![Камень, ножницы, бумага, статистический облом](https://aldebaran.ru/pub/c/cover_250/67718954.jpg)
000
ОтложитьЧитал
Камень, ножницы, бумага, статистический облом
– Есть определенный тип людей, – начал Роланд обманчиво-спокойным тоном издалека, – сродни бытовой технике. Пока на них смотришь – ничего не происходит. Или происходит, но так медленно, что можно состариться, заплесневеть, закопаться в землю, истлеть и переродиться в колесе сансары тараканом, но не дождаться, пока вскипит чайник. А стоит отвернуться – и вместо салата «Цезарь» пищевой конвертер сделал куриный суп с сырными соплями и размокшими гренками!
Чем сильнее повышал голос капитан, тем больше головы команды вжимались в плечи, а под конец тирады подопечные Роланда и вовсе опустили очи долу. Но не все.
– Надеюсь, когда Мик втягивал вас в эту авантюру, вы хорошенько поразмыслили. Потому что спортсмены из нас, как птица киви в вакууме – мало того, что летать не умеет, так нечем и негде.
Роланд выдохнул и оглядел экипаж. Старпом-астронавигатор Кларисса, высокая, стройная, в выцветшем до светло-синего состояния комбинезоне, с выбритыми висками и высоко забранными на затылке в конский хвост ярко-фиолетовыми волосами, упорно отводила серые глаза в сторону. Кол и Ферт, с виду похожие, но неуловимо неодинаковые, ежились и стремились стать как можно меньше. Как будто это было возможно для рукопашника Ферта с косой саженью в плечах или стрелка Кола с поджарым треугольником фигуры. А недавнее заумное приобретение команды, златокудрое, голубоглазое и вечно оптимистическое, напротив, и сейчас лучилось уверенной улыбкой.
– Ты-то чему рад, чудовище?
Люк, подающий надежды астрофизик, что мог со временем вырасти в крупного ученого с мировым именем, разулыбался еще шире:
– А если получится?
Роланд перевел сумрачный взгляд на саморез с левой резьбой в центре цирковой программы. Бортинженер с золотыми руками и злым языком, мелкий и едкий мужичонка в темно-коричневом комбинезоне космотехника, с еще темной шевелюрой, уже изрядно посыпанной сединой, привычно щурился карими глазами на взъерошенного капитана.
– Лан, мы вчера приговорили на шестерых ящик коллекционного торфяного виски. Ты заклинал меня, что станцуешь вальс и с бегемотом в невесомости. Эти, – он кивнул на Кола и Ферта, – брали на двоих в паре «снайпер-наводчик» золото в Стрелковых играх трижды, и ты об этом знаешь. Лари полвечера ныла, что всем каюты заставила никелевыми миниатюрами, так что с астра-скульптингом справится. Доступ в инфосферу ты мне на ночь не перекрыл, хотя о моих привычках в небольшом подпитии осведомлен. Так что скорее я удивлен твоему удивлению.
Роланду сказать было нечего – сам создал аварийную ситуацию, сам теперь и вентили меняй, – и он коротко уточнил:
– Что поставил?
– «Мандарин» и год службы на подхвате у контрабандистов. Или любое призовое место.
– Весело, – констатировал капитан. – Альтернатива должна быть как минимум достойной корабля и репутации.
– А ты в нас веришь, я смотрю, – ухмыльнулся Мик. – В этом году золото – лицензия вольных астронаемников на пять лет, серебро – на два года, бронза – на год. И деньги.
Команда забыла, как дышать. Деньги – что деньги, их и заработать можно. А вот бумажка, за которой они гонялись третий год, перебиваясь полулегальными заказами, стоила безумной по сути и содержанию сделки.
– А Глюк? – с покорной обреченностью року в голосе поинтересовался Роланд. Люк в ответ сверкнул испуганной лазурью взгляда: вдруг под шумок решили выгнать?
– Будет вероятностные комбинации для пятнашек рассчитывать. Чтоб не зря кислород на борту тратил. А с гонками вопрос… – Мик почесал в затылке и отмахнулся. – Что-нибудь придумаем. Словом, все шансы если не победить, то занять достойное место в Пятиборье есть.
– Твои бы слова да мирозданию в печень… – вздохнул капитан, по случаю нагло возвращая космотехнику его любимую приговорку, и покачал головой. – Хотя она у нас и без того орган пострадавший. Небольшое подпитие… До конца соревнований сухой закон, поняли?
К вечеру команда привела себя в относительный порядок, и Роланд собрал всех на мостике.
– Раз уж мы ввязались в сомнительную спортивную авантюру, для начала ликбез. Без возражений! – упреждающе заметил он, увидев, как поморщилась Кларисса. – Не все на борту в деталях знакомы с Пятиборьем. Глюк, жги.
Молодой ученый приосанился, достал из кармана халата блокнотик со стилизованной сверхмассивной черной дырой на обложке, вооружился черной ручкой, перекинул первый лист вперед и приступил:
– Космическое Пятиборье включает в себя пять соревнований в вакууме. Принять участие имеет право любой желающий в любом количестве дисциплин, но еще ни один человек не покорял все пять вершин, тем более что в финале – командная статистико-стратегическая игра. Так сложилась традиция на соревнование заявляться астронаемниками с одного шаттла, и победу отдают той команде, у которой больше призовых мест в общем зачете.
Люк перевернул лист и продолжил:
– Первая дисциплина – танцы в невесомости. Тут все просто: жеребьевка определяет пары, пресвятой рандомайзер – танец.
Команда захихикала, ученый подождал, пока все успокоятся, и уточнил:
– Оценивается знание танца, эстетика движений, умение управлять микропотоками сжатого воздуха и соплами маневрового ранца.
– А если не знаешь танец? – поинтересовался Роланд.
– Тогда – упс, – развел руками астрофизик. – Не запрещается подглядывать за соседними парами и пытаться повторить, но призового места с такой шпаргалкой не видать.
Люк степенно закрыл блокнот, отложил и достал из кармана второй – чуть побольше и с улыбчивым Гагариным, сменил черную ручку на синюю и заявил:
– Со стрелковыми играми проблем быть не должно, правда, автомат укрытия перестраивает, так что поле каждый раз новое, а так – как в обычном снайпинге. На мишень два выстрела, считают время прохождения поля, количество и размер пораженных мишеней, их дальность, кучность стрельбы, оценивается работа наводчика, причем не только по мишеням, но и поправка положения снайпера, отдача же…
Кол и Ферт синхронно кивнули. Снайпинг в космосе – дело привычное. Из того же кармана, что и в прошлый раз, астрофизик извлек третий блокнот – с атомиумом на обложке, – а синюю ручку заменил простым карандашом. Команда заинтересованно проводила взглядами отложенный в сторону блокнотик с заметками про стрелковые игры и приготовилась внимать дальше.
– Астра-скульптинг вырос из сказки про левшу в перекладе на методику сварки в космосе. Если вы не в курсе, жидкая струя расплава металла там будет остывать медленнее, чем в воздухе, что связано с теплопроводностью вещества, окружающей среды и законом Стефана-Больцмана… – Люк с неохотой прервал себя и переключился с научности на насущное: – А главное – металл не подвергается мгновенному окислению. И в космосе можно сделать сварку таких металлов, которые в атмосфере и близко между собой контактировать не могут. Отсюда критерии оценки: использованные расплавы, миниатюрность скульптуры, оригинальность работы, эстетическая ценность и прочность. Главное не просто создать подкованную блоху, но и воспользоваться электромагнитным захватом, чтобы довести работу до комиссии, а это задачка та еще. Если и не упустишь такой мелкий предмет, то с вероятностью в 89,54% сгорит при посадке, как показывает статистика предыдущих пяти лет… Лари?
Кларисса пожала плечами.
– Как закончу – покрою композитным углепластиком, да и все, будет статистике статистический облом.