ведущих в сад, несколько столиков, на которых, сверкая хрусталем, разместились фужеры с напитками. Но, вместо того, чтобы, взять один из них и поспешить к матери, девушка, отвернувшись ото всех, принялась жадно пить. От страха, что стал в разы сильнее после знакомства с герцогом, у неё пересохло горло, и вот теперь Диана пыталась избавиться от дискомфорта – хотя бы физического.
Частично утолив жажду, девушка медленно обернулась. Её мать все еще разговаривала с герцогом. Судя по лицу последнего, речь графини крайне забавляла его. В который раз за этот вечер Диана испытала прилив стыда. Он усилился, когда заиграла музыка, и девушка заметила, как мать начала искать её. Видимо, графиня делала это с целью того, чтобы герцог пригласил Диану на танец. Одна только мысль об этом – и у девушки подкосились ноги. Как в таком состоянии возможно танцевать? Да и как можно танцевать с человеком, один взгляд которого пробуждает внутри неконтролируемый страх?
Лихорадочно размышляя, как поступить, Диана заметила пару, приближающуюся к столику. Девушка, про которую мать говорила, что та подопечная маркиза, показалась Диане не только изумительно красивой, но и доброй. Именно поэтому Диана решилась попросить подопечную маркиза о помощи.
– Леди Кристина, – стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал, обратилась Диана к девушке. – Прошу вас, помогите мне.
Кристина, остановившись рядом, окинула Диану вопрошающим взглядом.
– Прошу вас, давайте сделаем вид, что мы знакомы и желаем поговорить, – Диана умоляюще посмотрела на подопечную маркиза, – прошу вас, иначе мне придется танцевать с ним.
– Хорошо, идемте, – тепло улыбаясь, согласилась леди Кристина. Молодой мужчина, что составлял ей компанию, предложил сопроводить дам в сад. Диана зацепилась за эту идею, как за спасательный круг. Лучше и не придумать! Уж там-то мать не будет её искать. Не теряя время зря, дочь графини поспешила в сад.
Нежная прохлада окутала Диану с головы до ног, а цветочный аромат – сладко-утонченный, что витал в воздухе, немного ослабил то напряжение, в котором находилась девушка. Она, стремительно шагая вперед, искала место, где можно было скрыться от чужих глаз. Заметив скамейку, спрятанную за кустом белых роз, Диана уселась на неё и шумно выдохнула. Лишь теперь, чувствуя опустошенность внутри себя, девушка поняла, насколько сильно устала за этот недолгий вечер. А ведь он только начался!
Леди Кристина и её спутник, остановившись рядом, начали вести непринужденную беседу. О чем велся разговор, Диана не слышала, и она была крайне благодарна им, что они не стали у неё что-либо расспрашивать. Глубоко втягивая в себя свежий воздух, молодая девушка изо всех сил старалась успокоиться. Сейчас, когда поблизости не было ни матери, ни герцога, Диана чувствовала себя более спокойной и размышляла уже более здраво.
Вечер только начался, и у неё не будет возможности (до тех пор, пока мать не позволит это) покинуть его. Сейчас ей выдался шанс – взять себя в руки. Потому что, если этого не случится, она не только опозорит себя, но и разочарует свою родительницу, уважение и внимание которой Диана так мечтала заслужить.
– Прошу прощения, но кого вы имели в виду? – прошептала Кристина, когда её спутник отошел в сторонку.
– Герцога, – во все глаза глядя на подопечную, испуганно ответила Диана.
В серо-голубых глазах леди Кристины отразилось сочувствие. Большего и не нужно было для Дианы. Эта капля неравнодушия придала ей сил.
Она должна быть сильнее своего страха. Герцог – такой же человек, как и все остальные, собравшиеся здесь. Будь он так ужасен, вряд ли бы его пригласили на этот прием. Нет! Он – обычный человек! Она не будет бояться его, и выдержит все, чтобы мать гордилась ей. Перед глазами предстало довольное лицо графини и взгляд, полный гордости, устремленный на неё. Именно так мать будет смотреть на неё, если все пойдет по плану. Диана уцепилась за эту идею.
– Пора возвращаться, – поднимаясь с изящной скамьи, произнесла она. Окинув благодарным взглядом Кристину, Диана поблагодарила ту:
– Еще раз благодарю, что не остались равнодушны к моей просьбе, – девушка посмотрела на барона, – и вас я так же благодарю, Ваша Милость.
Когда Диана вместе с леди Кристиной подошли к стеклянным дверям, подопечная маркиза, не сдержавшись, уточнила вопрос, который так беспокоил её:
– Скажите, почему вы обязаны танцевать с ним?
По бледному лицу Дианы прошлась тень страха. А ведь секундой ранее она думала, что совладала с ним! Но нет, страх, беспокойной птицей забился в её груди…
– Потому, что так велела моя мать, – чувствуя презрение к себе за собственную слабость, обреченно произнесла она.
И тут же, взгляд Дианы заметил стремительно приближающуюся к ней графиню Орнейскую. И хотя на холеном лице графини сияла улыбочка, взгляд её, притворно-радушный, не предвещал ничего хорошего. Со всей силой вцепившись в руку дочери, Лилиан произнесла:
– Идем, дорогая, я хочу познакомить тебя с очень важным человеком, – она понизила голос, – вернее, ты сейчас пойдешь и пообщаешься с этим важным человеком, с герцогом.
– Я? – нервно оборачиваясь назад и ловя сочувственный взгляд леди Кристины, ошеломленно выдохнула Диана.
– А кто же еще? – прошипела графиня Орнейская, сильнее сжимая запястье дочери. – Сейчас все гости отправятся на представление. Ни одной живой души не останется здесь. Мы условились, что вы встретитесь с герцогом на балконе.
– Мы останемся наедине? – чувствуя, как легким стало резко мало воздуха, вопросила Диана.
– Естественно. Будь умницей, и помни о том, чему я учила тебя, – графиня подтолкнула дочь к стене, там, за двойными дверями, на удалении друг от друга, разместились балконы.
– Но, мама, – нерешительно начала девушка, – разве можно так, чтобы мы оставались вдвоем?
– В нашем случае – можно. Выйдешь на крайний, правый балкон, когда гости уйдут. Встретимся через час в твоей комнате.
В этот момент гости вереницей потянулись к выходу. Все, утомившись от танцев в душном зале, поспешили выйти в ночную прохладу, дабы насладиться театральным представлением. Уже через 5 минут просторное помещение опустело. В зале повисла тишина.
Диана, чувствуя себя так, словно через мгновение ей предстоит спуститься в преисподнюю, бросила обреченный взор в сторону раскрытых дверей. Как бы она хотела последовать за остальными гостями и просто насладиться вечером, как другие дебютантки! Но нет. Ей нужно было выполнить требование матери.
Глубоко вздохнув, Диана нерешительно поплелась в сторону самого дальнего балкона. По мере приближения к нему, девушку все больше окутывала ночная прохлада и предчувствие чего-то неизбежного. Затаив дыхание, Диана потянула на себя приоткрытую дверь и шагнула на балкон…
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Ночная прохлада невесомыми бабочками заскользила по обнаженным рукам Дианы. Девушка сделала еще один шаг и, напрягая зрение, вгляделась в полутьму балкона. Здесь никого не было. Вздох облегчения вырвался с груди Дианы – значит, герцог не посчитал нужным прийти сюда, и она, со спокойной совестью, сейчас уйдет и поднимется в свою комнату…
Увы, намерениям Дианы не суждено было сбыться, ибо в тот момент, когда девушка развернулась к стеклянным дверям, они распахнулись, и на балкон, словно ураган, уверенной походкой ворвался герцог.
– Вы? – совсем не соображая в тот миг, что она говорит, испуганно выдохнула Диана.
Кривая усмешка, которая едва просматривалась в этой полутьме, скользнула по высокомерному лицу герцога.
– А кого ты ожидала? – усмехнулся мужчина, плотно закрывая за собой двери.
Диана, наблюдавшая за его действиями, нервно сглотнула. Затем, до неё дошло, как обратился к ней герцог – на ты. Унижение сдавило горло девушки, и она, делая попытку напомнить герцогу, что перед ним леди, негромко сказала:
– Ваша Светлость, не думаю, что моей матери понравится то, как вы разговариваете со мной…
– Мнение твоей матери меня никак не волнует, – герцог, сокращая расстояние, шагнул к Диане. Теперь он нависал над ней, как зловещая тень. Напуганная еще больше, Диана отступила назад, и уперлась спиной в прохладную каменную стену.
– Но если ты так беспокоишься о том, что подумает графиня, смею заверить тебя, Диана, что она, оставляя тебя со мной наедине, могла предположить, что случится может всякое.
Герцог подошел вплотную к девушке. И хотя Диану нельзя было назвать миниатюрной, мужчина был выше её на голову. Его сильное тело излучало такую энергию власти и неукротимости, что рядом с ним девушка почувствовала себя слабой и безвольной.
– Я н-не понимаю, о чем вы говорите, – дрожащими губами произнесла Диана. – Наверное, произошла какая-то ошибка.
– Ошибки нет, – герцог поднял руку и прижал её над головой девушки. Другая его рука властно обхватила Диану за подбородок.
– Что вы делаете? – возмущение и смущение, сплетаясь воедино, вылились в дрожащий голос.
– Рассматриваю свой товар, – жесткие пальцы, сжав нежную кожу чуть сильнее, повернули лицо Дианы в сторону – в этот миг, луна, до этого времени прятавшаяся за облаком, соизволила выглянуть. Её бледный свет осветил испуганное лицо девушки – мягкий овал, нежные скулы, аккуратный, прямой нос. Огромные, темно-синие глаза, не мигая, потрясенно смотрели на герцога.
– Товар? Я не продаюсь, – призывая на помощь свое чувство достоинства, произнесла Диана.
– Тебя уже практически продали, – зеленые глаза мужчины сверкнули, – мне нужно лишь убедиться, что ты подходишь мне, и сделка будет завершена.
Обе руки герцога легли на талию Дианы.
– Что вы делаете? – ошеломленная действиями мужчины, выдохнула девушка.
– Я уже ответил на твой вопрос, – руки герцога, скользнув вниз, обхватили девичьи бедра, – осматриваю свой товар.
Диана, замерев от испуга, была не в силах что-либо сказать. Её тело, сотрясаясь от дрожи, красноречиво говорило за неё. Она умирала от страха и осознания, что мать пожелала выдать её за такого страшного человека, как герцог.
– Бедра широкие, родить сможешь, – словно доктор, холодным, циничным голосом сообщил мужчина. Его правая рука взметнулась вверх и обхватила голову Дианы за затылок. Темно-зеленые глаза полыхнули предостерегающим огнем. А потом герцог, словно печать, поставил на губах девушки свой поцелуй – бесстыдный, требовательный. Дэвида совсем не волновало, что перед ним – юная, неискушенная девушка, и такой поцелуй мог стать для неё настоящим шоком. Как истинный эгоист, он, заботясь о собственном наслаждении, беспощадно сминал податливые, теплые губы Дианы. Затем, наслаждаясь процессом и желая увеличить это удовольствие, герцог позволил своему языку ворваться в невинный девичий рот.
Это стало последней каплей. В тот миг, когда Диана ощутила мужской язык у себя во рту, девушка, шокированная случившимся, потеряла сознание.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Герцог не сразу понял, что случилось. Только когда девушка, как-то странно обмякнув в его руках, начала медленно сползать вниз, до его циничного разума дошло, что произошло, что еще никогда прежде не было – от его поцелуя потеряли сознание. Первая мысль, которая пришла следом, что Диана умело сыграла свою роль. Однако, когда Дэвид подхватил её на руки, и голова девушки безвольно ударилась об его плечо, мужчина нехотя согласился с тем, что Диана на самом деле упала в обморок.
Присев на одинокий, примостившийся в углу балкона, пуф, герцог окинул девушку внимательным взглядом. Болезненная бледность, что разлилась по её лицу, казалась особенно яркой, при мягком лунном свете. Сейчас Диана казалась еще моложе, чем там, на балу. Дэвид, откинув с щеки девушки белую прядь, тихонько встряхнул Диану. Никакой реакции. Раздраженный её затянувшейся слабостью, и еще больше тем, что ему приходится нянчиться с ней, герцог отвесил девушке легкую пощечину.
Диана, издав шумной вздох, распахнула глаза. Её взор уперся в недовольное мужское лицо.
– Моя щека, – прижав слабые пальцы к горящей щеке, прошептала Диана.
– Я не ношу с собой нюхательных солей, – издевательским тоном сообщил Дэвид. – А тебя нужно было привести в чувства.
– Боже мой, я потеряла сознание? – обреченно вопросила девушка.
– Именно так, – герцог прошелся по Диане оценивающим взглядом.
– Прошу прощения, – девушка попыталась подняться, но дурнота снова обдала её липкой волной, и Диана была вынуждена вернуться на прежнее место. А прежним местом были механические объятия герцога. Да, в них не было ни жалости, ни заботы.
– Лежи смирно, – властная рука крепче сжала плечо Дианы. Девушка испуганно задышала – вид герцога, взирающего на неё сверху вниз, был недобрым. Она, раздавленная его взглядом, не смела пошевелиться и отвести свой взор в сторону. Против своей воли, Диана стала разглядывать мужчину. Его смуглая кожа и восточный разрез глаз навевали на мысль о том, что в жилах герцога текла не только кровь англосаксов. Об этом же и говорили иссиня-черные волосы Дэвида. Диана прежде не встречала мужчин такой внешности – яркой, обжигающей и одновременно столь холодной. Казалось, герцог был из другого мира.
– Мне уже лучше, – медленно поднимаясь и переживая, что герцог не позволит ей это сделать, негромко сообщила Диана. К счастью, Дэвид не стал препятствовать ей. Девушка, встав на ноги, порывисто провела ладонями по платью. Затем, вспомнив, насколько примитивен этот жест по мнению матери, она смущенно посмотрела на герцога. Тот, все еще продолжая сидеть на пуфе, пристально глядел на Диану.
– Я могу идти? – негромко поинтересовалась девушка.
– Еще нет, – Дэвид, поднявшись, подошел к Диане. Смерив девушку пытливым взглядом, он произнес:
– Если ты станешь моей женой, ты будешь обязана выполнить обещание.
– Какое именно? – ощущая напряжение во всем теле, вопросила Диана.
– Ты должна будешь хранить верность мне.
– И это все? – удивилась Диана, когда Дэвид не продолжил свое предложение.
– Не относись так легкомысленно к этому обязательству. Для некоторых женщин хранить верность – тяжкое бремя.
– Не понимаю, как можно нарушить слово, данное в церкви, – Диана настороженно посмотрела на герцога – лицо его было мрачным. В голове девушки стали всплывать все те слухи о нём. Неверная жена-красавица. Вереница любовников. Странная смерть герцогини. А ведь, годами ранее, покойная жена герцога так же давала ему клятву верности в церкви.
– Я буду верна вам, – тихо пообещала Диана.
Взгляд герцога потяжелел, лицо стало каменным – ни одной эмоции. Только холод и отстраненность.
– Хорошо, – снисходительно, будто он делал одолжение, произнес Дэвид.
Диана, проглотив высокомерный ответ герцога, выразительно посмотрела на него. И хотя ей было страшно, она все-таки добавила:
– Но и я хочу, чтобы вы были верны мне.