![Однажды я стала женой проклятого герцога](https://aldebaran.ru/pub/c/cover_250/70334320.jpg)
000
ОтложитьЧитал
Глава 1
В этом мире мой отец – эрцгерцог Седрик Тернер. А я, Ария Тернер, – его непутевая дочь, во многом уступающая моей сводной сестре – Великолепной Патрисии. Великолепной она прозвала сама себя, а жители Гоэльского поместья, как впрочем и люди, которые когда-либо попадались на ее пути, подхватили этот совершенно нелепейший эпитет.
– Сестрица Ария… Вам снова не угодила еда? – забеспокоилась Патрисия, заметив мой уставший вид.
Почему же нелепейший? Все дело в том, что моя прекрасная сестра… тиран, скрывающийся за маской ангела.
– Но как же так, дитя? – спросила моя названная матушка, нанизывая дольку персика на острые зубцы десертной вилки. – Наш новый повар, господин Гредор, так старался… Как по мне ягненок удался на славу!
Отец, неизменно занимающий главное место за столом, вскинул на меня недовольный взгляд и поджал губы.
– Ария… – произнес он, медленно зверея. B какой то мере я даже его понимала.
Ранее я довольно часто устраивала истерики и “врала” о том, что поданное мне блюдо больше напоминало помои, чем изысканную еду аристократов. – И чем тебе на этот раз не угодил ужин?
Я обмакнула губы салфеткой, краем глаза взглянув на мою великолепную сестрицу. Она задумчиво улыбалась, будучи совершенно уверенная в том, что ее выходка и на этот раз сойдет ей с рук.
Что ж… Тем лучше! Обожаю неожиданные сюрпризы, а особенно те – что делаю я сама!
– Прошу простить, что развела суматоху. Это против этикета, но я вынуждена первой выйти из-за стола.
Тем временем слуги начали перешептываться.
“… что творится с леди Арией?”
“… разве она знает этикет?”
– Боюсь мне нездоровится после долгой дороги. Ужин был изумительный, передайте мои комплименты господину Гредору. – И сделав книксен на прощание, мило улыбнулась ошеломленным членам семьи Тернер. – Приятной вам трапезы.
“… не верится…”
“… леди как будто подменили!”
О, боюсь с последним вы оказались совершенно правы!
Эти слова – последнее, что услышала Ария от отца, прежде чем я заняла ее место:
– Я совершенно не понимаю тебя, Ария! Кажется, мне придется передать твое воспитание куда более строгой настоятельнице – миссис Бастет.
Девушку отправили в женский Пансион Святой Гертруды на все лето. Жуткое место, я вам скажу. Хорошо, что я очутилась в романе почти с первым приходом осени!
Согласно тому, что я услышала из разговора горничных, семья благополучно забыла о своей кровиночке, все свои силы же направив на великолепную сестру, готовящуюся к предстоящей помолвке с герцогом Кеннетом.
Никто не написал девочке даже одного письма, лишь голубоглазый ангел с завидным постоянством отправлял в пансион коробку изумительного шоколада. В отличие от сестры, я была паршивой овцой, которая портила все стадо.
Уродливая внешность, низкий рост, прескверный характер. Меня непременно “забывали” на все светские рауты, скрывали сглаз долой, когда кто-то приезжал в поместье, искусно игнорировали и одним словом – не любили. Что за семья такая…
В мире этого романа я – второстепенный персонаж. Лишь фон, который дает Патрисии сиять ярче. Всего через год моя великолепная сестра очарует кронпринца Себастьяна, и тогда все Королевство Эленейрос потрясет кровавая гражданская война, виной который будет проклятый герцог Блеймонд!
Герцог-демон, по приказу новоиспеченного короля и его королевы убивший всех аристократов, в том числе своих родственников. Его душу спасет главная героиня романа – Беатриса де Вермандуа. А Арии Тернер суждено погибнуть юной.
Суждено… Как же…
Я не собираюсь умирать!
Берегитесь, господин Блеймонд. Если я хочу выжить, то должна во что бы то ни стало заполучить ваше сердце. Сердце проклятого герцога.
Глава 2
“Любое приключение должно с чего-либо начаться… банально, но даже здесь это правда…”
Алиса в стране чудес
Поскольку путь до поместья был неблизкий, а ужин в семействе Тернер меня миновал, я решила осмотреться в своих покоях, состоящих из одной небольшой гостиной, комнаты прислуги, спальни с широкой, мягкой кроватью и ванной комнаты.
Но увы, всю аристократическую роскошь портил бардак невероятных масштабов. Казалось, что эту часть восточной башни благополучно забыли и оставили в пользование паукам, коих насчитывалось уже пятеро, их паутине и пыли. Откуда последняя взялась – оставалось загадкой.
В покоях было душно и грязно. И первым делом, откинув всю брезгливость, я совершенно неприличным для леди образом выскочила за дверь и зло уставилась на мою служанку.
– Лиззи, немедленно позови всех служанок, которые отвечают за восточную башню. А также я хочу увидеть моих личных, – пауза, – горничных.
Лицо рыжеволосой девушки, испещренное веснушками, показалось мне не особенно добродушным. Я бы сказала, даже издевательским.
– Вы знаете мое имя? – усмехнулась она, сцепляя руки за спиной. – Они заняты!
Злой тон в крайней степени вызвал у меня удивление.
– Почему же я не должна знать твое имя, Лиззи? – с нажимом спросила я, запрещая себе злиться. Пока что.
Лиззи улыбнулась.
– Но простите, госпожа Ария… Вас что-то не устраивает в ваших покоях? Мы недостаточно о вас позаботились? Какая жалость… – Ее улыбка была похожа на улыбку гиены, поедающей гнилое мясо.
Конечно же, в романе Арию недолюбливали. Но чтобы так открыто грубить своей хозяйке…
– Госпожа Тернер… – В нашу беседу вдруг вмешался подошедший к нам обер-лакей, с коим я познакомилась еще присутствуя на ужине. – Ваша названная матушка напоминает об утреннем женском собрании. Вы удостоите ее своим присутствием?
– Женское собрание? – растерянно переспросила я, поглядывая на рядом стоящую горничную. – Напомните мне, пожалуйста, о чем идет речь, господин Бэгготт?
Обер-лакей посмотрел на меня несколько… удивленно и даже обескураженно. Я пыталась припомнить, что же послужило причиной такого странного поведения.
Господин Бэгготт прокашлялся.
Ах вот оно! Господин Бэгготт, обер-лакей поместья Тернеров! Бедный старик… Кажется, он единственный питал нежность к Арии. И пожалуй на его долю выпало большая часть ее пакостей и капризов.
– Речь идет о субботнем собрании благородных дам в Западной Оранжерее. Госпожи изволят вышивать, играть на рояле и скрипке, а также делиться нажитым опытом и последними новостями.
– Ах, об этом собрании идет речь! – Воскликнула я, старательно делая вид, что кажется что-то такое припоминаю. – Спасибо, господин Бэгготт. Передайте матушке, что я обязательно буду.
Стоящая рядом Лиззи вдруг подала голос:
– Будете?! Но вы никогда не посещали собрание раннее.
– Вы свободны, Лиззи.
Я смерила ее уничижительным взглядом и, улыбнувшись господину Бэгготту, проговорила:
– Что ж, тогда я просто обязана наверстать упущенное. Во сколько будет это замечательное собрание?
Господин Бэгготт обрадовался:
– В десять, госпожа. Вот и славно! Тогда я тотчас же передам госпоже Тернер о вашем решении. Ох, чуть не забыл. Госпожа Ария, стало быть вы устали с долгой дороги. Скажите нуждаетесь ли вы в чем-либо?
О, я нуждалась!
Отведя господина Бэгготта в укромный уголок, прочь от любопытных глаз и ушей Лиззи, я весьма деликатно поделилась с ним своей тревогой. Откровенно высказав все, что меня беспокоило, и отпустив восвояси обер-лакея, я отправилась в малую гостиную, находящуюся на втором этаже моей башни.
Первым делом обер-лакею было поручено найти мне двух новеньких смекалистых горничных и немедля пригласить их ко мне. Покончив с этим, он должен был исполнить еще одну, но уже более скромную просьбу: побеседовать с поваром прислуги и уговорить подавать три порции завтрака и ужина в мои покои в одно и то же время. Еда не должна чем-либо отличаться от еды моих горничных.
Конечно, куда более разумным решением было бы переехать в новые покои. Однако сейчас мне как никогда необходимо меньше капризничать. Поэтому придется довольствоваться чем есть. В то время как смена прислуги не будет чем-то из ряда вон выходящим.
Спина и филейная часть после пятидневной езды в жесткой карете болели нещадно. Поэтому как только завидев мягкий диванчик, я нескромно плюхнулась на него и даже издала блаженный стон.
– Здравствуйте, госпожа.
– Добрый вечер, госпожа Ария.
Новые горничные прибыли довольно скоро. К моему сожалению.
Разлепив уставшие глаза, я приняла более горизонтальное положение, похлопала себя по щекам, отгоняя сон, и посмотрела на моих помощниц.
– Меня зовут Анита, – представилась высокая брюнетка и указала на рыженькую девушку, – а это – Энни.
Держались они с достоинством, хоть и испуг несколько читался в их глазах. По всей видимости уже успели наслушаться всякого.
Да ладно вам! Не такое уж Ария и чудовище… А вот я – да!
– Добрый вечер, – улыбнулась я, вставая и тщательно скрывая боль в затекших мышцах. – Прекрасные дамы, предупреждаю – работы у нас на сегодня предстоит много. Возможно закончим за полночь. Вы готовы?
Девушки переглянулись между с собой и неуверенно кивнули.
Я хлопнула в ладоши:
– Вот и отлично! Следуйте за мной. Будем обозревать мои покои.
Увиденное повергло горничных в явный шок.
– Госпожа Ария, вы уверены, что это ваши покои? – неуверенно уточнила та, что посмелее, – Анита.
– Более чем, – с грустью ответила я, опасливо рассматривая углы на вид другой живности.
– Ну и срач! – выдала общий вердикт рыженькая и смачно чихнула, опустив пыльную подушку на кресло.
Анита не преминула ее одернуть:
– Энни! Хорошенько следи за языком присутствии госпожи Арии!
– Все в порядке, – отмахнулась я, с теплотой взглянув на покрасневшую девушку, и подняла палец вверх. – Как известно, лучше всего работается в непринужденной обстановке. Тем более с мнением Энни я полностью согласна. Бардак еще тот. Справимся?
– Конечно! – воскликнула Анита. – Но боюсь нам понадобится помощь.
Я отрицательно махнула головой:
– Нет, никакой посторонней помощи.
Новых пауков мне еще не хватало. Конечно же, я бы могла приструнить зарвавшуюся и напрочь оборзевшую прислугу… Но этот козырь лучше пока держать в рукаве.
– Тогда не будем медлить, – произнесла я и начала раздавать указания. – Энни, сразу же сними гардины и убери все с кровати. Постельное белье обновишь позже, когда мы закончим. Затем придумай, что сделать с ковром… От него столько пыли, что боюсь лучше обойтись без него.
– Зачем же без него? – Спросила рыженькая, а затем ловко свернула уже серый ковер, при этом умудрившись несчитанное множество раз чихнуть, и водрузила его себе на плечо. – Я его сейчас быстренько выбью. И матрас тоже.
И откуда в этой маленькой девчушке столько силы?!
– Ну хорошо… – протянула, – можешь приступать. Анита, а ты…
– Протереть везде пыль, помыть полы, вымыть зеркала, – закончила она за меня.
– Да, и еще…
Я задумалась.
– Здесь как-то темновато. И холодновато.
Анита осмотрела покои и согласно кивнула.
– Попрошу выдать дополнительные свечи и дрова для растопки камина.
– Замечательно! А можно попросить тебя захватить чашечки и чайник для того, чтобы заварить чай перед сном? С молоком, – со смущенной улыбкой спросила я.
Анита впервые за нашу беседу улыбнулась.
– Конечно! Может быть, что-нибудь еще?
Я спохватилась.
– И книгу… Если нетрудно. Какой-нибудь приключенческий роман.
“Для поднятия боевого духа”, – продолжила я за себя мысленно.
– Книгу? – Горничная подняла брови. – Разве вы… читаете?
Я чуть не прыснула от смеха. А потом вспомнила, что нахожусь в романе, и чуть не рассмеялась еще раз. Но сдержалась, вспомнив чем собственно этот роман закончился.
Моей смертью.
– Иногда, – нашла я завуалированный ответ.
Откуда мне знать, как часто и что читала настоящая Ария? В романе лишь упоминается, что она была глупа, как винная пробка.
– Боюсь, что в библиотеку мы уже попасть не сможем, но я могу прихватить что-нибудь из своего, если вы не против? – спросила меня Анита.
– Я буду только за, – ответила я. – Моя помощь сегодня потребуется?
Анита снова “зависла”. Поэтому пришлось уточнить:
– Помощь в уборке? Дел тут не оберешься.
Анита долго моргала, прежде чем наконец вымолвить:
– Нет, госпожа. Хозяйка не должна заниматься грязными делами. На это у вас есть прислуга.
– И все же… Можно я хотя бы полки протру? Заодно проверю есть ли здесь что-то читабельное.
Анита так растерялась, что прочти прошептала:
– Если вы желаете…
Я не на шутку заволновалась. Лицо горничной стало бледным.
– Анита, все в порядке? – Нахмурилась я.
Горничная потрясла головой и наконец пришла в себя.
– Извините, госпожа. Просто… о вас ходили весьма неправдивые слухи…
– И что же обо мне говорили? – спросила я, прищурившись. Анита уже было открыла рот, но я ее опередила. – Хотя лучше мне не знать.
Когда за окном уже более как трех часов царила ночь, покои наконец были убраны. Анита предложила мне заварить некрепкий чай, и я с благодарностью приняла это предложение, дополнительно попросив еще немного молока и тарелку печенья. Вслед за тем все собрались возле камина.
– Энни, будь добра, – обратилась я к зевающей девушке, – впредь приноси мне свежий “Городской Котел”. Каждую пятницу.
Девушка мгновенно зевать перестала. А затем, переглянувшись с Анитой, осторожно поинтересовалась:
– Госпожа Ария, вы упомянули газету для простых горожан?
Размешав серебряной ложечкой растворившийся сахар, я сделала небольшой глоток молочного чая и ответила:
– Именно. А также мне потребуется газета, специализирующаяся на слухах, сенсациях, сплетнях и скандалах. Такая существует?
– Существует. “Cплетник”, – кивнула Энни.
– Однако госпожа Ария, – Анита нахмурилась, – негоже леди читать подобную литературу! Это неприлично! Для аристократ выпускается другое издание – “Еженедельный Вестник”.
Я прищурилась.
– И все же, я настаиваю. Поймите, Анита… Мне нужна информация. Самая свежая. А самую свежую информацию можно добыть как раз через слухи и подслушанные разговоры простых горожан. В Еженедельный Вестник боюсь попадает только то, что удобно министерству.
– И то верно! – Воскликнула Энни, уплетая за обе щеки шоколадное печенье. – Недавно почитала я эту газетенку… такие враки пишут!
Анита тяжело вздохнула, по всей видимости смирившись с моим решением. Отпила несколько глотков чая и подвела итог:
– Будут вам газеты, госпожа Ария. Самые свежие. Однако лучше держать их при себе и прятать в надежном месте.
На том и решили.
Глава 3
Иногда ярость кусает больнее Змеи…
Поспав от силы часа четыре, я проснулась от мягкого толчка Энни и разлепила глаза. Едва горничная по моей просьбе наполнила ванну горячей водой с душистой пеной, я ушла в купальню и провела там почти час, успев при этом несколько раз заснуть.
Вчера ночью наша скромная компания из троих человек была сонной и неимоверно уставшей, поэтому более не став медлить и закончив с чаем, я попросила горничных разбудить меня в восемь утра и отпустила их отдыхать в соседнюю комнату.
И как же я была права!
Пока я пыталась взбодриться свежезаваренным черным чаем, Энни расчесывала мои мокрые волосы и рассказывала о странностях, творящихся ночью.
Оказывается, под раннее утро неизвестный пытался пробраться в покои, однако его затея не увенчалась успехом. Анита, чей сон был чутким, услышала звуки скрежета, исходящие аккурат от дверного замка. Она захотела узнать, кого это привело в столь ранний час, но незваный гость убежал, сверкая пятками, пока горничная открывала дверь.
– И вы представляете, Анита запомнила только синюю форму да черные туфли. Так такую одежду почти все у нас в поместье то носят!
– Расследование зашло в тупик, – произнесла я, прикрыв рот ладонью. – Предлагаю разобраться с этим позже.
Зевала, должна признаться, я нещадно.
Когда, мы наконец закончили с наведением марафета, мне предстояло выбрать платье, коих в шкафу насчитывалось бесчисленное множество. Однако найти хоть сколько нибудь приличное и подходящее к случаю оказалось непосильной задачей. Из одной половины Ария уже давно выросла, а другая была подарком ее великолепный сестры. Анита перебирала варианты, пока я размышляла над планом к предстоящему собранию.
– Слишком короткое.
– Слишком открытое.
– Слишком… зеленое.
В какой-то момент Аните хватило духу возразить мне:
– Но госпожа Ария, на сей раз я с вами не соглашусь. Пожалуйста, взгляните внимательнее. Воротник обрамлен маленькими бриллиантами. Очаровательный темно-зеленый цвет, подходящая длина, в меру скромное, в меру нарядное. К тому же вам его подарила ваша сестра, и я слышала, что она лично посещала самый модный бутик в городе.
Я лишь обреченно вздохнула. И так как короткое размышление подсказало мне лучше покончить с этим делом пораньше и побыстрее, к тому же лучшего варианта просто-напросто нет, я, в конце-концов, согласилась.
Мне хотелось и смеяться, и плакать. Чутье меня не подвело. В зеркало на меня смотрела… жаба. Жаба с нездоровой, красноватой кожей и с квадратной фигурой, которую ещё больше портил фасон платья: низкая талия и пышные рукава воланы, чей болотный цвет намекал на мою среду обитания. Болото!
– Позвольте мне утешать вас мыслью, что как только дамы узнают вас поближе, никто не обратит внимание на ваш внешний вид, – с некоторым волнением произнесла Анита, безмолвно соглашаясь с тем, что платье не подходило мне ни на толику. – Давайте я постараюсь поискать что-нибудь еще?
Я отрицательно помотала головой:
– Нет. У нас осталось не так много времени. А платье – это ерунда, – улыбнулась я Аните, слезая с деревянного подиума. – Только дай мне пожалуйста вон тот белый палантин и в тон к нему туфли. И думаю, мы закончили.
В Западной Оранжерее, а ныне в опасном серпентарии, собрались женские представители высшего бомонда. Ядовитые особи пользовались ядом в первую очередь для охоты, чтобы убить жертву или хотя бы поиздеваться над ней. Другие же, менее ядовитые или те, кто ядом не обладал вовсе, имели удовольствие обсудить местные сплетни и новости, коих в высшем обществе было не мало.
При моем прибытие во взгляде изысканных леди появилось предвкушение перед появлением новой добычи. Они были змеями – я была жабой. Жертва, чью плоть и кровь они съедят заживо, даже не подавившись.
По слухам, Ария была невероятно глупа, невежественна, плохо образована и страшна, как пугало, призывающее собственно отпугивать все живое в радиусе ста метров. Поэтому встретили меня неприветливо, хоть элегантные дамы и улыбались мне нежной, доброжелательной улыбкой.
Что ж, тем лучше! Я имела преимущество!
– Госпожа, Ария, – обратился ко мне лакей в форменной синей ливрее, – вас ожидает эрцгерцогиня.
Следуя за лакеем, я слышала тихое звяканье серебряных ложечек, шепотки и пламенные речи дам, что подобно коршунам-надзирателям, наблюдали за каждым моим шагом.
Почему я чувствую себя так неловко? Неужели они обсуждают меня?
– …Пф-ф, вы только поглядите на эту толстуху, – вдруг донеслось откуда-то слева.
Я огляделась по сторонам и заметила компанию молодых девушек. Одна из них ехидно улыбалась и смотрела на меня так, будто я ничтожество.
Ох, какое совпадение. Подруги моей великолепной сестрицы?
– Эмма! Следи за языком! – произнесла Патрисия, кидая на меня жалостливый взгляд.
– Патрисия, ты слишком добрая! Она же издевалась над тобой! Этой лживой уродине просто необходимо преподать урок, – ответила ей черноволосая, испепеляя меня взглядом и обещая скорую расправу.
Я всерьез задумалась: кто она, раз готова, наплевав на последствия, унижать меня на глазах у высокопоставленных аристократов.
Черные волосы, голубые глаза… Принцесса Эммирэль?
В тот миг каждая частичка моего тела почувствовала всеобщую ненависть и неприязнь… И я со всей ясностью осознала, как же сильно страдала эта девочка, в чьем теле я оказалась.
– Посмотрим понравится ли ей щекотка? – мерзко захихикала принцесса.
Я вновь поймала ее синий, как самое ясное небо, взгляд, и увидела в нем свое испуганное отражение, а затем мой рот застыл в немом крике.
Все резко стихло.
А затем боль…
Множество острых тонких игл вонзились в мои ноги и царапали, царапали, царапали, заставляя онеметь от ужаса.
Было так больно, что даже не хватало сил закричать…
Эммирэль с бешеными глазами продолжала держать мое сознание в кулаке, наслаждаясь и упиваясь чужой болью. Казалось, это будет длиться вечность, но миг… и я жадно хватаю ртом воздух.
– И это только начало, – шепнула она одними губами, напоследок полюбовавшись своей работой, прежде чем отвернуться и потерять ко мне всяческий интерес.
Кажется… я плакала?
Господи, Ария, прошу тебя! Соберись!
Быстро найдя неприметное место, я попыталась восстановить рваное дыхание.
Сжимала крепко челюсти, вонзалась ногтями в ладони, держа себя в руках из последних сил, но не могла подавить в себе эмоции, что овладевали мной все сильнее и сильнее. И наверное я бы могла сбежать к себе в комнату, однако…
– Может, водички? – спросил мужчина с какой-то весьма странной интонацией.
Я вскинула голову, устремляя на лакея бешеный взгляд. Мне сдавливало грудную клетку и саднило горло, но я не показывала этого.
Да, я была актрисой, а они зрителями, которые с особым удовольствием наслаждались жестокой постановкой. Ну почему именно сейчас? На глазах у всех?!
Хоть я и осознавала, что впервые столкнулась с магией, но тем не менее никак не могла подавить в себе злобу.
Они видели мои слезы! А я не хочу, чтобы кто-то видел меня слабой. Я не слабая!
Хитрый прищуренный взгляд и усмешка:
– Интере-е-есно.
Помотав головой и быстро стерев с лица слезы, я заставила себя собраться и отпустить ярость, иначе она бы съела меня.
– Хотите отомстить? – вновь спросил меня этот странный, ничем не примечательный мужчина.
Уже став получше соображать, я уточнила:
– Что вы имеете в виду?
Лакей кивнул головой в сторону принцессы и переспросил, медленно произнося каждое слово:
– Отомстить. Ей.
Он смотрел на меня со странным выражением, которое я никак не могла разгадать. Все в нем было… несуразно. Особенно – разговор между нами.
Хочу. И не только ей.
Я отомщу каждому… И в тройном размере…
Я выпрямила спину и холодно произнесла:
– Я сделаю вид, что эти слова никогда не были произнесены. Однако впредь следите за своим языком, иначе последует наказание. Проводите меня к эрцгерцогине.
Начну я с нее.
С женщины, которая безжалостно, лишь веселья ради, выдала восемнадцатилетнюю Арию за жирного и мерзкого старика извращенца – Монтегю. Он даже не имел какого-либо положения в обществе: широко известный в узких кругах мужлан-картежник, который честно выиграл у нее партию в покер.
А дочурку свою она предложила сама… в качестве приза.
Внимательно проследив за тем, как я делаю реверанс, названная матушка и еще несколько присутствующих в беседке дам оценивающе оглядели меня с ног до головы. Сделав паузу, матушка проворковала:
– Здравствуй, милая. Я так рада, что ты наконец посчитала нас достойными твоего присутствия! Ну же не стой, присаживайся к нам поскорее.
Ванесса была умной и умелой интриганкой. Такая же светловолосая как и ее дочь, с алой помадой на тонких губах она улыбалась мне самой доброй из улыбок, полагая, что я не замечу столь явную шпильку в мой адрес.
– Что же вы, матушка, – ярко улыбнулась я, присаживаясь на стул. – Я боюсь, что недостойной здесь являюсь лишь я. Поэтому заранее прошу простить меня за мои манеры.
– Деточка, – вдруг сказала самая старшая из леди, – Вы – эрцгерцогиня Тернер! А Тернер – один из самых старинных и глубоко почитаемых родов королевства Эленейрос! Говоря подобные речи, вы оскорбляете не только себя, но и ваших предков!
Поскольку она была первым человеком помимо семьи, кто позволил себе обращаться ко мне подобным образом, я позволила себе разглядеть ее повнимательнее. Худая, бледная и весьма неулыбчивая дама в возрасте была одета в серое шерстяное платье, черную мантильку и в тон ей объемную шляпку с небольшим количеством перьев по бокам. Она была самой скромно одетой из дам, однако что-то в ней, то ли неестественно прямая спина, то ли властная манера разговора, выдавала ее довольно влиятельный статус.
Так кто же эта дама?
Выпрямив плечи и набравшись смелости, я уверенно ответила:
– К сожалению, ранее в силу своей глупости я была изолирована от высшего общества, несмотря на свой, несомненно, высокий титул. Однако после посещения мной пансиона Святой Гертруды и неоценимой помощи настоятельницы, которая сильно повлияла на мое мировоззрение, я, смею надеяться, взялась за ум.
Дама бросила на меня строгий взгляд.
– Пансион Святой Гертруды? И кто же был вашим наставником, юная леди?
– Госпожа Бастет, – ответила я, стараясь не выдать себя лицом и припоминая все ужасы последних недель в этом богом забытом месте.
О госпожа Бастет и в правду оставила неизгладимое впечатление, с особыми садистким удовольствием избивая меня палками по поводу и без, дабы воззвать к порядку в пансионе!
Морщинки на худом лице на миг разгладились.
– Госпожа Бастет была моей давней университетской подругой. Что же, могу похлопать вашей выдержке, юная леди! Уже тогда эта чертовка обладала скверный характером, боюсь, что сейчас эта ведьма и вовсе выжила из ума.
Всей душой разделяя мнение этой странной старушки, и конечно же сочтя, что правильнее будет промолчать, я краем глаза заметила искаженную физиономию матушки. Впрочем, она тут же взяла себя в руки, решив сменить тему.
“Пожалуйста, эрцгерцогиня Тернер, попадитесь на мою удочку…“ – молилась я мысленно.
И мои молитвы были услышаны!
– Госпожа Орса, боюсь, что Ария ненароком могла нагрубить вам своей невежественностью. Прошу прощения, это полностью моя вина. Я обязательно займусь ее образованием…
Госпожа Орса вдруг вытянула вперед ладонь, одним жестом заставив Ванессу замолчать и покрыться красными от стыда пятнами:
– Девочка не так уж и невежественна. Да, она не удалась лицом, но и не слабоумна, как ты описывала мне ее ранее, Ванесса. Кто сейчас ее учитель?
– Кажется, мистер… Монт… – заблеяла матушка. – Монтегю?
Прекрасно зная гнилую натуру этой страшной женщины, даже мне стало вдруг жаль ее. Тем временем сидящие рядом дамы сжались и втянули головы в плечи от резкого, твердого голоса старушки:
– Монтегю? Ты в своем уме, Ванесса! Монтегю – даже не семинарист. Как эрцгерцогиня Тернер, ты должна была найти лучших учителей для своих дочерей! – Госпожа Орса прищурилась: – Или же это привилегия лишь родной дочери?
Ванесса не преминула нанести по мне прямой удар:
– Но она сживала со свету всех. Всех, кто когда-либо решал помочь ей. Сейчас она лишь притворяется! Ария проживала в пансионе Святой Гертруды одно лето. Поверьте мне, люди не меняются за такой короткий срок…
И пока Ванесса оправдывалась, я медленно осознавала, насколько я была глупа и как сильно ошибалась…
Интриганка Гоэля, кажется так ее называли. Теперь мне было кристально ясно, что матушка явлалась лишь марионетках в руках моего настоящего противника. И этот противник, этот голубоглазый ангел, в данную конкретную секунду стоял неподалеку от нас и щебетал с принцессой, внимательно слушая наш разговор.
– Найди для Арии хорошего учителя, Ванесса. В ином случае… – госпожа Орса сделала паузу, отчего по присутствующим в беседке пробежал холодок, – я сочту за ошибку назначить тебя эрцгерцогиней.
Наблюдая за Патрисией, я не сразу уловила смысл произнесенной фразы. И лишь уже сидя вечером у себя в комнате, после нескольких горячих ванн, я анализировала утреннее собрание и грелась в кресле возле камина.
Орса…
Орса…
Орса…
Догадка пришла ко мне неожиданно. Книга, которую я читала, вывалилась из моих ослабевших рук и со стуком упала на пол.
Госпожа Орса. Сестра ее величества Императрицы Шаттергардской Империи.
Мне чертовски повезло!
- Однажды я стала женой проклятого герцога
- Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король