# Теория институтов

Сергей Юрьевич Градов

Настоящая книга посвящена институциональной структуре общества. В ней я излагаю свои выводы из размышлений о том, что же это такое общественные институты, каковы они, как взаимосвязаны и почему вообще теме институтов придается такое большое значение при обсуждении общественного устройства и общественных отношений.

## Введение

С момента разрушения социализма в нашей стране мы много раз слышали, и порой продолжаем слышать, из уст представителей самых разных слоев и групп нашего общества о важности для всех нас тех или иных «институтов». Особенно много таких изречений было в контексте преобразования нашего «отсталого» (по их мнению) общества, которое непременно надо реформировать, демократизировать, ввести в рынок, дабы встать в один ряд с «передовыми» (в основном западными) странами и народами (как будто и не было великого и могучего СССР).

И совершить это надо как можно скорее, говорили нам, путем слома старых советских институтов и создание на их месте совершенно новых – прогрессивных институтов по западному образцу.

Об этом беспристанно твердили и неистовые реформаторы , и демократически настороенные преобразователи, и журналисты, и сторонники свободного рынка, и ученые с экспертами, и представителей государственных органов разных уровней, и тем более разного толко иностранные консультанты, да много ещё кто. Дескать, заменим «плохие» институты на «хорошие» и заживем себе припеваючи, беззаботно и благостно.

Только не было во всем этом ничего реально обоснованного, однозначно понятного, осмысленного, что же такое «хорошо» и что же такое «плохо» в этих институтах. И что самое важное, что же это за палочка-выручалочка такая: «институты», с помощью которой преобразуется мир вокруг нас. Да и мы сами вдруг так изменим свое отношение друг к другу, что станем все поголовно богатыми и свободными, а общество и страна наша встанет в один ряд с передовиками «западного мира».

При всем богатстве текстов, как в количестве, так и в объеме, до сих пор нет объяснений не только «правильности» институтов (за исключением – сделаем все в точности как на Западе, а не получится, значит люди наши сами виноваты, не те они достались инноваторам от общественного переустройства), но и того что же это такое вообще эти самые институты.

Вот это-то отсутствие внятного ответа – почему вообще теме институтов придается такое большое значение при обсуждении общественного устройства и общественных отношений, и послужило толчком для моих исследований по этой тематике, результаты которых представелены в этой работе.

## Глава 1. Историческая справка

Прежде чем приступить к изложению «Теории Институтов» рассмотрим подробнее термины «институт» и «институции», являющимися базовыми для сути теории, определяющими сам предмет теории, объекты её изучения.

Изучая толкование и происхождение термина «институт» нетрудно выяснить, что он имеет латинское происхождение, а в русский язык привнесен заимствованием из французского языка, для обозначения учебных заведений[1].

Позднее этот термин стали использовать и для обозначения научно-исследовательского учреждения.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона[2], Том XIII (25), изданный в 1894г., на стр.245 содержит следующее определение термина «институции»:


«Институции – название: а) сочинений римских юристов, излагавших в систематическом порядке элементы юриспруденции; б) Юстинианова учебника права, вошедшего, в качестве составной части, в его законодательную компиляцию».


Позднее, уже составители 2-го издания Большой Советской Энциклопедии[3], вышедшего в период с 1949 по 1958 годы в томе 18 на стр. 238 приводят следующее определение этого термина:


«Институции (от лат. institutio, буквально – наставление) – в римском рабовладельческом государстве элементарные учебные руководства для высших школ риторики и права».


При этом в 1-м издании Большой Советской Энциклопедии, вышедшем в период с 1926 по 1947 годы, в отношении термина «институции» было указано еще и следующее:


«Наиболее древними из дошедших до нас являются «институции» римского юриста второго века Гая. По мнению Гая, всякое право относится либо к лицам, либо к вещам (сюда же включаются и обстоятельства), либо к искам.

Такая система изложения материала получила название институционной. Институционная система получила весьма широкое распространение в буржуазных государствах. Например, её принципы легли в основу Французского гражданского кодекса 1804 г. (так называемого Кодекса Наполеона)».


В отношении термина «институт» в том же 2-м издании Большой Советской Энциклопедии (том 18, стр. 219) можно прочитать следующее:


«Институт (от лат. institutum – установление, учреждение):

1) совокупность норм права, охватывающих определённый круг общественных отношений;

2) название многих высших учебных заведений и научно-исследовательских учреждений;

3) в дореволюционной России – привилегированное женское среднее учебное заведение закрытого типа».


Тогда как повествование о термине «институт» в энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона (том XIII (25), стр. 236) имеет больше подробностей:


«Институт (юрид.) – понятие, означающее совокупность юридических норм, обнимающих одно или несколько связанных юридических отношений. Эти отношения, не будучи произвольными образованиями законодателя, а выражая собою определённую и неизбежную, при данном состоянии общества, связь между его членами, обусловленную строем жизненных явлений (экономических, социальных и этических), поддаются, при изучении, определённой классификации или систематике, позволяющей установить между ними внутреннюю зависимость и свести их к одному понятию или к одним факторам образования.

Изучение юридических отношений, поэтому производится теперь при помощи расположения юридических отношений по таким подчиненным и соподчиненным группам. Каждая из таких групп носит название Институт: так, например, говорят об Институте собственности, наследования, семьи, договора или об Институтах более мелких, входящих в состав каждого из перечисленных: Институт владения, завещания, брака, приданого и т.д.

Крайние догматико-романисты склонны приписывать Институту постоянный и неизменный логический строй, к выяснению которого они и направляют свои усилия. Их цель – определить постоянное понятие каждого Института, отличить его от других и таким образом создать стройную логическую систему всего права. Усилия эти, однако, до сих пор напрасны, так как состав Институтов и их строй подвергаются постоянному преобразованию в зависимости от изменений исторической жизни. Поэтому Институт не суть постоянные типы юридических отношений, а лишь обобщения норм, имеющие значение только для данного времени».


Напоминаю, что том XIII (25) энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона, содержащий это определение термина «институт» был издан в 1894 году. Уже из самого определения термина становиться понятно, что «институты» появляются не сами по себе, а учреждаются, устраиваются, организуются людьми.

В 1899 году в США из печати выходит книга Торстейна Веблена (Thorstein Bunde Veblen)[4] «Теория праздного класса: экономическое исследование институтов» (The Theory of Leisure Class, An Economic Study of Institutions)[5].

В этой книге автор выделяет в социальной структуре общества особую группу, которую он называет «праздным классом» и знакомит читателей со своими мыслями и наблюдениями о его появлении, становлении, изменении, поведении и роли в обществе, о «демонстративном потреблении» и «каноне почтенности». Кроме того, Торстейн Веблен пишет об «инстинкте мастерства», которым, по его мнению, наделены люди, а также о социальных институтах и их эволюции.


Вот некоторые выдержки из книги Торстейна Веблена «Теория праздного класса», содержащие наиболее существенные, по моему мнению, умозаключения автора (фразы, выделенные полужирным начертанием в авторском тексте, отдельно комментируются мною в сносках).

Цитаты из главы VIII «Освобождение от производства и консерватизм»:


Стр.199:


«Жизнь человека в обществе точно так же, как жизнь других видов, – это борьба за существование, а следовательно, это процесс отбора и приспособления. Эволюция общественного устройства явилась процессом естественного отбора социальных институтов. Продолжающееся развитие институтов человеческого общества и природы человека, как и достигнутый в этом плане прогресс, можно в общих чертах свести к естественному отбору наиболее приспособленного образа мысли и процессу вынужденного приспособления индивидов к окружению, постепенно изменяющемуся с развитием общества и социальных институтов, в условиях которых протекает человеческая жизнь[6]. Социальные институты не только сами есть результат процесса отбора и приспособления, формирующего преобладающие или господствующие типы отношений и духовную позицию; они в то же время являются особыми способами существования общества, которые образуют особую систему общественных отношений[7] и, следовательно, в свою очередь выступают действенным фактором отбора. Так что изменение институтов ведет в свою очередь к дальнейшему отбору индивидов с наиболее приспособленным складом характера и к приспособлению привычек и темперамента отдельных людей к изменяющемуся вследствие образования новых институтов окружению.

Силы, под действием которых происходит формирование социального устройства, и развитие человеческого общества в конечном счете, безусловно, сводятся к взаимодействию живого организма с окружающей средой, но непосредственно для данного рассмотрения эти силы наилучшим образом могут быть объяснены условиями окружающей среды, частично общественной, частично природной, и самим человеком с его более или менее определенным физическим и духовным складом».


Стр.201-203:


«В истории развития любого общества, где население представляет собой смесь разных этнических элементов, в любой данный момент времени тот или иной из нескольких распространенных и относительно стабильных типов конституции и темперамента становится господствующим. Такая ситуация, включающая в себя действующие в данное время социальные институты, будет благоприятствовать выживанию и господству того, а не иного типа характера; и тип человека, прошедшего такой отбор, для того чтобы далее развивать и продолжать унаследованные от прошлого институты, будет в какой-то существенной мере формировать эти институты по своему собственному образу и подобию[8]. Однако, кроме такого отбора, который имеет место среди достаточно устойчивых черт характера и образа мысли, одновременно с ним, конечно, продолжается процесс отбора и приспособления образа мысли в пределах общей сферы склонности, характерных для господствующего этнического типа или типов. Отбор среди относительно устойчивых типов может вносить изменения в основные свойства характера любого населения, но существует также изменчивость из-за приспособления внутри этнического типа и благодаря отбору, происходящему среди конкретных, привычных взглядов относительно любого социального отношения или группы отношений[9].

Для нас, однако, вопрос о природе адаптивного процесса – является ли он, прежде всего, отбором среди устойчивых типов характера и темперамента или главным образом приспособлением образа мышления людей к изменяющимся обстоятельствам – оказывается менее важным, нежели тот факт, что, так или иначе, происходит изменение и развитие институтов. Институты должны меняться при изменении обстоятельств, так как по своей природе они представляют собой привычные способы реагирования на стимулы, которые создаются этими изменяющимися обстоятельствами. Развитие институтов есть развитие общества. Институты – это, по сути дела, распространенный образ мысли в том, что касается отдельных отношений между обществом и личностью и отдельных выполняемых ими функций; и система жизни общества, которая слагается из совокупности действующих в определенное время или в любой момент развития какого угодно общества, может с психологической стороны быть охарактеризована в общих чертах как превалирующая духовная позиция или распространенное представление об образе жизни в обществе. Что касается ее общего для людей свойства, эта духовная позиция, или теория образа жизни, сводится, в конечном счете, к широко распространенному типу характера.

Сегодняшняя обстановка формирует институты завтрашнего дня вследствие процесса принудительного отбора, действуя на привычные взгляды людей на вещи и таким образом изменяя или укрепляя точку зрения или духовную позицию, унаследованную от прошлого. Институты – другими словами, привычный образ мысли, руководствуясь которым живут люди, – наследуются, таким образом, от прежнего времени, времени более или менее далекого, но как бы то ни было, они выработались в прошлом и унаследованы от него. Институты – это результат процессов, происходивших в прошлом, они приспособлены к обстоятельствам прошлого и, следовательно, не находятся в полном согласии с требованиями настоящего времени. Такой процесс отбора и приспособления в силу его природы никогда не настигнет поступательно меняющуюся обстановку, в которой в какое-либо данное время находится общество, ибо окружение, обстановка, потребности общественной жизни, под действием которых происходит приспособление и проводится отбор, изменяются изо дня в день, и каждое последующее состояние общества, едва успев установиться, уже обнаруживает тенденцию к устареванию. Когда общество делает шаг вперед в своем развитии, сам этот шаг представляет собой изменение ситуации, требующее нового приспособления, он становится отправным моментом для нового шага в приспособлении, и так далее до бесконечности.

Следует отметить также, хотя, возможно, это будет скучной банальностью, что существующие в наши дни институты – принятая в настоящее время система общественной жизни – не совсем подходят к сегодняшней ситуации. В то же время привычный образ мышления людей имеет тенденцию продлевать свое существование неопределенно долго, кроме тех случаев, когда к его перемене принуждают обстоятельства. Эти, таким образом, унаследованные институты, этот образ мысли, точки зрения, настрой и способности ума, да и многое другое являются, следовательно, сами консервативным фактором. Это фактор социальной инерции, психологической инерции, консервативности.

Структура общества изменяется, развивается, приспосабливается к изменяющейся обстановке лишь вследствие перемены в образе мысли некоторых социальных групп, или в конечном счете по причине изменения, происходящего в привычном образе мысли составляющих общность личностей[10]. Эволюция общества является по существу процессом адаптации, происходящим под давлением обстоятельств в умах отдельных людей, уже больше не терпящих привычного образа мысли, сложившегося в прошлом при другом стечении обстоятельств и с ними сообразующегося. В данный момент нам не нужно придавать большого значения вопросу о том, является ли этот адаптивный процесс процессом отбора и выживания стабильных этнических типов или же процессом приспособления индивидов и передачей приобретенных черт по наследству.

Движение общества вперед состоит, главным образом с точки зрения экономической теории, в продолжающемся поступательном приближении к почти что точному «установлению внутренних отношений в соответствии с отношениями внешними»; однако такое соответствие никогда точно не устанавливается, так как «внешние отношения» подвержены постоянному изменению вследствие, всё продолжающихся, изменений во «внутренних отношениях». Тем не менее, степень приближения может быть большей или меньшей в зависимости от того, насколько гибко меняются «внутренние отношения». Перестройка образа мысли, подчиняясь острой необходимости, диктуемой измененной ситуацией, всякий раз производится людьми с опозданием и неохотно и лишь тогда, когда к тому принуждает ситуация, сделавшая принятые взгляды непригодными. Реорганизация институтов и привычных взглядов согласно изменившемуся окружению производится в ответ на давление извне, она по своему характеру является реакцией на побуждение к переменам. Гибкая и свободная реорганизация, т. е. способность социальной структуры развиваться, зависит, следовательно, в значительной мере от степени свободы, которую дает отдельному члену общества обстановка в какой-либо данный момент времени, – от степени подверженности отдельных членов общества действию принудительных сил со стороны окружения. Если какая-то часть общества или какая-нибудь социальная группа в каком-либо существенном отношении не подвержена действию окружения, то взгляды и образ жизни этой части общества или этой социальной группы будут с большим опозданием приспосабливаться к изменению общей ситуации; до какого-то времени эта часть общества будет задерживать процесс его преобразования. В таком привилегированном положении в отношении экономических сил, направленных на изменение и реорганизацию, находится богатый праздный класс[11]. И можно сказать, что силы, воздействующие на реорганизацию социальных институтов, особенно в современном промышленном обществе, являются, в конечном счете, почти всецело экономическими по своей природе».


Стр.204-206:


«Всякую социальную общность можно рассматривать как производственный или экономический механизм, структура которого складывается из того, что называется социально-экономическими институтами. Такими институтами являются привычные способы осуществления процесса общественной жизни в ее связи с материальным окружением, в котором живет общество. Когда в данной окружающей среде разработаны определенные способы развития человеческой деятельности, жизнь общества будет довольно легко находить свое выражение в этих привычных направлениях. Общество извлечет выгоду и использует в своих интересах силы окружающей среды согласно способам, которым оно научилось в прошлом и которые воплощены в его институтах[12]. Однако, когда увеличивается численность населения и расширяются познания людей и их умение управлять силами природы, привычные средства установления отношений между членами социальной группы, а также привычный способ осуществления жизнедеятельности группы людей как целого не дают больше того же результата, что и прежде[13]; а в результате различия в общественном положении членов общества изменяются или градация по общественному положению уже не имеет того значения, которое она имела раньше. Если система развития общественной жизни людей в прежних условиях давала – при определенных обстоятельствах – почти наивысший доступный результат в смысле эффективности и легкости осуществления жизнедеятельности группы, то при изменившихся условиях тот же не претерпевший изменений образ жизни не будет давать самого высокого результата, который может быть достигнут в этом отношении. При изменении численности населения, уровня навыков и знаний общественная жизнь, осуществляясь согласно традиционной схеме, может развиваться с не меньшей легкостью, чем при прежних состояниях общества, однако всегда существует вероятность, что она будет встречать больше препятствий, чем могла бы, если бы в эту схему были внесены изменения в соответствии с изменившимися условиями.

Группа складывается из индивидов, а жизнь группы – это жизнь индивидов, осуществляемая, по крайней мере внешне, каждым в отдельности. Принятый в группе образ жизни – это единодушие взглядов, которых придерживается основная масса индивидов, в отношении того, что такое хорошо, правильно, надлежаще и красиво в образе жизни людей. В результате перераспределения положения людей в обществе, происходящего от изменившегося способа обращения с явлениями окружающей среды, жизнь не становится одинаково более легкой для всех членов группы. Изменившиеся условия могут облегчить жизнь группе в целом, но перераспределение условий жизни будет приводить обычно к оскудению или усложнению жизни отдельных членов группы. Прогресс в способах производства, увеличение населения или улучшение организации промышленного производства будут требовать, по крайней мере от отдельных членов общества, изменения их привычного образа жизни, для того чтобы они могли стать частью измененной системы производства, и, изменяя свой привычный образ жизни, они будут не в состоянии жить на уровне общепринятых понятий о том, что такое правильный и красивый образ жизни.

Всякий человек, от которого требуется изменить образ жизни и привычные отношения с окружающими его людьми, будет ощущать расхождение между тем способом жизни, который диктуется ему вновь возникшими потребностями, и традиционным, к которому он привык. Именно оказавшиеся в таком положении люди обладают самым живым стимулом к перестройке общепринятого образа жизни и с готовностью принимают новые жизненные стандарты; а в таком положении люди оказываются вследствие потребности в средствах к существованию. Давление, которое испытывает группа со стороны внешнего окружения, и стремление к перестройке образа жизни внутри группы возникает у ее членов в результате потребности в деньгах; и именно благодаря этому обстоятельству – тому, что внешние факторы большей частью переводятся в форму денежных или экономических потребностей, – именно благодаря этому обстоятельству мы можем сказать, что силы, которые имеют значение для реорганизации институтов в любой современной производственной общности, являются главным образом экономическими силами или, в более точной формулировке, эти силы принимают форму денежных затруднений. Реорганизация, подобная той, что здесь рассматривается, является по существу изменением во взглядах людей на все, что хорошо и правильно, а средства, которыми производится изменение в представлении о том, что хорошо и правильно, – это в значительной мере давление денежных потребностей.

Всякое изменение во взглядах людей на то, что хорошо и правильно в жизни человека, расчищает себе дорогу в лучшем случае лишь с опозданием. Особенно это справедливо в отношении всяких так называемых прогрессивных изменений, т. е. в направлении отклонения от архаичного состояния – состояния, которое можно считать отправным пунктом на любой ступени в социальном развитии общности. Регресс во взглядах, возвращение к той позиции, которая была в течение долгого времени привычной роду человеческому в прошлом, происходит легче. Это особенно справедливо в том случае, когда возникновение новой позиции происходило главным образом не из-за того, что этнический тип, замещая другой, покидает прежнюю позицию, чуждую его темпераменту.


Стр.214-215:


«Однако – оставляя в стороне всякое осуждение и вопрос относительно необходимости такого сдерживания безрассудных социальных нововведений – праздный класс неизбежно и последовательно тормозит процесс приспособления к окружающей среде, который называется продвижением общества или социальным развитием. Позицию, характерную для праздного класса, можно кратко выразить в афоризме: «Все, что ни есть, все правильно», тогда как закон естественного отбора в приложении к социальным институтам подводит к аксиоме: «Все, что ни есть, все неправильно». Не то чтобы современные институты были совершенно не подходящими для современного общества, но они всегда и неизбежно в той или иной степени не соответствуют ему по своему назначению. Они являются результатом до некоторой степени неполного приспособления системы общественной жизни к экономической ситуации, существовавшей в какой-то момент развития в прошлом; и поэтому погрешность в степени их приспособленности несколько больше того промежутка, который отделяет настоящую ситуацию от прошлой. «Правильно» и «неправильно» употребляются здесь, не выражая, конечно, никаких соображений по поводу того, чему должно или чему не должно быть. Эти слова употребляются просто с эволюционной (нейтральной по отношению к морали) точки зрения с намерением обозначить совместимость или несовместимость с результативным эволюционным процессом. Институт праздного класса в силу классового интереса, инстинкта, а также наставлением и личным примером стремится увековечить существующее несоответствие социальных институтов и даже благоприятствует возврату к несколько более архаичному образу жизни общества, к системе, которая находилась бы в еще большем несоответствии с потребностями общества в существующей ситуации, нежели общепризнанная устаревшая система, унаследованная от недавнего прошлого.


Стр.215-216:


«Однако теперь, когда все сказано по части сохранения старых добрых порядков, вернемся к тому остающемуся справедливым факту, что институты изменяются и развиваются. Происходит совокупное развитие обычаев и образа мысли, приспособление и отбор принимаемых обществом условностей и способов существования. Кое-что следует сказать о функции праздного класса в деле направления этого развития, а также в его торможении, однако здесь мало что можно добавить о его связи с развитием институтов, кроме как то, что касается институтов, являющихся непосредственно экономическими и прежде всего экономическими по своему характеру. Эти институты – экономическую структуру общества – можно грубо обособить в два класса, или категории, согласно тому, какой из двух различных целей экономического развития общества они служат.

Следуя классической терминологии, можно сказать, что это либо институты приобретения, либо институты производства; или, возвращаясь вновь к терминам, употреблявшимся в различной связи в начальных главах, это институты финансовые либо производственные; или же еще в других терминах они являются институтами, отвечающими либо завистническому, либо независтническому интересу. Одна категория имеет отношение к «бизнесу», другая – к промышленности, понимая это слово в его техническом смысле. Последняя категория не воспринимается иногда в качестве институтов, большей частью по той причине, что они не касаются непосредственно правящего класса, а поэтому редко являются предметом законодательства или зрелого общественного договора. Когда же им уделяется внимание, то подход к ним осуществляется с финансовой стороны, или с позиции бизнеса, причем в наше время это та сторона или тот аспект экономической жизни, которая главным образом и занимает умы людей, в особенности являясь предметом размышлений верхних слоев[14]. В делах экономических эти слои мало заинтересованы в чем-либо, кроме бизнеса, тогда как на них главным образом и возлагается обязанность обдумывать положение дел в обществе.

Отношение праздного (т. е. имущего непроизводственного) класса к экономическому процессу является денежным отношением – отношением стяжательства, а не производства, эксплуатации, а не полезности.


Из главы XII «Соблюдение обрядов благочестия»:


Стр.287:


«Структура общества, в которой хищнический склад ума стал господствующим фактором при формировании институтов, является системой, основанной на статусе. Норма, пронизывающая хищнический жизненный уклад, – это отношение вышестоящих и нижестоящих, знатных и низких, господствующих и подчиненных лиц и социальных групп, отношение хозяина и раба[15]».


Стр.289:


«В той мере, в какой организация экономики соответствует потребностям современной коллективной жизни, она пережила режим статуса, и отношение личного рабского подчинения является в ней бесполезным и неуместным».


«В том, что касается экономической эффективности общности, чувство личной вассальной зависимости и тот общий склад ума, который в этом чувстве выражается, являются пережитками, не дающими развиваться новому и препятствующими достаточному приспособлению социальных институтов к существующей ситуации[16]».


Цитаты из главы XIII «Случаи сохранения независтнического интереса»:


стр.315:


«До тех пор пока остается в целости система статуса, пока праздный класс может прибегать к непроизводственным видам деятельности, отличным от обыкновения явно бесцельно убивать время в изнурительном расточительстве, до тех пор не следует ожидать никаких значительных отклонений от праздно светской системы почтенной жизни».


стр.332:


«Можно даже сказать, что в современных производственных общностях беспристрастное представление большинства заключается в том, что идеалом человека является стремление к миру, доброй воле и экономической эффективности, а не к корыстному, насильническому, мошенническому и господственному образу жизни[17]».


Помимо Торстейна Веблена основоположниками институционализма (institutionalism) или институциональной экономики (institutional economics) признаются Джон Коммонс[18] и Уэсли Митчелл[19], чьими научными интересами была экономика. Они тоже американцы, тоже преподававшие в университетах США. В частности, в книге Джона Коммонса «Институциональная экономика» (Institutional Economics), вышедшей в 1931 году есть следующие слова:


«Сложность определения предметной области так называемой «институциональной экономики» обусловлена расплывчивостью термина «институт».


«Если мы беремся установить универсальный признак, общий для всякого поведения, определяемого как институциональное, мы можем сформулировать определение института как коллективного действия[20] по контролю, освобождению и расширению индивидуального действия. Коллективное действие принимает различные формы, начиная от неорганизованных обычаев до множества функционирующих организаций, таких как семья, корпорация, торговая ассоциация, профсоюз, резервная система, государство. Общим для всех принципом является большая или меньшая степень контроля, освобождения и расширения индивидуального действия посредством коллективного действия».


В дальнейшем «эстафетная палочка» институционализма от его основоположников и их последователей, а их не мало, перешла в руки так называемых неоинституционалистов – представителей новой институциональной экономики (new institutional economics), которая является экономической теорией неоклассического направления, а это направление доминирует в мире современной экономической мысли. И это существенно для её представителей, так как наиболее ярким из них стали вручать нобелевские премии по экономике.

Считается (в научном мире), что началось шествие неинституционализма по просторам экономической мысли со статьи Рональда Коуза[21] «Природа фирмы» (THE NATURE OF THE FIRMTHE), опубликованной в 1937 году в журнале "Economics" (N. S. 1937, Vol. 4. Nov.).

В этой статье Коуз исследует термин «фирма»[22] и дает ему собственное полное и непротиворечивое, с его точки зрения, определение.

Необходимость исследования термина «фирма» Коуз обосновывает уже в самом начале своей статьи:


«В прошлом экономическая теория страдала оттого, что не могла отчетливо сформулировать свои предпосылки. Развивая теорию, экономисты часто уклонялись от исследования основ, на которых она воздвигалась. Но такое исследование существенно не только для предотвращения ложных толкований и ненужных споров, возникающих при недостаточном знании исходных установок теории, но также в силу крайней значимости для экономической теории разумного суждения при выборе между соперничающими наборами теоретических предпосылок».


«Поскольку в экономической теории заметна явная тенденция начинать анализ с отдельной фирмы, а не с отрасли, тем больше необходимость не только в ясном определении слова "фирма", но и в установлении отличия, если оно существует, от того, как употребляется это слово в "реальном мире"».


Далее Коуз уже определяет цель своего исследования:


«Я надеюсь далее показать, что можно получить определение фирмы не только реалистичное, т. е. соответствующее тому, как определяют фирму в реальном мире, но и совместимое с двумя самыми могущественными инструментами экономического анализа, развитыми Маршаллом, – с идеей предела и идеей замещения, которые вместе образуют идею замещения в пределе. Наше определение, конечно же, должно "устанавливать связь с формальными отношениями, которые допускают точное понимание"».


При этом в I разделе своей статьи Коуз отмечает:


«Экономист полагает, что экономическую систему координирует механизм цен, общество при этом мыслится не как организация, а как организм. Экономика работает "сама по себе"».


«Для внутрифирменной ситуации это описание просто не годится».


«Экономисты, конечно, не прошли мимо этого факта. Маршалл вводит организацию как четвертый фактор производства; Дж. Б. Кларк наделяет предпринимателя функцией координации; Найт вводит менеджера, осуществляющего координацию. Как указывает Д. Робертсон, мы обнаруживаем "островки сознательной власти в этом океане бессознательной кооперации, подобные сгусткам масла, сбивающимся в бадье с пахтой". Но как объяснить необходимость такой организации, раз принято утверждать, что координацию следует предоставить механизму цен? Почему существуют эти "островки сознательной власти"»?


«Когда производство направляется движением цен, оно может осуществляться вообще вне каких-либо организаций. В таком случае позволительно спросить, почему же все-таки существуют организации»?


Далее, продолжая цепочку своих рассуждений и основываясь на мнении других, цитируемых им экономистов, Коуз утверждает:

«Можно, я полагаю, считать отличительной чертой фирмы вытеснение механизма цен».


«(В свете того факта, что экономисты, полагая механизм цен инструментом координации, признают также координирующую функцию "предпринимателя", очень важно выяснить, почему же в редком случае координация предоставляется механизму цен, а в другом – предпринимателю.

Цель этой статьи – устранить разрыв между предположениями экономической теории, что (в одних случаях) ресурсы размещаются посредством механизма цен и (в других случаях) они размещаются усилиями Предпринимателя-координатора. Мы должны объяснить, что же на практике влияет на этот выбор между разными способами размещения».


Во II разделе своей статьи Коуз объясняет себе и читателям поставленную задачу, строит разнообразные предположения и формулирует свои выводы из них:


«Наша задача открыть причину появления фирм в экономике, строящейся на специализации и обмене. Механизм цен (взятый лишь как способ распределения ресурсов) может быть вытеснен, только если замещающие его отношения предоставляют какие-то собственные выгоды».


«Основная причина того, что создавать фирмы прибыльно, должна бы быть та, что существуют затраты использования ценового механизма. Очевиднейшая из затрат "организации" производства с помощью ценового механизма состоит в выяснении того, каковы же соответствующие цены».

«Фактор производства (или его собственник) не должен заключать серию контрактов с факторами, с которыми он кооперируется внутри фирмы, что было бы необходимо, разумеется, если бы кооперация была прямым результатом работы ценового механизма. Этот ряд контрактов замещается одним единственным».


«Существо контракта в том, что им устанавливаются только пределы власти предпринимателя. В этих границах, следовательно, он может управлять остальными факторами производства».


«Когда направление ресурсов (в границах, определяемых контрактом) начинает зависеть от покупателя именно таким образом, возникает отношение, которое я называю "фирмой". Таким образом, возникновение фирмы делается более вероятным в тех случаях, когда очень краткосрочные контракты оказываются неудовлетворительными. Очевидно, что это важнее в случае поставки услуг труда, чем при покупке товаров».


«Мы можем подытожить эти аргументы следующим образом: деятельность рынка предполагает некоторые затраты и, формируя организации и предоставляя некоему авторитету ("предпринимателю") право направлять ресурсы, можно сократить некоторые рыночные затраты. Предприниматель, поскольку он может получать факторы производства по меньшей цене, чем предоставил бы вытесненный им рынок, должен выполнять свои функции с меньшими затратами. А если он этого не сумеет, всегда есть возможность вернуться к услугам открытого рынка».

«Другой фактор, заслуживающий быть отмеченным, это различное отношение правительств или других регулирующих органов к обменным трансакциям, совершаемым на рынке, и к таким же трансакциям, организуемым внутри фирмы. Если рассмотреть действие налога на продажи, мы увидим, что этот налог падает на рыночные трансакции, но не относится к таким же трансакциям внутри фирмы. Поскольку перед нами альтернативные методы "организации" – через ценовой механизм или через предпринимателя, такое регулирование дает жизнь фирмам, которые иначе не имели бы raison d'être (франц. – «причину быть»). Оно служит причиной возникновения фирм в специализированной обменной экономике. Конечно, поскольку такие фирмы уже существуют, такого рода меры, как налог на продажи, просто поощряют их делаться больше, чем они стали бы в иной ситуации».


«Таковы причины существования фирм в специализированной обменной экономике, относительно которой предполагается, что распределение ресурсов "организуется" механизмом цен. Фирма, таким образом, есть система отношений, возникающих, когда направление ресурсов начинает зависеть от предпринимателя[23].

Намеченный выше подход дает, как представляется, известные преимущества, поскольку позволяет дать научное толкование высказываниям о том, что фирма становится больше или меньше. Фирма становится больше, когда дополнительные трансакции (которые могли бы быть обменными трансакциями, координируемыми через механизм цен) организуются предпринимателем, и она делается меньше, когда он отказывается от организации таких трансакций».


После этого Коуз во II, III, IV продолжает рассуждать о разных вещах и понятиях из мира экономической теории[24], и её проблем, объясняя возможность их разрешения, используя сделанные им выводы о причинах появления фирм.

Кроме того, Коуз объясняет читателям преимущества своего подхода к этой проблеме, своей концепции «фирмы» перед предлагавшимися ранее подходами других экономистов, доказывая тем самым правильность своего подхода, своего вывода, и своего определения «фирмы».

Затем в V разделе своей статьи Коуз осуществляет проверку своей концепции «фирмы» на реалистичность (соответствия концепции реальному миру) и работоспособность. Вот, что он пишет:


«Лучший подход к вопросу о том, что же есть фирма на практике, – рассмотреть правовое отношение, обычно называемое "хозяин и слуга", или "наниматель и наемный работник". Сущностные черты этого отношения описывались следующим образом:

"1. Слуга обязан предоставлять личные услуги хозяину или другим от имени хозяина, иначе этот контракт окажется контрактом по продаже товаров или чего-либо подобного.

2. Хозяин должен иметь право контролировать работу слуги лично или через другого слугу или представителя. Именно право контроля или вмешательства, право указывать слуге, когда работать (в рабочие часы), а когда не работать, что делать и как делать (в рамках службы), является важнейшей характеристикой в этих отношениях и отделяет слугу от независимого подрядчика или от того, кто просто обязался передавать нанимателю плоды своего труда. В последнем случае подрядчик, или исполнитель, не находится под контролем нанимателя при исполнении своей работы или оказании услуги; он должен справиться со своей работой, чтобы получить результаты, которые он подрядился обеспечить"».

«Мы видим отсюда, что существом правовых отношений "хозяина и слуги" является право управления, так же как в развитой выше экономической концепции»[25].


По мнению Коуза, он это убедительно доказывает и заключает:


«Отсюда мы можем заключить, что данное нами определение близко соответствует фирме, как ее понимают в реальном мире. Таким образом, наше определение реалистично».


Кроме того, Коуз утверждает и еще о некоторых преимуществах своей концепции «фирмы»:


«Таким образом, у нас есть теория подвижного равновесия. Вышеупомянутый анализ позволит также прояснить отношения между инициативой и предприимчивостью, и управлением. Инициатива означает предвидение и действует через механизм цен – через заключение новых контрактов. Управление в собственном смысле слова просто реагирует на изменения цен и соответственно перекомпоновывает контролируемые факторы производства[26]. То, что бизнесмен обычно соединяет обе функции, является очевидным результатом рассмотренных выше рыночных затрат».


Однако Нобелевскую премию по экономике Коуз получил не за это, и только в 1991 году, за открытие и прояснение точного смысла транзакционных издержек и прав собственности в институциональной структуре и функционировании экономики.

Да и широкое внимание к идеям неоинституционалистов началось только в конце 70-х годов XX века, сначала в США, потом и в Европе.

Сам термин «неоинституционализм» был введен в научный оборот другим американским экономистом Оливером Уильямсом[27], нобелевским лауреатом по экономике 2009 года.

## Глава 2. Постулаты теории

Теперь, после краткого ознакомления с истоками институционализма и его развития в рамках современной экономической науки, я познакомлю вас, уважаемые читатели, со своми собственными идеями и выводами, составляющми существо и суть моей «Теории институтов»

Начнем с определений:

Институт – система взаимозависимых, взаимосвязанных ролей, определяющих образец поведения людей, принимающих на себя эти роли, во взаимоотношениях между людьми при взаимодействии.

Общественные отношения – это система институтов, существующая в конкретный исторический период в конкретном обществе.

Роль – ограниченный институтом конечный ансамбль действий человека в отношении других людей, в процессе их взаимодействия в рамках данного института.

Роль обозначена именем существительным, определяющим суть и смысл действий человека, принявшего эту роль для исполнения в рамках данного института. Перенос роли в другой институт порождает дополнительные действия человека исполняющего такую роль, ранее не предусмотренные таким институтом и сдвоенное наименование роли человека в этом другом институте (пример: отцы-командиры). Перенос роли возможен из институтов высшего порядка в институты низшего порядка, но не наоборот.


Создавая тот или иной Институт люди, таким образом, самим себе отвечают на вопросы:

Как действовать по отношению другу к другу?

Как осуществлять взаимодействие, раз уж у них сложилось то или иное сообщество?

Созданный в результате Институт и является ответом на указанные вопросы, в той узкоспециализированной области взаимодействия людей, которую этот Институт и олицетворяет.

И именно образование людьми сообщества с одной стороны порождает потребность в упорядоченном взаимодействии, т.е. в наличии Института, а с другой стороны, чтобы образовать устойчивое сообщество людям становиться нужным, упорядочить взаимоотношения, т.е. создать Институт.


Рассмотрим простую умозрительную модель:

Уже два человека для постоянного взаимодействия между собой нуждаются в упорядочивании отношений, выработки правил этих взаимоотношений, даже в тех случаях, когда они вовсе не стремятся осуществлять какую-либо совместную деятельность.

Простое одновременное нахождение двух человек в одном и том же пространстве, вынуждает людей каким-то образом обозначить свое отношение друг к другу. Вынуждвет описать его для себя какими-то терминами и определениями этих терминов. Вынуждает каждого из них решить: что делать? и как делать? уже при первом контакте, каким бы он ни был. А все это значит создать Институт взаимодействия (причем не один, а целый ряд (набор, ансамбль) Институтов). В противном случае, существование уже только этих двух людей в этом пространстве одновременно становиться невозможным.

Даже простое игнорирование одного другим или обоими друг друга – это уже Институт взаимодействия, хотя о нем никто из них и не договаривался вовсе. А уж прямое физическое (или какое-либо иное) взаимодействие любого типа и с любым знаком (положительным или отрицательным) – это и есть полноценный Институт, такой же, как и любой из ныне нам известных.


Продолжим рассмотрение нашей модели в направлении крайнего, не типичного, но простого случая:

Даже в случае уничтожение одного из людей другим – это сразу несколько Институтов взаимодействия.

Первый – это сама борьба, пусть и без правил, но с общей целью: остаться в живых одному. При этом не важно, кто зачинщик-агрессор, а кто жертва нападения. Борьба – это набор действий обоих участников протяжённый во времени (сам временной интервал не имеет значение), действий происходящих в определенной последовательности и по заранее сформированному плану (одного из участников борьбы или обоих сразу не имеет значение). Это и есть Институт взаимодействия. Что с того, что само взаимодействие неприглядное и людям не свойственное. Это все равно пример такого взаимодействия и пример Института взаимодействия.

Кроме того, последствия этого взаимодействия становятся необратимыми и оказывают постоянное и непрерывное воздействие на обоих участников. Один из участников взаимодействия погибает, ведь именно это и было целью взаимодействия. А другой участник продолжает существовать с постоянно действующим осознанием совершенного действия, что окажет влияние на все его последующие действия и на само его состояние впоследствии.

Возникнут Институты вины, совести, греха, раскаяния, злобы, торжества, первенства и т.д., и т.п. У человека будет сформирован им самим целый набор институциональных последствий (новых Институтов) вызванных всего лишь одним, ранее состоявшимся взаимодействием с другим человеком. То есть, взаимодействие этих двух человек не прекратиться и после гибели одного из них.


Рассуждая в том же ключе, нетрудно установить, что, даже находясь в гордом одиночестве, человек живет не неизвестно где, а окружен природой, погружен в нее, находится во взаимосвязи с окружающим его миром и для взаимодействия с ним создает для себя Институты взаимодействия с этим миром в целом и его отдельными элементами в частности.

С появлением хотя бы еще одного человека, уже они оба создают множество Институтов взаимодействия между собой и изменяют все созданные первым человеком Институты взаимодействия с окружающим миром с учетом Институтов взаимодействия между ними.

С появлением еще одного человека все изменения вновь повторяются во всех ранее созданных Институтах взаимодействия. С возрастанием численности людей такие изменения в Институтах взаимодействия происходят вновь и вновь, но не сразу, не скачком, а постепенно. Скорость таких изменений привязана к скорости роста численности сообщества людей, но не равна ей, а отстает с соответствующим коэффициентом. При этом каждое новое существенное (т.е. на порядок) изменение численности людей вызывает существенное же, даже радикальное изменение (полный отказ от предыдущего Института и замена его новым, возможно даже противоположной направленности) в Институтах взаимодействия людей, действовавших ранее в их сообществе.

К тому же и скорости изменения у разных Институтов взаимодействия не совпадают между собой, а происходят с различными скоростями. Не происходит одновременного изменения во всем множестве Институтов взаимодействия, действовавших ранее (какие-то Институты и вовсе не претерпевают изменений).

Даже Институты взаимодействия органично связанные в подмножества, связанные в единую цепочку последовательных дополнений один другого, вызванные созданием производных от Институтов большей размерности к Институтам меньшей размерности, не изменяются одновременно, а со скоростями характерными для их размерности.

И уж тем более различны скорости изменений Институтов разной размерности и скорости Институтов не входящих в связанные подмножества.

Ускоренный рост численности Человечества в тот или иной исторический период вызывает ускоренное в той же мере изменение Институтов взаимодействия, подлежащих изменению, осуществляемое все же с соответствующим отставанием скорости таких изменений от скорости роста численности людей.

Так что в изменении со временем Институтов взаимодействия людей, как и в замене одних Институтов на другие по мере роста численности Человечества нет ничего необычного, трагического и уж тем более опасного для существования Человечества.

Даже те изменения, которые принято называть революцией, направлены на сохранение Человечества, а не наоборот. При изменении Института изменяются некоторые (иногда даже все) атрибуты взаимодействия, характер взаимодействия, возможно и направленность взаимодействия, его масштаб, весомость, но не само взаимодействие.

То, что Веблен назвал эволюцией Институтов, не какой-то самопроизвольный процесс, происходящий по какому-либо закону природы, а результат сознательного действия людей (вовсе не всех людей, участвующих во взаимодействии в рамках данного конкретного Института, а только заинтересованной группы лиц) по приведению того или иного Института их взаимодействия к состоянию, соответствующему их пониманию этого Института в данный момент времени.

Никакой эволюции Институтов по правилам естественного отбора не происходит и происходить не может. Весь массив, даже можно сказать целый мир взаимодействий людей между собой в каждый конкретный исторический период развития Человечества – это результат целенаправленной деятельности самих людей по созданию и изменению Институтов взаимодействия.


Выше по тексту уже были упомянуты размерности Институтов взаимодействия. Теперь напишем об этом подробнее, составим своеобразную иерархию Институтов.

### Иерархия Институтов:

1. Институты первого порядка – это Институты взаимодействия людей в рамках человеческих взаимоотношений в Человеческом обществе, сформированные людьми в процессе увеличения численности людей и объединения в устойчивые сообщества, сопровождающие человека (включающие в себя человека) всю его жизнь.

Роли, принимаемые человеком, в рамках Институтов взаимодействия первого порядка, закрепляются за ним навсегда и лишь дополняются новыми ролями таких Институтов.

Институты первого порядка описываются словами русского языка, как правило, одним словом, не требуют разъяснения человеку правил и норм такого Института (познаваемые посредством наблюдения за поведением окружающих людей в отношении друг друга).

Примерами таких Институтов являются: семья, имя, вера, любовь, надежда и др.

Институты первого порядка и составляют основу Человеческого общества, являются его неотъемлемой частью.

Для Институтов взаимодействия первого порядка никаких структур в обществе не создается.


2. Институты второго порядка – это Институты взаимодействия, сформированные как первая производная от Институтов первого порядка для структурирования взаимодействия членов общества при совместных действиях в какой-либо конкретной области общественной деятельности.

Потребность в создании Институтов второго порядка вызвана постоянным и неуклонным ростом численности общества, увеличением количества взаимодействующих единиц в единицу времени, усложнением процесса координации и управления, учета и контроля за таким взаимодействием.

Порожденные самой потребностью такого учета и контроля, а также потребностью консолидации усилий всего общества в каких-то конкретных направлениях взаимодействия, Институты второго порядка описываются обобщающими (чаще абстрактными) терминами русского языка.

Зачастую описывающие такие Институты определения неполноценные и могут быть перетолкованы, вплоть до противоположного значения.

Примерами Институтов второго порядка являются: Религия (производная от Института, определяемого словом Вера), или Дом (производная от Института, определяемого словом Семья).


3. Институты третьего порядка – это Институты взаимодействия, сформированные как производная от Институтов второго порядка или вторая производная от Институтов первого порядка.

Примером Института третьего порядка является: Церковь (производная от Института Религия).

Такие Институты, как правило, имеют строго сформулированные определения и описываются терминами русского языка в полном и достаточном виде.

Таким образом, схематично основу институциональной структуры общества можно представить в виде взаимноувязанных порядков, ячеек и уровней (см. рисунки 1 – 4):

Основа структуры (порядки)

Рисунок 1. Порядки


Семья – это семья, а не сообщество или общество. Несколько семей составляют сообщество, несколько сообществ – общество.


Основа структуры (уровни)

Рисунок 2. Уровни


Для некоторых Институтов 2-го порядка характерно наличие нескольких уровней реализации одного и того же института, отражающих распределение многообразия форм институтов, существующих в том или ином обществе, в тот или иной исторический период.


Основа структуры (ячейки)

Рисунок 3. Ячейки


Для Институтов 3-го порядка характерно наличие не только уровней, но еще и ячеек внутри одного и того же уровня, отражающих процесс дифференциации институтов в связи, со все большей и большей их специализаций, и узостью их применимости, с одновременным увеличением детализации, описываемых ими процессов взаимодействия.


Общая структурная схема Институтов

Рисунок 4. Структурная схема


Структурная схема не симметрична. Разбиение на уровни и ячейки может быть, каким угодно разрежённым или плотным. Плотность может, как увеличиваться, так и уменьшаться. Поэтому на рисунке 4 при взгляде сверху вниз по таблице, показано различное количество ячеек в строке II, размещенных под столбцами строки I. А также различное количество ячеек в строке III, размещаемых под столбцами строки II. Строки I, II, III соответствуют институтам 1-го, 2-го и 3-го порядков. Столбцы «семья», «вера», «…» соответствуют разным уровням одного и того же института 1-го порядка.

Таким образом, количество Институтов под тем или иным институтом 1-го порядка определяется потребностями общества в конкретный исторический период своего развития.

Развитие при этом может быть направлено, как на увеличение институтов, так и на их уменьшения в соответствии с целями и задачами конкретного общества в конкретный момент своей истории.


Исходя из приведенных выше определений Институтов разного порядка, распознавание Институтов первого порядка легко осуществить.

Это все те Институты, которые описывают взаимодействие человека с окружающими его людьми (непосредственно окружающими) в повседневной жизни (что называется – «в быту») и обозначаются они теми простыми словами, которые понятны каждому без толкования, обращения к словарям и длительного обучения.

Институты взаимодействия первого порядка окружают человека с самого рождения и размещены там, где происходит большинство самых тесных прямых взаимодействий людей между собой, без посредничества каких-либо структур общества. Где наличествует наибольшее количество взаимодействий по самым острым, болезненным и значимым для человека вопросам. Где бушуют нешуточные страсти и проявляются настоящие чувства людей. Это взаимодействия с родственниками и друзьями.

Институты второго порядка – это Институты взаимодействия, созданные группами людей (меньшинством) для организации совместной деятельности всего сообщества людей (массами большинства), упорядочивания и управления этой деятельностью со стороны таких групп, когда в интересах всех людей, включая и эти группы, а когда и только в интересах этих групп.

Примеры таких Институтов: село, город, религия, статус, брак, война, мир и т.д., и т.п..

Институты третьего порядка в свою очередь созданы Институтами второго порядка для реализации своих собственных функций внутри сообществ людей. Это такие Институты как обряд, канон, закон и другие им подобные. Политика, наука, культура или экономика – это Институты как раз третьего порядка.

Перечисление всех Институтов – это анализ и переструктуризация словаря русского языка в части имен существительных (без названий предметов или элементов живой природы).

Есть и исключения – например одежда – это Институт, а пальто – нет. Дорога или дом – Институты, а трасса или дворец – нет.

Задача эта вполне выполнимая, чтобы не думали об этом составители энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона[28], но вряд ли столь уж необходимая.

Важно понять принцип структуризации и взаимозависимости Институтов взаимодействия различных порядков. После чего, достаточно осознать, что поддержание людьми базовых Институтов – Институтов первого порядка и есть общая задача всего общества для его сохранения как такового, сохранения жизней людей его составляющих.

Поддержание людьми Института взаимодействия состоит в исполнении людьми тех ролей, которые определены таким Институтом, следовании направлению и характеру взаимодействий, обозначенных данным Институтом.

Напротив, Институты взаимодействия второго и третьего порядка, могут быть заменены полностью, изменены, реформированы, трансформированы или совсем ликвидированы.

Эти Институты могут быть дополнены новыми Институтами тех же порядков, могут быть наполнены иным содержанием. При этом малые изменения – это изменения в институтах третьего порядка, существенные изменения – это изменения в институтах второго порядка.

Помимо структуризации Институтов взаимодействия, выраженной порядками Институтов взаимодействия, внутри Институтов взаимодействия второго и третьего порядка существует ещё и структуризация по уровням Институтов взаимодействия.

Назовём её горизонтальной структуризацией, так как каждый из уровней Институтов взаимодействия создает людям возможности для действий только на своем уровне, но при этом взаимодействие теснее и продуктивность совместной деятельности выше.

Эта горизонтальная структуризация по уровням Институтов взаимодействия предназначена для объединения в сообщества людей, действия которых направлены на достижение цели, ради которой такой Институт был создан, цели разделяемой этим сообществом людей, являющейся целью самих этих людей всех вместе и каждого по отдельности. Такой Институт объединяет не вообще всех людей, придерживающихся Институтов одного и того же второго или третьего порядка, а только части людей, порой довольно значительной части. Люди, взаимодействующие в рамках Института одного и того же уровня, действуют в большинстве случаев сообща.

Такая горизонтальная структуризация Институтов взаимодействия по уровням позволяет большим сообществам людей решать общие прикладные задачи, способами и методами, характерными для таких сообществ.

В других сообществах, объединенных на другом уровне Институтов взаимодействия, задачи, решаемые совместными действиями людей, могут быть аналогичные, но решения будут иными.

Горизонтальная структуризация или структуризация по уровням объединяет, так называемые, прикладные Институты взаимодействия.

Примерами Институтов взаимодействия различных уровней являются:

– В рамках Института религия, относящегося к Институтам взаимодействия второго порядка, людьми созданы Институты мировых религий, каждая из которых является Институтом взаимодействия одного и того же порядка, что и остальные, но одновременно и Институтами разных уровней. Кроме того, существует еще Институт атеистов, не относящих себя ни к одной из религий.

– В рамках Института христианства, самого являющегося одним из уровней Института взаимодействия второго прядка – религия, люди создали разделение на конфессии (православие, католицизм, протестантизм), создав тем самым, дополнительные уровни уже Института христианство. В свою очередь, в рамках конфессии православного христианства, люди создали ещё и несколько Институтов взаимодействия третьего порядка – церквей, называемых автокефальными[29] церквями, каждая из которых имеет собственное наименование.

– В рамках Института искусство существует многообразие уровней, выраженное конкретными видами искусства.

– В рамках Института наука существует многообразие самих наук, как уровней Института наука, так и многообразие научных направлений, школ и теорий в одной и той же конкретной науке, уже как её уровней.


Подобным же образом обстоят дела со многими Институтами взаимодействия второго и третьего порядка.

Причем для Институтов взаимодействия третьего порядка количество уровней Институтов взаимодействия выше, чем для Институтов взаимодействия второго порядка, так как большинство прикладных задач для совместного решения генерируется именно внутри Институтов третьего порядка.

Соответственно, многообразие, найденных людьми решений этих задач, выявляет потребность в многообразии уровней Институтов взаимодействия, где эти решения претворяются в жизнь.

Большая часть взаимодействий людей происходит как раз на уровнях прикладных Институтов, так как именно в рамках этих Институтов людям требуется совершить большинство совместных, скоординированных действий, для претворения в жизнь решений конкретных общих задач сообщества и затратить на эти действия больше всего общественного времени.

Поэтому, порой прикладные Институты взаимодействия ошибочно принимают за главные, говорят о них все больше и больше, пытаются в них что-то постоянно менять (благо сделать это не сложно), надеясь на существенные изменения в жизни людей.

При этом упускается из виду, что на уровнях прикладных Институтов лишь реализуются уже принятые общие решения. Такие Институты предназначены и обеспечивают эффективное взаимодействие людей при достижении уже сформулированной, рассчитанной и спроектированной общей цели.

Но если предыдущие цели достигнуты, а новые не сформулированы, то любые изменения в прикладных Институтах взаимодействия новых целей не определят. А вот если цели не достигнуты, как ни старались, то это вовсе не означает, что плох прикладной Институт, как его не меняй. Вполне вероятно, что ошибочна сама цель и ошибка была допущена в рамках Института предыдущего (высшего) порядка.

Если у того или иного сообщества людей проблемы имеются не на уровне какого-то прикладного Института и вообще не в Институтах того же порядка, что и прикладной Институт взаимодействия, то что-то менять в Институтах прикладных уровней бессмысленно, ибо решение проблемы не будет достигнуто.

Так если проблемы в Институте наука, то устранить эти проблемы в Институте физика не получится, они на разных уровнях прикладных Институтов взаимодействия. Точно также, еще меньше шансов устранить эти проблемы и в Институте Академия наук, поскольку Институт наука и Институт Академия наук не просто на разных уровнях, но еще и Институты разного порядка[30].

Аналогично, проблемы в Институте экономика не решаемы в Институтах: та или иная экономическая теория или в Институте государство. Они решаемы изменениями в Институте общественное устройство (или в Институте идеология, или в подобных им Институтах, являющихся фундаментами и отправными точками для создания целого массива уровней прикладных Институтов), включающего в себя не только собственно Институт экономика, но и Институт политика, Институт культура, Институт образование, и многие другие Институты взаимодействия людей.

Решение задач общества – это как раз и есть создание или изменение Институтов взаимодействия людей в обществе, способствующих продвижению этого общества к достижению его целей[31].

Принимаясь за решение задач общества, целесообразно осознавать структуризацию Институтов взаимодействия людей, наблюдать разницу в порядках и уровнях Институтов и взаимосвязь между ними.

Взаимосвязь Институтов взаимодействия людей проявляется в положении вложенности одного института в другой, в зависимости от размерности института, и в происхождении самих институтов, как производных в направлении от институтов большей размерности (первого порядка) к институтам меньшей размерности (третьего порядка). Пример: вера (1-го порядка) – религия (2-го порядка) – церковь (3-го порядка).

Связь Институтов взаимодействия людей по такой линии производных никогда не исчезает, так как Институты первого порядка всегда остаются с людьми.

Гипотеза: Институты первого порядка добавляют человеку свойств, качеств, что выражается в языке именами прилагательными к человеку, описывающие его состояние, а не только действия.

В Институтах взаимодействия низших порядков (2-го и 3-го) человеку предписываются определенные действия, выраженные в языке именами существительными, обозначающими роль человека в этом Институте, а каждой роли в нем, предписан свой ограниченный набор действий.


Взаимосвязь Институтов взаимодействия людей проявляется еще и в том, что во всех Институтах действуют одни и те же люди, оставаясь при этом сами собой. Причем люди могут представать одновременно в нескольких ролях не только в рамках одного и того же Института взаимодействия, но и в рамках различных Институтов.

Например, в Институте семьи мужчина одновременно может быть и сыном, и братом, и отцом, и внуком, и дядей, и дедом, и прадедом, и правнуком и т.д., и т.п..

Конечно, эти роли человек получает и принимает для себя не одновременно, а в течение всей его жизни, но один раз принятая роль остается с человеком навсегда[32].

В тоже самое время, этот же человек, но уже в Институте государство будет играть роль гражданина, а еще к этому возможно и чиновника, и кого-то ещё.

В Институте церковь этот же человек может еще быть прихожанином или священнослужителем, оставаясь при этом и гражданином для государства, и сыном для матери.

И так практически по всем Институтам взаимодействия, какие есть в сообществе, в котором живет этот человек. Везде у человека есть место и своя роль. На то они и Институты взаимодействия людей, чтобы для любого случая взаимодействия между людьми в сообществе иметь правила и порядок такого взаимодействия. Для этого их люди и создают, для упорядочивания взаимодействия.

Все созданные людьми сообщества Институты взаимодействия действуют постоянно и непрерывно в течение всего срока их использования в сообществе, оказывают комплексное воздействие одновременно на каждого человека в сообществе и на все сообщество вместе.

Это же комплексное воздействие Институтов взаимодействия на поведение людей в сообществе оказывается и на сами эти Институты взаимодействия. Правила роли исполняемые человеком в семье неизбежно переносятся им на собственную роль в государстве, в религии, в экономике, как и наоборот.

Можно говорить о том, что Институты взаимодействия людей влияют и друг на друга. Поэтому они не должны быть взаимоисключающими и/или противоречащими друг другу, а быть взаимодополняющими.

В этом и состоит задача создателей[33] Институтов взаимодействия людей – таким образом синхронизировать правила взаимодействия и роли людей в Институтах, чтобы они составляли ансамбль взаимодополняющих действий людей в обществе, а сами взаимодействия людей в обществе были гармоничными и находящимися в рамках человечности.

Институты действуют в обществе комплексно, они являются проявлениями представлений людей об общественном устройстве в тот или иной исторический период. И такие господствующие представления распространяются повсеместно в сообществах людей, захватывая все большее и большее их количество, вплоть до того количества, которое соответствует предельно возможной численности людей для этих представлений.

Такая предельно возможная численность для одних и тех же представлений об общественном устройстве равна порядковому значению числа, с которого эти представления впервые были сформированы и начали распространяться в человеческом сообществе. Изменение порядка численности требует новых представлений об общественном устройстве и порождает их, что в свою очередь вызывает потребность в создании адекватных этой численности Институтов взаимодействия.

Другими обобщающими Институты взаимодействия людей характеристиками являются:

– пространство размещения – то или иное сообщество людей;

– пространство состояний – всё это сообщество людей одновременно пребывает в том или ином своем состоянии в течение определенного времени (исторического периода);

– пространство событий – всё это сообщество людей одновременно переживает цепь одних и тех же событий в течение определенного времени (этого же исторического периода).

Сообщества людей имеют наибольшую концентрацию в местах своего постоянного пребывания в течение длительного времени – в поселениях. Задавая тем самым для такого сообщества параметр плотности. Причем пространства размещения поселений ограничиваются не в силу отсутствия места, а в силу потребности людей в близком размещении.

Соответственно, создаваемые людьми Институты взаимодействия обусловлены этим обстоятельством, учитывают его, и ориентированы в первую очередь на действия людей, совершаемые в пределах поселений.

И только во вторую очередь Институты взаимодействия людей создаются для осуществления взаимодействия людей на пространствах между поселениями, а действия некоторых уже созданных Институтов взаимодействия распространяется и на эти пространства между поселениями.

По мере увеличения численности людей и насыщения всех пространств их размещения, повышается концентрация людей не только внутри поселений, но и вне их. Что в свою очередь приводит к распространению действия все большего количества Институтов взаимодействия созданных для поселений на пространства вне и между ними.

В сознании людей появляется пространство Страны и связанные с ним Институты взаимодействия. Поэтому как сознательные действия сообществ людей влияют на формирование их системы расселения и Институтов взаимодействия в ней, так и сознательное изменения в системе расселения влияют на изменения Институтов взаимодействия людей и сознательные действия сообществ людей.

Таким образом, изменяя систему расселения в стране можно добиваться необходимых изменений в Институтах взаимодействия людей и в общественном понимании целесообразности этих изменений.

Изменение системы расселения – это метод преображения общества без идеологической перестройки общественного устройства.

Более того, изменения в Институтах взаимодействия людей, производимые посредством соответствующих процедур, предусмотренных самими Институтами взаимодействия, а при их отсутствии путем предварительного создания и внедрения таких процедур изменений, обеспечивают такие темпы изменений в Институтах взаимодействия, которые позволяют людям осознать необходимость и своевременность этих изменений, найти собственные подтверждения целесообразности этих изменений.

Таким образом, изменения в Институтах взаимодействия возможно производить без революционного слома этих Институтов подчистую, сопровождаемого человеческими жертвами и напряжения сил всего общества по созданию им на смену аналогичных Институтов взаимодействия, также сопровождаемого жертвами среди людей.

Институты взаимодействия второго и третьего порядков всех уровней различаются еще и характером их создания на естественные и противоестественные, что влияет на принятие людьми этих институтов, на их «приживаемость[34]» в обществе.

Институты взаимодействия, имеющие естественный характер создания, способствуют людям в достижении целей всего сообщества на определенном временном интервале, сохранению сообщества людей в процессе достижения целей и после их достижения.

Институты взаимодействия, имеющие противоестественный[35] характер создания, способствуют выделению из сообщества людей отдельных групп, обозначающих себя статусом элит и сохранению их выделенного положения на весь период согласия[36] сообщества людей на существование в нем таких Институтов взаимодействия.

Авторство Институтов имеющих естественный характер создания сокрыто за давностью лет и вряд ли когда-то фиксировалось.

Авторство Институтов имеющих противоестественный характер обозначено в истории развития общества и может быть определено при соответствующих усилиях исследователей.


В завершение следует непременно отметить, что взаимодействия людей в обществе не ограничиваются Институтами взаимодействия.

Есть взаимодействия и вне всяких Институтов. Точнее такие взаимодействия еще не стали предметом создания соответствующих Институтов взаимодействия.

Творческий порыв людей по вовлечению сообществ в совместную деятельность предшествует институциализации общественного устройства.

Напротив, для государственного переустройства характерно как раз институциональное переустройство, поскольку все государство составлено из Институтов взаимодействия людей и само является, созданным людьми, Институтом взаимодействия.

## Литература:

1. Большая Советская Энциклопедия, изд. 1-е, 1926-1947 гг., Москва.

2. Большая Советская Энциклопедия, изд. 2-е, 1949-1958 гг., Москва.

3. Большой энциклопедический словарь, изд. 2-е, научное издательство «Большая Российская Энциклопедия», Москва, «Норинт» Санкт-Петербург, 1998г., ISBN 5-85270-160-2, ISBN 5-7711-0004-8.

4. Макс Фасмер «Этимологический словарь русского языка», том 2 (перевод с немецкого и дополнения О.Н.Трубачева), изд. 2-е стереотипное. Москва: Издательство «Прогресс», 1986г.

5. Толковый словарь русского языка (С.И.Ожегов, Н.Ю.Шведова, РАН, Институт русского языка им. В.В.Виноградова, 4-е изд. – М.: Азбуковник, 1999г.) ISBN 5-89285-003-X.

6. Филосовский энциклопедический словарь, издательство «Советская энциклопедия», Москва, 1983г.

7. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (Семеновская Типолитография (Е.А.Ефрона), СПб, 1890-1907 гг.

8. Этимологический словарь русскаго языка. Русский язык от А до Я. Издательство «Юнвес», Москва, 2003г.

9. Веблен Торстейн «Теория праздного класса», издательство Прогресс, Москва, 1984г.

10. Джон Роджерс Коммонс «Институциональная экономика», перевод А.А.Оганесян, История экономической мысли. Теория потребительского поведения и спроса, Т.1. под редакцией В.М.Гальперина – СПб.: Экономическая школа, 1999г.

11.. Коуз Рональд «Природа фирмы», Вехи экономической мысли. Теория потребительского поведения и спроса, Т.1. под редакцией В.М.Гальперина – СПб.: Экономическая школа, 1999г.

12. Оливер И.Ульямсон «Вертикальная интеграция производства: соображения по поводу неудач рынка», Вехи экономической мысли. Теория потребительского поведения и спроса, Т.1. под редакцией В.М.Гальперина – СПб.: Экономическая школа, 1999г.


Оглавление:

# Примечания

1

Школьный этимологический словарь русского языка. Происхождение слов. – Москва: Дрофа, Н.М. Шанский, Т.А. Боброва, 2004.:

«ИНСТИТУТ – заимствовано во второй половине XIX в. из французского языка, где institute от лат. institutum «учрежденное», производного от instituere «учреждать» (от stituere «ставить, сооружать», каузатива к stare «стоять»)».

А.В. Семенов, «Этимологический словарь русского языка. Русский язык от А до Я», Издательство «Юнвес», Москва, 2003г.:

«ИНСТИТУТ: Французское – institut.; Латинское – institutum (учреждение, организация).

Слово появилось в русском языке во второй половине 18 века. В качестве обозначения учебного заведения слово употребляется с начала 19 века (в 1804 г. в Санкт-Петербурге был учрежден педагогический институт)».

2

Семеновская Типолитография (И.А.Ефрона), СПб, 1890 – 1907гг., 86 томов; Издатели: Ф.А.Брокгауз (Лейпциг), И.А.Ефрон (Санкт-Петербург).

3

Большая Советская Энциклопедия (2-е издание), Москва, 1949-1958, государственное научное издательство «Большая Советская Энциклопедия».

4

Торстейн Бунде Веблен (30.07.1857 – 3.08.1929) – американский экономист, социолог, писатель. Торстейн Веблен – доктор наук, преподавал в нескольких американских университетах, автор около десятка книг и множества статей. Его первая книга «Теория праздного класс» была принята читателями с восторгом и переиздавалась несколько раз, а также привлекла всеобщее внимание к персоне автора. Торстейна Веблена считают основоположником институционализма.

5

На русский язык книга переведена и издана в 1984 году (издательство «Прогресс», Москва).

6

Иными словами, в этой фразе Веблен констатирует, что условия жизни человека в обществе обусловлены имеющимися в нём социальными институтами в данное время и в данном месте.

7

Веблен указывает, что общественные отношения, обеспечивающие существование того или иного общества, образуют систему, закрепленную в социальных институтах этого общества, которая в свою очередь задаёт форматы общественных отношений для людей, попадающих в это общество (посредством рождения в нем или присоединения к нему путем переезда на территорию его нахождения). Веблен жил в США в конце 19-го – начале 20-го века, наблюдал и описывал современное ему западное буржуазное капиталистическое общество.

8

Господствующие в обществе группы создают социальные институты благоприятные для себя в данном месте и в данное время.

9

Социальные институты, предписывающие социальные отношения изменяют общественные взгляды на норму в общественных отношениях.

10

О роли организованного меньшинства и его влияния на неорганизованное большинство.

11

Вот лозунг любой элиты: «Пусть происходят такие изменения, которые ничего не меняют в нашем общественном положении».

12

В институтах отражены и закреплены проверенные опытом поколений действия людей.

13

Качественные изменения человечества являются существенным фактором и побуждающим мотивом для изменения общественных институтов.

14

Это написано о времени начала 20-го века, а как созвучно нашей современности.

15

Иерархическая структура современного общества.

16

Прочитайте это предложение еще раз и подумайте, как широко это распространено в обществе, в котором мы живем.

17

Неужели Вы будете возражать против этого.

18

Джон Роджерс Коммонс (John Rogers Commons), 13.10.1862г. – 11.05.1945г.

19

Уэсли Клэр Митчелл (Wesley Clair Mitchell), 5.08.1874г. – 29.10.1948г.

20

Коммонс, таким образом, указывает на то, что взаимодействие людей в обществе, осуществляется и контролируется организованным образом, посредством специально созданных людьми для такого взаимодействия институтов. Причем для каждого из типов взаимодействия создается свой специализированный Институт, в рамках и по правилам которого это взаимодействие и осуществляется. Такой Институт может быть как формализованным обществом, так и не формализованным.

21

Рональд Гарри Коуз (Ronald Harry Coase) – 29.12.1910 – 2.09.2013 – американский экономист, лауреат Нобелевской премии по экономике 1991 года, профессор школы права Чикагского университета.

22

Надо заметить, что экономическая теория, в том числе и неоклассика, таким образом, описывает взаимосвязанные и взаимозависимые процессы в экономике, что появление и функционирование в ней фирм просто не предусмотрено, вопреки очевидности их существования и процветания. Некоторые из ученых – экономистов пытаются устранить это противоречие, сохранив при этом целостность неоклассической экономической теории.

23

Вот собственно и определение термина «фирма», которое дает Коуз. Он утверждает, что это система отношений, где предприниматель указывает другим людям, зависимым от него, какие действия совершать в рамках их производственной деятельности. Причем эту зависимость установил вовсе не этот предприниматель, она установлена другими обстоятельствами, а именно – господствующими в таком обществе отношениями, закрепленными в соответствующих институтах этого общества. Подумайте сами, чем такие функции предпринимателя отличаются от аналогичных функций рабовладельца? Правильно, ничем. И Коуз сам доказывает это, далее в этой же своей статье.

24

Коуз делает это интересно и познавательно. Поэтому желающие полностью прочитать эту статью Коуза не зря потратят на это время.

25

Коуз, акцентируя внимание читателей на том факте, что «право управления» является существом правовых отношений «хозяин – слуга» и оно же является существом отношений в его собственной концепции фирмы, не только доказывает реалистичность этой своей концепции, но и подтверждает тем самым, что «фирмы» всего лишь иной способ рабовладения.

26

К таким факторам производства относятся и люди, работающие в фирме у предпринимателя. То есть люди – это всего лишь фактор производства и не более того как в экономической теории, так и на практике. Закономерный вопрос – зачем людям такая теория и такая практика? Правильно, не зачем.

27

Оливер Уильямсон (OLIVER E. WILLIAMSON) – родился 27.09.1932 г., в сентябре 2017 году ему будет уже 85 лет.

28

См. определение термина «Институт» по словарю Брокгауза и Ефрона, приведенное выше в главе 1 «Историческая справка».

29

Самостоятельными поместными церквями.

30

Если представить систематизацию Институтов в виде матрицы, то порядки могут быть размещены по строкам такой матрицы, а уровни по столбцам такой матрицы. Расхождение в Институтах может быть только по строкам всей матрицы или только по столбцам одной строки матрицы, но и по строкам, и по столбцам матрицы одновременно.

31

Целей для всех вместе и каждого в отдельности одновременно.

32

Для Институтов взаимодействия первого порядка это постоянно действующее правило. Для Институтов взаимодействия других порядков правило действует не всегда. Человек может отказаться от исполнения роли в таком Институте 2-го или 3-го порядка и выйти за пределы пространства его действия собственным сознательным решением. А также сам такой Институт 2-го или 3-го порядка может быть ликвидирован решением сообщества людей, где он ранее был принят к исполнению всем сообществом, что автоматически избавит людей от исполнения ролей, предписываемых таким Институтом. В Институтах взаимодействия 2-го и 3-го порядка какие-то роли исполняются человеком постоянно, как роль гражданина в государстве, а какие-то время от времени, как роль покупателя в экономике.

33

Цель людей, создателей Институтов взаимодействия будущего: осуществление общественного взаимодействия больших групп людей, взаимодействия непротиворечивого, неконфликтного, направленного на их совместную деятельность и достижение общественных целей (целей для всех вместе и каждого в отдельности одновременно). Создание Институтов взаимодействия людей при численности Человечества в 10 млрд. человек и более уже не предмет деятельности отдельных групп, преследующих интересы своих групп или мудрейших личностей, а результат согласия всего сообщества, достигнутого добровольным сознательным проявлением воли Человечества.

34

Приживаемость Институтов взаимодействия людей в обществе – это соответствие направленности и целей действий человека в отношении самого себя и других людей, предписываемых данным Институтом взаимодействия, целям и задачам всего сообщества людей на тот исторический период, на который этот Институт взаимодействия сформирован. Степень приживаемости определяет глубину и длительность действия данного Института в данном обществе или тот объем общественного пространства, на который этот Институт погружается в сообщество людей и время его нахождения в этом объеме. На степень приживаемости Института взаимодействия в обществе существенно влияет соблюдение принципа соответствия названия Института взаимодействия смыслу его создания. Название Института взаимодействия людей не пустой звук, а краткое изложение сути, смысла и характера взаимодействия людей, осуществляющееся в рамках данного Института взаимодействия. Чем точнее название Института отражает смысл его создания, тем быстрее и глубже Институт распространяется в сообществе людей и дольше сохраняет в нем свою актуальность. Таковы, в частности, названия Институтов первого порядка.

35

Противоестественность характера Института взаимодействия состоит не в том, что он вреден, противопоказан или бесполезен для сообщества людей, в котором создан, а в том, что предусмотренные и стимулируемые этим Институтом общественные взаимодействия ускоряют процесс развития общественных отношений по сравнению со скоростью базовой тенденции развития Человечества.

36

Период согласия общества обозначается сразу же в момент создания соответствующего Института взаимодействия и более не пересматривается. Он же и определяет «период полезности» данного Института взаимодействия для общества, за пределами которого такой Институт обществу не нужен. Группы, тем или иным способом, стремящиеся к продлению период согласия не добиваются этого, но добиваются продления за пределы «периода полезности» периода существования в обществе, созданного ими Института взаимодействия. Такие действия групп детектируется обществом как захват лидерства, то есть акт несправедливости, нарушение договоренностей внутри сообщества людей, пренебрежения людьми. В действие вступают механизмы Института справедливости, приводящие к уничтожению не только «просроченных» Институтов взаимодействия, но и самих групп их создавших.