Название книги:

Доблесть со свалки

Автор:
Денис Деев
Доблесть со свалки

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+
2563 год, Солнечная система, планета Земля, Лас-Триполис

Шагать по нижним уровням Лас-Триполис было делом малоприятным. Космические бродяги типа Роха, постоянно болтающиеся в космосе, и так неуютно чувствовали себя на планетной тверди. А тут еще и «твердь», по которой он шел, состояла из мусора и обломков конструкций, сыпавшихся с верхних уровней мегаполиса. По земле в Лас-Триполисе передвигались лишь те, кто мог позволить себе только самое дешевое средство передвижения – свои ноги.

И пока Рох вглядывался сквозь сизый смог, стараясь не потерять из виду петляющую между несущими опорами, огромными трубами и пучками кабелей тропинку, он умудрился вляпаться в вонючую зеленную жижу левым «средством передвижения». Зеленое желе или не знало, что ботинки «Мусато» были покрыты специальным составом, отталкивающим любую жидкость и грязь, или попросту проигнорировало этот факт. И облепило ботинок намертво.

Роху захотелось снять ботинок, найти того урода, который скинул с верхнего яруса этот желеобразный кусок, и забить ему испачканную обувь в глотку. Или заявиться в кабинет президента «Мусато», хлопнуть ботинком по столу и потребовать свои тридцать пеев назад. Но президент «Мусато» сейчас плывет в роскошном воздушном замке над бескрайним океаном Атлантиса. А Рох прыгает на одной ноге в трущобах мегаполиса, гадая, радиоактивная эта жижа или просто токсичная.

А еще в голове у Роха крутились мысли о том, что его сегодня официально признали неликвидом. Мусором. Отработанным материалом. Все началось довольно буднично. Двигатель его старенького тягача буднично вышел из строя. У Роха буднично не оказалось денег на ремонт, и он буднично обратился в «Террабанк» для получения очередного займа. А вот там дела пошли совсем не по намеченному сценарию. Электронный клерк проанализировал запрос за доли секунды и выдал:

– Вероятность возврата менее одиннадцати процентов. Получение кредита отклонено.

– Э-э-э, погодите! Я уже раз двадцать возвращал все вовремя и…

Голограмма клерка не стала ждать информации о том, сколько чего Рох занимал, и как он это все возвращал. Она мигнула и пропала, а пол тесной кабинки, в которой стоял Рох, ушел вниз, унося незадачливого клиента на улицу.

Корабль без ремонта лететь отказывался наотрез, а для ремонта нужны были деньги. Поэтому Рох решительно развернулся, зашел в здание банка и выбрал одну из кабинок. Там он снял с шеи цепочку, на которой болтался матово-черный кубик Персонального Помощника, и вставил его в выемку для оплаты. В кабинке возникла голограмма клерка, точная копия того, что только что дал Роху категоричный пинок под зад. Но голографический клерк расплылся в улыбке, как ни в чем не бывало.

– Добрый день, чем «Террабанк» может вам помочь?

Рох из-за глупой обиды на виртуального клерка не стал отвечать голосом, а просто ткнул пальцем в пункт меню «Консультация с сотрудником-человеком». Кабинка съела последние пятьдесят пеев со счета Роха и с сытым урчанием тронулась в путь. Она поднималась на верхние уровни огромного банковского здания. Туда, где дела вели не бездушные искины, а живые и крайне приветливые сотрудники банка.

Но жертва в пятьдесят пеев финансовому богу была принесена напрасно.

– Давайте поглядим, – деловито произнес клерк, – вы владеете тягачом серии «Вол». Такие тягачи уже тридцать лет как сняты с производства, и в эксплуатации находятся всего… ого, ваш единственный, который еще летает! Как удивительно, поздравляю! Но именно из-за возраста вашего корабля он не может быть обеспечением кредита. Я очень сожалею.

– Но мне всего-то полторы тысячи пеев надо. Вы проверьте, я всегда возвращал деньги. День в день без опозданий.

– О, да! Вы давно сотрудничаете с «Террабанком», и поверьте, мы очень ценим это. Но, – клерк развел руками, – вам вчера исполнилось пятьдесят лет, и ваш рейтинг надежности значительно упал. Максимальная сумма, которую мы можем вам предложить без надежного залога – только триста пеев. Я сожалею.

Сожаления клерка выглядели настолько фальшивыми, что Роху сильно захотелось заставить его сожалеть по-настоящему, но руки сами вытащили кубик Персонально Помощника и передали его клерку. А губы сами проговорили формулу подтверждения и заключения контракта. Ведь глядишь, и хватит этой мизерной суммы на то, чтобы подлатать «Вол» и кое-как дотянуть до Ируса.

Теперь, стоя посреди трущоб, Рох бормотал совсем другие слова. В его голове не укладывалось, что еще вчера, когда ему было сорок девять, он был вполне экономически активным гражданином Земной Сферы. А сегодня… а сегодня юнец-клерк легким щелчком отправил Роха в утиль. Да и чертова зеленая слизь на ботинке настроения Роху не добавляла. Он выковырял из кучи мусора металлический уголок, взялся за него обеими руками и поднатужился. Под летным комбинезоном вздулись бугры мышц, из горла раздался низкий рык. Уголок с легким стоном изогнулся буквой «Г» на манер скребка. Рох оглядел рукотворный инструмент и подумал, что тот хлыщ из банка не смог бы согнуть эту железяку и на миллиметр. Но клерк сидит на верхних уровнях, дышит свежим воздухом и «сожалеет», а Рох официально выкинут на свалку.

Он подошел к опоре, покрытой вездесущей серой плесенью, облокотился на нее и начал счищать зеленое желе со своего ботинка, как вдруг услышал какой-то сдавленный писк и вслед за тем дружный гогот.

Рох поднял глаза от злополучного ботинка и увидел двух громил, идущих ему на встречу. Громилы были обнажены по пояс, волосы выкрашены в пепельно-серый цвет и уложены на манер хвостов. Шакальих хвостов. Мощные голые торсы разрисованы татуировками, реалистично изображающими внутренние органы. Нанесенные на кожу рисунки были анимированными – легкие ритмично вздымались, а сердца бились. Один из расписанных громил нес за пояс безвольно повисшего мальчишку лет десяти. Пояс придавливал парнишке диафрагму так, что тот мог лишь тихонько сипеть. Рох развернулся к громилам, но те окинули его безразличным взглядом. Он выглядел внушительно, высокий и грузный, как скала, мужчина лет пятидесяти с бритым черепом, пышными усами и бородой, но громилы были хищниками, и эти переулки их личные угодья. Поэтому, когда Рох преградил им путь, они лишь недоуменно уставились на него.

– Эй, паренек, у тебя все хорошо? – игнорируя громил, спросил Рох у мальчугана.

Тот с трудом приподнял раскрасневшееся лицо и посмотрел на Роха с выражением: «А как ты думаешь, дядя, насколько мне сейчас хорошо?». Один из расписных развязной походочкой подошел к Роху и, глядя в упор ему в глаза, произнес:

– Нет, у него не все хорошо. И у тебя будет не все хорошо, если ровно через секунду я не увижу твой удаляющийся бритый затылок. Я объяснил все максимально доступно?

Рох потер подбородок и ответил:

– Я бы хотел…

Договорить хищник ему не дал. Он нанес два быстрых хука с правой, а потом и с левой руки. Движения его кулаков глаза почти не отслеживали. Скорее всего, в руки громилы были вживлены дешевые мышечные импланты, ускоряющие рефлексы. И он на них очень рассчитывал. Голова Роха резко дернулась сначала в одну, потом в другую сторону.

И все. Большего эффекта эти сокрушительные удары не достигли, кроме того, что сильно разозлили Роха и показали, что конструктивного диалога с громилами не получится. Он перехватил свой импровизированный скребок как клюшку для гольфа и нанес удар. В роли мяча выступила голова громилы. До-о-онг! И хотя Рох даже и близко не зарабатывал столько, чтобы играть в гольф, удар вышел на десять баллов. Громила упал навзничь, прямо под ноги своему оторопевшему «коллеге». Лицо бандита щедро облепила зеленая жижа со скребка, а его глаза скатились к переносице и приняли крайне удивленное выражение.

Второй амбал разжал руку, паренек плюхнулся в мусор. Громила перешагнул через мечтательно разглядывающего небо подельника, вытащил из-за пояса дешевый самопальный плазмомет и, нехорошо ощерившись, прицелился в Роха. Тот, понимая, что отмахиваться железкой от шара плазмы занятие бессмысленное, выбросил «оружие капиталистов» и поднял руки. Амбал со злобной улыбкой снял плазмомет с предохранителя.

Глядя в широкий раструб плазмомета, Рох подумал, что здесь и сейчас закончится его мусорная и никому не нужная жизнь. Ведь эти монструозные самопалы могли и Стражника в броне сварить вкрутую. А вот сам громила скорее всего сварится всмятку, ведь выброс плазмы из этого чудовища зацепит и его. Уж слишком близко тот стоит.

Единственное, о чем пожалел Рох, так это о том, что он заплатил всего за сутки стоянки в космопорте. Поэтому его тягач в отсутствие хозяина уже завтра порежут на металл. И больше ни один корабль замечательной серии «Вол» не выйдет в космос.

Громила сделал еще пару шагов в сторону Роха и произнес:

– Сейчас ты станешь стейком!

«Вот ведь дурак. Теперь он и свою тушку приготовит вкрутую. С другой стороны, может, мальчишку не заденет», – подумал Рох. До-о-онг! Второй раз раздался звук соприкосновения металла о череп. Рот громилы перекосился, его глаза моментально остекленели, и он медленно опустился на колени. Из-за его спины показался мальчишка, держащий в руках длинный стержень. Громила попытался развернуться, но мальчишка бойко и метко пнул его в висок. Теперь в мусоре лежало сразу два тела, любующихся на затейливые завихрения городского смога.

Мальчишка потер ушибленную о каменный череп ногу и выжидающе поглядел на Роха. Стержень из рук он не выпускал.

– Эм-м-м, ну спасибо, малец. Ты как, в порядке?

– Нога ноет, – малец продолжал смотреть волчонком.

Второй громила сделал попытку слегка пошевелиться. До-о-онг! Мальчишка снова пустил в ход стержень, не сомневаясь ни секунды.

– А куда они тебя тащили? – Рох кивнул на притихшее тело.

– Известно куда, на разборку. Это же Шакалы.

– На разборку чего?

– Органов, – мальчишку начал удивлять этот здоровяк, задающий детские вопросы. – Они ловят подростков, тащат к себе и потрошат на органы.

 

– Зачем? Есть же клонированные!

– Есть, – мальчик принял менторскую позу. – Клонированные стоят три тыщи пеев за комплект, а изъятые всего полторы.

«Что двигатель на тягаче починить, что ребенка выпотрошить – одна цена», – пронеслось в голове у Роха. Вроде бы количество кредитов совпадало до единицы, но Рох никак не мог поставить между двумя этими цифрами знак равенства. До чего же мерзкие счеты ведут тут, на Земле. Нет уж, он хоть последней рубашкой замотает двигатель, но сегодня же вырвется за пределы земной гравитации!

– Есть куда пойти? – спросил он у мальчугана.

Тот отрицательно мотнул головой.

– Тогда идем со мной.

– Куда?

– Туда! – огромная пятерня Роха указала наверх.

– На верхние уровни? – спросил с затаенной надеждой мальчик.

– Еще выше. В космос, – сказал Рох и неторопливо направился по тропинке в сторону космопорта.

Мальчишка немного помедлил, потом отбросил стрежень и припустил вслед за Рохом, стараясь попасть в ритм его огромных шагов. Рох, не останавливаясь, протянул мальчику руку.

– Рох.

Мальчишка вложил свою ручку в большую ладонь.

– Питер.

Вкалывал Питер как сумасшедший, у него был неплохой опыт работы со всяким железом, но двигатель настоящего космического корабля он видел впервые. Поэтому он больше мешался, чем помогал. Но Рох с улыбкой смотрел на суетящегося невпопад мальчишку и терпеливо, по десятому разу объяснял, что это за деталь, и как правильно ее демонтировать. Через трое суток их адский труд был вознагражден, по-старчески скрежеща всеми механизмами, «Вол 0875» оторвался от земли и вышел на орбиту. Питер смотрел на обзорный монитор и украдкой щипал себя за ногу. Он не мог поверить своим глазам. Питер, трущобный крысеныш, в космосе! Он выше всех этих пижонов с верхних ярусов. Но в восторг, граничащий со ступором, он пришел еще через двое суток, когда «Вол» приблизился к точке Махаве. Питера ожидало самое невероятное путешествие в жизни. И пусть его после этого хоть десять раз разберут на органы!

Триста лет назад, Солнечная система, пояс астероидов

Оба двигателя работали в запредельном режиме. Эрик чувствовал, что в правом нарастает вибрация, грозящая развалить корпус. Левый двигатель еще держался, но издавал истеричный визг, который не был задокументирован ни в одном руководстве по эксплуатации. На сигнальной голограмме его корабля участки несущей рамы один за другим меняли цвет с оранжевого на красный. Эрик понимал, что в таком режиме его малый шахтерский корабль протянет максимум пару минут, а потом вылетит из этой чертовой гравитационной аномалии в виде бесформенного комка металла.

Эрик отчаянно перебирал в уме все предостережения инструкторов и байки шахтеров, и пытался понять, с чем же он столкнулся. Бесполезно. Он столкнулся с чем-то неведомым. А ведь он же сам столько раз мечтал перед сном о том, чтобы «герою» Эрику Махаве подвернулось нечто в астероидном поле, что моментально сделает его богатым и знаменитым. Он был уверен, что отыщет свою Жемчужину Космоса и небрежным жестом бросит ее под ноги Человечества. И представители того самого Человечества будут увековечивать Эрика Махаве в бронзе и золоте. Да и чем черт не шутит, может, даже и в платине. Почтенные отцы и чопорные матроны наперебой будут подтаскивать ему своих ослепительно красивых дочерей и, заламывая руки, умолять Эрика взять их замуж. В своих снах-мечтах Эрик галантно отказывал матронам.

– Мадам, ваша дочь прекрасна и очаровательна, но вы же понимаете, что герой космоса не может принадлежать одной-единственной. Он принадлежит всему человечеству!

Жемчужину Эрик отыскал. Она здесь, совсем рядом и крепко держит его. А вот красавицы с томным взглядом и глубоким декольте остались за сотни миллионов километров отсюда.

А ведь всего три часа назад в компании таких же новичков-рудокопов Эрик сидел на камбузе центральной добывающей станции «Небесный приют». Новички поднимали тосты за полные трюмы и астероиды из чистой платины, когда на их стол швырнул свой поднос с едой и бухнулся на лавку угрюмый старатель в латанном-перелатанном комбинезоне неопределенного цвета. Новички мигом умолкли, ведь их посетил сам Шлам, старейший шахтер на базе.

– Что, небесные хер-р-рувимы, решили у бога из-под носа камешки потаскать? – Шлам обвел новичков мутным взглядом.

Глаза, покрытые белесой пленкой, были своего рода отличительным признаком «небесных шахтеров». Чтобы там ни говорилось о бесподобной защите иллюминаторов кораблей-добытчиков, но разряды лазерного бура, на которые шахтер вынужден пялиться каждый день, эстетики лицу не добавляли.

– А он как бы и не против, – с задором ответил Ренджи, притащивший на станцию в первый же самостоятельный вылет новичков большой куш.

Он набрел на астероид с рениевой рудой, надолбил полный трюм, да еще и манипулятором прихватил огромный кусок породы. Возвращаясь и не рассчитав возросшей массы корабля, под дружный хохот диспетчеров проскочил мимо станции. Потом Ренджи развернулся, подошел и снес причальный док. Хохот диспетчеров моментально стих. И хотя он теперь полгода будет отрабатывать ремонт дока, Ренджи был счастлив. Счастлив абсолютно. Он-то выхватил свои камешки из бороды всевышнего.

– Ты у него сам разрешение спрашивал? Нет? Смотри, как бы ваша встреча раньше времени не состоялась.

Новички сразу притихли, но счастливчик Ренджи уступать не собирался.

– Дедуль, не нагнетай. У нас и так все инструкции по безопасности в подкорку въелись. Дай спокойно успех отпраздновать.

Шлам взял со своего подноса гамбургер и положил его на раскрытую ладонь.

– Инструкции, говоришь? Когда из потока камешек вылетит, вот такой к примеру, ты своей инструкцией от него не отмашешься. Прошьет и обшивку, и твою дурью башку. Или выброс газа из астероида случится при бурении. Или какой-нибудь перегруженный идиот, писаясь от счастья и в уме считающий кредиты, а не траекторию движения, в станцию влетит на полном ходу. И будет – оп!

Шлам прихлопнул гамбургер второй ладонью. Брызги начинки разлетелись по столу, стенам и красивым голубым комбезам новичков. Заскорузлым пальцем Шлам подцепил одну такую каплю с белоснежного пластика стола и поднес ее к лицу Ренджи.

– Только это будет не кетчуп, – Шлам провел пальцем по щеке Ренджи, оставив красную полосу, резко встал и вышел из камбуза.

Ренджи прижал руку к щеке и ошалело поглядел на приятелей.

– Чего его понесло?

Кто-то из старожилов за соседним столиком слегка повернул голову в сторону новичков и негромко сказал:

– У Шлама сегодня приятель угробился. А вы галдите тут…

Тосты, да и просто разговоры за столом новичков моментально стихли. И камбуз они покинули в полном молчании. Перед вылетом тихо и неловко потолкались в шлюзе, получили полетные задания и разбежались по своим кораблям. Лишь один Ренджи перед стартом пробормотал по общей линии связи: «Ну, э-э-э… удачи, парни». Ответом ему были нестройные «ага» и «спасибо».

Удача настигла Эрика, когда он перебирал в заданном квадранте астероидного пояса глыбы для потрошения. Квадрант достался ему неважный, сканер упорно сообщал, что в глыбах ничего кроме железо-никелевых руд не содержится. Эрик метался от одного астероида к другому и понимал, что если он сейчас не начнет разработку хотя бы железа, то имеет все шансы вернуться на базу с пустым трюмом. Новоиспеченный «небесный шахтер» уже смирился, что сегодняшняя добыча оправдает только его двухдневное проживание на станции и трехразовое питание. И то, если сильно не шиковать, а молча жевать серую пасту пищевого концентрата, запивая ее витаминизированной водой.

Эрик поздравил себя с невезением, ощутил мерзкий вкус пищевого концентрата на языке и начал выбирать глыбу для разработки. И тут его внимание привлек астероид вне основного потока, который светился не тусклым отраженным солнечным светом, а разбрасывал во все стороны яркие разноцветные всполохи. Эрик попытался отсканировать находку. Сканер не только не смог выдать состав странного астероида, но даже отказался рассчитать расстояние до объекта. По мнению сканера, и объекта-то никакого не было. Но, по мнению Эрика, объект существовал. И он двинул к нему свой корабль-добытчик, просчитывая в уме потраченное топливо и понимая, что в случае, если радужно искрившийся объект окажется плодом его фантазии, то даже пищевой концентрат в ближайшем будущем может оказаться не по карману.

Но объект был! Чем ближе Эрик к нему приближался, тем больше понимал, что объект огромен. Никак не меньше центральной добывающей станции. Идеальный белый шар, по поверхности которого хаотически пробегали цветные полосы и завихрения. То ли из-за этого буйства красок, то ли просто у Эрика разыгралось воображение, но ему казалось, что объект рывками изменяет объем, становясь то чуть больше, то чуть меньше. Эрик и не мечтал отсечь от объекта кусок лазерным буром, понимая, что поверхность того состояла скорее всего из какой-то энергии, чем из материи. Он планировал всего лишь подобраться поближе, занять устойчивую орбиту и заснять свой приз со всех возможных ракурсов.

Эрик поймал себя на мысли, что световые фонтаны на поверхности сферы вгоняют его в гипнотический транс. Встряхнув головой, чтобы прогнать наваждение, он активировал тормозные движки. И хотя видел, как из тормозных сопел на носу корабля вылетели струи газа, корабль продолжал с ускорением двигаться к объекту. Эрик выдал еще несколько тормозных импульсов. Бесполезно, объект продолжал притягивать корабль как огонь мотылька. Лоб Эрика покрылся испариной, у шарика оказалось не только прекрасное световое шоу, но и приличная гравитация. Маневр, разворот, полная тяга и…

Проклял его Шлам. В голове у Эрика крутился рекламный слоган: «Двигатели Дженерал Пропульшэн 240 вынесут все! И вас из любой неприятности!». Не вынесли. Вибрация корпуса вдруг резко прекратилась. Но хорошего в этом было мало – от перегрузки заглох правый «Джи Пи 240», корабль раскрутило и бросило прямо на радужную поверхность шара. Эрик, в бессилии орудующий джойстиком, в последний момент зажмурил глаза. Но цветовое безумие пробивалось даже сквозь плотно закрытые веки.

Вдох. Еще один. Цветные всполохи исчезли. А удара все не было. Как и звука сминаемого металла, и вырывающегося с воем воздуха из разбитой кабины. Эрик открыл глаза, включил круговой обзор камер и обомлел: радужный шарик остался далеко позади, прямо по курсу корабля проплывала планета, а справа по борту пылало солнце. Эрик любовался тем, на что мечтали бы взглянуть жители вечно пыльных лунных куполов. На то, за что отдали бы полжизни набитые как сельди в бочке, дышащие спертым воздухом, обитатели орбитальных станций Земли и Марса. На то, о чем мечтал каждый мальчишка на Земле, глядя ночью в небо. Он смотрел на планету, которой не было в Солнечной. И на солнце, которое Солнцем не было. Солнечная система его времени выглядела котлом, в котором бурлила и кипела человеческая жизнь и искала выхода из огромного, но все-таки замкнутого пространства. Но не находила его. Отправить небольшой экипаж в состоянии анабиоза к Проксиме Центавра в принципе было задачей выполнимой. Но организовать между звездами огромный транспортный поток для того, чтобы основать и обеспечить жизнеспособные колонии, человечество чисто технически не в состоянии.

Но глядя на обзорный экран, Эрик уже знал, что за подарок он швырнет к ногам людей всей Солнечной. Махаве укажет им дорогу к звездам…

337 лет спустя, звездная система Каптейн

Звук от подзатыльника, отражаясь от переборок, разлетелся по всему машинному отделению. Питер покраснел и опустил голову, на его глаза навернулись слезы. Но не от боли, ведь огромная пятерня Роха всего лишь слегка коснулась его затылка. Питеру было обидно. Он выгреб все до последнего пэя со своего счета. Все, что он скопил, три года скитаясь с Рохом по всей Земной Сфере. И почти сорок часов не вылезал из машинного отделения, готовя сюрприз. И уже предвкушал, как обычно сухой на эмоции и похвалу Рох, потреплет его по рыжей шевелюре и скажет: «Уф-ф-ф, ну спасибо… сынок». И Питер также незатейливо ответит: «Это мелочи, папа». Именно «папа», а не «папаша». Рох усмехнется в пушистые усы, даст полную тягу, и их «Вол» резво понесется вперед, обгоняя неповоротливые калоши торговцев и даже хищные корабли Стражи.

Но вместо этой умилительной сцены их старенький тягач «Вол 0875» с заглохшими двигателями все дальше удалялся от проложенного курса до Ируса, второй планеты системы Каптейн. Рох не переставая бубнит себе в усы и бороду ругательства, обматывая термозащитной лентой плазмопровод третьего двигателя, прижигая о перегретый кожух то одну руку то другую.

Питер, пригладив взлетевший от подзатыльника хохолок, сидел рядом и всем видом показывал готовность помочь. Но Рох его мастерски игнорировал. Неловкую паузу между Рохом и его приемным сыном прервал голос корабельного искина Норы. Глубокое контральто после мелодичного сигнала возвестило:

 

– Входящий вызов с корабля «Лучезарный пастырь». Принять?

– Давай, – ответил Рох, не прекращая работы.

Прямо посреди машинного зала возникла голограмма фигуры в красном балахоне с низко опущенным капюшоном. Фигура воздела ладони вверх в приветственном жесте, раздался аккорд церковного органа, резанувший по ушам Питера и Роха так, что они скривились.

– Да освятит ваш путь Вселенская Искра! – голограмма скинула капюшон, под которым обнаружилось овальное, слегка одутловатое лицо с бритым наголо черепом и огромными голубыми глазами, в которых плескалась вся любовь мира.

На голове монаха был надет золотой обруч с большим прозрачным кристаллом, от него в разные стороны разлетались яркие синие, голубые и сиреневые искры.

– И вам чистого космоса, благостный брат! – ответил Рох.

– Мой скэн показывает, что у вас вышел из строя двигатель?

– Угу, у нас тут… – Рох глянул на Питера и тот покраснел еще гуще, – небольшая диверсия.

– Долг идущих по пути Вселенской Искры помогать попавшим в беду, – священник приосанился.

Рох усмехнулся:

– Вы бы нам здорово помогли, если бы у вас был плазмопровод для девятисотого «ДжиПи», благостный брат.

– Сожалею, у меня на корабле установлены двигатели «Мусато». Но у церкви всегда найдется, чем помочь нуждающимся. Я могу вознести молитву о снисхождении благодати Искры на весь ваш тягач.

– Было бы неплохо, – пожал плечами Рох. – В последнее время мы с удачей ходим разными дорогами.

– Я могу провести литургию по голосвязи. Двести пеев. А могу пристыковаться и совершить литургию лично. Всего за шестьсот пеев.

Рох задумчиво потер лоб, оставив на нем черный след от сажи.

– Боюсь, мы не можем позволить себе кусочек благодати. Благостный брат, я за рейс получаю всего пятьсот. И как видите, никак не могу его закончить.

– Тогда буду рад увидеть вас после удачного завершения рейса. Брат Тат, всегда к вашим услугам, – священник поклонился.

Голограмма брата Тата пошла рябью и исчезла.

– Тоже мне, помощничек… – фыркнул Питер.

Рох зыркнул на Питера так, что тот мысленно прожог от стыда палубу и провалился в космос.

– Это святоша додумался поставить на двигатель нашего тягача фокусный блок от старого эсминца? – притворно-мягким голосом спросил Рох.

– Нет, но…

– Это искрящийся брат в процессе выполнения этой глупости спалил ремонтного дроида?

Питер неопределенно мотнул головой.

– Или это он не подумал, что увеличенный поток пробьет плазмопровод?

Питер затараторил:

– Но летели бы быстрее, время бы сократили в два раза…

– Бы. Летели. Бы. А на самом деле болтаемся здесь уже четвертый час.

Спасение Питера снова пришло от Норы.

– Входящий вызов…

– Принимай уже. Брат Искры, наверное, решил скидку сделать.

Но вместо краснобалахонного священника голограмма отобразила закованного в противоперегрузочный доспех офицера Стражи. Зеркальный шлем над состоящей из сложного переплетения металлических обручей кирасой стал прозрачным. На Питера с Рохом смотрел уставший пилот с красными от извечных перегрузок глазами и залихватски закрученными усами.

– Гражданское судно «Вол-0875», немедленно заглушить двигатели и лечь в дрейф. Повторяю…

– Да мы и так вроде не несемся на всех парах, – Рох кивнул на покореженную деталь.

– Включите двигатели, мы атакуем. Попробуете выйти в эфир, мы атакуем. На ваше судно наложен арест по пункту «семь-два» правил противодействия пиратству. Через семнадцать минут с вами состыкуется корвет Стражи для проведения досмотра. Любые активные действия против досмотровой команды будут восприняты, как враждебный акт против Земной Сферы. И тогда…

– И тогда вы атакуете. А досмотровая команда может с собой захватить плазмопровод для «Дженерал Пропульшэн 900»?

Голограмма пилота Стражи сделала зверское лицо и исчезла. За него ответила Нора:

– Приближение двух маломерных объектов. Объекты опознаны как перехватчики Стражи «Инвайдер». Внимание, облучение корпуса. Тревога, захват системой наведения. Необходим маневр уклонения.

Рох отложил инструменты и пробурчал:

– Ага. Попробуй, проведи.

Нора не оценила юмор и продолжила деловым тоном:

– Принято. Активация маршевого двигателя. Сбой. Двигатель неисправен.

– Ох, ты ж! Да не может этого быть! – саркастически улыбнулся Рох.

Не оценив сарказма, Нора продолжила, как ни в чем не бывало:

– Альтернативное действие. Запуск маневровых двигателей.

Рох еще только начал удивляться, а быстродействие юного разума начало спасать ситуацию. Питер, вспомнив об обещаниях Стражи в случае, если они просто пошевелятся или даже слегка чихнут, в ужасе завопил:

– Нора, стой! Отмена! Отбой!

Снова как дурная заорала сирена, а Нора бесстрастно констатировала:

– По нам запущена ракета, подлетное время три секунды.

Звездная система Лейтена

Обнаружение точек Махаве открыло людям дорогу к звездам, но, чтобы воспользоваться этим путем, одного желания было мало. Как мало энергии инженеров, строителей, пилотов космических кораблей и первых отчаянных переселенцев. Для освоения новых звездных систем требовался океан энергии. Той энергии, которая смогла бы заставить биться сердца не людей, но кораблей. Той энергии, которая бы заставила крутиться шестеренки гигантских орбитальных заводов. И, конечно же, нужна была прорва энергии, чтобы построить, осветить и обеспечить атмосферой подземные города на Ирусе, второй планете в звездной системе Каптейна. Сумасшедшие энергозатраты нужны были и для того, чтобы подвесить над бушующим океаном Атлантиса пузыри роскошных замков. Но в отличие от переходов Махаве, источники энергии искать не пришлось. Они никуда и не прятались от человечества. Всегда были рядом, грели и светили. Но попробуй, зачерпни толику той могучей силы, что свирепствует в недрах вселенских топок.

Проблемы звездных масштабов порождают блестящие, а порой и циклопические решения. Такое дитя гигантомании, построенное корпорацией «Хели», вращается на орбите двойной звезды Лейтена. Энергокомплекс «Хели-15» состоит из двух трехсотметровых цилиндров и натянутой между ними четырехкилометровой сети из углеродной ленты. Гигантская сеть служит не только солнечной батареей, впитывающей фотоны от яростного огня двух красных карликов системы Лейтена. Она вылавливает желанную добычу – атомы гелия-три. Они рождаются в недрах звезд и разносятся по пространству с солнечным ветром. В цилиндрах пойманный гелий сжижают, заливают в контейнеры и грузят на автоматизированные челноки, которые потом отправляются на станцию переработки. Гелий-три служит уникальным топливом для звездных кораблей с прямоточным термоядерным двигателем.

За перемещением челноков СБ компании «Хели» следит очень пристально, так как всегда находились умники, желающие изъять у компании и присвоить себе ходовой товар. Изменилась ли слегка траектория челнока, подошел ли к нему ближе, чем следовало, какой-нибудь корабль, тут же для торжественной встречи чужака вылетает звено перехватчиков компании «Хели». Причем визит вежливости нанесут не те корыта, на которых летает Стража – официальная полиция Земной Сферы, а молниеносные и смертельно опасные «Хиро», выпускаемые корпорацией «Мусато». «Хиро» как гончие псы вцепляются в любого нарушителя, изматывают и удерживают его на месте до подхода главных встречающих лиц, фрегатов СБ «Хели», под прицелом серьезных орудий которых малодушные грабители моментально начинают гореть, бурлить и даже кипеть желанием сдаться. Ну а обломки смелых или глупых, решивших оказать сопротивление, служат назиданием тем, кто вынашивает в отношении грузов «Хели» какие-нибудь грязные планы.

Вся система безопасности челноков была спроектирована для того, чтобы не дать всему грузу или его части исчезнуть во время перелета.

Но она никак не рассчитана на то, чтобы вдруг груза на челноке стало больше. Поэтому, когда летящая по инерции фигура пересекла траекторию движения челнока, подправила свой полет короткими выхлопами холодного газа из встроенных в скафандр сопел, выпустила трос из мононити, подтянулась к шарообразному корпусу челнока и распласталась на нем, не сработал ни один тревожный датчик в оперативном центре «Хели». Объяснялось это тем, что скафандр неожиданного гостя был покрыт расположенными под разными углами тысячами чешуек, которые рассеивали и отражали лучи скэнов в хаотическом порядке, так что на мониторах наблюдения скафандр выглядел абсолютно пустым местом. В самом скафандре были отключены все энергопотоки. Не работали ни система терморегуляции, ни регенерации воздуха. Владелец скафандра очень сильно рисковал, он мог изжариться под действием тепла собственного тела или банально задохнуться. Или то и другое вместе.


Издательство:
ИДДК
Поделится: