# Пограничье

Виктория Юрьевна Миргород

Вторая часть "Вендетты светлой королевы". Если вы считаете, что светлые маги сплошь пушистые зайки, а тёмные – истинное зло, то окажетесь не единственными, кто так думает. Так считает и весь Солтурен, где быть тёмным магом является преступлением против государства и карается смертью. Только кто защитит мирных жителей от полчищ нежити, что ждут своего часа на границах Солтурена? И на что придется пойти маленькой необученной некромантке ради спасения королевства?

Глава 1. Ночь после свадьбы

Вызов застал Маэлина, когда он выходил из самоходной повозки. Он только что приехал домой из УМИТа. Человеком пытающимся докричаться до него через зеркало оказалась Джанет. И это было по меньшей мере странно. Уж кто-кто, а эта девушка не стала бы с ним связываться без очень веской причины. Слишком плохо они расстались в последний раз. Всё-таки, сохранять хорошие отношения с бывшими любовницами порой оказывалось непосильной задачей даже для эмпата. Особенно, если они были светлыми.

Пока шёл до ближайшего зеркала, Маэлин припомнил, что нынче Джанет работает в управлении внутренней безопасности Солтурена. И сей факт заставил его не только ещё больше насторожиться, но и ощутимо ускорить шаг.

По ту сторону зеркала оказалось темно. Девушка заперлась в кладовке и установила связь через зеркало на пудренице. И как только знак начертила на такой маленькой поверхности?

– Маэлин, – перепуганным шепотом зачастила Джанет, – тут такое случилось! Настоящий кошмар! Короля убили на свадьбе принца (отравили), Милену и Джереми Айвери арестовали по подозрению в убийстве. Их держат в подземельях королевского замка. А самое ужасное я подслушала только что: королева отдала приказ уничтожить замки тёмных магов в их родовых поместьях! Она хочет перебить всех тёмных сразу! Все четыре клана! Маэлин, я просто не знаю к кому ещё обратиться! Сделай что-нибудь! Предупреди их!

– Как именно их собираются уничтожить? – Спросил Маэлин.

– Я не знаю!

– Ладно. Когда?

– Сейчас! Приказ уже ушёл дальше по цепочке.

– Спасибо, Джанет. Я сделаю, что смогу. – Сказал Маэлин и прервал связь.

Первым вспомнившимся светлым, точно находившимся сейчас в поместье тёмных, отпечаток ауры которого у Маэлина был, оказался Томас Сандерс. Отец Стефы. Он с семьёй жил во владениях клана Миральди. У других тёмных кланов тоже были светлые семейные целители, а у некоторых даже жены и мужья, но Маэлин не был с ними лично знаком и, соответственно не мог установить связь через зеркало.

Маэлин нарисовал знак и попытался вызвать Томаса, но целитель отклонил вызов. Причём несколько раз подряд. Тогда Маэлин попробовал вызвать ректора университета, в надежде, что он знает ещё кого-то из светлых живущих во владениях тёмных. Во всяком случае, с кланом Шепард у него точно была связь. Ведь он сам происходил из этого клана. У чёрно-белых пар рождались и светлые дети. И тоже безрезультатно. Следующие сорок минут Маэлин поочерёдно вызывал их обоих, постепенно впадая в панику. Первым ответил Томас.

– Маэлин, что за срочность?! – Возмутился он. – Неужели не понятно, что если я не отвечаю, значит занят? Я тут вообще-то роды принимал.

– Где ты? У Миральди?

– Да.

– Быстро собирай кого сможешь и уводи их от-туда! Бегом! И семью свою уводи из города. Королева отдала приказ на уничтожение тёмных и не факт, что зачистка затронет только замки.

– Когда?

– Приказ был отдан сорок пять минут назад. Уверен – операция уже началась.

– Спасибо. – Сказал Томас и прервал связь.

Маэлин ещё раз попытался связаться с ректором университета. Всё так же безрезультатно. После этого взял самоходную повозку и поехал к нему домой, прихватив с собой маленькое зеркало на случай если ректор вызовет его сам.

Вызов застал Маэлина на пол пути.

– Ну и что у тебя случилось? – Спросил Рендел Шепард ректор УМИТа. – Пожар, землетрясение, наводнение?

– Хуже. – Мрачно усмехнулся Маэлин. – Ты почему так долго не отвечал?

– Студенты опять подорвали химическую лабораторию. Сразу после того как ты уехал. Второй раз только за этот год. Как же они меня достали. Изобрели новое вещество – нитроглицерин. И теперь с ним экспериментируют. Почти два часа тушили. Двое погибли на месте, троих достали с ожогами третьей степени. Целители почти все уже разъехались, так что мне тоже лечить пришлось.

– Да уж… Беда не ходит одна.

– Так что случилось?

– Королева отдала приказ на уничтожение родовых поместий тёмных магов. Всех четырёх.

– Твою ж… Когда?

– Чуть больше часа назад.

– Ты кого-нибудь предупредил?

– Только Томаса Сандерса в поместье Миральди. Больше я никого не знаю.

– Знаешь. Миранда Сальви живёт у Айвери. Помнишь такую?

– Ну помню.

– Попробуй связаться с ней, а я предупрежу Шепардов и Милтонов.

– Подожди. Ты ещё в УМИТе?

– Да.

– Жди меня там. Я через пять минут подъеду. Уже не надеялся докричаться до тебя через зеркало. Домой к тебе ехал, но так даже лучше. Ближе.

Маэлин приехал в университет, бросил машину у входа в административный корпус, и бегом добрался до кабинета ректора, где они вдвоём провели ещё несколько часов в бесплодных попытках установить связь хоть с кем-нибудь из светлых магов живущих в родовых поместьях тёмных. У ректора УМИТа хранился архив с краткими досье на всех бывших студентов, и там было указано, куда они разъехались по окончании обучения. Как выяснилось, у Маэлина тоже были отпечатки аур многих из них. Но, очевидно, момент был упущен. Этой ночью они не смогли докричаться больше ни до кого.


Первым делом Томас связался через зеркало с женой. Благо она, сразу заметив, как сильно он встревожен, не стала задавать лишних вопросов, и весь сеанс связи занял не больше минуты. Томас сказал ей взять детей и срочно покинуть город. С собой не брать ничего кроме денег и документов. Встречу назначил на ближайшем полустанке, до которого полтора часа нужно было ехать в карете.

Замок Миральди, как и город его окружавший, находился на достаточном удалении от многих благ цивилизации. И от железной дороги в том числе. А ведь он был ближайшим к столице. К остальным владениям тёмных магов железные дороги ещё не проложили, и добраться туда можно было только верхом, либо на карете. Впрочем, тёмные и сами предпочитали уединение, так что сей факт их ни коим образом не беспокоил.

Закончив разговор с женой, Томас вышел к своим тёмным подопечным, собравшимся возле роженицы, чтобы поздравить её с прибавлением в семействе и полюбоваться на ребёнка. Среди них был и Стефан, глава клана Миральди, а по совместительству его лучший друг. У него сегодня родился внук. Томас машинально отметил, что пациентка в полном порядке, только ослаблена из-за потери крови. Все травмы связанные с родами он уже вылечил, но идти ей всё равно будет тяжело. Однако, выбора не было.

– Со мной только что связался Маэлин. – Сказал он. – Он узнал, что королева отдала приказ уничтожить всех тёмных. Надо срочно уходить.

– Уходить?!

– С чего бы это?!

– Мы будем драться!

– У нас тут младенец! Как мы уйдем?!

– Мы защитим свои владения! – Посыпалось со всех сторон.

И только Стефан молчал, уставившись тяжёлым немигающим взглядом на молодую мать с ребенком. Томас хорошо знал этот взгляд. Его друг лихорадочно просчитывал варианты развития дальнейших событий. И он не зря был главой клана. Что что, а быстро принимать решения он умел.

– Молчать! – Приказал он, и в комнате разом повисла звенящая тишина. – Все женщины и дети уходят по подземному ходу через винный погреб. Дети это все кто младше шестнадцати. – Добавил Стефан, грозно уставившись на четырнадцатилетнего мальчишку, больше всех кричавшего: “Мы будем драться!” – Амалия, тебе тоже придётся уходить. Лейла, понесёшь ребенка. Джулия, поможешь Амалии идти. Том, мне понадобится твоя помощь. Выведи женщин и детей, спрячь их в лесу и жди. Если все сложится не в нашу пользу, уводи их к границе черной пустоши. Там тёмным всегда рады, чего в последнее время не скажешь о Солтурене. Только сначала предупреди свою семью, чтобы уходили из города. Думаю, там тоже не безопасно.

– Уже предупредил.

– Отлично. Выполняйте. Остающиеся за мной. В оружейную.

Стефан умел быстро принимать решения, но, к сожалению, они не всегда оказывались правильными. Хотя то, что произошло дальше, вряд-ли кто-нибудь смог бы предугадать.

Женщины быстро собрали по замку детей и через пять минут в полном составе стояли в винном погребе у входа в подземный ход. Шестнадцать тёмных магичек, семь служанок из обычных людей, восемь детей от шести до четырнадцати лет и один младенец.

Первой в подземный ход вошла Маргарет, жена Стефана, за ней следовал Томас, остальные вошли в произвольном порядке, а замыкающей стала Амалия, намертво запечатавшая дверь за своей спиной. Теперь можно было хотя бы не опасаться удара в спину. Девятнадцатилетняя дочь Стефана Миральди, только что родившая сына, была сильнейшим из ныне живущих магов огня. Она могла плавить руками даже камень, что, собственно, с успехом сейчас и проделала.

Тоннель был вырублен в скале и укреплён деревянными подпорками. Двигаться в узком проходе получалось только друг за другом. Шли по возможности быстро. Путь освещали магическими светляками. Они у темных магов были всех оттенков фиолетового и сияли холодным мертвенным, но достаточно ярким светом.

Взрыв произошёл минут через десять после того, как люди вошли в тоннель. Казалось сама земля содрогнулась. С потолка посыпалось мелкое каменное крошево, но опоры выдержали. Женщины подхватили на руки маленьких детей и побежали. Маргарет неслась впереди всех и подгоняла остальных громкими паническими окриками. Томас бежал следом за ней. Долго. До дрожи во всех мышцах, и горящих лёгких. Он не мог в полную силу задействовать ни магическое ускорение ни усиление, так как поддерживал возможность бежать у всей группы. Особенно тяжело приходилось Амалии, бежавшей последней. И именно на неё Томас тратил большую часть своего магического резерва.

Наконец они увидели свет в конце тоннеля. Дверь была открыта, но никто не придал этому значения. Маргарет выскочила наружу. Пошатнулась и стала оседать на землю. Томас, державший под контролем физическое состояние каждого члена группы, сразу понял, что произошло. Ей остановили сердце при помощи светлой магии. Томас накрыл всю группу включая себя глухим щитом, полностью блокирующим возможность светлого магического вмешательства в физическое состояние. Сзади на него с разбега налетела бежавшая следом женщина. Томас кубарем выкатился из тоннеля, а она выскочила за ним.

Взмах меча и её голова упала на траву. Прямо перед лицом Томаса. Он с трудом оторвал взгляд от её открытых карих глаз и увидел их. Пятерых светлых магов с мечами в руках, с ног до головы обвешанных артефактами защищающими от всех видов тёмной магии. Да ещё и на магическом ускорении.

– Стоять! – Заорал Томас.

Тёмные вняли. Из тоннеля на светлых посыпались заклинания, успешно блокируемые амулетами. Один из светлых шагнул ко входу и тут Томас услышал голос Амалии.

– Всем лечь! – Кричала она, но похоже кроме него никто не обращал на неё внимания.

А ведь её сила сейчас была по сути их единственным шансом на спасение. И тогда Томас, на долю секунды убрав щит, ударил по ногам своей группы магическим импульсом мгновенно расслабившим мышцы. Тёмные рухнули как подкошенные.

– Лейла, щит! – Скомандовала Амалия, единственная оставшаяся на ногах.

Всю группу включая Томаса накрыл тёмный термальный щит, а потом из тоннеля, испепеляя деревянные подпорки и оплавляя камень, вылетел здоровенный файербол, пол метра в диаметре, и взорвался ударившись в грудь ближайшего светлого мага. Вспышка выжгла в лесу прогалину в добрых пятьдесят метров. От светлых остались только кости и пепел. Никакие амулеты не были способны выдержать удар такой силы.

Амалия рухнула с магическим истощением, но смерть ей не грозила. Она опустошила только свой резерв маны, не затронув жизненную энергию. Так что спасать Томас кинулся Маргарет. Запустить сердце заново без особо страшных последствий для мозга можно было в течение пяти минут, а с момента её смерти не прошло и минуты. Томас справился. Это было не особо сложно. Даже некоторые тёмные маги могли это делать при помощи электрических разрядов. Правда такой дар был достаточно редким, но в группе была одна девушка управляющая электричеством. Только вот Томас о ней не вспомнил. Между тем, его силы были уже на исходе. А из тоннеля выползали обожжённые соприкосновениями с раскаленным каменным полом тёмные. Да ещё у четверых детей запустилась инициация. И, разумеется, их притащили к нему. Именно на то, чтобы отключить им сознание Томас и потратил остатки своего резерва.

В общем ситуация сложилась хуже некуда. Замок Миральди лежал в руинах, город горел. Неизвестно ещё успела ли от-туда сбежать жена Томаса с детьми. К тому же, маловероятно, что пятёрка светлых магов, поджидавшая беглецов у выхода из подземного хода, была одна. Скорее всего ещё как минимум одна группа осталась добивать выживших у замка. А таковые обязательно должны были остаться. Многие из Миральди владели как термальными, так и противоударными щитами. Только вот без помощи светлого мага у них не было никаких шансов. Амулетов защищающих от воздействия светлой магии не существовало. А светлому достаточно было просто остановить сердце своей жертве. И никакие тёмные щиты от этого не спасали.

А самое паршивое, что Томас потратил свой резерв маны, и теперь светлого физического щита не было и у его группы. Этот щит потреблял просто прорву энергии. Чтобы поднять его ещё на пять минут Томасу предстояло копить ману два часа. И совсем не факт, что эти два часа у группы будут.

К тому же у них остался всего один маг способный пробить защиту амулетов противника. Маргарет. Остальные были не достаточно сильны, а Амалия, полностью потратив резерв, стала вообще ни на что не способна. И восстанавливаться ей предстояло как минимум четыре дня.

Впрочем тёмные и не подумали впадать в отчаяние. Только очнувшись Маргарет сразу же принялась раздавать указания. Она, как и Томас, пришла к выводу, что светлые атаковавшие их группу были не одни, и план спасения тут же пришёл ей в голову.

Вместо того чтобы сломя голову бежать как можно дальше от замка, Маргарет повела свою группу обратно. Да и какой смысл бежать, если для светлых с их магическим ускорением не составит никакого труда их догнать? Так же не имело смысла вступать с врагами в открытое противостояние. Слишком хороша была их защита, да и от остановки сердца целитель без маны уже не спасёт. Однако принять бой всё же следовало, и Маргарет выбрала для этого боя идеальное место. Погост. С семейным склепом в качестве вишенки на торте.

Слегка потрёпанные и отнюдь не слегка обожжённые дамы, вместе со своими ревущими чадами, большинство из которых теперь приходилось нести на руках, и прислугой, бодрой трусцой проследовали на кладбище. Весь путь у них занял минут десять. Благо находилось оно на ближайшем краю города.

Томаса вместе с детьми, служанками и шестью бесполезными в данной ситуации стихийными магичками сразу отправили в дальний конец склепа. Остальные девять дам оказались очень даже полезны, ибо все они были некромантками. Правда удержать в подчинении лича могли только четверо из них, но остальные вполне справились с задачей поднятия пяти десятков зомби разной степени свежести из ближайших могил. А контролировать зомби вообще не составляло труда. Другое дело лич, бывший при жизни магом. Тут контроля требовалось в разы больше, но и возможности такая нежить в подчинении давала просто огромные. Личей выбрали из фамильного слепа. Не зря тёмные мумифицировали почивших родичей, ой не зря.

Два лича при жизни были пиромантами, один оперировал электричеством и ещё один стихией воздуха. И все они были магистрами. Сильнее только архимаги, но такого лича удержать в подчинении не смогла бы ни одна из присутствующих дам.

За десять минут некромантки провели все необходимые ритуалы, включающие в себя рисование кровью пентагамм, поджигание, найденных здесь же в склепе, свечей и чтение заклинаний, после чего отправили своих аватаров на охоту.

Долго искать противников не пришлось. Светлые маги уже перебили всех, кто выжил после вызова замка и выдвинулись на поиски беглецов. Они успели осмотреть место выхода из подземного хода и уверенно шли по следу в сторону погоста.

И тут им на встречу вышла армия нежити. Первыми, в качестве отвлекающего маневра, выпустили зомби. Личи следовали за ними на довольно большом расстоянии. Прежде чем пустить в бой тяжёлую артиллерию, дамы подождали пока враги увязнут в свалке и потеряют бдительность. И лишь после этого нанесли удар. Два пироманта и воздушник скооперировались и выдали огненный смерч такой силы, что все защитные артефакты светлых перенасытились энергией и мгновенно расплавились. Помощь четвертого лича не понадобилась. И это они ещё не весь резерв опустошили. От противников на сей раз не осталось даже костей. Впрочем от леса, окружавшего город, тоже мало что осталось.

Разобравшись с погоней, дамы в образе своих весьма специфических аватаров решили прогуляться по городу. Но ни живых родичей, ни врагов больше не нашли. Единственная польза от этой прогулки заключалась в том, что они спасли из только что загоревшейся замковой конюшни лошадей и пригнали их на кладбище. На этот раз все действительно закончилось. Осталось только упокоить нежить.

Пока некромантки воевали одна из служанок одолжила Томасу зеркало, и он наконец-то смог узнать, что стало с его семьёй. Жена ответила сразу. Оказалось, что она не успела покинуть город и все это время сидела вместе с детьми в погребе в окружении мешков с картофелем, колбас и домашних консервов. Благо дом был каменным и пока что не загорелся.

Томас пошёл за ней и детьми в компании двух пироманток. Помимо огненной стихии эти дамы владели ещё и термальными щитами. Быстро и без приключений забрав из горящего города жену и двоих сыновей четырёх и восьми лет Томас вернулся на погост.

А уже от-туда вся группа выдвинулась в долгий и полный опасностей путь к границе черной пустоши. Впрочем, клану Миральди повезло больше всех. Хотя бы потому, что их успели предупредить. В других поместьях всё обернулось для темных куда печальнее.


Одиннадцатилетняя Лейла Айвери гуляла в саду с маленьким пятилетним братом Тони. Набегавшись и набесившись вволю за день, они оба изрядно утомились, но раз уж старая нянюшка уснула в кресле качалке со своим вязанием, почему бы не погулять ещё? Только за сегодня они с братом успели уже три раза насмерть разругаться и тут же помириться, а теперь Лейла сидела на берегу маленького рукотворного озера и кормила булкой уток, а Тони валялся на траве, положив голову ей на колени, и кажется почти спал. Во всяком случае глаза у него открывались все реже и медленнее.

И тут грянул взрыв. От грохота у Лейлы сразу же заложило уши. Огромный фонтан огня взметнулся над замком до самого неба и во все стороны посыпались камни. В пяти шагах от ноги Тони упал здоровенный кусок стены.

Внутри у Лейлы что-то оборвалось, она вскочила схватила брата и запихнула его под каменную лавку, а потом забилась следом. Вокруг лавки металась нянюшка, беззвучно разевая рот. Лейла понимала, что она что-то кричит, но не могла разобрать ни слова, потому что оглохла.

В конце концов, няня схватила её и Тони за руки, вытащила из под лавки и поволокла к выходу в город. Она распахнула калитку рядом с воротами, но дорогу ей заступил какой-то незнакомый воин. В руке у него был меч. Нянюшка задвинула детей себе за спину, а воин сделал шаг вперёд и одним взмахом своего оружия отсёк ей голову. Няня упала на Лейлу. Её кровь была повсюду: на платье, на руках, кажется даже на лице.

А потом Лейла исчезла. Точнее она стала бурей. Безумной, не рассуждающей стихией. Ветром и холодом. И носящимся по кругу с бешеной скоростью, ледяным крошевом.

Руины замка остыли за пару секунд. Остыли и покрылись инеем. Люди тоже. Всё в радиусе пяти километров. Люди, дома, животные, деревья. Весь город. Целый город ледяных статуй бывших раньше людьми. Город мертвецов. И замок мертвецов. Папа, мама… Никого больше нет. И всех их убила она. Лейла.

Поняв это она потеряла сознание.

Лейла приходила в себя мучительно медленно. Было темно и очень холодно. Ночь. К её сознанию как сквозь вату пробивался рёв Тони. Он вопил во всю глотку и звал её. Ляля. Так он её всегда называл. А она почти не слышала. Уши всё ещё были заложены. И тут Лейла поняла, что убила всё-таки не всех. Это дало ей силы открыть глаза.

Первым делом Лейла пошла в замок. Вдруг, раз она не убила Тони, то и остальные родичи не пострадали от её инициации? Но нет. Среди обломков она нашла не только изломанные взрывом тела, но и вполне целые. Замороженные. Эти явно были на её совести. Возможно Тони выжил, потому что обнимал её в момент инициации. Другой причины она не видела. На руинах Лейла случайно наткнулась на относительно чистое платье, во всяком случае не в крови, и быстро переоделась. Всё. На этом осмотр можно было заканчивать.

Лейла вышла к всё ещё ревущему Тони, взяла его за руку и потащила прочь от замороженного замка, через город с обледеневшими трупами. Почти волоком. Молча. Прочь из города. И дальше в лес, пока не исчез иней на ветках. И ещё дальше. До рассвета. А потом они свалились от усталости на какой-то лужайке и уснули. Но перед этим Лейла твердо решила спасти Тони во что бы то ни стало. Ведь он последний, кто у неё остался. А значит надо выходить на дорогу и идти в ближайший город. Там люди. Там можно выжить. А дорога рядом. Лейла слышала стук копыт.


В поместьях Шепард и Милтон зачистка после разрушения замков прошла успешно. С Шепрадами правда пришлось немного повозиться, так как у них выжила светлая целительница гулявшая в момент взрыва с тремя тёмными магичками в саду, но сильные маги погибли мгновенно при взрыве, а те что остались не смогли пробить защиту амулетов светлых, так что им просто и незатейливо отрубили головы без всякой магии.

Глава 2. Начало пути

Стефа разбудила Элли ночью, когда парни уснули на верхних полках купе.

– Молчи. – Прошептала она, после того как подруга открыла глаза. – Мне нужно многое тебе рассказать. И лучше наедине. Так что не будем будить наших попутчиков.

Элли кивнула соглашаясь.

– Во время казни у тебя запустилась инициация, так что ты теперь полноценная некромантка, только не обученная. Там же на площади на нас вышел Рикардо Миральди. Он предотвратил прорыв силы, ударив тебя по голове. – Шёпотом сказала Стефа и вдруг с усмешкой добавила. – Я за тебя отомстила. Утром посмотришь какой шикарный фонарь я ему поставила. Твой отец перед свадьбой попросил его, если все обернётся плохо, найти тебя и увезти на границу чёрной пустоши. Там ты сможешь выучиться и стать очень сильным магом. И тогда у тебя появится шанс отомстить, не погибнув при этом. Мы сейчас едем туда.

– Понятно. – Шепотом ответила Элли. – А что Маэлин сказал по этому поводу?

– Маэлин?

– Не притворяйся. Это ни к чему.

– Он полностью согласен с твоим отцом.

– А с тем, что ты решила бросить УМИТ, чтобы заботиться обо мне он тоже согласен?

– Мы не говорили об этом. Наверное потому что он понимает, что меня не получится переубедить. – Усмехнулась Стефа. – И не отрицай, я нужна тебе. А на границе черной пустоши я смогу доучиться с тем же успехом, что и в УМИТе. Недостатка в учебниках, даже для тёмных, там не наблюдается, а для светлых тем более. Учителя, думаю, тоже найдутся. Да и с Маэлином можно в любой момент связаться через зеркало. Так что я ничего не теряю.

– Насколько я знаю, там довольно опасно.

– Уж точно не опаснее чем в Редклифе. Или ты уже забыла о нашем расследовании? Помнишь труп приколоченный к столу гвоздями? Вот хоть убей, не верю я, что какая угодно неразумная форма жизни может представлять большую опасность, чем человек.

– Ладно. – Вздохнула Элли. – Похоже, тебя и правда не переубедить. Значит едем на границу чёрной пустоши. Ты меня усыпила или это я столько валялась без сознания после того удара Рика?

– Усыпила. И ещё, Элли, ты только не нервничай, с нами едет Саша.

Элли села.

– Он тебе не враг, – затараторила Стефа, – он же пытался тебя защитить. Если бы он этого не сделал, ты вполне могла погибнуть вместе с отцом и сестрой. А ещё он искал тебя вместе с Риком. На площадь они прибежали тебя спасать вдвоём. И он очень старался помочь твоему отцу. Сначала уговаривал бежать, как предлагал Маэлин, а когда понял, что эти уговоры бесполезны, делал для него противоядия от всех известных ядов. Ну кроме тех, от которых противоядия не существует. Вряд-ли ты смогла бы сделать больше.

– Он не дал мне даже попытаться!

– Элли, ну ты же всегда была умной! Неужели ты не понимаешь, почему так произошло?!

– Понимаю. – Сквозь зубы процедила тёмная.

– Почему ты тогда так бесишься? Даже на Маэлина ты не настолько остро реагируешь. А ведь это была его идея.

– Маэлина здесь нет.

– Элли, ты должна взять себя в руки. Саша тебе не враг. И ты об этом знаешь. Пообещай мне что не убьёшь его.

Элли скрипнула зубами.

– Пообещай! – Твёрдо повторила Стефа.

– Ладно. Обещаю.

– Молодец. А теперь вставай. Мы идём в вагон ресторан.

– Ты издеваешься?

– Нет. Ты не ела двое суток. Даже если не хочешь, всё равно надо хоть что-то съесть. Иначе ты скоро просто свалишься от истощения. А нам ещё ехать к границе чёрной пустоши, и на поезде получится преодолеть только малую часть пути. Тебе нужны силы.

– Ладно. – Усмехнулась Элли. – Видимо и правда надо поесть, а то даже нет сил сопротивляться.

В вагоне ресторане Стефа заказала для подруги суп, и, неожиданно для себя, Элли накинулась на него со зверским аппетитом. Но целительница бдительно следила за ней и вовремя остановила, не позволив переесть. Утолив голод, девушки заказали чай и принялись за обсуждение планов на будущее.

Спать не хотелось совершенно. Элли и так проспала весь день, а Стефа всё ещё была на взводе. Она весь этот день готовилась к разговору с подругой и, честно говоря, боялась её будить. Но Элли в очередной раз её удивила. Вот чего-чего, а такого спокойствия и рассудительности Стефа от неё не ожидала. Ведь её насильно увезли из столицы, не позволив даже попытаться отомстить. Но Элли похоже адекватно оценивала свои шансы на успех такой попытки. Так что Стефа переживала напрасно.

Было уже далеко за полночь. Подруги болтали обо всём и ни о чём, не затрагивая однако больную тему последних событий. Они приближались к полустанку, на котором Стефа всегда выходила, приезжая домой. И, во внезапном приступе ностальгии, девушка сказала об этом подруге. Ещё и показала в каком направлении находится её дом. Только направление, потому что самого дома, как и города, в котором он находился, от железной дороги видно не было даже днём, ни то что ночью. Однако Элли хватило и этого.

Тёмная резко вскочила из-за стола и напряжённо уставилась в окно. Стефа посмотрела в направлении её взгляда, но не увидела ничего необычного. Элли же видела в небе над лесом алое зарево магической аномалии. Огонь, зажжённый при помощи магии, затухал сразу после того, как заканчивалась вложенная в заклинание мана, да и остаточные эманации обычно держались не долго. Однако существовал порог силы магического удара, за которым рвалась сама ткань мироздания. Именно так в свое время появилась черная пустошь. Сотворить такое в одиночку мог разве что архимаг. Хотя, объединившись втроём-вчетвером, на это были способны и магистры. И теперь ЭТО было здесь. В поместье Миральди.

– Мы выходим. – Сказала Элли. – Сейчас. Сколько до ближайшего полустанка?

– Что? Нам ещё день ехать!

– Стефа, там случилась беда. Но возможно ещё получится кого-нибудь спасти. Например, твою семью. Или кого-то из рода Миральди. Так сколько у нас времени?

– Пять минут. – Побелевшими губами прошептала Стефа.

– Бежим. – Скомандовала Элли, схватила её за руку, выдернула из-за стола и потащила сквозь вагоны поезда к своему купе.

Оказавшись на месте Элли первым делом сдернула с парней спящих на верхних полках одеяла.

– Подъём! Выходим! – Рявкнула она.

– Нам ещё день ехать, – пробормотал Рик накрывая голову подушкой. – Будь человеком, дай поспать.

– В окно посмотри! – Приказала Элли, отобрав у него и подушку.

Рик посмотрел. И скатился с полки.

– Вставай. – Сказал он, Саше, безуспешно пытавшемуся продрать глаза. – Быстро.

И начал доставать из под нижних полок сумки.

Две минуты спустя вся честная компания стояла на засыпанной щебнем дорожке, ведущей к круглому пятачку, на котором обычно разворачивался дилижанс. Он приезжал два раза в сутки к тому моменту, когда здесь проходил поезд. Доставлял почту и увозил и привозил пассажиров. Впрочем, последние здесь были редкостью.

Сейчас дилижанса не наблюдалось. И сей факт не прибавлял оптимизма. С другой стороны, это ещё ничего не значило. В городе всё равно могли остаться выжившие. Просто им было не до почты. А значит группе предстояло идти пешком. Около сорока пяти километров. И если дилижанс преодолевал это расстояние за полтора часа, то пешеходам, даже при быстрой ходьбе, понадобилось бы не меньше восьми часов. Однако выбора не наблюдалось, и люди, повесив сумки на плечи, выдвинулись в путь. Как ни прискорбно, но Элли не смогла уменьшить вес этих сумок. Её резерв маны, после инициации, был абсолютно пуст. Рик сказал, что это нормально, и восстановление обычно начинается не меньше, чем через двое суток. Впрочем, сумки и так были не особо тяжёлыми. Стефа забрала из гостиницы только самое необходимое. У Элли там лежали пара сменных рубашек, нижнее бельё, носки, все амулеты, которые она забрала из дома отца, кошелёк с деньгами и револьвер с патронами. К тому же, у них была целительница, способная, в случае чего, быстро восстановить силы отряда.

За спиной осталась железная дорога, впереди маячила дорога грунтовая, а со всех сторон её обступал хвойный лес. Вековые сосны с голыми у земли стволами поросшими лишайником тянулись вверх к солнцу. Кроны у них начинались высоко и были довольно редкими. Землю толстым ковром устилали сухие длинные иголки. Подлеска практически не было. Сумрак и прохлада царили здесь даже в разгар лета, а сейчас, в самом его начале, да ещё и ночью перед рассветом, холод подбирал до дрожи.

Впрочем, от быстрой ходьбы все скоро согрелись и особых неудобств не испытывали. Напряжённые, злые, готовые к схватке тёмные неслись впереди. Не смотря на то, что оба в данный момент не могли колдовать, натура брала своё и они были готовы рвать врагов голыми руками. Элли правда на руки не слишком надеялась, а потому, прежде чем выдвинуться в путь, затянула на бедре, прямо поверх штанины, ремень с кабурой, в которой находился револьвер, и набила карманы патронами. У Рика же был меч. Следом за тёмными шагала подозрительно хлюпающая носом Стефа. От страха за родных и неизвестности она совсем расклеилась. И, пожалуй, если бы у неё перед глазами постоянно не маячили двое тёмных, представлявших собой идеальный пример собранности и сосредоточенности, она бы уже давно окончательно раскисла и разревелась. Замыкал процессию всё ещё ничего не понимающий Саша. Никто так и не удосужился рассказать ему что случилось, и почему они сошли с поезда, а спрашивать он не рискнул. Тёмные шли быстро и молча, лишь изредка перебрасываясь короткими отрывистыми фразами, и лезть им сейчас под горячую руку не выглядело хорошей идеей, а Стефа вообще, казалось, вот-вот разрыдается.

Ландшафт не радовал разнообразием. Да и разглядеть его было не так-то просто. По началу группа двигалась в почти полной темноте, разгоняемой лишь тусклым светом жёлтого магического светляка, который Стефа подвесила над плечом подруги. Однако, спустя пару часов, непроглядная тьма сменилась таинственным сумраком. Так в сосновом бору выглядел рассвет. А потом, когда солнце поднялось повыше, сквозь кроны проникли его первые лучи, расцветившие ковер из иголок яркими жёлтыми световыми пятнами.

Только вот, кроме Саши, никто всю эту красоту даже не заметил. Группа целеустремлённо неслась вперёд на предельной для пешехода скорости. К тому же все были слишком заняты своими отнюдь не радостными мыслями.

Лес кончился внезапно. Дорога шла слегка под уклон и деревня (на город, в Сашином понимании, это поселение явно не тянуло) в окружении полей оказалась перед отрядом как на ладони. Точнее поля примыкали к деревне только с одной стороны, а с другой похоже было кладбище и чёрный выжженный пустырь размером с футбольное поле. Именно на этот пустырь как завороженная уставилась Элли. Для Рика же нашёлся другой объект интереса: руины какого-то крупного строения в центре деревни, по всей видимости разрушенного взрывом. Помимо этих руин в посёлке обнаружилось и множество других следов пожара, но взрыв был один. Все каменные строения уцелели. Пожар затронул только деревянные дома, но и они сгорели далеко не все. В основном от пожара пострадали деревянные строения к востоку от руин. Видимо в ту сторону дул ветер.

Оказавшись в поселке компания разделилась. Рик сразу побежал к руинам замка, а Элли со Стефой – домой к последней. Саша последовал за девушками.

Посёлок после пожара выглядел весьма плачевно, но, как ни странно, там буквально кипела жизнь. Улицы кишели людьми как растревоженный муравейник. Так что у Стефы появилась надежда, что её семья всё-таки выжила. Однако, дом оказался пустым, и девушка снова впала в отчаяние. Впрочем долго оставаться в этом состоянии ей не позволили.

– Что ты носишься как курица с отрубленной головой?! – Прикрикнула на неё Элли. – Живы твои родичи! Трупов же нет. Вызови их через зеркало.

Стефа метнулась к зеркалу, нарисовала знак и принялась поочерёдно вызывать отца и мать. Ответили ей через две минуты, которые показались Стефе вечностью. Вызов приняла мать, но отец тоже заглядывал в зеркало через её плечо.

– Мама, папа, где вы?! Что случилось?! – Взвыла Стефа.

– Не ори. – Буркнула Элли, ткнув её локтем в бок.

– На замок Миральди напали, – сказал Томас Сандерс, – но нас успели предупредить, и мы вывели женщин и детей через подземный ход. И уничтожили убийц. Правда только после того, как они перебили всех, кто был в замке на момент взрыва. Теперь мы едем к границе чёрной пустоши. А где ты, Стефа? И кто это с тобой?

– Мы в вашем доме в поместье Миральди. – Ответила вместо неё Элли. – Я Элеонора Айвери. И мы тоже направляемся к границе чёрной пустоши. А ещё с нами Рикардо Миральди. Кто вас предупредил?

– Маэлин.

– Благодарю.

– Папа, а вы далеко уехали? – Спросила Стефа. – Может мы ещё сможем вас догнать?

– Два дня пути. Верхом. Но у нас большой отряд с детьми и раненными и двигались мы не очень быстро. Так что вполне возможно. Мы едем по тракту. Попробуйте. В любом случае мы сможем поддерживать связь через зеркало.

– Хорошо. – Сказала Стефа и прервала связь.

– Вызывай Маэлина. – Сказала Элли.

Маэлин ответил почти сразу. Похоже он ради такого случая прервал лекцию, так как девушки разглядели за его спиной кабинет, примыкающий к целительской аудитории.

– Ну здравствуй, дядюшка. – Криво усмехнулась Элли, отодвигая Стефу плечом. – Если ты мне опять соврешь, я тебе этого никогда не прощу.

– Можно подумать прошлую ложь ты мне уже простила, – усмехнулся Маэлин в ответ. – Ладно. Что ты хочешь узнать?

– Что с поместьем Айвери? На него тоже напали? Ты успел их предупредить?

– Понятно. Вижу, поместье Миральди вы уже посетили. Напали на всех. На все четыре рода тёмных магов. По приказу Лилит. Сразу после свадьбы. Предупредить мне удалось только Миральди. Кланы Милтон и Шепард уничтожены полностью. Из поместья Айвери до сих пор нет никаких вестей, но думаю там кто-то выжил. Группа нападавших не выходит на связь, как и светлые, которые были в городе.

– Спасибо, Маэлин. – Сказала Элли, размазала знак на зеркале рукой, прерывая связь, и уже обращаясь к подруге добавила. – Идём к Рику. Ему нужна наша помощь.

– Чем тут теперь поможешь? – Вздохнула Стефа.

– Хотя бы рассказом о том, что его клан погиб не полностью. – Бросила Элли, взяла свою сумку и пошла на выход.

Остальные последовали за ней.

Добравшись до руин замка, они обнаружили Рика, бездумно пялящимся на большой, давно выгоревший погребальный костёр в центре двора. Очевидно жители города похоронили таким образом погибших хозяев замка. Только вот почему именно так? Ведь их было принято хоронить в фамильном склепе на кладбище.

– Рик, – окликнула его Элли, – они не все мертвы. Женщины и дети выжили. Их предупредили. И отец Стефы вывел их из замка по подземному ходу до взрыва.

– А потом они перебили нападавших. – Добавила Стефа.

– И где они сейчас? – Спросил он, наконец оторвав взгляд от пепла и костей и подняв его на своих спутников.

– Едут по тракту к границе чёрной пустоши. – Ответила Элли.

– Так. Хорошо. Стефа, свяжись с отцом ещё раз и выясни, как они это сделали. – Сказал Рик, кивнув головой в сторону выжженного пустыря. – Что конкретно применили.

Стефа выполнила это указание тут же на месте. Оказывается она догадалась захватить из дома маленькое зеркало, предназначенное специально для таких случаев. Ответ Томаса Сандерса Рика не удивил, но и не порадовал. Всё оказалось именно настолько паршиво, как он и ожидал.

Выяснив всё что собирался, Рик отправил Сашу и Стефу в город покупать лошадей и провизию в дорогу, а сам, в компании Элли, пошёл инспектировать погост.


По кладбищу медленно и печально разгуливали зомби. Много зомби. Очень. Низенький кованый забор окружавший погост вряд-ли смог бы их остановить, если бы они вдруг попытались выбраться наружу. А вот тёмномагический периметр, встроенный в этот забор, очень даже мог. Одно радовало: почившие родичи Рика были упокоены при помощи специальных некромантических ритуалов и сами по себе встать никак не могли. Этих бы никакой периметр не удержал.

– Ты умеешь фехтовать? – Спросил Рик, доставая меч из ножен.

– Нет, – сказала Элли, – но у меня есть вот это.

И вытащила из кобуры револьвер.

Рик лишь недовольно поморщился и, бросив: “Придётся научиться”, пошёл к воротам. Что такое револьвер он не знал, а фитильные ружья из-за долгой перезарядки считал бесполезными. Элли презрительно фыркнула и последовала за ним.

За следующие пятнадцать минут, что они зачищали кладбище, Рик успел кардинально изменить своё мнение на счёт огнестрельной игрушки маленькой некромантки. С расстояния двух-трёх метров Элли отлично попадала в головы зомби и обезвреживала их ничуть не хуже самого Рика, орудовавшего мечом. К тому же, перезарядка у неё занимала меньше минуты. Единственным недостатком была громкость стрельбы.

И благодаря этому недостатку, к тому моменту как они закончили, у ворот кладбища собралась толпа горожан. Впрочем, Рик и это сумел использовать в своих интересах. Выйдя с погоста, он сразу же принялся раздавать указания. Его здесь знали, как сына Стефана Миральди, а то, что он якобы в чём-то провинился перед королевской властью, на землях его рода не имело никакого значения. Так что подчинились ему беспрекословно.

Люди сложили в центре кладбища большой погребальный костёр, стащили туда тела зомби и подожгли. Пока они всё это делали, Рик объяснял им, что теперь хоронить в этом городе умерших можно только таким способом. Иначе они будут вставать. Можно конечно ещё рубить головы почившим родичам, но как-то это не эстетично. На выжженный пустырь возле кладбища соваться не стоит никому и никогда. И вообще, если есть возможность, из города лучше уехать, ибо рядом с магической аномалией жить опасно.

Работы на кладбище заняли неожиданно много времени. Когда все было кончено, солнце клонилось к закату и выдвигаться в путь уже не имело смысла. Переночевать решили в городе на постоялом дворе. У группы появилась ещё одна проблема: четыре лошади, купленные Сашей и Стефой. Их надо было где-то держать и чем-то кормить. И в отличие от дома Стефы, там была конюшня. Да и заморачиваться с приготовлением ужина никому не хотелось.

Прежде чем идти на постоялый двор Элли и Рик зашли в лавку готовой одежды совмещённую с мастерской портного. Носить вещи изгвазданные ошмётками зомби не хотелось никому. Да и лошади бы не поняли. Разнервничалась бы. Ну к чему такие трудности?

Заселившись в комнату, Элли первым делом залезла в корыто с горячей водой и долго старательно отмывалась мыльным корнем. Раз пять пришлось намыливаться. Трупная вонь оказалась до безобразия въедливой. И лишь когда этот запах исчез полностью, девушка вытерлась полотенцем, зачесала назад мокрые волосы, оделась в новый, но, на сей раз, далеко не щёгольский мужской костюм и спустилась к ужину.

Впрочем, Элли ничего не пропустила. Мокрыми волосами и новой одеждой щеголяла вся компания. Даже Стефа и Саша, которые вроде бы с зомби не воевали.

Стефа взяла из своего дома костюм для верховой езды. Это был единственный случай, когда в женском наряде допускалось ношение брюк. Помимо брюк на ней были сапоги до середины голени, блузка и жакет без рукавов длиной до колена.

И Рик, рассказывавший своим спутникам за ужином о свойствах магических аномалий, постоянно сбивался с мысли, застревая взглядом в вырезе этой блузки. Стефу это похоже забавляло, но она со всем старанием и усердием изображала, что ничего не замечает.

А между тем, лекция в исполнении Рика получилась весьма познавательной.

– Магические аномалии это основная проблема черной пустоши. – Говорил он. – Какую конкретно опасность несёт та или иная аномалия, зависит от того, каким образом она появилась. У нас тут самый поганый вариант, который только мог быть. Единственное утешение, что она маленькая.

– Маленькая? – Удивился Саша.

– Да. Зона поражения редко бывает меньше пяти километров в диаметре. Так что в этом нам повезло. Но больше ни в чём. Во-первых огонь. И это значит, что любой вошедший в зону аномалии рискует сгореть в считанные секунды. Рискует, но сгорит не обязательно. Аномалию вполне можно пройти насквозь, не получив никаких повреждений. Тут все зависит от умения видеть эманации тёмной магии, и от удачи конечно. В данном случае удача особенно важна, потому что, во-вторых, у нас здесь воздух. Самая нестабильная стихия. В воздушной аномалии не только внутри зоны поражения нет ничего статичного, сами границы этой зоны весьма условны. Воздух удержать на месте невозможно. Именно поэтому поднялся погост, находящийся за пределами аномалии. И тут у нас уже, в-третьих. В зоне, к созданию которой приложил руку некромант, встаёт всё, что там умерло. Люди, животные, птицы, насекомые не важно.

– Надо эвакуировать город. – Сказал Саша.

– Как ты себе это представляешь? Я и так пол дня промывал им мозги, пока они собирали погребальный костёр для зомби на погосте. Но, как видишь, никто не спешит уезжать. У них здесь дома, мастерские, земля в конце концов. А если они уедут, то станут бродягами, и смогут рассчитывать разве что на чёрную работу за кусок хлеба. Ладно, пойдёмте уже спать. Завтра целый день трястись в седле. Надо хоть отдохнуть напоследок.

Все разошлись по комнатам. Только вот спать легли не все. Элли подождала полтора часа и, решив, что этого достаточно, чтобы остальные уснули, взяла сумку и спустилась вниз. Она прошла в конюшню, взяла купленную для неё Стефой лошадь, надела на неё сбрую, вывела из конюшни, вскочила в седло и ускакала в ночь.

Глава 3. Лейла

Лейла с братом пришла в город три дня назад. И за эти три дня ей так и не удалось добыть еды. А Тони все ныл и ныл: “Ляля, хочу кушать”. Бесконечно. Это жутко раздражало. Лейла тоже хотела есть. Очень хотела. До голодных спазмов и боли в желудке, но она же не ныла! Она терпела. Один раз она попыталась попросить хлеба у булочника, но он прогнал её и долго кричал в след бранные слова. Больше она не рисковала просить еду ни у кого.

А сегодня Тони перестал просить есть. А ещё он не смог встать. Он лежал на траве и хрипло надсадно дышал, периодически захлебываясь кашлем. Он всё время кашлял, с тех пор как они убежали из замороженного города, но Лейла не обращала на это особого внимания. А теперь казалось, что ещё чуть-чуть и он задохнётся. У него был сильный жар и он больше не хотел есть.

Лейла поняла, что если ничего не сделает, он умрёт. Она отправилась искать целителя. И даже нашла. Но служанка, спросив есть ли у неё деньги и услышав в ответ нет, не пустила её даже на порог. Лейла ещё некоторое время стучала в дверь руками и ногами и кричала, что у неё умирает брат, но то ли целителя не было дома то ли его тоже интересовали только деньги.

В конце концов служанка снова открыла дверь и ударила Лейлу по лицу мокрым полотенцем. Девочка упала больше от неожиданности, чем от самого удара, и ошеломленно уставилась на плебейку, посмевшую так с ней поступить. Её никто никогда раньше не бил.

– Пошла вон отсюда, оборванка! – Рявкнула служанка и захлопнула дверь.

И тогда Лейла решилась. Она поняла, что никто кроме неё самой ей не поможет.

Лейла пошла на рынок, выбрала богато одетого мужчину и попыталась стащить у него кошелёк. Только вот воровкой она не была. И такая простая на первый взгляд задача оказалось для неё непосильной. Лейлу поймали за руку.

Сразу поднялся крик. Люди ругались и обзывали её разными плохими словами. Кто-то даже отвесил подзатыльник. Да так, что у Лейлы зазвенело в ушах. А в завершение всего этого кошмара позвали стражу.

И тут началось самое ужасное. Дело было в том, что наказание за воровство в Солтурене было предусмотрено только одно. Без суда и следствия, не взирая на возраст и любые другие смягчающие обстоятельства воришке пойманному за руку эту самую руку и отрубали. Об этом Лейла знала прекрасно, и когда её потащили к площади для публичных наказаний, начала кричать и отчаянно вырываться. Но не тут-то было. Стражник держал её крепко, а следом к площади шла радостно улюлюкающая толпа.

Всё случилось очень быстро. Лейлу приволокли на площадь, вызвали палача, прижали её руку к деревянной колоде и отрубили кисть. В этот момент она на пару секунд потеряла сознание, но оказалось, что это ещё не всё. Чтобы человек с отрубленной рукой не умер от потери крови, ему прижигали обрубок раскаленным железом. И вот после этой процедуры, Лейла отключилась уже надолго.

Пришла в себя она от того, что её окатили водой. Вылили целое ведро. Лейлу больше никто не держал. Люди уже начали расходиться. Она встала, пошатнулась, но смогла удержаться на ногах. С волос и платья капала вода. Кто-то крикнул: ” Так тебе и надо, воровка!”, но Лейле было уже всё равно. Она медленно поковыляла от площади в сторону окраины города, где под покосившимся забором в высокой траве умирал Тони. Она не смогла спасти ни его ни себя. Ничего не смогла. Вообще.

Лейла дошла до брата и легла рядом обняв его. Тони был очень горячий, и ещё он бредил. Взрагивал, бессвязно бормотал какие-то отдельные слова, заходился в жутком кашле. Лейла подсунула здоровую руку под голову брата и уткнулась лбом в его висок, положив ему на лоб свои мокрые волосы. У неё тоже поднималась температура.


Элли ехала настолько быстро, насколько это было возможно, чтобы не загнать лошадь. И все равно через четыре часа её пришлось сменить. Животное слишком устало, чтобы поддерживать приемлемую скорость. Благо деревни по пути попадались достаточно часто, а коневодство в Солтурене было развито хорошо. Никаких трудностей связанных с покупкой и продажей лошадей у Элли не возникало.

За сутки ей пришлось менять лошадей дважды. Зато к вечеру она уже ясно различала на горизонте бледно-голубую сияющую дымку. Ошибки быть не могло. В том месте, где раньше стоял замок Айвери, теперь появилась ещё одна магическая аномалия. Судя по виду дымки – воздушная. Только вот не было у них в роду воздушников уровня архимага. И не только у них. Воздушников этого уровня не было ни у кого. Да и магистров как-то не наблюдалось. Хотя магистр бы такое в одиночку и не сотворил.

Спустя полтора часа Элли начала замерзать. Сначала она списала это на наступление ночи, но вскоре заметила иней на ветках деревьев, и поняла, что ночь тут ни при чём. На пути начали попадаться странные завихрения, воздушные воронки искрящиеся пропитавшей их маной. Элли несколько раз съезжала с дороги, огибая их по широкой дуге. Ветер постоянно менял направление. Внезапно и без причины. Температура стремительно снижалась по мере продвижения к городу. Элли надела на себя всю одежду, которая была у неё в сумке, но трёх рубашек оказалось явно не достаточно. К моменту приезда в город у неё уже зуб на зуб не попадал, поэтому первое, что она сделала – забежала в ближайший дом и нашла куртку. А за одно и первые четыре трупа. Мужчины, женщины и двоих детей. Мгновенно замороженных насмерть.

По городу Элли шла, ведя лошадь в поводу. Нужно было дать ей остыть после долгого бега. По мере приближения к разрушенному замку, на улицах стало появляться все больше трупов. Элли помнила, что население города составляло около тысячи человек. Может чуть меньше, но не намного. И всех их убил кто-то из её родственников. Нигде не учтённый архимаг воздушник.

Последний выживший Айвери оказался безжалостным чудовищем. Монстром не достойным жизни. И сейчас, после того что здесь сотворил, он был без маны. У Элли правда её тоже не было, но зато у неё был револьвер. И непрошибаемая уверенность в собственных силах. А ещё совсем не было времени. Резерв убийцы вот-вот должен был начать восстанавливаться. И не известно ещё, как далеко он успел уйти за три дня.

Пентаграмму она рисовала на брусчатке замкового двора. Своей кровью разумеется. Свечей не нашлось, но для такого простого ритуала в них и не было необходимости. Силу на ритуал пришлось тянуть из собственной жизненной энергии. Впрочем, для Элли это было не впервой, и сколько можно взять без особых потерь, она знала.

Ритуал поиска завязанный на родную кровь был одним из самых простых. Его мог провести любой тёмный. Только вот при обычных обстоятельствах в нем практически не было смысла, так как нити поиска тянулись сразу ко всем родственникам. Однако, у Элли родственников осталось не так уж много. Одна нить уходила в сторону Редклифа, что было вполне ожидаемо, поскольку там находился Маэлин. Ещё одна похоже вела в пограничье и это уже стало сюрпризом. Элли не знала, что кого-то из её родичей тоже туда сослали. А вот нитей, которые были ей нужны, почему-то оказалось две. Правда вторая была какая-то странная. Прерывистая. Как будто человек, к которому она вела был при смерти. Но они обе тянулись в одну сторону, так что проблемы выбора не возникло.

Элли снова взобралась в седло и выдвинулась в путь. Нити безошибочно указывали не только направление, но и расстояние. Так что она знала, что ехать осталось недолго. Лошадь конечно устала, но останавливаться на ночлег в замёрзшем городе было бы чистой воды самоубийством. Напитанные маной потоки воздуха закручивалась в маленькие ледяные смерчи и гуляли здесь совершенно свободно. Они даже проходили сквозь стены домов. Впрочем, спешить было некуда, и Элли позволила лошади идти шагом, лишь изредка переходя на рысь. Её цель находилась в ближайшем городе и, по всей видимости, покидать его не собиралась.

Где-то около полуночи Элли заметила, что у неё начал восстанавливаться резерв маны. Это было не правильно. Не нормально. Естественное восстановление должно было начаться не раньше, чем через четыре дня после инициации. Но видимо ритуал поиска проведённый за счёт жизненной энергии, как-то нарушил естественные процессы в её организме. Это подтверждалось и тем, что жизненная энергия осталась на том же уровне, который был сразу после проведения ритуала, хотя обычно первой восстанавливалась именно она. Впрочем, сейчас это было Элли только на руку. Ведь ей предстояло найти и убить архимага превратившего земли её рода в братскую могилу для тысячи человек. За ночь маны у Элли накопилось раз в десять больше, чем было при полном резерве до инициации, а ведь сейчас она плескалась на донышке. Резерв не заполнился даже на одну десятую часть.

В город Элли вошла под утро, ведя в поводу свою измученную лошадь. Как выяснилось, она несколько переоценила её силы. Бедное животное еле переставляло ноги от усталости.

Элли быстро добралась до того места, где должен был находиться убийца. Но, вот не задача: ни гостиницы, ни даже жилого дома там не оказалось. Только поросший высокой травой пустырь, зачем-то обнесенный покосившимся забором. И нити кровного родства вели именно на этот пустырь. Дырку в заборе даже искать не пришлось, он весь был дырявый. Элли пробралась на пустырь сделала пару шагов в нужном направлении и увидела их.

Маленькая девочка со свеже отрубленной рукой обнимала ещё более маленького мальчика. От взглядов прохожих их скрывала высокая трава. Её обожжённая культя лежала у него на животе. Мальчик умирал. Без помощи целителя ему оставалось жить часа два-три. Девочке смерть пока не грозила. Как некромант, Элли чувствовала такие вещи.

Она несколько секунд смотрела на них в полном недоумении, а потом наконец осознала всю глубину своей ошибки. Перед ней лежал тот самый архимаг воздушник. В перспективе. Ибо в данный момент, только что прошедший инициацию ребёнок не обученный пользоваться своей силой, даже с полным резервом был бы как маг ни на что не годен. А то что это будущий архимаг, Элли поняла по силе прорыва. Ведь создать в одиночку магическую аномалию мог только архимаг. Дело в том, что в момент инициации, высвобождается весь внутренний резерв маны, к которому маг раньше не имел доступа из-за защитного кокона. И как раз от объема этого резерва и зависит, каким будет максимальный уровень способностей, которые со временем, в процессе обучения сможет развить маг. Для большинства из них уровень бакалавра был потолком. Тёмных магистров, ещё четыре дня назад, было тридцать два. Сейчас осталось семь. И у одного из них заблокирован дар. Архимаг до сих пор был вообще один. И это был Джереми Айвери. Архимаг некромант, которому запретили пользоваться силой. На смену ему пришла Элли, в перспективе способная превзойти своего отца. Светлых конечно было больше. Среди них даже архимагов было девятнадцать, а магистров и вовсе давно перестали считать.

И вот в роду Айвери появился новый будущий архимаг. Не удивительно, что Элли не знала о существовании этой малышки. Ведь она должна была стать полноценным магом только лет через пять. А вместо этого, её стихийная инициация послужила причиной ужасной трагедии. Девочка не была виновата в гибели всех тех людей. Их погубил несчастный случай.

Элли присела возле детей на корточки и коснулась плеча девочки. Малышка открыла глаза. Небесно-голубые. Крайне редкий для тёмных цвет. В остальном, она была совершенно обычной: маленькой, хрупкой, темноволосой. Она напомнила Элли Милену, какой та была в десять-одиннадцать лет.

– Я Элеонора Айвери, – представилась Элли. – А как тебя зовут?

– Лейла… Айвери. Ты пришла убить меня?

– Нет. Ты же знаешь, что в процессе инициации контролировать выброс силы не возможно. Ты не виновата в том что произошло в поместье.

– Я виновата. Это я их всех убила. Так много людей… А Тони? Ты поможешь ему? У тебя есть деньги?

– Конечно. Сейчас найдем целителя, и он его вылечит.

– Я знаю, где целитель. Только нужны деньги.

– У меня есть. Ты сможешь идти? У меня не хватит сил нести вас обоих.

Лейла с трудом встала и застыла, вцепившись здоровой рукой в забор. Элли подняла с земли мальчика, сказала девочке: ” Держись за меня” и вышла с пустыря. Так они и шли: Элли с пятилетним ребенком на руках и Лейла повисшая на её плече, но исправно показывающая дорогу. А сзади со скорбным видом плелась лошадь. Её больше никто не вел, но она почему-то всё равно шла следом.

Дверь дома целителя опять открыла всё та же служанка, но Лейла спряталась за спиной Элли и она поначалу её не узнала.

– Целитель дома? – Спросила Элли, всё так же державшая на руках умирающего мальчика.

– А деньги у тебя есть? – Окинув презрительным взглядом её простую дешёвую мужскую одежду, спросила служанка.

– Есть.

– Покажи.

– Лейла, достань у меня из кошелька деньги. – Попросила Элли, так как у неё самой были заняты руки.

И тут служанка наконец разглядела Лейлу.

– А, вот оно что! Это опять ты! Неужели до сих пор не понятно, что тебя здесь не примут? Целитель – уважаемый человек. Он не лечит всяких нищих оборванцев. А ты, оказывается, ещё и воровка! – Увидев руку девочки, закончила она.

Элли аккуратно положила ребёнка на землю, потом стремительно выпрямилась, сделала шаг вперёд и изо всех сил ударила женщину кулаком в солнечное сплетение. Та согнулась пополам, и Элли, схватив её за волосы, так удачно приложила лицом об колено, что сломала нос. После чего, втолкнула её в дом, и быстро подхватив мальчика на руки вошла следом. Лейла тоже проскользнула в дверь, аккуратно претворив её за собой.

На вопли валяющейся на полу служанки в прихожую выскочил целитель.

– Будьте так любезны, помогите этим детям. – Сказала Элли. – Деньги у меня есть. Заплачу сколько скажете.

– Весьма оригинальный способ просить о помощи. – Усмехнулся целитель и усыпил служанку заклинанием.

– Вы полагаете, у меня был выбор?

– Нет. Иначе я бы усыпил вас, а не её и позвал стражу. Следуйте за мной.

Целитель провёл их в приёмную. Из мебели там были стол, стул и две кушетки. Всё белое. На одну кушетку Элли положила мальчика, на вторую усадила Лейлу и села сама.

Целитель первым делом снизил ребёнку температуру, а потом начал выводить из лёгких мокроту. Мальчик долго и мучительно кашлял, отхаркивая зелёную слизь с прожилками крови. Когда все было кончено, целитель вышел на пять минут и вернулся с капельницей и кучей разных лекарств. Введя два препарата внутримышечно и поставив капельницу, он развернулся к Элли и сказал: “Теперь ты”.

– Со мной всё в порядке. – Сказала Элли. – Помогите лучше девочке.

– Она не умирает в отличие от тебя. А помочь я сейчас смогу только одной из вас. Резерв на исходе.

– А с чего вы взяли, что я умираю? – Удивилась Элли.

– У тебя нарушены механизмы регенерации. И как тебе только в голову пришло такое с собой сотворить? Это нормальная практика среди светлых, но ты же тёмная.

– Вы о том, что у меня жизненная энергия не восстанавливается что-ли? Так это случайно получилось.

– То есть ты не знала, что тёмным нельзя колдовать за счёт неё сразу после инициации? И кто те идиоты, которые тебе её проводили? Тебя обязаны были предупредить. Это подсудное дело.

– У меня была стихийная инициация. И что сделано, то сделано. Так что просто расскажите, чем мне теперь это грозит.

– У тебя будет на порядок быстрее восстанавливаться магический резерв, и не будет перерывов в его восстановлении после магического истощения, но жизненная энергия у тебя не будет восстанавливаться совсем. И раны не будут заживать. Даже царапины. Теперь с любой травмой тебе придётся идти к целителю. Светлые это делают, потому что могут сами себя лечить, но для тёмного это катастрофа. Как долго у тебя уже кровоточит палец?

– Со вчерашнего вечера. Я так понимаю, это необратимо?

– Правильно понимаешь. Иди сюда.

Элли подошла, и целитель залечил ей палец, который она порезала вчера, чтобы нарисовать пентагамму для ритуала поиска. А потом восстановил жизненную энергию. Не всю. У него истощился резерв.

После этого целитель перебрался за стол, достал из ящика лист бумаги и карандаш и начал писать чем и как дальше лечить детей, попутно объясняя Элли что именно и с какой целью он назначает.

– Вот смотрю на вас и понять не могу, – протянула Элли, – это глупость или жестокость?

– О чём ты? – Удивлённо вскинул одну бровь целитель.

– Почему вы допускаете такое поведение служанки?

– Ах это… Ни то ни другое. Это слабость. Всё дело в том, что она не служанка. Она моя жена.

У Элли аж рот открылся от удивления. Толстая, страшная, склочная пятидесятилетняя бабища, открывшая ей дверь, никак не ассоциировалась у неё с образом жены этого человека. Целитель выглядел лет на тридцать максимум. Типичный светлый: сероглазый блондин с простоватым, но симпатичным лицом.

– Как же вас угораздило? – Ошарашенно спросила Элли.

– Она же не всегда была такой. Мы оба были молоды. Она была красивой, яркой. К тому же в ней было всё, чего так не хватало мне: амбициозность, сила, целеустремленность. Я любил её.

– Но ведь сейчас не любите? Так что мешает вам развестись?

– Ты же тёмная, тебе не понять.

– А вы попробуйте объяснить. – Внезапно разозлилась Элли. – Если не мне, то хотя бы ей. Я же правильно понимаю? Руку ты потеряла после того, как та женщина отказала в помощи твоему брату?

Лейла кивнула.

– Я и так испортил ей жизнь. – Вздохнул целитель. – Не оправдал её ожиданий. Я слабый маг и слабый человек. Зарабатывать деньги я никогда не умел. Да что там деньги, я даже оказался не способен поддерживать её внешнюю молодость. Она стала такой из-за меня.

– Она, – Элли указала взглядом на Лейлу, – тоже стала такой из-за вас. Вас это не смущает?

– Мне жаль. – Снова вздохнул целитель. – Я не возьму с вас денег за лечение.

– Серьёзно? – Усмехнулась Элли. – Полагаете у неё от этого отрастёт рука?

Она встала, швырнула на стол пять золотых монет (довольно внушительную сумму, учитывая, что на одну такую монету можно было месяц жить в приличной гостинице с полным пансионом), сгребла со стола в сумку лекарства, забрала лист назначений, перекрыла капельницу с почти закончившимся лекарством, вытащила иглу из вены мальчика, зажав ранку ватой и, согнув его руку в локте, взяла его на руки и вышла. Лейла последовала за ней.

Они остановились в ближайшей гостинице, которую нашли за два квартала от дома целителя. Мальчику был необходим постельный режим, да и девочка едва держалась на ногах. Элли сдала лошадь на попечение конюха, сняла комнату и заказала завтрак. Овсяную кашу для Лейлы и яичницу и кофе для себя. Тони уже “покормили” глюкозой внутривенно. К тому же, он всё ещё спал под действием заклинания целителя.

Оказавшись в маленьком, но чистом гостиничном номере, вся мебелировка которого составляла две кровати и стол-тумбу, Элли уложила мальчика на одну из них, выложила лекарства из сумки на стол и занялась перевязкой культи Лейлы по инструкции написанной целителем. Раньше делать перевязки ей не приходилось, но ничего сложного в этом не было. Элли обработала руку девочки дезинфицирующим раствором, нанесла обезболивающую и ранозаживляющую мазь и забинтовала.

Потом им в номер принесли завтрак и Лейла обжигаясь и давясь, с наворачивающимися на глаза слезами, проглотила свою овсянку за две минуты. Элли тоже быстро съела завтрак, после чего уложила девочку спать на свободную кровать и сама легла с ней валетом. Конечно рядом с Тони было больше места, но ей не показалось хорошей идеей спать в обнимку с ребёнком больным вирусной пневмонией. Ещё заразиться не хватало для полного счастья. Особенно учитывая, как у неё теперь обстояли дела с лечением. Хотя у неё ведь регенерация нарушена, а не иммунитет… Или иммунитет тоже? Последняя мысль Элли перед тем, как она провалилась в беспамятство, была: “Надо спросить это у Стефы”.

Глава 4. Догонялки

Куда делась Элли, Стефа поняла сразу, как только обнаружила её отсутствие. Вспомнила разговор подруги с Маэлином и поняла. Но время было упущено. Пропажа обнаружилась только утром, а на конюшне Стефе сказали, что Элли забрала лошадь вечером. К тому моменту как она всё выяснила, Рик и Саша уже спустились в гостиничную столовую и заказали завтрак. Там их Стефа и нашла.

Рик отреагировал на новость вполне ожидаемо.

– Ну и какого чёрта я узнаю об этом только сейчас? – Возмутился он. – Что помешало вам рассказать о том, что на поместье Айвери тоже произошло нападение и там возможно кто-то выжил, вчера? Ведь, я так понимаю, вы оба были свидетелями этого разговора? Ладно Стефа, у светлых всегда на почве стресса мозги отказывают, но ты-то, Саша, почему молчал?

– Ты пол дня провёл с Элли на погосте. Я думал: она сама тебе всё рассказала.

– Да действительно. Тёмному, с которым знакома меньше суток, и у которого, к тому же, есть личная причина пойти совсем не туда, куда нужно ей. Выжившие женщины и дети из моего клана уходят на запад к границе чёрной пустоши, а поместье Айвери находится в трёх дневных переходах на север отсюда.

– И что бы ты сделал, если бы знал? – Уточнил Саша.

– Какая уже разница? Главное, что делать теперь. Нам придется ехать за Элли. Наши со Стефой родичи идут большой группой, в которой есть сильные тёмные маги и два целителя. Их шансы добраться до границы, без нашей помощи, значительно выше, чем шансы Элли. Ладно, собирайтесь, через час выдвигаемся.

Рик ушёл, а Стефа глубоко задумалась. А что же действительно было бы, если бы Элли поделилась с ними своими планами и предложила поехать в поместье Айвери? Ну с Сашей всё понятно: он отправился бы за ней хоть на край света. Ему похоже вообще не важно куда ехать, лишь бы с Элли. А вот Рик ни за что не согласился бы сделать такой крюк. Ведь у него был шанс догнать оставшихся в живых членов своего клана. Женщин и детей, которым тоже нужна помощь и защита. И Стефу запросто уговорил бы помочь. Ведь её семья тоже направлялась к границе, а что произошло в поместье Айвери было неизвестно. Может там вообще не осталось выживших. И поехала бы Элли к границе чёрной пустоши, спящая под действием заклинания Стефы и привязанная к седлу, исключительно ради своего же блага. Очевидно, Элли поняла это сразу и только ждала удобного момента чтобы сбежать. Что ж, тёмная была в своём праве. Оставалось лишь надеяться, что она сбежала не зря и всё-таки найдет выживших из своего клана.

Через час, нагрузив седельные сумки провизией, компания выдвинулась в путь. И сразу же выяснилось, что Саша не умеет ездить верхом. На то, чтобы научить его хоть как-то управлять лошадью, ушло часа два, но даже после этого, он всё равно сильно задерживал группу. Так что к вечеру они преодолели едва ли четверть пути. А потом его ещё и лечить пришлось, потому что с лошади он сполз в состоянии полного изнеможения. Впрочем, на следующий день Саша держался в седле уже вполне уверенно, а на третий и вовсе ехал впереди всей компании.

Как раз к середине третьего дня пути они и добрались до ледяной аномалии. Внутрь Рик пошёл один, аргументировав это тем, что кроме него никто не видит вихрей силы, которые способны мгновенно заморозить человека насмерть да ещё и постоянно перемещаются.

Саша и Стефа разбили лагерь в лесу на относительно безопасном расстоянии. Во всяком случае холода там ещё не ощущалось. Стефа привязала лошадей к дереву и собрала хворост, Саша развел костёр и подвесил над ним котелок с водой, в котором собирался варить перловку. К каше у них был запас вяленого мяса и хлеб купленный в последней деревне.

Стефа достала спальный мешок и усевшись на него принялась наблюдать за Сашей. Сама она готовить не умела. В родительском доме этим занималась кухарка, в УМИТе была столовая, дома у Маэлина тоже не возникало такой необходимости. Да и прожила она там не так уж долго. Хотя как раз у него было чему поучиться, и в этом плане тоже. Готовил он всего пару раз за всё время, что они с Элли и Сашей у него прожили, но он ухитрялся превращать этот процесс чуть ли не в искусство. Да уж. За семьсот с лишним лет чему только не научишься. Хотя Саша вот тоже умеет готовить. И получается у него вполне съедобно. И даже Рик умеет. Даром, что тёмный аристократ. Видно, походная жизнь заставила. Правда у него не совсем съедобно получается. Так что учиться всё же лучше у Саши. Что-то подсказывало Стефе, что теперь этот навык станет для неё не просто полезным, а жизненно необходимым.

Но на сей раз ничему научиться ей не удалось. Только Стефа открыла рот, чтобы спросить каково должно быть процентное соотношение крупы, воды и соли, как почувствовала, что её вызывают через зеркало. Это оказался Маэлин. Стефа метнулась к своей сумке, быстро откопала в ней зеркало и ответила на вызов.

– Я так понимаю, Элли вы упустили? – Без лишних предисловий спросил Маэлин.

– Да. – Покаянно склонила голову Стефа.

– Да… Я был лучшего мнения о твоих умственных способностях. И давно она сбежала?

– Почти три дня назад.

– И вы до сих пор её не нашли?!

– Нет…

– В таком случае, это точно от неё. Не представляю кто ещё мог отправить мне телеграммой подобное послание. На это указывает и то, что на месте замка Айвери и города, его окружавшего, теперь находится ледяная аномалия. Похоже, Элли нашла выживших, и ей уже надоело вас ждать.

И он зачитал Стефе стих.

– Бред какой-то. – Удивилась девушка. – И как это должно помочь нам в поисках?

– Это не бред. – Сказал Саша внезапно оказавшийся у неё за спиной. – И это действительно от Элли. Это подсказка. Маэлин, прочти, пожалуйста ещё раз первое четрверостишье.

– Детей морозного предела,

Ушедших в поисках тепла,

Чужое солнце не согрело.

За ними следовала мгла.

– Думаю – это направление. – Сказал Саша. – От морозного предела, то есть ледяной аномалии на запад, за солнцем. Дальше.

– Болезнь водила хороводы.

Без пищи, крова и воды,

В конце дневного перехода

Не миновать бы им беды.

– Расстояние. Дневной переход. Дальше.

– Но родич старший оказался

Единственным спасением их.

Он с ними в городе остался,

Укрыв под сенью белых ив.

– Не знаю. Может название гостиницы как-то связанно с ивами. Думаю – тут лучше разбираться на месте. И ещё, она, похоже, действительно нашла детей. И возможно они ранены. В любом случае, нам стоит поторопиться.

– Давно пора. На счёт направления и расстояния, думаю все верно. Тем более, как раз в тех краях находится Тёмная гавань. Это довольно крупный портовый город. Дорога там наезженная. Не заблудитесь. Как только найдёте Элли, сразу свяжитесь со мной. – Сказал Маэлин и разорвал контакт.

Следующие пол часа ожидания возвращения Рика показались Стефе вечностью. Пока Саша готовил, она сначала металась вокруг костра, собирая вещи, а потом просто металась. Она была не в состоянии остановиться. Стефе хотелось прямо сейчас сорваться с места и бежать искать Элли. И если бы не отсутствие Рика, она так бы и поступила.

Наконец с дороги послышался долгожданный стук лошадиных копыт, а потом к костру выехал хмурый и расстроенный Рик.

– У меня плохие новости. – Сказал он, соскочив с лошади. – Просто хуже некуда. Элли колдовала за счёт жизненной энергии, не завершив естественное восстановление резерва маны после инициации. Видимо не знала о последствиях. Судя по знаку, это было поисковое заклинание на родную кровь. И она нашла то, что искала, а потом выжгла линии знака. Убрала следы.

– Что за последствия? – Спросил Саша, переведя взгляд с хмурого Рика, на смертельно побледневшую Стефу.

– Нарушение процесса регенерации. – Ответил Рик. – У неё теперь жизненная энергия восстанавливаться не будет. Совсем. И раны тоже не будут заживать. Вообще любые повреждения.

– А естественные процессы замены отмирающих клеток? – Испугался Саша.

– Нет. – Сказала Стефа. – Физиологическая регенерация будет функционировать. Всё не так страшно. Просто лечить её теперь получится только магией. Светлые маги почти все проходят эту процедуру. Кроме самых слабых. Это даёт возможность в десять раз быстрее восстанавливать резерв маны. К тому же он начинает восстанавливаться сразу, даже после магического истощения. Нам не приходится ждать по четыре дня, как тёмным. Но мы то лечим себя сами, а тёмные на это не способны. Не бойся, Элли не умрёт. Я об этом позабочусь.

– Только вот, ума не приложу, как её дальше искать. – Сказал Рик. – Тут в округе есть две деревни и крупный портовый город. Предлагаю начать с деревень. Если она там, мы легко её найдем. В маленьких поселениях все друг друга знают. Чужакам там не спрятаться. С городом будет сложнее.

– Нам надо идти на запад. Там, на расстоянии дневного перехода, есть город. Видимо тот самый, портовый. Элли нашла выживших из своего клана и ждёт нас в этом городе. – Сказал Саша. – Она отправила Маэлину телеграммой зашифрованное послание, а он передал его Стефе. Так что с поисками проблема решена.

– Выживших? – Удивился Рик. – По идее там должен был выжить только один. Ребёнок. Взрослых архимагов воздушников не было. Это я точно знаю. А значит аномалия получилась в результате инициации.

– Не знаю. Может и один. Но в послании было сказано “дети”.

– Странно. Ладно, давайте поедим, и будем выдвигаться. По идее, к вечеру уже доберёмся. Город достаточно близко. До него пешком за день можно дойти, если постараться, а мы верхом как-никак. Только особо рассчитывать на то, что мы придём туда и сразу встретимся с Элли не советую. Тёмная гавань раза в три больше столицы. И там тоже полно гостиниц. Дело в том, что к ней есть доступ у каждого из четырёх поместий тёмных кланов, а для двух из них она является единственным выходом к морю.

– Я так понимаю, ты там бывал. – Сказал Саша. – Может знаешь какую-то гостиницу, в названии которой присутствует слово “ива”?

– Это было в послании? – Догадался Рик. – Нет, не знаю. С этим придётся разбираться на месте. Но подсказка в любом случае будет нам полезна.

На этом оптимистическом заявлении Рик решил завершить разговор. Он достал из седельной сумки алюминиевую миску и ложку и пошёл к котелку накладывать себе кашу. Остальные последовали его примеру. Они быстро пообедали перловкой с вяленым мясом и выдвинулись в путь.

Дорога заняла около пяти часов. Они добрались до города ещё засветло. И Саша, в отличие от остальных, оказавшийся здесь впервые, был действительно впечатлён открывшимся с дороги видом. По сравнению с другими городами, которые ему доводилось видеть в этом мире, этот был просто огромным.

Город располагался вдоль берега залива и был разделён пополам рекой впадавшей в этот залив. Берега реки соединял огромный каменный мост. Всё побережье и часть акватории были застроены портовыми сооружениями. Склады, молы, пирсы, причалы, корабельные доки, чего тут только не было. На причале стояли три корабля, в доках на ремонте ещё два. Выше по склону начинались жилые кварталы перемежающиеся множеством открытых рынков. Торговали здесь всем, чем только возможно. В Тёмной гавани сходились речные пути всего Солтурена. А до появления железной дороги практически все грузоперевозки велись именно по рекам. Да и сейчас железных дорог было ещё слишком мало, чтобы потеснить речной транспорт на данном поприще. Так что город жил в основном за счёт торговли. И жил отлично. Добротные, каменные, в большинстве своём двухэтажные дома, мощёные брусчаткой улицы, ухоженные дворики с цветочными клумбами и фонтанами. Всё это свидетельствовало об определённом достатке горожан.

Впрочем, вблизи всё оказалось совсем не так радужно. Город буквально кишел попрошайками в грязных, рваных лохмотьях, лачуг бедняков тоже оказалось в достатке. Не обошлось и без пьяных вдрызг матросов. А окончательно разрушила иллюзию процветания города площадь для публичных наказаний, на которой как раз кого-то пороли, когда Саша случайно на неё выбрел. Но это случилось уже на следующий день.

Добравшись до Тёмной гавани компания остановилась в первой попавшейся гостинице. Как бы им ни хотелось побыстрее начать поиски, до заката оставалось не больше часа, и все они были измотаны долгой дорогой. Так что всё, что они сделали этим вечером, это расспросили служанку, подавшую им ужин, на предмет гостиницы в названии которой присутствует слово “Ива”. Девушка такой гостиницы не знала, поэтому поиски было решено отложить на завтра, а сейчас поужинать и лечь спать.

С утра компания разделилась. Они поделили город на три равные части и пошли искать “белые ивы”. Встретиться договорились вечером там же где ночевали.

Стефе досталась ближайшая к гостинице, а за одно и к дороге ведущей в поместье Айвери, часть города. И за день она обошла её всю, но нужную гостиницу так и не нашла. Солнце клонилось к закату, когда она позволила себе остановиться и немного передохнуть. Тем более, что все гостиницы в “своей” части города Стефа уже осмотрела.

Она зашла в таверну, купила пирожок с повидлом и чай и устроилась за столиком у окна. Стефа уныло жевала свой пирожок, а её взгляд бесцельно блуждал по домам, расположенным на другой стороне улицы. Пока не наткнулся на гостиницу. Называлась она “Тенистый дворик”, а у входа в этот “дворик” росли две те самые белые ивы, названные так за серебристо-белую опушку с нижней стороны длинных узких листьев.

Стефа аж пирожком подавилась от внезапной догадки. Откашлявшись она вскочила и побежала к гостинице. На этом, собственно, все её поиски и закончились. Никого ни о чём спрашивать девушке не пришлось, так как её подруга обнаружилась в обеденном зале, вместе с двумя своими подопечными. Тёмная с радостным возгласом: “Стефа” кинулась ей навстречу, схватила за руку и потащила за свой столик.

За ним уже сидели маленький мальчик лет пяти и девочка десяти-одиннадцати лет на вид. Мальчик типичный тёмный – темноволосый и кареглазый. А вот у девочки глаза оказались яркого небесно-голубого цвета. Впрочем, после светловолосой, кудрявой, сероглазой Элли, Стефу уже ничто не могло удивить. К тому же ауры детей не оставляли сомнений в том, что они тёмные.

Элли снова переоделась. На ней было простое, но симпатичное светло-голубое платье. Из лавки готовой одежды, так как пошить что-то на заказ за такой короткий срок было попросту невозможно. Но Элли оно шло. Во всяком случае, цвет точно был её. А ещё она сделала макияж и уложила волосы. И это однозначно был правильный ход. Дело в том, что в образе мальчика она выглядела лет на четырнадцать максимум, а трое детей, остановившихся в гостинице без сопровождения взрослых, могли вызвать ненужные подозрения. Сейчас же она выглядела достаточно взрослой, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов.

– Знакомьтесь, это Стефа, моя подруга, – сказала Элли, – а это мои кузен и кузина Энтони и Лейла Айвери.

– Рада познакомиться, – улыбнулась Стефа, и чисто рефлекторно просканировала их обоих взглядом целителя. Мальчик был ещё не совсем здоров, но шёл на поправку, а вот с девочкой все было гораздо печальнее. Отращивать людям новые конечности взамен потерянных не умели даже архимаги.

– Мы тоже. – Хором ответили дети.

– Садись, угощайся. – Сказала Элли и подвинула к подруге блюдо с большим нарезанным треугольниками мясным пирогом. – А где остальные? Или ты одна?

– Не одна. Думаю – они уже вернулись в гостиницу. Надо послать за ними. Мы просто разделились, чтобы ускорить поиски “белых ив”. К чему вообще такие загадки?

– Телеграммы читают не только те, кому они адресованы. А учитывая тот факт, что мой род почти полностью уничтожен спецслужбами Солтурена, риск связанный с этой телеграммой и так был неоправданно велик. Нас наверняка ищут. Так в какой гостинице вы остановились?

– “Камелия”.

– Отправлю туда посыльного. – Сказала Элли вставая. – Я быстро.

– Расскажете мне, что с вами случилось? – Спросила Стефа у детей, когда она ушла.

– Сначала замок взорвался, – ответил Тони, – потом была ужасная буря, а потом Ляле отрубили руку.

– Во время взрыва мы гуляли в саду. – Сказала Лейла. – С няней. Она хотела нас спасти, но не успела. Ей отрубили голову, и у меня случилась инициация. Там, в городе, все замёрзли насмерть из-за этого. Только мы с Тони выжили. Потом мы добрались до этого города, но ни еды ни жилья здесь не нашли. А через три дня Тони заболел. Очень сильно. И его отказались лечить без денег. Я попыталась украсть кошелёк и вот результат.

Она показала забинтованную культю.

– Без Элли мы бы умерли. – Закончила Лейла.

– Да уж… – Вздохнула Стефа. – Ну по крайней мере теперь вы в безопасности. Элли не даст вас в в обиду. И я тоже.

– Да. – Сказала Лейла. – Она говорила. Она теперь глава рода и будет о нас заботиться. И ещё говорила, что сделает мне железную руку. И я смогу этой рукой шевелить как настоящей. И ещё я стану архимагом, и Элли тоже, и мы вместе сможем отомстить королеве за наших родичей. Я вырву ей глотку этой железной рукой!

– Конечно вы отомстите. И не только вы. Остались ещё тёмные из клана Миральди. Там многие выжили после нападения. И будь уверенна – они тоже жаждут мести. Более того, большинство светлых станут на вашу сторону. Королеву никто не любит. Её просто боятся. Но сначала тебе надо выучиться. Прежде чем ты станешь по-настоящему сильным магом, пройдет много времени. И ты не должна делать из мести цель жизни. Эта месть будет в твоей жизни лишь кратким эпизодом. Ты же станешь архимагом. Тебя ждёт великое будущее.

– Элли тоже так говорит, но сейчас я хочу только убить эту тварь.

– Вот видишь, даже Элли со мной согласна. А ведь её отца и сестру убили на её глазах. Она глава твоего рода. Ты должна её слушаться.

В этот момент вернулась Элли. Она подошла к столу, но осталась стоять.

– Я отправила посыльного, – сказала девушка, – и заказала десерт и чай в номер. Пойдёмте. Тони уже пора делать укол.

Дети встали из-за стола и Стефа последовала их примеру. Оказавшись в комнате, она предложила свою помощь с уколами, и Элли с радостью согласилась. Дело было в том, что светлая такие вещи умела делать абсолютно безболезненно. Тёмная, к сожалению, подобными талантами похвастаться не могла. Элли спросила может ли она чем-то ещё помочь мальчику, но Стефа сказала, что магическая помощь здесь уже не требуется и медикаментозное лечение это как раз то, что ему нужно.

Потом им принесли десерт. Пирожные и чай. Элли поставила поднос на стол-тумбу и все расселись возле него по кроватям. Тони сел возле Стефы и всё время, что они ужинали, пытался подсунуть ей самые вкусные на его взгляд пирожные. Целительница раз и навсегда завоевала расположение маленького тёмного своим умением безболезненно делать уколы. И вообще целители – чрезвычайно полезные люди. С ними надо дружить. Малыш был таким милым и забавным, в своих попытках понравиться Стефе, что она просто не могла смотреть на него без улыбки.

А потом приехали Рик и Саша. Элли впустила их в комнату, познакомила с детьми и заперла дверь на засов. В комнатушке размером немногим больше вагонного купе сразу стало тесно. Элли предложила им сесть на кровати, так как другой мебели в комнате не наблюдалось. Рик уселся рядом со Стефой, а Саша на то место, которое раньше занимала Элли, возле Лейлы. Сама Элли осталась стоять.

– Если ты думаешь, что я тебя сейчас буду ругать, – усмехнулся Рик, – то ты ошибаешься. Победителей не судят, а то что тебе удалось сделать это однозначно победа. Теперь у нас будет ещё один архимаг, что значительно повысит наши шансы на выживание. И да, ты была права. Я бы не повел группу в поместье Айвери и не отпустил бы тебя одну.

– Рада, что ты это понимаешь. – Сказала Элли. – Что будем делать дальше? Попытаемся догнать выживших Миральди на тракте или сядем на пароход идущий в сторону границы?

– Второе. Я уже побывал в порту и всё выяснил. Один пароход отплывает сегодня ночью, следующий через три дня. Но на сегодняшний мы уже не успеваем. Осталось меньше часа.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Ты ещё кого-то ждёшь? – Удивился Рик.

– Нет. – Разворачиваясь к выходу, сказала Элли.

– Стой! – Прошипела Стефа, кинувшись к ней и отбросив её руку от засова, на который была заперта дверь. – Там трое светлых под магическим усилением и ускорением.

– А под окном? – Шёпотом спросил Рик.

– Двое. – Спустя несколько секунд, сверления стены остекленевшим взглядом, ответила Стефа.

– Дети, под кровать, – приказал Рик, – Саша, следи чтобы они не высовывались. Элли, доставай револьвер и становись на одно колено сюда. Стефа, сколько ты сможешь продержать защиту от светлой магии?

– Долго. Но усиление и ускорение при этом я вам продлевать не смогу. Под щитом мои эффекты на вас тоже не будут действовать. У вас останется секунд десять остаточной реакции и всё. Дальше будет только щит.

– Этого хватит. – Хищно оскалился Рик, доставая меч из ножен и занимая позицию у двери.

Элли вынула револьвер из кобуры под юбкой и стала на одно колено слева от двери, так чтобы входящие увидели её не сразу.

– Стефа, щит. – Приказал Рик и распахнул дверь.

Первому противнику он просто и незамысловато отрубил голову. Сработал эффект неожиданности. Светлый даже не успел воспользоваться мечом, который держал а руке. Но остальные двое быстро сориентировались и оттеснили Рика в комнату. Точнее, это они так думали. На самом же деле, Рик их просто заманил и подставил под удар Элли. И она своего шанса не упустила. Два выстрела в спину и противники закончились. Кроме тех, что были за окном. Но за их передвижениями внимательно следила Стефа. И перед тем как они сунулись в это самое окно, успела на долю секунды снять с Рика щит и перезапустить магическое ускорение. Он выбрал для атаки тот момент, когда они перелезали через подоконник. Их мечи ещё были в ножнах, а от светлых атакующих заклинаний Рика защищала Стефа. Два взмаха мечом и ещё два трупа вывалились на улицу.

– И вот такие бездари полностью уничтожили кланы Шепард и Милтон и почти полностью – Айвери… – Поражённо проговорила Элли.

– А чему ты удивляешься? – Хмыкнул Рик. – Большинство наших погибло во время взрыва, остальные же… Что ж, среди тёмных никогда не уделялось должного внимания владению оружием. Их подвела излишняя самоуверенность. Видишь амулеты? Такую защиту может пробить только маг уровня магистра и выше.

– Может вы потом это всё обсудите? – Проворчал Саша помогая детям выбраться из под кровати. – Я конечно не великий знаток местных законов, но что-то мне подсказывает, что после того, как у нас тут образовалось пять трупов, встреча со стражниками стала для нас крайне нежелательной.

– Здравая мысль. – Усмехнулся Рик. Взял сумку Элли, выгреб содержимое тумбочки под столом, затолкал в неё, перекинул её через плечо и скомандовал. – Уходим. Живо.

А дальше началась гонка. Они успели проскочить к выходу до того, как обслуживающий персонал гостиницы разобрался, кто и где стрелял. Воспользовавшись всеобщим переполохом, выбрались на улицу и побежали, стараясь как можно дальше убраться от злополучной гостиницы, не попадаясь при этом на глаза стражникам, уже спешившим на место преступления.

Извозчика смогли найти только минут через десять. Рик предложил ему аж два золотых, если он сможет довезти их на другой конец города до причала, на котором стоял пароход ходивший по реке на запад к границе чёрной пустоши, за тридцать минут. Именно столько оставалось времени до его отправления. Пожалуй, такую скорость, с которой нёсся их экипаж, не развивала даже самоходная повозка Маэлина. Успели они впритык.

Разумеется, ни о каких билетах речь уже не шла. Но, переплатив примерно в два раза от их реальной стоимости, Рик сумел договориться с капитаном на счёт незапланированных пассажиров. Так началась самая долгая, и, вместе с тем, самая спокойная часть их пути к границе.

Глава 5. Разговоры о минувшем

В доме Рендела Шепарда Маэлин был частым и всегда желанным гостем. Вот и сейчас дворецкий без лишних вопросов впустил его и проводил в кабинет к хозяину.

Рендел сидел за столом и гипнотизировал мутным взглядом бокал с коньяком. Рядом стояла почти пустая бутылка. Впрочем, для Маэлина состояние друга сюрпризом не стало. Его эмоции он почувствовал ещё за пределами дома. Рендел пребывал в этом состоянии с тех самых пор, как стало известно, что весь его клан погиб, и выходить из него в ближайшем будущем похоже не собирался.

Помимо вполне понятного и естественного в данной ситуации горя, его мучило ещё и чувство вины. Ведь он не успел предупредить родных. Попытки приглушить эмоции алкоголем особого облегчения не приносили, но остановиться он уже не мог.

Кстати, типичная для светлых ситуация. Мало кто из них был способен самостоятельно, без посторонней помощи выйти из запоя. Душевная боль казалась настолько невыносимой, что отказ от химического релаксанта, даже если он приносил минимальное облегчение, становился невыполнимой задачей.

Маэлин подошёл к столу, по пути оценив степень опьянения друга. Придя к выводу, что разговаривать с ним в таком состоянии бессмысленно, он сплёл соответствующее заклинание и в десятки раз ускорил Ренделу метаболизм, выводя алкоголь из крови. Спустя пять минут друг был трезв, похмелен и страшно зол.

– Ну и зачем тебе это понадобилось? – Возмутился он.

– Ты мне нужен живым и вменяемым. – Ответил Маэлин. – Так что с сегодняшнего дня ты больше не пьёшь. На вот, ознакомься.

И подвинул к Ренделу свежую газету, которую принёс с собой. На первой полосе была статья излагавшая официальную версию произошедшего в поместьях тёмных.

– Ну да. Разумеется. – Мрачно усмехнулся Рендел, быстро пробежав её взглядом. – Они раскрыли заговор и нанесли превентивный удар. Наши доблестные спецслужбы предотвратили войну и спасли тысячи жизней невинных людей. А ты ожидал чего-то другого?

– Я ожидал, что ты возьмёшь себя в руки и займёшься организацией настоящего заговора. Тем более, у тебя для этого есть и достаточно веская причина и хорошие шансы на успех. Ещё я ожидал, что ты заметишь, что Лилит издала закон запрещающий тёмным проводить инициацию, начала собирать армию и призывает к войне. А потом, возможно, задумаешься с кем. Где у нас ещё остались тёмные? И вспомнишь, от чего именно они охраняют Солтурен. Если желание отомстить за свой клан не является для тебя достаточным основанием, чтобы устроить переворот, то возможно перспектива нашествия нежити, после того как война ослабит или вовсе уничтожит стражей границы, покажется тебе достойной причиной.

– Хм… Кажется, я ещё плохо соображаю. – Пробормотал Рендел и принялся повторно, уже более вдумчиво перечитывать статью. – Ты прав. – Вынес он свой вердикт. – Чёрт. Эта бешеная сука ни перед чем не остановится. Если она, ради мести, собственного сына не пожалела, то Солтурен не пожалеет тем более.

– Рад, что ты это осознал.

– У меня достаточно влияния, чтобы сплотить против неё большинство светлых магов. Подавляющее большинство. И даже убедить их в нужный момент выступить на стороне стражей границы. Но мне необходимо время.

– Оно у тебя будет. Лилит тоже нужно время. Набрать армию это только пол дела. Её ещё надо обучить и вооружить. Солтурен очень долго ни с кем не воевал. Не было противников. Армия была не нужна, и всё что от неё осталось это паркетные войска в столице.

– Н-да… А теперь нам снова предстоит магическая война. Такая же как та, что превратила почти весь обитаемый мир в чёрную пустошь.

– Ты утрируешь. Все прекрасно понимают, чем это чревато. И боятся. Война, благодаря которой Ричард Стаут объединил Солтурен в одно государство, не оставила после себя магических аномалий. И эта не оставит, если нам удастся перетянуть всех архимагов на свою сторону, как было тогда.

– Только вот две новые аномалии у нас уже есть. Ты помнишь, каким был мир до ТОЙ войны?

– Я был маленьким ребёнком.

– Не таким уж и маленьким. Сколько тебе было? Тринадцать?

– Одиннадцать. И я никогда не выезжал за пределы полуострова. Всё моё детство прошло здесь. В Редклифе. Только тогда тут было крупнейшее месторождение нефти и газа в мире, а не центр науки и культуры, как сейчас. Впрочем, месторождение осталось, правда теперь оно никому не нужно. Забавно, как быстро мы лишились всех благ цивилизации. Хотя это как раз закономерно. На нашем полуострове не было ни заводов ни фабрик, мы ничего не производили и жили только за счёт продажи природных ресурсов. Тогда это всех устраивало. Вся техника закупалась на материке. Только вот техника имеет неприятное свойство изнашиваться. И ремонтировать её до бесконечности невозможно. Понадобилось меньше столетия, чтобы мы снова перешли на конную тягу. У нас не было ни сильных магов ни учёных. Просто потому, что им в мире до апокалипсиса нечего было здесь делать. Конечно люди поначалу пытались сохранить какие-то знания, но гораздо больше они были озабочены вопросами выживания. Дело в том, что продукты питания тоже в большинстве своём были импортными. Здесь было не выгодно заниматься сельским хозяйством. И в первые годы после войны пришлось тяжко. Очень тяжко. Был голод. И нежить, лезущая с чёрной пустоши. А потом ещё и эпидемии. Какие-то медикаменты закончились, у каких-то истекли сроки годности, магов на всех не хватало, да и не всё можно вылечить при помощи магии. Когда ситуация немного стабилизировалась начались войны за территории. Тогда погибли почти все тёмные маги пережившие апокалипсис. Их боялись. Люди поняли, что они являются единственным спасением от нежити, гораздо позже. Когда закончились боеприпасы.

– И всё же я не понимаю, почему не сохранилось никаких знаний. Ведь должны были остаться хотя бы книги.

– Мы это обсуждали, и не раз. Библиотека была только одна. В Тёмной гавани. И она сгорела. Тогда все знания хранились в электронном виде. Книги считались пережитком прошлого. Каждый человек в любой момент мог подключиться к мировой сети и узнать всё, что нужно. Все книги, что есть у нас сейчас, написаны уже после войны. А те, в которых сохранились знания из мира до неё, писали маги. В большинстве своём светлые. Мы долгожители. И нас, в отличие от тёмных, не истребляли. У нас было время. И именно поэтому нам удалось сохранить на таком уровне медицину. Но лишь её. В других областях знаний мы оказались полными профанами.

– Ладно. Тут уже ничего не исправить. Что ты собираешься предпринять? Насколько я понимаю, организацию заговора ты решил поручить мне, а чем, в таком случае, займёшься ты?

– А я полезу в осиное гнездо. – Усмехнулся Маэлин. – Я переезжаю в столицу.

– Ты спятил?!

– Просто избавиться от Лилит будет недостаточно. Необходима адекватная замена. Солтурену нужен правитель. Иначе опять начнётся делёжка территорий. И лучше всего на эту роль подходит законный наследник престола. Если ему ещё можно вернуть рассудок, я это сделаю. Если нет – придётся искать другие варианты. Но я надеюсь, что можно.

– А ты не думал, что, прежде чем подпустить тебя к своему сыну, Лилит выяснит о тебе всё, что только возможно?!

– И что же такого крамольного она по-твоему обо мне узнает? То, что я прятал у себя тёмную племянницу, после покушения на её жизнь? Так родственников не выбирают. К тому же, я не проявлял симпатий к тёмным. Скорее наоборот. После смерти сестры, я ни разу не видел племянниц, до приезда Элли сюда.

– Маэлин, она же сумасшедшая! Зачем так рисковать?

– Нам нужен Юджин. В здравом уме. И я знаю, как ему помочь. Марико работала с такими пациентами. Она многому меня научила. Так что не спорь. Решение принято, и я его не изменю.

– Марико была менталистом, а ты всего лишь эмпат. Разницу ощущаешь? С чего ты вообще взял, что у тебя получится?

– Хорошо. Если не я, то кто?

– Не знаю…


На пароходе оказалось всего две свободных каюты. Одну из них заняли Элли, Стефа и дети, другую – Рик и Саша. В каюте девушек было всего две койки, но матрос, которому поручили разместить пассажиров, повесил ещё и гамак, так что места хватило всем. Одна койка досталась Лейле и Тони. Дети легли валетом. На другой устроилась Стефа, а Элли полезла в гамак, предварительно кинув туда одеяло. Так она спала впервые, но это оказалось на удивление удобно. Впрочем, заснуть сразу Элли всё равно не удалось. Ей мешали голоса Рика и Саши за стенкой. Разобрать слова не получалось, и из-за этого она просто сгорала от любопытства. В конце концов Элли не выдержала.

– Стефа, – шёпотом позвала она, – ты спишь?

– Нет. – Ответила подруга.

– Можешь усилить мне слух?

– Запросто. – Усмехнулась целительница, накидывая и на тёмную эффект, который уже минут десять как держала на себе.


Рик ушёл добывать ужин сразу после того, как им с Сашей показали каюту. Он целый день мотался по городу в поисках гостиницы, в которой остановилась Элли, и ел в последний раз утром. Камбуз он нашёл сразу, а вот кока там не обнаружилось. Однако, Рик не был бы тёмным, если бы не нашёл выход из этой ситуации. Он поймал первого попавшегося матроса и выяснил у него, где ночует его будущая жертва. А дальше было уже дело техники. Конечно пришлось слегка переплатить за беспокойство, всё-таки чуть ли не из постели человека вытащил, но в результате Рик разжился здоровенной рыбиной горячего копчения, большим блюдом с подогретым варёным картофелем со сливочным маслом и луком и бутылкой рома. Всё это, вместе со столовыми приборами на двоих, он принёс в каюту на подносе.

А потом минут пять за ужином в гробовом молчании наблюдал Сашину постную мину. Парень был явно чем-то расстроен, но делиться своими переживаниями похоже не собирался. При этом его хмурое выражение лица с насупленными бровями говорило само за себя. В конце концов Рик не выдержал. Он открыл бутылку, разлил ром по кубками и подвинул один из них к Саше.

– За удачу. – Сказал он. – До дна. Чтобы она и дальше нам сопутствовала.

Они осушили кубки и Рик налил ещё. По идее обычный человек должен был опьянеть гораздо быстрее тёмного мага. И Саша пьянел. После третьего кубка его взгляд слегка расфокусировался, а поза стала более расслабленной, но, судя по выражению лица, настроение только ухудшилось. В результате Рик пришёл к выводу, что разговаривать всё-таки придётся. Впрочем, в этом были и свои плюсы. Он давно хотел узнать побольше о своём странном попутчике. И вот наконец-то подвернулся случай это сделать. Всё-таки разговорить пьяного человека не в пример проще, чем трезвого.

– По какому поводу траур? – Спросил Рик, подливая ром в его кубок. – Неужто жалеешь убийц, которых мы прикончили в гостинице?

– Нет. – Вздохнул Саша. – Чувствую себя чемоданом без ручки.

– В смысле?

– Вы все сражаетесь, даже Элли. И Стефа. Один я ни на что не способен. Более того, я вам мешаю. Если бы я умел ездить верхом, мы добрались бы до Тёмной гавани как минимум на пол дня раньше, и, скорее всего, нашли Элли ещё вчера. А значит и с убийцами бы не встретились.

– Ну начнём с того, что на пол дня раньше мы бы до Тёмной гавани никак не добрались, потому что до того, как со Стефой связался Маэлин, просто не знали, куда ехать. А вообще с чего ты взял, что должен сражаться? Ты не воин, и это факт. Но ты учёный, изобретатель. Каждому своё. Воином при желании и определенном упорстве может стать почти каждый. А вот изобрести что-то новое способны единицы. По сути, для пограничья ты важнее всей нашей группы вместе взятой.

– Это не совсем так. Точнее совсем не так. Дело в том, что все мои “изобретения” давным давно придуманы и созданы в другом мире. Том из которого я родом. Я конечно многого не помню, но точно знаю, что должно получиться в итоге. Ну и основные принципы работы того, что я пытаюсь воссоздать.

– Ты из другого мира?! Но как?!

– Как я сюда попал? Честно говоря, я и сам понятия не имею. Просто в один прекрасный день вышел из квартиры и оказался вместо своего подъезда на улице совершенно незнакомого города. Этим городом был Редклиф.

– И что дальше? Как ты вообще выжил? Без родичей, без связей… Да ещё и в УМИТ поступил. Откуда деньги?

– Ну начал я с того, что нашёл работу. За мытьё пола в гостинице платили сущие гроши. Зато предоставляли жильё и питание. Поначалу, пока не выучил язык, я притворялся глухонемым. Там я проработал почти год. Всю зарплату спускал на тетради и писал, писал, писал. Всё что получалось вспомнить. Мне ещё повезло, что, прямо перед переходом в ваш мир, я сдавал вступительные экзамены в ВУЗ на химфак. Уровень технического прогресса этого мира, я оценил сразу. И тогда же понял, какие для меня в нём открываются перспективы. Я не мог позволить себе забыть хоть что-то. Но, к сожалению, человеческая память несовершенна. Именно поэтому я всё записывал. Поскольку никаких магических способностей у меня не обнаружилось, единственным способом выбиться в люди для меня стала наука. Попутно я учил язык. А через год пришёл со своими, уже переведёнными, записями к Ренделу Шепарду. Ректору УМИТа. Домой. К тому моменту я уже знал, что образование в Солтурене платное и стоит немалых денег. Но нахальства мне было не занимать. И, в итоге, всё получилось именно так, как я и надеялся. Я показал ему свои наработки и попросил принять меня в УМИТ в долг. К концу обучения я уже заработал на патентах столько, что не только отдал этот долг, но и смог купить себе квартиру и оборудовать мастерскую.

– А потом, я так понимаю, ты встретил Элли, и всё пошло наперекосяк?

– Не совсем. Я ещё год работал над созданием автомобиля с двигателем внутреннего сгорания. А потом – да. Я встретил Элли, она спасла меня и всё пошло наперекосяк. Но на самом деле, это не критично. Я смогу без особых трудностей заново наладить свою жизнь. Моим знаниям везде найдется применение. Просто неприятно здесь и сейчас чувствовать себя обузой.

– Это надо всего лишь пережить. Потерпи. Не так уж долго осталось.

Рик плеснул в Сашин кубок ещё рома, но тот лишь усмехнулся и покачал головой.

– Думаешь, я рассказал тебе это всё, потому что пьян? Не такая уж это тайна. Просто личная и мало кому интересная информация.

– Мне было интересно. К тому же, я бы не отказался побольше узнать о твоём мире.

– Как-нибудь в другой раз. Спать хочу. Ещё чуть-чуть и засну прямо за столом.


– Ты это слышала? – Прошептала Элли.

– Да. – Ответила Стефа. – Без связей, без титула, без средств к существованию… Невероятно.

– Ты им восхищаешься?

– А ты нет?

– Не знаю. Я скорее удивлена. Он совсем не такой, каким казался. Для того, чтобы напролом идти к своей цели и при этом столького добиться в кратчайшие сроки, нужны упорство и немалая сила духа. Это помимо незаурядного интеллекта. Не знаю, что там на счёт восхищения, но уважения он точно достоин.


Маргарет уже восемь дней вела свою группу в сторону границы. Люди изрядно вымотались, и решение войти в город и хоть немного отдохнуть было воспринято ими с превеликой радостью. До этого они останавливались только в придорожных трактирах, чтобы поесть и переночевать. Если бы хоть кто-то из них умел готовить, Маргарет, пожалуй, предпочла бы устраивать ночёвки в лесу. Она опасалась погони, а так они оставляли слишком явный след. Компанию из пятнадцати тёмных магичек, десяти детей и светлой супружеской пары было трудно не заметить. Но служанки с ними на границу чёрной пустоши не пошли, а благородные дамы, даже те, что стали таковыми в результате замужества, если когда-то и умели готовить, то давным давно разучились за ненадобностью.

Кстати, таких тут было чуть ли не две трети. У тёмных аристократов было принято выбирать себе пару по наличию дара и его силе, не взирая на происхождение. Более того, у четырёх тёмных аристократических родов был договор, согласно которому они не заключали браков между собой, ибо рано или поздно это привело бы к брачным союзам между близкими родственниками и, как следствие, к вырождению.

В общем группа оставляла за собой столь явный и отчётливый след, что Маргарет не переставала удивляться, почему её до сих пор не догнали и не перебили. Но любому везению когда-нибудь приходит конец.

Они приехали в небольшой провинциальный городок, единственным достоянием которого был речной порт, немногим позже полудня. Остановились в гостинице, пообедали и отправились обходить лавки готовой одежды и обуви. Дамы наконец-то получили возможность купить себе что-то более подходящее для верховой езды, чем домашние платья и туфли. Маргарет помимо одежды, приобрела спальные мешки для всей группы, посуду для готовки в походе, алюминиевые миски и ложки, повареную книгу, три вида круп и вяленое мясо. Она решила, что лучше будет учиться готовить сама, чем и дальше так рисковать.

В гостинице группа собралась только к ужину. Для них специально сдвинули вместе несколько столов, чтобы все поместились. Но поужинать они не успели.

Стражников было всего пятеро, и они были обычными людьми. Впрочем, они всё же понимали, с кем связываются. Обвес из защитных амулетов от всех видов тёмной магии присутствовал. Только вот на что они надеялись?

– Леди, вам придётся пройти с нами в участок. – Сказал главный из них подходя к столу.

– Зачем? – Спросила Маргарет, вставая и начиная незаметно выплетать заклинание. – Мы не сделали ничего предосудительного.

– Возможно вы ещё не знаете, но неделю назад вышел королевский указ. Мы обязаны арестовывать всех тёмных магов, оказавшихся на подведомственной территории, и содержать их в камерах предварительного заключения в ошейниках блокирующих магию, до прибытия за ними специального конвоя из столицы.

– И где заканчивается ваша подведомственная территория?

– За воротами города.

– Хорошо. Мы покинем город сразу после того, как закончим ужинать.

– Леди, у нас приказ.

– И что, вы всерьёз полагаете, будто мы добровольно сдадимся и позволим надеть на себя ошейники? Или хотите проверить на прочность свои амулеты?

Стражник сделал шаг вперёд, приблизившись к Маргарет почти вплотную, и едва слышным шёпотом, так что разобрать его слова смогла только она, произнёс: “Спалите нам амулеты и бегите из города через восточные ворота. У западных – засада.” А потом выхватил меч из ножен. Остальные стражники последовали его примеру. Маргарет ударила волной жара. Не в полную силу. Не насмерть. Но достаточно, чтобы стражники потеряли боеспособность. Ожоги получились знатные. Всё-таки она была магистром пиромантии, а надетые на них амулеты, защищающие от стихии огня, были рассчитаны максимум на бакалавров.

– Девочки, у вас пять минут на сборы. – Сказала Маргарет, обернувшись к своим подопечным. – И заберите всё, что я купила для вас, из моей комнаты. – А потом добавила, обращаясь к хозяину гостиницы, выскочившему на шум. – Если кто-то выйдет отсюда раньше нас, я на прощание спалю ваше заведение дотла.

И, взяв с собой пятерых детей старше десяти лет в качестве помощников, пошла на конюшню седлать лошадей.

До восточных ворот расстояние было в три раза больше, чем до западных, и, если бы не предупреждение стражника, Маргарет повела бы свою группу прямо в засаду. Тёмные галопом пронеслись через город и сразу же за воротами свернули в лес.

– Стоять! – Приказала Маргарет. – У Западных ворот нас ждёт засада. Полагаю – светлые маги. Далеко от них мы не убежим. Скоро они поймут, что мы ушли через другие ворота, и пойдут по следу. Наши лошади быстро выдохнутся, а светлые маги способны поддерживать силы коней практически до бесконечности. Поэтому у нас не остаётся другого выхода, кроме как напасть самим. Обойдём город по кругу. По пути зайдём на кладбище и некромантки поднимут всё, что можно поднять. Не думаю, что там похоронен хоть один маг, но пары десятков обычных зомби в качестве отвлекающего маневра будет достаточно. Томас и Венди от вас потребуется защита от светлой магии для меня и Амалии. И залейте мне кто-нибудь ману. Мне потребуется полный резерв.

До кладбища они добрались за десять минут. Ещё пять минут ушло на то, чтобы поднять зомби. К западным воротам идти уже не было смысла, поэтому Маргарет решила не делать лишних движений и дождаться противников на кладбище. Все кроме Маргарет, Амалии и двух целителей спрятались в склепе.

Враги, светлые маги в количестве пятнадцати штук, с ног до головы обвешанные защитными амулетами, появились сразу со всех сторон. Быстрые, смертоносные, с мечами наголо. Их силуэты размазывались в воздухе, а круг сжимался с ужасающей скоростью. Зомби не задерживали их ни на секунду. Магическое ускорение давало слишком большое преимущество. И всё же именно по, падающим обезглавленными, зомби Маргарет определяла местонахождение противников. Сами они двигались так быстро, что она их просто не видела.

Пиромантка сидела в центре нарисованной кровью пентаграммы у входа в склеп. На вершинах пятиконечной звёзды вписанной в круг горели свечи, за её спиной стояла дочь, объединившая с ней магический резерв и усилившаяя её этим более чем в два раза, по бокам, тоже внутри знака, сидели два целителя, защищавшие их от любого магического вмешательства со стороны светлых. Эту четверку было видно с любого конца кладбища, и убийцы неумолимо приближались к ней. А Маргарет ждала.

У того, что она для них приготовила, был весьма ограниченный радиус действия. Зато, когда все враги вошли в этот радиус их уже не смогли спасти ни амулеты, кстати гораздо более качественные, чем те, что были на стражниках, такие и от магистра бы защитили, ни магическое ускорение, ни усиление.

Одна стена огня появилась за спинами врагов и образовала круг радиусом двадцать метров, другая – прямо за границей пентаграммы. А потом они двинулись навстречу друг-другу, испепеляя все на своём пути. Достаточно медленно, чтобы попавшие в ловушку враги успели осознать, какая именно смерть им уготована. Когда всё было кончено, от светлых убийц даже костей не осталось.

Это заклинание было рассчитано на уровень архимага, но Маргарет хватало как знаний для его применения, так и контроля, чтобы не получить в результате магическую аномалию, а силу она использовала не только свою, но и Амалии.

После этого случая группа Маргарет в города больше не заходила. И в деревни тоже. И в придорожные трактиры. Дамы предпочли ночёвки под открытым небом в спальных мешках и подгоревшую кашу в исполнении Маргарет. Комфорт определённо не стоил того, чтобы рисковать ради него жизнью.

Глава 6

Лилит была пьяна. Впервые за тридцать лет своей жизни. Нет, конечно она и раньше пробовала алкоголь, но никогда не употребляла его в таких количествах. А сейчас она сидела в кабинете Ричарда в его кресле и пила его коньяк. Уже четвертую бутылку. Такая доза была убойной даже для мага. Напивалась Лилит долго, целеустремлённо и в гордом одиночестве. Стражники за дверью не в счёт. Тем более, в кабинет они не совались.

Она вертела в тонких пальцах бокал с коньяком, уставившись на него пустым, ничего не выражающим взглядом, а мысли всё блуждали по замкнутому кругу. Лилит была в отчаянии. Она не представляла, что теперь делать с Юджином. Сегодняшние события окончательно уверили её в серьёзности проблемы.

Началось всё ещё неделю назад, когда Лилит, осознав, что сама не в силах помочь сыну, пригласила к нему психиатра. Самого лучшего в столице. Ну как пригласила, его привели под конвоем. А ещё, прежде чем впустить в комнату с мягкими стенами, она взяла с него магическую клятву о неразглашении. Только вот врач, осмотрев принца, сообщил, что в данном случае он бессилен, и вообще не понимает, как мальчик остался жив. Таким был его вердикт. Но тогда Лилит не обратила на него особого внимания. Врача она изгнала из столицы, предварительно лишив лицензии, а на следующий день собрала целый консилиум. Но и эти врачи ответили ей по-сути то же самое, только в более мягкой форме. А один из них припомнил, что в медицинской практике были случаи излечения даже таких психических расстройств. Только вот врач, ими занимавшийся, пропал без вести сорок лет назад. Точнее пропала. Марико. Менталистка. Единственная менталистка. И совсем не факт, что она жива. В общем обнадёжил.

Этих врачей Лилит изгонять не стала. Всё-таки они старались помочь: назначили лекарства, приходили каждый день. Правда всё без толку. А ещё она задалась целью найти, если не менталиста, то хотя бы эмпата, который согласится работать с Юджином. Эмпатов в столице оказалось трое. Один из них, узнав, что от него требуется, сразу подался в бега. Другой был достаточно влиятелен, чтобы иметь возможность отказать королеве в помощи, что он и сделал, предварительно объяснив, что подобные эксперименты чреваты для эмпата весьма неприятными последствиями. А конкретно: можно сойти с ума вместе с пациентом.

Третьим был Томас Тали. Прокурор. И у Лилит на него было столько компромата, что хватило бы на десяток смертных казней. Взяточничество, лжесвидетельство, подтасовка фактов в суде. Хотя поймала его Лилит в своё время именно на взяточничестве. А всё остальное он уже делал по её требованию, во спасение собственной шкуры. Так что, его она запросто могла заставить сделать что угодно, чем и не преминула воспользоваться. А потом, после двадцати минут в компании Юджина, в течение которых последний даже ни разу не взглянул на эмпата, и вообще никак не реагировал на его присутствие, Томас, дождался пока останется предоставлен сам себе, поднялся на самую высокую башню дворца и спрыгнул с неё. Полет с высоты восемнадцати метров на брусчатку закончился для него мгновенной смертью.

И лишь увидев лежащий в луже крови, изломанный труп единственного эмпата, которого Лилит удалось заставить работать с Юджином, она наконец осознала всю глубину возникшей проблемы. Обычные врачи её сыну помочь не могли, а эмпаты… Где взять такого эмпата, который, в процессе лечения, сможет не свихнуться сам? Где взять светлого способного сохранить рассудок после гибели возлюбленной? А ведь эмпату придется пережить именно это. Вместе с Юджином. Воспринимая его чувства, как свои. Лилит сильно сомневалась, что такие светлые вообще существуют в природе.


Утро на пароходе началось с того, что пассажиров пригласили на завтрак в кают компанию. Там уже сидели капитан, механик, врач, кок, рулевой и два кочегара. В состав экипажа входили ещё два кочегара и рулевой, но они позавтракали раньше и уже заступили на вахту. А вот единственными пассажирами оказались Рик и его группа. Судно предназначалось в основном для перевозки грузов, и пассажиры были на нём большой редкостью. Впрочем, деньги лишними не бывают, и капитан никогда не отказывался от возможности дополнительного заработка.

За столом завязалась непринуждённая беседа. Разговаривали обо всём на свете от политики по отношению к тёмным до цен на различные товары в разных регионах страны.

Саша вообще нашел в корабельном механике родственную душу и с упоением обсуждал с ним устройство паровых котлов, а точнее способы их модернизации. Позже к ним присоединилась и Элли, заинтересовавшаяся идеей замены топлива с каменного угля на мазут, который Саша предлагал распылять при помощи форсунок.

Больше половины команды оказались уроженцами поместья Стаут, граничившего на западе с чёрной пустошью, так что к тёмным в целом и стражам границы в частности они были более чем лояльны. Слишком хорошо знали от чего именно они защищают Солтурен.

Рик рассказал капитану, что везёт на границу рекрутов, пожелавших стать стражами, что даже отчасти было правдой. И в такой спешке они покидали Тёмную гавань, потому что следующего парохода пришлось бы ждать целых три дня, а никаких дел у них там больше не было. Это правдой уже не являлось, но достаточно на неё походило, чтобы их больше не донимали расспросами на данную тему.

После завтрака команда корабля разошлась по своим делам, а пассажиры оказались предоставлены сами себе.

Рик предложил показать Элли несколько упражнений на концентрацию и контроль силы, на что девушка с радостью согласилась. Ещё и Лейлу с собой взяла. Маленькая кузина тоже хотела начать учиться как можно скорее, а эти упражнения были общими для всех направлений тёмной магии. Сам Рик колдовать не мог. Ему было доступно только магическое восприятие. Однако он был очень хорошо подкован в теории.

Тренироваться решили на палубе, чтобы, если что-то пойдет не так, можно было быстро сбросить всё лишнее за борт. От тёмных требовалось научиться призывать и, что гораздо сложнее, отзывать силу, не используя её.

До этого момента Элли работала только со знаком, который сам тянул из неё столько силы сколько требовалось. Конечно ей были доступны и некоторые простейшие бытовые заклинания, для которых знак не использовался, но на них она собирала крохи маны просочившиеся сквозь оболочку окружавшую основной резерв до инициации. Сам же резерв, или, как его называл Рик, источник, был ей недоступен.

Со временем тёмным предстояло научиться брать из этого источника ровно столько силы, сколько нужно на используемое в данный момент заклинание. Но это со временем, а сейчас надо было зачерпнуть хоть сколько-нибудь. И, для начала, сбросить заборт.

Элли это упражнение далось легко. Ей хватило пяти минут, чтобы разобраться, как извлекать ману из резерва. А вот у Лейлы возникли проблемы. Её до сих пор никто не учил даже бытовым заклинаниям, и она не могла ни то что что-то там зачерпнуть, а даже найти у себя этот резерв.

Элли уже начала учиться возвращать на место неиспользованную ману, а Лейла всё искала свой источник. И чем дольше это делала, тем сильнее раздражалась. В какой-то момент её злость достигла критической концентрации, и начал подниматься ветер. Холодный, пронизывающий до костей. Её сила рвалась наружу.

– Лейла, – позвал Рик, – посмотри на меня. Соберись и найди свой источник. Он сейчас активен и виден даже мне. Но неподконтролен тебе. Ты должна это исправить.

– Вот же он. – Сказала Элли, взяв девочку за уцелевшую руку и приложив её ладонь к солнечному сплетению. – Используй магическое восприятие.

– Я не умею!

– Тогда попробуй почувствовать магию в ветре. – Сказал Рик. – И найти её источник в себе.

– Не могу! – Взвыла Лейла.

– В таком случае, марш в каюту. На сегодня твоя тренировка окончена. Не хватало ещё, чтобы ты тут устроила ураган.

– Но я хочу учиться!

– Завтра.

Девочка понурившись побрела в каюту. Ветер стих почти сразу после того, как за ней закрылась дверь. А Рик продолжил обучение Элли. Эта тёмная, в отличие от своей маленькой кузины, хватала всё на лету. Сказывалось то, что её многому научил отец до инициации. Те же бытовые заклинания, основы построения знака, умение пользоваться магическим восприятием. По-сути Джереми Айвери дал ей максимум из того, что она могла усвоить будучи не инициированным магом. И тем самым значительно облегчил Рику задачу.

Это всё вселяло в него надежду, что года эдак через три-четыре Элли сможет снять с него печать, блокирующую возможность использования источника, которую наложил её отец. Нет, конечно уровня архимага она, за такой короткий срок, не достигнет, но, если направить её магическое развитие по пути концентрации и контроля, вполне сможет использовать некоторые заклинания этого уровня, опираясь на знаки и ритуалы. Резерва ей хватит. К тому же, некромантия это не боевая магия. Для боевой, она слишком медленная и неудобная. Самые интересные возможности в ней открываются как раз благодаря тем самым знакам и ритуалам.

В общем, с тренировки Рик и Элли возвращались в отличном настроении, вполне довольные собой, друг другом и открывающимися перспективами. Сотрудничество обещало быть продуктивным.

А в каюте их ждал сюрприз. Напортив Стефы, на своей койке сидела Лейла, в позе лотоса, с закрытыми глазами и с выставленной перед собой левой рукой, а над её ладонью крутился маленький, ледяной вихрь силы.

– Неужто получилось?! – Обрадовалась Элли.

Девочка открыла глаза и втянула силу в ладонь.

– Меня Стефа научила. – Улыбнулась она.

– Стефа? – Удивился Рик. – Но как? Светлые ведь даже не видят нашу магию.

– Не видят. – Подтвердила целительница. – Но принципы работы с источником у нас примерно одинаковы. Я просто объяснила Лейле, что и где искать, и рассказала, что такое магическое восприятие и как оно работает.

– Хорошо. – Сказал Рик. – Но больше так не рискуйте. Во время первых тренировок с источником нужна страховка. Мало кто способен сразу растворить в себе извлечённую из него ману. Её приходится сбрасывать.

– И для этих целей я достала парочку амулетов накопителей из сумки Элли. – Усмехнулась Стефа.

– Как всегда всё предусмотрела. – Улыбнулась Элли. – А где Тони?

– С Сашей гуляет. Он обещал устроить ему экскурсию по кораблю. Думаю – мы найдем их в кают компании. Сейчас как раз время обеда.

Саша и Тони действительно обнаружились в кают компании. Обед ещё не подали и Саша убивал время тем, что обучал ребёнка сложению и вычитанию при помощи простенькой детской карточной игры. Рядом, обложившись какими-то чертежами и схемами, сидел корабельный механик. Похоже процесс модернизации паровых котлов был запущен.

После обеда Рик собирался отдохнуть, возможно даже поспать, но женская часть семейства Айвери, как оказалось, имела на его счёт свои планы. Элли и Лейла жаждали продолжения учёбы. Два будущих архимага желали в кратчайшие сроки стать настоящими, и готовы были ради такого дела тренироваться круглосуточно. В принципе Рик их понимал. Наличие сильного и опасного врага очень хорошо стимулирует развитие. Тем более, обе девочки уже успели убедиться, что слабыми им быть никак нельзя. Чревато летальным исходом. К тому же, быстрое обучение Элли было и в интересах Рика.

В этот раз заниматься практической магией решили в каюте девушек. Саша увёл от-туда Тони, чтобы не мешался под ногами, а вот Стефа осталась. Ей было интересно посмотреть, как проходят занятия у тёмных. К тому же, она была единственным полноценным магом из всей компании. Конечно страховать тёмных как положено, она была не способна, но умения целителя тоже могли пригодиться, если что-то пойдёт не так.

Впрочем, её магическая помощь не понадобилась. Тёмные были предельно собраны и аккуратны. Они не нервничали, не отвлекались и не ошибались. Даже маленькая Лейла проявляла чудеса самообладания. Единственной её реакцией, если что-то не получалось, было раздражение, но и оно не мешало ей пробовать снова до тех пор, пока не будет достигнут желаемый результат.

Рик всё объяснял вполне доходчиво, но, порой, недостаточно подробно для новичка. Элли его объяснений хватало, потому что основам магии её обучил отец, а вот Лейла понимала едва ли половину из того, что он говорил. Положение спасала, как ни странно, Стефа. Она задавала те самые уточняющие вопросы, ответов на которые так не доставало девочке. Последняя, в силу своего возраста и отсутствия магического образования, просто не могла их правильно сформулировать.

Время за учёбой пролетело незаметно, и остановились они только тогда, когда пришёл Саша и позвал всех ужинать. А следом в каюту влетел Тони с несколькими листами бумаги в руках и кинулся к сестре.

– Ляля, смотри, что Саша нарисовал! – воскликнул он, размахивая листами бумаги перед её носом. – Это твоя рука! Он обещал сделать её из металла, когда у него появятся инструменты.

Элли выхватила у мальчика листы и с интересом уставилась на чертежи. А это были именно они. С указанием размеров и детальной проработкой шарниров, которые должны были заменять суставы. Решение было практически идеальным. Единственное, чего не хватало этой руке, это тёмная магия, которая должна была дать Лейле возможность управлять ей. И Элли уже знала как именно будет заряжать этот артефакт.

– Отлично. – Сказала она, передавая чертежи кузине. – Спасибо, Саша. Так всё и сделаем.

– Это похоже на руку скелета. – Протянула Лейла, чуть склонив голову набок. А потом, задорно улыбнувшись изобретателю, добавила. – Мне нравится!

Каюту компания покидала дружно смеясь. А Саша, впервые за всё время их путешествия, не чувствовал себя в ней лишним. Его наконец-то приняли.

Посиделки в кают компании неожиданно затянулись. После ужина на столе появились игральные карты, нарды и даже шахматы. Элли со Стефой тут же оккупировали последние. Лейла заявила, что умеет играть в нарды и собирается научить этому брата. Компанию им составил Саша. Как он и подозревал, учить надо было обоих, чем он и занялся. Рик же присоединился к команде корабля за игрой в карты.

Только вот за четыре партии эта команда постепенно рассосалась по своим делам. Да и немудрено. Ведь все эти партии выиграл Рик. Помимо везения у него была ещё и очень хорошая память, что, в данном случае, сыграло решающую роль.

К тому моменту, как он остался один, Элли решила, что детей пора укладывать спать, и Стефа тоже лишилась напарника для игры в шахматы. Саша ушёл к себе сразу после Элли с детьми, а Рик подсел к Стефе.

– Сыграем? – Предложил он.

– Да. – Ответила девушка и начала выставлять фигуры на доске.

– Если не секрет, кто из вас выиграл?

– Последнюю партию – я, а вообще – с переменным успехом. Мне нравится играть с Элли. Она сильный противник. Какую сторону выбираешь?

– Пусть будут чёрные.

– Как символично… – Усмехнулась Стефа и сделала первый ход.

– Ты не перестаешь меня удивлять.

– Чем же?

– Например, вчерашний бой в гостинице. Опытные целители, постоянно работающие в группе и прошедшие не одну боевую операцию, далеко не всегда выдают такие результаты. Умение быстро реагировать в критической ситуации – редкое качество для светлых.

– Ну за это стоит сказать спасибо Маэлину. – Усмехнулась Стефа.

– Саша говорил – вы жили у него.

– Да. Последние две недели. После того, как Элли пытались убить. Но учить меня он начал гораздо раньше.

– Вы были близки?

Стефа подняла одну бровь.

– Прости. У него такая репутация, вот я и подумал…

– Шах и мат.

– Черт! – Рик удивлённо уставился на шахматную доску.

– Спокойной ночи. – Сказала Стефа вставая из-за стола.


То что Саша не лег спать, Рик понял ещё на подходе к каюте по полоске тусклого света масляной лампы под дверью. Сосед по комнате сидел на своей койке, забравшись на неё с ногами, и что-то чёркал карандашом на листе бумаги подложив под него папку. Рик выхватил у него лист и обнаружил на нем портрет Элли. Точнее, пока только набросок, но вполне узнаваемый.

– Ты ещё и рисуешь? – Удивился он, возвращая лист владельцу.

– Редко и непрофессионально. – Пожал плечами Саша.

– И всё же не понимаю, чем она тебя так зацепила. – Сказал Рик.

– Она красива и умна. Что ещё надо?

– Элли? – Удивился Рик. – Да что в ней красивого? Кожа да кости.

– Она похожа на ангела. – Мечтательно улыбнулся Саша. – Я и подумал, что это ангел, когда она пришла в мой бред и вывела меня из огня.

– Угу. Ангел. Без вторичных половых признаков и ни разу не светлый. Вот Стефа красивая, а Элли слишком тощая и плоская.

– О вкусах не спорят. – Усмехнулся Саша. – А Стефу я в этом ключе никогда не рассматривал. Всё-таки лучшая подруга любимой.

– И не надо. Её уже я рассматриваю. Кстати, что там за история со спасением?

– Была гонка на автомобилях. Демонстрация новых моделей. Одна из них была моей, и я, соответственно, был за рулём. Я немного ошибся в расчётах. Карбюратор взорвался прямо во время гонки. А Элли вытащила меня из горящего автомобиля и не позволяла уйти за грань пока меня лечили. У меня были очень сильные ожоги.

– Не инициированный маг? Как ей удалось?

– Насколько я понял, за счёт своей жизненной энергии. Она там ещё и лужу собственной крови разлила прямо посреди ипподрома.

– Опасно. Очень. Смелая девчонка. Но как она вообще там оказалась?

– Пришла посмотреть на гонку, в компании светлого мага. Они вдвоём меня и вытаскивали, пока не подоспел штатный целитель. Так что, я действительно обязан ей жизнью.

– И это веская причина для благодарности, но причём здесь любовь?

– А при том, что я считаю Элли самой красивой девушкой из всех кого встречал. Нет, я конечно допускаю, что, возможно, так считаю только я, но, это на моё мнение не влияет. К тому же, она ещё и умна. Знаешь откуда у неё револьвер?

– Ты сделал?

– Я сделал. – Согласился Саша. – А придумала она. Точнее начала придумывать. В моём мире было такое оружие. Элли нарисовала схему унитарного патрона. Револьвер был бы следующим шагом. Я не стал ждать пока она сама его изобретёт. У нас не было времени. Ей угрожала опасность. Но после изобретения унитарного патрона, она неизбежно пришла бы к созданию револьвера.

– Вот как… А ты понимаешь, что на ипподроме она спасала вовсе не тебя, а твои будущие изобретения?

– Естественно. Я сразу это понял, когда узнал, кто она такая. Я же учился в УМИТе, и многие мои знакомые артефакторы были не инициированными тёмными.

– Да уж… Ну ты и влип.

– Знаешь, я не считаю, что влип. Я рад, что встретил девушку, которой могу восхищаться. Это огромная редкость. И я сделаю всё возможное, чтобы она стала моей.

– А ты разговаривать с ней не пробовал? – Усмехнулся Рик.

– Представь себе – пробовал. И даже вполне успешно.

– О револьверах и автомобилях, полагаю?

– По большей части. – Поморщился Саша.

– А надо – о ней.

– Я так понимаю, ты сейчас разговаривал со Стефой. О ней. И как успехи?

– Паршиво. Да. Давать советы легче, чем следовать им. Ладно, я спать. Что-то мне подсказывает, что завтра меня опять поднимут ни свет ни заря. Девочки серьезно настроены поставить рекорд по скорости обучения магии. Кстати, завязывай изображать няньку для пацана. С корабля он никуда не денется. Сиди с нами, общайся с Элли. Скажем – тебе нужно изучить принципы действия тёмной магии, чтобы сочетать её с техникой в своих новых разработках.

– Кстати, были у меня такие планы. И знаний в этой области действительно не хватает.

– Вот и отлично. Даже врать не придётся.


Рик не обманулся в своих ожиданиях. Следующие две недели, которые его группа провела на пароходе, прошли в бесконечных тренировках. С утра до ночи. С перерывами только на сон и еду. За это время, помимо общих упражнений на контроль и концентрацию, отработанных до полного автоматизма, Лейла научилась узконаправленными порывами ветра вырывать с корнем деревья на берегу реки, по которой они плыли, Элли узнала как поднять, подчинить, а потом и упокоить зомби (правда, ей, в отличие от кузины, свои новые навыки опробовать в деле не удалось), Стефа разработала собственную методику по поддержке тёмных магов в бою против светлых, а Саша извёл всю бумагу, которую смог добыть у команды корабля, на конспекты. Отношения в группе установились дружеские. Все обиды были забыты, но и попытки ухаживаний обрубались девушками на корню. А попытки были. Только вот Элли слишком привыкла считать Сашу другом, а в глазах Стефы любой парень безнадежно проигрывал сравнение с Маэлином.

По истечении двух недель, пароход прибыл в небольшой портовый город, находящийся в поместье Стаут. Он находился в двух днях пути верхом от границы чёрной пустоши. Дальше продвижение по реке было невозможно, но из города туда вела вполне нормальная, наезженная дорога. По ней на границу ходили обозы. Из города туда раз в неделю доставляли продукты, различные товары по предварительному заказу и почту. Обоз всегда охраняла боевая тройка магов, состоящая из стихийника, некроманта и целителя.

Рику повезло, пароход прибыл в город вечером, а обоз отправлялся утром следующего дня. Он нашёл магов сопровождения и передал им свою группу. Более безопасного способа попасть на границу, чем с обозом не существовало. Так что он свою задачу выполнил. Сам же Рик следующим утром выехал навстречу группе Маргарет. Пароход против течения еле полз, но двигался он круглосуточно, так что прибыл всё равно раньше, чем её группа, хоть и не намного.

Глава 7. Прибытие в пограничье

Первое, что бросилось Элли в глаза по прибытии в город – окружающая его каменная стена трёхметровой высоты и полуметровой толщины. И мощный защитный периметр вокруг порта, в единственном месте, где её не было. Периметр был не просто тёмный, от него отчётливо веяло некромантией. Дальше больше. Каменные двух-трёх этажные дома с решетками на окнах, узкие улочки и темно-магическая защита буквально повсюду. На каждом доме. Причём Элли чувствовала, что защита именно от нежити. И это в черте города, окружённого каменной стеной трёхметровой высоты. Такого она ещё не видела. В том же Редклифе защитные периметры на жилых домах были большой редкостью. По большей части, их ставили на лавки, мастерские, склады. И охраняли они, как правило, от воров. На складах ещё попадались периметры, защищающие от крыс и мышей, но чтобы от нежити…

Из порта Рик повел свою группу в ту гостиницу, в которой останавливались маги, сопровождающие обоз в пограничье. Поздоровавшись с хозяином и узнав у него, в каком они номере, Рик сразу же пошёл наверх. Саша и девушки с детьми остались, чтобы снять комнаты. Рик вернулся за ними через пять минут, заказал ужин в номер для всех, включая магов с границы, и повел свою группу к ним в комнату.

Дверь им открыла девушка. Светлая. Среднего роста, слегка полноватая, но симпатичная. Только хмурая какая-то. Неприветливая. Впрочем, судя по компании собравшейся в комнате, выражение лица а-ля “Не подходи – убью” было типичным для всех магов пограничья. Она, как и два других представителя данного вида homo sapiens, была коротко подстрижена и одета в форму, состоящую из чёрных брюк и рубашки с коротким рукавом. Тоже чёрной. Единственным различием в их форме являлся цвет погон. У целительницы он был красным, у некроманта синим, а у стихийника жёлтым.

Рик представил всех друг другу (стражей границы звали Дин, Рой и Молли) и без приглашения плюхнулся в кресло. Впрочем, похоже, о светских манерах тут никто не имел ни малейшего представления. Два тёмных мага даже не потрудились встать, когда в комнату вошли девушки. С другой стороны, радовало, что номер оказался довольно большим и даже неплохо обставленным. Так что, места хватило всем. Целительница всё-таки догадалась предложить гостям сесть.

– Ну вот и всё. – Сказал Рик обращаясь к своей группе. – Завтра мы распрощаемся. Я поеду навстречу своим родичам, а вы – на границу с обозом. Полагаю – вас оставят в первой крепости до моего возвращения. Всё равно выживших Миральди тоже придётся везти в ту крепость, где обучают новобранцев. Так что расстаёмся мы не надолго.

– Они примерно в трёх днях пути отсюда. – Сказала Стефа, связывавшаяся с отцом через зеркало полтора часа назад. – Не проще ли нам дождаться здесь и поехать на границу уже всем вместе?

– Не проще. – Ответил Рик. – Ты же знаешь, тёмных объявили вне закона. Всех, кто не носит вот такую форму. – Он указал на пограничников. – Здесь конечно, ввиду близости границы чёрной пустоши, на эти законы смотрят сквозь пальцы, но если вас найдут агенты королевы, местные власти не посмеют ослушаться прямого приказа. Вас попытаются арестовать. А бежать отсюда некуда. За пределами города, с наступлением темноты, вас ждёт верная смерть.

– Почему? – Спросила Элли.

– Нежить ночью становится очень шустрой. – Ответил Дин, стихийник из стражей границы. – А вы не обучены.

– Нежить?! Здесь?! В двух дневных переходах от границы?! – Удивилась Стефа. – А как же ваша хвалёная стена? Десятиметровой высоты и трёхметровой толщины! Магически укреплённая! Со встроенной защитой от нежити!

– Стена это не панацея. – Вздохнула Молли. – Они обходят её по горному хребту на юге. А в последнее время, ещё и подкопы под неё стали рыть. Такое чувство, что они становятся разумными. Или их кто-то направляет. Нас очень мало. Мы не успеваем перехватывать всех. Они прорываются, и мы ловим их уже по эту сторону стены. Иногда слишком поздно. Они как-то научились выманивать людей из домов из под защиты периметров. И эти люди пополняют их ряды.

– То есть, вы хотите сказать, что по эту сторону границы их так много, что любой человек, вышедший ночью на улицу обязательно попадёт в их лапы? – Уточнила Элли. – Почему же тогда они не уходят вглубь королевства?

– Не настолько много. – Ответил Рой (некромант). – Но пережить ночь на открытой местности без периметра вряд-ли получится. Нежить вас почует за несколько километров. А вот почему они не уходят, это вопрос интересный. И ответа на него нет ни у кого. Ещё лет десять назад всё было гораздо проще. Совсем без прорывов конечно не обходилось, но мы легко находили и убивали попавшую на эту сторону нежить. Зомби чуяли людей, выходили к ближайшим селениям, и тупо слонялись вокруг, не в силах преодолеть магические периметры, наложенные на дома, селяне отправляли к нам птицу с посланием, на место выезжала группа и упокаивала нежить. Сейчас зомби сбиваются в стаи, они научились выманивать людей из под защиты периметров, и как уже говорила Молли, эти люди пополняют их ряды.

– Насколько я знаю, аномалии появились в результате войны семьсот с лишним лет назад. – Внезапно подал голос Саша. – Как зомби вообще удалось просуществовать так долго?

– На территории аномалии их поддерживает в исходном состоянии её энергия. – Сказал Рик. – А здесь они питаются жизненной силой людей, которую выпивают вместе с кровью. Это даёт им возможность восстанавливать свое тело, если он было повреждено. Днём они сонные и слабые, зато ночью способны сравниться в скорости и силе со светлым магом под ускорением и усилением. Правда не все. Только те, которые уже загрызли человека. Укус этих тварей заразен. Даже если укушенный не умрёт от потери крови, у него начнется лихорадка и смерть наступит в течение суток. А потом запустится трансформация. Остановить заражение теоретически может некромант, а практически – у нас нет некромантов такого уровня. Пока нет. Чтобы справиться с этой задачей нужны как минимум магистры. Упокоить зомби может некромант при помощи специального ритуала. Обычные люди могут обезвредить зомби отрубив голову или повредив мозг. Например: выстрелом из револьвера. Но в последнем случае рубить голову всё равно придётся. Иначе встанут через пару часов. Они очень хорошо регенерируют. Даже полуразложившийся труп поднятый некромантом, напившись крови может полностью восстановить все ткани тела. Хотя до этого остаётся слабой и малоподвижной марионеткой в руках мага. Впрочем, в этих краях вы таких трупов не найдёте. Здесь, по понятным причинам, принято хоронить умерших на погребальном костре.

– Какие милые зверушки. – Поморщился Саша. – А как они выглядят?

– Как люди. – Ответил Рик. – Только кожа очень бледная и движения дёрганые, неестественные. Днём. Ночью ты ничего разглядеть не успеешь. Самый простой способ понять, что перед тобой нежить – окликнуть. Они не разговаривают. И не соображают. Там одни инстинкты. Точнее один инстинкт. Жрать.

– А вот это уже спорный вопрос. – Вздохнула Молли.

– Ладно… – Сказал Саша. – Но ведь изначально они были созданы некромантом. И, по идее, некроманты могут ими управлять. Почему вы не можете?

– Аномалия – дело рук архимага. – Ответил Рик. – И перехватить управление тоже способен только архимаг. Причём и они различаются по силе. Джереми Айвери в своё время с этой задачей справиться не смог. Элли будет сильнее, когда выучится. Возможно, у неё получится.

– Собственная армия зомби… – Протянула Элли. – Заманчиво. А там ещё и личи наверняка найдутся.

– Если ты сможешь их подчинить, – сказала Лейла, – Мы легко разделаемся с королевой.

– Рано об этом думать. – Сказал Рик. – Да и вряд-ли ты успеешь достичь такого мастерства в контроле над нежитью, к тому моменту, как Лилит нападёт на нас.

– С чего ты взял, что она нападёт? – Спросил Дин. – Уничтожить стражей границы с её стороны было бы верхом глупости. Кто тогда будет защищать Солтурен от нежити?

– И тем не менее, она нападёт. Я понимаю – новости сюда доходят медленно, но уж поверь мне на слово. У Стефы есть контакты в Редклифе и нам зачитали через зеркало несколько газетных статей. Не знаю, что творится у Лилит в голове, но она уже собирает армию и призывает к войне. Она ненавидит тёмных, уничтожить нас – цель её жизни. Видимо то, что будет после того, как она достигнет этой цели, её не волнует.

Одновременно с этим “оптимистичным” заявлением раздался стук в дверь. Наконец-то принесли еду.

За ужином разговор перешёл на тему последних событий, результатом которых стало бегство тёмных магов на границу чёрной пустоши. Рик рассказал стражам границы о том, как на самом деле умер король, и что произошло с Джереми Айвери и его младшей дочерью. А также о том, что случилось с родовыми замками тёмных. Завершил он свой рассказ перечислением новых законов, принятых королевой после смерти короля, для того, чтобы зачистить Солтурен от тёмных магов.

– Н-да… Ситуация швах. – Заключил Дин. – Даже не знаю примут ли вас. Скорее всего этот вопрос будет решать совет. Сильные маги нам конечно нужны, но если ценой за них станет война с Солтуреном…

– Да что ты такое говоришь?! – Перебила его Молли. – Граница принимает всех магов! Всегда так было! Воров, убийц, не важно. К нам на службу от хорошей жизни не идут. А тут невинно пострадавшие женщины и дети!

– За воров и убийц нам не приходится сражаться. – Сказал Дин. – Но шанс есть. Мы отчаянно нуждаемся в сильных магах. Ладно, давайте закругляться. Уже поздно, а завтра на рассвете мы должны покинуть город.

После этого все разошлись по своим номерам и улеглись спать. На этот раз они заняли аж три комнаты. Свободные номера были только одноместные и двухместные. Стефе достался одноместный, а Саше с Риком и Элли с детьми – двухместные.

Дети уснули практически сразу, а вот Элли не спалось. Да и как тут заснёшь после таких новостей? Провалявшись в кровати с пол часа, девушка не выдержала: встала, оделась и пошла выяснять, есть ли у Рика запасной план. Вариант с выдачей всей их дружной компании на откуп Лилит её категорически не устраивал.

Элли вышла в коридор и тихонько постучала в дверь номера Рика и Саши. Парни не спали. На это указала полоска света, пробивающегося из под двери.

– Открыто. – Послышалось изнутри.

– Что будем делать, если нас не примут на границе? – Спросила она с порога.

– Закрой дверь и сядь. – Вздохнул Рик.

Девушка окинула взглядом крошечную комнатку, всю мебель которой составляли две кровати и стол. Кровати уже были заняты Риком и Сашей, сесть рядом с кем-то из них не позволяли правила приличия. И тут на Элли снизошло вдохновение. Обо всех правилах она в этот момент благополучно забыла. Девушка прошла к столу. Запрыгнула на него одним плавным изящным движением и закинула ногу на ногу.

– Я хочу жить, Рик. – Сказала Элли, любуясь произведенным эффектом. Шокировать людей оказалось неожиданно приятно. – У тебя есть хоть какой-то план на случай, если нас не примут на границе?

– Есть. – Сказал Рик. – Если всё окажется настолько плохо, я уведу вас за стену в аномалию. Среди моих родичей осталось в живых четыре взрослых магистра некроманитии. Они смогут защитить вас от зомби, а агенты королевы туда не полезут. Там можно будет переждать некоторое время. Рано или поздно Лилит успокоится и поверит, что вас нет на границе.

В дверь снова постучали и в комнату вошла Стефа.

– Ох ты ж… – Выдохнула она глядя на Элли.

– Проходи, присаживайся. – Мило улыбнулась подруга и, подвинувшись, похлопала по столешнице рядом с собой. – Чувствуй себя как дома.

– Потрясающе. – Рассмеялась Стефа. – Ты так на него похожа. Если бы не платье, я бы перепутала.

– На кого? – Спросил Рик.

– На Маэлина. – Ответила Стефа. – У нас в общежитии тоже была очень маленькая комната почти без мебели, и он вот так же сидел на столе. Один в один. Поза, взгляд… Это не говоря уже о внешнем сходстве.

– Ну вот. – Протянула Элли. – Ты испортила мне весь эксперимент.

– Страшный ты человек. – Усмехнулась Стефа, подойдя к столу и став рядом с подругой. – Опыты на людях ставишь. Ну и как результат?

– Как у нас тобой: Рик изображал меня, а Саша тебя.

Стефа фыркнула и скинула Элли со стола прямо на Сашу. Тот вовремя поймал её, не дав скатиться на пол.

– Это я помогаю. – Заявила Стефа. – “Себе”.

– И кто тут теперь страшный человек? – Сквозь смех выдавила Элли.

– Ты. – Выдохнул Саша и внезапно поцеловал её в губы.

Стефа взгромоздилась на стол и закинула ногу на ногу. Элли вырвалась из Сашиных объятий и вскочила как ошпаренная. Она густо покраснела, волосы растрепались, а маленькие кулачки судорожно сжались.

– Ты… Ты… – Прошипела она.

– Ты зарываешься. – Холодно улыбнулась Стефа.

– Да я тебя сейчас… – Прорычала Элли поворачиваясь к ней.

– Ну попробуй. – Усмехнулась светлая, запуская магическое усиление.

Элли скрипнула зубами, развернулась и пулей выскочила из комнаты.

– Я, пожалуй, тоже пойду. – Сказала Стефа спрыгивая со стола.

Рик поймал её за руку.

– Ты любишь Маэлина? – спросил он.

– Мне так казалось, – пожала плечами девушка, – но, судя по тому что я здесь, Элли я люблю всё-таки больше. Рик, скажи, что с нами будет, если нам откажут в убежище на границе?

– Я в любом случае найду способ вас защитить. Не бойся. Всё будет хорошо.

Он отпустил её руку и Стефа покинула комнату. А через пятнадцать минут к ней в номер пришла Элли.

– Прости меня. – Вздохнула она, садясь возле подруги на кровать. – Я и правда зарвалась. Я не хотела тебя обидеть, просто не думала о твоих чувствах к Маэлину. Вообще ни о чём не думала.

– О Сашиных чувствах, очевидно, тоже. – Сказала Стефа.

– Ну свою сатисфакцию он получил. – Усмехнулась Элли.

– Кстати, как тебе поцелуй?

– Странно… Но вкусно… Вроде бы. Я не распробовала. Надо бы повторить.

Девушки дружно рассмеялась.


Элли всю ночь мучили кошмары. Причём самый отвратительный их вид. Когда выступаешь в роли убийцы, а не жертвы. Ей снилось, что она зомби засевший в овраге возле человеческой деревни и ждущий, когда кто-нибудь от-туда выйдет, чтобы его загрызть. Все мысли и чувства ей заменил голод, а ещё предвкушение острого дикого удовольствия от поглощения крови и жизненной энергии жертвы. Девушка несколько раз просыпалась в холодном поту, а потом снова проваливалась в тот же сон только уже в виде другого зомби.

В последний раз она очнулась перед рассветом, когда небо на востоке уже стало серым, и решила больше не спать. Элли встала, умылась в лохани с водой, предварительно подогрев её заклинанием, надела своё единственное платье, завязала хвост на макушке и уселась на кровать подобрав под себя ноги. Детей будить было пока рано, а ложиться досыпать самой – страшно. Оставалось только ждать.

Элли никогда раньше не страдала от дурных предчувствий. Да и не свойственно это тёмным. Но сейчас её буквально душили необъяснимые ощущения надвигающейся беды, безысходности и отчаяния. Отвратительный липкий страх ледяными щупальцами сдавливал сердце. Такое было с ней впервые, и она не знала как с этим бороться. Элли не понимала, что с ней происходит. Она ведь не боялась зомби, когда в компании Рика расстреливала их из револьвера на погосте в поместье Миральди. Конечно летящие во все стороны ошмётки мертвой плоти, это было мерзко, но тогда ей владел азарт, а никак не страх. Сейчас же всё её существо противилось тому, чтобы идти на границу. Но выбора не было.

Наконец в дверь постучала Молли и приказала собираться. Элли молча кивнула и закрыла дверь. Подняла детей, снова подогрела воду, чтобы они умылись, помогла одеться Тони, расчесала и завязала в хвост волосы Лейлы, затолкала в сумку свои немногочисленные пожитки и спустилась вместе с детьми вниз.

Все уже были там. Суетились, выносили сумки, что-то жевали на ходу. Даже Рик, который должен был ехать в другую сторону. Молли вручила Элли и детям по бутерброду с сыром и повела всех на выход. Рик на прощание потрепал её по голове и сказал, что всё будет хорошо. После этого пришлось перевязывать хвост. А вот в то, что что-то там будет хорошо веры как-то не прибавилось.

Все были сонные и, видимо от этого, какие-то особенно хмурые и раздражённые. Лошадей на всех не хватило. Элли пришлось ехать на крупе лошади Молли. Стефа и Саша взяли к себе в сёдла Лейлу и Тони.

Рой сказал, что в обозе ехать верхом не придется и им выделят место в повозке. Так и вышло. Обоз состоял из двух крытых и трёх открытых повозок запряжённых лошадьми. Везли в основном продукты. Элли с детьми оказалась в одной из открытых повозок, в окружении мешков с разными крупами, картофелем и луком. Саша и Стефа в другой. Верхом ехала только охрана.

Выдвинулись в путь сразу после того, как солнце показалось над горизонтом. Обоз двигался медленно, неспешно. От приглушенного стука копыт по грунтовой дороге и мерного покачивания телег, а ещё больше от того, что утро было уж очень ранним, людей неудержимо клонило в сон. Кто-то зевал во весь рот, кто-то клевал носом, детей сморило практически сразу, как они оказались в повозке. Они спали, с двух сторон навалившись на Элли. Тони положил голову ей на колени, подсунув под щеку ладошку, Лейла уткнулась Элли лбом в плечо. Сама девушка пялилась осоловелыми глазами, на проплывающие мимо пасторальные пейзажи и мысленно уговаривала себя, что ей и её друзьям ничего не угрожает. Спать хотелось, но не получалось. Тревога упорно не отступала. А между тем, ничто не предвещало неприятностей. Ярко светило солнце, пели птицы, местность вокруг хорошо просматривалась. Поля были только вокруг города, но редкий хвойный лес, не изобиловал подлеском, в котором могли бы затаиться зомби. Так что реального повода для беспокойства на самом деле не было. И тем не менее, на душе у Элли будто кошки скреблись. Зато Стефа и Саша в другой повозке непринуждённо болтали и совершенно не выказывали никаких признаков беспокойства.

Во время короткой остановки на обед Стефа спросила у Элли, что случилось. И тёмная рассказала ей о своих ночных кошмарах. Стефа попросила Сашу поменяться с Элли местами, но последнюю присутствие рядом подруги ничуть не успокоило. Она напряжённо вглядывалась покрасневшими от недосыпа глазами в каждый куст, мимо которого они проезжали, разговор не клеился. В конце концов, Стефа не выдержала и усыпила подругу заклинанием, решив, что, если вдруг ей опять приснится кошмар, сможет это заметить и разбудит её. Но на этот раз обошлось. Элли проспала остаток дня, положив голову Стефе на плечо. К счастью, без снов. Разбудила она её, только когда обоз остановился на ночь.

До постоянного места ночёвки обоза они добрались за час до заката. Это оказался длинный деревянный сарай, окружённый, как и все постройки в этом негостеприимном краю, периметром защищающим от нежити. Внутри вдоль стен были расположены широкие деревянные лавки с соломенными тюфяками, в углу находилась печь и там же рядом с ней – поленница с дровами, посередине стоял стол с двумя длинными узкими лавками по бокам.

Печь растапливать не стали. Было и так слишком жарко. Почти середина лета как никак. Поужинали кукурузными лепёшками с козьим сыром и улеглись спать. Как ни странно, Элли уснула почти сразу, не смотря на то, что перед этим проспала почти четыре часа в повозке.

И тут же погрузилась в такой же кошмар, как прошлой ночью. С той только разницей, что теперь зомби, наблюдателем в теле которого она оказалась, уже не сидел в засаде. В толпе себе подобных он шёл на штурм крепости. Но это было ещё не всё. Им кто-то управлял. Это быстрое сильное и смертельно опасное тело было лишь марионеткой в руках некроманта. Управляющие нити тянулись куда-то далеко на запад. Вглубь аномалии. Кукловод находился за несколько километров от места действия.

Нежити было огромное количество. Не меньше трёх сотен. И во многих из них Элли видела магический дар. В “своём” зомби, кстати, тоже. А значит, он был личем. Тёмным. Точнее она определить не смогла, так так даром он не пользовался. В начале он бежал по лесу в толпе себе подобных. Потом вся эта толпа резко и абсолютно синхронно остановилась, и в этот момент Элли сквозь деревья разглядела впереди высоченную стену и крепость у её подножья. Эти строения переливались в свете луны всеми оттенками зелёного. Так для нежити выглядел защитный периметр.

Вперёд вышел лич со светлым даром. Что конкретно он делал Элли понять не смогла. Потоки светлой магии она не видела. Но минут через десять периметр на стене крепости мигнул и пропал. Толпа нежити к этому моменту успела перегруппироваться, пропустив вперёд зомби, у которых не было магического дара, и, когда периметр исчез, сразу же ринулась на штурм. Расстояние до крепости они преодолели секунд за десять, ворота просто продавили внутрь своими телами, даже не притормозив, пятерых часовых смели, задавив числом. И никакая магия их не спасла. Они успели убить от силы десяток обычных зомби, до того как их загрызли ворвавшиеся следом за первой волной личи. Кстати, простые зомби почему-то никого не кусали. Все жертвы достались магически одаренными личам. Наконец-то кто-то в замке поднял тревогу и из него стали выбегать люди, началась свалка. И вновь Элли заметила, что обычные зомби никого не убивают. Ценой огромных потерь они ловили, обезвреживали и передавали личам на съедение магов крепости. Сами личи держались позади и в гущу сражения не лезли. И тут личу, наблюдателем в теле которого оказалась Элли, тоже передали жертву. Тёмного мага в бессознательном состоянии, с разбитой головой и лицом залитым кровью. Совсем мальчишку. Лет четырнадцати. Не больше. У лича от запаха крови пробудился просто дикий голод, Элли же выворачивало от омерзения. И от осознания того, что ей всё же придется это пережить. И вот, когда лич уже потянулся зубами к горлу своей жертвы, она каким-то образом смогла на пару секунд перехватить над ним контроль и заставить его отпрянуть.

В этот момент Элли и заметили. Некромант, управлявший этой армией зомби почувствовал присутствие конкурента. И вышвырнул её сознание из тела лича.

Элли открыла глаза. Её тело сотрясала крупная дрожь, зубы стучали, одежда пропиталась холодным потом, волосы намокли и прилипли к лицу, магический резерв был пуст и будто выжат досуха.

Её держал на руках Саша, а Лейла вцепившись в её ладонь, переливала ей свою ману. Резерв девочки был опустошён больше чем на половину. Вокруг столпились люди. Все, кто был в обозе. Элли встретилась взглядом с Роем. Некромантом из охраны.

– Что ты видела? – Спросил он.

– В-вы п-потеряли крепость. – Заикаясь и стуча зубами прохрипела Элли.


К рассказу Элли стражи границы отнеслись с недоверием, заявив, что за пять веков, что стоят эти крепости, внутрь ни разу не прорывались зомби. Разве что сами маги притаскивали на опыты. Стражам было легче поверить, что девушка больна или не в себе, чем в то, что одна из пяти их крепостей пала. Тем более, близость границы всегда давила на психику магам, и кошмары тут были обычным делом. Только вот в конвульсиях при этом, как правило, никто не бился. Да и утекающая, как вода сквозь пальцы мана и неудачные попытки разбудить в исполнении двух целителей, как-то не вписывались в концепцию обычного ночного кошмара.

Остаток ночи Элли провела сидя на своем тюфяке в компании Саши и Стефы. Поначалу с ними сидела и Лейла, но её быстро сморило в сон. Всё-таки ребёнок. Элли же больше этой ночью лечь спать не рискнула. А Саша так и не выпустил её из своих объятий. И сопротивляться этому не было ни сил ни желания. Присутствие в непосредственной близости живого человека очень помогало успокоиться, после всего пережитого в теле нежити.

На рассвете обоз снова выдвинулся в путь. Элли поехала в повозке со Стефой, и та её опять усыпила. Только на сей раз, Элли сама об этом попросила. И снова её дневной сон обошёлся без кошмаров. Стефа даже не стала будить подругу на обед. Так Элли и проспала до самого приезда в крепость.

Глава 8. Финишная прямая

Маэлин уже больше двух недель жил в королевском дворце. Как он и предполагал, Лилит пригласила его сама. О том, какой вклад он внёс в поимку Уильяма Стентона, она не знала, а все остальные детали его биографии за исключением того, что Маэлин был сыном той самой менталистки, которая, до своего исчезновения, занималась самыми тяжёлыми случаями психических расстройств и даже ухитрялась возвращать своих пациентов к нормальной жизни, считала несущественными мелочами. Это-то и стало главной причиной её интереса к Маэлину. Лилит возлагала на него очень большие надежды. Только вот оправдать эти надежды у него пока не получалось.

За две недели жизни во дворце, помимо того, что выжил от-туда всех других врачей, занимавшихся лечением Юджина, Маэлин добился только того, что смог подобрать для принца подходящие дозировки лекарств, при которых к его сознанию по идее должно было получиться пробиться. Но Юджин по-прежнему не реагировал на внешние раздражители, а держать такую дозировку больше месяца было нельзя. Это нанесло бы его мозгу необратимые повреждения. Более того, эти лекарства вызывали привыкание, и даже после месяца их приёма предстояло лечить Юджина ещё и от наркотической зависимости. Но выбора особо не наблюдалось.

Марико, при лечении таких пациентов, глушила им эмоции при помощи своего дара, Маэлин же такими способностями не обладал. Он мог лишь чувствовать чужие эмоции, но не воздействовать на них. Поэтому и приходилось пользоваться лекарствами. К тому же, при контакте с Юджином, Маэлин снимал страж разума только для того, чтобы проверить, как действуют лекарства, и тут же поднимал щиты обратно. Перспектива сойти с ума за компанию с принцем его не прельщала.

Главная проблема заключалась в том, что у Маэлина было ограничено время. Если он не сможет за ближайший месяц пробудить в Юджине желание жить, то потом, когда придется начать снижать дозировки лекарств, шансов его вылечить не останется совсем. Всё-таки у Марико, в этом плане, было неоспоримое преимущество. Она могла заниматься своими пациентами как угодно долго. Но обычно первый период, за который ей удавалось вывести пациента на контакт, занимал от месяца до трёх. Так что шанс был. Хоть и небольшой.

Помимо подбора лекарств для принца, Маэлин занимался ещё и сбором информации о нём. Он отчаянно нуждался в чём-то, что могло бы вызвать у мальчишки положительные эмоции. В чём-то, что было ему дорого. И, в конце концов, такая вещь нашлась. Точнее не совсем вещь. Маэлину удалось выяснить, как так случилось, что в четырнадцать лет Юджин уже инициированный маг. Оказалось, что два года назад ему подарили охотничьего котёнка, а потом этого котёнка смертельно ранили. На королевской охоте случайно попали стрелой прямо в сердце. Мальчик к своему питомцу успел привязаться достаточно сильно, чтобы это спровоцировало инициацию. А светлая инициация порой творит чудеса. Животное выжило. Сейчас уже вполне взрослый кот, по случаю болезни принца, оказался заперт в вольере, а обычно он жил у Юджина в покоях и свободно разгуливал по дворцу. Вот этого-то кота ему Маэлин и привел. Белого пушистого и совсем ручного. И не скажешь, что охотничий. А ведь такой зверь, не особо напрягаясь, мог задрать даже оленя. Собаку, кстати, тоже мог.

Поначалу казалось, что план не сработал и принц кота игнорирует точно так же, как и все остальные внешние раздражители, но, после того как Маэлин покинул камеру, он наконец-то увидел через следящий амулет хоть какой-то сдвиг в поведении Юджина. Кот настойчиво лез к хозяину, бодая его руки лбом, и в конце концов просунул голову под одну из них, явно ожидая привычной ласки. И, как ни странно, дождался. Юджин начал чесать его за ухом. Всё так же безучастно глядя прямо перед собой. И всё же это была хоть какая-то реакция. Кот громко мурчал, прикрыв глаза от удовольствия и положив большую лобастую белую голову на колени мальчишке, а у Маэлина, впервые за всё время, проведённое в столице, просыпалась надежда на благополучный исход этого безумного предприятия. Только бы успеть. Всё-таки месяца слишком мало.


Элли уже неделю жила в крепости на границе чёрной пустоши. В одной из пяти крепостей, охраняющих проходы за стену. Впрочем, у данной конкретной крепости была и другая функция. Она служила своеобразным перевалочным пунктом между пограничьем и Солтуреном. Именно сюда доставлялись съестные припасы, почта и всё остальное, в чём возникала надобность у стражей границы. Здесь происходило распределение, и к другим крепостям уезжали повозки с различными грузами. Повозки эти передвигались по самому безопасному из возможных путей. По стене. Сверху. Её толщина была вполне достаточной, чтобы там спокойно могла проехать телега запряжённая лошадьми.

Сама крепость стояла у подножия стены, отгораживающей Солтурен от всего остального мира, охраняя ворота на ту сторону, и представляла собой город в миниатюре. Помимо замка, в котором жили в основном маги (Их, кстати, здесь обитало не так уж много. Всего тридцать штук. То есть десять боевых троек), были тут и конюшни, и кузница, и портняжная мастерская. Не обошлось и без бани, прачечной и столовой. Обычных людей в крепости насчитывалось не меньше трети от общего количества, и все они были заняты какой-то работой.

Только Элли и её группа слонялись по территории изнывая от безделья. По приезде в крепость, им выделили комнаты в замке, и на этом оставили в покое, посоветовав сидеть тихо и не высовываться.

Приём новичков на службу и их обучение проходили не здесь. Обычно их сразу увозили в соответствующую крепость, но в этот раз, из-за того, что Рик уехал за другой группой, Элли и компании пришлось задержаться. Он должен был сам довезти рекрутов до крепости, в которой проходило обучение, и представить главе стражей границы и совету. Даже то, что он отправил их с обозом, уже являлось нарушением правил. Впрочем, учитывая сложившиеся обстоятельства, вряд-ли кто-то стал бы его за это осуждать.

В первый же вечер, по приезде в крепость, Элли попыталась поговорить с комендантом на тему своих ночных кошмаров. Она была достаточно настойчива, чтобы добиться “высочайшей” аудиенции. Только вот он не стал её слушать, заявив, что кошмары тут снятся почти всем магам. Это просто влияние аномалии и не стоит обращать внимание на такие мелочи. И вообще у него нет времени заниматься подобной ерундой. Если она не в состоянии справиться со своими нервами самостоятельно, то может обратиться к целителям. Они выдадут снотворное.

Разумеется, такой вариант Элли не устроил. Что-то ей подсказывало, что уснув ночью, она имеет все шансы больше не проснуться. А жить Элли хотела. Очень. Поэтому спала днём под действием заклинания Стефы. Еду для неё тоже забирала из столовой подруга. Днём, пока Элли спала, за детьми присматривали Саша и Стефа, а вечером вся компания собиралась в комнате Элли. Эти посиделки стали традицией, ещё когда они плыли на пароходе. Только там у них была гитара, которую парни одолжили у кого-то из команды корабля. Оказалось, что оба вполне прилично умели на ней играть.

Здесь же культурная программа сводилась к игре в карты, травле анекдотов и разговорам на отвлеченные темы. Впрочем, такое времяпровождение тоже было далеко не скучным. Компания подобралась друг другу под стать. Все любили читать и знали множество интересных историй от сказок до страшилок. Последние лучше всего удавались у Элли. Некромантка как никак. У Саши же оказалось замечательное чувство юмора. Настолько, что Элли пришлось навесить на дверь магическую звукоизоляцию, чтобы не будить других обитателей замка взрывами дружного гомерического смеха из своей комнаты.

И всё же, большую часть ночи, некромантка была вынуждена проводить в одиночестве. Друзья уходили спать, а она оставалась ждать рассвета и обдумывать своё незавидное положение. У неё, конечно, теплилась надежда, что удастся добраться до библиотеки стражей границы, о которой так много рассказывал Рик, и найти там какое-то средство защиты от ментального контакта с нежитью для некромантов. Но ведь до сих пор Элли вообще не слышала, чтобы какой-то некромант смог наладить такой контакт с нежитью поднятой не им. По идее ментальный контакт некроманта с нежитью должен был по умолчанию давать возможность этой нежитью управлять. У Элли же во сне таких способностей не наблюдалось. Да ещё и конкурент обнаружился, который действительно управлял. И это было самое страшное. Девушка чувствовала, что, при желании, он запросто сможет её убить. Вытянуть всю ману и жизненную силу до последней капли.

Пока Элли не вступила в ряды стражей границы, необходимость бодрствовать по ночам не являлась серьёзной проблемой. Но ведь, в ближайшем будущем, ей предстояло приступить к занятиям, которые однозначно будут проходить днём. Решение проблемы следовало найти раньше. Иначе у Элли совсем не останется времени на сон.

Окончательно юная некромантка уверилась в том, что ночью спать ей нельзя, после того как пришли вести из самой южной крепости, стоявшей почти вплотную к горному хребту. Оказалось, что погибли там не все. Двум боевым тройкам удалось сбежать. И рассказывали выжившие маги то же самое, что четыре дня назад видела Элли глазами зомби.

В крепости, в которой она с друзьями была вынуждена дожидаться Рика, беглецы были проездом. Остановились буквально на час, чтобы доложить коменданту о потере южной крепости, поесть и взять припасы в дорогу. Они направлялись в северную крепость, в которой обитало руководство стражей границы. Помимо коменданта, маги поделились новостями, за ужином в столовой, со всеми желающими слушать. Информация секретной не была. Да и невозможно сохранить такое в секрете.

Услышав что произошло, Элли решила, что комендант захочет поговорить с ней снова по поводу её кошмаров. Всё-таки, три дня назад, она довольно подробно пересказала ему свой сон о захвате крепости. Но комендант о ней даже не вспомнил. Очевидно, он вообще не связал между собой эти события. А группа магов из сопровождения обоза, воочию видевших, что происходило с Элли во время захвата нежитью той крепости, опять уехала в город. Что ж… Оставался ещё Рик. И Элли не сомневалась, что уж он то сделает всё возможное, чтобы решить её проблему со сном. Главное, чтобы это решение в принципе существовало… Нет, не стоит об этом думать. У Рика огромный багаж теоретических знаний. Он обязательно найдет выход из сложившейся ситуации. Ведь Элли нужна ему, чтобы снять блок с его дара. Он не допустит, чтобы она так глупо погибла.

Примерно так Элли успокаивала себя всю эту бесконечно долгую неделю в ожидании Рика. Только всё получилось совсем не так, как она рассчитывала.

Сначала ей пришлось долго, церемонно расшаркиваться с его многочисленными родичами, которых он привёл с собой в крепость. Потом ужинать с ними же в столовой, поддерживая светскую беседу ни о чём (А ведь серьёзных и важных тем для разговора, при желании нашлось бы более чем достаточно). Затем ждать, пока они покончат с банными процедурами и наконец-то улягутся спать. И в конце концов, ещё около десяти минут стоять на карнизе за окном Рика в ожидании, когда он останется в комнате один. И приспичило же его матушке пообщаться с сыном так не вовремя. Вот хорошо Стефе: сидит сейчас, со своими родичами разговаривает. И никто ей не указ. Хоть всю ночь может провести у них в комнате. Другое дело Элли, которой пришлось нарушить все существующие правила приличия, для того чтобы поговорить наедине с единственным человеком, который, как ей казалось, мог помочь в данной ситуации. Ну не рассказывать же о своих ночных кошмарах всей его родне. Так и чёкнутой недолго прослыть.

Когда Маргарет Миральди наконец вышла из комнаты, Элли тихонько поскреблась в окно.

– Мелкая, ты совсем сдурела?! – Возмутился Рик, затаскивая её внутрь. – Что ты тут забыла?

– У меня проблема. – Прошипела Элли. – С даром. Серьёзная. И я очень надеюсь на твою помощь.

– Рассказывай. – Тяжко вздохнул Рик. – Только быстро. А то я уже почти сплю. Устал зверски.

Элли и рассказала. И про сны, и про зомби, и про некроманта, который ими управляет, и про то, что он скармливал людей только личам, а обычных зомби использовал как пушечное мясо. Особенно Рика впечатлил рассказ об опустошённом резерве Элли и ополовиненном Лейлы после эдакого “сна”. Теперь никаких сомнений по поводу того, что это всё не являлось обычным ночным кошмаром, у него не осталось. А закончила Элли своё повествование историей о том, как три дня назад в крепость пришли шесть магов переживших это все наяву.

– И что, ты всё это время спала только днём? – Спросил Рик.

– Да. Я так понимаю – ты тоже не знаешь, что мне с этим делать? – Вздохнула Элли.

– Правильно понимаешь. Я о таком даже не слышал. Но не паникуй раньше времени. В Морских воротах тебе кто-нибудь обязательно поможет. Тёмные маги наставники там может и не самые сильные, но опыта им точно не занимать. Да и в библиотеке порыться можно будет. Здесь книги по некромантии не жгли. Так что есть хороший шанс найти решение этой проблемы. Ждать осталось недолго. Завтра утром выдвигаемся, через два дня будем на месте. А там уже что-нибудь придумаем.

– Морские ворота это крепость в которой мы будем учиться?

– Да.

– Понятно. Я пойду. Тебе надо высыпаться. – Сказала Элли и выскользнула в окно, раньше чем Рик успел что-нибудь ответить.

Она была разочарована. Её надежды на быстрое решение проблемы не оправдались. И не известно ещё, смогут ли ей помочь в этих Морских воротах. Ещё и эта дурацкая конспирация. Как будто ей и без неё проблем не хватало. Но теперь, в окружении такой толпы родичей Рика, Элли просто не могла в наглую заявиться к нему в комнату у всех на глазах. Всё стало очень сложно. Вряд-ли им позволят сохранить дружеские отношения. Во всяком случае, в их первозданном виде. Теперь, в обществе пятнадцати тёмных аристократок и их детей, Элли предстояло снова начать соблюдать определённые правила. Те самые правила, которые так прекрасно получалось игнорировать весь последний год. И сей факт её совсем не радовал.

Впрочем один человек, который плевать хотел на все эти условности, у Элли ещё остался. И этот человек сидел за столом в её комнате и что-то то ли писал, то ли рисовал в тетрадке в тусклом свете масляной лампы.

Элли спрыгнула с подоконника и зажгла магический светляк.

– Ну и где ты бродишь? – Спросил Саша, подняв голову от тетради.

– Угадай с трёх раз. – Усмехнулась Элли.

– Вариантов то не много. Что сказал Рик? Он знает как решить твою проблему со сном?

– Нет. – Вздохнула Элли, забираясь с ногами на кровать. – Он о таком даже не слышал.

– А что если попробовать адаптировать под тёмную магию страж разума?

– У меня недостаточно знаний, но там, куда мы направляемся есть книги по некромантии. Адаптировать не получится, но закрепить систему тёмных щитов на знаке по тому же принципу, думаю, смогу. Надо только разобраться каких именно. Хотя может это и не понадобится. У меня ещё осталась надежда, что все изобретено до нас.

Элли встала и принялась расхаживать по комнате. Так ей почему-то легче думалось.

– Знаешь, создаётся ощущение, что это как раз страж разума сделан на основе тёмного заклинания. Слишком уж нетипичная для светлых конструкция. И я даже знаю два тёмных щита, выполняющих функции аналогичные светлым, входящим в состав этого заклинания. И как раз из области некромантии.

– Насколько я помню, их в страже разума пять…

– Ну да. Только я знаю всего два. Некромантии меня почти не учили. Я должна была стать артефактором. Но ведь у нас будет доступ к библиотеке. Да и Рик наверняка что-нибудь вспомнит, когда мы ему подкинем эту идею. Слушай, а пошли сейчас к нему? Если ты со мной, то можно и через дверь.

– Элли, будь человеком, дай ему отдохнуть. Он неделю был в дороге.

– Да. Точно. Жаль…

– И вообще какой чёрт тебя дёрнул лезть к нему в окно? Тем более на втором этаже. Убиться бы не убилась, но ноги запросто могла переломать при падении с такой высоты.

– А что, мне надо было по-твоему рассказывать о своих снах при всех его родичах, чтобы они решили, что я спятила? Или заявиться к нему в комнату ночью у всех на глазах, чтобы завтра они дружно обсуждали мой моральный облик? Поверь, если бы я пошла через дверь, это бы точно не осталось незамеченным.

– Сама сказала, что если бы я пошёл с тобой, можно было и через дверь.

– Я не подумала…

– Ну правильно: сначала делаешь, потом думаешь. Все как всегда.

Элли запустила в него подушкой и схватила вторую. Обидеться сейчас она была не в состоянии. От вспыхнувшей с новой силой надежды на благополучное решение проблемы, угнетавшей её уже больше недели, настроение Элли взлетело до небес. Но проучить нахала всё равно следовало. Нечего тут читать нотации.

– Вообще-то я сильнее. – Поймав подушку, усмехнулся Саша.

– А я маг. – Заявила Элли, приподняв одну бровь.

– Ну держись, маг. – Коварно улыбнулся парень и пошёл на неё.

Впрочем, попасть по шустрой и вёрткой девчонке подушкой оказалось не такой уж простой задачей. Так что прилетало, в основном, Саше. А через несколько минут Элли и вовсе уложила его на лопатки подставив подножку. Благо Саша в полёте успел зацепиться рукой за стол и приземление на пол вышло не слишком жёстким. Так она ещё и сверху уселась, продолжая дубасить его своим шуточным оружием.

– Сдаюсь. – Выдавил он сквозь смех, отбирая у девушки подушку, и подсовывая себе под голову. – Хватит. Слезь с меня, провокатор.

Элли удивлённо приподняла одну бровь. Потом до неё дошло в чём собственно состоит провокация и она густо покраснела, но, вместо того чтобы слезть, резко наклонилась вперёд и поцеловала Сашу в губы. Старательно заменяя отсутствие опыта энтузиазмом. Жертва не шевелилась, видимо впав в кратковременный ступор от столь неожиданного поворота событий. Потом Элли слегка отстранилась и с нездоровым интересом уставилась на своего подопытного. Ничего такого особенного она не почувствовала. И в чём тогда смысл сего действа?

Похоже последнюю фразу она произнесла вслух, потому что Саша наконец-то отмер, обнял её одной рукой за спину, другую запустил в волосы на затылке, и потянул на себя. Этот поцелуй получился лучше. Гораздо лучше. До мурашек по коже и волн жара по всему телу. До затвердевших сосков и тянущей боли внизу живота.

– Если ты сейчас же с меня не слезешь, поцелуями мы не ограничимся. – Хрипло прошептал Саша отпуская Элли.

На этот раз она вняла предупреждению и скатилась на пол, чудом разминувшись с ножкой стола. Саша не просто ушёл. Он сбежал. Иначе это и не назовешь. А Элли ещё минут пять сидела на полу и невидящим взглядом пялилась на закрывшуюся за ним дверь. Хотелось бежать следом. Но чтобы хорошенько настучать ему по башке или чтобы попросить вернуться, так сразу и не поймёшь. В итоге она подавила оба этих порыва, так и не определившись чего всё-таки хотелось больше.


Следующим утром отряд выдвинулся в путь. В крепости им выделили три большие повозки. Подняли их на стену вместе с лошадьми на большом грузовом лифте. Женщины и дети из клана Миральди заняли две из них, а в одну погрузились Элли с детьми, Стефа с родителями и братьями и Саша с Риком. Отец Стефы взялся править повозкой, мать – занялась детьми, причём как своими так и чужими, а Элли мертвой хваткой вцепилась в Стефу и Рика с требованием срочно создать тёмный ментальный щит на основе стража разума.

Впрочем, им и самим понравилась эта идея. И у Рика оказалось вполне достаточно теоретических знаний, чтобы воплотить её в реальность. В итоге уже к обеду они со Стефой общими усилиями разобрались какие именно щиты следует навесить на знак, объяснили Элли, как это сделать и даже намолевали сам знак у неё на шее сзади под волосами. Рисовал на сей раз Рик. Своей кровью. Ни на какой другой субстанции тёмные заклинания не работали. И в отличие от знака Стефы, набитого в виде татуировки, Элли предстояло обновлять свой каждый день. Впрочем, рисовать его можно было и на лице. Так что особых сложностей не предвиделось.

Весь остаток дня Элли училась управляться с новым заклинанием. А вечером, когда они остановились на ночёвку в ещё одной крепости, впервые за последнюю неделю, решилась лечь спать после заката солнца. Правда под присмотром Стефы и её родителей поделивших ночь на три дежурства. Томас и Венди Сандерс видели как друзья составляли заклинание, а Стефа ещё прошлым вечером рассказала им о взбунтовавшемся даре своей подруги некромантки. Так что они сами вызвались помочь.

К счастью всё обошлось. Заклинание работало, и Элли спокойно проспала всю ночь. А утром, помимо Стефы и её семейства, обнаружила в комнате ещё и Сашу, спящего на стуле у двери. К слову, после того поцелуя они так ни разу и не заговорили друг с другом. Правда вчера Элли несколько раз ловила на себе его взгляд, но он тут же отводил глаза. И что, спрашивается, его опять не устроило? Он же сам за ней ухаживал: цветы дарил, на руках носил… Правда последнее он делал, по большей части, когда она была без сознания или близко к тому. А тут она сама его поцеловала и он… Обиделся? Смутился? Передумал? А может ему просто не понравилось? Да нет, вроде понравилось. Тогда что не так-то?! И что в таком случае он тут делает? Хотя это как раз понятно: он боится за её жизнь. Охраняет её сон. Даже если он в неё больше не влюблён, другом он от этого быть не перестал. Или влюблён?Чёрт, как же трудно понять, что чувствуют другие люди. Ладно ещё тёмные. Спектр их эмоций не так уж велик, светлые тоже довольно предсказуемы, так как дар накладывает отпечаток и на их поведенческие реакции, главное эти реакции хорошенько изучить, но обычные люди это нечто совершенно непостижимое. Они могут вести себя и как светлые, и как тёмные. Причём это может делать один и тот же человек в разные моменты времени. Нет. Гадать бессмысленно. Значит надо спросить. Но сначала можно немного похулиганить. Раз уж первая проснулась. Стефа, которой досталось последнее дежурство, мирно посапывала на стуле возле кровати Элли.

Тёмная соскользнула на пол и, на цыпочках подкравшись к Саше, громким выразительным шёпотом сказала ему на ухо: ” Бу!”

Парень так сильно дёрнулся спросонья, что завалился назад вместе со стулом и с грохотом рухнул на пол. Проснулись все. Элли конечно не ожидала столь бурной реакции, но получилось забавно. Переполох вышел – что надо. Сашу подняли и принялись осматривать на предмет повреждений, а Элли отчитали за дурацкую шутку и отправили в ванную комнату умываться и переодеваться.

К слову, никакой ванной там и в помине не было. Только кадка с водой для умывания. Мыться целиком полагалось в бане. Туалет тоже был общественный и находился во дворе. В замке отсутствовали канализация и водопровод. Впрочем эти блага цивилизации были редкостью даже в столице. Из всех городов Солтурена наличием водопровода и канализации в каждом жилом доме мог похвастаться только Редклиф. Что уж тогда говорить о полудиком пограничье?

Потом в ванную загнали и Стефу, видимо забыв, что она лучшая подруга Элли. А через пять минут туда пришла мама Стефы, обнаружила девушек оживлённо болтающими и смеющимися, выдворила их обратно в спальню и позвала умываться детей.

Когда Элли вернулась в комнату, Саши, к сожалению, там уже не было. Впрочем, сожаление длилось недолго. Он выловил её в коридоре по пути на выход. Обнял со спины и прошептал на ухо: “Тебе так понравилось валять меня по полу, что ты теперь будешь делать это при каждом удобном случае?”

– А тебе нет? – Уточнила Элли, развернувшись и встретившись с ним взглядом.

– Не при таком скоплении народа. – Усмехнулся Саша.

– Учту. – Кивнула Элли.

На секунду прижалась к нему, а потом высвободилась из объятий и почти бегом направилась к выходу из замка. Пора было завтракать и снова выдвигаться в путь.

Глава 9. Новые знакомства

Вот и подошло к концу это долгое путешествие. Элли уже около часа разглядывала крепость, в которой ей предстояло теперь поселиться, и, по мере приближения к ней всё больше проникалась мрачным очарованием этого удивительного места.

Крепость “Морские Ворота” не блистала изысканной архитектурой, да и вообще ничем кроме размера (втрое больше) не отличалась от других крепостей пограничья. Завораживающее впечатление производило само место, в котором она стояла. Здесь был конец стены, и, казалось, здесь же находился и конец мира. Крепость нависала над обрывом, за которым было видно только небо. По мере приближения к ней, в какофонию шелеста листвы, птичьего пения и других звуков леса постепенно вплетался далёкий шум прибоя. А когда повозки подъехали почти вплотную к крепости, Элли смогла разглядеть линию горизонта, где свинцово серое, затянутое тучами небо плавно перетекало в холодное северное море, почти не отличаясь от него ни цветом ни тоном.

День подходил к концу, небо стремительно темнело. Да ещё и дождь начал накрапывать. А когда группа оказалась во дворе крепости, начался настоящий ливень. С громом, молниями и даже градом. За считанные минуты, пока бежали к замку, все успели промокнуть до нитки. Впрочем, для тёмных магов это не стало проблемой. Они быстро высушили простыми бытовыми заклинаниями одежду и волосы себе и своим светлым спутникам. Потом довольно долго шли за Риком по длинным тёмным мрачным коридорам с каменными стенами и полом без всякой отделки и, наконец, оказались у массивной дубовой двери. Рик постучал и, дождавшись приглашения, вошёл в кабинет.

– Здравствуйте. – Сказал он. – В этот раз, я привёл не совсем обычную группу и, думаю, для того чтобы решить, принимать этих людей или нет, придётся собирать совет.

– Совет собирался ещё пять дней назад, когда от королевы пришло послание с требованием выдать твоих родичей и угрозами подвергнуть нас различным репрессиям, если мы не подчинимся.

– И что вы решили?

– А как ты думаешь? Рик, тебе ли не знать, как отчаянно мы нуждаемся в сильных магах? Горные Ворта захвачены нежитью. Погибло тридцать девять человек, двадцать четыре из них были магами. Нежить свободно ходит по эту сторону границы. Нападение было совершено не из-за стены. В данном случае, принять твоих родичей в наши ряды, это даже не дело принципа, это вопрос выживания.

– А Айвери? Я так понимаю, их Лилит хочет получить ещё сильнее?

– А вот это уже дело принципа. Даже если бы эти девочки не были будущими архимагами Элеонору Айвери, я бы ей не отдала.

– Понимаю…

– Ну раз понимаешь, иди объясняй своим родственницам местные порядки, а ко мне пригласи мою. Приняты все, присяга завтра утром, они должны быть готовы.

– С нами ещё приехал обычный человек. Не маг. Учёный.

– Пусть ждёт в коридоре. Я вызову его после Элли. Всё, иди.


Элли вошла в кабинет и встала столбом. За спиной гулко хлопнула закрывшаяся дверь, но она этого даже не заметила. Она вообще ничего не видела, кроме женщины, стоящей у окна и, чуть склонив голову набок, с интересом разглядывающей её. Молодой, лет двадцати пяти на вид. Но её окружал такой ореол силы и власти, что сразу становилось понятно – это не её истинный возраст. Она была миниатюрной, изящной, с очень короткой стрижкой, в чёрной форме пограничья с красными погонами светлого мага. И с лицом, которое Элли каждое утро видела в зеркале.

– Ну здравствуй, Элеонора. – Сказала женщина. – Давно хотела с тобой познакомиться, но как-то случая не представлялось. Меня зовут Марико.

– Та самая?

– Да.

– Так вот почему на границе чёрной пустоши не приживаются королевские шпионы! Вы промываете им мозги. Но как вам удаётся так долго сохранять в тайне своё местонахождение?

– Всё то же самое, что и со шпионами. – Усмехнулась Марико. – У всех, кто знает, что я здесь, стоит ментальный блок, запрещающий говорить обо мне с посторонними. Он воспринимается не как жёсткий запрет. Такое воздействие могло бы свести с ума. А этот блок просто угнетает желание упоминать меня в разговорах. Полностью угнетает.

– А Маэлин? Почему он ничего о вас не знает? Ведь он не знает?

– Не знает. Мы плохо расстались. По моей вине. Ему не особо интересно, где я и чем занимаюсь, а я закрываюсь от контактов через зеркало, но ты ошибаешься, думая, что он считает меня мёртвой.

– Понятно. Мне и моим друзьям тоже не упоминать вас в разговорах с ним?

– И тебе и твоим друзьям я поставлю такой же ментальный блок, как и всем остальным. Ты не сможешь заговорить обо мне ни с кем, кроме стражей границы, за пределами этой крепости. И это не обсуждается.

– Хм…

– Элли, этот блок стоит здесь у всех. Даже у высшего руководства. И никому ещё ничем не навредил. Я тебе не враг.

– На счёт моих друзей. Со мной приехал один человек. Не маг, но он будет вам полезен. Он учёный. Может делать оружие. И разную технику. И, возможно, взрывчатку. Если вы предоставите ему подходящие условия. Он из другого мира, в котором технический прогресс гораздо более развит, чем у нас. Его знания очень обширны. Дайте ему оборудование, которое он попросит, и результат превзойдёт любые ваши ожидания. Только не надо делать из него воина. Это всё равно, что забивать гвозди микроскопом.

– Обычного человека никто и не отправит воевать с зомби. Стражем границы может стать только маг. Не беспокойся, здесь твой друг найдёт применение своим талантам. Учёные нам нужны.

– Хорошо. И ещё с нами приехали дети. Что с ними будет?

– Ничего особенного. Инициированные маги будут учиться наравне со взрослыми, для не иницированных организуем специальную детскую группу. Няня у нас есть. Это далеко не первые дети, которые сюда попали.

– А младенец? У сестры Рика ребёнок совсем маленький. Всего месяц отроду.

– Что-нибудь придумаем. Ладно, Элли. На сегодня хватит разговоров. Ты запомнила дорогу до выхода?

– Да.

– На первом этаже справа от выхода дверь с табличкой “склад”. Зайдёшь туда, попросишь у интенданта форму. Потом выйдешь из здания и пойдёшь налево. Там будет баня. Твои спутники сейчас там. Тебе, как и всем, придётся подстричься. Этим занимается цирюльник в бане. Потом вас отведут в ваши комнаты и выдадут устав. Советую ознакомиться с ним сразу. Утром присяга. Всё. Иди.

Марико открыла дверь и Элли вышла, а менталистка пригласила войти Сашу.

– Проходи, садись. – Сказала она, указав на кресло для посетителей. Подошла к окну, приоткрыла его, достала сигарету без фильтра из портсигара, стоявшего на подоконнике, вставила её в мундштук и прикурила от специального многоразового артефакта. – Меня зовут Марико. Я здесь исполняю функции приемной комиссии. Промываю мозги шпионам, вправляю преступникам. В общем, работаю по специальности. Я ментальный маг.

– Александр. Приятно познакомиться.

– Не сказала бы, что тебе приятно, Саша. – Усмехнулась Марико. – Но не стоит меня так сильно бояться. Не то чтобы я не могла сделать то, о чём ты подумал, просто не вижу в этом особого смысла. Да, я действительно способна достать из твоей головы всё, что ты когда-либо видел или слышал, включая то, о чём ты уже не помнишь, но дело в том, что в реалиях нашего мира большую часть этих знаний использовать не получится. Ты же научился их адаптировать. Более того, у тебя есть наработки и из области техно-магии. Ты берешь в качестве образцов технические достижения своего мира, но в итоге делаешь нечто совершенно новое, подходящее для этого мира. Так что сканирования памяти можешь не опасаться. Тем более, мало кому удавалось сохранить рассудок после этой процедуры. А делать Элли своим врагом я не хочу.

– При чём тут Элли?

– Хотя бы при том, что она моя внучка. И она к тебе довольно сильно привязана. Нет. Она тебя не любит. И не полюбит. Тёмные маги на это не способны. Они и дружат-то весьма своеобразно: опекают тех, кто им полезен.

– А я-то чем ей полезен?

– Тем же, чем и всем остальным: знаниями, идеями. Она ценит в тебе твой интеллект.

– Значит у меня нет шансов?

– Почему же? И тёмные маги создают семьи. Можно разыграть эту партию так, что она даже сама поверит в свою любовь. Коктейль из страсти, ревности, собственнических чувств и уязвленного самолюбия – страшная штука. Вопрос в том, устроит ли тебя, что она никогда не ответит тебе взаимностью?

– Моей любви хватит на двоих. Но я не хочу с ней играть. Она не заслуживает такого отношения. Вы её просто не знаете.

– О да, я не знаю. – Рассмеялась Марико. – Она чудо. Ангел во плоти. А ты так и останешься для неё только другом, пока не передумаешь. Ладно, вижу – тебя не убедить. Пойдём, отведу тебя в твою комнату.


Элли получила у интенданта форму и отправилась в баню. Там, на лавке, в очереди к цирюльнику, молча сидели с хмурыми мрачными лицами десять тёмных аристократок из клана Миральди. Их дети с гвалтом носились по коридору. Ни Стефы ни её семьи здесь не было. Как и Лейлы с Тони. Те, кого уже подстригли, уходили через другую дверь в баню мыться. Очередь двигалась на удивление быстро. У цирюльника уходило не больше пяти минут на стрижку, и в голову Элли начали закрадываться нехорошие подозрения. Не налысо ли? У Марико стрижка была не длиннее двух с половиной сантиметров сверху и где-то пол сантиметра по бокам и на затылке. С плавным переходом. Красивая стрижка. И не смотря на то, что очень короткая, ей она была к лицу. Но можно ли сделать такое за пять минут? Вряд-ли.

Наконец, спустя почти полтора часа, очередь подошла к концу и Элли вошла в кабинет цирюльника.

– Здравствуйте. – Сказала она. – Вы можете сделать мне стрижку, как у Марико? Я заплачу.

– Не положено. – Буркнул здоровый бородатый мужик лет сорока, исполняющий здесь обязанности цирюльника.

– Ну пожалуйста. – Протянула Элли, состроив умоляющую рожицу. – Я правда заплачу. Сколько скажете.

– Слушай, девка, как думаешь, как к тебе отнесутся остальные воспитанницы, если у тебя будет стрижка, как у Марико? Садись давай и не выпендривайся.

Элли села на табурет, цирюльник накрыл её пеньюаром и взял в руки механическую машинку для стрижки с двумя длинными ручками. А дальше начался форменный кошмар. Ощущения были такие, будто половину волос машинка не состригала, а выдирала с корнем. Но Элли стоически вытерпела всё молча. Цирюльник подстриг её под насадку, оставляющую волосы длиной один сантиметр и сделал окантовку бритвой. Зеркала в кабинете не было. Видимо, чтобы свеже постриженные девушки не закатывали истерик прямо здесь. Впрочем, скорее всего, отсутствие зеркала их не останавливало.

Однако, у Элли желания оплакивать волосы не возникло. Из кабинета она выходила с удивительным ощущением лёгкости. Как будто ещё чуть-чуть и взлетит. А короткий ёжик мягких тонких волос оказался неожиданно приятным на ощупь.

Как выглядит такая стрижка Элли увидела через пять минут, когда вошла в парилку. Три девушки, которых подстригли до неё всё ещё были там. Конечно не как у Марико, но и ничего ужасного Элли в этой стрижке не нашла. Ну коротко. Но ведь здесь все так стригутся. К тому же, после душа, волосы оказалось достаточно просто вытереть полотенцем. В общем, сплошные плюсы.

А вот с формой всё получилось довольно печально. Она висела на Элли мешком. Да уж. С той что была надета на Марико, эта форма и рядом не валялась. У менталистки она была идеально подогнана по фигуре и явно пошита на заказ.

На выходе из бани, Элли и ещё пятерых девушек встретил Рик и повёл их обратно в замок. Он тоже успел подстричься и переодеться в форму.

– Ты останешься в крепости? – Спросила его Элли. – Или опять поедешь искать рекрутов?

– Не знаю. Это не мне решать, но неделю ещё точно буду здесь. А что?

– Ничего. Просто я никого тут не знаю.

– А Марико?

– Она моя родственница, и что с того? Сомневаюсь, что у неё возникнет желание со мной общаться. Да оно и к лучшему.

– Она тебе не понравилась? Но почему? Ты же дружила с Маэлином. Они очень похожи.

– Ты действительно не видишь разницы между эмпатом и менталистом? Мне не нравится идея, что кто-то будет ковыряться у меня в мозгах и что-то там менять по своему усмотрению.

– Она не будет. Кроме стандартного ментального блока, который стоит здесь у всех, она тебе ничего не сделает. Элли, она тебе не враг. Она ждала тебя. И выступала в твою защиту перед советом, когда Лилит прислала письмо с требованием вас выдать.

– Посмотрим. – Буркнула Элли и дальше шла молча. Конечно она не думала, что Марико будет намеренно ей вредить, но ведь она может сделать что-нибудь эдакое и из благих побуждений. Так что, лучше вообще лишний раз не привлекать её внимание.

Рик довёл Элли до её комнаты и пошёл провожать остальных девушек.

Комната оказалась даже меньше чем в общежитии УМИТа. По размерам она больше напоминала вагонное купе. Да и по планировке тоже: посредине, у окна, стоял стол, вплотную к нему, у стен – две узкие кровати (одна двухъярусная, другая обычная), над обычной висела длинная полка для хранения личных вещей, разделённая на три секции, возле двери находился умывальник (металлическая ёмкость висящая на крючке, вбитом в стену, с дыркой, просветленной в дне, и закрытой клапаном, при поднятии которого течёт вода) с раковиной и сливом в ведро. Над умывальником висело не слишком маленькое, но очень уж облезлое зеркало без рамы.

На одной из кроватей сидела Лейла и читала устав, на другой, отвернувшись лицом к стене и укрывшись одеялом подозрительно шмыгала носом Стефа.

– А где Тони? – Спросила Элли.

– С братьями Стефы. – Ответила Лейла. – Им выдали соседнюю комнату с её родителями. Это недалеко. Утром покажу.

– А что со Стефой?

– Волосы оплакивает.

Элли тяжко вздохнула и села на кровать рядом с подругой.

– Ну и что ты ревёшь? Волосы – не зубы, отрасут. И вообще, здесь все так ходят и трагедии из этого не делают.

– Волосы это самое красивое, что у меня было! – Всхлипнула Стефа перевернувшись на спину. – Посмотри на меня! Что они со мной сделали…

Элли посмотрела. Внимательно так. Короткая стрижка Стефе определённо шла. Причём гораздо больше, чем длинные волосы. Настолько, что это было трудно не заметить. Но кое-что всё же следовало изменить.

– А ты сама на себя смотрела? – уточнила Элли.

– Мне хватило того, что я смотрела на других!

– Вставай, несчастье ты моё. Зеркало вон оно. И тебя там ждёт большой сюрприз.

Стефа встала и подошла к зеркалу, а Элли, глядя на подругу, заподозрила, что ей самой выдали форму как минимум на размер больше, чем надо. Стефу эта одежда совсем не портила. Даже подчеркивала её фигуру. В то время как на Элли, болталась мешком.

Подождав пока подруга налюбуется собой в зеркале, Элли встала и заглянула ей через плечо.

– Помнишь, ты сделала, чтобы у меня брови и ресницы росли на два тона темнее? Сделай себе так же, только на три тона. И волосы тоже затемни.

Стефа сделала.

Её лицо теперь выглядело гораздо выразительнее. Серо-зелёные глаза стали казаться ещё ярче и больше в обрамлении почти чёрных пушистых ресниц, а тёмно-русые волосы выгодно оттенили светлую, розоватую кожу и сделали черты лица чётче.

– Отлично. – Улыбнулась Элли.

– Теперь ты. – Развернувшись и окинув её критическим взглядом, сказала Стефа. – Что с тобой сделать?

– А что тут сделаешь? Цвет волос меня устраивает, стричь ты не умеешь, да тут уже и нечего…

– Ну волосы я могу тебе немного отрастить. Примерно на сантиметр. Правда, после этого, они, около месяца, расти вообще не будут. А ещё я могу изменить линию роста волос. Сделать лоб уже.

– А что ж ты раньше молчала?!

– Потому что волосы там будут расти пушковые и не длиннее трёх сантиметров. Раньше тебе это ничем не помогло бы.

– Делай.

Стефа колдовала над подругой около десяти минут. Результатом стал правильный контур роста волос и двух сантиметровый ёжик по всей голове, кроме тех мест, в которых раньше волосы не росли. Там длина была один сантиметр. Теперь все это надо было как-то подровнять.

Ровняли дружно. Часа два. Ножницами, которые нашлись у Элли в сумке. В итоге над ушами осталось миллиметра три, но хотя бы удалось добиться плавного перехода и сгладить все углы. В целом, получилось не так уж плохо.

Чтобы не терять время зря, попросили Лейлу почитать устав вслух. Узнали много интересного. Например: носить воду для умывальника и убирать в комнате, ученики должны были самостоятельно, стричься полагалось раз в месяц, форму и постельное бельё следовало сдавать в прачечную, а нательное бельё стирать самим. Так же удалось узнать, что помимо обучения магии их будут учить драться, фехтовать, стрелять из лука и арбалета, оказывать первую помощь раненым, а тех, кто не умеет, ещё и читать, писать и считать. В уставе было прописано всё, от распорядка дня до клятвы, которую предстояло принести, вступая в ряды стражей границы. И как раз она смутила Элли больше всего. Проблема была в том, что служба на границе являлась пожизненной. Более того, стражи границы не имели права вмешиваться в политику, участвовать в борьбе за власть и выступать на чьей-либо стороне в этой борьбе. Стражи должны были воевать исключительно с нежитью. И клятва эта являлась магической. А значит – нерушимой.

– Кажется, мы зря подстриглись. – Озвучила Лейла общую мысль, дочитав текст клятвы.

– Не зря. – Заявила Марико, без стука входя в комнату. – Эту клятву можно обойти. Никто не отнимет у человека права на кровную месть. И не имеет никакого значения, что объект этой мести стоит во главе государства. Это уже не политика. Это личное. Клятва не позволит вам убить королеву и занять её место, но просто убить – ваше святое право.

– Хм… А что вы тут делаете? – Спросила Элли.

– Мимо проходила. – Усмехнулась Марико. – Познакомишь меня с подругами?

– Марико, Стефа, Лейла.

– А у вас, девочки, есть вкус. – Улыбнулась Марико окинув их взглядом. От её глаз не укрылись ни стрижка Элли, ни новый цвет волос Стефы. – Элли, у меня для тебя подарок. Только никому не говори, где это взяла.

Она положила на кровать черный тканевый свёрток.

– Ладно. Я, пожалуй, пойду. Спокойной ночи.

– И что это было? – Спросила Стефа, когда за Марико закрылась дверь.

– Мать Маэлина. Та самая, единственная в Солтурене, менталистка, которая пропала сорок лет назад. – Ответила Элли разворачивая подарок. – Она здесь занимается отловом и перевербовкой шпионов. Думаю, бывшие преступники тоже удостаиваются её внимания. Иначе здесь бы уже давно царили совсем другие порядки. А ещё она ставит всем, кто сюда попадает, ментальный блок, не позволяющий разболтать о ней посторонним.

Свёрток оказался формой. Точно такой же, как на Марико, только с синими погонами некроманта. Элли переоделась и наконец-то почувствовала себя человеком. Более того – девушкой. В этом костюме у неё и грудь обозначилась, и талия, и бёдра. На первый взгляд новая форма казалась слишком узкой, сковывающей движения, но, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что ткань довольно сильно тянется и никаких неудобств не создаёт.

Что ж, возможно, с Марико всё же стоит наладить отношения. Она безусловно опасна, но зла Элли не желает. К тому же, сама идёт на контакт.

Ведь общалась же как-то Элли с Маэлином. И до сих пор общается. Через зеркало при помощи Стефы. Только, в последнее время, это стало слишком опасно, из-за его безумной затеи вылечить принца от психического расстройства, и Маэлин теперь редко выходит на связь.

Честно говоря, Элли была сильно удивлена, когда узнала что случилось с принцем. Во время казни сестры и отца, она подумала, что он обманул и подставил Милену, а оказалось – он сошёл с ума от горя, и его внешнее безразличие было лишь одним из проявлений этого состояния. Но всё равно она считала, что Маэлин слишком сильно рискует, ввязавшись в это дело. Принцу Элли уже не желала смерти, но такой риск всё же считала неоправданным. Пожалуй, она даже начала понимать чувства Маэлина, когда он скрыл от неё, что её отцу и сестре грозит опасность на свадьбе и отправил вместо неё в столицу Сашу. У Элли осталось не так много близких людей, чтобы спокойно относиться к тому, что они могут погибнуть в любой момент.

Как же это всё не кстати. Если бы Маэлин не был сейчас в королевском дворце под постоянным надзором, можно было бы рассказать ему о Марико, до того как она поставит ментальный блок. Но за ним следят, и он просто не сможет ответить на вызов. Нет, определённо надо наладить отношения с менталисткой. Возможно удастся уговорить её связаться с ним самой. И, может быть, она даже сумеет помочь Маэлину с лечением Юджина.

Утвердившись в этом решении, Элли нарисовала себе на лбу кровью знак, активировала тёмный вариант стража разума, дала Стефе залечить палец и легла спать.

А в шесть утра вскочила как ошпаренная от оглушительного воя сирены. Н-да, в других крепостях пограничья, побудка была не настолько ужасна. Там тоже вставали по звонку, но он был раз в десять тише и раз в сто мелодичней. Местная же сирена казалась чем-то прямо-таки апокалиптическим.

Быстро умывшись, одевшись и кое-как приведя себя в порядок, девушки вышли в коридор. Там их уже ждал Рик и несколько его тёмных родственниц с детьми. Дождавшись пока выйдут все, Рик отвёл их во двор, где им предстояло принести присягу. Там их уже ждали девять магов наставников, составляющих правящую верхушку армии пограничья. Тот самый совет, который решал здесь все жизненно важные вопросы. И Марико была в его составе.

Процесс вступления в ряды стражей границы затянулся почти на пол дня. Помимо произнесения клятвы и её магического закрепления, каждый новобранец проходил ещё и через руки менталистки. Всё действо занимало не меньше пятнадцати минут. А рекрутов было двадцать четыре. И это ещё в их число не попали дети, которые не прошли инициацию. Да и Саше посчастливилось избежать данной участи.

Остаток дня заняла обзорная экскурсия по крепости. Проводил её Рик, и начал он с похода в столовую. Еда оказалась вполне сносной, что несколько примирило дам с текущим положением вещей и позволило вновь, с присущим всем тёмным оптимизмом, поверить, что жизнь как-нибудь, да наладится. В конце концов, здесь оказалось не так уж плохо. Конечно подстригли и одели всех одинаково, но зато кормят прилично. А после подгоревшей каши в исполнении Маргарет Миральди, которой им пришлось питаться почти месяц, это показалось её подопечным существенным преимуществом.

Элли же наконец удалось увидеть библиотеку пограничья, с целым отделом, полностью посвящённым некромантии. Четыре длинных высоких стеллажа доверху заставленных книгами. Вот где ей действительно захотелось остаться жить.

Глава 10. Начало учёбы

Лич

Он жил здесь с незапамятных времён. В начале он мало что понимал. Он даже не умел говорить. Впрочем этого он и по сей день не умеет. Он отдает приказы мысленными образами. Но зато он научился читать. В его городе была библиотека и там он узнал, что он такое.

Конечно, пользы от этого знания никакой не наблюдалось, но каждое разумное существо жаждет докопаться до истины о своем происхождении. В конце концов он пришёл к выводу, что он лич, а аномалия это дело его рук. На это указывали многие факты: он был единственным разумным из всех зомби, он был ребёнком на момент смерти (его тело сохранило исходные параметры), он был очень сильным некромантом и, наконец, он мог управлять потоками энергии внутри аномалии. А значит она появилась, скорее всего, в результате его инициации. Жаль конечно, что всё это он мог лишь предполагать. Памяти он лишился в момент смерти. Но почему-то не лишился разума. Сейчас то он знает почему. На самом деле он его лишился, а потом загрыз кого-то живого и магически одаренного и вновь обрёл. Об этой особенности нежити он узнал совсем недавно. Почему-то в книгах об этом ничего написано не было. А получилось всё до нелепого просто. Один из его тупых зомби пробрался за стену и выбрел к селению людей. У этого создания был дар, но оно им не пользовалось. На самом деле многие зомби были магически одаренными в той или иной мере. Лич наблюдал за ним. Он мог бы и управлять, но не видел смысла. Там за стеной были живые и разумные, а разум Лич ценил. Жаль они не пойдут с ним на контакт. Когда-то давно он пытался. Еле ноги унес. И вот пока он задумался о тех давних событиях и отвлёкся, его безмозглый зомби ухитрился, среди бела дня, подкрасться к людям и цапнуть за шею магически одаренного пацана лет семи. И когда он жадно глотал его кровь, в его пустой голове что-то сдвинулось и как будто проскочила какая-то мысль. Проблеск сознания.

Эту куклу люди конечно тут же порубили на куски и сожгли, да и пацана тоже. Но было поздно. У лича появилась идея.

Следующего зомби он повёл уже сам. Управляя его телом. Выбрал такого, который при жизни был магом и повёл искать магически одарённую жертву. Таковая нашлась в третьей по счёту деревне от гор, по которым пришлось обходить стену. Два первых селения Лич не тронул. Но эту деревню он атаковал магически, при помощи дара своего зомби. Ночью. Когда его кукла была особенно сильна и подвижна. Он выманил людей из под защиты периметра при помощи ментального зова и напал на одарённого. Конечно лучше было бы выманить только мага, изначально именно так он и планировал поступить, но управлять зомби со светлым даром оказалось невероятно сложно. А атаковать ментально мог только этот зомби. Поэтому пришлось обратить всех жителей деревни, чтобы не осталось свидетелей. Лич боялся магов охраняющих стену. Очень уж легко они разделывались с его игрушками.

Как и в прошлый раз, когда зомби пил кровь мага в нём начало пробуждаться сознание. И Лич так обрадовался, что упустил момент, когда оно затухло и кукла снова стала абсолютно безмозглой. Впрочем горевал он недолго. В его распоряжении остался ещё свеже обращённый маг. И тут уж Лич не оплошал. Правда память мага ему сохранить не удалось, но зато получилось удержать его сознание. Этот зомби получился разумным. Более того, Лич понял как закрепить, пробуждающееся в момент поглощения крови мага, сознание, в мозгу зомби и в следующий раз разум удалось вернуть уже и менталисту.

Наконец-то у Лича появились разумные существа, с которыми можно было общаться. Правда сначала их пришлось учить буквально всему. Разума там были капли. Но он справился. А когда менталист был готов действовать, начал возвращать разум остальным магически одаренными зомби. К сожалению с обычными людьми этот номер не проходил. Им он ничем не мог помочь.

И вот, десять лет назад, он начал охоту на живых магов за стеной. Чтобы вернуть разум своим немёртвым магам. Он слишком устал от одиночества, и у него появилась реальная возможность от него избавиться.

А теперь появился человек, с которым можно наладить ментальную связь. Некромант, не уступающий Личу в силе. Он чувствовал его всего пару секунд, и тогда успел понять лишь, что маг не обучен. Если бы это было не так, та встреча обернулась бы совсем не в пользу Лича.

С тех пор он искал его каждую ночь. Он хотел убить его. Вытянуть всю ману и жизненную силу. Человек представлял собой угрозу. Нельзя было позволить ему выучиться. Но теперь дотянуться до него не удавалось. Точнее, Лич его чувствовал, но двустороннего контакта, при котором можно было бы напасть, не получалось. Он мог лишь изучать его со стороны. Человек оказался подростком, девочкой совсем недавно прошедшей инициацию. С огромным потенциалом как в магическом, так и в интеллектуальном плане. Она сразу поняла, чем ей грозит сон ночью, и стала спать только днём, когда Лич был слишком слаб, чтобы атаковать. А всего через неделю сумела найти способ полностью закрыться от ментального контакта. Правда делала она это только ночью, а днём у него всё равно получалось наблюдать за ней.

Некромантка училась быстро, но как-то бестолково. Не тому и не так, как было бы для неё наиболее продуктивно. То ли такие учителя попались, то ли она вообще училась сама. Создавалось ощущение, что девчонка просто хватала первую попавшуюся под руку книгу и пробовала делать всё, что там находила. Никакой системы в этом не наблюдалось. Заклинания были предназначены и для разных объёмов резерва и для разного уровня мастерства. Куча бесполезной информации и полный сумбур в голове. Как минимум две трети того, что она изучала, можно было сделать гораздо проще и эффективнее. Если бы у неё был нормальный учитель.

И Личу бы радоваться, что такового не нашлось, но, вот беда, с течением времени, его всё чаще посещало совершенно иррациональное желание им стать. Всё-таки личи, даже те, которым ему удалось вернуть разум, по прежнему оставались лишь его марионетками. Они не могли избавить его от одиночества. А эта человечка – могла. Живая разумная, неподвластная его воле. Более того, способная сама его подчинить. Не сейчас, конечно. В перспективе. Смертельно опасная, но такая притягательная. Она могла стать его ученицей, другом, существом, с которым можно общаться на равных. Существом способным его понять.


Месяц, по истечении которого нужно было начать снижать дозу лекарств, подходил к концу, а Маэлин так и не смог добиться того, чтобы Юджин пошёл на контакт. И ведь Маэлин точно знал, что принц лишь притворяется безучастным. Когда Юджин думал, что его никто не видит, он гладил своего кота, чесал его за ушами и даже бормотал что-то тихим неразборчивым шёпотом. Но людей он игнорировал. Всех.

И вот, в последний день перед началом снижения дозы лекарств, Маэлин решился на отчаянный шаг. Всё равно терять было уже нечего. Кроме собственной жизни разумеется. Но он надеялся, что до этого всё же не дойдёт. Маэлин принёс в камеру глушилку и деактивировал с её помощью все следящие артефакты.

– С этого момента у нас с тобой секунд пятьдесят. – Сказал эмпат, садясь на пол напротив принца. – Именно столько нужно, чтобы добежать сюда от покоев твоей матери на магическом ускорении. Если ты не знал, я дядя Милены Айвери. И я (не один, разумеется) собираюсь сместить твою мать с поста главы государства. Дело даже не в том, что она убила твоего отца и перебила почти всех тёмных в Солтурене, обвинив их в его смерти. Хотя и в этом безусловно тоже. Главная причина в том, что она собирает армию, чтобы уничтожить тёмных магов, охраняющих границу чёрной пустоши. А я жил в те времена, когда этой границы не было, и по Солтурену, как у себя дома, свободно бродила нежить. И я не допущу такого снова. Лучший кандидат на трон Солтурена – ты. Но только если согласишься на лечение. И ещё, если королём станешь ты, у тебя будет возможность сохранить жизнь своей матери. Только жизнь. Не свободу. В случае отказа, я и за твою жизнь поручиться не смогу. Начнется междуусобица. Раздел власти. Королевство, скорее всего развалится на части. Но всё же это лучше, чем нежить, которая заполонит Солтурен, если Лилит уничтожит стражей границы.

В этот момент дверь распахнулась, и в камеру ворвалась взъерошенная, малиновая от злости, чуть ли не метающая молнии глазами, королева.

– Что здесь происходит?! – вскричала она.

– Ровно пятьдесят секунд. – Усмехнулся Маэлин, взглянув на часы на руке. – Как я и говорил. Так что ты решил, Юджин?

– Отвечай мне! – Заорала на Маэлина Лилит. – Какого черта здесь происходит?! Что это за выкрутасы с глушилкой?! Ты захотел на плаху?!

– Я согласен на лечение, – внезапно проговорил сиплым от долгого молчания голосом Юджин, – если она уберёт все следящие артефакты, а ты отдашь мне глушилку. На всякий случай.


С первых же дней в Морских Воротах Элли с головой ушла в учёбу. Причём преподаватель некромантии, Кайлан, которой стал её куратором, в этом процессе почти не участвовал. Элли невзлюбила его с первого дня обучения. И оказалась права. Кайлан был бакалавром некромантии, и этот уровень являлся для него потолком из-за маленького объёма резерва маны. Но это являлось отнюдь не главной проблемой. Этот маг отчаянно завидовал своим новым ученицам, которые могли достичь в некромантии недоступных ему высот. И изо всех сил старался загнать их в рамки стандартного для стражей границы обучения. Кайлан прилагал к этому воистину титанические усилия. А, поскольку на начальном этапе обучения, он был сильнее подавляющего большинства своих воспитанников, ему это удалось почти со всеми. Исключение составили только четыре взрослые обученные некромантки уровня магистра из клана Миральди и Элли. Последняя, осознав, что, следуя указаниям наставника, выше уровня бакалавра не поднимется, окопалась в библиотеке и занялась самообучением. Отрабатывать на практике понравившиеся заклинания, она ходила на тренировочный полигон. Главная сложность такой учебы заключалась в том, что заниматься ей приходилось по ночам, так как днём у Элли не было ни минуты свободного времени. Подъём в шесть утра, завтрак, теоретические занятия с половины седьмого до двенадцати, потом получасовой перерыв на обед и ещё четыре часа магической практики, два часа на рукопашный бой, пол часа на ужин, ещё два часа на фехтование, баня и, наконец, отбой в десять вечера. И это ещё Элли крупно повезло, что инструктором по фехтованию поставили Рика, оказавшегося единственным действительно хорошим учителем из всех, с кем ей пришлось иметь здесь дело. После того как, королевским указом, стражам границы было запрещено появляться на территории Солтурена и набирать магически одарённых рекрутов в свои ряды, ему пришлось сменить сферу деятельности.

После смерти Ричарда Стаута, в Солтурене много чего успели запретить. Например: плановое проведение инициации у тёмных магов. А тех, с кем это случилось спонтанно, теперь ловили и сжигали на кострах. Ведь злобные и вероломные тёмные маги убили короля. А ещё по Солтурену теперь ездили королевские вербовщики и набирали рекрутов в армию. Ведь Солтурен надо было защищать от тёмных, которые засели на границе чёрной пустоши и готовились к восстанию. Во всяком случае, именно это писали во всех газетах. И, как ни прискорбно, народ верил. Про магическую клятву стражей границы, при этом, почему-то никто не вспоминал. Да и что такое клятвы для тёмных? Помнится, они и королю когда-то присягали на верность, и та клятва тоже была магической.

А Элли училась с воистину маниакальным упорством, понимая, что много времени ей на это не дадут. Приближалась война. И отнюдь не с нежитью, которая странно притихла в последнее время. Горные ворота, к примеру, вообще удалось забрать назад без боя. Когда туда пришло войско стражей границы, она была пуста. По пути им тоже не встретилось ни одного зомби. Создавалось ощущение, что они все то ли вымерли, то ли, что более вероятно, ушли обратно за стену. Даже нападения на деревни прекратились.

Стефе и Лейле гораздо больше, чем Элли, повезло с учителями. Куратором Стефы оказался целитель уровня магистра. Строгий, требовательный, но вполне адекватный, и, самое главное, он действительно учил своих воспитанников, а не делал вид, что учит, как преподаватель некромантии. Лейла же попала в ученики к Маргарет Миральди. На данный момент последняя оказалась самым сильным тёмным магом пограничья. И самым опытным. Эта пиромантка училась в те времена, когда тёмные были в почёте. В УМИТе. К тому же принимала активное участие в последней войне, в которой Ричард Стаут, при поддержке тёмных магов, завоевал Солтурен и объединил его в одно государство. Так что местные армейские порядки Маргарет ничуть не смутили. Ей, единственной из всех Миральди, сразу после присяги предложили стать наставницей. И, разумеется, она не отказалась.

Конечно Маргарет была магом огня, а не воздуха, но о лучшей наставнице Лейла не могла и мечтать. Большая часть того, чему она её учила, была общей для всех стихийников, а те заклинания, которые были доступны только воздушникам, Маргарет сама находила для девочки в библиотеке. И выбирала самые подходящие под её объём резерва и уровень мастерства на данном этапе. И так она поступала со всеми десятью учениками, которых ей поручили. Она действительно оказалась идеальной наставницей.

К тому же, сама Лейла, не смотря на столь юный возраст, оказалась весьма прилежной ученицей. Она слишком часто слышала как Элли и Стефа выражали опасения по поводу того, что им не дадут доучиться, грядёт война, и вообще времени в обрез. И глядя на свою старшую кузину, из кожи вон лезла, чтобы ни в чем от неё не отставать.

Уже через неделю после приезда в Морские Ворота, Саша принёс Лейле обещанный протез руки. Сделанный из меди результат совместного творчества с кузнецом. А Элли наложила на него соответствующие заклинания, чтобы девочка могла им управлять, как собственной рукой. Конечно отсутствие осязания этой “руки” поначалу доставляло некоторые неудобства, но Лейла быстро привыкла.

Как и обещала Марико, Саша получил всё необходимое, чтобы заниматься научными изысканиями. Допуск в химическую лабораторию и библиотеку, собственную мастерскую со всеми инструментами слесаря, часть из которых пришлось заказывать аж в Редклифе (доставка заняла больше месяца), привелегированное положение наставника, десяток учеников, которые должны были выполнять всю рутинную работу и апартамнеты соответствующие этому положению. Последние состояли аж из двух комнат: спальни и кабинета. Впрочем, грех жаловаться. По сравнению с той комнатушкой, что досталась девчонкам на троих у Саши были просто царские хоромы. Даже обои на стенах присутствовали, и двуспальная кровать.

Его работа заключалась в том чтобы создавать опытные образцы, проводить их испытания, и если результат удовлетворителен, учить своих помощников делать такие же. Начал Саша с взятого у Элли револьвера и патронов к нему. Для производства последних тоже пришлось заказывать из Тёмной Гавани некоторые химические вещества. Ту же гремучую ртуть здесь оказалось просто не из чего делать.

Пока помощники разбирались с револьвером, Саша наслушался их нытья о том, как больно стрижёт машинка у цирюльника и “изобрёл” электрическую машинку для стрижки с кристаллом накопителем в качестве аккумулятора. А потом, увидев какой колоссальный запас энергии способен держать такой “аккумулятор”, да ещё и узнав от Элли, что заряжать эти кристаллы может любой тёмный маг (от мага владеющего электричеством требовалась только настройка, чтобы на выходе мана трансформировалась в постоянный ток), внезапно пришёл к выводу, что двигатель внутреннего сгорания в этом мире не нужен от слова совсем и задался целью повторить опыт Теслы и создать асинхронный двигатель переменного тока. С самим двигателем проблем не возникло, так как принцип его работы Саша помнил хорошо, а вот с инвертором, преобразующим постоянный ток, который выдавал кристалл, в переменный, он намучился изрядно. Эта крайне важная деталь будущего электромобиля получалась слишком громоздкой. В итоге Саша, частенько присутствовавший при ночных магических экспериментах Элли на тренировочном полигоне, в один из таких вечеров пожаловался ей на эту проблему, а через неделю получил инвертор размером с ладонь.

Как работает этот артефакт, Элли объясняла Саше едва ли не дольше, чем создавала его. И всё равно до конца он так в этом вопросе и не разобрался. Вот не укладывался у него пока что в голове такой дикий симбиоз физики и магии. А ведь он прекрасно понимал, что именно за подобными технологиями будущее этого мира. И как раз этому Саше следовало научиться в первую очередь. А значит нужно было учить матчасть. То есть изучать тёмную магию. Хотя бы её теоретическую часть, раз уж практическая не доступна.

Но сначала Саша прицепил своё новое изобретение к велосипеду, таким образом переделав его в мопед, прокатился по стене до соседней крепости и обратно, потратив на это всего пол дня, в то время как повозка запряжённая лошадьми ехала целый день только в одну сторону, и удовлетворившись результатом, подарил сие творение Элли. Разумеется с условием, что она позволит Сашиным помощникам его изучить, когда они отвлекутся от производства револьверов и патронов.

На следующий день у Саши появился ещё десяток учеников для производства электрических двигателей. Марико постаралась. Так же она заказала из Редклифа большую партию велосипедов. Двухколёсных и трёхколёсных. Последние планировалось цеплять к повозкам вместо лошадей. Пока что, в Морских Воротах нашлось всего два двухколёсных велосипеда. И те неизвестно каким чудесным образом сюда попали. А делать их самостоятельно не имело смысла. Купить было не только проще, но и дешевле, чем налаживать собственное производство.

В общем, с работой у Саши всё получалось даже лучше, чем можно было ожидать. Чего никак не скажешь о личной жизни, которой просто не было. Элли с головой погрузилась в учёбу и опять стала обращаться с ним как с другом. Всё, что произошло в пути, было благополучно забыто. К тому же, Саше удавалось урвать немного её внимания, лишь когда девушка самостоятельно практиковалась в магии на тренировочном полигоне или копалась в библиотеке в поисках новых заклинаний. А делала она это всё по вечерам после отбоя. Девушка работала на износ. Спала по четыре часа в сутки. Она ещё больше похудела, хотя, казалось бы, уже некуда, под глазами залегли тёмные круги от хронического недосыпания, и лишь взгляд горел фанатичным упрямством с лёгким оттенком безумия. У Элли не было сил на эти дополнительные занятия, она валилась с ног от усталости, но не останавливалась, с маниакальным упорством двигаясь к своей цели. Она собиралась во что бы то ни стало достичь уровня архимага в кратчайшие сроки. Только вот у Саши начали закрадываться подозрения, что раньше она просто умрёт от истощения. Она давно перестала улыбаться и, тем более, смеяться, её движения стали скупыми и чёткими, как будто она экономила силы и старалась не шевелиться лишний раз. Даже разговаривала она теперь коротко и исключительно по делу.

Саша пробовал поговорить с Марико, чтобы та заменила Элли преподавателя некромантии, но она ответила, что не может, так как Кайлан состоит в правящем совете пограничья и занимает не менее высокое положение, чем она сама. К тому же он очень злопамятный и склочный. И если Марико заступится за Элли, он сделает всё возможное, чтобы окончательно отравить девушке жизнь.

Элли же продолжала изнурять себя бесконечными тренировками. Причём, как выяснилось, не только магическими. Как-то раз Саша зашёл к Рику и случайно увидел её тренировочный поединок на мечах. Противник ей попался на голову выше и почти вдвое шире в плечах, но это его не спасло. Элли выезжала на скорости и ловкости. Поединок продлился не больше минуты, и девушка вышла из него безусловным победителем. А ведь ещё пол года назад она вообще не умела фехтовать. Но сейчас, с мечом в руках, на взгляд неопытного в таких вопросах Саши, она казалась смертельно опасной. Он даже спросил у Рика действительно ли она так хороша, как это выглядит со стороны. Ведь насколько он знал, чтобы достичь настоящего мастерства в фехтовании, надо начинать учиться с детства и тренироваться всю жизнь.

– Настолько, насколько вообще возможно научиться за такой короткий срок. – Ответил Рик. – Меня она конечно не уложит, но среди учеников Элли лучшая. Только, честно говоря, я бы предпочёл, чтобы она притормозила и не тянула из себя последние силы. Ты же видишь, что с ней происходит.

– Вижу. Она готовится к войне. Но, с такой подготовкой, запросто может до неё не дожить.

– Вот и я о том же.

Однако, с Элли об этом говорить было абсолютно бесполезно. Она пропускала подобные комментарии мимо ушей и продолжала выжимать из себя все соки. Некромантка действительно готовилась к войне. Она собиралась отомстить и выжить. А для этого надо было стать очень сильной. Трудно представить насколько. Даже достижение уровня архимага не гарантировало ей победы. Хотя, если удастся перехватить контроль над нежитью с чёрной пустоши, шансы на успех значительно возрастут.

Глава 11. Ультиматум

Этот эксперимент Элли решила провести в одиночку. Не хотела рисковать жизнями друзей. Всё-таки она уже многое умела и вряд-ли эти самые друзья смогли бы справиться с ней, если бы некромант из-за стены получил над девушкой контроль. А такую возможность нельзя было исключать.

Свои магические эксперименты Элли обычно ставила на тренировочном полигоне, и этот случай не стал исключением. Некромантка разложила свой нехитрый скарб на специальной площадке, где ученики тренировались в рисовании и использовании магических знаков, достала из мешочка ещё живую, хоть и немного повреждённую мышеловкой крысу, перерезала ей горло и сцедила кровь в кубок. С некоторых пор, свою кровь Элли в ритуалах использовать перестала. Её раны не заживали без помощи целителя, а будить Стефу по ночам ей не хотелось. Поэтому Элли взялась за истребление крыс. Это была единственная живность, которая бегала здесь бесконтрольно. Конечно стащить, к примеру, курицу из курятника было бы проще, но крыс, в отличие от тех же кур, никто не считал.

Некромантка кровью начертила знак, расставила свечи, зажгла их и уселась в центре. Теперь ей предстояло самое сложное: погрузиться в транс, поднять крысу и попробовать прогуляться в её теле по полигону.

Сложность заключалась в том, что для таких операций требовался транс, при котором до её сознания мог добраться другой некромант. И знак на лице, с которым она обычно спала, сейчас нельзя было использовать, так как он блокировал бы возможность управлять крысой.

Впрочем, вопросом защиты Элли всё же не пренебрегла. Помимо стандартного ограничения времени транса, она установила на знак запрет на использование жизненной энергии. То есть, если бы у Элли закончилась мана, знак должен был прервать её транс, а не использовать жизненную энергию вместо неё.

Сначала всё шло хорошо. Некромантка прочла заклинание, подняла крысу, погрузилась в транс и взяла под контроль её тело. Передвигаться на четырёх лапах было неудобно, крыса кособоко ковыляла по полигону, Элли радовалась тому, что эксперимент удался, в общем, ничто не предвещало.

А потом её тело, сидящее в позе лотоса в центре пентаграммы, внезапно открыло рот и произнесло заклинание упокоения. Крыса завалилась на бок, сознание Элли выкинуло из маленького трупика и поволокло, какой-то жуткой, совершенно не поддающейся контролю силой, за стену в аномалию. И, наконец, затянуло в тело зомби. И снова, как тогда, в первые две ночи после того, как Элли оказалась во владениях Стаут, граничащих с аномалией, она стала лишь наблюдателем в этом теле. Нити управления уходили вглубь аномалии. От них исходила такая сила, что Элли не могла и мечтать перехватить контроль.

Неизвестный некромант не стремился к общению. Скорее, казалось, он задался целью, показать девушке свою силу. Напугать. И, признаться честно, ему это удалось. Тело, в котором оказалось сознание Элли, носилось по руинам какого-то древнего города и показывало ей других зомби. Огромное количество зомби. И магически одарённых личей, что в разы опаснее.

Через некоторое время, видимо удовлетворившись произведённым эффектом, некромант остановил свою марионетку и обрушил на сознание Элли целый каскад мысленных образов.

Общий смысл послания сводился к тому, что он поставил ей ультиматум: либо девушка придёт к нему (некромант показал куда), либо он приведёт в Морские Ворота, армию нежити и заберёт её сам. И в последнем варианте развития событий очень маловероятно, что в крепости стражей границы останутся выжившие. А учитывая размер и состав его войска, с такими аргументами трудно было не согласиться.

Элли пообещала прийти, после чего некромант прервал связь, и она очнулась в своём теле. Разумеется с пустым резервом. Но жизненная энергия оказалась нетронутой. Недостающую ману на контакт дал некромант из-за стены. Более того, Элли не почувствовала от него угрозы своей жизни. Даже когда обещал прийти за ней в Морские Ворота и вырезать там всё живое, её он убивать не планировал. Это Элли поняла совершенно точно. Она была нужна ему живой. Мысленное общение исключало возможность обмана. Оно всегда выдавало намерения, так что лгать не имело смысла.

Собиралась Элли быстро, тихо и в полной темноте. Вот и пригодилось заклинание ночного зрения. Стефа и Лейла уже спали, а будить их и объясняться девушка не планировала. Точнее Элли не хотела спорить и ругаться, что было бы неизбежно, если бы она решила сказать всё подруге и кузине в лицо. Поэтому девушка написала Стефе письмо, в котором честно изложила причины своего побега из крепости, подробно описала место, в котором ей назначил встречу некромант и попросила позаботиться о Лейле.

Уйти следовало до утра. Точнее до встречи с Марико. Благо, собирать было особо нечего. Все её пожитки (две смены нижнего белья, запасная форма, мыло, зубная щётка, порошок для чистки зубов, маленькое полотенце для лица и зажигалка) поместились в один небольшой рюкзак. Револьвер Элли хранила у себя в комнате, а вот за мечом пришлось пробираться в оружейную. Впрочем, её никто и не подумал останавливать. Интендант мирно спал в своей каморке. Да и что ему было охранять? Кому здесь могло понадобиться воровать оружие?

Заключительным этапом сборов стал поход на кухню. Там Элли взяла котелок, сухари, гречневую крупу, соль и вяленое мясо. Как варят гречку, она видела, и сей процесс не показался ей особо сложным.

Покончив со сборами, девушка забрала из Сашиной мастерской (тоже никем не охраняемой) свой мопед и, при помощи подъёмника, перебралась через стену. К счастью, снег уже сошёл. Начинался второй месяц весны. Иначе пришлось бы брать лошадь вместо мопеда. А это не только куча лишней мороки, но и гораздо меньшая скорость передвижения, при том, что путь и так предстоял неблизкий.

По бездорожью, правда, и на мопеде ехать быстро не получалось, но новый знакомый показал Элли не только конечную точку маршрута, но и удобный путь к ней. Уже к утру девушка выбралась на самую удивительную дорогу, которую видела в жизни. От её покрытия из неизвестного материала ощутимо тянуло тёмной магией. До сих пор. А ведь выброс, в результате которого появилась аномалия, произошёл более семи веков назад. Некро энергия являлась лучшим консервантом для неживых предметов. В том числе и для тех, которые живыми никогда не были. Поэтому не удивительно, что дорога сохранилась в первозданном виде: ровная, гладкая, широкая настолько, что на ней запросто могли бы разъехаться четыре повозки. Передвигаться по ней было одно удовольствие. Ни трещин ни колдобин. Можно было смело выжимать из мопеда максимальную скорость, на которую он способен. Собственно, именно так Элли и поступала, получая от сего процесса немалое удовольствие. И плевать, что гнала она по зоне некроаномалии, внутри которой всё что умирало, тут же поднималось в виде нежити. И эта самая нежить, вполне возможно, прямо сейчас шастала где-то неподалёку. В силу некоторой эмоциональной пришибленности, присущей в той или иной мере всем тёмным, бояться по-настоящему Элли не умела. А нежить, если и бродила поблизости, на глаза не показывалась. Так что путешествие проходило с максимально возможным комфортом.

Конечно не обошлось и без подгоревшей пересоленной каши на завтрак, и без умывания ледяной водой из ручья, но Элли не особо расстраивали такие мелочи. Она неслась на мопеде по древней дороге, сохранившейся внутри некроаномалии, на встречу с условно враждебным магом, в десятки раз превосходящим её по силе, и, вместо того чтобы трястись от страха, наслаждалась бешеной скоростью, ветром бьющим в лицо и ощущением полёта.

Впрочем, угрозы для себя Элли от этого некроманта не почувствовала. Угрожал он только стражам границы. Для чего она ему понадобилась, девушка не поняла, но убивать её он точно не собирался. А раз так, можно было попробовать договориться о взаимовыгодном сотрудничестве. В конце концов, не она ли мечтала об армии нежити? Возможно это её шанс. Только вот что она может дать взамен? Чего хочет от неё некромант и сможет ли она исполнить его желание? Главное, чтобы не потребовал убивать стражей границы. Это Элли не стала бы делать ни при каких обстоятельствах. Но, по идее, не должен. С его-то армией нежити, если бы хотел, уже давно сам бы их всех перебил.


Так вышло, что первой нашла письмо именно Лейла. Обычно девочка вставала последней и поднимать её с кровати приходилось чуть ли не пинками, но в этот раз ей ночью захотелось в туалет.

Ознакомившись с содержанием письма, Лейла, недолго думая, отправилась на полигон и провела простейший ритуал поиска по родной крови, доступный всем тёмным магам, вне зависимости от их силы и специализации. После этого она собрала точно такой же походный набор, как два часа назад – её старшая кузина, за одним единственным исключением. В наличие у себя каких бы то ни было кулинарных талантов Лейла не верила, и поэтому не взяла гречку и соль. Было и ещё одно, уже более существенное различие. Лейла не умела водить мопед. Она выдвинулась в путь верхом, не забыв захватить мешок овса для лошади.

Утром письмо нашла и Стефа. А так же обнаружила отсутствие как Лейлы, так и её вещей. Через пятнадцать минут уже вся крепость гудела как растревоженный улей. Первым делом рыдающая Стефа вломилась в апартаменты Марико, выбив толстую дубовую дверь одним ударом (разумеется она воспользовалась для этого магическим усилением), так как на её стук слишком долго (целых две минуты) не отвечали. Дальше организацией всеобщей паники занималась уже Марико. В результате её хаотичных метаний по крепости, за пол часа было собрано девять боевых троек для поисков двух, сбежавших за стену, идиоток. Иначе маги из спасательных отрядов их не называли. Да и найти живыми не особо надеялись, что, впрочем, не помешало им выйти за стену и начать прочёсывать лес.

Сама Марико тоже не усидела в крепости и отправилась на поиски в компании Стефы и Рика. В последний момент к ним присоединился Саша. С револьвером, мопедом и таким выражением мрачной решимости на лице, что все сразу поняли – уговорить его остаться в крепости не получится. Если не будет другого выхода, он пойдёт один.

Собственно, только эта группа и смогла хоть как-то продвинуться в поисках. Но вовсе не потому, что Марико, помимо прочего, была неплохим следопытом (чему только за восемьсот с лишним лет не научишься) , хотя поначалу им так и казалось. На самом деле, эту группу просто пропустили, в отличие от остальных.

Днём нежить конечно далеко не так сильна и подвижна как ночью, но когда группу из трёх слабо-сильных магов атакует толпа из двадцати зомби часть из которых тоже маги, это здорово деморализует. Уже к полудню все поисковые отряды, кроме группы Марико, сбежали обратно за стену. К счастью обошлось без жертв. Стражи границы адекватно оценивали свои возможности и не вступали в заведомо проигрышные схватки с нежитью.

Марико уверенно шла по следу Лейлы. Догнать Элли она не надеялась. Достаточно было посмотреть с какой скоростью передвигается на мопеде Саша, чтобы не питать иллюзий на этот счёт. Однако вскоре стало ясно, что угнаться за Лейлой тоже будет непросто. Девочка взяла из конюшни одну из лучших лошадей и не особо её жалела, стараясь оторваться от погони. А то что погоня будет, она прекрасно понимала. Единственная надежда была на то, что рано или поздно лошадь устанет и девчонке придётся сделать привал. Только вот лошади уставали и у группы Марико. Причём, похоже, быстрее, чем у Лейлы.

Когда окончательно стало понятно, что погоня безнадёжно отстаёт, Саша предложил разделиться. Он взял к себе на мопед Марико, так как она, во-первых указывала дорогу, а во-вторых единственная из всех была способна без боя скрутить довольно сильного тёмного мага, каковым на данный момент уже являлась Лейла, и доставить в Морские Ворта. Связь договорились поддерживать через зеркала. Благо – в группе было два светлых мага, а зеркала входили в их обязательный походный набор инструментов наряду с мелом, свечами и разнообразными амулетами.

С этого момента дело пошло на лад. Даже несмотря на отсутствие дороги. Местность была относительно ровная (редкий хвойный лес практически без подлеска), и на мопеде передвигаться получалось значительно быстрее, чем на лошади.

Лейлу они догнали через час. Вот тут и начались проблемы. Нет, девочка не смогла оказать сопротивления. Марико захватила контроль над её разумом сразу же, как она попала в зону видимости. Просто в тот момент, когда менталистка заставила Лейлу развернуть лошадь и поехать назад, Лич решил, что пора заканчивать с пассивным наблюдением. И приказал своему подконтрольному личу менталисту прекратить воздействие на разум людей, благодаря которому последние не замечали ни самих зомби ни их следов. Более эффективного способа маскировки просто не существовало. Да и было бы весьма проблематично спрятать толпу нежити, состоящую не менее чем из сотни тел, как-то по-другому.

Впечатление на людей его армия произвела вполне ожидаемое. Менталистка запаниковала и упустила контроль над разумом маленькой тёмной. Девчонка очнулась и начала швыряться в зомби заклинаниями воздушной стихии. Зомби разлетались в разные стороны вместе с вырванными с корнями деревьями, но особого вреда им это не причиняло. В смысле зомби, а не деревьям. Гораздо больше ущерба, как ни странно, нанёс парень, который даже магом не был. Его стрельба надолго вывела из строя трёх зомби, которым он ухитрился попасть в головы. И это прямо на ходу, не останавливая хлипкий двух колёсный драндулет, на котором он ехал вместе с менталисткой, и который, казалось, просто обязан был развалиться под их общим весом.

Потом весь гениальный план чуть было не накрылся медным тазом из-за того, что лошадь маленькой тёмной не вынесла таких потрясений, сбросила девочку и в панике унеслась куда глаза глядят. Но оказалось, что два наездника для странной двух колёсной конструкции вовсе не предел. Каким-то чудесным образом люди утромбовались на мопеде втроём.

Дальше всё пошло по плану. Зомби заставили их отклониться от первоначального курса и загнали в город. Точнее в пригород, в спальный район с многоквартирными девятиэтажными домами-коробками. Как и предполагалось, люди решили спрятаться в одном из этих домов. В квартире с железной дверью и решётками на окнах.

Теперь следовало пригнать сюда же ещё двоих друзей Элли, оставшихся в лесу. Над этим уже работала другая группа нежити. Правда пока несколько менее продуктивно. Парочка магов справедливо полагала, что лошади бегают медленнее нежити даже днём. И поэтому, вместо того чтобы убегать, эти двое яростно и, что самое удивительное, вполне успешно, отбивались от зомби.

Светлая непрерывно колдовала, значительно увеличивая физические возможности и себе и тёмному. Некромант же, почему-то, вместо того чтобы швыряться заклинаниями, бодро размахивал мечом. Впрочем, весьма эффективно. Он уже успел зарубить не менее десятка зомби. Одно радовало – не разумных.

В конце концов, Лич пришёл к выводу, что так их заставить двигаться в нужную ему сторону не получится, и решил пойти другим путём. Он подтянул к месту сражения ещё один отряд из десятка зомби и лича менталиста. Последний оглушил тёмного мага ментальным ударом. Светлая успела активировать страж разума, но только на себя. Без своего напарника она осталась беззащитной. Магов быстро скрутили и связали их же одеждой, после чего на руках донесли до города и положили перед подъездом дома, в котором прятались трое их спутников. Те тут же выскочили с револьверами наизготовку и мигом затащили друзей в своё убежище.

Что делать с ними дальше, Лич ещё не решил. Поэтому просто окружил дом отрядом из пятидесяти зомби, чтобы у людей не возникало поползновений сбежать.

Каждый из этой странной компании был чем-то дорог Элли. А значит мог послужить Личу рычагом давления на неё. Если переговоры с юной некроманткой пройдут не очень успешно, такие рычаги вполне могут пригодиться. Если же удастся договориться без шантажа и угроз, он их просто показательно отпустит на все четыре стороны, чем заслужит ещё толику доверия со стороны Элли. В любом случае, такой козырь в рукаве лишним не будет.

А вот собственно и она. Добралась до места назначения на сутки раньше расчётного времени. Всё благодаря двух колёсному чуду техники. Чудом было то, что эта самая техника не рассыпалась где-то на пол пути. Те мотоциклы, которые Лич неоднократно находил внутри аномалии, и даже разбирал, чтобы изучить принцип работы двигателя, выглядели гораздо внушительнее. Может стоит попробовать наладить контакт и с этим её другом изобретателем? Вдруг его жажда знаний окажется сильнее животного ужаса, который у людей вызывает нежить? В плане знаний, у Лича определённо найдётся, что ему предложить. Но сначала Элли.

Вот она стоит у входа в здание публичной библиотеки, которую Лич выбрал местом встречи, прекрасно зная, с каким пиететом она относится к книгам, и не решается сделать шаг внутрь. Выйти наружу или подождать? Только бы не напугать… В здании царит полумрак, но вроде бы она не боится темноты. Или боится? Наверное надо было назначить встречу на улице.

Наконец Элли собралась с духом, толкнула стеклянную дверь и переступила порог. Она оказалась в холле огромной библиотеки, с множеством читальных залов и просто невероятным количеством книг. Здание было круглым, разделенным на пять этажей с высокими потолками, опирающимися на колонны. По центру находилась зона отдыха, с давно не работающим фонтаном и лавочками. Вокруг неё плавно поднималась наверх широкая винтовая лестница.

На бортике фонтана абсолютно неподвижно сидела нежить. И не просто зомби, а прошедший трансформацию лич. Быстрый, смертельно опасный, да ещё и магически одарённый. Всё это Элли разглядела в его ауре. Внешне же, в полумраке царившем в библиотеке, существо было почти неотличимо от обычного человека. Тощий, нескладный мальчишка лет 11-12, ростом примерно как Элли, с прямыми чёрными спутанными волосами, прикрывающими уши и даже одетый, что для нежити вообще-то редкость. На вид он отличался от человека только алебастрово-белой кожей и некоторой неестественностью позы. Однако, все чувства Элли буквально вопили, что перед ней нежить. Жуткий монстр, жаждущий её крови.

А между тем, “монстр” нарочито медленно, явно стараясь не делать резких движений, поднял руку с листом бумаги, на котором большими, корявыми буквами было написано: “Это я тебя позвал”.

И тут всё наконец встало на свои места. Ведь некромант – не менталист. Дотянуться до разума живого человека он может только, если тот пребывает на грани жизни и смерти. А вот до разума нежити – всегда пожалуйста. Другое дело, что до сих пор считалось, что нежить разумной не бывает. Но вот она сидит на бортике неработающего фонтана. Вполне себе разумная. Писать умеет. И по собственной инициативе устанавливать ментальный контакт с некромантом в трансе. Правда, говорить похоже не умеет. Во всяком случае, с Элли, лич общался не словами, а мысленными образами. Но это не критично. Ради возможности изучить такой феномен можно и заменить устную речь на письменную. Невероятно! Мёртвый некромант, управляющий огромной армией нежити, прямо под носом у стражей границы, а они до сих пор уверены, что нежить разумной не бывает! Да и Элли тоже хороша. Ментальный контакт типичен для некроманта в трансе именно с нежитью, а она до последнего думала, что идёт на встречу с живым некромантом.

А ещё, по хорошему, надо было рассказывать о своих “снах” не Кайлану (наставнику некромантов), который просто от неё отмахнулся, заявив, что это обычные кошмары, навеянные близостью аномалии, а той же Марико вместо того, чтобы избегать её и, в преддверии каждой встречи, выпрашивать у Стефы страж разума, дабы менталистка не могла добраться до её мыслей.

В принципе, Элли понимала, что невзлюбила родственницу совершенно незаслуженно. Марико никогда не причиняла ей вреда. Единственная её вина была в том, что она слишком сильно походила на Маэлина. И Элли перенесла своё недоверие с него на неё. Маэлин за то время, что Элли провела на границе чёрной пустоши, сильно изменился. Точнее, в сеансах связи через зеркало, показал себя совсем с другой стороны. Холодным, жёстким и властным. Общение на равных закончилось в тот момент, когда Элли сбежала из Редклифа, и сейчас ей уже казалось, что его никогда и не было. А была лишь ложь. Притворство, которое она принимала за чистую монету. А тут ещё Марико, ищущая к ней подход и выбирающая для этого ту же линию поведения, что и Маэлин в Редклифе. Она казалась Элли отвратительной и насквозь фальшивой. Естественно, девушка защищалась, всеми возможными способами стараясь не впускать её в своё личное пространство.

А в результате, о проблеме со сном, знали только её друзья, считавшие её решённой, и Кайлан, который ничего не хотел делать.

Размышления Элли о собственной глупости прервал Лич. Он жестом пригласил девушку подойти и протянул ей ещё один лист бумаги. Там оказалось целое письмо:

“Здравствуй, Элли. Я позвал тебя сюда, чтобы заключить взаимовыгодное соглашение. От тебя потребуется дать мне магическую клятву. В результате, ты не сможешь использовать магию против меня и моих подопечных. Я лич, как видишь. И ты, как более сильный (в перспективе) некромант, чем я, представляешь для меня серьёзную опасность. Но я тебе не враг. Я разумен, и у меня здесь, внутри аномалии, больше трёх сотен разумных, за которых я в ответе, так как сделал их таковыми именно я.

Взамен лояльности ты получишь то, чего хочешь больше всего. Я научу тебя всему, что знаю сам. Ты станешь очень сильным некромантом. Сейчас ты учишься, конечно, старательно, но слишком уж бестолково. Такими темпами, без моей помощи, чтобы стать полноценным магом, тебе понадобится пара сотен лет. А время, насколько я понял, у тебя ограничено.

Разумеется, если ты откажешься, живой отсюда не выйдешь. Но мне бы очень этого не хотелось. Ответить можешь вслух. Я тебя пойму.”

– Соглашение о ненападении должно быть взаимным. – Сказала Элли. – Внесёшь в мою клятву условие, при котором я смогу пойти против тебя, если ты будешь убивать людей, и я согласна. Я уже дала клятву защищать людей от нежити. Насколько я знаю, две магические клятвы, с взаимоисключающими условиями, могут свести с ума.

– Всё верно. – Написал Лич. – И такое условие там уже есть. Я знаю о присяге стражей границы. Но если люди нападут сами, не надейся, что моя самозащита разрушит твою клятву. Помимо убийств, есть множество других способов отбить у них желание сюда лезть. На то, что эти способы будут гуманными, тоже можешь не рассчитывать.

– Ты всерьёз полагаешь, что я планирую пожертвовать чьей-то жизнью, чтобы сломать клятву?

– Я читаю твои мысли. Стандартная настройка некромант – нежить. А ты могла бы управлять моим телом через эту связь, если бы умела.

– Чёрт! Опять ментальный контакт. А ты не можешь как-нибудь без этого?

– Ты можешь. Тот щит, который ты активируешь, когда ложишься спать.

– Так. Хорошо. Мне придётся жить здесь? Чем я буду тут питаться?

– Для тебя уже украли человеческую еду. Такую, как ты взяла с собой. Завтра к вечеру принесут. К тому же, в лесу полно всякой живности, а в реке есть рыба. Зомби поймают всё, что захочешь.

– Только вот готовить я не умею.

– Не думаю, что научиться – такая уж проблема. Здесь есть книги и по этой теме. Библиотека в твоём полном распоряжении.

– Да уж, – усмехнулась Элли, – ты точно знал, куда меня пригласить, чтобы я захотела остаться. Как тебя зовут хоть?

– Никак.

– В смысле? У тебя нет имени? Но другие разумные зомби как-то же тебя называют?

– Нет. Мы общаемся телепатически. Обращение “слышит” только адресат. В именах нет необходимости. И, кстати, разумны не зомби, а личи.

– Ладно… Давай тогда сразу разберёмся с клятвой.

Лич протянул Элли ещё один заранее заготовленный лист бумаги. Девушка внимательно прочла текст и пришла к выводу, что обмануть её не пытаются. Всё было именно так, как писал ранее Лич. После этого она зачитала вслух текст клятвы и закрепила его стандартной магической формулой.

– Есть ещё одно дело. – Написал Лич. – Твои друзья сейчас в городе. В доме на окраине. Они пошли тебя искать. Им не причинили вреда. Только напугали. Тебе следует поговорить с ними. Отправить обратно.

– Что?! Кто?

– Менталистка, целительница, воздушница, человек не маг и некромант, который почему-то не пользуется силой.

– Так что ж ты сразу не сказал?! Поехали скорее! Мне надо всё им объяснить.

– Я пойду. Ты поедешь за мной. – Написал Лич и вышел на улицу, преодолев расстояние около пятидесяти метров примерно за секунду.

Да уж. С такой скоростью передвижения, действительно ехать не имело никакого смысла.

До нужного дома они добрались примерно через час. Прошли через оцепление зомби, вошли в подъезд и обнаружили пустую квартиру с открытой железной дверью. Помещение явно носило следы недавнего присутствия людей. Пахло едой, на столе валялись ещё даже не засохшие хлебные крошки, но друзей Элли здесь не было.

– И куда они делись? – В недоумении уставилась Элли на Лича.

– Сбежали. – Написал он.

– Как?!

– Не знаю.

Глава 12. Догонялки

– Ты вообще понимаешь, что натворила? – Возмущалась Марико, грозно нависая над Лейлой. – Ты собственными руками дала тому, кто заманил сюда Элли, инструмент давления на неё. Или тебе невдомёк, зачем нас здесь собрали? Так я тебе объясню! Близкие родственники в плену у врага делают удивительно покладистыми даже тёмных магов. Как думаешь, чем она будет готова пожертвовать в обмен на твою жизнь?

– Ну всё. Хватит. – Прервала её Стефа. – Мы тоже хороши. И вообще, достаточно уже выяснять, кто виноват. Давайте перейдём к более насущному вопросу: “Что делать?”.

– Выбираться отсюда надо. – Сказал Рик. – Вопрос – как. Снаружи толпа нежити. И ладно бы только зомби, но там же и личи есть. Напролом нам не прорваться.

– Снаружи… – Задумчиво проговорил Саша. – В дом они не лезут. Идём в подвал!

– Нет! – Сразу догадалась, в чём заключалась его идея, Марико. – Только не это. Ты не представляешь, с чем мы можем там столкнуться! Это же некроаномалия. Семь столетий полной темноты… Даже я не представляю!

– О чем вы вообще? – Спросила Стефа.

– О канализации. – Усмехнулся Рик. – Проблема в том, Саша, что ты непозволительно мало знаешь о нашем мире в целом и о магии в частности. С другой стороны, сейчас твоя неосведомлённость сыграла нам на руку. Никому из нас даже не пришло бы в голову лезть в канализацию внутри некроаномалии. А между тем, это наша единственная возможность сбежать. Шансы, правда, немногим лучше, чем против зомби. Внутри любой аномали периодически происходят выбросы дикой магии той стихии, которая эту аномалию создала. Но некроэнергию на поверхности уничтожает солнечный свет. Там она может задержаться только в неживых предметах. В том числе и в зомби. А вот в местах, куда солнечный свет не проникает… Даже не знаю, с чем мы там столкнёмся.

– Я за! – Сказала Лейла. – Так мы хотя бы не будем в руках того, кто заманил сюда Элли. И он не сможет её шантажировать. И ещё, не только я ей дорога. За Стефу она любому голову оторвёт, не задумываясь. И за Сашу, кстати, тоже.

– С чего ты взяла? – Удивился Саша.

– А с чего ты взял, что нет? – Усмехнулся Рик. – Вас у Элли таких двое. Тех, на общение с кем, она находит время даже сейчас. Ты и Стефа.

– У неё нет выбора. – Мрачно усмехнулся Саша. – Я сам прихожу к ней на полигон, когда она экспериментирует с новыми заклинаниями.

– Выбор всегда есть. – Печально улыбнулась Марико. – Думаешь: ты один пытался составить ей компанию? Ладно, пойдём действительно в подвал. Посмотрим канализационные трубы. Может мы вообще в них не пролезем.

Диаметр трубы оказался вполне достаточным, чтобы в ней можно было передвигаться ползком. Лейла при помощи магии выломала в трубе большую дыру возле стояка и первая залезла внутрь. Она единственная из всей группы была тёмным магом и могла хоть что-то противопоставить потусторонним феноменам. Поэтому ей и следовало идти первой. Второй в трубу залезла Стефа. За ней Саша, Марико и Рик.

До городского коллектора ползти пришлось не меньше двадцати минут. В трубе не воняло. За то время, что ей не пользовались по назначению, все отходы высохли до состояния праха. Но все равно было грязно. К тому же, передвигаться ползком оказалось неожиданно тяжело. Уже к середине пути, Лейла до крови стесала локти. Стефе пришлось её лечить. Да и остальных тоже. Одно радовало – никаких порождений некроаномалии, по дороге к коллектору, им так и не встретилось. Впрочем, это было только начало пути.

До трубы, диаметр которой позволял встать в полный рост, они добрались грязными и измученными. И как раз в ней их и ждал первый сюрприз.

Больше всего это было похоже на паутину. Только без паука. В нитях силы отчётливо просматривалась структура тёмного заклинания, направленного на вытягивание энергии из живых объектов. “Паутина” полностью перекрывала проход, а на полу под ней валялось не меньше двух десятков крысиных скелетов. Очевидно, именно крысами она и питалась до сих пор.

Из всей группы паутину видели только Рик и Лейла. Остальные могли лишь догадываться об опасности по наличию скелетов. Физического тела у этого потустороннего феномена не было, а проявления тёмной магии в чистом виде ни светлый маг ни, тем более, обычный человек увидеть не могли. Но на тех, кто всё же её видел, паутина произвела зловещее впечатление. Даже у Рика волосы на затылке зашевелились, а Лейла и вовсе ударилась в панику.

Она попыталась снести паутину порывом ветра. Это была чисто рефлекторная реакция. Думать девочка в этот момент не могла. В итоге сеть, поглотив ману из заклинания, значительно уплотнилась и ещё в два слоя оплела проход, на порядок усложнив свою структуру и на пол метра приблизившись к такому вкусному источнику энергии.

– Молодец. – Буркнул Рик, за шкирку, как нашкодившего котёнка, отдёрнув девчонку от потустороннего феномена. – В следующий раз, постарайся обойтись без самодеятельности. – И скомандовал. – Разворачиваемся.

Пройдя метров тридцать в обратную сторону, они вышли к большой луже слизи, растёкшейся по полу. Её видели все, что свидетельствовало о наличии у неё физической оболочки и, соответственно, гораздо более сложной структуры. Правда, магию в ней могли разглядеть только тёмные. Но крысиные скелеты, валявшиеся рядом, не укрылись и от взглядов остальных. Лужа была не слишком большой. Как и паутина, она вызывала у людей безотчётный страх, к которому примешивалась изрядная доля отвращения. Но между паутиной, полностью перекрывавшей проход, и лужей, растёкшейся только по полу, выбор был очевиден. Решили прыгать. Магическое усиление от светлых значительно увеличивало физические возможности, так что с этим проблем не возникло. Сложно было только подавить в себе омерзение и решиться на прыжок. Потом им встретилась ещё одна паутина, до потолка оплетавшая проход, но перед ней коллектор разветвлялся и было решено свернуть в боковой ход. К этому моменту, все уже немного успокоились и даже Лейла смогла взять себя в руки. Разум победил инстинктивный страх, пробуждаемый порождениями некроаномалии. В конце концов, пока не могли двигаться, они не представляли реальной опасности.

Так люди и блуждали по канализации, обходя потусторонние феномены и всё сильнее запутываясь в хитросплетении переходов. Периодически им встречались канализационные колодцы, но выбираться на поверхность, они пока не планировали. Там их ждали зомби, личи и перспектива стать орудием шантажа для Элли в руках неизвестного некроманта, сумевшего подчинить местную нежить.

И всё бы ничего, но везение вечным не бывает. Первым звоночком стал звук. Отдалённое то ли хлюпанье то ли чавканье. За разговорами и звуками собственных шагов, люди заметили его далеко не сразу. А когда заметили, было уже поздно.

Существо больше всего походило на огромного слизня. Примерно метр длиной и около сорока сантиметров толщиной. В его прозрачном теле хорошо просматривались нити силы, складывавшиеся в структуру, направленную на поглощение чужой энергии. В принципе, ничего нового. Только вот это порождение некроаномалии умело передвигаться. Причём, довольно шустро для слизня. Оно ползло чуть быстрее, чем идёт человек. То сжимаясь, то растягиваясь, и издавая при движении те самые, мерзкие, хлюпающие звуки.

– Бежим! – Первой очнулась от шока Стефа и рванула назад по трубе коллектора, увлекая за собой Марико, мёртвой хваткой вцепившуюся в руку Лейлы.

Это паническое бегство стало их главной ошибкой, за которую чуть не пришлось расплатиться жизнями. Стефа, бежавшая первой, не могла видеть потусторонние феномены, не имеющие физического тела. Она очень быстро заблудилась и завела группу в ловушку. Точнее, в ответвление трубы коллектора, перекрытое паутиной. Лейла слишком поздно её увидела, и всё, что успела сделать, это не дать Стефе в неё влипнуть. А потом, при виде приближающегося слизня, девочка снова запаниковала. Она опять попыталась атаковать порождение некроаномалии при помощи магии воздуха. Только в этот раз слизня, а не паутину. Впрочем, эффект был почти тот же. Да, ей удалось отбросить его на пару метров, но при этом, поглотив ману из её заклинания, он увеличился в размерах почти на треть.

Спасение пришло с неожиданной стороны. Пока все бежали сломя голову и не разбирая дороги, Саша успевал прямо на ходу потрошить патроны для револьвера, которыми все его карманы были забиты под завязку, и ссыпать порох из них в матерчатый поясной кошелёк. В качестве фитиля он использовал скрученные вместе бумажные гильзы нескольких патронов. Помимо пороха, в импровизированную гранату попадала и гремучая ртуть, а вот пули Саша извлекал, во избежание неприятных неожиданностей.

Когда слизень приблизился на достаточное расстояние, Саша поджог бумажный фитиль и швырнул в него гранату. Полыхнула она знатно. Монстра сразу целиком охватило пламя. А главное: огонь не магического происхождения не давал ему подпитки. Физическое тело примитивной нежити оказалось очень хрупким и сгорело дотла за считанные секунды. Магическая структура разрушилась вместе с ним.

Только вот на этом проблемы не закончились. После того как догорел слизень, в наступившей тишине, по прежнему слышалось хлюпанье. Правда, теперь отдалённое, но оно приближалось.

– Что это было? – Спросил Рик у Саши. – У тебя есть ещё?

– Есть из чего сделать. – Сказал Саша. – Но мне нужны ваши кошельки, патроны и, главное, время. А ещё подумай можешь ли ты что-то сделать с этими существами. Ты же всё-таки некромант, хоть и лишённый силы. Начертить знак-то ты способен? А сила есть у Лейлы.

– Не выйдет. – Вздохнул Рик, выгребая из карманов патроны для револьвера. – Этих существ можно упокоить, но для этого нужно поглотить их энергию, а на это способен только некромант. Лейла же – маг воздуха.

– Ты некромант, ты и поглотишь. – Сказала Марико. – Лейла выступит в качестве посредника. Рисуй знак.

– Как ты себе это представляешь? Я не могу пользоваться силой!

– Если ты чего-то не умеешь, это не значит, что это невозможно. – Вздохнула менталистка. – Рисуй знак, я покажу, как сделать направляющие. Патронов нам хватит гранаты на четыре. Не больше. А сколько здесь таких существ, мы не знаем.

С этого момента все принялись за работу. Саша потрошил патроны, Стефа помогала ему делать гранаты, Марико инструктировала Лейлу, а Рик рисовал своей кровь знак. Последнее оказалось делом не столько сложным, сколько долгим. Первый слизень вывалился из бокового прохода коллектора, когда некромант выполнил едва ли половину работы. Благо, к тому моменту, Саша, с помощью Стефы, уже смастерил две гранаты, и уничтожить монстра не составило труда. Только вот, судя по характерному хлюпанью, следующий слизень был уже на подходе. Патронов хватило всего на три гранаты. И, пока некромант рисовал знак, Саше пришлось израсходовать две из них. Когда Рик закончил, Марико добавила к знаку ещё две руны, а потом начертила третью на лбу некроманта.

Следующего монстра маги уже встретили во всеоружии. Лейла сидела в центре знака, Рик стоял за её спиной. По вершинам лучей пятиконечной звезды вписанной в круг были расставлены горящие свечи. Дождавшись пока слизень приблизится на достаточное расстояние, девочка произнесла магическую формулу и запустила процесс перекачивания энергии из монстра в некроманта. То что некромантом была не она, не имело ровным счётом никакого значения. Добавленные Марико руны, вовсе не являлись чем-то сверхъестественным. Просто их никто не использовал для таких целей. Не возникало необходимости. Слишком нестандартной оказалась ситуация. Но всё получилось как нельзя лучше. Проблема со слизнями была временно решена. При помощи знака, упокаивать их не составляло никакого труда. И всё бы ничего, но свечи, хоть и медленно, но сгорали, а вот слизней меньше как-то не становилось. Даже наоборот. Сдвинуться с места было уже равносильно самоубийству. Знак нарисованный на полу стал единственным шансом группы на выживание. Но лишь при условии, что слизни закончатся раньше, чем догорят свечи.


– Как это – не знаешь?! – Возмутилась Элли. – У тебя тут оцепление из полу сотни зомби! Неужели никто ничего не видел?

– Они бы не прошли через оцепление. – Написал Лич. – Они ушли как-то по-другому. Возможно под землёй. Там есть канализация, но я туда никогда не спускался.

– То есть ты не знаешь, что там водится, и чем оно может грозить моим друзьям? – Обманчиво спокойным тоном уточнила Элли.

В этот момент Лич совершенно точно осознал, что если её друзья погибнут, никакая магическая клятва эту девушку не удержит. Единственное, что ему останется – убить её сразу. Иначе она станет его врагом и обязательно найдёт способ отомстить.

– Проведи ритуал поиска на родную кровь. – Написал он. – Быстро.

Элли молча смахнула хлебные крошки со стола, разрезала себе палец и, чёткими уверенными движениями, начертила кровью на столешнице знак необходимый для ритуала. Затем активировала его при помощи магической формулы и получила четыре нити привязки. Сей факт не мог не радовать. С момента предыдущего проведения этого ритуала количество её родственников не уменьшилось. Две нити вели в одну и ту же сторону. Так что с направлением вопрос решился.

Элли кинулась было в подвал, но Лич остановил её схватив за руку. Девушка замерла. Прикосновение холодных пальцев нежити вызвало животный ужас, от которого поползли мурашки по коже и даже зашевелились волосы на затылке. Лич сразу же убрал руку, почувствовав реакцию Элли через ментальный контакт, а она внезапно устыдилась своего страха. Столько училась некромантии, копалась в памяти мертвецов, резала крыс, даже труп поднимала, правда не человеческий, и вот, пожалуйста…

– Это инстинкт. – Написал Лич. – Всё нормально. Нам нет смысла спускаться в канализацию здесь. Поверху будет быстрее. Войдём через ближайший к твоим друзьям канализационный колодец.

– Ладно. – Согласилась Элли и поспешила на улицу к своему мопеду.

До места они добрались за пять минут. И ещё минут десять искали вход. Впрочем, так всё равно получилось быстрее, чем если бы они пошли тем же путём, что и друзья Элли. Лич открыл люк и девушка первая спустилась по лестнице. “Паутину”, перекрывавшую вход в коллектор она уничтожила, притормозив лишь на несколько секунд. Разрушила её структуру и вытянула ману. Для некроманта это не составляло никакого труда. Элли даже не занервничала. Видимо, все подобные эмоции у неё уходили на Лича. Низшая нежить, к которой относилась “паутина”, рядом с ним казалась совсем не опасной.

Спустившись в канализационный коллектор, Элли сразу почувствовала эманации тёмной магии. Нетрудно было догадаться, что где-то неподалёку идёт бой. И вот тогда она действительно испугалась. Девушка рванула с места. В голове билась одна единственная мысль: “Только бы не опоздать”. Лич следовал за ней, мгновенно уничтожая, порождения некроаномалии, встречавшиеся на пути. Всё-таки, у него это получалось быстрее, чем у Элли. Они добрались до развилки и выскочили как раз к паутине, за которой шёл бой.

В этот момент на пентаграмме догорела одна свеча. У Лейлы прервалось заклинание и слизень, не встретив сопротивления, дотянулся до девочки и присосался к ней пиявкой, быстро разбухая от поглощаемой маны. В следующий миг всё смешалось. Лейла завизжала, Рик вцепился в неё, вырывая из смертельных объятий монстра, Саша швырнул последнюю гранату, Элли уничтожила паутину и кинулась спасать друзей из разгорающегося пожара, Стефа начала лечить ожоги, а Лич ударил сразу во все стороны волной магии, разрушающей все некроструктуры на своём пути. Такой удар даже зомби обратил бы в прах, не то что примитивных слизней.

– Нам конец. – Прошептала Марико, завороженно глядя на Лича.

Мысли нежити оказались недоступны для менталистки. А вот в том, что это именно нежить, причём очень сильная и опасная, сомнений не возникло.

Как ни странно, Элли её услышала. И даже оглянулась.

– Всё нормально, – бросила она, – он со мной.

На это заявление отреагировали все. Благо, одежда ни на ком уже не горела. Обернулись и дружно уставились настороженными взглядами на Лича. Последний застыл безмолвной тенью, позволяя себя рассмотреть во всех деталях. Перепутать его с человеком было невозможно даже в полумраке канализационного коллектора, освещаемого одним магическим светляком. Даже Саша, вообще не способный разглядеть ауру, ни на миг не усомнился в том, что перед ним нежить, маги же, видевшие саму суть, были просто раздавлены ощущением чужеродной силы не мёртвого некроманта.

– Не бойтесь. – Вздохнула Элли. – В конце концов, он вас спас. Да, это лич. И он разумен. И у меня с ним договор. Но давайте всё же сначала выберемся отсюда, а потом уже это обсудим.

Лич зажёг ещё один магический светляк и мгновенно исчез за поворотом коллектора.

– Идём. – Сказала Элли и последовала за ним.

Саша взял на руки Лейлу. Остальные были способны передвигаться самостоятельно. Лич вывел их из канализации и пригласил в один из ближайших домов. В квартиру на первом этаже. Люди следовали за ним, сохраняя напряжённое молчание. Они явно нервничали, но держали себя в руках и не проявляли признаков агрессии, что уже, по мнению Лича, являлось большим достижением. Похоже, с ними можно было попробовать наладить контакт.

Оказавшись в квартире, Саша уложил Лейлу на диван, и Стефа сразу приступила к лечению. Ожоги были небольшие, но всё же довольно болезненные. Рик успел отнять Лейлу у монстра и закрыть собой от огня, но на них обоих загорелась одежда. И хотя её практически сразу потушили, в нескольких местах на коже уже выступили волдыри.

Девочка молча терпела все манипуляции целительницы. Только периодически стискивала зубы и болезненно морщилась. Рик ждал своей очереди.

– Ну и что дальше? – спросил Саша у Элли.

– А дальше вы все вернётесь в Морские ворота. – Ответила девушка. – Вам никто не будет препятствовать. Возможно даже проводят. А я останусь здесь.

– Угу, мечтай дальше. – Не отрываясь от лечения буркнула Стефа. – Кстати, ты ещё не обзавелась свежими ранами?

– Обзавелась, но это исключительно ваша заслуга. Для ритуала поиска родственников, можно использовать только свою кровь. Серьёзно, мне не нужна ваша помощь. У меня всё нормально. Мы договорились. Я останусь здесь, а нежить больше не будет охотиться на людей. Вообще. Это очень хорошие условия сделки.

– Я без тебя не уйду. – Подала голос с дивана Лейла.

Лич протянул Элли записку и она удивлённо вскинула брови прочитав её.

– Серьёзно? Хм. Ну хорошо. Он предлагает остаться здесь всем, кто этого хочет. И ещё Рик, он утверждает, что может снять с тебя блок. В общем, решайте кто уходит, кто остаётся.

– Я остаюсь. – Сказал Саша.

– Я тоже. – Улыбнулся Рик. – Это предложение, от которого трудно отказаться.

– А я ухожу. – Вздохнула Марико. – Моё место среди стражей границы. Я нужна им. Если я не вернусь, они пойдут меня искать. Будет много бессмысленных жертв. И ещё, Элли, не сомневайся – ты поступила правильно. Стефа, до связи. Кто меня проводит?

Лич шагнул в коридор, жестом пригласив её следовать за ним. Снаружи их ждали ещё три лича. Там же были привязаны к перилам лестницы, ведущей в подъезд, четыре лошади и стояли два мопеда. Марико забрала свою лошадь, вскочила в седло и выдвинулась в путь под конвоем из трёх личей вызванных сюда специально для её сопровождения. Главный же лич, уселся на ступеньку лестницы и принялся ждать. Он решил дать своим новым знакомым возможность немного расслабиться и обсудить ситуацию в более свободной обстановке. При этом, Лич прекрасно знал, что происходит в комнате. Ментальная связь с Элли давала ему возможность видеть и слышать всё. И, разумеется, он не собирался упускать возможность побольше узнать об этих людях.

– Что это за существо такое? – Спросила Стефа.

– Лич. Разумный. – Усмехнулась Элли. – И даже очень. Правда говорить не умеет. Зато умеет писать.

– Я думала – разумной нежити не бывает.

– Я тоже так думала до сегодняшнего дня. Кстати, он тут не один такой. Он писал, что здесь около трёх сотен разумных.

– Да уж… – Протянул Рик. – И всё это прямо под носом у стражей границы.

– А ты зачем ему понадобилась? – Спросил Саша.

– Не уверена, но думаю, что ему здесь скучно. И он решил наладить контакт с людьми. Иначе ему было бы проще меня убить. А он даже пообещал меня учить. И что-то мне подсказывает, что учитель из него получится гораздо лучше, чем из Кайлана.

– Это точно. – Усмехнулся Рик. – Хуже то некуда.

– И что он потребовал взамен? – Спросил Саша.

Элли достала из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и протянула его Саше. Там был текст клятвы. Он прочёл его вслух для всех.

– Хорошие, условия. – Сказала Стефа. – Очень. По сути это мирный договор. Причём с очевидной выгодой для тебя. Похоже он тут сходит с ума от одиночества, раз пошёл на такое.

– В картину не вписываются только триста разумных зомби. – Задумчиво проговорил Саша.

– Ладно. Не вижу смысла гадать. – Сказала Элли. – Пойду позову его. У нас сегодня ещё куча дел. Надо где-то поселиться, приготовить ужин… И ещё я хочу показать вам библиотеку.

Последнее слово Элли произнесла так, что всем сразу стало понятно – она поселится именно там.

Глава 13. Аномалия

Элли вышла из подъезда и села на ступеньку рядом с Личем.

– Почему ты позволил им остаться и даже не потребовал ничего взамен? – Спросила она.

– Чем больше людей, тем лучше. – Написал Лич. – Вы всё правильно поняли. Мне здесь скучно.

– Подслушивал? – Усмехнулась Элли. – Тогда ответь ещё на один вопрос. Как же те триста разумных личей, о которых ты писал? Чем тебя не устраивает их общество?

– Как ты относишься к Лейле и Тони?

– Причём тут это?

– Просто ответь на вопрос.

– Хорошо… Так уж вышло, что я старшая в роду. Это большая ответственность. А Лейла и Тони дети моего рода. Я должна о них заботиться. Защищать. Среди стражей границы Тони в безопасности. Я бы предпочла, чтобы и Лейла была там же, но она меня не послушает. Даже если я отправлю её туда, она снова сбежит и подвергнет себя ещё большей опасности.

– А общаться тебе с ними интересно?

– Нет конечно. Это же дети. Я просто должна о них заботиться. А общение им нужно. Это тоже часть заботы.

– Самый старший из моих подопечных стал разумным одиннадцать лет назад.

Элли потрясённо молчала. Новая информация просто не укладывалась в голове. Триста смертоносных, ужасающе сильных, быстрых, да ещё и наделённых магическими способностями “детей”. Да это же самый натуральный кошмар.

– Они мне подчиняются беспрекословно. – Написал Лич, отвечая на невысказанные мысли девушки. – Я для них что-то вроде божества. К тому же, я в любой момент могу перехватить контроль над их телами. Хотя стараюсь этого не делать. Воспитываю в них свободу воли. Получается пока плохо.

– Мне надо свыкнуться с этой мыслью. – Проговорила Элли. – Слишком это всё дико. А тебе следует придумать себе имя. Нас, тех кто не общается телепатически, здесь теперь пятеро, и вряд ли тебе понравится, если мы будем обращаться к тебе: “Эй, ты”.

– Дэмиан. – Написал Лич.

– Хорошо, Дэмиан. Ну что, может отведёшь нас туда, где мы будем жить? Стефа уже наверняка всех вылечила, а нам ещё ужин готовить.

– Зови своих друзей.

Наличие имени было для Лича непривычным, но раз людям это нужно – почему бы и нет? К тому же, это имя он выбрал сам, и оно ему нравилось. Ему вообще всё сейчас нравилось. Раньше он даже надеяться не мог, что получит аж пятерых людей. До этого дня, пределом его мечтаний было заманить в аномалию Элли. И он собирался щедро расплатиться знаниями за возможность общаться с живым человеком. А тут люди сами пришли, не выказывают враждебности, согласились жить внутри аномалии, да ещё и ничего не просят. А ведь Дэмиан готов был предложить им всё, что в его власти, лишь бы они остались. Собственно, он и сейчас думал, чем бы их приманить. Чтобы люди пошли на контакт, следовало их для начала заинтересовать. Но они хотя бы согласились остаться. Дали Дэмиану время, чтобы найти к ним подход.

Вот шумная человеческая компания вышла из подъезда. Нежить никогда не производила столько звуков. Люди стучали каблуками, шелестели одеждой, разговаривали. Кстати да, надо как можно быстрее научиться говорить. Раньше Дэмиан не придавал особого значения этому способу коммуникации. Он узнавал о чём идёт речь, читая мысли Элли. Звуки, которые люди при этом издавали, для него ничего не значили. Когда говорила сама Элли, её мысли обретали конкретную форму, поэтому Личу было легче отвечать. А теперь вышло так, что если некромантка не присутствовала при разговоре других людей, он их просто не понимал. Разумеется он ловил каждое слово, стараясь как можно быстрее исправить это упущение. Прислушивался, сопоставляя звуки, одновременно с письменной речью и значением слов в восприятии Элли. Это было непросто, но его всегда привлекали сложные задачи.

Дэмиан вернул людям их мопеды и лошадей, выловленных личами в лесу. Сам он умел передвигаться на своих двоих гораздо быстрее не только лошади, но и мопеда, поэтому транспортом пользоваться не стал. Реакция людей не заставила себя ждать. В тот раз, когда Дэмиан вёл Элли к её друзьям, она слишком переживала за них, чтобы обращать внимание на что-то ещё. Но сейчас вид обгоняющей мопед нежити вызвал нервную дрожь даже у неё. Да уж. И сколько ещё таких глупых ошибок он успеет совершить, прежде чем научится копировать поведение людей, чтобы не пугать их? Многократно превосходящая человеческую, скорость, способность двигаться абсолютно бесшумно, неумение говорить, отсутствие мимики и жестикуляции… Слишком многое предстояло изменить. И не было никакой гарантии, что это поможет. Впрочем, возможно люди к нему просто привыкнут и перестанут так остро реагировать?

Дом для Элли Дэмиан выбрал давно. Ещё когда решил, что не будет её убивать. Этот дом был такой же приманкой для неё, как и библиотека. В нём было электричество от солнечных батарей расположенных на крыше, водопровод, отопление и куча самой разнообразной бытовой техники. Разумеется, многое из этого пришлось ремонтировать, а кое-что и менять, даже некроаномалия не делала предметы абсолютно вечными, и Дэмиан убил на это дело немало сил и времени, но оно того стоило.

Элли пришла в полный восторг. Правда, Дэмиана немного смущало её желание разобрать пылесос, чтобы посмотреть, как он устроен, но раз ей так хочется… В конце концов, в этом городе можно найти ещё много пылесосов. И стиральных машин, и холодильников… Главное, чтобы до солнечных батарей не добралась. Вот их действительно не хватало, учитывая тот факт, что электричеством пользовался и сам Дэмиан. Аномалия аномалией, а снег, град и прочие метео неприятности никто не отменял.

Элли действительно была в восторге. Большой двухэтажный дом полный света и воздуха, с панорамными окнами и высокими потолками, после крохотной каморки на троих в Морских Воротах, уже казался пределом мечтаний. Но, когда она увидела, что внутри… Объяснять назначение и принципы работы бытовой техники вызвался Саша. Дэмиан даже заходить не стал. Просто указал на дом и ушёл. Саша же устроил Элли, да и остальным, настоящую экскурсию. Он как будто попал обратно в свой мир. Впрочем, так казалось только на первый взгляд. Уровень технического прогресса этого мира до апокалипсиса был никак не ниже земного. Но здесь, в отличие от Земли, наблюдался симбиоз техники и магии. Как раз то, о чём мечтал Саша. И это так завораживало, что желание разобрать всё по винтикам и хорошенько покопаться внутри, преследовало отнюдь не одну Элли. Впрочем, они дружно решили, что это всегда успеется. И вообще, пылесос, как и стиральная машина, в хозяйстве ещё пригодится, а начать лучше с теории. Ведь в этом городе сохранилась публичная библиотека. Но туда решено было отправиться завтра. Во-первых никто не знал дороги, а во-вторых уже стемнело.

На ужин сварили гречку на электрической плите. Она, в кои-то веки, не подгорела и, с вяленым мясом, зашла на ура.

Далее по плану шли водные процедуры и сон. И если две ванные комнаты ребята ещё как-то поделили (Не такой уж острой была необходимость туда идти, после того как Элли очистила всех при помощи маги, когда они выбрались из канализации), то отсутствие кроватей в комнатах на втором этаже стало неприятной неожиданностью. Точнее кровать была. И даже двуспальная. Но одна. А жилых комнат – четыре. И ещё кабинет. Впрочем, решение нашлось довольно быстро: Элли устроилась на диване в кабинете, Стефа и Лейла – на кровати в спальне, Рик – на диване в гостиной, а Саша – на раскладном кресле-кровати, найденном в одной из спален. Кстати, о том, что это не просто кресло, а кресло-кровать, не знал даже Дэмиан, который его туда притащил. Он обставлял дом в расчёте на то, что жить там будет один человек, а не пять.

Впервые за последние пол года Элли проспала девять часов к ряду. Перед сном она нарисовала на лице знак, и запустила заклинание блокирующее ментальный контакт с нежитью. Кровь использовала свою. Благо, Стефа была рядом и могла вылечить все раны. Несмотря на то, что Элли находилась внутри некроаномалии, а где-то неподалёку бродили зомби и личи, никакого страха она не испытывала. На девушку снизошло удивительное спокойствие. В данный момент, от Элли ничего не зависело. И она могла, наконец, расслабиться.

Проснулась Элли от грохота. Выскочила из кабинета и увидела совершенно сюрреалистичную картину. По лестнице, задевая стены и перила, два зомби несли кровать. Дэмиан управлял процессом, стоя на верхней площадке. Саша, Стефа и Лейла тоже только что проснулись и вышли из комнат посмотреть, что происходит.

А вот Рик, спавший в гостиной на первом этаже, застал самое начало спектакля. Это он открыл Дэмиану дверь. Как оказалось, за ночь лич успел раздобыть всю недостающую мебель и доставить её к порогу дома. В качестве носильщиков он использовал неразумных зомби. Они занесли в дом кровати, комоды, туалетные столики, постельное бельё, одеяла, подушки, две душевые кабины в разобранном состоянии, какие-то трубы и инструменты и потащили это всё наверх. Душевые кабины Дэмиан планировал установить самостоятельно, но Элли и Саша сразу же увязались за ним. Впрочем, это оказалось не так уж плохо. Втроём они справились гораздо быстрее. Остальные, тем временем, расставили мебель по комнатам и занялись приготовлением завтрака.

Элли решила остаться жить в кабинете. Большой мягкий диван, в качестве спального места, её более чем устраивал, а когда обстановку комнаты дополнили комодом и туалетным столиком, в ней появилось всё, что нужно для жизни.

После того как люди поели, Дэмиан отвёл их в библиотеку. Для Элли, он заранее приготовил несколько заклинаний, которые ей следовало выучить, прежде чем приступать к практике, Саше предложил те книги, которыми его можно было заинтересовать по мнению Элли, для Стефы и Лейлы – сделал подборку обучающей литературы в их областях магии, а сам занялся решением проблемы Рика.

Дэмиан работал с таким заклинанием впервые, но сложностей здесь не возникло. Живую кровь для знака дал Рик. И даже помог этот знак нарисовать. Он очень долго искал способ снять блок со своего дара и знал по этой теме всё, что только возможно. Вдвоём они справились с задачей на удивление легко и быстро, даже несмотря на то, что не могли разговаривать и были вынуждены переписываться.

– Теперь ты уйдёшь? – Написал Лич, когда они закончили.

– С чего ты взял? – Удивился Рик.

– Ты получил всё, что хотел. Твой дар снова с тобой, Элли тебе больше не нужна. Если хочешь уйти, я не буду мешать.

– Ты хочешь, чтобы я ушёл?

– Нет.

– Тогда я остаюсь. Во всяком случае, пока не начнётся война. Мне здесь нравится. И, помнится, ты обещал учить Элли некромантии. Я хочу учиться вместе с ней.

– Вместе не получится. У вас разный уровень мастерства и объём резерва. Ты уже почти готовый магистр, но выше магистра тебе не подняться. Если хочешь, разработаю для тебя отдельную программу. Я так понимаю – ты собрался воевать? Из некроманта сложно сделать хорошего боевика, но нет ничего невозможного.

– Конечно хочу.

– Мне потребуется время.

– Хорошо. Я подожду. А что с Элли? Как ты собираешься учить её?

– Как архимага. Все заклинания, которые я для неё выбрал, подходят под её объём резерва и будут полезными даже тогда, когда она достигнет своего потолка.

– И сколько времени на это уйдёт?

– Учитывая её способности к обучению, около десяти лет.

– А она знает? Вряд ли её бы это устроило. Я понимаю, что это очень небольшой срок для обучения архимага, но десяти лет у нас точно нет. Близится война.

– Ты же знаешь, что помимо объёма резерва, крайне важны концентрация и контроль. Если я сразу начну учить её чему-то атакующему, она может погибнуть из-за своей неопытности. К тому же, она, в любом случае, не сможет полноценно участвовать в боевых действиях из-за клятвы стражей границы. Из всех вас, к войне готовить имеет смысл только тебя. Ты не клялся силой. Нельзя поклясться тем, чего нет.

– У Элли есть лазейка – кровная месть.

– И что это даёт? Всего лишь возможность использовать магию против королевы Лилит и тех, кто тогда исполнял её приказы. В войне это не поможет. Разумеется я дам Элли возможность отомстить, но только когда она будет к этому готова.

– Ей это не понравится.

– Я не собираюсь давать ей выбор. Только не в этом вопросе. Она нужна мне живой. И пока Элли не будет способна отомстить и выжить, я её отсюда не выпущу.

– Тебе следует ей это сообщить. Сегодня же. Иначе скажу я. Твои доводы разумны, но я не хочу попасть в список её врагов, прикрывая тебя.

Дэмиан кивнул, встал, спрятал в карман блокнот, в котором они переписывались, и пошёл в библиотеку. Рик следовал за ним.

Компания в читальном зале чувствовала себя прекрасно. Люди собрались вокруг одного стола и что-то оживлённо обсуждали. Элли уже успела выучить урок, который Дэмиан для неё оставил. Можно было начинать отработку на практике. Лич медленно, чтобы не напугать людей, подошёл к столу и, мельком взглянув на разложенные на нём чертежи планера, протянул Элли блокнот открытый на странице, где была часть переписки с Риком, касающаяся её будущего обучения.

– Выйдем. – Сказала Элли, прочитав переписку.

– Неужели ты не понимаешь, что я просто не смогу отсиживаться здесь в безопасности, когда войска Лилит будут истреблять беззащитных стражей границы, связанных клятвой, не позволяющей использовать магию против людей?! – Возмутилась девушка, когда они оказались на улице.

– Поэтому надо пойти и умереть вместе с ними? – Написал Дэмиан. – Я своего решения не изменю. И не надейся – ты отсюда не сбежишь.

– Это мы ещё посмотрим! – Прошипела Элли, проколола палец кинжалом и начала демонстративно рисовать кровью знаки на лице.

Ей даже зеркало не требовалось. В конце концов, она делала это каждый вечер последние пол года. Лич ей не мешал. Просто стоял и смотрел. На кукольном детском лице не отражалось никаких эмоций. Впрочем, мимики девушка у него и раньше не наблюдала, только сейчас это от чего-то начало её дико раздражать. Закончив разрисовывать лицо некромантка подняла тёмный ментальный щит и с вызовом уставилась на Лича.

– Теперь тебе тоже придётся писать. – Написал Дэмиан. – Я ещё не выучил устную речь. Сейчас сюда придёт зомби. Не пугайся. Он принесёт тебе жертву для отработки заклинания.

– Это ещё зачем? – Написала Элли. – Для тех заклинаний, которые ты дал мне выучить, не требуется знак. Да даже если бы и требовался, у меня всё равно уже идёт кровь. Жертва ни к чему.

– Жертва нужна, чтобы тебя вылечить. Согласись: постоянно таскать за собой целителя – сомнительное удовольствие.

– Но я ведь тёмная. Всем известно, что тёмные не способны лечить.

– Ты некромантка. И да, тёмные не способны лечить. Однако некроманты уровня архимага могут лечиться. Вся наша магия основана на вытягивании чужой жизненной энергии и восстановлении своей за её счёт.

– Я поняла: ты имеешь в виду нежить. Но я то живая. Для живого некроманта всё совсем не так. Я могу просмотреть память трупа, могу поднять труп и управлять им, могу удержать умирающего человека на грани, чтобы дать время целителю на лечение, но способностями нежити к самоисцелению за счёт чужой крови я не обладаю.

– Я тоже это всё могу. И многое другое. Как и ты. Просто у тебя не было учителя.

В этот момент из-за угла ближайшего дома выскочил зомби. Он нёс в руке ещё живого зайца. Дэмиан написал, что Элли должна делать, и вручил ей зайца, изъятого у зомби. Получилось у неё далеко не сразу. Дэмиан уже начал сомневаться, хватит ли крови одного зайца, чтобы вылечить ей палец. Всё-таки живой некромант с огромным трудом делал то, что у нежити получалось без малейших усилий. Но, спустя пол часа мучений, почти полностью обескровив несчастного зайца, некромантка таки смогла закрыть свою рану и восстановить жизненную силу потерянную вместе с кровью.

Зайца Дэмиан добил и отдал зомби с указанием отнести его домой к людям и засунуть в холодильник. После чего, они с Элли приступили к отработке на практике заклинаний, которые она выучила в библиотеке. Разборки, по молчаливому согласию обеих сторон, было решено отложить до лучших времён.

С этими заклинаниями, в отличие от вампиризма, никаких проблем не возникло. Да и немудерно. Ведь Дэмиан выбрал для первого занятия самые простые из подходящих архимагу заклинаний, почти не требующие ни концентрации ни контроля. В данном случае, был важен лишь объём резерва маны. Как раз то, что нужно для начала, чтобы некромантка почувствовала какой силой способна оперировать.

Покончив с практическими занятиями, Элли решила упростить себе жизнь и предложила научить Дэмиана говорить. Ментальный щит она собиралась теперь носить постоянно, а писать ей было лень. Лич, разумеется, согласился. Они вернулись в библиотеку взяли букварь и устроились на первом этаже на лавочке у неработающего фонтана.

Начала Элли с того, что произнесла вслух каждую букву, показывая её в книге. Дэмиан повторял за ней. Потом объяснила как буквы складываются в слоги.

Ученик ей попался на редкость способный. Букварь он осилил за час. И к концу этого времени, уже вполне сносно читал вслух.

Голос у нежити оказался высоким и ломким. Совсем как у живого мальчишки 11-12 лет. Элли, когда в первый раз его услышала, сильно удивилась. Несмотря на детское тело Лича, она видела в нём не ребёнка, а древнюю и смертельно опасную нежить. И предполагала, что его голос будет соответствовать этим её представлениям. Однако реальность оказалась гораздо проще и прозаичнее. Тело Лича сохранило исходные параметры, которые имело на момент смерти. Конечно не считая изменений, привнесённых обращением в нежить. Но голосовые связки эти изменения не затронули.

Конечно Дэмиан не научился за этот час всему, что было нужно для разговорной речи. Оставалось ещё много вопросов. Например: он совершенно не понимал, как ставить ударения в словах. И вообще говорил так, будто читал по слогам. Но, по крайней мере, теперь он понимал людей. И ему для этого не требовалось копаться в мыслях Элли. А это уже было большим достижением.

Разобравшись с разговорной речью, насколько это вообще возможно за такой короткий срок, Дэмиан забрал людей из читального зала и отвёл их домой. День подходил к концу, а они ещё даже не обедали. Из наблюдений за Элли в тот период, когда она жила в крепости стражей границы, он знал, что люди едят три раза в день. Так что решил их больше не мучить. Дэмиан и так слишком увлёкся, и упустил момент, когда надо было их покормить. День получился очень уж насыщенным событиями.

Лич опять проводил людей до дома и ушёл. Этим вечером у него не было возможности наблюдать за ними через ментальную связь с Элли, но это ведь далеко не единственный способ… Дэмиан и не сомневался, что некромантка рано или поздно закроется от него ментальным щитом. И на этот случай, разместил в её доме множество следящих и подслушивающих артефактов. В каждой комнате. А наблюдать за людьми было интересно. Особенно, когда они обсуждали его, думая, что он не слышит.

– Просто представь, – говорил Рик, разделывая кролика, пока Саша варил уже опостылевшую всем гречку, – семь лет бесплодных поисков способа разблокировать дар. И тут появляется наш чудо-монстр и снимает блок за какие-то несчастные два часа. Причём полтора из них ушло на рисование знака. И ты думаешь: после такого я могу уйти, даже не попытавшись чему-то у него научиться?

– То есть, ни толпы нежити, которые нам встретились по пути сюда, ни сам наш “заботливый хозяин”, тебя не смущают? Просто интересно, тебе совсем не страшно, или страх всё-таки есть, но жажда знаний его пересиливает?

– Ты же знаешь: у тёмных эмоции подавлены. Хотя да, Лич и меня нервирует. Даже после всего, что он для нас сделал. А тебе, я так понимаю, страшно?

– Не то слово. Помнишь, я рассказывал тебе о кино из моего мира? Так вот, был там один забавный жанр – ужасы. Как правило, фильмы такого плана меня не пугали. Вызывали отвращение, иногда смешили своей нелепостью, но не более того. Однако из этого правила было исключение. Азиатские ужастики. Долгое время по ним кочевал один чудесный персонаж. Маленькая девочка с длинными чёрными волосами, падающими на лицо. Она не говорила. Только как-то странно скрипела. У неё были дёрганные неестественные движения. Суставы гнулись под такими углами, под которыми у человека они гнуться никак не могут. Она либо вообще не шевелилась, либо двигалась очень очень быстро. Короче, у меня стойкое ощущение, что наш Лич – её брат близнец. И я ничего не могу с этим поделать.

В конце своей тирады Саша нервно рассмеялся.

– Я понимаю, что это иррациональный страх. Но от этого понимания легче почему-то не становится. – Добавил он.

– Это нормальная человеческая реакция на нежить. – Усмехнулся Рик. – Ты привыкнешь. Конечно не так быстро как я, Элли и Лейла, но гораздо быстрее чем Стефа.

– Стефа, по-моему, вообще не боится.

– Это тебе так кажется. У светлых гипертрофированные эмоции. Ей сейчас тяжелее всех. Но она очень хорошо себя контролирует. На редкость хорошо.

В этот момент на лестнице послышалось шлёпанье босых ног, и парни замолкли. Пару секунд спустя, на кухню зашли девушки в длинных махровых банных халатах и выпроводили их в душ, пообещав закончить приготовление ужина самостоятельно. Поковырявшись в кулинарной книге, девушки пришли к выводу, что проще всего будет запечь мясо в духовке. Тем более что масла для жарки всё равно не нашлось, а вот фольга была. Идея оказалась удачной. По крайней мере, кролика они не сожгли, и мясо получилось вполне съедобным.

Ужин удался на славу. Особенно в сравнении с тем, чем они питались последние два дня. Жизнь определённо налаживалась.

Глава 14. Затишье перед бурей

Как ни странно это выглядело, Элли и её разношёрстная компания прекрасно себя чувствовали внутри некроаномалии. Условия проживания здесь были значительно лучше, чем на границе. Возможностей найти себе занятие по вкусу – просто море. Дэмиан предоставил людям полную свободу передвижений, за единственным исключением. Им было запрещено выезжать за пределы аномалии. Но внутри неё, они могли делать всё, что вздумается.

Лич даже транспорт им выдал. На любой вкус. Прямо из магазина. Правда Элли и Саша всё равно предпочли двухколёсную технику. Но всё же помощнее той, на которой приехали. Стефа и Рик выбрали более устойчивые легковые автомобили, а Лейла взяла квадроцикл, но предпочитала, чтобы её катали на мотоциклах Элли и Саша. В качестве топлива для всего этого великолепия, как и в Сашиных мопедах, использовалась мана тёмных магов. Так что с этим проблем не возникло.

Дэмиан был почти уверен, что изобретатель вцепится в технику зубами и когтями, и не успокоится пока не выяснит, как она устроена. И даже был не против отдать ему её на растерзание. В конце концов, дефицита этой самой техники в городе не наблюдалось. Но Саша сумел его удивить. Разбирать машины и мотоциклы он не стал, да и вообще не проявил к ним особого интереса. Он практически сразу занялся новым проектом. Причём чем-то таким, чего даже в мире до апокалипсиса не было. Иначе бы он нашёл всю необходимую информацию в библиотеке, и не делал чертежи самостоятельно.

А ещё Дэмиана удивило странное пристрастие девушек к одежде. За всё время, что Лич наблюдал за Элли в Морских Воротах, мысли о платьях посещали её от силы раз десять. И то в самом начале её проживания на границе. Потом она вообще перестала об этом думать. Там все одевались одинаково и, как Дэмиану казалось, её это вполне устраивало.

Однако, оказавшись в магазине одежды, Элли будто с цепи сорвалась. Да и Стефа с Лейлой вели себя не более адекватно. Девушки набрали целый ворох самой разной одежды от вечерних платьев, до джинсов и футболок. При том, что 80% этих вещей, потом так ни разу и не надели. С обувью случилось то же самое. Зато парни взяли только то, что было им действительно нужно. Вот такая необъяснимая странность.

К Дэмиану и его “питомцам” люди привыкли довольно быстро. Даже у Стефы обошлось без нервных срывов, хотя поначалу нежить пугала её до дрожи в коленях. Но и светлая смогла взять себя в руки, воочию убедившись в том, что Дэмиан не представляет угрозы, а остальная нежить находится под его тотальным контролем.

Немалую роль в завоевании Личем доверия светлой, сыграла история с семенами и саженцами, произошедшая примерно через месяц после того, как люди поселились в некроаномалии. К тому моменту, они успели возненавидеть гречку всеми фибрами души.

Конечно, помимо неё, им на стол попадало и мясо разнообразной живности, водившейся в лесу, которую для людей ловили зомби, и даже рыба. Рыбалкой развлекался Саша, подключив к этому занятию Лейлу.

Бывало они дни напролёт проводили на берегу реки со спиннингами, найденными в рыболовном магазине. Впрочем, в данном случае, рыбалка была скорее поводом для совместного времяпровождения, чем самоцелью. Саша явно задумал что-то грандиозное. Чтобы это понять, достаточно было заглянуть в его комнату, заваленную книгами из библиотеки по аэродинамике и самолётостроению, а так же чертежами уже собственного производства. Лейла же, по мере возможностей, консультировала его в плане магии. Элли и Рик были слишком увлечены занятиями некромантией с Дэмианом, а вот маленькая воздушница оказалась не у дел.

Но вернёмся к наболевшему. А именно – к гречке. На протяжении всего первого месяца проживания людей внутри некроаномалии, злосчастная гречневая каша являлась для них единственным гарниром. И к мясу, и к рыбе. И даже самостоятельным блюдом на завтрак. Помимо гречки у людей были соль и сахар. И на этом, собственно, всё.

Больше всех страдала от отсутствия разнообразия Стефа. Как-то так получилось, что обязанности по приготовлению пищи легли именно на неё. И помимо собственного отвращения к осточертевшей каше, девушку расстраивали ещё и кислые лица товарищей по несчастью, вынужденных есть её стряпню.

И вот, в один прекрасный день, Стефу посетила интересная идея, которой она тут же поделилась с подругой. Дело было в том, что Стефа, являясь светлым магом, да ещё и биологом по образованию, могла очень сильно ускорять рост растений. Правда только в теории. На практике она никогда этим не занималась. Однако, не сомневалась, что всё получится. Ведь в её распоряжении была публичная библиотека древних. И Стефа до сих пор не смогла придумать ни одного вопроса, на который там не нашлось бы ответа.

Единственное, чего ей не хватало для начала эксперимента – семена или саженцы съедобных растений. И возможно ещё теплицы, так как весна только начиналась, и было довольно холодно. Снег сошёл больше месяца назад, но температура +5°С вряд ли подходила для выращивания, к примеру, огурцов.

На следующий день после того разговора, Элли впервые привела домой Дэмиана. До этого Лич заходил к людям в дом лишь однажды. Когда принёс недостающую мебель.

Стефа как раз опять варила ненавистную гречку. Элли сразу провела Дэмиана к ней на кухню. И тут началось выяснение, что конкретно требуется для предстоящего эксперимента. Лич оказался на удивление дотошным. Он выспрашивал: какие именно нужны растения, как они выглядят, где люди обычно хранят семена и так далее и тому подобное. А потом, в течение следующей недели, зомби, под его чутким руководством, воровали в деревнях за стеной то, что заказала Стефа, и тащили ей в таких количествах, будто она собралась засеять каждой культурой как минимум поле. Видимо, чтобы точно мало не показалось.

Теплицы строил Саша на пару с Дэмианом. Стефа нарезала вокруг них круги, в ожидании когда же наконец можно будет начать эксперименты. А пока ждала, на волне энтузиазма, трещала без умолку, рассказывая всем, кого удавалось поймать, о своих грандиозных планах. И как-то так получалось, что в качестве бесплатных ушей ей почти всегда попадался Лич. Тихий, спокойный, молчаливый, внимательный… Правда, немножечко мёртвый, но в целом – милейшее создание.

Дэмиан, как ни странно, с искренним интересом выслушивал длинные лекции о гастрономических предпочтениях людей, и методах магического ускорения роста растений. Правда интересовало его в этих лекциях в основном произношение слов. Он всё ещё плохо понимал, где в них надо ставить ударения, а его тёмные ученики говорили мало и исключительно по делу. Зато Стефа оказалась в этом плане просто кладезем полезной информации. Пара наводящих вопросов и всё: можно спокойно слушать и запоминать слова. Много слов. Очень.

Правда, когда у светлой появилась возможность заняться таки своими ботаническими экспериментами, разводить её на общение стало несколько сложнее, но зато само общение внезапно начало интересовать Дэмиана не только как способ научиться правильно говорить.

Светлая подруга Элли оказалась начитанной и весьма разносторонне образованной. Она рассказывала ему о поэзии, театре, художественной литературе, находила в библиотеке кристаллы с записями музыки и книги с гравюрами. К тому же она неплохо разбиралась в человеческой психологии и могла поведать Личу очень многое из того, о чём он и понятия не имел.

Дэмиан всегда делал упор на полезную литературу. Он изучал всё, что касалось его магического дара, искал способы применения талантов других личей, уважал, так же, и техническую литературу, но искусством, до сих пор, не интересовался вообще. И, как оказалось, зря. Из художественной литературы можно было почерпнуть множество знаний о людях, которые Дэмиану были очень даже интересны. А музыка его просто повергла в шок. Впервые услышав запись с кристалла, он выпал из жизни на два часа, пока полностью не дослушал всё, что там было. И потом ещё долго ходил под впечатлением, не в состоянии даже описать свой восторг.

А ещё Стефа ввела Дэмиана в дом. Дала ему возможность стать частью человеческой компании.

Началось всё с её дня рождения. Девушке исполнялось двадцать лет, и, по случаю круглой даты, она организовала грандиозный праздник. Накрыла стол, приготовив множество разных блюд из самостоятельно выращенных овощей и фруктов, украсила дом живыми цветами, нашла в библиотеке подходящие кристаллы с ненавязчивой инструментальной музыкой и даже, в качестве эксперимента, впервые сделала по рецепту из книги алкогольный напиток. Яблочный сидр.

Праздник прошёл замечательно. Люди ели, пили, разговаривали, танцевали, смеялись, все вместе, даже Дэмиана приняв в свою компанию, играли в какую-то незамысловатую настольную игру, потом запускали во дворе фейерверки. В общем, веселились как могли. И главное, совсем не боялись Лича. То ли алкоголь подействовал на них настолько расслабляюще, то ли они просто успели привыкнуть к Дэмиану за прошедшие три месяца, но, в этот вечер, он впервые смог почувствовать себя частью их компании. И это было удивительно приятно. Все усилия оказались потрачены не зря. Люди его приняли.

С тех пор Дэмиан часто присутствовал на их вечерних посиделках за ужином и играми в карты и шахматы. Узнал, что двое из них умеют петь и играть на гитаре, и достал им этот инструмент. Музыка стала его страстью, и Дэмиан просил Рика петь чуть ли не каждый вечер. Его голос почему-то нравился Личу больше, чем Сашин. Зато с Сашей ему нравилось играть в шахматы. Точнее общаться с ним за игрой на отвлечённые темы. Как правило о симбиозе техники с магией, которым изобретатель буквально бредил. Но и играть тоже. Особенно забавно получалось, когда Элли совала в их партию свой нос и подсказывала попеременно то Саше, то Дэмиану, как ходить. Девушка играла лучше их обоих вместе взятых и намеренно вносила в их противостояние нотки хаоса. Хотя, её советы были всегда на руку тому, кто их удостаивался. Правда, обычно, не сразу удавалось понять почему, а до объяснений Элли не снисходила. И конечно, Дэмиану все так же нравилось разговаривать об искусстве со Стефой. Но самым весёлым развлечением была игра в карты, когда вся компания собиралась за одним столом. Шутки, взаимные подкалывания, флирт между парнями и девушками, заразительный смех и искрящиеся весельем глаза людей. Видимо это и было счастьем. Для Дэмиана так уж точно.

И поэтому, когда, спустя год после появления людей в аномалии, началась война, он просто не смог отпустить их умирать. Никого из них. Ни свою идеальную ученицу Элли, по-прежнему прячущую мысли за ментальным щитом и с маниакальным упорством осваивающую некромантию вдвое быстрее расчётного времени. Ни светлую, добрую, солнечную Стефу, сумевушую показать ему те грани бытия, о существовании которых он даже не подозревал. Ни, умного, весёлого, ироничного, магистра некромантии Рика, так чудесно поющего и играющего на гитаре. Ни страдающего от неразделённой любви к девушке, в принципе любить не способной, гениального изобретателя Сашу, всё-таки закончившего проект, над которым работал все эти пол года и создавшего полумагические полумеханические крылья для Лейлы. Ни маленькую девочку со взрослыми глазами, на лице которой так редко можно было увидеть улыбку, пока две недели назад она не получила в подарок счастье: возможность летать на тех самых крыльях управляя, при помощи магии своей стихии, воздушными потоками.

Эти, такие восхитительные в своей непохожести друг на друга, люди были дороги Дэмиану все. Без исключения. Всего лишь год назад, он искренне верил, что спокойно отпустит их всех, кроме Элли конечно, когда им захочется уйти. И, возможно, он, скрепя сердце, даже согласился бы на это и сейчас, но только если бы им не угрожала опасность. Смертельная, между прочим, опасность. Ибо на войне умирают. А на той войне, на которую они собрались, шансов выжить не наблюдалось никаких. Совсем. И поэтому Дэмиан запер их в доме и накрыл его абсолютно непроницаемым изнутри куполом вывернутого наизнанку магического щита.

В тот момент он не думал ни о маленьком брате Лейлы и племяннике Элли Тони, оставшемся в Морских Воротах, ни о весьма многочисленной родне Рика, засевшей там же, ни о семье Стефы. Он просто хотел защитить своих друзей. А все остальные люди его нисколько не интересовали.

Да и с какой стати он должен был беспокоиться о стражах границы? Ведь они не задумываясь убили бы его, появись у них такая возможность. Хватит с них и того, что ради Элли он запретил своей подконтрольной нежити их трогать.

К тому же, удача была явно на стороне Дэмиана. Вызов через зеркало пришёл Стефе глубокой ночью. Все люди, в тот момент, спали в доме. Дэмиан узнал о начале войны одновременно со Стефой через подслушивающий артефакт. У него было более чем достаточно времени и на принятие решения, и на установку щита. Люди, разбуженные посреди ночи, ползали как сонные мухи. Возможно, если бы Дэмиан изначально не установил в их доме прослушку, им бы и удалось сбежать, но так у людей не было никаких шансов.


Стефу разбудил зов. Осознав кто её вызывает, девушка сразу поняла, что случилось что-то очень очень плохое. Просто так Маэлин не стал бы беспокоить её посреди ночи.

В прошлый раз он связывался со Стефой аж два месяца назад. Он жил в столице в королевском дворце и всё ещё занимался лечением принца. Поэтому вынужден был соблюдать осторожность, и выходил на связь только в случае крайней необходимости. Маэлин до сих пор думал, что его ученица и племянница находятся в Морских Воротах. О договоре Элли с Личем, вне аномалии, знала только Марико. Говорить об этом Маэлину она запретила, а стражам границы было объявлено, что ребята пропали без вести. Марико даже не разрешила Стефе связаться через зеркало с семьёй. И отвечать на вызовы тоже запретила. А родичам Рика, пытавшимся искать его при помощи ритуала поиска по родной крови, охладил пыл сам Дэмиан, выставив им навстречу кордон из сотни зомби и пары десятков личей. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы обратить их в бегство и отбить всякое желание лезть за стену. Марико считала крайне важным, сохранение мирного договора с Личем в тайне от всех. Если бы эта информация дошла до Лилит, она обязательно бы использовала её против стражей границы, и убедила бы своих подданных в том, что пограничники спелись с нежитью и теперь готовят совместный военный поход на Солтурен. Да и среди стражей границы нашлось бы немало противников мирного договора с нежитью. В конце концов, они считали своим долгом эту самую нежить истреблять.

Во время прошлого сеанса связи, два месяца назад, Маэлин утверждал, что войны уже можно не бояться. Подготовка к перевороту шла полным ходом: все светлые архимаги и многие магистры Рэдклифа заняли сторону оппозиции, во главе которой стал ректор УМИТа Рендел Шепард, принц Юджин пришёл в себя, больше не стремился покончить жизнь самоубийством, был психически стабилен и готов занять трон, в столице тоже нашлись влиятельные люди недовольные политикой Лилит по отношению к тёмным и готовые принять участие в перевороте на стороне принца. В общем, Маэлин был весьма оптимистично настроен и полон надежд, что сможет предотвратить войну и провести бескровную смену власти.

Конечно, при таком варианте развития событий, предполагалось, что Лилит останется в живых, а это в корне не устраивало ни выживших Миральди, ни Айвери. Тёмные не собирались ни прощать ни забывать геноцид, который устроила им королева. Однако, из двух зол выбирают меньшее. А переворот и лояльный к тёмным Юджин на троне, был однозначно меньшим злом, чем война, в которой светлые маги под руководством Лилит безжалостно сотрут с лица земли беззащитных стражей границы, связанных присягой и способных атаковать при помощи магии только нежить, но никак не живых людей. Во втором случае даже шансы на выживание были исчезающе малы, а на месть – отсутствовали в принципе.

Однако, об удачно прошедшем перевороте, Маэлин точно не стал бы сообщать посреди ночи. У него явно случилось что-то непредвиденное.

Стефа, быстро скатилась с кровати, метнулась к туалетному столику и ответила на вызов. То что она увидела в зеркале, на Маэлина походило мало. Его лицо представляло собой жуткое месиво из порезов и кровоподтёков. Один глаз заплыл, превратившись в щелочку, а другой светился яростной решимость бороться до конца. Причём, судя по виду Маэлина, конца этого ждать осталось недолго. Маленькое зеркало, через которое пришёл вызов, не позволяло разглядеть ничего, кроме его лица, но и этого было более чем достаточно, чтобы понять – ситуация швах.

– У нас около тридцати секунд. – Прохрипел Маэлин. – Так что, я говорю – ты слушаешь. Началась война. Войска переправляют на границу прямо сейчас. Через стационарный портал. Тот самый, для активации и поддержания которого, нужно одновременно двенадцать архимагов. Наш заговор раскрыт. Рендела и ещё пятерых архимагов убили сегодня ночью в своих постелях. Ещё человек двадцать казнят завтра утром, остальных перевербовали и уже используют в портальной магии. Меня держат в качестве заложника. Для Юджина. Предупреди стражей границы. Как минимум пятитысячная армия Лилит будет на границе не позже полудня. Светлых магов там около тысячи. Каждый из них приставлен к отряду из четырёх обычных людей, для того чтобы поддерживать на них магическое ускорение и усиление. У вас нет шансов выстоять против такой армии. Слишком большой численный перевес. Вам надо бежать. Возможно за стену. Или в горы. У вас осталось не больше восьми часов. Но, скорее всего, меньше.

– Ах ты гадёныш! – Раздался женский вопль где-то рядом с Маэлином.

В зеркале мелькнул потолок камеры, после чего оно ударилось о стену и разбилось на мелкие осколки.

Стефа отскочила от туалетного столика как ошпаренная и в панике кинулась в комнату к Элли.

– Там Маэлина убивают! – Взвыла она, тряся, ничего не понимающую спросонья, подругу за плечи.

– Что? Где? О чём ты вообще?!

– Война началась! Маэлин попался! Его пытали! Всё лицо – сплошной кровоподтёк!

– Так. – Элли резко села на диване. – Маэлин, я так понимаю, вызвал тебя через зеркало. И сказал, что началась война. А поскольку он попался, он рисковал жизнью ради того, чтобы донести до тебя эту информацию. И ты должна срочно передать её стражам границы. Быстро вызывай Марико! Что ещё он сказал?!

– Что они идут через портал и будут у стены к полудню. – Растерянно проговорила Стефа. – И ещё их около пяти тысяч, но магов из них только тысяча.

– Ну да, всего в пять раз больше чем у нас. – Криво усмехнулась Элли. – И это только магов. Вызывай Марико, а я пошла будить остальных. И постарайся дословно передать ей всё, что тебе сказал Маэлин.

Элли надела штаны (майка на ней уже была) и вышла из комнаты. Побудка не заняла много времени. После вопля: “Подъём! Война!”, все высыпали в коридор в течение десяти секунд. Правда сделали они это не совсем проснувшись и совсем не одевшись. Впрочем, парни в одних трусах, в такой момент, Элли беспокоили меньше всего. Гораздо больше её волновала пятитысячная армия переправляющаяся к границе через портал. А ещё у неё прямо-таки стояло перед мысленным взором лицо Маэлина, которое по словам Стефы – “сплошной кровоподтёк”. И разум мерк, укутываясь в кровавую пелену бессильной ярости. Лилит. Эта тварь отняла у Элли отца, сестру, а потом и весь клан, кроме случайно выживших Лейлы и Тони, а теперь ещё и собирается отнять Маэлина. И Элли опять абсолютно ничего не может изменить.

– К границе переправляется через портал армия Лилит. – Внешне спокойно и даже холодно произнесла девушка. – Тысяча магов и четыре тысячи воинов. Стефа сейчас говорит об этом с Марико. Информация поступила от Маэлина. Он в плену у Лилит. К полудню войско будет у стены. У нас мало времени. Собирайтесь. Живо!

На сборы ушло минут пятнадцать. Причём, большую часть этого времени, заняли бестолковые метания по дому. Когда люди наконец-то выбрались на улицу, дом был уже накрыт силовым полем. Оно матово мерцало тусклыми белёсыми сполохами в трёх метрах от порога, не оставляя сомнений ни в своём происхождении ни в прочности. Щиты Дэмиану удавались на славу. И Рик, и Элли прекрасно это знали. Ведь все атакующие заклинания они отрабатывали как раз на этих щитах. И ни пробить ни обойти данную конкретную конструкцию, до сих пор, им не удавалось даже совместными усилиями. Правда, этот щит блокировал не все виды магии, а только атакующие. Например: светлую магию он спокойно пропускал. Да и в некромантии были некоторые заклинания, не воспринимаемые щитом как угроза. Но прямо сейчас Элли не могла об этом думать. “Предательство” Дэмиана стало для неё последней каплей. Дикая бесконтрольная ярость вырвалась наружу, смела барьеры разума и некромантка пошла на щит в лобовую атаку, выплёскивая на ненавистную преграду бушующее море своего воистину огромного резерва.

Глава 15 Юджин.

Юджин ещё год назад получил свободу передвижений по дворцу. Мог бы и раньше, но две новые попытки самоубийства сделали своё дело. Мать боялась выпускать его из комнаты с мягкими стенами, даже несмотря на заверения Маэлина в том, что опасность миновала.

В первый раз он пытался покончить с собой, воткнув себе в шею осколок керамической тарелки. Это произошло через три дня после того, как Маэлин начал снижать ему дозу лекарств. Жизнь снова стала казаться невыносимой. После этого Юджину приносили еду только в деревянной посуде. Впрочем, это его не остановило.

Второй раз он попытался повеситься на собственных штанах. Это была уже откровенная глупость. Минуты, которая требовалась Маэлину, чтобы добраться до камеры Юджина, для такого способа самоубийства было явно недостаточно. А его следящий артефакт, в отличие от артефактов Лилит, из комнаты никуда не делся. Мать, как ни странно, сдержала слово и убрала все свои шпионские приспособления из его камеры. Но Юджин, в тот момент, слишком плохо соображал из-за синдрома отмены, и был не способен подсчитать, сколько нужно времени.

Попытки прекратились после того как закончилась ломка. Убедившись, что Маэлин не собирается снова повышать ему дозировку лекарств, несмотря ни на какие просьбы и обещания, Юджин впал в апатию и опять замкнулся в себе.

Однако, Маэлин и тут не оставил его в покое. Сначала он добился для него разрешения гулять по дворцовому парку. Под присмотром, разумеется. И вытаскивал его туда чуть ли не силой. Потом переезда в его старые покои. И наконец, полной свободы передвижений в пределах дворца. Он всё время был рядом, но, в отличие от матери, не настаивал на общении. Не был назойливым.

У Юджина в результате психологической травмы открылись новые магические способности. Точнее они были и раньше, но настолько слабые, что их никто не замечал. А вот после того как принц с их помощью убил эмпата (прокурора, лжесвидетельствовавшего против Милены и Джереми Айвери), Маэлин ими заинтересовался. Хотя вряд ли он понял бы что к чему, если бы раньше с таким не сталкивался. Всё-таки тот случай запросто можно было списать на проекцию эмоций Юджина на восприятие эмпата. Однако, это оказалось не совсем так. Хотя проекция имела место и сыграла немалую роль. Но не только она. Так что время, которое Юджин и Маэлин проводили на всеобщем обозрении, посвящалось как раз изучению и развитию этих способностей. И, кстати, результаты превосходили самые смелые их ожидания. В распоряжении Маэлина была библиотека его матери, а Юджин оказался очень прилежным учеником. Учёба помогала ему отвлечься от мыслей о Милене, и он цеплялся за неё как за спасительную соломинку.

Лилит же по-прежнему пыталась убедить Юджина в своей невиновности в смерти его отца и невесты. Эти попытки вызывали у него приступы чёрной меланхолии, но, по просьбе Маэлина, он притворялся, что верит ей. А Маэлин, в редкие моменты уединения без следящих артефактов, стражников и прислуги, рассказывал как в действительности идут дела в королевстве. Из этих разговоров Юджин узнавал и о подготовке армии, при помощи которой Лилит планировала уничтожить стражей границы, и о готовящемся перевороте, в результате, которого он должен был оказаться на троне, а его мать в ссылке. В далёком от всех крупных городов маленьком захолустном поместье на юге страны, без права покидать его пределы и вмешиваться в политику государства.

Но самыми страшными были рассказы о том времени, когда, семьсот с лишним лет назад, после магической войны закончившейся самым настоящим апокалипсисом, в Солтурене шла война всех со всеми. Из ближайшей некроаномалии лезли толпы нежити, люди защищались при помощи огнестрельного оружия, как от неё, так и от себе подобных, грабежи и мародёрство стали для них нормой. Выживали самые жестокие и беспринципные. И попутно люди истребляли магов. В основном тёмных, так как никто в здравом уме не станет убивать светлых целителей.

А ведь аномалии были и светлыми тоже. Маэлин рассказывал об одной такой, которую ему довелось увидеть, ещё до того как построили стену. Творение целителя. Внутри неё не уцелел ни один биологический объект. Погибли не только люди и животные. Даже растения засохли на корню. А по краю валялись трупы птиц и всякой мелкой лесной живности разной степени разложения. Всё, что попадало в зону той аномалии, погибало на месте. Ни одна тёмная аномалия не была настолько смертоносной. Да, безусловно, в момент возникновения любой аномалии, выброс силы уничтожал всё живое, но потом, даже самый слабый тёмный маг, мог большинство из них спокойно пройти насквозь. Достаточно было видеть зоны магической активности и не лезть в них. Реальную опасность, помимо светлых, представляли только воздушные и некроаномалии. Особенно последние. Ибо нежить.

А когда патроны для огнестрельного оружия стали подходить к концу, до людей внезапно дошло, что единственным спасением от этой нежити теперь могли стать только те самые тёмные маги, которых почти всех, к тому моменту, перебили. Как раз последние из них и зачаровали стену на защиту от нежити. А сколько народа тогда полегло на строительстве этой стены… То был период, в который человечество как никогда близко подошло к полному вымиранию. И вот теперь Лилит собиралась всё это повторить.

Как бы тоскливо Юджину ни было из-за потери любимой, но допустить такого развития событий он не имел права. Он считал себя обязанным спасти Солтурен от своей свихнувшейся матери. Она и так уже принесла слишком много горя. Уничтожила почти всех тёмных в королевстве. А теперь ещё и нацелилась на стражей границы охраняющих Солтурен от нежити. И надежда на то, что он сможет защитить от неё свою страну постепенно наполняла жизнь Юджина смыслом.

План Маэлина казался таким логичным и продуманным до мельчайших деталей, что всё просто обязано было пройти как по нотам. Подготовка переворота полностью завершилась, до дня рождения Юджина, в который ему исполнялось шестнадцать лет, и он становился совершеннолетним, оставалось меньше недели. Именно в этот день заговорщики планировали произвести смену власти. На законных основаниях между прочим.

Но, разумеется, Лилит добровольно с троном расставаться не собиралась. Она рассчитывала объявить сына недееспособным и продолжать править. По крайней мере, до тех пор, пока не уничтожит всех тёмных в королевстве. Что будет дальше её не особо интересовало. Возможно, если бы она успела это сделать до совершеннолетия Юджина, то сама передала бы ему власть.

Но заговорщики со всем старанием и усердием занимались саботажем, а поскольку людьми они были высокопоставленными и довольно влиятельными, весьма успешно тормозили процесс подготовки к войне. Задачу: не допустить её начала до совершеннолетия принца, они почти выполнили. Но это уже не имело значения. Их раскрыли. И, конечно, случилось это не внезапно. В ряды оппозиции в Редклифе уже давно внедрились королевские шпионы. Они успели вычислить всех, кто был замешан в заговоре и лишь ждали команды от Лилит, чтобы арестовать их.

Юджин остался на свободе только по одной причине. Маэлин убедил всех заговорщиков в том, что планирует использовать принца в тёмную. Никто кроме него не знал, что Юджин тоже участвует в заговоре. А сам Маэлин утверждал обратное даже под пытками.

И сейчас Юджин собирался одним махом перечеркнуть все его усилия по сохранению этой тайны. Но другого выхода он не видел. Огромная армия, входящая в портал, ведущий в пограничье, открытый двенадцатью архимагами, которую принц видел собственными глазами, ни в коем случае не должна была прийти к месту своего назначения неожиданно для стражей границы. Насколько знал Юджин, на стене служило всего лишь около двух сотен магов, и против армии его матери у них не было никаких шансов. Он должен был их предупредить. Иначе их всех ждала гибель. Главная проблема заключалась в том, что он не был знаком ни с одним из тех магов. Зато точно знал, что такие знакомые есть у Маэлина.

Знак для вызова Юджин начертил на зеркале заранее, чтобы не тратить на это время, которого и так практически не было. Зеркало взял маленькое, так как его можно было незаметно пронести в камеру. В подземные казематы Юджина пропустили беспрепятственно. Ведь принц не был уличён в сговоре с государственными преступниками. Напротив, заговорщики дружно утверждали, что он совершенно ни при чём. И не был посвящён в их планы.

Юджин даже удивился, что всё получилось так просто. Стражник впустил его в камеру Маэлина и закрыл дверь с обратной стороны, оставив их наедине.

То что принц нашёл там, повергло его в шок. От увиденного Юджин аж забыл, зачем пришёл. Маэлин был прикован к стене. Руки ему сковали за спиной, а на шею надели блокирующий магию ошейник. Его явно избивали. Рваная и окровавленная одежда служила прямым тому доказательством. А когда он поднял голову, Юджин даже на мгновение усомнился, что это действительно Маэлин. Он просто не представлял себе, что этот человек может выглядеть так жалко. Кто угодно, только не Маэлин. Впрочем, все сомнения тут же отпали. Спокойный уверенный взгляд одного незаплывшего глаза и кривая ухмылка на разбитых в кровь губах расставили всё по своим местам. О нет, Маэлин не был жалким. Пытки его не сломили. Даже сейчас, избитый до полусмерти, он был готов действовать.

– Глушилку, надеюсь, не забыл? – Прохрипел Маэлин.

– Нет. – Выдохнул Юджин, активируая артефакт. – Я принёс тебе зеркало. Лилит прямо сейчас переправляет войска на границу.

– Знаю. Сними с меня ошейник и достань зеркало. Быстрее. У нас мало времени.

– Откуда ты знаешь? – Спросил Юджин расстёгивая на нем ошейник.

– Она была здесь два часа назад. Сама всё выболтала. Ну что ты там возишься?

– Уже всё.

Юджин отбросил ошейник в сторону и достал зеркало. Маэлин прочёл заклинание. На вызов ответили практически сразу. По ту сторону зеркала была какая-то девушка. Пока Маэлин говорил с ней, Юджин запустил ему ускорение регенерации. Травм было слишком много, а времени – мало. Это было единственное, чем он мог помочь в данной ситуации.

А потом дверь распахнулась, ударившись о стену так, что посыпалась штукатурка, и Лилит с воплем: “Ах ты гадёныш!” кнутом выбила у Юджина из рук зеркало.

– Вот значит как ты отплатил за мою доброту! – Прошипела она. – Я тебе доверяла, а ты меня предал! Да, ты достойный сын своего отца. Такое же ничтожество! Ну что ж, ты сделал свой выбор и теперь за него ответишь.

Лилит снова взмахнула кнутом. Он обвился вокруг шеи Юджина, и королева рванула его на себя, так что принц упал к её ногам. Кнут передавил ему сонную артерию, и Юджин потерял сознание.

– Стража! – крикнула Лилит в коридор.

Когда прибежали стражники, она была уже совершенно спокойна и хладнокровна.

– У принца случился припадок. – Сказала королева. – Я его обезвредила, но это не надолго. Наденьте на него ошейник блокирующий магию и заприте в камере с мягкими стенами. Боюсь – лечить его теперь придётся заново. Этот предатель (она кивнула на Маэлина) свёл весь прогресс на нет.

– И вы ей верите? – Презрительно хмыкнул Маэлин.

Удар кнутом рассёк ему кожу на виске и брови, кровь моментально залила глаз, но прежде чем сознание померкло, он успел заметить как стражники испуганно отвели взгляды. Не имело никакого значения верят они в версию Лилит или нет. Ей было достаточно их страха. За время лечения Юджина, Маэлин успел познакомиться со всеми стражниками, которые здесь дежурили, и даже наладить с ними приятельские отношения. Он был частым гостем в тюремных казематах. Особенно первые пол года лечения. Но никто из них не стал бы рисковать ради него навлечь на себя гнев Лилит. Королева любила пытки, и слишком многие здесь об этом знали.

Прежде чем уйти из подземелья, Лилит приказала принести в камеру Юджина зеркало и один из своих амулетов передатчиков. Амулет она повесила себе на шею, а зеркало зачаровала на приём видео и звука с него. Юджина, на время этих манипуляций, Лилит обездвижила заклинанием.

– Приятного просмотра. – Бросила она, снимая с сына паралич и выходя из камеры. – Сейчас я тебя прощаю, но ты увидишь, как я поступаю с предателями. И учти – я спускаю тебе это с рук в последний раз.

Перед выходом из казематов королева посетила ещё одну комнату. Она пришла к палачу.

– Марк, – окликнула Лилит заплечных дел мастера. – Распорядись построить к десяти утра эшафот. Будет казнь.

– Чья? – Удивился палач.

Ничего такого в его расписании, до сих пор, не намечалось.

– Двадцати двух изменников. Тебе предстоит их обезглавить. Виселицу делать не надо, так что времени для строительства вполне достаточно. И подвесь Маэлина на дыбу. Хватит ему прохлаждаться.

– Ваше величество, вы, должно быть, перепутали. Казнь назначена на завтра. Сегодня суд.

– Суд в семь утра, казнь – в десять. И если эшафот не будет готов, на дыбе откажешься ты. Выполняй.

Лилит развернулась и вышла. Больше в казематах ей делать было нечего. Поднявшись на верх, она раздала ещё нескольким людям, с которыми Юджин не был знаком, распоряжения о подготовке к казни.

Остальное же время до суда королева потратила на наблюдение за переправой своих войск через портал в пограничье. Это зрелище вызывало у неё глубокое моральное удовлетворение. Она собрала огромную армию. И теперь эту армию уже ничто не могло остановить. Она победила. Уже к вечеру последние тёмные маги будут стёрты с лица земли. Лилит отомстит им всем. Ни одного гада в живых не оставит. На её стороне огромный численный перевес. Тёмным не спастись. И то что они предупреждены, в данной ситуации не играет никакой роли. Даже если тёмные осмелятся сбежать за стену, от такой огромной армии им всё равно не скрыться. Их всех передавят как тараканов.

А вот Юджина, наблюдавшего в зеркале через амулет матери это же зрелище, оно напротив приводило в отчаяние.

А потом начался суд. Точнее фарс, гордо именуемый судом. Такой же как, немногим больше года назад, организовали для Милены и Джереми Айвери. Только теперь Лилит даже не требовалось подтасовывать улики. Она в открытую шла против закона Солтурена и уничтожала своих врагов просто по праву сильного. В её руках была сосредоточена вся власть. Именно ей подчинялись армия, полиция, спец службы. И этого было вполне достаточно, чтобы беспрепятственно уничтожать неугодных и плевать на законы.

Всё действо заняло два часа. Заговорщиков, всех сразу, привели в зал суда, прокурор зачитал длинную пафосную обвинительную речь, потом выступили свидетели (те шпионы, которые по приказу Лилит внедрились в организацию), затем сама Лилит, и наконец судья, зачитавший приговор. Один для всех: казнь через отсечение головы. Обвиняемым даже не позволили ничего сказать в свою защиту. А ведь эти люди собирались лишь посадить на трон законного правителя.

В день совершеннолетия сына королева регент по закону Солтурена должна была сама возложить корону на его голову. Однако, вместо этого, Лилит заперла Юджина в тюремной камере со стенами и полом обитыми войлоком, объявила всем, что он буйный и опасный сумасшедший, и прямо сейчас готовила смертную казнь для тех, кто собирался помочь принцу занять трон, принадлежащий ему по праву рождения, обосновывая это тем, что они хотели сделать королём невменяемого ребёнка и править вместо него.

Хотя некоторая доля истины в этом была. Заговорщики действительно собирались править от имени Юджина. Но это была вынужденная мера, чтобы отстранить от власти Лилит и защитить королевство от нашествия нежити. Полностью передать бразды правления шестнадцатилетнему мальчишке было бы по меньшей мере глупо. Юджин и сам прекрасно понимал, что для него сейчас в одиночку справиться с государственной машиной стало бы непосильной задачей. Ему не хватало опыта и знаний, и он был готов разделить власть с теми, у кого они есть.

А потом началась казнь. Из здания суда заговорщиков сразу вывели на площадь для публичных наказаний. Там всё было готово к началу казни. Эшафот построили в срок, толпу горожан собрали глашатаи всё утро разъезжавшие по городу и разносившие “радостную” весть, палач тоже был на месте.

Стражники построили осуждённых в цепочку и по очереди выводили на эшафот. Прежде чем отрубить голову, им давали возможность сказать последнее слово. Говорили все примерно одно и тоже: что невиновны в государственной измене, что Лилит узурпировала власть, отняв её у собственного сына, что принц не сумасшедший и что надо остановить войну со стражами границы, иначе начнётся нашествие нежити. Только всё это было бесполезно. Лилит, при содействии СМИ, больше года промывала народу мозги, обвиняя тёмных магов во всех грехах и внушая людям ненависть к ним. Разумеется, никакие слова, осуждённых на смертную казнь, преступников не могли убедить их в обратном. Особенно, если эти слова говорились в защиту тёмных. А на счёт принца всем давно было известно, что он повредился рассудком после того, как его невеста отравила его же отца. Королева была непогрешима, а все, кто посмел выступить против неё, заслуживали смерти.

Впрочем, к концу казни, Юджин и впрямь был близок к тому, чтобы повредиться рассудком. На его глазах, по приказу его собственной матери, отрубили головы двадцати двум ни в чем неповинным людям. И она заставила его на это смотреть. Он был уже оглушён осознанием того, на какую запредельную жестокость оказалась способна его мать. А она и не думала останавливаться.

После казни Лилит вернулась в казематы. Зашла в камеру пыток, взяла кнут и направилась к Маэлину. Палач выполнил её распоряжение и подвесил его на дыбе, вывернув руки из плечевых суставов. Сначала Юджину показалось, что он без сознания, но это было не так. Услышав звук шагов Лилит, Маэлин поднял голову и окинул её презрительным взглядом.

– Что, – усмехнулся он, – решилась наконец-то показать сыну свою истинную сущность? Вряд ли он оценит.

– О, не сомневайся – оценит. – Прошипела Лилит, отпуская ремень кнута.

Металлический наконечник звякнул по каменному полу. Юджин вздрогнул от этого звука и в ужасе попятился от зеркала. Неужели его мать действительно сейчас будет избивать человека кнутом? Это невозможно!

– И никогда больше не посмеет встать на моём пути. – Между тем продолжала Лилит.

Маэлин внезапно запрокинул голову назад и хрипло расхохотался. Было в этом смехе что-то дикое. Безумное.

– Заткнись! – Рявкнула Лилит и нанесла первый удар.

Брызги крови косой полоской легли на стену. Смех оборвался, превратившись в сдавленное шипение. Маэлин вывернул шею под странным углом и уткнулся взглядом точно в амулет передатчик на груди королевы.

– Знаешь, Юджин, – проговорил он, – я ведь далеко не первый, кого она пытает. Она получает от этого удовольст…

Второй удар, короткий крик, длинная рваная рана на спине Маэлина, брызги крови на платье Лилит.

– До меня была девушка. Не помню, как её звали… Жена Уильяма Стэнтона. Твоя мать мучила её у него на глазах, чтобы заставить его убивать неугодных ей людей.

– Заткнись! – Заорала Лилит и снова ударила Маэлина кнутом.

В этот раз кровь попала ей на плечо и шею, но она даже не заметила.

– Повторяешься. – Бросил он, на секунду переведя взгляд на её искажённое бешенством лицо, а потом продолжил снова уставившись на амулет. – Била кнутом, жгла калёным железом, вырывала ногти… А однажды, когда он попытался отказаться убивать, отрезала ей палец и отправила ему почтой. Он любил свою жену. Так же как ты – Миле…

Этот удар был такой силы, что Маэлин на мгновение потерял сознание от боли. Впрочем, это не помешало ему продолжить монолог, сразу же после того, как очнулся. Нельзя было терять ни секунды, следующий удар вполне мог отправить его в отключку надолго.

– Ну что же ты, Лилит? – Укоризненно покачал Маэлин головой. – Я ведь всего лишь помогаю тебе выполнить задуманное. Разве не этого ты хотела? Запугать Юджина. Кстати о Милене… Всегда было интересно: её ты тоже пытала собственноручно?

– Да! – Прорычала Лилит.

Этот ответ стал для Юджина последней каплей. В бессильной ярости он схватил зеркало и швырнул его через всю комнату. А потом подскочил к осколкам и начал топтать их ногами. Слёзы застилали глаза мутной пеленой, ручьями катились по щекам, оставляли солёную влагу на губах, затекали по шее под воротник. Юджин размазывал их по лицу, но они всё никак не заканчивались. Тугой ком застрял в горле, не позволяя ни вдохнуть ни выдохнуть. Душевная боль входила в резонанс с физической, стискивающей спазмом грудную клетку. От этой боли, казалось, можно было умереть. Но сейчас Юджин жаждал вовсе не своей смерти. Он задыхался и тонул во всепоглощающей ненависти. Это чувство он испытывал впервые в жизни. И, по злой иронии судьбы, испытывал он его к собственной матери.

Глава 16. Зомби апокалипсис

Купол лопнул как мыльный пузырь. Единственное, что успел сделать Дэмиан, это накрыть Стефу, Рика, Лейлу и Сашу ещё одним щитом. Узко специализированным. Защищающим только от некроэнергии. Но зато чрезвычайно прочным. А потом по аномалии, сметающей все на своём пути волной, разлилась энергия Элли. Чистая. Без всяких заклинаний. Но от этого ничуть не менее разрушительная. А некромантка с пустым резервом свалилась в обморок.

– Быстро в подвал! – Прошептал Дэмиан, закидывая её безсознательную тушку себе на плечо и снимая щит, укрывавший остальных людей. – И тихо. Зомби мне больше не подчиняются. И у них очень хороший слух. Они могут напасть в любой момент!

Лич дождался пока все спрячутся в подвале, скинул Элли на пол и запер дверь, навесив на неё парочку защитных заклинаний. Теперь, без возможности пополнять ману из аномалии, он не мог себе позволить поддержание щита закрывающего целый дом. На такой щит уходила просто прорва энергии.

Стефа сразу же бросилась к Элли. Но привести её в чувства целительнице не удалось. Обморок некромантки вовсе не был связан с её опустошённым резервом. Её сознание сейчас было раздроблено на части и поделено между всеми обитателями аномалии. Для Дэмиана в этом состоянии не было ничего необычного. Пока аномалия была завязана на него именно так он её и ощущал. Элли же в данный момент была просто не способна выделить свою личность среди множества других. Только разумных личей здесь насчитывалось около трёх сотен, а неразумной нежити даже страшно представить сколько. В момент образования аномалии на этом месте находился город миллионник. Впрочем обычные зомби ощущались не как личности, а скорее как управляемые объекты. Но сразу справиться с таким огромным количеством этих объектов человеческий разум оказался не в состоянии.

– Что происходит? – Спросил Саша. – Что с Элли?

– Она стала аномалией. – Ответил Дэмиан.

– В смысле?! – Озвучил Рик общий вопрос, уставившихся на лича круглыми от удивления глазами, людей.

– Она высвободила весь свой резерв и перенастроила аномалию на себя. – Сказал Дэмиан. – Теперь вся нежить подчиняется ей. И ещё она берёт ману прямо из аномалии.

– А почему Элли до сих пор не очнулась? – Спросила Стефа. – Не понимаю. Физически с ней всё в порядке.

– Она не осознаёт себя. Слишком много новых управляемых объектов. Её личность растворилась в них. Поэтому нежитью сейчас никто не управляет, и она может напасть на нас.

– Так забери её обратно под свой контроль! – Воскликнул Саша.

– Я не могу. – Сказал Дэмиан. – Элли сильнее меня. Аномалия настроена на неё. Мне не отнять у неё контроль. Но не бойтесь. Это просто шок. Со временем личность Элли восстановится. Для некроманта это совершенно естественно. Она потерялась просто с непривычки.

– Со временем? – Спросил Рик. – А конкретнее?

– Я не знаю. – Сказал Дэмиан. – Может за несколько месяцев, а может – и лет. Но я могу попробовать ускорить процесс. Нужен манок. Что-то очень важное для неё. Думаю – ваша война подойдёт… И кровь для знака. И свечи. Их я принесу. Только сидите тихо.

– Подожди. – Остановил его Рик. – Всё есть в кабинете у Элли. Свечи, чашка, кисть. В столе.

– Хорошо.

Дэмиан снял с двери щиты и аккуратно приоткрыл её. В доме горел свет, и он привлёк зомби. Около десятка из них шатались по первому этажу. Лич выскользнул из подвала и бесшумно закрыл дверь. До рассвета оставалось чуть меньше четырёх часов, и нежить была на пике активности. Если бы зомби учуяли людей, никакая дверь их бы не остановила. Конечно Дэмиан без особых трудностей мог быстро упокоить безмозглых тварей, но теперь ему нужно было экономить ману. Иначе её могло не хватить на то, что он задумал.

Лич аккуратно пробираясь между зомби выключил свет во всех комнатах. Нежить отреагировала довольно бурно, начав метаться по дому. Но это нужно было сделать, иначе через пол часа здесь было бы не протолкнуться от зомби. Поднявшись на второй этаж, Дэмиан вошёл в кабинет Элли и забрал из ящиков стола все необходимые предметы. Прежде чем вернуться в подвал он постучал по батарее на втором этаже заманив туда всех зомби. А потом спокойно прошёл мимо них. Благо, его они съедобным не считали.

– Кровь. – Сказал Дэмиан, протягивая Рику чашку.

Некромант достал кинжал и надрезал себе вену на запястье.

Дождавшись пока чашка наполнится, Дэмиан раздел Элли догола уложил в форме звезды и начал разрисовывать все тело вязью рунических символов. Покончив с этим, он принялся за пентаграмму. Дэмиан рисовал знак вокруг тела девушки. Её руки, ноги и голова лежали в лучах пятиконечной звезды вписанной в круг. Непонятные даже Рику каскады символов покрывали пол. Единственное, что новоиспечённый магистр некромантии понимал в этом ритуале, было то, что он на порядок сложнее всего, что он когда либо видел. А может и больше, чем на порядок.

– Что ты делаешь? – Спросил Рик, отчаявшись разобраться самостоятельно. – Впервые вижу такой сложный знак.

– Ты знал, что до магической войны уничтожившей вашу цивилизацию, люди были бессмертны? – Проговорил Дэмиан. – Обычные люди. Не маги. Вижу – не знал. Впрочем, это было дорогое удовольствие, доступное далеко не каждому. Во-первых нужно было заранее вырастить клона и держать его наготове. В криогенной камере. Во-вторых для того чтобы вовремя поймать сознание умирающего и не отпустить за грань, рядом с ним должен был постоянно находиться некромант. И в-третьих этот некромант должен был быть способен воспользоваться вот этим знаком и загнать сознание в тело клона. А такое под силу не каждому архимагу.

– А ты уверен, что сможешь? – Спросил Саша.

– Нет. Но я попробую. В любом случае, мы ничего не теряем. Элли не мертва. Даже если у меня не получится, я просто отпущу её. Она снова растворится в аномалии, а со временем её личность восстановится сама. Это если мне вообще удастся её собрать. Знак в нашем случае нужен лишь для удержания сознания внутри тела.

Закончив рисовать знак вокруг Элли, Дэмиан попросил ещё крови и начертил второй знак для себя. Он был гораздо проще и понятнее. И предназначался всего лишь для упрощения входа в транс и усиления концентрации. Такие часто использовались в некромантии, чтобы облегчить захват контроля над нежитью и управление ей.

Дэмиан уселся внутри знака, зажёг свечи и при помощи простенького заклинания вошёл в транс. Всё это было нужно только для того, чтобы сэкономить ману. Без костылей в виде знака он потратил бы её на порядок больше.

Погрузившись в транс, лич начал методично воссоздавать в сознании образ огромного войска, громящего Морские Ворота. Летящие через стену огненные снаряды катапульт, проломленные тараном ворота крепости и изуродованные, изрубленные на куски трупы стражей границы, валяющиеся во дворе, шли в комплекте. А главное: Дэмиан ничего не придумывал. Просто моделировал ситуацию с максимально возможной достоверностью. Исходных данных для этого было вполне достаточно. Он пребывал в абсолютной уверенности, что именно так всё и произойдёт. Если только Элли не вмешается. Она была единственной, кто мог изменить ход сражения. В её власти оказалась огромная сила. Непобедимая армия. Сотни тысяч зомби. Быстрых, сильных, смертоносных. Надо только сосредоточиться, собраться с мыслями и она сможет управлять ими всеми.

Это была чистая правда. Дэмиан не лгал Элли. Он просто умолчал одну маленькую деталь: клятва стражей границы блокировала бы некромантке магические способности при попытке воспользоваться ими против живых людей.

Но Элли была не в том состоянии, чтобы сопоставлять факты. Она вообще не могла думать. Манок сработал. Фрагменты её личности потянулись как мотыльки на пламя, цепляясь за предоставленную Дэмианом надежду на спасение. Медленно, постепенно, с огромным трудом они собирались в единое целое.

Четыре часа работы с чужим сознанием дались Дэмиану нелегко. К тому же, основательно истощили резерв маны. А к такому он не привык. Раньше он вообще не сталкивался с подобными проблемами. Его резерв был всегда полным, благодаря постоянной подпитке от аномалии. Впрочем, главное – личность Элли удалось собрать воедино, а ману можно восполнить разными способами.

– Элли, – мысленно позвал Дэмиан, – сейчас я перемещу тебя в твоё тело, пока что ты в моём, и нам с тобой тут немного тесновато. После этого ты должна будешь лежать неподвижно. Иначе твоё сознание опять растворится в аномалии. Ты меня понимаешь?

– Да. – Ответил голос в его голове. – Не беспокойся, я не буду дёргаться.

– Рик, Лейла, – произнёс Дэмиан вслух, – сейчас потребуется ваша помощь. Зажгите свечи на знаке Элли и заливайте мне ману. Сколько сможете. Надеюсь – этого хватит.

Тёмные без лишних вопросов выполнили его указания. Дэмиан прочёл заклинание по сложности вполне соответствующее знаку и сознание Элли наконец-то вернулось в её тело. Мана после этой процедуры осталась только у Лейлы. Примерно одна восьмая резерва.

Элли открыла глаза, обвела взглядом собравшуюся в подвале компанию, опустила его вниз на свою грудь и заявила: “Вы бы меня хоть накрыли чем-нибудь. Вон, мешок от картошки в углу валяется. Он вполне подойдёт.”

Стефа метнулась в угол схватила мешок и прикрыла подругу.

– Я п-пошутила. – Лязгая зубами от холода выдавила Элли. – Осень на д-дворе, а здесь подвал и п-пол каменный, если вдруг к-кто не заметил. Сколько мне ещё тут валяться?

– Не меньше суток, если не хочешь, чтобы твоё сознание опять распалось на мелкие фрагменты и рассеялось по всей аномалии. – Сказал Дэмиан. – Сейчас внутри тела тебя держит только знак, но потом выработается привычка.

– Ну что вы стоите?! – Возмутился Саша, накрывая Элли своей и её куртками. – Вы же маги, в конце концов! Нагрейте под ней пол, поднимите температуру тела. Сделайте хоть что-нибудь!

Стефа бросилась отогревать подругу, но Элли остановила её.

– Нет. Подожди. Который час? – спросила она.

– Около десяти утра. – ответила Стефа.

– Свяжись с Марико. Скажи, чтобы уводила людей в аномалию. Я обеспечу им свободный коридор. Быстро.

– Но у меня нет здесь зеркала, а наверху зомби.

– Стефа, не глупи. Зомби под моим контролем и в доме их уже нет. У Марико очень мало времени. А ей ещё надо убедить стражей границы, что в некроаномалии безопаснее чем в крепостях под стеной. И им нужно уйти подальше вглубь аномалии. Иначе их догонят и всё равно убьют. Я не смогу атаковать войско Лилит. Клятва не позволит. Единственная надежда на то, что они испугаются толпы зомби и сами сбегут.


Времени и правда было в обрез. После сеанса связи со Стефой, Марико пришлось собирать совет. Решать такие вопросы в одиночку она не имела права. На поиски восьми магов наставников, входящих в его состав, помимо самой Марико, ушло не менее получаса. А потом они ещё около часа спорили и ругались, не в состоянии прийти к единому мнению. Больше всего Марико раздражал Кайлан. Наставник некромантов закатил форменную истерику: орал, колотил кулаком по столу, подвергал сомнению все её доводы, настаивал, что её обманули, и королевская армия не станет нападать на пограничников, что стражи неприкосновенны, так как защищают Солтурен от нежити, что в некроаномалии их ждёт верная смерть, и никакой некромант, тем более недоучка вроде её обожаемой внучки, не способен контролировать такое количество нежити, что Элли либо спятила, либо сознательно пытается их всех убить. Он так панически боялся нежити, что был готов умереть в крепости от рук солдат Лилит, лишь бы не идти в аномалию. Проблема была в том, что он требовал, чтобы все остальные умерли вместе с ним. В конце концов, Марико удалось убедить всех, кроме него, что отступление в некроаномалию – их единственный шанс на спасение. А потом её терпение кончилось, и она взяла Кайлана под ментальный контроль. Разумеется, остальные члены совета поняли, что сделала Марико, и это не прибавило ей популярности в их глазах, но, в данной ситуации, это был лучший выход из положения. У менталистки было слишком мало времени, а ей ещё нужно было связаться с руководством остальных четырёх крепостей и отдать приказ отступать за стену.

Марико почти успела. Ключевое слово здесь – почти. Четыре крепости, включая Морские ворота, приступили к эвакуации до столкновения с вражеской армией, но в одной, центральной, через которую осуществлялись все контакты с внешним миром, долго никто не отвечал на вызов. А когда Марико всё же удалось докричаться до одного из светлых магов, там уже во всю шёл бой.

Магов в той крепости было всего тридцать. Плюс ещё десять человек обслуживающего персонала без магических способностей. Впрочем, способности эти не играли большой роли, так как пользоваться ими можно было только для защиты и лечения. Атаковать людей при помощи магии стражи границы не могли. Револьверы их тоже не спасли. Слишком много было противников. Несоизмеримо больше, чем пограничников. Солдаты армии Лилит под магическим ускорением и усилением лезли на стены по приставным лестницам. Защитники просто не успевали отстреливаться, а револьверы ещё нужно было и перезаряжать. Враги очень быстро прорвались в крепость и открыли ворота изнутри. Во дворе завязалась схватка. Но закончилась она в считанные минуты полным поражением стражей границы. А потом солдаты Лилит обыскали все постройки и добили прятавшихся там гражданских. У них был чёткий приказ: пленных не брать. Крепость пала за двадцать минут. В живых не осталось никого.

Между пятью крепостями границы было расстояние в дневной переход, но Лилит учла этот фактор. Её армия была разделена на пять частей и проведена через порталы, точки выхода из которых находились не дальше трёх часов ходу от каждой из крепостей. Впрочем разница во времени их прибытия всё же была. Для открытия и поддержания одного портала требовалось двенадцать архимагов. А их в Солтурене осталось в живых всего двенадцать, не считая Маэлина, висящего на дыбе. Поэтому порталы они открывали по очереди, и переправа затянулась на пять часов.

Части поддерживали между собой связь через светлых магов, и должны были напасть на крепости примерно одновременно. С разницей не больше часа. Между нападением на первую и вторую крепости прошло всего пол часа. Но стражам границы хватило этого времени.

Они ушли налегке, взяв с собой только оружие и небольшой запас продуктов. Догнать их у пехоты Лилит не было никаких шансов, так как пограничники ехали на мопедах. За последние пол года этот вид транспорта стал для них основным. Быстрый, удобный, кормить не надо, топливо халявное. Правда светлые маги почему-то его побаивались, да и обычные люди не все научились водить, но тёмных было больше и взять пассажиров для них не составляло проблемы.

Зомби, контролируемые Элли, беспрепятственно пропустили пограничников за стену, а сами огромными толпами собрались у ворот каждой из пяти крепостей со стороны аномалии. Защищать крепости они не могли. Даже прикосновение к стенам было для них чревато потерей конечностей. На границе периметрам против нежити уделялось особое внимание. К тому же Элли связывала клятва, из-за которой она физически не способна была натравить нежить на людей. Единственное, что ей оставалось, это психическая атака. И эта атака с треском провалилась.

Днём зомби были слабее и медлительнее людей, под магическим ускорением и усилением. А последние очень быстро поняли, что их не атакуют и сами пошли в наступление. Они устроили настоящую мясорубку. Армия Лилит буквально прорубала себе дорогу вглубь аномалии сквозь тела зомби. Шла по тысячам обезглавленных трупов. А Элли абсолютно ничего не могла ей противопоставить.

Она неподвижно лежала в подвале в центре знака, не дающего её личности рассыпаться на тысячи мелких фрагментов, и напряжённо размышляла. А компанию ей составляла только Стефа, при помощи магии не позволяющая Элли замёрзнуть. Остальные уехали на внедорожниках встречать стражей границы. Даже Лейла улетела искать брата.

Впрочем, как раз у неё были очень хорошие шансы сильно ускорить процесс эвакуации. Её крылья были сделаны с большим запасом переносимого веса. В первый день, когда Саша ей их торжественно вручил, девочка, на радостях, по очереди катала всю компанию над городом добрых пять часов, пока под чистую не опустошила резерв маны. А сейчас резерв ей наполнила Элли. Благо, маны у неё теперь было неограниченное количество.

– Стефа, – позвала Элли, – вызови Марико и дай мне зеркало. У меня появилась идея как всех спасти.

Пока Стефа ходила за зеркалом и устанавливала связь, Элли договаривалась с тремя сотнями разумных личей. Со всеми сразу. Это оказалось не сложно. Они хорошо её знали благодаря ментальному контакту с Дэмианом. Подконтрольные личи всё время читали его мысли и перенимали отношение ко всему вокруг, в том числе и к Элли. Правда теперь вместо него у них установился контакт с ней, но это их не особо огорчило. Разумные личи сами хотели помочь любимой ученице своего бывшего повелителя. К тому же они по достоинству оценили её приказ не приближаться к вражеской армии и не рисковать своими жизнями. От них требовались совсем другие действия. И они пообещали выполнить все её указания в точности.

– Что случилось? – Спросила Марико через зеркало, которое Стефа держала над лицом Элли.

Светлая установила связь и сразу же самоустранилась.

– Мне нужно, чтобы вы все очень быстро собрались в одном месте. Вас встретят и проводят личи. Свяжись с остальными группами и предупреди их. И передай Рику, и остальным чтобы везли своих родичей туда же. Лейлы это тоже касается.

– А сказать мне, в чём заключается твой план, ты не хочешь?

– Пока нет. Стефа, конец связи, убирай зеркало.

– И что же ты задумала? – Спросила светлая, прерывая связь.

– Это сюрприз. – Мрачно усмехнулась Элли.

– Да уж, хороший сюрприз. – Сказал Дэмиан, спускаясь в подвал и беря Элли за руку, чтобы она перелила ему ману. – Я нашёл дом. Шестнадцатиэтажная свечка, в пригороде к югу отсюда. Первая группа людей будет там через два часа, а вот последняя из Горных Ворот даже на мопедах доберётся только к вечеру. Твоя задача задержать пехоту, прошедшую через ближайшую крепость, чтобы она не дошла туда раньше. Трупами ты их не завалишь, они всё равно двигаются слишком быстро. Попробуй их разоружать. Это же безвредно для здоровья, а значит атакой считаться не может.

– Хорошо. Спасибо. Я попробую.

– И ещё, резерва всех личей в аномалии, включая меня, хватит на то, чтобы зачаровать внешние стены дома только до середины третьего этажа, а надо – до четвёртого. Чтобы зомби точно не допрыгнули.

– Значит подожди пока туда доберётся группа из Морских Ворот. Там много сильных магов. Они помогут. Лучше скажи мне: ты точно сможешь запустить в этом доме водоснабжение?

– Успокойся, всё будет: и вода и электричество.

– Хорошо. Спасибо, Дэмиан.

– Всегда пожалуйста, подруга. Стефа, идём.

– Куда? – Удивилась светлая.

– В новый дом.

– Нет. Я не оставлю Элли. Она тут замёрзнет.

– Успокойся, – усмехнулась некромантка, – Дэмиан принесёт мне ещё парочку одеял. Я присоединюсь к вам позже. Когда можно будет вставать.

Дальше дело пошло на лад. Светлые маги армии Лилит истратили резерв маны, и её войско ощутимо ослабло. Благодаря этому, зомби теперь не составляло особого труда отнимать у солдат мечи и закидывать их подальше. Такая тактика довольно сильно замедлила продвижение войска вглубь аномалии.

Четверо личей, со слабыми магическими способностями, отправились встречать группы сбежавших из крепостей стражей границы. По одному на каждую. Марико связалась со светлыми магами в этих группах через зеркало и объяснила, насколько своеобразных им выделили проводников. Так что непонимания не возникло.

Тридцать личей занялись замуровыванием оконных проемов на первых трёх этажах, в указанном Дэмианом доме. Остальные же дружно трудились над подготовкой ритуала зачарования стен этого дома. Расписывали их специальными знаками, опять же под руководством Дэмиана. Кровь для этих целей взяли у выловленных в лесу животных. Заодно, мясо на ужин для людей образовалось. И, как ни парадоксально, результатом этого зачарования должна была стать защита от нежити. Той самой нежити, которая эту защиту устанавливала. Точно такая же, как на стене, отделяющей Солтурен от некроаномалии.

Группа из Морских Ворот добралась к месту назначения второй. К моменту её прибытия, всё было готово к проведению ритуала: окна замурованы, стены расписаны, все личи в сборе и, с лёгкой руки Элли, накачаны маной под завязку. Рик выбрал из группы людей всех тёмных магистров (это было не сложно, так как все они оказались его родственницами), и Дэмиан приступил к завершающему этапу зачарования. Процесс этот был долгим, трудоёмким, и чрезвычайно затратным по мане. Особенно для нежити. Но результат этого определённо стоил. Созданный Дэмианом периметр мог за считанные секунды до костей спалить кисти рук зомби, если бы последнему вдруг взбрело в голову взобраться по стене. А боль нежить очень даже ощущала. К тому же, мана требовалась только для создания периметра. Поддержание ему было не нужно.

Колдовать над периметром Дэмиан закончил только к вечеру. И тогда же прибыла последняя группа пограничников из Горных Ворот. Все люди собрались в доме. Дальше тянуть не было смысла. Тем более, что войска Лилит хоть и медленно, но всё равно продолжали продвигаться вглубь аномалии. Остановить их иначе не представлялось никакой возможности.

Элли убрала руки из лучей пятиконечной звезды, перевернулась на живот, подмяв под себя одеяло и даже успела почувствовать некое облегчение от того, что лежит теперь не на каменном полу, прежде чем её сознание разлетелось вдребезги, рассеиваясь по аномалии тысячами мелких фрагментов.

В этот момент солнце окончательно скрылось за горизонтом. Зомби стали на порядок сильнее и быстрее. Больше их никто не сдерживал, а вокруг было так много вкусной, горячей, живой крови.

Глава 17. Решение проблем

Юджин не целился. То что он попал Лилит в глаз, было чистой случайностью. Можно сказать: ему несказанно повезло. Она умерла мгновенно. Узкий и длинный как стилет, осколок зеркала пробил глаз и прошёл прямиком в мозг. После такого не выживают.

Тело стало заваливаться на Юджина. Он чисто автоматически подхватил его и аккуратно уложил на спину. И только после этого осознал, что натворил. Он только что убил свою мать. Да, она была редкостной сволочью. Она замучила и убила несчётное количество ни в чём не повинных людей. Но от этого она не переставала быть его матерью.

Юджина трясло. Он был на грани истерики. Скатиться в неё окончательно ему мешал только тот факт, что прямо сейчас в пыточной возможно испускал последние вздохи его единственный друг. Он должен был хотя бы попытаться спасти Маэлина.

Юджин осторожно прикрыл дверь. Судорожно, трясущимися руками, обшарив тело Лилит, он нашёл ключи от камер и ошейника. Первым делом Юджин снял с себя ошейник. Затем выскользнул в коридор, крадучись добрался до поворота, за которым находился пост стражников, и высунувшись из-за угла усыпил их заклинанием. Они даже обернуться не успели. Теперь в его распоряжении было около часа. Примерно столько времени оставалось до смены караула.

Юджин бегом, уже никого не опасаясь, кинулся в камеру пыток. Маэлин без сознания висел на дыбе. Наконец-то принц смог вздохнуть с облегчением. Его друг был жив. Как светлый маг, он не мог ошибиться в этом вопросе. А значит все ещё можно исправить. Необратима только смерть.

Он снял механизм, удерживающий лебёдку со стопора и аккуратно опустил тело на пол. Затем расстегнул на Маэлине ошейник, блокирующий магию, зашвырнул его в угол и приступил к лечению. Первым делом Юджин вправил Маэлину вывихнутые плечевые суставы, и только после этого привёл его в сознание.

– Юджин… – прошептал Маэлин, с трудом разлепив один глаз.

– Тихо. Потерпи. Я тебя вылечу. Всё будет хорошо. – Зачастил принц, запуская другу ускорение регенерации.

– Подожди. Что ты здесь делаешь? Где Лилит?

– Лилит… Она мертва. Это я… Я убил её. Осколком зеркала.

– Так… Где тело? Крови было много?

– Совсем немного. Она в моей камере.

– Понятно. Неси труп сюда. И запомни: Лилит убил я. Она меня забила почти до смерти, потом сняла с дыбы и решила подлечить, чтобы раньше времени не загнулся. Вправила мне плечевые суставы и начала произносить заклинание. А я внезапно очнулся и ударил её… Вон там выбери что-нибудь подходящее по форме.

Маэлин указал на инструменты палача.

– Но это же бред! Мне никто не поверит!

– Поверят. Ты ж менталист. Используешь свои способности. Неси труп сюда. Быстро!

Пока Юджин ходил за телом матери, Маэлин занимался самолечением. И вполне успешно. Во всяком случае, когда принц вернулся, он уже мог самостоятельно передвигаться по комнате.

– Клади её сюда. – Сказал Маэлин, и дождавшись, когда Юджин положит тело в указанном месте, изменил его позу так, чтобы она казалась естественной. – Ты всё это время был в своей камере. Видел всё в зеркало. Когда я убил её, у тебя началась истерика, и ты это зеркало разбил.

Маэлин аккуратно извлёк осколок стекла из глаза трупа и воткнул вместо него какой-то нож взятый со стойки с инструментами.

– Кстати, что со стражниками?

– Спят.

– Отлично. Идём. И дай мне ключи. Я запру тебя в твоей камере. Не забудь надеть ошейник. Юджин, убедить всех, что это я убил твою мать будет несложно. Гораздо сложнее тебе будет занять трон и удержаться на нём. Придётся доказывать всем и каждому, что ты не сумасшедший и достаточно взрослый. Обратись за помощью к тем двенадцати архимагам, которые сегодня открывали порталы на границу. Они будут рады стать на твою сторону. Но не вздумай им доверять. Один раз они уже предали, чтобы спасти свои шкуры, и могут сделать это снова. К тому же, они на стороне мира, но не на твоей. Они хотят только чтобы не было войны. Самый простой способ сейчас её избежать – посадить тебя на трон. Попытайся остановить наступление войск на границу. Если не получится, а скорее всего так и будет, оставь армию на стене. Всю. Целиком. Возможно ей удастся замедлить нашествие нежити. И займись поисками, инициацией и обучением тёмных магов. В Солтурене они остались только очень слабые и не инициированные. Но это хоть что-то. Займись пропагандой. Сделай профессию тёмного мага почётной и высокооплачиваемой. Это очень важно. Иначе тёмные будут прятаться, и ты никого не найдёшь. Вроде бы всё.

Принц зашёл в свою камеру.

– Через пять минут начинай орать. – Прежде чем запереть за ним дверь, сказал Маэлин. – Так громко, как только сможешь. И Юджин, ты станешь хорошим королём. Я в тебя верю.

Маэлин повернул ключ в замке и, опираясь на стену, побрёл в дальний конец коридора, где находилась лестница на нижний уровень тюрьмы. За первые пол года лечения принца он успел изучить казематы как свои пять пальцев. Разумеется, Маэлин понимал, как сильно рискует живя во дворце, и разведал все возможные пути отступления. В тюрьме это был люк, ведущий с нижнего уровня в канализацию. Конечно, он был заперт на ключ, но сейчас это не являлось проблемой. Ведь у Маэлина была связка ключей, снятая Юджином с пояса Лилит.

Эпилог

Одиннадцать месяцев спустя.

Элли открыла глаза и тут же снова зажмурилась от яркого света падающего из окна прямо на лицо. Потянулась к нему руками, случайно выдернув катетер из вены и оборвав несколько проводков на присосках. Противно запищал на ухом какой-то непонятный медицинский прибор. Девушка наконец продрала глаза и попыталась сесть. Сил не было совсем. Она только слегка приподнялась над кроватью и тут же рухнула обратно. Когда распахнулась дверь и в комнату влетел Маэлин, Элли с остервенением обдирала с себя всевозможные провода и трубки.

– Ну наконец-то. – Выдохнул он и заключил племянницу в объятия. – Я уже начал бояться, что ты никогда не очнёшься.

– Сколько времени прошло? – Насторожилась Элли.

– Почти год.

– Не так уж и много. Дэмиан говорил, что на восстановление личности может уйти до нескольких лет.

– Да. Мне он тоже это говорил, но, знаешь ли, смотреть на тебя в коме и не знать, когда ты очнёшься и очнёшься ли вообще – то ещё развлечение.

– А как ты вообще здесь оказался?

– А куда ещё мне было идти? – Усмехнулся Маэлин. – Я в бегах. Самый разыскиваемый преступник в Солтурене. Убийца королевы.

– И тут ты меня опередил! – Рассмеялась Элли. – Ну что ж… Это определённо радостное известие. А что ещё я проспала?

– Много чего. Тебя что больше интересует: местные новости или из Солтурена?

– Начни с местных.

– После того, как ты впала в кому, твои питомцы благополучно перебили армию Лилит. Всю. Обратно за стену не вернулся никто. Так что, ты у нас – государственный преступник номер два. Сразу после меня.

Но и зомби за стену не пробрались. Первое время, её охраняли триста разумных личей. Они же обеспечивали поставки продовольствия для стражей границы. К стене его продолжали исправно доставлять люди из ближайшего города. А расплачивалась с ними и принимала товары лично Марико, которую Лейла отнесла на стену в первый же день. Потом она перенесла туда и всех остальных. По два человека в день. На большее маны не хватало, не смотря на то, что её Лейле заливали все тёмные маги. На это ушло чуть больше трёх месяцев.

Всё это время Дэмиан прятал тебя в подвале вашего старого дома. Сделал железную дверь, притащил туда кровать и кучу разного медицинского оборудования, ставил тебе капельницы, самостоятельно вставлял катетеры. В общем, заботился как мог. И никого к тебе не подпускал. Ни зомби ни людей. Он опасался, что стражи границы тебя убьют. И, кстати, не без оснований. После того как ты перебила с помощью зомби пятитысячное войско, желающих это сделать нашлось бы немало.

После того как все пограничники оказались на стене, Дэмиан позволил Лейле перенести тебя сюда. Это тот дом, в котором они прятались от нежити.

– Что, прямо все улетели? – потерянно проговорила Элли. – А как же мои друзья? Стефа, Саша, Рик?

– Здесь сейчас, знаешь ли не курорт. – Усмехнулся Маэлин. – Зомби повсюду бродят агрессивные. На улицу не выйти. В аномалии остались только я, Саша и Дэмиан со своим буйным, гиперактивным, да ещё, в придачу, и магически одарённым детским садом из трёхсот личей.

– Что-то я не замечала за ними таких качеств. – Улыбнулась Элли.

– А их и не было поначалу. Это на них так свобода воли повлияла. Но вот они, кстати, совсем не агрессивные. И даже по прежнему помогают охранять границу от неразумной нежити. А ещё Дэмиан научил их всех говорить, так как не может теперь общаться с ними ментально, и дал им имена.

– Отлично. Похоже всё получилось даже лучше, чем я надеялась. А чем Саша занимается?

– Ждёт, когда ты придёшь в себя. – Усмехнулся Маэлин.

– А кроме шуток? Я же знаю – он не способен долго сидеть без дела.

– А с чего ты взяла, что я шучу? Он действительно ждёт. Приходит сюда по десять раз на дню, спит вон на той кровати. Даже разговаривал с тобой пока ты была в коме. Я таких красивых признаний в любви в жизни не слышал. А слышал я их за последние семьсот лет, поверь, немало.

– Прекрати. – Элли закрыла глаза и откинула голову на подушку. – Твой сарказм здесь совершенно неуместен. Я не виновата в том, что родилась тёмной! Он самый лучший человек из всех, кого я знаю: умный, добрый, честный, преданный, но я просто не способна ответить взаимностью на его чувства.

– Знаешь, обычно неспособность любить не мешает тёмным создавать семьи и рожать детей. Иначе вы бы уже давно вымерли.

– Обещаю: когда-нибудь я именно так и сделаю. С тем, кого не жалко. А теперь давай закроем эту тему.

– Ладно, как хочешь. А по поводу того, что Саша не умеет долго сидеть без дела, ты была совершенно права. И, думаю, тебе надо это увидеть.

– Ну? Что он на этот раз придумал? – Оживилась Элли.

Маэлин порылся в шкафу и кинул ей на кровать вещи.

– Одевайся. Я вернусь за тобой через пять минут.

Элли надела чужую и явно мужскую одежду. Похоже Сашину, потому что она в ней просто утонула. Маэлин был всё-таки помельче. Когда он вернулся Элли, полностью одетая, стояла на полу судорожно вцепившись руками в спинку кровати.

– Вот же неугомонный ребёнок. – Вздохнул Маэлин. – Тебя кто-то просил вставать?

И прочёл заклинание усиления. Жить сразу стало легче.

– Идём.

Они поднялись на самый верхний, шестнадцатый этаж. Благо идти было недалеко. Больничную палату для Элли оборудовали на этаж ниже.

От увиденного девушка просто впала в ступор. Установка оказалась огромной. Она занимала почти всю площадь этажа. Внутренние стены были снесены. Остались только несущие колонны. И сама монструозная конструкция из металлических и пластиковых блоков разных форм и размеров и совершенно непонятного назначения, соединённых сотнями проводов. В одном из этих блоков Саша, в данный момент, самозабвенно копался с отвёрткой в руках, не замечая ничего вокруг.

– Саша, – позвал Маэлин, – у меня для тебя сюрприз. Только без резких движений, а то как бы опять что-нибудь не загорелось.

– Не загорится. – Буркнул изобретатель, вставая и оборачиваясь. – Я всё здесь обесточил. Элли…

– Стоять! – Рявкнула девушка. – Осторожно выходи оттуда, чтобы не оборвать провода. Ты над этим год работал, что бы это ни было.

Саша нервно рассмеялся, но голосу разума в лице Элли всё-таки внял и бегать передумал. Выбрался из середины установки, не задев ни одного провода, что со стороны казалось почти невозможным, и заключил девушку в медвежьи объятия.

– Только не придуши её на радостях. – Усмехнулся Маэлин и ушёл вниз, оставив их наедине.

– Я так боялся не дождаться твоего возвращения. – Прошептал Саша. – Дэмиан пытался провести тот ритуал снова, но ничего не получилось. Он сказал, что у тебя нет достаточно веской причины чтобы вернуться. Срочного дела.

– Но он же говорил, что на естественное восстановление личности просто нужно время. Рано или поздно я бы всё равно очнулась.

– Время для Дэмиана весьма условно. Он может жить вечно. И потом, он ведь не давал чётких прогнозов. Сам он осознал себя больше чем через сто лет после возникновения этой аномалии. Я боялся не дожить.

– Он же нежить. Он умер. Лишился и памяти и разума. У меня совсем другая ситуация. А на счёт продолжительности своей жизни ты теперь можешь не волноваться. Я знаю как её продлить. Дэмиан рассказал мне для чего изначально был разработан тот знак, при помощи которого он удерживал моё сознание внутри тела. Возможно даже получится сделать тебя магом. У нас есть библиотека древних, архимаг целитель (Маэлин), техника сохранившаяся в некроаномалиях (не только в этой, есть ведь ещё и другие), архимаг некромант (я) и куча свободного времени. Обещаю: я не позволю тебе умереть от старости! Лучше расскажи мне – что ЭТО?

Элли обвела жестом помещение.

– Это портал. Точнее сам портал открывается на крыше, а это всё нужно, чтобы он работал. Со временем я сделаю установку меньше. Просто сейчас я её собирал из всего, что под руку попалось, не заботясь об объёмах. Главное – она работает. Вчера я проводил последние испытания. Через портал уже можно безопасно перемещать живые объекты.

– Подожди. Это такой же портал, как тот для открытия которого нужно двенадцать архимагов?!

– Лучше! Этот портал могу открыть даже я. Правда его всё равно приходится заряжать маной. И её нужно очень много. Маэлин заряжает неделю для одного сеанса. Но, в отличие от обычного портала, который открывают маги, у этого точка выхода не завязана на встречающего мага. Это просто точка в сети координат. Всё, что нужно: точная широта, долгота и высота.

– Ты гений! – Воскликнула Элли. – Куда заливать ману?

– Вон туда. Только мне надо ещё кое-что доделать.

– Ну так доделывай, а я пока заряжу установку. Вот чего-чего, а недостатка маны у тебя теперь не будет. Она у меня бесконечная, пока я нахожусь внутри аномалии. Правда у этого есть один неприятный побочный эффект. Дэмиан утверждает, что если я выйду за её пределы, контакт с нежитью в считанные секунды опустошит мой резерв. А вот ему теперь можно выходить.

– Он прямо сейчас с тобой разговаривает?

– Не то чтобы разговаривает. Он теперь как будто часть меня. Все они. На самом деле это плохо. Для них. Надо будет подумать, как защитить разумных от моего контроля.

– Может так же как ты защищалась от ментального контакта с Дэмианом?

– Нет. Эта связь гораздо крепче. Никакие щиты тут не помогут. Хотя есть у меня одна идея. Где находится самая дальняя точка, в которую открывается твой портал?

– Их всего две: одна на стене, другая на крыше башни королевского дворца в столице Солтурена.

– Что?! Зачем она нужна?

– Это тебе лучше спросить у Маэлина.

– Так. Ладно. Это потом. Ты можешь открыть портал туда? И сколько он продержится открытым?

– Пока не отключу. Мана нужна только на открытие. Для поддержания требуется бесперебойная работа установки. А в последние два месяца с этим проблем не возникало. Надеюсь, ты не собираешься через него пройти? Это может быть опасно. Испытания на людях я ещё не проводил. Только на животных.

– Нет. Я просто хочу посмотреть, как это работает. – Солгала Элли.

Саша опустил рубильники на стене, и комната наполнилась гулом вентиляторов в запускающихся компьютерах. Загорелся экран монитора. Саша сел в кресло перед ним и начал что-то набирать на клавиатуре. На мониторе открылась программа с картой Солтурена покрытой координатной сетью. Саша вбил координаты и запустил активацию портала.

– Готово. Через пять минут откроется. Идём, покажу тебе его.

Они поднялись на крышу. Холодный весенний ветер пронизывал до костей. Кожа Элли сразу же покрылась мурашками. Она обхватила себя руками за плечи и окинула взглядом свои владения. С крыши открывался отличный вид на некроаномалию. Шестнадцати этажный дом был самым высоким в этом районе города. Остальные дома были пяти и девяти этажными. Маленьких частных домов почти не было. Граница аномалии была очень чётко обозначена. За ней город превращался в руины, почти полностью поглощённые лесом. Дом, на крыше которого сейчас стояла Элли, находился довольно близко к этой границе. Аномалия представляла собой идеально ровный круг диаметром около десяти километров. И теперь Элли была привязана к ней навсегда. Она не могла покинуть её пределы и выжить. Контакт с подконтрольной нежитью без подпитки от аномалии очень быстро выпил бы всю её ману, а затем и жизненную энергию. Или могла? Именно это она и собиралась проверить. Что будет, если удастся уйти через портал достаточно далеко, чтобы мгновенно разорвать связь с аномалией?

Портал открылся в полутора метрах от девушки. Овальное окно высотой в человеческий рост, покрытое едва заметной мерцающей плёнкой. С той стороны была видна небольшая площадка и каменные зубцы башни на фоне хмурого осеннего неба. Не долго думая, Элли метнулась к порталу и прыгнула в него.

В первую секунду ей показалось, что она лишилась и зрения, и слуха разом. Да ещё и действие заклинания усиления Маэлина прекратилось. Но на самом деле она просто перестала чувствовать обитателей аномалии. Её план сработал. Внутри образовалась огромная пустота. Так плохо Элли ещё никогда не было.

Она бессильно повисла, вцепившись руками в каменный зубец башни. Девушку повело вбок и она чуть не свалилась с крыши. В последний момент её подхватили чьи-то руки. Портал мигнул и пропал.

– Юджин? – Удивилась Элли.

– А кого ещё ты ожидала здесь увидеть? – Усмехнулся, поднимая отброшенную второпях курительную трубку, малолетний король Солтурена. – Элеонора Айвери, я так понимаю? Ты сильно изменилась за последние три года. Если бы не фамильное сходство с Маэлином, я бы, пожалуй, тебя и не узнал.

Юджин затянулся и на Элли отчётливо повеяло запахом той смеси трав, которую курила Марико для усиления ментальных способностей.

– С Маэлином? Он пользуется этим порталом?

– Нет. Пока не пользовался. На открытие портала нужно очень много маны, и он только проходит завершающую стадию испытаний. Но да. Эта точка выхода предназначена для Маэлина. Ну и для меня.

– То есть, вы общаетесь. И тебя не смущает, что он убил твою мать?

– Вообще-то это я её убил. – Мило улыбнулся Юджин. – Только не проболтайся Маэлину, что я тебе сказал. Он взял вину на себя, чтобы я мог стать королём.

– И многим ещё ты это сказал?

– Только тебе. Дело в том что я менталист. Я знаю, что ты никому не скажешь. Чувствую. Не думай, что я идиот.

– Ситуация может измениться, да и люди меняются со временем, как и их отношение к тебе. Никому и никогда больше этого не говори!

– А вы и правда очень похожи. Я так понимаю, ты только очнулась и ещё ничего не знаешь? Хочешь расскажу как всё было? Всё равно ждать пока портал снова откроют.

– Ну давай.

– Как и говорил Маэлин, остановить наступление войск на границу у меня не получилось. Из комнаты с мягкими стенами, в которой меня заперла мать, я вышел только через неделю после тех событий. Сначала мне приходилось доказывать всем и каждому, что я не сумасшедший, потом, что не глупый ни на что не годный ребёнок. Этим, кстати, я занимаюсь до сих пор. К управлению государством меня допустили лишь отчасти. И далеко не сразу. Хотя короновали ещё девять месяцев назад. Официально я король. На деле же просто ширма, которой прикрываются истинные правители. Во всяком случае, они так думают. Совет из двенадцати светлых архимагов. Именно они, в своё время, оказали мне поддержку и помогли взойти на престол. Впрочем, меня устраивает, как они правят. Они действительно заботятся о благе государства. И мне есть чему у них поучиться. К тому же, у меня есть право голоса в совете и возможность влиять на решения его членов при помощи ментальной магии. О том, что я менталист они, разумеется, не знают.

Из того, что нам удалось сделать за последние одиннадцать месяцев, главным достижением я считаю заново открытый в УМИТе факультет тёмной магии. Учебниками для него, кстати, поделились стражи границы.

Ещё с тёмных были сняты все обвинения и сейчас профессия тёмного мага в Солтурене стала почётной и высокооплачиваемой. Впрочем, тут не всё так гладко, как хотелось бы. Народу слишком долго промывали мозги, обвиняя тёмных во всех бедах, чтобы общественное мнение удалось так резко и кардинально изменить. Но я над этим работаю.

– Странно… Почему никто не знал, что ты менталист?

– Потому что способности ментального мага – очень тонкий инструмент. И бесполезный, без специального обучения. Мне просто повезло, что Маэлин их заметил и взялся меня учить. А теперь меня учит Марико. Дистанционно, разумеется.

– Они помирились? Я не успела спросить у Маэлина.

– Не совсем. – Усмехнулся Юджин. – Я бы скорее назвал их отношения вооружённым нейтралитетом.

– А ты случайно не знаешь из-за чего они в ссоре?

– Нет. Ты что их не знаешь? Если они не хотят чего-то говорить, спрашивать бессмысленно.

– Ну ты же мысли читаешь…

– Во-первых до такого я ещё не дорос. Так, какие-то обрывки иногда получается ухватить. А во-вторых это неэтично по отношению к друзьям.

– А я смотрю – вы неплохо поладили. – Выходя из открывшегося портала, произнёс Маэлин. – Элли, тебя не смущает, что Сашу чуть удар не хватил, а его установку, чтобы снова открыть портал, заряжали, помимо меня, три сотни личей с Дэмианом во главе?

– Вообще-то Саша говорил, что портал не закроется, пока он сам его не отключит. Я думала пройти через него и сразу вернуться. Это должно было занять несколько секунд. Я хотела проверить, что будет, если удалиться на достаточное расстояние, чтобы разорвать связь с аномалией.

– Истерика у трёхсот разумных личей. Вот, что будет. Они сначала решили, что ты умерла, и очень расстроились. Кстати, как ты себя чувствуешь?

– Ужасно. Как будто лишилась большей части себя.

– Ну это понятно. А ты, Юджин, почему не отвечал на вызов?

– Не мог отказать себе в удовольствии поближе познакомиться с единственным человеком, которого ты действительно любишь. Должно же в ней быть что-то ещё помимо того, что она твоя племянница. К тому же она – та самая легендарная некромантка, за одну ночь уничтожившая мамино пятитысячное войско и спасшая стражей границы.

– Детский сад. – Вынес вердикт Маэлин. – Я же тебе объяснял – Элли никого не убивала. Она вообще не может использовать магию против людей. Она приносила присягу стражей.

– Тем не менее, она смогла её обойти. И тогда и сейчас. Ведь я правильно понимаю? Зомби сейчас никто не контролирует?

– Правильно. – Улыбнулась Элли. – Но раз уж мы все здесь собрались, давай заключим мирный договор. Я больше не буду покидать пределы аномалии, нежить не сможет нападать на людей, а за это моих зомби и, главное, разумных личей никто не будет пытаться уничтожить. Поверь: тебе это выгодно. Мои зомби будут охранять Солтурен от нежити, забредающей из других аномалий, куда лучше, чем стражи границы. А моя жизнь будет гарантом их лояльности. А то я слышала: после той истории с войском Лилит появилось немало желающих меня убить.

– Я понимаю, насколько это выгодно, и я только за. Но гарантировать тебе безопасность не смогу. По крайней мере, сейчас. Я сделаю всё возможное, чтобы со временем люди смирились с твоим существованием, но пока всё останется как есть. И если кто-то полезет в аномалию, чтобы убить тебя или твоих разумных подопечных, убегай через портал. Думаю: после нескольких неудачных попыток, количество желающих резко снизится.

– Ладно. Ну я тогда пошла? А то у меня там толпа нежити в истерике бьётся. Жду тебя с ответным визитом. Правда, устроить торжественный приём по этому случаю вряд ли смогу, а вот предоставить надёжное убежище – очень даже. Только надо сделать другие точки выхода из портала. А то эта пока единственная, в которую я могу сбежать.

– Я этим займусь. И удачи, Элли.

– Тебе тоже.

Элли вошла в портал. Маэлин, попрощавшись с Юджином, последовал за ней.

Оказавшись в аномалии, Элли сразу почувствовала себя значительно лучше. Зияющая пустота внутри заполнилась вернувшимся контактом с нежитью. Только здесь некромантка теперь чувствовала себя целой.

На крыше её встречала целая делегация личей с Дэмианом во главе.

– Вижу: эксперимент прошёл успешно. – Улыбнулся он.

Элли впервые видела мимику на его лице. И смотрелось это весьма необычно. Сейчас Дэмиан выглядел почти как человек. Общение с людьми определённо пошло ему на пользу.

– Мне тут сказали, что читать мысли друзей неэтично. – Усмехнулась Элли.

– Как будто у меня есть выбор.

– Кстати, может есть какой-то способ для вас защититься от моего контроля? Помимо того, который я только что опробовала.

– Ты как всегда всё усложняешь. Нам это не нужно. Уверен: ты не будешь заставлять разумных что-либо делать против их воли. А воля у них теперь есть. И этого вполне достаточно. Даже перед тем как раствориться в аномалии, ты не приказывала личам защищать стену и стражей границы от зомби. Ты их попросила. Поверь: в моём исполнении контроль был гораздо более жёстким. Остаётся только ментальный контакт, но из всех здесь присутствующих его считаешь проблемой лишь ты.

– Что ж… Видимо мне придётся с этим жить. А где Саша?

– Следит за своей “адской машиной”, как он её называет, чтобы снова не дала сбой. Хотя это была не его вина. Сбой произошёл в электросети. Я всё починил. Больше это не повторится.

– Понятно. Он очень разозлился на меня?

– Пойди проверь. – Усмехнулся над ухом Маэлин, только что вышедший из портала. – Ты же у нас смелая.

– А вот и пойду. Заодно залью ману для ещё одного портала. Раз уж мы опробовали его на людях, почему бы не пригласить сюда Стефу и Рика? Свяжешься со Стефой?

– Да.

Элли спустилась с крыши на шестнадцатый этаж.

– Ты чокнутая. – Заявил Саша оборачиваясь. – И у тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.

– Ты только сейчас это заметил? – Усмехнулась Элли. – Ладно, не обижайся. Это нужно было сделать. Зато теперь я знаю, что могу, в случае нападения людей, сбежать через портал, и нежить окажется свободна от моего контроля. Согласись: это очень хорошая новость. Мы не беззащитны.

– Действительно! И это обязательно надо было проверить прямо сегодня! На установке, которую ещё даже не испытывали на людях!

– Заодно и испытали. Сплошные плюсы. Я хочу пригласить сюда Стефу и Рика. Думаю, они тоже будут рады меня видеть. Откроешь портал на стену?

– Да. Только заряди установку маной. Надо сделать резервуар для неё побольше. Чтобы хватало не на один раз. А то вдруг тебе опять взбредёт в голову прогуляться в столицу.

– Юджин обещал дать координаты для других точек выхода. – Сказала Элли, заливая ману в резервуар. – Так что, скоро вы сможете путешествовать по всему Солтурену.

– А ты?

– Не думаю, что снова решусь на такое без острой необходимости. Мне было очень плохо. Ты даже не представляешь насколько.

– Примерно представляю. Когда ты отняла у Дэмиана аномалию, ему тоже было очень плохо. Около двух месяцев. А потом он начал очень быстро очеловечиваться. И его безбашенный выводок личей – тоже. Всё. Портал сейчас откроется.

Когда Элли поднялась на крышу, Стефа как раз выходила из портала. В центре её золотистой ауры, в районе живота переливалось сполохами разной степени интенсивности, фиолетовое пятно а от него, будто метастазы, расползались по всей ауре тонкие тёмные нити. Элли, пожалуй впервые в жизни, покрылась холодным потом от страха. За подругу. Она всё-таки не уберегла её. Вряд ли это лечится. Ведь здесь Маэлин, а он архимаг целитель. Он бы обязательно помог, если бы это было возможно.

– Ты умираешь? – Спросила Элли, бросившись к подруге и схватив её за руки. – Сколько тебе осталось? Может мы ещё успеем вырастить клона…

– Элли, – рассмеялась Стефа, – это беременность! Всё нормально! Моему здоровью ничего не угрожает.

– Беременность… От тёмного… Кто этот гад?! Я его убью!

– Я. – Сказал Рик, выходя из портала. – Вообще-то мы уже пол года как поженились.

– Элли, ты только не нервничай. – Зачастила Стефа. – Мы начали встречаться почти сразу, как приехали в Морские Ворота. Я люблю его, и у нас всё хорошо! Уже давно. Просто я знаю, как ты относишься к бракам между тёмными и светлыми. Твоя мать погибла по вине отца. И я боялась тебе говорить. А ты была так занята учёбой, что не замечала ничего вокруг. Ты не переживай. У нас правда всё хорошо. Рик заботится обо мне. А ещё мы вдвоём почти равны по силе архимагам.

– Рик, – прошипела Элли, – ты ведь понимаешь, что ты просто магистр, а я архимаг? Если ты угробишь мне подругу, я тебя из под земли достану. И обещаю: твоя смерть лёгкой не будет! А теперь убирайтесь отсюда оба! Видеть вас не могу!

Резко развернувшись, тёмная быстро сбежала по лестнице на свой этаж и закрылась в палате. Она была в бешенстве. Её обманули! Предали! Они больше года водили её за нос! А она даже не догадывалась! И ладно Рик, с ним всё понятно, этот союз ему просто выгоден, но Стефа!.. Какие же светлые всё-таки идиоты!

– Стоять. – сказал Маэлин, загораживая Саше дорогу к палате Элли. – Не ходи туда. Дай ей перебеситься. Иначе тоже попадёшь под раздачу. И с предложением руки и сердца тоже пока повремени. Всё гораздо серьёзнее, чем я думал. Элли воспринимает тебя как ещё одного светлого, которого надо защищать от тёмных. И в первую очередь от себя самой. Но опыт работы с психическими расстройствами у меня уже есть. Так что, этот вопрос мы как-нибудь решим. Пока просто жди.

– И сколько ждать?

– Не знаю…

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.