# В кривом зеркале. Провокатор (23 января 1909 г.)

Вацлав Вацлавович Воровский

Поводом к его написанию послужило нашумевшее дело Евно Азефа и Алексея Лопухина, приковавшее к себе внимание русской и зарубежной общественности. Один из руководителей ЦК партии эсеров и ее террористических групп, Азеф был тесно связан с царской полицией. Дело Азефа приняло особенно скандальный оборот после того, как бывший директор департамента полиции Лопухин, находившийся долгое время в контакте с Азефом, подтвердил, что разоблачения в адрес Азефа – подлинная правда. Лопухина арестовали, обвинили в сношениях с заграничным центром эсеров и приговорили к поселению в Сибирь. «Еще до недавнего времени, – писал по этому поводу Воровский в статье „Из записной книжки публициста“, – органы правительства энергично открещивались от прямой связи с провокационной агентурой. Опубликованное теперь официальное сообщение по делу Лопухина должно произвести… впечатление грома среди ясного неба. Ибо в этом сообщении правительство официально подтверждает факт организации провокатуры как государственного института и разоблачение провокатора (т. е. Азефа) приравнивает к государственному преступлению» («Одесское образование», 21 января 1909 г.).

# Вацлав Воровский. В кривом зеркале. Провокатор (23 января 1909 г.)

– Вы знаете, он оказался провокатором!

– Да, да, представьте себе! Какой ужас!

– И каким опасным провокатором!

– Прямо уму непостижимо!

– Нет, вы подумайте, человек долгие годы служил и нашим и вашим.

– И никто не знал, что он – правительственный агент или революционер.

– Исполнял ответственные функции в департаменте полиции…

– Перебрал уйму казенных денег!

– И в то же время, оказывается, был членом центрального комитета ужасной подпольной партии!

– Членом-учредителем, ибо он ведь там с самого начала партии орудовал!

– Организатором боевой дружины, задачи которой – истреблять влиятельных и опасных для революционеров должностных лиц!

– Мало того; организатором целого ряда ужаснейших покушений!

– Правительство было уверено, что он честно служит делу, следя за происками революционных изуверов…

– А он в это время сообщал этим самым революционерам служебные тайны и подготовлял покушения!

– Революционеры же думали, что он предан им душой и телом и повиновались ему, как вождю…

– А он в то же время предавал их, служа департаменту полиции!

– Это, знаете ли, прямо из сказки какой-то…

– Из ужасного уголовного романа!

– Что в сравнении с подобной эпопеей все Шерлоки Холмсы?

– Что все Наты Пинкертоны?

– Но какое самообладание у человека: целые годы играть гнусную двойную роль и спокойно жить, посещать знакомых, появляться в публичных местах!

– Каждую минуту ожидать страшного разоблачения…

– Не быть уверенным, что где-нибудь в тиши уже готовится роковой приговор преданного правительства…

– Или преданной революционной партии…

– Думать, что может быть уже палач готовит виселицу…

– Или что кровожадный революционер уже точит нож…

– И спать спокойно, и есть, и позволять себе всякие развлечения…

– Нет, это, знаете ли, преопасная личность!

– Этот человек страшнее целой партии бомбометателей!

– О, да – это ведь «душа бомбы», говоря языком Метерлинка.

– Совершенно верно – именно душа бомбы!

– Бррр…

– Но какое счастье, что правительство решилось на энергичные меры…

– То есть, какие собственно?

– Что оно арестовало это чудовище и сразу рассекло Гордиев узел интриги.

– Арестовало? Но вы заблуждаетесь. Он вовсе не арестован, он бежал – по одним сведениям в Южную Америку, по другим – в Японию.

– Да что вы, батенька, проспали? Вы газет, должно быть, не читаете!

– Оставьте неуместные шутки. Еще три дня тому назад сообщалось в газетах, что Азеф скрылся неизвестно куда.

– Азеф? Причем тут Азеф?

– Как причем? Да о ком же вы все время говорили!?

– Известно о ком – о Лопухине!

– ??!??

> Фавн

> «Одесское обозрение»,

> 23 января 1909 г.