![Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король](https://aldebaran.ru/pub/c/cover_250/70440694.jpg)
000
ОтложитьЧитал
Пролог
Перчатки.
Перчатки – это первое, что я заметила.
Когда я вошла в небольшую комнату тем вечером во время Зимнего Бала, герцог Блеймонд уже ждал меня. На нем были черные кожаные перчатки, жесткий темно-синий мундир с эполетами, застегнутый на все серебряные пуговицы, и он стоял возле высоких окон, опираясь на трость с головой совы. Комната была убрана в золотом и изумрудном тонах, а потолок украшала роскошная лепнина с огромной люстрой по центру.
Проклятый герцог Равеллиан Блеймонд – дальний родственник королевской семьи и самый молодой генерал Эленейроса, который погасил один из сильнейших прорывов монстров на границе с Мертвыми Землями. Поговаривали, что он сам стал монстром из-за ранения в ноге. Его укусили. И даже самые необученые граждане королевства знают, что подобный укус – смертелен.
Но герцог жив. И стоит прямо передо мной.
Господин Блеймонд медленно пересек комнату и закрыл дверь. Я напряглась, сжав пальцы за спиной, и приготовилась, ко всему, что последует.
– Итак, госпожа Ария Тернер. Вы искали встречи со мной?
Он был чуть ниже Киллиана, но всего равно очень высок. Угольно-черные волосы спадали на лоб, прикрывая препарирующие темные глаза.
Конечно, мне было до одури страшно просто находится с ним в одной комнате. Его сила вибрировала в воздухе и застревала где-то у меня в горле. Но я никогда бы не показала свой страх. В конце концов, чудовища только этого и ждут, прежде чем напасть.
– Верно.
– Вы столь рьяно добивались моего визита. Это похвально. Но зачем?
– Вас действительно зовут Равеллиан Блеймонд?
С уст герцога вырвалась странный звук – то ли усмешка, то ли выдох на грани смеха. Но лицо по-прежнему оставалось серьезным.
– Да.
– Вы не сочтете за дерзость, если я проверю?
Уголки губ герцога слегка приподнялись.
– Делайте все, что пожелаете.
Слегка нервничая, я отвернулась и осторожно вытащила из под корсета заговоренную бумагу. А когда обернулась, смущенно уточнила:
– У вас не найдется перо и чернила?
Маг смотрел на меня с секунду, а затем поднял руку, и на деревянном столике, стоящем посередине гостиной, появились пишущие принадлежности. Шурша платьем, я прошла к диванчику и, обмакнув перо в чернила, написала письмо:
Истинному герцогу.
Равеллиану Блеймонду.
Заговоренная бумага тут же исчезла со стола, и вспыхнула перед лицом герцога Блеймонда. Я с облегчением выдохнула… это он . Тот, кого я искала все это время.
Поднявшись с дивана, я медленно подошла к мужчине и, заглянув в его темные глаза, произнесла:
– Герцог Равеллиан Блеймонд… – мой голос дрогнул, – вы станете моим мужем?
Мужчина прищурился.
– Разве мы встречались с вами раннее?
– Нет.
– Вы являетесь эрцгерцогиней?
– Да.
– Тогда с какой целью вы хотите заключить со мной брак, госпожа Ария?
Я вздохнула, собираясь с силами.
– Я предложу вам самые выгодные условия. Взамен вы можете попросить все, что угодно: деньги, земли, Младые Горы с залежами изумрудов. В качестве приданного также могут идти родовые артефакты. Назовите цену, господин Блеймонд.
По лицу герцога прошла тень.
– Я правильно понял, что сейчас вы продаете себя, госпожа Тернер?
Я сглотнула.
– И да, и нет.
– Какой многозначительный ответ. И на что вы готовы пойти ради нашего брака?
С ответом я не медлила ни секунды:
– На все.
– Даже на церковное бракосочетание?
Я судорожно выдохнула, чуть не пошатнувшись. Церковный брак нельзя расторгнуть, его нельзя опровергнуть или заключить иной после развода супругов. Развод невозможен. Ни при каких обстоятельствах. Даже если герцог умрет, я навсегда останусь вдовой и лишусь возможности выйти замуж за любимого человека.
– Я бы хотела заключить временный договор, скажем на два года. Но если это будет для вас неприемлемым, тогда я соглашусь на церковный брак.
– Вы будете связаны со мной на всю жизнь, госпожа Тернер. А вы едва меня знаете.
– Вы правы, – медленно произнесла я. – И мои намерения чрезвычайно серьезны.
– Настолько серьезны, что вы готовы пожертвовать собственным счастьем? Я могу пообещать вам лишь безопасность, но не любовь, не тепло, не утешение. Не знаю, существуют ли эти вещи сейчас в браках, но со мной вы их точно не обретете. Я не могу иметь детей, госпожа Тернер, а также я редко бываю дома. Вы будете одиноки. Вы готовы пойти на это?
По какой-то причине эти слова обнадежили меня. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь.
– Да, – ответила я без колебаний. – Я готова.
– И все же я бы хотел услышать истинную причину. Почему вы предлагаете брак именно мне?
Я опустила глаза в пол, не зная, что и ответить, а когда вновь подняла взгляд на Равеллиана Блеймонда, тихо и честно выдохнула:
– От этого зависит моя жизнь. И только брак с вами может меня спасти.
Герцог прищурился, рассматривая кулон у меня на шее.
– Его высочество Себастьян Кайдзен приложил к этому руку, верно?
Я покачала головой. Все это казалось бессмысленным.
– Нет. Пока нет.
– Хорошо. Когда вам исполняется восемнадцать?
Я вскинула на него удивленный взгляд.
– Вы согласны?
– Я бывал на войне, госпожа Тернер. Я знаю, как выглядит человек, который находится в отчаяньи. Вы выглядите именно так. К тому же, брак с вами принесет мне массу полезных преимуществ, так почему же я должен отказаться?
– Спасибо, – выдохнула я искренне.
– Не стоит благодарить человека, который заключает вас в ловушку хоть и по своей собственной просьбе. Так когда у вас день рождения, госпожа Тернер?
– Двадцать шестого декабря.
– Что ж, я прибуду в поместье Тернеров двадцать шестого декабря, чтобы попросить у эрцгерцога вашей руки. До этого времени мы должны обмениваться письмами, – весь его тон был строг и сух, что говорило о военной выправке. Герцог Блеймонд так разительно отличался… от него . – Я не люблю неожиданности и сюрпризы. Но у вас будет время передумать, госпожа Тернер. Это все, что вы хотели обсудить?
Я кивнула, почему-то не чувствуя счастье от выполненной и столь желанной цели, на языке лишь ощущался горький привкус… И все же я это сделала. У меня получилось!
– Да.
– Тогда до встречи, госпожа Ария. О, и еще, – сказал герцог Блеймонд, уводя меня из гостиной обратно в Большой Зал. Он заглянул в мои глаза, убедившись что я его внимательно слушаю: – больше никогда не принимайте подарков от Себастьяна Кайдзена. Никогда .
Глава 1 – Еженедельный Вестник
“Пока думаешь, что сказать, – делай реверанс! Это экономит время.”
Льюис Кэрролл. Алиса в стране чудес.
Прерывистое дыхание дрожащими облачками белого пара срывалось с моих губ, когда я добралась до Гоэльского поместья и взглянула на его белоснежные камни и остроконечные крыши башен. После Зимнего Бала все ходили какие-то обессилевшие – за исключением меня, которая (опять) слегка нервничала.
Двадцать шестое декабря стало гораздо ближе, а я еще даже не приблизилась к загадке родовых знаков. Подданные Эленейроса в предвкушении ожидали выпуск Еженедельного Вестника, в котором будет освещаться события последнего празднества и… мой танец с принцем Себастьяном Кайдзеном. Боюсь представить, что там напишут, наверняка всякую гадость.
Стоит заметить, Ванесса с Патрисией вели себя чрезвычайно спокойно и тихо, ни коим образом меня не попрекая, и хоть я знала, что это все из-за того, что вмешался отец, я ждала ответного удара с Монтегю. Названная матушка ни за что не упустит шанс выдать меня замуж за этого мерзкого человека.
С герцогом Блеймондом мы, казалось, пришли к молчаливому соглашению и отправляли друг другу письма, где общались весьма доброжелательно, но как-то формально. Слуги, разумеется, при первой возможности докладывали Ванессе о наших разговорах с герцогом, но на матушку новость о том, что я имею связь с Равеллианом, подействовала не так сильно, как на эрцгерцога Тернера. Всякий раз за ужином он расспрашивал меня обо всем, что с ним связано, не упуская ни одной малейшей детали. И конечно же, он читал мои письма. Мне подобный интерес был на руку, поэтому я просто закрыла на это глаза.
Тем временем наступила суббота, и я возвращалась из Кванджу, города магов, нагруженная как всегда книгами, пергаментом, бесконечными чернилами госпожи Орсы (которая к слову тоже отправляла мне письма), а также дополнительной тяжестью, висящей надо мной сосущим беспокойством, будто я повсюду видела его. Будто он следовал за мной по пятам, оставаясь невидимкой.
Мой призрак был тих и никогда не показывался. Мне казалось, что я видела его , когда читала в кресле у себя в комнате, когда завтракала и ужинала с семьей, которая меня не любила, а он безмолвной тенью садился рядом на соседний стул, когда прогуливалась по саду в Гоэле, подставляя лицо под холодные снежинки, даже когда от усталости я тихо плакала у себя в спальне, уткнувшись в подушку, чтобы никто не услышал. Мне казалось, что он повсюду, я даже подозревала, что вероятно сошла с ума от стресса или нагрузки.
Но это было неправдой. Он не навещал меня с самого Зимнего Бала.
Никогда .
Подъездная аллея поместья уже была завалена снегом, и восточная башня едва проглядывалась сквозь метель. В такую погоду хотелось прыгнуть в теплую постель с парой-тройкой шерстяных пледов, пить горячий какао и спать крепким сном. Но подобное для меня было непозволительной роскошью: практически все ночи я проводила в библиотеке в поисках любого упоминания о символах главных родов Эленейроса, а досыпала уже в перерыве между обедом и ужином.
Я незаметно прошмыгнула в свою комнату, сбросила с себя тяжелую сумку, приняла горячую ванну, съела пару булочек, заботливо оставленных Анитой, а когда Гоэль начал просыпаться, спустилась к завтраку.
Стоило всей чете Тернеров усесться за широкий стол, как в дверях возник лакей в форменной синей ливрее.
– Пресса, господа.
Ванесса с Патрисией возбужденно зашептались.
– Ну же, – нетерпеливо сказала Ванесса, протянув руку, – давай сюда.
Я тоже взяла газету и развернула вырезку. Отец, названная матушка и Патрисия охнули, стоило им увидеть огромную фотографию, красующуюся на главной странице.
Еженедельный Вестник
Дорогие поданные Эленейроса, спешим сообщить вам поистине скандальную новость! Фавориткой нашего прекрасного принца Себастьяна Кайдзена оказалась не кто иная, как госпожа Ария Тернер!
Та самая старшая из сестер, имевшая весьма прескверную репутацию, блистала своей красотой и изяществом на Зимнем Балу замка Арундел, успев подарить первый танец второму холостяку Королевства – виконту Дорео.
Не будем спорить о том, что нашей любимицей является герцогиня Фессалия Хэмилтон, которая, мы уверены, не нуждается в представлении. Нам неоднократно доводилось слышать, что принц Себастьян увлечен этой именитой иностранной герцогиней. Эта парочка знакома друг с другом с детства. И учитывая, что девушка является наследницей одного из великих родов Шаттергарда, мы не удивимся, если наш дорогой принц выберет леди Фессалию в качестве невесты.
Однако кто мы такие, чтобы спорить с выбором принца?
Так в чем же успех госпожи Арии Тернер?
Я чувствовала на себе пристальный взгляд названной матушки. Нахмурившись, избегая ее взгляда, я посмотрела на следующий заголовок.
Вероятно, психологическая травма прошлого принуждала Арию совершать немыслимо гнусные поступки. Но разве людям не полагается давать второй шанс? Особенно таким хорошеньким?
Наша морская принцесса (прозвище леди получила из-за прелестного синего платья, напоминающего бушующие волны океана) источала аристократизм и немыслимую печаль, вызывая жалость у каждого, кто столкнется с ее зеленым взглядом, наполненным слезами.
– Никакими слезами мои глаза не наполнялись, – возмутилась я вслух. На меня совершенно неприличным образом цыкнула вся чета Тернеров. Глубоко вздохнув, я вернулась к чтению.
Наш замечательный и воистину добрый принц едва ли смог пройти стороной это печальное зрелище. В конце концов, какой мужчина сможет устоять перед женскими слезами?
Прикосновения морской принцессы к Себастьяну Кайдзену были неуместными и крайне интимными. Мы имели удовольствие наблюдать, как леди Ария прижималась к сильной груди принца и глубоко вздыхала, дабы привлечь внимание к своему открытому декольте.
– Мое декольте было вполне себе уместным!
На меня вновь цыкнули.
Леди чувствовала, как ее шансы на счастливую королевскую жизнь тают на глазах, поэтому она применила возмутительный жест и заставила принца мазнуть губами по ее красненьким ушкам, что сверкали и горели ярче любых свечей на Зимнем Балу. И прием сработал!
После окончания шаттергардского вальса, Себастьян Кайдзен целиком и полностью попался на уловки соблазнительницы и еще долго сжимал леди в объятьях на глазах у всех присутствующих в замке Арундел!
Учитесь дамы!
Кажется, госпожа Ария Тернер научила всех нас, что значит брать счастье в свои руки. Или же не брать, а захватывать, как самый жестокий и непримиримый из завоевателей мужских сердец.
Я по-настоящему разозлилась.
Откуда, скажите на милость, они это взяли? Как они могли только выдумать подобную ересь, выставляя меня жалкой соблазнительницей, берущей в охапку белого и пушистого принца. Я тут же больно прикусила губу, вспомнив светло-серые глаза, словно дожливое небо. Не удивлюсь, если это его рук дело.
– Ни одного слова обо мне, матушка, – грустно обмолвилась Патрисия, жадно разглядывая нашу с принцом фотографию. Ту самую, где он целует меня в ушко.
– Вам стоит радоваться, – мрачно отозвалась я, – кто знает, что в этой газете еще могли выдумать.
Я заметила, как Ванесса щелкнула зубами и одним махом выпила бокал вина, оставляя отпечатки красной помады на стекле.
– Очаровательно ядовитая газетенка, – сверкнул глазами отец. – Не расстраивайся, Ария. Помнится, как-то давно мне досталась характеристика пьяный маразматик. Подобные сплетни быстро забываются. Особенно, когда появляются другие.
Что-то мне подсказывает, что подобное едва ли быстро забудется. Интересно, весь следующий выпуск Еженедельного Вестника тоже целиком и полностью будет посвящен моей скромной персоне?
Я со стоном уронила лицо в ладони. Святое небо, не дай бог это увидит герцог Блеймонд…
Тем временем то ли от выпитого за завтраком алкоголя, то ли от обыкновенной злости лицо Ванессы начало стремительно краснеть. Но не успела названная матушка произнести хоть слово, двери в большой обеденный зал распахнулись. Я обернулась, моргая от яркого солнечного света, льющегося из высоких окон. К нам пожаловал господин обер-камердинер, дрожа, словно осиновый лист на ветру.
– К нам пожаловал гость, ваша светлость, – как-то по деловому произнес господин Ватс.
– В такой ранний чай и без предупреждения? – удивился эрцгерцог Тернер. – И кто, позвольте спросить, является сей невоспитанной персоной?
Господин обер-камердинер сглотнул и, смотря почему-то исключительно на меня, проговорил:
– Его высочество – принц Себастьян Кайдзен.
Глава 2 – Отменный кофе
Мне ведь просто послышалось, верно?
Все уставились на меня. И тут нахлынули воспоминания с Зимнего Бала.
Ты принадлежишь мне, звездочка…
А после разговор с герцогом Блеймондом, не помню, как оказалась дома и сняла с себя огромное платье, но после я плакала. Долго.
Отправившись в постель, я заперла дверь и рыдала в подушку, потому что не могла сдержаться и не хотела, чтобы меня услышали.
Я ненавидела Киллиана. Ненавидела его гнусные слова, безумную уверенность в своей правоте, запах табака и мыла. Ненавидела, как пыталась оправдать его несмотря ни на что, хоть и знала наверняка, какие посылы им руководят. Я знала, что он собирается сделать, и все равно скучала по нему. Мне было противно, что я скучала по нему.
Я до сих пор вглядывалась во всех незнакомцев, желая увидеть знакомые черты, которые мне нравились и не подозревала, что разрушаю себя. Мне жутко хотелось оказаться в его объятьях, дотронуться до холодной идеальной кожи, белых волос, почувствовать себя защищенной в объятиях монстра, который все разрушит.
Я покачала головой. Все это было притворством. Игрой.
Все поместье замерло в ожидании важного гостя. Я сидела, замерев, и прислушивалась далеким уверенным шагам. Каждый звук усиливало полное отсутствие посторонних шумов. Никаких движений прислуги, звона посуды, хлопков дверей. Только шаги и мое грохочущее сердце.
Для чего Киллиану официально посещать поместье Тернеров? Конечно, мага ничего не остановит, если он захочет попасть в мою комнату, но так хотя бы я не буду уязвимой в глазах остальных. Никто не узнает, какое влияние он на самом деле на меня имеет.
Он ведь не собирается заявить на меня ухаживания, верно? Едва ли я смогу тягаться с принцем. Что Киллиан, черт возьми, задумал?
Мой пульс участился. Я вскочила со своего места.
– Извините, – пробормотала я онемевшими губами, – мне… мне нужно идти.
Звук шагов становился все громче, я поспешила к выходу из обеденного зала, но Ванесса перегородила мне путь, вцепившись острыми ногтями в плечи. Я болезненно ахнула.
– Сядь на свое место. Живо, – прошипела она змеей на ухо. Меня затошнило от тяжелого шлейфа ее сладких духов.
Я лишь презрительно хмыкнула и обошла ее по дуге, но остановилась, стоило ей произнести:
– Иначе я уволю твою прислугу. Не забывай, пока тебе нет восемнадцати, ты находишься в моей власти!
Когда зубы болезненно заныли, я разжала стиснутые челюсти и повернулась. Эрцгерцог Тернер и Патрисия встали со своих мест, чтобы сделать принцу приветственный поклон.
– Здравствуйте. Надеюсь я вас не потревожил в столь раннее время.
У меня перехватило дыхание, когда я услышала уже знакомый тембр голоса и, казалось, всегда насмешливый тон. Принца загородила как минимум дюжина стражников, что безмолвно возвышались у входа, облаченные в белые мундиры.
– Доброе утро, ваше высочество. Мы всегда рады вам в нашем доме.
Все низко поклонились своему принцу. Ванесса, вцепившись мне в ладонь, потянула меня за собой вниз. Я сделала неуклюжий реверанс, смотря исключительно на идеально гладкий пол, и выпрямилась, расправив спину так, словно там находился штырь.
– Вы голодны? Господин Ватс, распорядитесь накрыть на еще одну персону и подать нашему важному гостю лучший завтрак.
– Сию минуту, ваше сиятельство, – обер-камердинер низко поклонился и скрылся в коридоре. Я ему завидовала.
– Благодарю, – сказал Киллиан без капли благодарности в голосе. – Я бы выпил кофе. Присаживайтесь.
Вперед . Всеми силами заставив ноги сдвинуться с места, я вернулась на свой стул. Маг сел напротив Патрисии.
– Вам говорили, что вы похожи на ангела, госпожа Тернер?
Что?
Я вскинула удивленный взгляд. Киллиан наблюдал за тем, как щеки на красивом лице Патрисии розовеют, а еще он мило ей улыбался. В точности также, как он улыбался мне в Межлесье, когда мы оставались наедине в его кабинете.
Нет. Я не буду реагировать.
По коже сразу побежали противные мурашки. Прохладный декабрьский воздух окутал мое тело. Я впервые притронулась к чашечке чая, от которой исходил пар. Жар медленно разливался по телу, успокаивая нервы и напряженные мысли. Конечности отяжелели, словно превратившись в якоря. Мне не хотелось двигаться и было плевать на все. Лишь бы выдержать этот завтрак.
Киллиан тем временем продолжал любезно общаться с моей сестрой, очаровывая ее комплиментами и вежливым тоном. Патрисия вся сияла, и ее сияние доходило даже до меня, удушая и причиняя боль.
Сделай мне больно. Ты все равно не победишь, будущий Безумный Король.
Он игнорировал меня. Впрочем, он игнорировал всех кроме моей прекрасной сестры.
Интересно, волновало ли Киллиана, что я сижу рядом? Его хоть немного заботило, что я чувствую?
Он хотел меня помучить или поиграть? Или же ему было все равно?
Я притихла, следя за их разговором. Ничего не могла с собой поделать. Тело, не слушаясь, напрягло слух, волоски на руках встали дыбом, злость сворачивалась в животе спиралью, потому что я жутко хотела убежать отсюда.
Видеть как он улыбается ей. Белокурому ангелу. Своей будущей жене… Это было выше моих сил.
Киллиан дотронулся до руки лучезарно улыбающейся девушки, когда она увлеченно рассказывала ему о музицировании. А я едва сдержала себя, чтобы немедленно не сорваться с места, и мысленно обняла себя руками. Наверняка мое лицо было непроницаемой маской, в конце концов я хорошо запомнила, как скрывать эмоции благодаря урокам госпожи Орсы. Однако внутри… внутри у меня все горело.
Еще один обжигающий глоток зеленого чая.
– Вы хотите, чтобы я составила вам в компанию на следующие выходные? – охнула сестра.
– Да.
– Но позвольте уточнить, разве в Эйтери не находится ваша семейная резиденция?
– спросила Патрисия.
– Верно, – ответил Киллиан. – Я хочу познакомить вас с моей семьей.
Белокурый ангел прижал ладошку к ее рту.
– Но… почему?
– Как вы знаете, я ищу себе невесту, госпожа Тернер, – пояснил принц с улыбкой. – Вы красивая и образованная, идеального возраста и с не менее идеальной репутацией. А также вы здоровы, поэтому с наследниками проблем не предвидится. И я хочу брак по любви, Патрисия. Полагаю, нам нужно познакомиться поближе.
– Вы хотите детей?
В вопросе моей сестры почти слышалась надежда. Поморщившись, я сделала еще один глоток чая.
Конечно, он хочет детей. Он будущий король Эленейроса. Ему нужны наследники.
Меня переполняло чувство отвращения и тошноты.
– От любимой женщины, безусловно.
На мгновение все замолчали, переваривая фразу. Ведь ее можно трактовать по-разному. Например, что принц Эленейроса не прочь иметь несколько любовниц и бастардов, если жена не будет его устраивать.
Казалось, все это должно было вызвать у меня глубокую печаль, однако я лишь окончательно убедилась в правильности моего решения – заключения брака с герцогом Блеймондом.
Завтрак закончился. Послышались шорох и движение. Опомнившись, я тоже поднялась со своего места, когда принц подошел к эрцгерцогу Тернеру, чтобы что-то обсудить с ним наедине. Я, Ванесса и Патрисия терпеливо дожидались у больших дверей, чтобы сделать реверанс на прощанье.
Еще немного , – сказала я себе. – Еще немного и этот цирк закончится.
Я вздрогнула, когда вдохнула его запах. Себастьян Киллиан Кайдзен любезно попрощался со всей семьей, и пройдя мимо меня, приблизился к Патрисии. Я уставилась в окно, наблюдая за тем, как снег кружился в воздухе.
Послышался удивленный девичий вздох. Кажется, Киллиан поцеловал ее руку, прежде чем удалиться.
Более я не ждала не секунды и немедля воспользовалась выходом во двор, созданным для прислуги.
В восточную башню я бежала так быстро, словно за мной гнался зверь, который вот-вот хотел меня растерзать. Легкие горели, а в разгоряченное лицо дул холодный декабрьский ветер. Подол юбки волочился по снегу, быстро намокая.
Еще немного. Еще…
Лестница.
Лестница.
Еще одна лестница.
Коридор.
Едва я вбежала в свои покои, кто-то схватил меня за руку и дернул, прижав к твердому телу. Дверь с грохотом захлопнулась, и раздался щелчок замка.
Я чуть не задохнулась. Под кожей словно прошелся электрический разряд, когда его теплое дыхание овеяло мои губы.
– Госпожа Ария? – послышался голос Энни, сопровождаемый стуком в дверь. – С вами все в порядке?
– Вели ей уйти, – прошептал Киллиан мне в губы.
Мужчина оставил поцелуй в моих волосах и крепче сжал в объятьях, предупреждая.
Я судорожно вздохнула, понимая, что будет лучше, если я послушаюсь.
– Да, – мой голос дрогнул. – Все хорошо, Энни. Можешь идти. Мне просто надо отдохнуть.
– Вы уверены?
– Да.
Послышался звук удаляющихся шагов. А затем Киллиан прошептал что-то на незнакомом языке, и я почувствовала запах магии.
– Что это?
– Заклинание тишины, – сказал он вкрадчиво. На миг его фигура замерцала, а затем я вновь наблюдала знакомое лицо со светло-серыми глазами и белыми волосами, убранными в хвост.
С белым мундиром, платиновыми волосами и бледной кожей он был похож на волшебного принца. Но мы все знаем, как порой образы бывают обманчивы…
Киллиан, крепко сжимая меня одной рукой, приподнял подбородок и заглянул в глаза. Не знаю, что он там увидел, но увиденное, судя по гадкой ухмылке, ему явно понравилось.
– Вы спятили? Почему вы… – у меня как-то неожиданно сперло дыхание, стоило рассмотреть почти белые всполохи в его радужке, – …вы здесь?
Наверное на моем лице мелькнуло искреннее непонимание, и его большой палец провел по местечку рядом с глазом, там где у меня была самая яркая родинка. И эта странная ласка была столь… незначительной, но я почувствовала, будто на коже начал зарубцовываваться шрам от его прикосновений. Он всегда касался так , чтобы я помнила об этом. И потому его слова были до боли ироничными:
– Напоминание, – Киллиан скользнул пальцами ниже, опуская ладонь на шею, чтобы я подняла взгляд. – Тебе обо мне. Мне – о том, что с тобой стоит быть осторожнее. Тебе пришелся по душе сегодняшний завтрак?
– Едва ли, яичница подгорела, – съязвила я, не зная как реагировать. – Отпустите меня.
Киллиан не сдвинулся. Но руки разжал.
– Да? А у меня был отменный кофе. О чем вы разговаривали с герцогом Блеймондом?
Я сделала шаг назад. Киллиан последовал за мной.
– Не ваше дело! Что вы ищете?
Мужчина удивился – всего на мгновение, но я заметила. А после усмехнулся, и в следующее мгновение его теплое дыхание защекотало мое ухо.
– Наслаждайся своей свободой, Ария, пока есть такая возможность – потому что я еще не решил, что с тобой делать, – дразняще предупредил он тихим голосом. – Только не вздумай сильно меняться, мне нравятся маленькие спесивые звездочки.
Маг исчез, оставив после себя сосущую горькую пустоту.
Я напомнила себе, что Киллиан – это уже не маг Межлесья, а будущий Безумный Король. Человек, из-за которого погибнут сотни людей. Маг, из-за которого я вынуждена заключить контракт с герцогом Блеймондом. Он антагонист и главный злодей романа. Монстр .
Я задумалась, долго ли будет длиться затишье и насколько ухудшится его поведение при нашей следующей встрече.
Потому что это не конец.
Киллиан всего лишь ждал удобного момента.
И я совершенно не знала, что мне делать.
- Однажды я стала женой проклятого герцога
- Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король