Предисловие

Данное произведение не несет в себе цели унизить или оскорбить кого-то. Оно лишь предлагает поразмыслить над проблемами и недостатками современных людей.

Глава 1 «Про богатыря, который находится на этапе сидения на печи».

С чего обычно начинается повествование? Со слов: в одном городе жил один необычный человек. Но я хочу начать эту повесть несколько иначе. Как часто вы задумываетесь над тем, где вы живете?

Нет, это ни в коем случае не адрес проживания, а безусловно страна, а вернее Родина. Что для вас Родина? А малая Родина?

– Россия, – скажете вы, – Москва, Тверь, Рязань или любой другой город.

Но это опять же фактический адрес. И юридический. Это наше тело живет в России, в Москве или Петербурге на улице Имени двадцатилетия со дня рождения сына у троюродного брата бабушки Ленина, а вот душа живет не там, если конечно вы не комнатный обитатель того самого дома на той самой улице. Душа русского человека живет на Руси. Ведь прародиной нашей Родины, как бы глупо все это не звучало, была именно Русь.

Но к истории Руси мы еще вернемся, а пока расскажу вам про молодца-удальца или дурачка, смотря с каким сказочным персонажем его сравнивать.

***

Жил да был на земле русской добрый молодец, а нет, пока еще не был. Он еще не родился. Он вообще родился-то не естественным путем, а через кесарево сечение, что может быть и запустило круговорот его жития-бытия по другой оси вращения.

Нарекли первенца Ильей, Ильей Григорьевым. Илья, как подумали родители, хорошее имя, русское и вполне простое, а не ставшие в то время модными имена вроде Елисея, Ростислава, Добрыни и Светозара.

Это конечно патриотично, в отличие от Джорджей, Гарри и Элвисов, но прежде чем давать имя ребенку нужно произнести его вместе с фамилией и отчеством: Светозар Андреевич Пупыркин или Добрыня Олегович Баранов, а с Элвисом Собакиным и так все понятно.

В общем, с именем герою повезло. Как и с родителями. Они заботились о нем хорошо, не наказывали, но и не распускали, четко давая понять, что кроме него во вселенной существуют такие же люди, и им нельзя лепить жвачки на волосы и вытирать в гостях руки об занавески. Да и об свои не стоит.

Илью отдали в хороший детский сад, но он и там пробыл недолго. Уже тогда он не хотел общаться с такими же детьми как он, и в результате, Григорьев был отправлен к бабушке с дедушкой в деревню, где провел время до похода в первый класс.

Там дедушка с бабушкой дали много уроков маленькому лучику света по имени Илюша. Он был простой приятной внешности, часто смеялся, но боялся всего, что заставляло его выйти из привычного течения времени и пресловутой зоны комфорта. Вся жизнь еще тогда у Илюши стала делиться на время отдыха, прогулки, обеда, полдника, чтения, ужина и прочего.

Григорьев рос умным, но слабоватым по здоровью мальчиком. Зато он изучал энциклопедии, книги, знал множество видов грибов, растений и животных. Тогда он интересовался всеми науками.

А вот со сверстниками он не общался. Их просто не было. В деревне жили одни пенсионеры. Поэтому Илюша с детства любил общаться только со взрослыми. А детей он не любил за то, что они озорничают, громко кричат и порой обходятся друг с другом не слишком мягко.

***

В семь лет Илюша, увешанный школьной формой, рюкзаком и сменной формой, как рыцарь латами, взяв в руки длинный, как копье, букет гладиолусов, вышел на неизведанный для него лед Чудского озера под названием школа.

Там его ждали дети, с которыми он совершенно не умел общаться, но если с садиком все и так прокатило, то теперь пришлось привыкать к суровой реальности школьных будней.

Григорьев учился средне, с несколькими четверками в году, но часто болел, вернее потому, что часто болел.

Он общался с несколькими одноклассниками, но как таковой дружбы у него не складывалось. Он сильно отличался от своих сверстников.

Тогда же мальчик впервые узнал, что такое компьютерные игры, что такое планшет, аниме и фэнтези. Игры он любил, а вот все остальное отрицал.

В начальной школе он был поначалу не прочь порезвиться и даже подраться с мальчишками, но потом это стало для него несусветной глупостью, и герой погрузился в учебу с головой, только он забыл о том, что воздух когда-то закончится, и ему нужно будет вынырнуть, чтобы сделать вдох.

Илья (это уже был не Илюша а Илья, хоть он иногда мог и всплакнуть, по-прежнему боялся многих вещей, в том числе пауков и еще громких звуков, но все равно знаниями и прилежанием он заслуживал имени Илья) был одинок, и друзей ему заменяли родственники. Сам он был не способен на многие простые вещи: помыть посуду, погреть еду, да даже дойти до школы. Позже он будет упрекать родителей за то, что они ничего с этим не делали, но все же он сам позже исправится. Как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Да, не Илья Муромец рос, но все же. Гораздо хуже когда ни ухом, ни рылом: ни умом, ни силой. А у этого богатыренка была своя сила – знания. Не даром говорят, что знания – сила. И ведь в былине еще было сказано: сидел Илья Муромец на печи тридцать три года. Вот и наш Илья пока сидел за партой в ожидании нужного часа.

***

В средней школе обстановка поменялась несильно. Только в восьмом классе герой обрел счастье – друга Ваню. Он-то был самым настоящим Иванушкой-дурачком, много болтал, шутил и плохо учился. Зато у него была цель – стать актером. Надо признать, он лучше всех строил рожицы. Но был довольно безобидным, то есть плохого не делал, также в прочем, как и хорошего.

Забыл упомянуть, а это действительно важно, Илью не травили в школе. Его не обзывали зубрилой, не дразнили за очки, которые тот стал носить еще со второго класса, и за это Григорьев был благодарен классу. А больше было и не за что. К нему не лезли, и хорошо. А помощи от одноклассников он не просил, он сам все выполнял, и иногда давал списать соседям, так от доброты души.

Еще с детства Илью приучили делать добрые дела, и для него это становилось чем-то вроде полезной привычки. Сделал доброе дело: и сам рад, и тому, кому помог, приятно.

А есть люди другого сорта: им лишь бы нагадить, были такие и в классе Ильи, например Варя. Вот ведь энергетический вампир! Нагадит кому-то в душу, наябедничает, и радуется, как кот, попавший на фабрику сметаны.

Об одноклассниках Григорьева мы и поговорим в следующей главе…

Глава 2 «Паразитирующее отупение».

В этой главе я не буду привязывать события к определенному времени, так как на развитие отношений между героями проходили годы.

Первый, и самый очевидный класс ненавистных Илье людей, был классом двоечников и хулиганов.

Поначалу они были хулиганами, а позже стали прогульщиками, хамами и просто людьми, которые не видят цели в жизни кроме удовлетворения своих, зачастую ложных, потребностей. Их еще можно назвать разгильдяями.

К таким относились в первую очередь двое мальчишек – Егор и Дима. Они редко появлялись на уроках, все время проводили в телефонах и, что самое печальное и неприятное, как спруты тянули к своей шайке все новых и новых людей.

Сначала они были вдвоем. Потом к ним присоединился еще один мальчик, а после, в период с седьмого класса по девятый, к ним стали примыкать еще и девочки.

Все они были разными по своей природе, но все они постепенно становились одной биомассой интернет зависимых гуляк с массой вредных привычек.

Они часто уходили с уроков, курили, иногда прямо в школьном туалете, и естественно, пили пиво и даже что покрепче.

Илье иногда казалось, что у этих людей мозг состоит из микросхем, пропитанных пивом и газировками, ибо они ничем не интересовались, кроме своих потребностей, гулянок, глупых фоток и прочей ерунды, которой в интернете как мух на помойке.

Илья не любил газировки, в детстве он их вообще не переносил, однако не упускал возможности пойти с родителями в ресторан фаст-фуда.

Вообще называть подобные заведения ресторанами все равно, что назвать комиксы про супергероев классической литературой для школьной программы.

Но все же с годами Григорьев стал все реже посещать подобные забегаловки, удивляясь, хотя нет, не удивляясь, как его сверстники только и мечтают о гамбургере или картошке с газировкой и идут после школы исполнять свою мечту.

Это очень заманчивая еда, но она, как Илья понял еще в классе восьмом, является неким подобием приманки, поведясь на которую, человек становится жертвой крупных американских корпораций. Юноша знал, что фаст-фуд вызывает привыкание и зависимость сравнимую с сигаретами, не говоря уж про классические методы медленного и приятного суицида вроде уже названного табака и алкоголя.

Герой очень жалел, что такие хорошие люди, как Лера и Аня стали жертвами агитации западной рекламы под сильным влиянием дружков.

Лера была очень красивой девушкой, которая была к тому же и очень толковой, что бывает нечасто. Она по-особенному говорила, писала, часто блистала знаниями, но постепенно ложилась под тлетворное влияние двоечников.

Иногда кажется, что такие люди, как Дима и Егор должны существовать где-то отдельно от нормальных людей, дабы не заражать их своими неразумными идеями, но все же мы в какой-то степени неумехи и что-то не понимаем, и тогда с отделением одних людей от других могут возникнуть проблемы. У каждого есть свои уникальные способности, только не все хотят их развивать, вот что отличает разгильдяев от прочих людей.

Аня была тоже весьма красивой и умной девушкой. Когда она была отдельно от друзей и подруг, не блиставших умом, она казалась абсолютно нормальным человеком, и с ней было интересно говорить, но стоило дурачкам вновь появиться на горизонте, и Аня теряла все свои способности и становилась ничем не примечательным существом с узким, как окошко в регистратуре, мышлением.

Илья сожалел, что эти люди стали такими и практически деградировали до среднечеловеков, умеющих только поглощать: информацию, причем ненужную, еду, всякую гадость как моральную так и физическую, энергию других людей – но ничего не умели отдавать, если конечно не считать их многочисленные словечки, брошенные в адрес приличных людей.

Все эти словечки, это были даже не слова, очень не нравились Илье. Он любил русский язык, а весь новый молодежный лексикон состоял в основном из исковерканных английских слов вперемешку с матом и междометиями.

Порой речь этих «прогрессивных» молодых людей выглядела так:

– Гоу ко мне на хату гамать в плейстейшен, окей? – говорил один.

–Не, мне в лом. А ты прикинь. Со мной в паблике один хейтер чатился, придурок. Я его забанил нафиг, – говорил другой.

И вот из этого словесного мусора Илье и другим русским людям со взрослым мышлением приходилось улавливать смысл. Тут порой бывал нужен переводчик с русского молодежного, вернее русско-английского молодежного, на русский.

Порой, чтобы выглядеть современным и быть наконец понятым, Григорьев прибегал к употреблению подобных слов, но от них у него язык сворачивался в трубочку, как будто он поливает грязью собеседников, что по факту так и было.

Но помимо гуляющих и ничего не делающих учеников были в классе Ильи и достойные люди. Правда у них были свои тараканы в голове, и о них стоит поговорить уже немного в другом формате.

Глава 3 «Умник умнику рознь».

Начать описание таких людей я бы хотел с Леши. Он был неглупый, но очень странный. Он подолгу играл в разные игры, зачитывался фэнтези, часто прямо на уроках, но, что хорошо, не имел вредных для здоровья привычек.

Он был для Ильи неплохим собеседником, но его иногда странные шутки и выходки оставляли о нем неоднозначное впечатление. Но главное, что Леша часто жаловался на все на свете: на то, что нет времени на дела, на игры, что его мало кто понимает.

А Григорьев думал: «Он слишком много времени проводит в виртуальности. Пора бы ему уже начать жить в настоящем».

Такой же была его соседка по парте Ксюша. Она была любительницей аниме и всякой молодежной иностранной культуры, правда, опять же, не прогуливала уроки, не вела себя неподобающе, разве что сидела на уроке в смартфоне.

Это было настоящей болезнью класса. И не только класса. Это стало болезнью всей молодежи. Жизнь превратилась в сплошное лайкание, игроманию, селфиманию, просиживание в соцсетях (произнося это, ощущаешь всю неприязнь к подобному образу жизни).

Виртуальность сгубила многих толковых людей, или если еще не сгубила, то медленно превращала их в безликих кнопкотыков, не интересующихся ничем из реального мира.

Иногда выходишь из метро и видишь толпу зомби с телефонами, которая не смотрит под ноги и может запросто упасть с лестницы или эскалатора, а потом еще жалуются, что их никто не предупредил или что еще похлеще, их сглазили.

Но мы идем дальше. Помимо телефонной зависимости, которая присутствовала у всех подростков вне зависимости от интеллектуальных способностей, у некоторых стала проявляться еще и склонность к поучению других.

В классе Ильи были и такие: Соня и Анжела. Они были отличницами, но они были хороши только в учебе. Как люди они были неприятными. Они все время указывали на недостатки всем, а особенно равному себе по уму Григорьеву и его другу Ване. Они говорили, что Ваня – дурачок, который портит Илью, а он отвечал им: «Зачем вы меня учите как жить, если мне и так хорошо?»

И они замолкали, не ненадолго.

Надо сказать, что Анжела и Соня были любимицами у многих учителей, у которых не был любимчиком Илья. Да, он поднялся до отличника и стал зачастую тягаться с такими, как эти две советчицы, будто бы уже познавшие жизнь.

У них была подруга – Вика, которая была совершенно без собственного мнения. Казалось, на четверки и пятерки она училась только потому, что ей так сказали родители или подруги. Она во всем слушала их, и опять же, одна она была нормальным человеком, с которым Илье было интересно говорить, но в компании с Соней и Анжелой она начинала говорить их словами и поучать юношу.

Он думал, что девушки, может быть, считали его умнее себя и поэтому опасались, что потеряют свою уникальность, и всеми силами хотели доводить его и принижать при всех.

Но Григорьев уже привык к этому и просто не обращал на их слова внимания. Он часто смеялся над ними вместе с Ваней, что вызывало злобу и обиду у девушек, которой он собственно и добивался.

В девятом классе Илья стал ближе общаться с Лизой – девушкой не самой приятной внешности, но приятной души. Она была умной, любила учиться, что было уже похвально, правда увлекалась японскими мультиками и не только ими. Об этом говорить было не интересно, а Лиза так любила рассказывать про известные одной ей вещи. А герой слушал и слушал ее. Он даже думал, не влюбился ли он? Как-то раз ему показалось, что он по-настоящему не может дышать без нее. А потом казалось, что насморк.

Лиза познакомила Илью с Мариной Семиной – отличницей из параллельного класса. Она была достаточно красива, правда юноша понял это не сразу, потому что плохо видел. У Марины были длинные черные волосы, карие добрые глаза. В ней были гены разных русских народов, что делало ее необыкновенной девушкой. Но главное – она была человеком-улыбкой. Она часто шутила, как и сам Илья, не жаловалась на все подряд, как многие, и в целом была на позитиве.

За долгие учебные годы Григорьев понял, что только позитив может его спасти. Он стал менять свое мировоззрение в пользу оптимизма и в конце концов стал по-настоящему счастливым, чем очень удивлял одноклассников.

Он не был зарегистрирован в соцсетях, не ел фаст-фуд, не ходил в кино (а смотреть было и нечего, все комиксы да ужасы), не встречался с девушкой и при этом чувствовал себя счастливым. Это было просто невообразимо для обывательского взгляда узкомыслящего человека.

А Илья назло всем улыбался, приходя в школу, а все потому, что в его жизни появились Лиза и Марина. А еще он радовался каждому дню, каждому лучику солнца и часто восхищался природой. «Не, ну больной, честное слово!».

Поначалу Лиза была для героя интереснее Семиной, но потом она стала меняться не в лучшую сторону: она стала общаться с Анжелой и Соней, а также со своими такими же одноклассницами, поругалась с Мариной и стала меньше уделять внимание Григорьеву.

А он старался изо всех сил понравиться Лизе, правда неумело, и ему было обидно за это.

В конце концов произошла ссора между Лизой и Ильей, и герой навсегда вычеркнул ее из списка людей, с которыми ему приятно общаться.

Остались лишь Марина и Ваня. А тут случилось такое: Ваня, закончив девятый класс, ушел в колледж.

И остался наш добрый молодец с подругой верною, правда только в школе, у нее была своя любовь, а нежной натуре Илье требовалась та самая, которая не просто растопит его сердце, но и растает сама.

Он шел в десятый класс с большими надеждами, и им, по закону доброй русской сказки, суждено было непременно сбыться…

Глава 4 «Солнечная девушка».

Жила-была на белом свете умница-девица, не сказать, чтобы писаная красавица, но и не сказать, чтоб ни то, ни се. Она была неким отражением Ильи, только женского пола: носила очки, любила науку, часто была позитивной, только не была уверена ни в чем. Она все время задумывалась, почему в ее жизни все часто идет не так. И звали ее чудесным именем Евгения. Евгения Смолина.

У нее были подруги и умные, и глупые, только все они не до конца понимали девушку, но не это главное, главное сейчас то, что она переехала из одного района города в другой и пошла в школу к Илье и его знакомым, только в параллельный класс.

***

Впервые Илья увидел Женю на уроке математики на второй день учебы. Тогда классы разбили на профили, и они вдвоем оказались в гуманитариях. Смолина была высокого роста, стройная, у нее были голубые чуть удивленные глаза, аккуратный нос, правильные и приятные черты лица. У Жени были темные почти черные волосы, подстриженные под каре. Девушка носила крупные очки в черной оправе, которые придавали ей должный умный вид. На ней была белая рубашечка, синие джинсы и черный кардиган с красным воротом.

В тот день Илья как и всегда пришел на первый урок раньше всех и сел на первую парту, за ним в кабинет вошла Женя, и подошла к соседней парте.

Она посмотрела в его зеленые глаза, которые смотрели на нее с неподдельным интересом, окинула взглядом его серый костюм, аккуратную стрижку, казалось бы, обыкновенное лицо и худощавую фигуру.

– Можно сесть сюда? – спросила Смолина.

Илья посмотрел на Женю с улыбкой и сказал:

– Конечно, садитесь.

К тому времени Григорьев по правилам этикета уже стал называть незнакомых сверстниц на вы.

– Спасибо. А то раньше я всегда сидела здесь, – произнесла неуверенно девушка и изобразила немного глупую, но очень живую улыбку.

– Привычка – вторая натура, – сказал Илья, встав с места и подойдя к незнакомке поближе, – как вас зовут?

– Женя. Можно сразу на «ты»? А то мне так некомфортно, – попросила героиня.

– Конечно, просто я обращаюсь к незнакомым людям на вы. А меня зовут Илья.

– Ты интеллигент? – спросила без нотки упрека Женя.

– Да. И еще вдобавок ко всему консерватор.

– Я вижу, ты ходишь в школу в форме?

– Да. Мне так нравится. Я так чувствую себя серьезнее. Это деловой стиль, все дела.

– Ты отличник? – спросила девушка.

– Да. Был в прошлом году. По мне видно, да?

– Видно. А я почти отличница. Одна четверка по математике.

Кабинет стал наполняться людьми. Илья подумал какое-то время, а потом продолжил беседу.

– У тебя очень хороший вкус в одежде, – сказал Илья не ради красного словца, а потому, что ему и вправду понравился наряд Жени.

– Спасибо. А мне говорят, что я немодно одеваюсь. Поэтому я стала носить джинсы. Но все равно ничего не изменилось, – Смолина снова улыбнулась.

Уже тогда Григорьев понял, что это девушка-улыбка как и Марина. А таких людей Илья любил и ценил больше всех.

– Главное, чтобы нравилось тебе. Как поется в одной старой песне: «be yourself, no matter, that they say».

– «Будь собой, и не важно, что скажут другие», – перевела Женя, – Я знаю английский так, на уровне среднего.

– Похвально. Я просто любитель старых песен годов восьмидесятых-девяностых.

– А я все песни слушаю. Но не все современные. Есть совсем неприятные вещи. Это даже песней не назовешь.

– Вот-вот, сейчас столько всякого мусора нам пихают под видом культуры. Поэтому так тяжело найти молодежь, которая бы не была всем этим испорчена.

– Ты говоришь так, как будто тебе лет сорок, – снова улыбнулась девушка.

– Да. Это мой психологический возраст. Я чувствую себя наравне с родителями.

– А мне говорят, что я старше своего возраста лет на пять, ну по мозгам в смысле, – Женя посмотрела на свои наручные часы с электронным циферблатом и сказала, – о, скоро звонок.

– Было очень приятно познакомиться, спрашивай, если что. Я тут.

– Спасибо. Мне тоже приятно. Мне было как-то неуютно заходить в новый класс, ваших я еще не видела. Не знакома. Может после урока поговорим?

– Давай. А ты с Мариной уже познакомилась?

– Немного. Она веселая, мне она показалась доброй.

– Ты права. Я просто с ней дружу. Она и вправду хороший человек. Люблю оптимистов.

– А я что-то никак не определюсь с тем, кто я. Ни то, ни се. Мне то грустно, то весело.

– У тебя чудесная улыбка, – сказал Григорьев.

– Спасибо. Мне как-то даже неудобно. Но приятно, – Женя рассмеялась светлым добрым смехом, и от него Илье стало необычайно тепло на душе.

Он смотрел на новенькую и не мог оторвать от нее глаз: в ней ему нравилось все. И внешность, и голос, и улыбка, и мысли. Словом, он был счастлив, что возможно обрел нового достойного собеседника.

Глава 5 «Пламя в сердце»

Урок прошел достаточно быстро, но все равно Илья успел передумать все, что только можно про его предстоящий разговор с Женей.

Признаться честно, она очаровала его с первого взгляда. Он так устал от надоевших за столько лет рож, что любой новый человек показался бы ему хорошим, но Смолина… она была просто сказкой.

После урока Григорьев подождал Женю, и они вместе вышли из кабинета.

– Слушай, Илья, ты уже давно здесь учишься? – спросила девушка.

– Да, с первого класса. И признаюсь, от некоторых я устал.

– Таких, как Варя?

– Как ты поняла? – удивился юноша.

– Да с первого взгляда понятно, что она не хорошистка. Я видела, как она «работает» на уроке.

– Это правда. И еще у нее поганый характер.

– И у Ани, по-моему, тоже. Расскажи мне про всех. Ну чтоб мне уже не наступать на чужие грабли, – попросила Смолина.

И парень принялся рассказывать про всех в его группе, а потом и про всех в классе. Надо сказать, он не пожалел в своем честном рассказе никого: ни вечно играющих, ни вечно гуляющих девочек, ни отличниц с противными замашками. Он упомянул про тех, которые ничего не делают, но при этом зачем-то пришли в десятый класс, думая, что тут им все подадут на блюдечке.

А Женя слушала и запоминала, чтобы в случае чего не связываться с дураками.

Вы может быть заметили, что одних я называю девочками, а других, того же возраста, девушками. В этом есть огромная разница. Это как мальчик и юноша. Также и с женским полом. Девочка здесь – это еще ребенок, человек, который не определился с целью в жизни, такой переросток в памперсе, который не умеет и главное не хочет самостоятельно принимать решения и нести ответственность за свои поступки. А девушка – это человек с взрослеющим мышлением, берущийся за многие дела и старающийся стать взрослым и полностью самостоятельным.

И вот Женя была именно девушкой, но об этом чуть позже.

Однозначно можно сказать, что герои произвели друг на друга взаимно приятное впечатление, и с тех пор они стали иногда пересекаться на переменах и уроках и общаться. Так шло время в школе. Проходила осень, листья падали с деревьев, засохшая за лето грязь размокла, а потом, когда ударили первые морозы, грязь замерзла.

Как известно в народе, российская грязь имеет три состояния: сухая, мокрая и заледенелая. И только настоящие оптимисты могут смотреть на жизнь, не обращая внимание на грязь. И я сейчас не только про дороги…

***

Из разговоров со Смолиной Илья узнал, что она переехала в этот район вместе с родителями и младшей сестрой потому, что ее родители нашли здесь более высокооплачиваемую работу.

Также Григорьев узнал, что Женя увлекается шитьем и рисованием, любит интеллектуальную литературу и кино, правда часто не пренебрегает и классическим творением кинематографа, которое подается в красивой обертке и поглощается под попкорн.

Конечно, сама Смолина никогда не ест в кинотеатре, она считает это некрасивым поступком. Хотя это некрасиво только по отношению к другим людям, а никак не к тому «искусству».

Смолина хочет быть учителем, только пока не может определиться, какого направления: русский и литература или английский.

Женя достаточно времени проводит в соцсетях, но в основном общается только со знакомыми.

– Так зачем же тебе соцсети? Можно же и позвонить или написать сообщение? – спросил Илья.

– Ну это так, привычка. Просто это сейчас популярно и доступно. Сейчас все в соцсетях. А ты можешь мне скинуть свою страничку в Вконтакте?

– У меня нет ВК. Я вообще нигде не зарегистрирован, – произнес свою коронную фразу Григорьев.

Обычно у всех обывателей она вызывала сначала ступор, как будто он сказал, что у него дома живет кот с фиолетовой шерстью и восьмью лапами, а потом все говорили: «Ну это ж Илья. Он же того, отсталый, не с нашей планеты». Иногда прямо в лицо. Но Илья не обижался. Это было бы для него тем же самым, что обижаться на ежика, который бы осуждал его из-за отсутствия колючек.

А Женя улыбнулась и через секунду сказала то, что ввело в ступор самого юношу:

– Ну и правильно. Не надо. У тебя своя жизнь.

– Это была насмешка или упрек? – не понял герой.

– Я тебя не осуждаю. Я с тобой согласна. Сейчас я бы на твоем месте не стала этого делать. Соцсети отнимают очень много времени. Я иногда от этого страдаю.

– Печально. Но ты впервые говоришь мне такое. Никто до этого со мной не соглашался. Даже Марина уговаривала меня зарегистрироваться, чтобы там искать себе якобы собеседников по интересам.

– Нет. Это так не работает, – с обыденной улыбкой сказала Смолина. Затем она помолчала немного и спросила, – может ты мне поможешь?

– Как? И чем? – недоуменно спросил Илья.

– Ну перестать зависать в соцсетях. В прошлом году я не могла нормально готовиться к ОГЭ, пришлось строго ограничить себя. А этим летом я опять распустилась. А впереди, как ты понимаешь, ЕГЭ в следующем году.

Илья стоял напротив Смолиной не то как заяц, увидевший волка, не то как мышь, попавшая в зернохранилище. В любом случае он был в небольшом удивлении, а если быть точным, то вообще офигевшим от просьбы девушки.

– Я тебя напугала? Прости, – Женя взяла героя за рукав пиджака.

– Нет. Просто я удивлен твоей просьбой. Но мне это нравится. Мне всегда хотелось кому-то помочь или даже чему-то научить. Но все говорят, что им к черту не сдались мои советы.

– Я с сентября смотрю на тебя и понимаю, что у тебя есть чему поучиться, – девушка сказала это на полном серьезе, и от этого Григорьеву стало совсем нехорошо.

Он стоял, пытаясь понять и переварить все сказанное, при этом сделав загадочное лицо со смесью удивления с мечтанием.

– Илюша, ты чего завис? Процессор не тянет? – шутливо спросила Женя.

– Ага. Ну ладно. Ты сама попросила, поэтому я предлагаю тебе кое-что еще: не хочешь ли поменять свою жизнь еще дальше? – предложил юноша.

– Не знаю. Скажи мне только: ты счастливый человек?

– Сейчас или вообще? – не понял Илья.

– В целом.

– В целом не знаю. У меня достаточно неприятных моментов, например, может ты знаешь, у меня проблемы со здоровьем, поэтому приходится соблюдать диету, да и так всего по мелочи бывает. Но в целом я стараюсь радоваться всему, что меня окружает. Я оптимист. Хотя иногда романтик, а в чем-то реалист.

– Вот. Оптимизма мне не хватает. А перед экзаменами тем более не хватит. Так что будешь учить меня, как радоваться всему, что меня окружает.

– Знала бы ты, как я сейчас счастлив, – сказал Григорьев.

– Да я вижу. Я рада, что принесла кому-то радость. А то ко мне по-моему все относятся так себе, – сказала Женя.

Прозвенел звонок, и герои побежали по своим кабинетам, а в сердце юноши зажглась самая настоящая звезда-звездища, которая так ослепила его, что он чуть не упал на лестнице. Благо, звезда загорелась не в голове, а в сердце, а то бы он и вовсе перестав соображать, еще и побежал не туда.

Глава 6 «Быть собой».

Скажу немного про класс Жени и Марины. Он был почти таким же, как и у Ильи, то есть состоял из тех же категорий людей, поэтому рассказывать о них вновь не вижу смысла.

У Марины было много подруг изо всех классов: из десятых, из девятых, из одиннадцатых. Семина обладала удивительной способностью скапливать возле себя людей, желающих с ней пообщаться. Как экскурсовод на выезде. А также она была хорошим лидером, не зря ее назначили старостой в своем классе. А вот новенькая, то есть Смолина, не заслужила схожего мнения о себе.

Поначалу с ней пытались заговорить все, но она по советам Семиной и Ильи, а также по собственному опыту, многих отвергала. К ней клеилось несколько парней, но как только они предлагали ей погулять вместе, девушке становилось неприятно. Она просто знала умственные способности каждого, глядя на работу во время уроков, и от этого ко многим складывалась антипатия.

Строившие из себя красавцев-молодцов парни были по пояс деревянными, да к тому же еще и наглыми. Но, казалось бы, девушкам нравятся вольные птахи.

Сейчас кое-что объясню. Есть смелость, а есть наглость. Девушкам нравится в парнях сила и смелость, а не наглость. Наглость, это когда человек не уважает чужое, а особенно, мнение старшего, нарочно вредит окружающим, чтобы показать свою якобы смелость. Но смелость – это когда человек не боится нести за свои поступки ответственность и готов всегда идти вперед, при этом осознавая, зачем он это делает. А наглость – это когда человек делает что-то очень необдуманное не то ради славы, не то ради собственного удовлетворения, и при этом валит все на другого, утверждая, что все ему обязаны. Эдакий пуп земли.

Так вот, этих хвастунов-прогульщиков Женя сразу же послала куда подальше, и после этого все девочки, слушавшие и уважавшие парней, стали смотреть на Смолину как туземцы на белого человека, плюнувшего в лицо вождю.

Только умные понимали ее, но сделать ничего не могли. У них были свои друзья и свои заботы. Только Марина еще хоть как-то составляла компанию Жене. А остальные люди с работающими мозгами могли разве что перекинуться с ней парой фраз.

И многие троечники-двоечники говорили, что Илья из другого класса – чудак. Когда это слышала Смолина, она немного обижалась. Потом она стала говорить им: «Он не дурачок, просто у него другая жизнь. Он может быть счастливее вас, а вы его осуждаете».

– Ты чего, втюрилась в него? Не будь дурой, Женя. Какой он мужик, – говорила Настя – аналог Вари из класса Григорьева. Ее девиз в жизни: наглость – второе счастье. Хотя для нее это скорее первое счастье.

– А кто по-вашему мужик? – спросила как-то Женя.

– Тот, у кого хотя бы мышцы есть. Он же дрищ. Да к тому же еще и ведет себя как девчонка.

– Так, отстаньте от Ильи. Он нормальный, просто у него совсем другие ценности, – встряла в разговор Марина.

Она была в классе авторитетом, и поэтому ее слово имело большой вес.

После этого спора Семина подошла к Жене и сказала:

–Не реагируй на их слова. Мы с тобой знаем, что Илья нормальный, а они – нет. Мы их не переубедим. Так что лучше помалкивай.

Но когда произошел разговор с Ильей, в котором героиня попросила помочь ей морально, Женя не смогла промолчать и все-таки сказала Марине, притом слишком громко сказала:

– Он согласился стать моим тренером, представляешь? А так рада!

– Еще бы он не согласился, он по тебе с ума сходит. Но это не точно. Но мне так кажется, – сказала Семина.

– Илья? Да нет. Он скромный. Он мне даже ни разу ничего не дарил. Он не влюблен в меня, – заявила Женя, чем привлекла внимание класса.

– Но ведь это же пока, – с намеком прошептала Марина на ухо Смолиной.

Женя усмехнулась.

– Илья походу запал на Женю, – послышалось на задних партах, – или она на него.

Слухи поползли по классу как муравьи по разоренному муравейнику, и вскоре Женя почувствовала толчок в спину от соседа сзади.

– Эй, Жень, ты чего там, с Ильей крутишь? – спросил он.

– Не твое дело, – уже со знанием дела ответила девушка.

– А, все понятно, ну точно влюбилась, – послышался шепот сзади.

Смолиной стало неприятно, но ее эти слухи не волновали, у нее теперь был весомый повод радоваться жизни.

***

Илья и Женя встретились после урока и обсудили, чему герой может научить девушку.

– Ты делаешь зарядку утром? Или вообще когда-нибудь? – спросил Григорьев.

– Нет, – с улыбкой и легким неназойливым смешком ответила героиня, – А надо?

– Я раньше думал, что не надо, а потом заболел и решил, что надо делать зарядку, качаться на турнике. Плюс, ты знаешь, что сейчас мне нельзя есть фаст-фуд. И знаешь, я от этого не страдаю. Так, еще оптимизм, культура языка, – парень загибал пальцы.

– А культура языка зачем? Я же не матерюсь. Все окей, – сказала Женя и сделала тот же знак пальцами.

– Вот именно, что не окей. Это все словесный мусор. Надо говорить на родном языке. Наш язык богаче и красивее иностранных. А если хочешь говорить на английском, то тогда надо говорить полностью на нем. А не на русском с примесью английского. Хорошо?

– Хорошо, Илюша, – девушка положила руки на плечи юноши, и ему стало как-то не по себе.

Он не привык к подобным жестам, поэтому не знал, как реагировать.

***

Под давлением общественности Смолина все же рассказала про Илью и его намечающиеся тренинги (тьфу, что за слово такое тренинги, почти как спортивные треники. Лучше сказать занятия).

– Он тебя будет учить ЗОЖу? – рассмеялась Настя, – он же дрищ. Какой он ЗОЖник?

– Он сказал, что делает зарядку каждое утро, – уверенно заявила Женя.

– Не верь ему. Он врет, как дышит, – сказала другая Настя, их было две в классе. И обе, как говориться, из ларца.

– А почему тогда я должна верить вам? – спросила Смолина, и в классе наступила тишина.

После занятий Марина подошла к Жене и сказала:

– Молодец, не поддавайся на их провокации. Будь собой, и не важно, что они говорят.

– Вe yourself, no matter, that they say, – сказала девушка, – как мне сказал Илья. Это из какой-то песни. Надо будет спросить, из какой.

– Вот, правильно. И запомни, он – очень хороший парень. Он умный, пускай он не такой сильный, как некоторые, но он хотя бы знает, что делает, и чем будет заниматься по жизни. Так что не упускай шанс. Помнишь, чего я тебе говорила?

– Помню, Марин, спасибо.

– Пойми, это так здорово, когда два человека безумно рады просто видеть друг друга, и им ничего не нужно. Ничего.

– А вдруг он все-таки не тот самый? – с сомнением произнесла Смолина.

– Что переживать раньше времени. Потом поймешь, но мне кажется, вы очень подходите друг другу. Не стесняйся.

– Спасибо, ты настоящая подруга. Я готова. Мы договорились встретиться завтра после школы.

– Я верю в тебя, Женя. Ты все сможешь, – Марина проводила Смолину взглядом, девушка пошла домой по тонкому слою недавно выпавшего и еще не растаявшего снега…

Глава 7 «Темные дела».

На следующий день Смолина и Григорьев встретились в школе в раздевалке. Илья уже успел заметить позади себя угрюмые лица своих одноклассников и поздоровался с Женей.

Герои улыбнулись друг другу, и девушка спросила:

– Все, как и планировали? Сегодня после уроков?

– Да. В три пойдет? Или лучше в четыре? – предложил юноша.

– Давай в четыре. А вообще, смотря, куда мы пойдем.

– Думаю, мы просто прогуляемся и обсудим что-нибудь. Что у нас там по списку.

– Хорошо. Давай.

Счастливые школьники пошли по своим кабинетам, а подслушавшие разговор одноклассники уже думали, что делать с этой полезной информацией.

Варя, узнав о том, что у героев намечается что-то вроде свидания, тут же напрягла тыкву и начала выдумывать план, как бы подгадить им.

Спустя пару уроков Варя, наконец, решила, что лучший способ испортить свидание героям, но так чтоб никто не заметил – подложить кому-то в обувь камешек, желательно острый, или еще лучше кусочек кнопки, чтобы он стер или поранил ногу пока шел домой и потом испортил свидание.

План был хитрым и очень подлым. В лучших традициях хулиганки с десятилетним стажем.

После пятого урока Варя отправилась на первый этаж в раздевалку и полезла в пакет для сменки к Жене. Ее красивый черный пакет с красными розами многие знали и отличали от других.

Даже Илья заметил, что даже пакет для сменки у Смолиной подобран со вкусом.

Вообще только русский человек может восхищаться красивым пакетом или думать, какой пакет взять с собой в гости или в поликлинику: вот этот, или может лучше тот, а то ведь засмеют, что я в гости иду с каким-то старым пакетом из супермаркета, ой, а из зоомагазина еще хуже! Было такое?

Вы можете представить себе западного, человека, скажем из США, стоящего возле пакета с пакетами и думающего, с каким сегодня лучше пойти за покупками? Нет. Вот именно. Только мы собираем все пакеты из всех магазинов в один большой. Сейчас еще появились биоразлагаемые пакеты, которые совершенно не предназначены для российских условий и начинают разлагаться прямо в этом пакете с пакетами или рвутся после того, как наши люди пытаются впихнуть в него восемь кабачков, банку варенья и кило помидоров с дачи, чтобы не брать два, ибо занимать обе руки неудобно.

Впрочем, мы совсем отошли от темы.

Мимо раздевалки проходил Илья. Он любил ходить туда-сюда по школе, ища Марину или кого-то еще, чтобы хоть с кем-то поговорить.

Он увидел, как Варя роется в красивом пакете Жени и тихо подкрался к ней как аллигатор к антилопе. Не знаю, как подкрадываются аллигаторы, но думаю именно так. От неожиданности Варя выронила то, что хотела подложить в сапог Смолиной, в пакет, и спросила:

– Ты чего крадешься? Убить меня хочешь?

– А ты чего тут делаешь в чужой сменке? – задал встречный вопрос Григорьев.

– Ааа. Да ничего, тебе показалось, – попыталась сгладить ситуацию хулиганка.

– Я сейчас посмотрю, какое ничего ты там делала, – Илья взял пакет и вытащил оттуда сапожки Жени.

На дне пакета он увидел маленький обломочек иглы.

– Это что такое? – буравя взглядом Варю, спросил юноша.

Он схватил ее за руку и повторил вопрос.

– Это не я, я не…не, – было видно, что хулиганке нечего сказать.

– Еще раз так сделаешь, и твой рейтинг в классе упадет ниже плинтуса, – пригрозил Илья.

– Что ты сделаешь? Нажалуешься классному руководителю? Как девчонка?

– А что должен, по-твоему, сделать мужик? – герой прицепил кусочек иглы на кофту Вари и схватил ее за плечо, при этом, не отпуская ее вторую руку.

– Ты все равно не мужик, понял, – Варя с трудом вырвалась из рук героя и пошла прочь.

Илья поспешил в кабинет Жени, чтобы предупредить о возможной пакости со стороны Вари.

Смолина удивилась, узнав про историю со сменкой, пообещав быть внимательной на выходе из школы.

В тот день Варя ходила нахмуренная и обиженная на весь мир за то, что не удалось поиздеваться над незадачливой парочкой.

У Жени и Ильи было по шесть уроков, и они пошли за куртками и обувью вместе. Они проверили все на наличие подложенных сюрпризов и после этого спокойно вышли на улицу.

– Встретимся у ворот школы в четыре, – сказал юноша.

– Я постараюсь не опаздывать, – заявила Смолина.

А Варя шла сзади и все слышала.

Вообще ее слуху можно было только позавидовать. Ее можно отправлять разведчиком, а лучше диверсантом под прикрытием: она сначала вольется в коллектив, потом задолбает всех, подсунет врагам иголки в подошвы, выведет из строя все вооружение при помощи плевков и заколки и вернется к своим с полным собранием информации о вражеских действиях.

Но действовать после уроков Варя уже не могла, у нее были свои дела, поэтому ей только и оставалось, что пойти домой, ограничившись лишь сглазом…

Глава 8 «Теплая беседа в холодную погоду»

Без трех минут четыре Илья пришел к воротам школы и стал вглядываться в белеющую пустоту, надеясь увидеть там Женю.

Намечался снегопад. Усиливался ветер, и становилось неприятно. Герой уже начал опасаться, что встреча срывается из-за погоды, но вот рядом с юношей возникла Смолина в сиреневой куртке и вязаной шапочке с помпоном.

– Привет, вот и я, – сказала девушка.

– Привет. Что-то совсем неприятно стало. Даже не знаю, куда бы нам пойти. Может ко мне? – предложил Григорьев.

– Давай. Я не против. Может, чайку попьем?

– Конечно. У нас как раз есть вкусный чай с фруктами.

– Я как раз люблю чай с фруктами. Ты прямо предугадываешь мои желания, – заявила Женя.

– А пойти ко мне домой ты тоже хотела? – спросил Илья.

– Не думала об этом. Но я не против.

Герои пошли сквозь сгущавшиеся потоки снега. Он был мелким и совершенно неприятным. Наконец они добрались до дома юноши, а он жил недалеко от школы.

Илья и Женя вошли в квартиру Григорьевых, и девушка стала с интересом рассматривать ее интерьер.

– Как у вас все красиво и чисто, – сказала она, – не то, что у некоторых.

– Мы привыкли к чистоте и порядку, – заявил Илья.

Он посадил гостью за стол и налил чаю. На кухне и начался разговор о привычках.

– Скажи мне, как ты проводишь свободное время без соцсетей. Расскажи мне про твой день, – попросила Женя.

– После школы я обедаю, потом что-нибудь смотрю в интернете, обычно разную ерунду, а иногда и что-то полезное, потом чай, потом за уроки. Потом приходят родители, я разговариваю с ними, потом я либо что-то читаю, либо смотрю сериал или фильм, иногда с кем-то из родителей, бывает, звоню Ване. Я тебе должно быть про него рассказывал.

– Это твой друг, который сейчас в колледже, да?

– Да. Он уехал в Питер. Вот, значит, после всего этого слушаю музыку, обычно любимую, так чтобы ложиться спать с хорошим настроением. И все. В пол-одиннадцатого отбой.

– Здорово. А я то гуляю с подругой, то переписываюсь с кем-то, потом уроки, потом репетитор, но не всегда, а потом смотрю всякую ерунду в интернете, читаю всякие прикольчики в одной группе, бывает, засиживаюсь до полдвенадцатого. У меня телефон вечером лежит рядом с кроватью. А потом лежу и думаю, что я не успела сделать сегодня, – Женя усмехнулась, это была самоирония, самая приятная черта из чувства юмора человека.

– Это плохо. Телефон надо убирать подальше, особенно перед сном. Лучше читать книгу, а еще лучше ложиться спать раньше. Постарайся.

– Хорошо. А как правильно начинать утро? – спросила Смолина.

– Я в последнее время встаю и перед завтраком делаю зарядку: всего пару упражнений только чтобы разработать мышцы и суставы, попробуй тоже, особенно размять шею. Нам, компьютерному поколению это особенно надо.

– Мне это много говорили родители, но мой папа никогда сам не делает зарядку, а когда видит меня, говорит: «Сядь ровно, и не сиди долго в телефоне, а то зрение еще больше испортишь».

– Мне также говорили. Только это воспринимается все как-то в обратную сторону.

– Вот именно. Поэтому я пришла к тебе. Твои советы для меня слушать приятнее.

– А родители часто превращают советы в приказы. Пусть даже и желают лучшего.

– Да. Все-таки другое поколение. А наши слова друг другу понятнее, – сказала Смолина, – значит, я должна делать зарядку утром и ложиться спать раньше. А как же ты проводишь время в интернете, не пользуясь соцсетями?

– Смотрю ролики на других сайтах, а также интересуюсь разными вещами. Например: стало интересно, когда появились телефоны-автоматы, забил в поиске и нашел статью. И читаю.

– Этого мне никогда не достичь, ты настоящий охотник на знания.

– Это у меня с малолетства. Мне привили любовь к книгам, к рациональности и распорядку дня.

– Повезло тебе. Хотя тебе, наверное, было одиноко. У тебя же не было времени на друзей?

– Было, только друзей не было. Было плохо, пока не появился Ваня. А потом Марина.

– Спасибо тебе за советы. Пока этого хватит. Попробую учесть их и изменить кое-что.

– Да. Всего по чуть-чуть. Как по занятиям.

– Вкусный чай, не зря ты им хвалился, – сказала Смолина.

– Спасибо. Что-то ты много хвалишь наш дом, – заметил Илья.

– Просто мне все приятно. Пойдем, может в твою комнату, покажи мне, где ты проводишь время.

Григорьев проводил гостью в свою комнату, и она поразилась порядку, царившему в ней: все было разложено по полочкам, а тетради и учебные пособия стояли в шкафу в специальных папках.

– Слушай, как у тебя все аккуратно. У меня по сравнению с тобой бардак в комнате. У меня одежда висит на стуле, учебники лежат на столе, там же куча бумажек. А у тебя комната совсем не похожа на комнату парня.

– Ну да. Мне все говорят, что я девчонка.

– Да ладно, не все. И не переживай по поводу своей внешности. Ты нормальный. Просто у каждого свои особенности организма.

– А ты не комплексовала из-за очков? – спросил Григорьев.

– Было такое, но потом само прошло. У меня мать тоже в очках, – заявила Женя.

Она села на кровать и, взглянув на героя с улыбкой и какой-то загадочностью одновременно, спросила:

– Сказать одну мысль? Честно.

– Какую же?

– Ты такой интересный человек с кучей плюсов. Скажи, у тебя вообще есть минусы? Или слабости?

– Слабость у меня физическая. А из минусов, упрямство и эгоизм.

– Какой же у тебя эгоизм. Ты заботливый. Может просто от тебя многого хотят?

– Может быть. Просто это все говорили. А как я могу относиться к людям, если до семи лет не видел сверстников, а в семье я один?

– Ты таким вырос. Но мне кажется, что ты просто не терпишь тупых людей. А их кругом много, – предположила Смолина.

– Я не терплю лжи. Вот этого я не переношу. Так что имей в виду, лучше промолчать, чем соврать. Возьми себе на заметку, если хочешь.

– Я и так не склонна к вранью, не люблю это. И всегда бросаю общаться с людьми, которые мне врут.

– Молодец. В тебе тоже я пока не вижу минусов.

– А как же мои никчемные привычки?

– Это все временно. Просто ты еще не определилась во многом. Но хотя бы признаешь, что у тебя есть недостатки. И это поправимо. Как говориться: признание проблемы – это первый шаг на пути ее решения.

– Какой ты умный, – улыбнувшись, сказала Женя, люблю умных парней, которые не лезут за словом в карман.

– Скорее в Айфон.

Девушка рассмеялась.

– Люблю умных парней, которые умеют говорить без мата и говорят умные вещи.

– Мат – это только в исключительных случаях. А так, я стараюсь избавляться от слов-паразитов и всякого словесного мусора.

– Молодец, Илья, – Женя положила свою теплую руку на плечо героя, и ему стало так приятно и спокойно на душе, будто вокруг и не было ничего беспокоящего и раздражающего. Но стоило посмотреть в окно, и настроение сразу падало.

– Ну ладно, мне пора. Уроки пойду делать.

– До завтра, – сказал Илья надевавшей куртку девушке, – скажешь, как провела вечер без соцсетей, и сделала ли зарядку.

– Обязательно. Спасибо за гостеприимство. Я пошла.

– Осторожней там, не потеряйся в метели, хотя она вроде стихает, – сказал юноша на прощание, и закрыл дверь за гостьей, сделавшей его день намного счастливее, чем он мог быть проведенным в гордом одиночестве.

А Варя сидела дома и смотрела в окно, думая, как эти дурачки гуляют по такой метели, или они вообще не встретились.

«Погода им подгадила», – с облегчением на душе подумала она…

Глава 9 «О современных идеалах»

В тот вечер Женя не стала даже открывать свою страницу в соцсети и весь вечер провела за просмотром разных роликов, которые ей показались более или менее интересными. Но спать она легла пораньше, чем обычно, ведь по-настоящему поняла, что устала.

Утро девушка начала тоже по-новому: она встала чуть раньше, чем обычно и, встав перед окном, стала делать легкие упражнения для разминки тела. Она почувствовала, как хрустела ее шея.

«Ну вот, шестнадцать лет, а все хрустит, как будто я бабушка», – подумала героиня.

Она посмотрела на свою стройную и немного измученную сидячим образом жизни фигуру и поняла: надо что-то менять.

***

Вообще сегодняшние дети и подростки, как правило, делятся на два типа: худые и сутулые или толстые.

Первые растут в длину быстрее, чем они успевают это осознать. Они выглядят узниками Освенцима после пыток. Кожа бледно-зеленая как у инопланетянина, глаза как у сушеной воблы, левая рука чуть выше правой, правая чуть согнута, а кисть руки напоминает клешню парализованного краба. Эти мышкоблудцы в целом имеют фигуру огромного престарелого богомола после паралича.

А второй тип выглядит так же, как их любимая еда – гамбургер. Эти дети имеют пропорции груши: маленькая голова и огромный зад. Все это усугубляется наличием в руке леденца, мороженого или присутствием этого организма в заведении быстрого питания. О сутулости у них говорить сложно, так как позвоночника не видно совсем. Но и первый, и второй тип зачастую носит очки.

Найти сейчас ребенка с нормальными пропорциями и без очков порой бывает так же сложно, как увидеть волка в подмосковном лесу.

Как ни печально было осознавать, но Женя и Илья относились к первому типу подростков. И если толстые дети со временем худеют благодаря напористости родителей или по собственному желанию стать красивее, то мышкоблудцы зачастую так и остаются похожими на переросшую рассаду огурцов.

И Смолина решила это исправить, хотя ей всего-то и надо было, что чуть распрямить спину и начать вести более здоровый образ жизни, ведь девушке, особенно по современным стандартам вовсе необязательно быть крепкого спортивного телосложения. Порой девушки равняются на моделей.

Но эти модели, как правильно сказал один сатирик, являются моделью человека. Этаким скелетом или манекеном для новых модных нарядов. У них не видно никаких первичных половых признаков, а фигура, измеренная сантиметрами в соответствии с нормативами, больше похожа на паркетную доску, чем на тело живого и притом, здорового человека. Ведь правильно говориться в определении слова модель: упрощенное подобие реального объекта.

И что самое печальное, многие девушки, в том числе школьницы с красивой от природы фигурой, не обделенной природой, насильно делают себя похожими на модель человека.

Но Женя такой была всегда по природе, и в этом она, безусловно, была невиновна. Поэтому некоторые одноклассницы с «лишним» весом завидовали ее тонкой талии.

***

Делая разминку, Смолина почувствовала некое облегчение. Она пришла в школу и, встретив Илью, сказала ему:

– Я сделала все, как ты говорил. Я не сидела в соцсетях и легла пораньше. Я давно не чувствовала себя бодрой в будний день утром. А еще сделала несколько упражнений.

– Молодец. Поделай так пока пару дней, а потом, быть может, я дам тебе еще какие-нибудь советы, – сказал Григорьев.

Прошло несколько уроков, и когда настал урок математики, Женя села к Илье и попросила рассказать ему про оптимизм.

Но тут учительница дала самостоятельную работу, и об оптимизме пришлось забыть.

Герои все решили, правда Женя была не уверена в том, что одна задача у нее получилась, ведь она сделала ее только по интуиции.

Девушка была напряжена, и тогда юноша решил поделиться секретом оптимизма.

– Скажи, что тебе поднимает настроение? – спросил Илья.

– Ну не знаю. Вообще хорошая погода. Вкусная еда, еще общение с приятными людьми. Но все каждый раз по-разному, – сказала Смолина.

– А я каждый вечер перед сном думаю, что хорошего меня ждет завтра. И представляю, как встречу Марину, тебя, как может быть блесну знаниями, как расскажу шутку. А также думаю про мечту, которая скоро осуществится. И это очень поднимает настроение, особенно под хорошую музыку.

– Я так не могу. Я не люблю мечтать. Вернее жить мечтами.

– Дело не в этом, а в том, что ты настраиваешь себя на лучшее и предвкушаешь что-то приятное. У тебя вообще есть несложные мечты или планы на ближайшее время?

– Есть одна мечта, только я не буду о ней говорить, а то не сбудется.

– Не надо. Просто подумай о том, как она сбудется, что ты будешь чувствовать. Иногда мне кажется, что предвкушение счастья и есть само счастье.

– Может быть так и есть, – сказала задумчиво Женя, – но у каждого счастье – это что-то свое.

– Да, ты права. У некоторых счастье – это съесть бургер или картошку фри. А у кого-то это вейп или пиво. И они потом громче всех жалуются на жизнь. Не тем они живут, – начал монолог Илья.

– Я не курю и не пью. Я тебя сразу скажу.

– Молодец. Правильно. Многие думают, что раз молодой и здоровый, то все можно. Но нет. Здоровье – это как чемодан с деньгами. Если сорить ими в молодости, то после сорока останется одна жиденькая пачка.

– Интересная аллегория, – сказала Смолина.

– Это метафора. Но в общем-то не так важно. Главное, чтобы ты понимала смысл.

– Я понимаю. А ведь ты историк, а не литератор? – спросила Женя.

– Да по большей части. В последнее время я увлекся славянской культурой и стал славянофилом.

Девушка на секунду сделала недоумевающий взгляд, а потом задумалась и сказала:

– Это не те, про которых нам на литературе говорили?

– Да. Это люди, которые любят и прославляют культуру славян. А многие в наше время любят японскую или американскую культуру больше своей родной.

Прозвенел звонок.

– Ладно, потом договоришь. Мне интересно послушать про нашу культуру, – сказала в спешке Смолина и побежала в свой класс, а Илья в свой.

Глава 10 «О языке предков»

На уроке, когда учительница на время отошла, к Жене стали приставать одноклассницы, желая узнать, что же такого интересного рассказал ей Илья.

– Ты начала делать зарядку? – удивился парень с задней парты, – зачем? Или ты теперь у нас ЗОЖница?

– Пока нет, но может быть стану. И вообще, это мое мнение и моя жизнь. Что вы ко мне пристали? – недовольно ответила Смолина.

– Да живи, как хочешь, мы просто тебе хотим показать твоего Илью с разных сторон, – сказала уже Лиза, – он эгоист и совершенно невыносимый человек. У него проблемы с самоопределением в обществе.

– И с головой походу, – сказал кто-то сзади.

– Да нормальный он, – Жене стало обидно за Григорьева, – он просто мыслит по-другому, зато у него нет вредных привычек.

– Ага, нету. Есть. Высокомерие, – с неприязнью к юноше сказала Лиза.

– Это он к тебе так относился, – заявила Смолина, – потому что по-другому не мог. А ко мне он заботлив.

– Это пока, – отрицала Лиза, – он просто дурачок и нелюдим: в соцсетях не сидит, аниме не смотрит и осуждает нас за него, он, по-моему, только и занят тем, что учит что-то и думает, как бы себя поставить выше других.

– Зато он патриот и славянофил, – сказала свой последний аргумент Женя.

На большее у нее не было сил.

– Славянофил? – ухмыльнулся одноклассник с задней парты, – извращенец что ли?

– Нет, он не извращенец, – пыталась оправдать Илью Смолина, – это такое направление в науке.

В этот момент вошла учительница, а парни стали передавать по классу новости про Илью.

– Ха, славянофил! Этот тот, который славян насилует? – произнес слишком громко один из учеников, и был услышан учителем.

– Славянофил, это не то, что вы сказали, – строго произнесла Ирина Алексеевна, в меру строгая, но в меру и мягкая учительница русского и литературы, – это человек, придерживающийся особой теории возникновения цивилизации и прославляющий славянскую культуру.

– Все равно он дурачок, – шепнула Лиза Жене, а она была рада, что внезапное появление учительницы заставило сплетников замолчать.

***

На перемене Смолина подошла к Илье, и он, увидев на ее лице некоторую раздраженность, спросил:

– Что случилось, Жень?

– Что? А, да так, просто я сказала, что ты славянофил, и все подумали, что ты извращенец. Но Ирина Алексеевна их поставила на место.

– Дураки. Не слушай их. Им лишь бы посмеяться, не вдумываясь в значение слов. Кажется, я остановился на русской культуре, – сказал Григорьев.

– Да, расскажи, что-нибудь интересное, – попросила Женя.

– Хорошо. Могу, например, про язык. Как-то раз я задумался над происхождением русских слов. Например, слово радость. Это начальная форма. А вот этимологии этого слова нигде нет. Тогда я обратился к трудам одного известного славянофила современности и узнал, что был такой корень РА. Он означает свет.

– И что же такое радость?

– РА достать. То есть достать свет. А еще был корень ГА или ГО, то есть идти. КОЛО означало солнце или круг. АР – земля, КА – душа. Назови любое слово с этими корнями.

– Гора, – сказала сходу девушка, – что это значит?

– ГОра – это ГО и РА, идти к свету означает. Гора ведь тянется вверх, к небу.

– А РОГА тогда что? – Женя заинтересовалась этим делом.

– Рога это совсем другое слово, тем более во множественном числе. Давай еще примеры, называй.

– Разум, – сказала Смолина.

– О, разум – это РА с умом. Свет и ум. Ум – это знания, а разум – умение ими пользоваться.

– Что там еще было? КОЛО? А колос?

– Колос. Не думал. КОЛО и С. Солнце и спеть может быть, или, например, свет. КОЛОс зреет под светом Солнца. Наш язык создан образами природы. Наш язык и сейчас основан на образах и эмоциях.

– А колодец тогда что? – поинтересовалась девушка.

– Хм. КОЛОдец. Ну явно не от солнца. Не знаю, надо подумать. Хочешь, сама поразмышляй.

– Может от слова ХОЛОд, там же холодная вода, – предположила Смолина.

– Может быть. А тебе, я вижу, понравилось.

– Слушай, а это и вправду интересно, даже интереснее, чем то, что мы проходим на русском. Может предложить это как тему для урока, как практическое занятие? – предложила Женя.

– К сожалению, официальная наука считает такие методы изучения языка антинаучными. И нам такое точно не будут преподавать.

– А так хотелось бы. Может так народ бы стал больше интересоваться русским языком.

– Да, а то он все на английский переходит. Все вау, да окей. Хейтить, рофлить, троллить. Тьфу, а не слова, – сказал Илья.

Женя рассмеялась, а потом сказала:

– Но как ты переведешь слово троллить?

– Подкалывать, обманывать, насмехаться, наш язык очень богатый, а многие считают, что говорить иностранные слова – круто. Ты когда-нибудь слышала англичан, которые бы говорили: «How are you?» «I`m zdorovo».

Женя снова живо усмехнулась.

– Вот именно. Почему мы тогда должны им подражать? Если уж говорить на английском, то только полностью на нем, это полезно, согласен, учить язык. Но не надо же засорять чужими безликими словами свой, – заявил Григорьев.

– Ой, уже вот-вот звонок. Я пойду, – сказала Смолина.

– Иди. Можешь придумать еще слова, – предложил Илья и пошел, оглянувшись на Женю, как говориться, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть, не оглянулся ли он…

Глава 11 «Тайное послание»

На уроке Жене было не до русского языка, ведь она писала самостоятельную работу, но когда дописала, то достала телефон и стала записывать в заметки слова для Ильи.

После урока Смолина вновь отыскала юношу и начала задавать ему вопросы:

– Скажи, а что тогда значит слово рай?

– Рай, это РА есть. Рай – это же светлое место, – ответил Григорьев.

– А Раб?

– Раб. РА Боится, может быть. Живет во тьме и страхе. Я не словарь, просто я начинаю думать исходя из смысла слова.

– Но ведь это же получается отсебятина, – поняла девушка.

– Вот именно. Поэтому наука этого не признает. Но ведь это интересно. Давай я тебе напишу все основные корни старославянского языка, и ты сама попробуешь. А еще хорошо пользоваться дореформенной азбукой. Где каждая буква – это слово. Аз, буки, веди, глаголь, добро, есть, живот…

– Я поищу в интернете, – сказала героиня.

– Поищи. Если хочешь, я могу рассказать тебе про азбуку. Это не просто алфавит, а зашифрованное послание.

– Ой, скажи, неужели это мудрость веков?

– Азбука звучит так:

Аз Бога Ведаю, Глаголь Добро Есть, Жизнь Зело Земля, И Иже Како Люди Мыслите, Наш Он Покой, Рцы Слово Твердо, Ук Ферт Хер, Цы Черве Шта Ера Юс Яти, – произнес наизусть Илья, отчего Женя впала в легкий ступор, будто он произнес какую-то мантру.

– И что это за слова? Мне так ничего не понятно. Давай я найду в интернете алфавит, и мы вместе посмотрим, – девушка открыла поисковик и нашла таблицу со старославянскими буквами, внизу были подписаны их названия.

– Итак, как же расшифровать это послание? – спросила Смолина у юноши.

– У каждого историка своя трактовка, я могу назвать свою, а чужие ты можешь прочитать в интернете. Если прочесть это осознанно и вникнуть в суть каждого слова, то получается следующее: Я бога ведаю, знания есть добро, живите усердно, земляне, от того, как вы мыслите, зависит покой на земле, держи свое слово, изучай божественное начало, чтобы понять истины.

– Как интересно. А ты веришь в бога?

– Нет, – усмехнулся Илья, – А ты?

– Я верю. Поэтому мне нравится это послание. Спасибо за рассказ.

– На самом деле я не хочу говорить о боге, скажу только, что я поклоняюсь природе. И если слово бог заменить словом природа, то все станет более или менее понятным для большинства атеистов и агностиков. Просто для меня бог – это не человекоподобный разум, а законы природы.

– Интересная точка зрения. И еще скажи мне: от этих первых слов азбуки и стоит отталкиваться при расшифровке слов? – спросила Женя.

– Да, от азбуки и первых корней.

– А эта азбука была ведь создана Кириллом и Мефодием?

– Многие так думают. Но славянофилы вроде меня считают, что это не так. Поверь мне, есть доказательства того, что на Руси была письменность задолго до появления первых церковных книг и даже прихода Рюрика в Новгород. Но не буду перегружать тебя историей. Подумай над словами, у нас же через урок совместное занятие.

– Да. Приходи. Я буду ждать.

– Давай лучше говорить на переменах или вне школы. Я не хочу давать тебе лекции по истории и психологии на уроках, а то у тебя мозг перегрузиться. Знания надо как лекарства принимать понемногу.

– Какой ты все-таки умный, – Смолина обняла Илью, чему тот удивился, но удивился приятно, – не смотри на меня так, Илья, тебе что, неприятно?

– Приятно. Еще как. Просто ты воздействуешь на меня так, что я не могу сообразить как на это реагировать, – заявил Григорьев, – кажется я начинаю все больше привязываться к тебе. Как думаешь, это хорошо?

– А что плохого? – Женя похлопала парня по плечу и посмотрела на часы.

Ей снова пора было идти на урок.

– Тебе пора? – спросил герой.

– Да. Увидимся на уроке. Я пошла, – сказала девушка, и Илья почувствовал себя еще счастливее, чем был час назад…

Глава 12 «О вкусах»

Не буду продолжать рассказывать про этот день, а то повествование может затянуться на добрые двести листов, поэтому перенесемся чуть дальше во времени.

***

Прошел месяц. Илья и Женя стали настоящими друзьями и почти не расставались на переменах. Смолина часто слушала рассказы Ильи, а он в свою очередь не прочь был послушать точку зрения девушки. Также юноша научил Женю нескольким полезным привычкам. Она стала делать помимо зарядки еще и упражнения на мышцы, чтобы стать сильнее и выглядеть привлекательнее. Еще девушка почти перестала заходить в соцсети и стала проводить время за книгами, или просто изучая интересные и познавательные страницы в интернете. Тяжелее всего для нее было перестать говорить слова вроде: окей, вау и разные молодежные термины из английского языка.

Илья сам с интересом изучал мировоззрение Жени и делал для себя интересные выводы.

Так, например, она считала, что относиться к людям надо так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Но только вот в классе этот принцип не работал. Женя не могла быть настолько же недоброжелательной к одноклассникам, насколько к ней были они.

Девушка просто не обращала внимания на сплетни и шутки про себя и Илью. Сам Григорьев говорил, что иногда бывает полезно посмотреть на себя со стороны и посмеяться над собой.

– Я не обижаюсь на тех, кто считает меня дурачком или снобом. Все мы, бывает, плохо о ком-то думаем. Я придумал такое правило: если тебя уважает не менее трех человек из разных коллективов, то ты нормальный человек. Из них все должны быть не родственниками, но друзьями они быть могут.

– А ты получаешься хорошим по собственной мерке? – спросила Смолина.

– Получается, что да. Ведь ко мне хорошо относится Марина, ты и Ваня. Вы все разные, но все вы меня уважаете, за что я вам бесконечно благодарен. А тебя кто уважает?

– Меня, – Женя задумалась, – ну ты, Марина и моя подруга Саша из моей прежней школы.

– Вот и все. Не переживай. Значит, ты имеешь право быть такой, какая ты есть и никого не слушать. У меня есть новая любимая цитата: «Я такой – какой я есть, а таким, каким надо кому-то, я стану только когда смогу убедиться в том, что он знает о жизни все».

– Правильно. Я заметила, что больше всего советчиков среди тех, кто сам ничего не может и не хочет. У нас таких тоже достаточно.

– Да они везде есть. Их можно послушать, а потом вспомнить их слова и посмеяться. Вообще смех – это лекарство для души. Смеяться надо, – сказал Илья.

– Я помню, что смех продлевает жизнь. А что ты любишь больше: анекдоты, комеди-шоу или стендапы?

– Анекдоты. Ты же знаешь, что у меня есть анекдот почти на каждый случай. Не люблю шутки, особенно те, которые причиняют неудобство другим. Это скотский юмор – насмехаться над тем, кого поставил в неудобное положение. А вот над собой посмеяться можно.

– Расскажи что-нибудь про себя. Мне интересно, как ты можешь смеяться над собой, – попросила Женя.

– Ну, например анекдот: «Я не люблю ночные клубы, там темно, громкая музыка и мерцающий свет. Читать книгу там просто невозможно».

Смолина засмеялась и после этого быстро прекратила, ожидая чего-то еще.

– А почему не любишь шоу или стендапы? – спросила Смолина.

– Там много чернухи и пошлости. А те передачи, которые что называется, для всей семьи – там совсем избитые шутки.

– А какой юмор тебе больше всего нравится в плане культур? – спросила девушка.

– Русский, конечно. У англичан хорошие шутки, очень остроумные, а вот американский юмор плоский как фанера. Шутки ниже пояса – это все, на что они способны. А мы зачем-то перенимаем их юмор. Поэтому я ненавижу комедии особенно комедийные сериалы. Это просто туалетная бумага для мозга: так подтереть уставшее сознание. А ты смотришь советские комедии?

– Иногда, обычно по праздникам, когда их крутят по телевизору. Люблю Гайдая.

– Да. У него, как и многих советских режиссеров был добрый юмор, который не наполнен всякой чернухой и пошлостью, как в американских фильмах.

– Тогда цензура была, – заявила Смолина.

– И она надо сказать еле-еле пропускала и это. Зато в кино шли на то, что было. А сейчас чего только нет, а пойти не на что. Даже пригласить в кино уже не так романтично, – заметил Илья.

– На супергероев особенно, – сказала девушка.

– Ага. Пойдем мол на «Человека-паука». Это не свидание, а позорище какое-то. И с попкорном, чтобы все оборачивались на хруст и матерились про себя на эту свинью, – заявил Григорьев.

Женя засмеялась.

– Я иногда люблю на ужасы сходить, но это редко. Мне как-то больше нравится тихо и по-семейному дома, – сказала она.

– У нас, куда ни плюнь: всюду либо комиксы, либо ужасы, либо мультики. А еще аниме. Аниме повсюду. И вообще полно японской культуры. Как говорил один известный сатирик: опокемонивание молодежи.

– Саша смотрит аниме, и еще половина нашего класса. А я не люблю. Как-то даже и не хочется смотреть. Пару раз начинала что-то, но все так странно для меня. Мне быстро надоело.

– Я могу понять психологию молодежи: что-то оригинальное, чего нет нигде в мире, кроме Японии, к тому же это не западная, а восточная культура. Опять же разнообразие. Я понял, что нигде в мире больше не снимают такого количества мультиков для молодежи. Только для детей. Как и у нас. Не надо осуждать тех, кто это смотрит, главное, чтобы все было в меру. Ничем нельзя увлекаться сверх меры.

– А в чем же мера? – спросила тогда Смолина.

– В том, чтобы человек не ассоциировал свою жизнь только с один увлечением или занятием. Жизнь многогранна и разнообразна. А тот, кто видит свою жизнь только в мультиках или только в играх – нездоровый человек. Таких лечат. Сейчас в Китае, кстати, лечат подростков от виртуальной зависимости.

– Какой ужас. Как можно жить только играми?

– Некоторые могут. Их заманивают туда рекламой. И все это сыпется на Россию как помои в мусоропровод.

– Ты противник Америки? – поинтересовалась Женя.

– Не только Америки, всех, кто пихает нам чужие ценности. Я патриот своей страны и считаю, что мы должны идти по собственному пути. Я не говорю, что мы должны отказаться от всего иностранного, нет, просто мы должны брать из заграницы только хорошее: опыт, технологии, – а мы берем больше всякого мусора вроде хавки под попкорн.

В другой раз разговор зашел о музыке.

– Ты говорил мне как-то, что слушаешь в основном старые песни, а какие именно? – спросила Женя.

– Да разные. И иногда все-таки новые. Просто я нахожу то, что для меня приятно на слух. Есть музыка для успокоения, для бодрости, вообще музыка – это состояние души, – сказал Илья.

– А какое тогда состояние души у тех, кто слушает рэп? – спросила девушка.

– Сама подумай. Резкое, напряженное и рваное. Ты замечала, что многие люди не могут долго думать об одном и том же? У них такое отрывочное мышление. Сейчас очень многие песни состоят из резкой смены звуков, отрывистых слов. Никакой мелодии, никакого смысла.

– Ну почему, есть и нормальные песни. Даже рэп есть ничего. Но это редко бывает, – заявила Смолина.

– Да. Есть хорошие песни. Вообще надо бы слушать родные русские песни. Все-таки наш язык очень богатый и чувственный. На нем песни куда богаче иностранных. Но я не могу побороть себя и все равно слушаю в основном иностранные песни.

– Ну и ладно. Не надо с собой бороться, – Женя положила руку на плечо юноши, – я разрешаю, – и засмеялась.

Глава 13 «Любовь как дар».

Время шло. Проходила зима. Погода радовала комфортными днями со снегом, но без лютых морозов, что в последнее время бывает не столь часто.

Илья и Женя пользовались такими моментами и иногда в свободное от учебы время выходили на прогулки.

Григорьев замечал, что Смолина в какой-то степени без ума от него. Конечно, ум у нее оставался, как и разум, а вот сердце было приковано к юноше. Хотя кого я обманываю, сердце – кровяной насос, а любовь сердцем – всего лишь красивая метафора.

Тем не менее мы часто наблюдаем, что влюбленный человек подчиняется не мозгу, а как будто чему-то другому. Феномен любви все еще остается загадкой для ученых. Но большинство людей называют орган, отвечающий за чувства душой.

Где находится душа, неизвестно. Некоторые ученые даже замеряли вес человека при смерти и после наступления смерти. И он действительно терял несколько грамм. Быть может это душа, покидающая тело, а может просто кто-то из ученых неосторожно прислонился рукой к весам.

Но мы совершенно отвлеклись от школьников.

***

Смолина испытывала к Илье теплые чувства, она не скрывала этого, часто ее выдавали жесты, о которых вы и так уже знаете.

В свою очередь, Илья постепенно сближался с Женей, ощущая в себе какие-то невидимые изменения, которые, тем не менее, делали его жизнь красочней и добрей.

Илья и вовсе перестал замечать одноклассников, которые относились к нему с обыденным недопониманием и какой-то внутренней злобой.

И чем чаще они видели Женю и Илью счастливыми вместе, тем чаще они затаивали на него обиду.

Существует такая форма зависти, когда несчастный человек завидует счастливому, при этом злясь на него и стараясь разрушить чужое счастье, дабы он не смущал своим счастливым видом несчастного.

Каждый, быть может, был счастлив по-своему, но когда герои слышали от одноклассников вздохи и жалобы о том, как им тяжело в жизни, они вспоминали себя и понимали, что они гораздо лучше живут, и жаловаться им совершенно неприемлемо.

Как гласит древняя мудрость: чтобы проблема ушла, надо над ней посмеяться, а если на нее пожаловаться, то проблема удвоится, ибо ты не только не сделаешь себе легче, но и настроишь собеседника на свою проблему.

Марина иногда разговаривала с Женей и спрашивала ее: нравится ли ей Илья и что она думает о продолжении отношений.

– Илья очень интересный, – говорила Смолина, – только бывает очень разговорчив. Я знаю, что он хочет рассказать мне что-то умное и интересное, но иногда мне не хватает терпения его слушать.

– Эх, есть такое. Но должен же он чем-то владеть в совершенстве. Не силой, так умом. Болтливость – это конечно нехорошо. А ты говорила ему об этом? – спросила Марина.

– Как-то говорила, и он стал больше спрашивать мое мнение. А вообще он очень заботливый. Например, когда я болела, он каждый день писал мне иногда по нескольку раз и спрашивал, как я себя чувствую. А когда я вышла, может, ты помнишь, он подарил мне плюшевого мишку. Ты же знаешь, как я люблю мягкие игрушки, – с умилением произнесла Женя, – скажи честно, он и вправду такой или он только ради меня старается?

– Лизе он тоже дарил подарки и часто спрашивал, как ее дела и как она себя чувствует. Знаешь, он иногда бывает смешной, – заявила Семина.

– Бывает. Особенно, когда пытается показать себя сильным в том, чего ему не дано. Но вообще, он не показушник, – сказала Женя.

– Вот скажи мне, ты его любишь? Или пока туда-сюда? – спросила Марина.

– Знаешь, очень сложно сказать. Ты же понимаешь меня, даже самой себе сложно понять, любишь ли ты человека или нет.

– Вот смотри, ты считаешь его самым умным в классе? – спросила Семина.

– Да, – как-то неуверенно произнесла девушка.

– Ты скучаешь, когда его нет в школе?

– Да, – уже увереннее сказала Женя.

– Ты переживешь за него, когда он куда-то едет или просто вы надолго расстаетесь?

– Да. Мне было так непривычно без него на каникулах, когда он уехал.

– Ты… думаешь о нем дома или просто где-то вне школы?

– Да. Часто. Я думаю о нем, – уже оживленнее произнесла Смолина.

– Ну вот, значит, ты его любишь! – воскликнула Марина, – а ты сомневалась.

– Мне просто так сложно это принять. И что же мне делать теперь? Признаться ему в любви?

– Нет. Жди. Он сам все поймет. Он умный. Просто подыгрывай ему, если хочешь, чтобы все наладилось. И главное – радуйся, что он у тебя есть.

– А он, как думаешь, любит меня? – спросила Женя.

– Не знаю. Мне спросить или оставить интригу?

– Лучше не спрашивай. Я не хочу, чтобы он знал о нашем разговоре. Он же догадается.

– Скажи, ты чувствуешь себя с ним комфортно? – спросила Семина.

– Чувствую. Мне хорошо, когда он рядом. Даже когда ничего не делает. Мне просто приятно видеть его.

– Уу, я так рада за тебя, – с умилением произнесла Марина, – у меня с моим также. Как прекрасно, что есть любовь.

– Он кстати говорил, что любовь расшифровывается со старославянского как: Люди Бога Ведают.

– Он, атеист? – удивилась Семина.

– Да. Еще он рассказывал мне про три проявления бога на Земле: природа, любовь и чувство юмора.

– Да, он действительно любит тебя, раз даже рассказывает вещи, которые интересны тебе, но не признаются им.

– Пытается найти общий язык, да?

– Вроде того. Даже со мной он про бога говорил только как настоящий атеист, – Марина похлопала Женю по плечу, – повезло тебе, Женька, правда.

Глава 14 «Это не дежавю»

Зима уже должна была отступать, ведь на календаре был уже конец февраля, но неожиданно снег начал покрывать улицы новым слоем, превращая почерневшие тротуары и дороги в запорошенные тропинки.

В тот день было воскресенье. Женя и Илья хотели встретиться еще в субботу, но у обоих были дела. И вот, наконец, герои нашли свободное время, которое оказалось уже весьма поздним для зимы, ведь темнеет еще рано.

Григорьев пришел на место встречи чуть раньше назначенного времени и обрадовался, вскоре увидев вдалеке силуэт Смолиной. Она была в той же сиреневой куртке и вязаной шапочке. Было видно, что Жене было холодно: она вздрагивала то и дело и засовывала руки в карманы, несмотря на то, что они были в перчатках.

Мороз, надо сказать, был хорошим. К тому же начинался снег.

– Привет, Илюша, – сказала Женя обыденно, но с фирменной улыбкой, – что-то очень похожее уже было, не так ли?

– Да, дежавю. Мы встречались с тобой после школы, и была такая же погода, – заявил Илья.

– Точно. Ты тогда меня пригласил домой. Куда пойдем? Как всегда, по району?

– Да. Скоро стемнеет, поэтому в парк не успеем. Сегодня такой красивый снегопад, думаю, последний за эту зиму, – сказал Григорьев.

– Кажется, он усиливается, – заметила Женя, глянув на небо.

Она протянула руку Илье, он взял ее, и герои пошли неспешным шагом по улице.

Крупные хлопья сыпали с неба. Улица пустела на глазах, все стремились попасть домой или хотя бы спрятаться в магазинах и кафе, но не наши герои.

Они шли, держась за руки, и при этом находясь будто в другом мире. Их не беспокоили снежинки, так и норовившие попасть в глаз, а иногда и в рот, ни снизившаяся видимость, ни приближающаяся темнота.

– Интересно, что сейчас делают другие? – спросила вдруг Женя, нарушив молчание.

– Кто? Кто-то сидит в кафешках и ест, кто-то сидит дома и не выходит из интернета, – сказал Илья.

– А мы с тобой идем непонятно куда через снегопад, – улыбнувшись, произнесла героиня.

– Мы же не как все, – сказал Григорьев.

Юноша вспомнил историю с 14 февраля или, проще говоря, днем всех влюбленных.

Это праздник появился в нашей стране недавно, но многие молодые люди считают его одним из самых главных дней в году, особенно в любовных отношениях.

Повально многие пишут любимым или просто хорошим людям открытки в виде сердечка.

Но праздновать день всех влюбленных кажется таким же событием, как празднование всех родившихся или всех разведенных. Для чего девушки так старательно запоминают дату первого свидания или знакомства? Чтобы потом ждать поздравления в единый день? Кажется, он был придуман забывчивыми кавалерами, которые не могут запомнить день первого знакомства или другое значимое событие в отношениях.

Именно поэтому Илья не стал делать какого-то подарка на 14 февраля. Он объяснил Жене, что это не наш праздник, так же как Хэллоуин, поэтому отмечать его не стоит. Он обещал устроить собственный день влюбленных.

И вот этот день настал во всяком случае так думал Илья. Но как ни странно, юноша ничего не приготовил и просто шел за руку с девушкой под снегопадом.

Смолиной казалось, что это свидание может запомниться ей надолго. Во-первых, оно напоминало первую встречу героев вне школы, во-вторых, все было каким-то необыкновенным: дома, улицы, свет, звуки и даже выражение лица Ильи.

Он смотрел на Женю так, будто хотел услышать от нее мнение о вечерней прогулке.

Девушка прижималась к Григорьеву и не только потому, что ей было холодно, но и потому, что ей было гораздо комфортнее идти вплотную к Илье. Он излучал не только физическое, но и моральное тепло, которое словно закрывало Женины глаза, и она совсем не обращала внимания на окружение.

Между тем снег все еще шел. На улице было темно и тихо. Все уже давно попрятались по домам.

Время шло, и героям все же пришлось поворачивать к дому Смолиной. Юноша вызвался проводить девушку.

Женя понимала, что от необычайной прогулки остаются считанные минуты, поэтому решила наслаждаться ими в полной мере.

Девушка оглянулась на заснеженные деревья в парке и поразилась, как за несколько часов снег превратил их в необычайные белые статуи, на которых каждая веточка приобрела толстый белый контур.

Луч фонаря освещал узкое пространство в воздухе, и снежинки, кружившие под его лампой, напоминали рой пчел.

Снег приятно скрипел под ногами, Женя только сейчас задумалась над тем, как прекрасна может быть такая, казалось бы, неподходящая для прогулок погода.

Между тем уже показался подъезд дома Жени. Герои подошли к нему поближе и остановились.

Смолина поняла, что не хочет расставаться с Ильей даже на полдня. Они непременно увидятся в школе завтра, но чувство того, что еще не произошло загадочное главное действо, заставляло Женю только сильнее сжимать руку юноши.

– Как тебе наша прогулка? – спросил Григорьев.

– Очень необычно. Спасибо тебе, Илюша, что нашел время, – улыбнулась Женя, уже начиная сомневаться том, что эта прогулка запомнится ей чем-то помимо красоты природы.

Она нехотя двинулась в сторону, но рука Ильи не хотела отпускать ее руку.

Девушка сделала шаг к Григорьеву и посмотрела на него с некоторым недоумением.

Герои стояли молча почти минуту. Было очень тихо, лишь порывы ветра завывали где-то на углу дома. Женя и Илья смотрели друг другу в глаза, пытаясь понять, о чем думает каждый из них.

Женя взялась другой рукой за руку парня, и он вдруг стал медленно наклоняться к ее лицу.

Девушке вдруг стало жарко, ее сердце забилось сильнее, зрачки стали расширяться, а в ногах появилась легкая дрожь. Илья испытывал то же самое. Женя чувствовала, как дрожит его рука. Она видела, что он готовится к чему-то очень важному, но до конца не осознавала, к чему.

Герой осторожно поправил локон, упавший на лоб Смолиной, и замер на какое-то время, не отрывая взгляда от глаз, смотревших на него.

Наконец юноша коснулся своими теплыми губами холодных и сухих от мороза губ девушки, и влюбленные прижались друг к другу. По телу Григорьева растекалась горячая кровь, и он чувствовал, будто погружается в другой мир… вместе с Женей. Смолина тоже была опьянена первым поцелуем и таяла с каждой секундой тесного соприкосновения тел и душ.

Влюбленные не видели ничего вокруг. Одинокие снежинки падали на нос и ресницы, но герои находились в каком-то божественном пространстве, по-настоящему открыв для себя новое понятие – Мы…

Глава 15 « О том и сем, обо всем и не о чем в целом».

Время шло, снег стал быстро таять, и на смену холоду пришла радостная весенняя пора.

В этом году героев не ждали никакие испытания, и они могли спокойно ожидать конца года, чтобы уйти на каникулы.

В конце десятого класса родители и дети стали решать вопрос о выпускном вечере. Было много предложений: кто-то хотел в Кремль, кто-то на теплоход, на тепловоз, на МКС, но вот что понял Илья: многие хотели просто собраться вместе в неформальной обстановке и без взрослых (ключевое слово – взрослых, ибо будущих выпускников назвать взрослыми или хотя бы взрослеющими было тяжело). Подростки хотели просто устроить пьянку-гулянку. Естественно, с ними были согласны не все.

Илья был категорически против, за что другие называли его маменькиным сынком, которого родители не отпускают на ночь с одноклассниками. Но юноша просто не хотел. Ему и так надоели все эти лица, тем более он не хотел присутствовать их, мягко говоря, некультурной компании.

Григорьев говорил об этом с Женей, и она была согласна с ним. Ее тоже не раз приглашали в подобную компанию, но она отказывалась.

– Ты понимаешь, они только и мечтают о том, чтобы собраться вместе и набухаться, – недовольно заявил Илья.

– Да. Что это за выпускной? Все должно быть красиво, весело, чтобы запомнилось на всю жизнь, – говорила Смолина.

– Вот именно. Это не корпоратив на новый год, а выпускной. И они считают нас дураками из-за того, что мы не хотим пить с ними! – юноша был разгорячен.

– Эх, что из них вырастет, – вздохнула Женя.

– Ключевое слово – вырастет. Они еще совсем дети. Они задержались на том этапе, когда подростки втайне от родителей начинают пить пиво и дешевый коньяк. Я тебе рассказывал о том, как Лера сказала мне: «Не пей дешевый коньяк, от него потом последствия неприятные».

– Ха, нет, – сказала Смолина, – то есть у них уже богатый опыт.

– Да. И смешно и грустно одновременно. Что поделаешь, когда большая часть класса только и думает, как бы выпить и погулять.

– Я рада, что ты не с ними. Ты уникальный человек, – сказала с любовью Женя.

– Ой да ладно тебе, я просто немного ЗОЖник, – усмехнулся Илья.

***

Пожалуй, эту историю можно было бы и закончить, ведь я рассказал историю о взаимоотношениях Ильи и Жени, но эта повесть не просто история любви. Вы может быть спросите: при чем тут природа и богатырь Илья Муромец? Здесь только история двух подростков, которые зачем-то практически обожествлены.

Именно на эти вопросы я и буду отвечать в этой последней главе.

Илью Григорьева нельзя назвать богатырем в том понимании слова, к которому мы привыкли. Назвать его богатырем все равно, что назвать макароны по-флотски морепродуктом.

Богатырь – человек, носящий в себе бога, сильный духом и телом. Считать ли Григорьева сильным духом, решать вам. Но его патриотизма у него не отнять.

Но ведь назвать его Иванушкой-дурачком тоже нельзя. Он ведь думает, что делает. Это совсем не значит, что он добьется большего, чем дурак, ведь, как известно, Иван-дурак получил после всех своих подвигов полцарства, Василису Прекрасную и коня, а наш Илья только одну Женю.

Подвигов он конечно тоже не совершал, хотя не подвиг ли найти в себе силы измениться к лучшему, да еще и помочь сделать это другому?

Я уже говорил, что Илья Муромец сидел на печи тридцать три года. А нашему Илье пока только шестнадцать. Сидеть ему и сидеть еще за партой, пока не настанет время настоящего испытания: дети, ипотека и аврал на работе.

Но может быть он сможет преодолеть эти тяготы жизни с минимальными затратами, а может… а что мы все может, да не может? Все еще впереди.

Вернемся к настоящему и поговорим про природу. При чем же тут законы природы?

А при том, что счастливо живет тот, кто уважает природу и живет в соответствии с ее законами.

Вы скажете: что еще за законы природы? Намусорил – отвечай, или это законы физики: что упало, то не взлетит.

Не совсем. Это законы, по которым живут все организмы на Земле, да еще плюс ко всему и несколько моральных принципов.

Не буду загружать вас, перечисляя их все, скажу лишь несколько самых интересных:

Цени каждый прожитый миг.

Люби природу.

Относись ко всем с любовью.

Стремись к свету, то есть знаниям, копи их и передавай потомкам.

Все это напоминает вам или Библию или образ жизни каких-то язычников.

Так и есть. Это славянский быт. Очень древний быт, зародившийся во времена, когда еще не писали летописи, не было держав и войн на русской земле. Славяне жили в гармонии с природой и вели традиционный образ жизни. Были ли они счастливы? Неизвестно, но если до нас дошли мудрости о том, как быть счастливым, значит, они знали, что это такое.

Безусловно, мы не можем повернуть время вспять как пленку кинопроектора и вернуться к образу жизни наших далеких предков. Но мы можем поучиться у них чему-то и сделать нашу, нынешнюю, жизнь лучше.

И чтобы не быть голословным, вернемся к Илье и Жене.

***

Учебный год медленно, но верно подходил к концу. Стало совсем тепло, и герои стали чаще проводить свободное время на улице. Как-то на майских праздниках влюбленные встретились, и Илья предложил поехать с ним на дачу. И Смолина согласилась.

Герои проводили на воздухе почти все время, при этом занимаясь разными веселыми и иногда полезными делами. Илья мог превратить работу в игру, например, кто больше раз попадет сорняком в ведро с пяти метров.

Еще Григорьев посадил Женю на велосипед, она конечно, умела кататься, но давно этим не занималась. Ей было некогда и не с кем.

Дачники поехали кататься по округе. Юноша повел Смолину по излюбленной дороге через поле и остановился возле необычайно уютного места: берега речки, закрытого кронами старых ив.

Герои сели на травку, и Женя сказала:

– Здесь так приятно. Не думала, что когда-то буду восхищаться обычным берегом реки.

– Это необычный берег. Все может быть необычным, когда смотришь на мир глазами влюбленного человека, – сказал Илья.

– Я произвожу на тебя такое впечатление, что даже природа тебе представляется по-другому? – удивилась девушка.

– Нет, любовь к тебе на это не влияет. Это любовь к родной природе. Я и раньше приходил сюда и подолгу смотрел на течение реки, на траву, на листья на деревьях, – сказал Григорьев.

– А я полюбила природу по-настоящему только с тобой. А может быть, я просто поняла, что я любила ее всегда, но просто почему-то не показывала этого?

– Так и есть. Сейчас сложно найти человека, который любит природу. Это сейчас не модно и не приветствуется. Если представить себе человека, который просто лежит на траве и улыбается, то можно подумать, что он либо пьян, либо под наркотой.

– Ты прав. Если бы нас кто-то увидел, подумал бы, что мы сумасшедшие. Нельзя же просто так улыбаться и радоваться безо всего.

– Можно, – сказал Илья и посмотрел на противоположный берег, где вдали из-за кустов показалась компания с пивом и мангалом. Оттуда доносилась музыка, больше похожая на ритм шаманских танцев.

– Вон видишь, там люди отдыхают, – показал Григорьев в сторону противоположного берега, – вот они все делают по нормам современной жизни: пиво, водка, шашлыки. Это мы с тобой два дурака безо всего. Неудобные люди, у нас свое мнение, да еще и противоречащее западу.

– И что? Мы же счастливы, – возразила Женя, прижавшись к Илье и обняв его сзади рукой.

– Вот если бы наши далекие предки увидели бы эту картину, кого бы они посчитали сумасшедшими: нас или их?

– Наверное, не нас, – рассмеялась Женя, – но сейчас же не древние времена. Так что иногда стоит жить в настоящем. Я замечаю, что тебе иногда сложно жить в сегодняшних условиях.

– Да, но мудрости прошлого никто не отменял, – заявил юноша и прислонился своими очками к очкам девушки.

– Вот есть у Лермонтова «Герой нашего времени», а ты мог бы быть героем, но в прошлом, поэтому ты – герой не того времени.

– Может быть, – усмехнулся Илья и поцеловал Женю.

– Ты не выживешь в этом мире, если так и будешь жить в прошлом. Когда-то ты помог мне. Пора мне начать учить тебя, – сказала девушка.

Герои лежали на траве, болтали о чем-то и радовались тому, что они вместе, что греет солнце и всему, что их окружает…

***

И все же сложно понять, кем же является Илья Григорьев? Он в чем-то Иванушка-дурачок, в чем-то царь-батюшка, а в чем-то средний сын, который был ни так, ни сяк. В общем, сказочный персонаж или герой не того времени. А как известно, жизнь не сказка, поэтому жить такому сказочному персонажу будет нелегко. Если конечно, ему не будут помогать любимая девушка, друзья и широкая русская душа.