Я ненавижу магические академии
Авторы выражают огромную благодарность
за помощь и консультации
Пальмире Керлис, Марге Талах и Ксении Пасецкой
Глава 1
С потолка оторвался очередной кусок штукатурки и свалился прямо передо мной. Я даже не вздрогнула, так часто это случалось в последнее время, лишь задумчиво на него посмотрела. Этот был самый большой, такой и убить запросто может. С жильем нужно срочно делать хоть что-то, да и не только с жильем: денег нет совсем, нет и того, что можно продать, и не ела я уже второй день. Фиффи хорошо: где в землю вцепился, там и поел. Фиффи – это мой питомец, не совсем обычный, конечно. Достался он мне от старшего брата, учившегося до ареста на пятом курсе Фринштадской Магической Академии, на факультете Огненных стихий. Как получился этот прожорливый монстр, Бруно и сам не знал, пуляли, поди, по пьяни в какой-нибудь беззащитный росточек чем-то запрещенным, вот и выросло, что выросло. Вручил брат мне его со словами: «Дарю, тебе как адептке магии земли нужен именно такой спутник», но мне всегда казалось, что он просто боялся собственномагично созданного монстра, который так и норовил вцепиться хищными зубастыми листьями во всякого, до кого дотягивался. Радовало, что передвигаться он пока не мог, хотя и делал попытки выбраться из горшка. С Фиффи мы нашли общий язык тут же, и меня он укусить не пытался ни разу. Не знаю, что оказалось решающим: мое природное обаяние или то, что, когда он полез с явным намерением цапнуть, я ласково сказала, что он останется не только без веток, но и без корней. Но теперь это единственное мое близкое существо. Ведь вся моя семья заключена под стражу за участие в заговоре против короны, а наше имущество оказалось под арестом. Лишь меня только допросили и выставили на улицу, в прямом смысле этого слова. А перед этим забрали все. Абсолютно все, и даже мою личную ездовую грифоницу Майзи, которую было особенно жалко. И если бы не этот крошечный домик, завещанный маминой кормилицей, жить было бы негде. К сожалению, покойная благодетельница не озаботилась продуктовыми запасами, так что проблема с едой стоял очень остро. Нет, я немного покопалась на ее участке, но он оказался очень маленьким, а съедобного там почти не было. Вопрос, не умереть ли с голоду, встал передо мной во всей красе. Умирать пока не хотелось. Я взглянула в мутноватое зеркало: с такой внешностью умирать нельзя, ее точно нужно передать по наследству. Волосы – пышные, густые, отливающие золотом – это отличительная черта только нашей семьи Берлисенсис, и были они необыкновенно красивы. А в сочетании с темными, почти черными глазами и точеной фигуркой сражали мужчин наповал. Даже мой бывший жених помолвку расторг, но предложил обеспечить мне жизнь на определенных условиях. Естественно, я возмущенно отказалась, но он только гадко издевательски ухмыльнулся и сказал, что скоро сама прибегу, если не захочу сдохнуть с голоду, а он подождет. Недолго. Так что теперь у меня даже был выбор: идти к нему в содержанки или в эту гадкую магическую академию. Оба варианта для нашей семьи очень позорны: у Берлисенсис женщины никогда не работали, но и собой не торговали.
Мои размышления прервал стук в дверь. Бросилась я открывать, надеясь, что все прояснилось и мою семью выпустили, но за дверью стоял как раз тот, о ком я только что вспоминала, мой бывший жених Антер Нильте.
– Антер? Что ты здесь забыл? – хмуро спросила я.
– Лисси, куда подевалась твоя вежливость?
Он надвинулся, как шкаф на грузчика, и я по необходимости отошла вглубь, а то ведь задавит и не заметит. Терри был высок и не сказать чтобы толст, но плечи имел широченные. Раньше я иногда мечтала о том, как буду засыпать на одном из них, но все это уже было в прошлом. Теперь я мечтала засыпать от него как можно дальше. И поесть. Больше всего сейчас я мечтала съесть что-нибудь.
– Туда же, куда и твоя. Я тебе сказала, что видеть тебя не хочу. Вон из моего дома!
– Лисси, этот дом тебя недостоин, – заявил он. – Я уверен, что ты уже одумалась и решила принять мое предложение.
Ну уж нет, такого удовольствия ему не доставлю. Так что из двух вариантов остается только один.
– Я решила пойти учиться!
– Ты? – он гадко расхохотался.
И как это я раньше не замечала, насколько у него неприятный смех? Наверное, потому, что раньше он смеялся вместе, а не надо мной.
– А что такого? – возмутилась я. – Я собираюсь поступить в академию.
– Лисси, если тебе так хочется учиться, могу оплатить курсы «Тридцать три способа доставить удовольствие мужчине». Уверен, это ты осилишь. Но академия… – он опять мерзко заржал. – Даже твой брат говорил, что ты дура. Хотя и сам он умом не отличается, если выступил против короны.
– Не смей обзывать меня и брата! – заорала я. – И вообще, вон из моего дома! Я не хочу тебя видеть!
– Глаза закрой, – заявил он, – если видеть не хочешь. Потому что я тебя видеть очень даже хочу.
Он сграбастал меня и поволок прямиком в спальню. Такого отвратительного поведения он себе не позволял во время своего жениховства. «Все же хорошо, что я за него не вышла», – промелькнуло в голове, пока я вырывалась из его железных лап. Какая жалость, что меня не учили основам самозащиты, родители были уверены, что статус семьи не позволит мне оказаться в ситуации, хоть отдаленно напоминающей эту. И сейчас я совсем ничего не могла сделать, только испуганно вскрикнуть, но он тут же заткнул мне рот поцелуем. В другое время я непременно бы этим насладилась: целовался Терри как бог. Я с богами, конечно, не целовалась, но мне всегда казалось, что ощущения были бы такими же. Но сейчас расслабляться нельзя ни в коем случае – тогда он без помех завалит меня на кровать и получит то, на что раньше мог рассчитывать только после свадьбы. Ну нет, это единственный капитал, который у меня остался, и я так бездарно его не потрачу. Я мотнула головой, отрываясь от его горячих требовательных губ, и впилась в плечо насильника. Зубы у меня небольшие, но очень острые, недаром в предках были эльфы. Терри от неожиданности громко завопил и отшвырнул меня на кровать, у которой мы как-то незаметно оказались.
– Не хочешь по-хорошему? – зло спросил он. – Привяжу и все равно получу свое, но уже безо всякой жалости.
– Я в Стражу п-пойду. – Я очень испугалась, но старательно этого не показывала. – Для тебя это просто так не пройдет.
– Кто тебя будет слушать? Мой дядя – глава Стражи. А ты – из семьи выступивших против короны. Нет твоим словам веры. Лисси, я слишком долго ждал, чтобы ты сейчас меня остановила такой ерундой.
Он небрежно сорвал с себя рубашку и начал расстегивать штаны. Я в ужасе поползла к изголовью кровати, понимая, что никак его не обойти, слишком маленькая комната. Положение казалось безвыходным, поэтому на всякий случай я постаралась найти что-то положительное в грядущем мероприятии: без рубашки Терри еще красивее, да и проблема с едой решится, не будет же он меня морить голодом. Но тут Фиффи дотянулся до филейной части моего бывшего жениха и вцепился сразу несколькими зубастыми листочками. Терри взвыл как раненый лев и завертелся на месте, его штаны на попе украсились окровавленными лохмотьями.
Момент выдался удачный. Я схватила питомца и бросилась на улицу. Вариант с бывшим женихом отпадал окончательно: зачем мне в любовники тип, у которого испорчена столь важная часть тела? Да и жадноват он, честно говоря. Даже подарки норовил приобрести со скидкой. А один раз, покупая букет у старушки на улице, устроил целое представление, торгуясь из-за нескольких медяков.
– Фиффи – хороший мальчик.
Я остановилась и погладила по листочкам свой кустик. Он счастливо заурчал, чем-то там причмокивая. Хотя почему чем-то? Чистым мясом – у Терри лишнего жира не было, думаю, даже на попе. Я ощутила некоторую зависть к питомцу: он слишком громко чавкал и дразнил меня довольным выражением собственной кроны. Мужчины, а Фиффи, вне всякого сомнения, мужчина, вообще умеют хорошо устраиваться. И отомстил, и поел одновременно. Мне бы так…
Долго стоять не получилось: из моего домика донесся грохот, крыша обвалилась полностью, внутрь, наверняка на бывшего жениха, чей злой рык разнесся, казалось, над всем городом, и я припустила по улице, стремясь уйти от этого места как можно дальше. По дороге я размышляла на тему, что маминой кормилице следовало подремонтировать домик, прежде чем завещать. А то ведь под крышей могла и я остаться. Терри-то что – ударом по голове больше, ударом меньше, по нему и незаметно, мозгов там все равно нет, одна сплошная кость. Фиффи я крепко прижимала к себе – это самое дорогое, что у меня осталось. Единственная связующая ниточка с попавшей в беду семьей.
Надо признать, что высокие каблуки не способствуют быстрому бегу, но оказаться лицом к лицу с разъяренным Антером не хотелось, поэтому я не останавливалась и неслась по улице, лишь слегка придерживая платье свободной рукой, чтобы ни за что не зацепиться. Судя по всему, платье тоже осталось последнее. Я всхлипнула от жалости к себе. Ни еды, ни одежды, не говоря уже о каких-нибудь совершенно скромных сережках, которых так не хватало моим ушкам. Без них я чувствовала себя почти голой.
Я свернула в попавшийся по дороге Ботанический сад – место людное, поэтому можно быть уверенной, что бывший жених не попробует получить от меня под ближайшим кустиком то, что я, по его мнению, ему задолжала. Я сорвала с дерева плод, подозрительно похожий на яблоко, и принюхалась. Пах он вполне как правильный фрукт, но на вкус кислятина кислятиной. Есть хотелось невыносимо. Я мужественно проглотила пару кусочков, чтобы желудок окончательно не слипся, а остаток скормила Фиффи, я же должна заботиться о его сбалансированном питании, а то на одном мясе и несварение заработать можно. Конечно, я не знаю, как это выглядит у растений, но и узнавать не хочу.
Тяжелый керамический горшок оттягивал руку. Надо все же Фиффи учить передвигаться самостоятельно, у меня нет антеровских мышц, да и не пойдут они мне. Я представила себя с плечами как у бывшего жениха и содрогнулась. Да они за все дверные проемы будут задевать. Нет, нужно срочно воспитывать питомца, а то поносишь его так пару недель и не заметишь, как перещеголяешь Антера по ширине плеч.
Башни Магической Академии прекрасно видны из любого места города, так как находились в центре и были выше самого громадного здания столицы, даже королевского дворца. Время от времени короли задумывались, не достроить ли еще десяток этажей, чтобы не уступать магическому сообществу, но после подсчетов, во что выльется строительство, а потом эксплуатация, непременно отказывались. Престиж престижем, а казна не резиновая. Я смотрела на магические здания с глубоким отвращением: девушке из приличного семейства делать там нечего, но другого выхода у меня все равно нет, да и зеленый цвет башни магии Земли мне очень идет, а мантии у студентов в тон той стихии, которой обучаются. Некоторые умудряются получать образование в нескольких башнях, времени им совсем не жалко, да и вкус отсутствует. Вот я бы никогда не стала обучаться некромантии: в черном выгляжу просто отвратительно, это совсем не мой цвет. Правда, по поводу красной мантии я бы подумала, красное так эффектно оттеняет мои золотистые волосы…
Но мой основной дар был в области магии Земли, так что, чтобы надеть красную мантию, нужно сначала относить зеленую, а на такой подвиг я не способна точно. Этак вся молодость в учебе пройдет. Ну уж нет! Мне только на факультете Земли отучиться. Пару месяцев хотя бы…
Со стороны, где остался несостоявшийся любовник, донесся какой-то подозрительный шум, поэтому я решила срезать дорогу и свернула с оживленной аллеи прямо на газон. Идея оказалась так себе. Каблуки вязли в земле, замедляя и без того невеликую скорость, так что ничего я не выиграла – возможно даже, что по дорожкам было бы быстрее, тем более что к ограде я вышла слишком далеко от ближайших ворот. Но Академия была совсем рядом, так что я постаралась втянуть в себя грудь и начала с пыхтеньем протискиваться между прутьями. Грудь не застряла, неожиданно застрял таз. Подергавшись в разные стороны, я с огорчением поняла, что у меня ничего не выходит. Как я ни похудела за эти несколько дней, этого оказалось недостаточно, чтобы покинуть Ботанический сад таким образом. Впрочем, похудение на кости же не влияет. Фиффи тревожно зашелестел.
– Маленький мой, у нас проблема, – пояснила я и постучала по ограде.
Мой спаситель мужественно вгрызся в прут – по-видимому, в его организме теперь не хватало железа, что он успешно и восполнял. Я даже не представляла, что растения на такое способны: через несколько минут выгрызенный кусок упал на землю, а я выбралась из плена и торопливо устремилась к Академии. А то понабежит стража, завозмущается из-за порчи государственного имущества, им же не объяснишь необходимость такой диеты питомца.
Каблуки звонко зацокали по мостовой, и я целеустремленно побежала к зеленой башне, тем более что подозрительный шум сзади приближался и усиливался. Главное – стать студенткой, Магическая Академия обычной страже не подчиняется. Ворвавшись внутрь, я чуть не сбила с ног типа, подозрительно смахивающего на эльфа – точеные черты лица и вытянутые острые уши явно указывали на его родство с Дивным Народом, все портил длинный гибкий хвост с кисточкой на конце, который сейчас раздраженно дергался. Смотрел при этом полуэльф весьма недовольно. Странный какой-то, неужели от эльфов он не мог взять хоть немного самообладания. Ну наступила я ему шпилькой на ногу, так почти сразу и слезла, даже дырки на сапоге не осталось, так, маленькая вмятинка. Я попыталась ему обворожительно улыбнуться, у меня всегда это получалось просто замечательно, но его взгляд похолодел еще больше, и теперь мой противник напоминал огромную глыбу льда. Даже почти белые пряди, выбившиеся из хвоста, в который небрежно были стянуты его длинные волосы, выглядели, как сосульки в гриве ледяного демона. Наверное, потому, что Фиффи не выдержал мелькающего перед ним соблазна и решил зажевать железо чем-то более легкоусвояемым. Но полуэльф хлестнул хвостом так, что кустик вырвался из моих рук, горшок впечатался в ближайшую стену и рассыпался на множество мелких осколков, а мой бедный цветочек, ошалело шевеля корешками, отцепился от невкусного хвоста и сполз на осколки своего домика. Без жилья теперь остались мы оба.
– Вы… вы… вы разбили мой горшок! – возмущенно сказала я. – Повреждение чужого имущества, между прочим.
– В целях самозащиты, – ледяным тоном ответил он мне. – Ваше имущество пыталось меня съесть.
– Неправда, он только пожевал немного! – Я подняла беднягу Фиффи и нежно погладила его по листочкам. – Не надо тащить в рот всякую гадость. Вдруг он для тебя ядовит? Вон какой агрессивный и злой!
– Видите ли, фьорда, – протянул он, – мне быть только пожеванным тоже не очень хочется. Держите своего питомца при себе, чтобы не нападал на проходящих мимо, а то следующий будет не так добр и не ограничится одним горшком.
– Добр? – всхлипнула я. – Оставил Фиффи без ничего и еще издевается!
Полуэльф сжал губы в ниточку, высокомерно развернулся и ушел, немного прихрамывая на ногу, пострадавшую при нашей встрече. И лишь когда и след его простыл, я сообразила, что могла бы попросить его довести меня до деканата. Должен же он хоть как-то компенсировать нанесенный ущерб? А то если все повадятся горшки разбивать, на что я их буду покупать? Денег-то у меня совсем нет…
Я растерянно озиралась. Вокруг не было никого, ни единой живой души. Даже Фиффи испуганно ко мне прижался и вцепился своими корешками в руку. Что ж, пусть держится, главное, чтобы не начал врастать. Оно, конечно, оригинально, но в таком симбиозе я явно окажусь страдающей стороной: ни тебе платье нормальное надеть, ни на свидание сходить. Зато Фиффи, конечно, будет питаться намного качественнее и регулярнее. Нет, слишком мало плюсов. Девушку должна украшать только естественная поросль, и только на голове. Я гордо тряхнула своей золотистой гривой, которая так и осталась не прибранной в прическу – до прихода Антера я успела заплести только пару косичек на висках.
– Вы кого-то ищете?
Вкрадчивый баритон прямо над ухом заставил меня взвизгнуть и подпрыгнуть на месте. В нашей семье так тихо подкрадываться умел только мой брат. Вообще, почти все выпускники факультета Огня прямиком шли в армию, вот и натаскивали их еще во время учебы на поведение, совершенно неподходящее нормальным людям. Этот тоже щеголял красной мантией, и как его только занесло на факультет Земли? Наверное, специально сюда ходит девушек пугать.
– Лисандра, вы? Что вы здесь делаете?
Надо же, действительно с братом учился. Но вот только я его совсем не помню, что довольно странно: у него из-под мантии тоже торчал кончик хвоста, а это такая примета, не забывающаяся. Страшное подозрение закралось в мою душу: вдруг хвосты отрастают у всех магов? Мне такое совершенно ни к чему, хвост – это не то украшение, о котором мечтает приличная девушка. На нем можно, конечно, и бантик завязать, и пару колечек пристроить, но все же я бы предпочла без этого обойтись. Но тут я вспомнила, что у брата хвоста точно нет, и успокоилась. Да и мой бывший жених оканчивал эту академию, а ничего подобного у него я в последнюю нашу встречу не видела. Не мог же Фиффи полностью сгрызть такую объемную часть тела за такое короткое время? Он ведь совсем маленький, в него целый хвост не влезет.
– Лисандра, почему вы молчите?
– Я немного растерялась, – доверительно сказала я, призывно улыбнувшись.
Ведь все знают, сколько получают маги в нашей армии. И мне кажется, этому типу жена просто необходима, вон как внимательно он изучает зону моего декольте, благо там было на что посмотреть. Но тут я вспомнила, какие требования предъявляет армия к своим офицерам, и улыбка моя сама по себе увяла. Жениться на девушке из семьи государственных преступников он мог позволить себе только в том случае, если не собирался идти в военные маги, а зачем он мне тогда – мантия-то у него весьма потертая, да и качества не самого лучшего, значит, он совсем не из обеспеченной семьи. Впрочем, это не помешает ему довести меня до деканата.
– Я решила пойти учиться, – пояснила я, опять расцветая улыбкой.
– Учиться? – поперхнулся он. – Но занятия уже месяц как идут. Где вы раньше были?
– Никак дойти не могла, – горько сказала я. – Вы же знаете, что случилось с моей семьей. У меня теперь ни дома, ни денег. Мне даже есть нечего.
Я показательно всхлипнула. Реветь я не собиралась: при этом глаза краснеют, нос распухает, и я становлюсь не такой привлекательной, как обычно.
– Я могу вам одолжить, – охотно предложил он.
Теперь он изучал меня более внимательно, видно, прикидывал, что получит за те жалкие гроши, что сможет дать. Он бы еще ужином предложил накормить, гад!
– Вы меня лучше в деканат проводите, – застенчиво улыбаясь, попросила я. – Мне нужно срочно поговорить с деканом. Нельзя же дальше откладывать обучение.
Фиффи согласно зашелестел веточками. В отличие от этого бывшего друга моего брата, он прекрасно понимал, что обучение – это не только отдельная комната для проживания, но и бесплатное питание. А для меня – еще и стипендия. Я выжидательно посмотрела на парня, который никого никуда провожать не торопился.
– Понимаете, Лисандра, Тарниэля Кудзимоси, нынешнего декана факультета Земли, вам вряд ли удастся уговорить. На редкость упертый тип.
– У меня все равно нет выбора, так что я попробую. – Моя нежная улыбочка наконец заставила его сдвинуться с места и предложить мне руку. – Тарниэль Кудзимоси? Что за имя такое странное – первая половина эльфийская, а вторая явно от демонов. Так же не бывает.
Мы уже бодренько поднимались по лестнице, мраморные ступени которой оказались такими скользкими, что не будь при мне опоры в лице будущего мага Огня, я уже несколько раз пересчитала бы эти ступени собственной попой. Нищий какой-то факультет, денег даже на ковровую дорожку не нашли. Ну ничего, главное, чтобы мне на стипендию хватило.
– Вы что? – удивился парень. – Про Оттепель не слышали, что ли? Когда эльфийская Альвинская империя и демонское Корбианское королевство пытались установить дружеские отношения?
– Что-то припоминаю, – неуверенно сказала я. Можно подумать, мне делать больше нечего, как забивать всякой ерундой голову, она же распухнуть может. – И как, удалось им эти отношения установить?
– Попытка провалилась с треском, а вот местный декан остался как память о дружбе между народами, и характер у него совсем не эльфийский, в отличие от физиономии.
В этом месте его рассказа меня кольнуло какое-то нехорошее предчувствие, но я не успела расспросить своего провожатого подробнее, так как он внезапно остановился и сказал:
– Все, пришли.
Передо мной оказалась массивная деревянная дверь, украшенная резным растительным орнаментом. Табличка на двери гласила: «Тарниэль Кудзимоси. Декан факультета Магии Земли».
И выглядела дверь, несмотря на легкомысленные цветочные завитушки, очень устрашающе, как-то сразу понималось, что ничего хорошего там, за этой дверью, быть не может. Я невольно отступила и врезалась в своего спутника, который воспринял это как попытку заигрывания, прижал к себе и прошептал в ухо:
– Идите, я подожду вас здесь.
Я храбро шагнула через порог и аккуратно прикрыла за собой дверь. Затем повернулась к сидящему за столом и приветливо улыбнулась.
– Здр… – начала я.
Но слова приклеились к моему языку так же, как улыбка – к лицу. Деканом оказался тот самый наглый тип, что разбил горшок Фиффи. Питомец тоже его узнал, попытался переползти мне за спину и стать частью прически. Я его прекрасно понимала, мне тоже хотелось слиться с чем-нибудь, к примеру, с дверью, так как острые льдинки глаз буравили не переставая. Да я уже совсем к полу примерзла!
– Я так понимаю, вы пришли с извинениями, – в голосе его погромыхивали кристаллики льда, как в стакане с прохладительными напитками.
– Я? С извинениями? Ну знаете ли! – возмутилась я. – Вы сбили меня с ног, нанесли ущерб и моральную травму моему питомцу – вон он как вас боится, – а потом бросили безо всякой помощи в незнакомом месте! А теперь я еще и извиняться должна?
Полуэльф приподнял брови, и одновременно с этим я почувствовала, как мои ноги отрываются от пола и неизвестная сила выносит за пределы кабинета. Я даже завизжать не успела, как оказалась опять возле захлопнувшейся прямо перед моим носом двери с табличкой «Тарниэль Кудзимоси. Декан факультета Магии Земли». Земля землей, а воздухом он тоже владеет неплохо.
– Быстро ты. – Маг Огня воспользовался моментом и подержал меня за талию. – Сказал в следующем году приходить?
Ему я даже ничего не ответила, просто отцепила от себя и еще раз перешагнула порог негостеприимного кабинета. Я бы с удовольствием этого не делала, но вот беда: другого выхода не было.
– Извините, – быстро сказала я, увидев, как его брови опять поползли вверх.
Я очень быстро учусь. Одно из основных женских правил гласит: «Скажи мужчине то, что он хочет от тебя услышать, и будет тебе счастье». Пока я использовала это только на близких родственниках и всегда получала желаемое, но ведь всегда можно расширить применение.
– Извинения приняты, – холодно сказал Кудзимоси. – Можете быть свободны.
– Я никак не могу быть свободной. У меня к вам важное и неотложное дело.
Я ласково улыбнулась, показывая, что зла на него никакого не держу, но он лишь продолжал выжидательно смотреть, даже сесть не предложил, хотя сам устроился в кресле со всем удобством. Я невольно подумала, что с хвостом в обычном кресле сидеть неудобно. Наверное, в этом есть специальная дырка. Появилось просто огромное желание изучить кресло поближе, но сейчас время слишком неподходящее для демонстрации своих исследовательских талантов. Поэтому я улыбнулась ему еще раз и села без всякого приглашения на ближайший к моему собеседнику стул.
– Я хочу поступить на ваш факультет, – вдохновенно начала я.
– Рад за вас, – невозмутимо ответил Кудзимоси. – Приходите перед началом следующего учебного года, и мы это непременно обсудим.
– Но я сейчас хочу, – с небольшим нажимом сказала я, подкрепив слова совсем маленьким убеждающим пассом.
Через мгновение я уже стояла перед дверью и опять изучала табличку. Мог бы и просто сказать, что отрицательно относится к использованию ментальной магии, а не выкидывать из кабинета, как какую-то ненужную вещь. А я очень нужная для его факультета персона, как бы только донести еще до этого Кудзимоси столь важную мысль, если заклинание убеждения недоступно?
– В этот раз вы продержались намного больше, – сказал прямо мне в ухо огневик, о котором я уже успела забыть.
– Спасибо, – вежливо ответила я и подумала, что хоть имя-то его узнать нужно, а то неудобно получается.
Дверь я открывала с некоторой опаской и, войдя, сразу вцепилась в ручку. Теперь, чтобы меня опять выставить, придется приложить намного больше усилий. Надеюсь, он не захочет, чтобы обстановка его кабинета повредилась, и не станет выдирать столь ценную ручку из двери.
– Извините, – сказала я с самой убойной улыбкой из своего арсенала.
От одного ее вида мои поклонники обычно теряли остатки разума и были готовы на любой подвиг во имя меня. Не зря же меня заставляли многократно отрабатывать такой полезный навык перед зеркалом. Но этот наглый тип показывал готовность только еще раз выставить меня из своего кабинета, что не могло не огорчать.
– Применение ментальной магии является серьезнейшим нарушением, фьорда, – процедил он.
– Я случайно, – жалобно сказала я. – Не делайте так больше, пожалуйста. Фиффи совсем испугался.
Если красота не проходит, нужно давить на жалость, это еще моя бабушка говорила. Главное – не войти в роль слишком сильно и не начать рыдать по-настоящему. А то косметика при этом может некрасиво размазаться и кавалер вместо того, чтобы пожалеть бедную девушку, испугается ее до заикания. Не думаю, что заикающийся декан отнесется ко мне снисходительнее.
Я торопливо подошла к нему поближе, села на стул и крепко ухватилась за столешницу. Не выставит же он меня из кабинета вместе с собственным столом? Кудзимоси так иронически посмотрел, что сразу стало понятно: ему не составит труда оторвать меня от своей мебели и безжалостно выбросить наружу, где меня ожидал маг Огня, в котором я уже начала находить некоторые хорошие черты. Например, мягкость.
– Будет лучше, если ваш Фиффи продолжит пугаться в другом месте. Фьорда, я вам уже сказал: прием в академию окончен уже месяц как. А с вашей привычкой разбрасываться запрещенными заклинаниями я не уверен, что вы сюда и в следующем году поступите.
– Оно не из запрещенных, – захлопала я ресницами. – Просто помогает достигнуть взаимопонимания. Убедить собеседника. У меня просто нет другого выхода, как у вас учиться, понимаете?
– Нет, – весьма прохладно ответил он.
– Мне негде жить, нечего есть, и совсем нет денег. Родителей арестовали, а жених от меня отказался. То есть не совсем отказался, но жениться больше не хочет.
Я посмотрела очень жалобно, но Кудзимоси как примерз к своему креслу, так и не собирался оттаивать.
– Ну пожалуйста, – почти простонала я.
– Фьорда, сегодня четверг, – неожиданно сказал он.
– И что? – округлила я в изумлении глаза.
– Я подаю только по субботам. И только тем, кто просит милостыню перед храмом. Лицам младше десяти и старше семидесяти. У вас ни одно из этих условий не выполнено. Идите поработайте.
– Поработайте?
Да как он мог мне предложить такое непотребство? Поработайте… В роду Берлисенсис женщины не работали никогда, исключений не было. Мне бы продержаться совсем немного, пока не найдется крепкое мужское плечо, которое примет на себя все тяготы моей жизни.
– Именно. А в следующем году, если желание не пропадет, придете опять поступать. Для этого ко мне обращаться необязательно. Будет создана специальная комиссия по приему новых студентов, зачисление по ее решению.
Я была уже готова изменить своим принципам и разреветься. Все равно накраситься толком не успела, так что испугать своего собеседника не смогла бы, как вдруг дверь в кабинет распахнулась и перед моим удивленным взором появился Антер Нильте в компании его дяди по матери, Элана Суржика, возглавлявшего Столичный Департамент Стражи. Бывший жених имел вид настолько довольный, что я сразу поняла: он решил заботиться обо мне до конца и обеспечить бесплатным жильем и питанием. За государственный счет, разумеется, ведь Терри очень бережлив.
– Лисандра Берлисенсис, вы арестованы за нападение на Антера Нильте и нанесение ему телесных повреждений, – заявил Суржик.
– Но это он на меня напал, – запротестовала я. – Да еще и крышу дома обвалил, так что я осталась совсем без жилья.
– Да ты ее сама магией на меня сбросила, – процедил бывший жених.
– Я такого и не умею! – возмутилась я.
– Вот на суде и расскажете. – Суржик положил горячую потную руку на мое плечо, за что тут же поплатился: Фиффи подобных вольностей не терпел, сделал небольшой предупредительный укус и тут же перебрался подальше от завопившего начальника Стражи.
– Еще и нападение на представителя правопорядка, – злорадно сказал Нильте. – На суде лет на десять потянет.
Лет на десять? Я в ужасе смотрела на бывшего жениха. Действительно, кто мне поверит? Я из семьи государственных преступников, а Суржик – весьма значимое лицо в столице.
– Но мы можем договориться во внесудебном порядке, – продолжил бывший жених. – Возможно, дело до ареста и не дойдет.
Глазки его маслено заблестели, в призывном взгляде явно читалось, что он уже считает меня своей собственностью, доставшейся почти даром. Подумаешь, несколько жалких покусов на месте, которое все равно почти никто не увидит, – разве это полноценная плата за такую прекрасную меня?
– Студенты магической академии не подлежат аресту городской стражи, – внезапно скучным голосом сказал Кудзимоси. – Вам нужно обратиться с заявлением в нашу службу на территории Академии, и только она может дать разрешение на арест фьорды Берлисенсис.
Вид перекосившихся физиономий племянника и дяди пролился бальзамом на мое израненное сердце. Начальник стражи недовольно засопел, что-то там подсчитывая в уме. Подсчеты явно давались нелегко, но он не сдавался и пришел к какому-то неприятному для меня выводу.
– Когда это она успела стать вашей студенткой? – недовольно спросил Суржик.
– Буквально перед вашим приходом, – любезно ответил декан.
- Я ненавижу магические академии
- Меня любят в Магической академии
- Скромная семейная свадьба
- Сорванная помолвка