# В кривом зеркале (21 октября 1908 г.)

Вацлав Вацлавович Воровский

Жена председателя Одесской земской управы П. Аркудинского держала в своем доме по Малой Арнаутской улице в Одессе 90 собак. В ответ на жалобу жильцов об антисанитарном состоянии дома городская управа и полиция распорядились изловить собак и отправить их на живодерню. Воровский пользуется этим случаем как поводом для осмеяния либералов.

# Вацлав Воровский. В кривом зеркале (21 октября 1908 г.)

Мною получено следующее письмо, которое я сообщаю, в интересах общественного порядка и социального мира, в неизмененном виде:


Милостивый государь

г-н Фавн!

Так как Вы своей нижней половиной принадлежите тоже к миру животных (хотя и двухкопытных), мы позволяем себе надеяться, что встретим в Вашем лице беспристрастного и неподкупного защитника справедливости. А большего мы и не ждем.

В течение тысячелетий мы покорно и безропотно сносили иго рабства, навязанное нам человеком, превратившим нас из свободных обитателей природы в «домашних животных» (фи!). Как нам ни тяжело было мириться с этим, мы покорились и молчали. Ибо мы принципиальные сторонники законности и порядка и свято чтим[1] созданную людьми конституцию человеческого общества, хотя при выработке ее мы и не участвовали.

Но являясь сами ревностными апологетами законности и частной собственности[2], мы требуем и по отношению к себе законного и конституционного образа действий. Пусть с нами поступают сурово, подчас даже жестоко, – но чтобы это было по закону. Ибо мы законники и конституционалисты.

Между тем, политическая реакция, охватившая в последнее время все русское общество, привела к целому ряду незаконных и неконституционных действий, в том числе и по отношению к нам, так называемым «домашним животным». К ужасу и позору всего цивилизованного мира, группа русских интеллигентов-писателей (а мы еще считали их «прогрессистами») позволила себе самым диким образом издеваться над свободой, честью и даже жизнью наших товарищей кошек!

Мы не будем здесь повторять этих, возмущающих до глубины души всякого зверя, поступков модернистов-кошкодавов – они слишком еще памятны всем! – и укажем на новый факт зверства, pardon, – человечности, имевший на днях место в нашем городе. Вы уже догадываетесь, что мы имеем в виду страшное избиение наших братьев в доме г-жи Аркудинской.

Наше городское самоуправление (мы не будем здесь касаться его деятельности в целом) этим фактом окончательно сорвало с себя маску и предстало во всей своей наготе. Ворваться во двор почтенной дамы, переловить на ее глазах ее любимых собак, грубо нагрузить их в повозку, увезти на… (бр…) живодерню и там отравить… Да, на это способен только человек!

Мало того: это жестокое насилие над нашими братьями сопровождалось еще более жестоким глумлением: «Будут хорошие лайковые перчатки», – приговаривали эти господа, швыряя в колымагу товарища мопса и товарища фокстерьера. Какой ужас! Взять живое существо за шиворот и рассказывать ему, какие из него перчатки выйдут! Представьте себе только, г. Фавн, что бы пережили Вы, если бы Вас арестовали и начали бы расписывать, какой изящный ранец для гимназистки выйдет из ваших задних ног.

И чем же оправдывают эти господа свое грубое нарушение основных законов 24 апреля 1906 года?[3] Исключительно тем, что двор г-жи Аркудинской содержался якобы в антисанитарном состоянии и что, содержа, по их словам, 90 собак, она-де платила городской сбор только за 13.

Как жалка человеческая логика! Неужели она может казаться убедительной людям?

Мы слыхивали, что за неуплату податей и даже больничных сборов человеческий плебс подвергается сугубым карам. Но нам неизвестен случай, чтобы за это делали из чернорабочих лайковые перчатки! За что же такая несправедливость к нам? Да и притом же те 13 наших друзей, друзей, которые уплатили полагающийся с них сбор, – тоже были превращены в лайку!

Где же справедливость? – спрашиваем мы. Неужели люди не понимают, что такое поведение подрывает веру в прочность конституционных учреждений? И если само общество не отзовется на это грубое попирание Великой Хартии, то кто же нас защитит?

Примите дружеское виляние хвоста[4].

Правление объединенного общества собак и кошек г. Одессы.


Письмо это заслуживает самого серьезного внимания. Кажется, что наше городское самоуправление на этот раз, действительно, зашло слишком далеко.

> Фавн

> «Одесское обозрение»,

> 21 октября 1908 г.

# Сноски

1

Товарищи кошки остались по этому вопросу при особом мнении.

2

Хотя мы и демократы, все же не можем взять на себя ответственности за дворняжек и пр. пролетариев.

3

24 апреля 1906 г. был опубликован царский указ, урезывавший права думы.

4

Товарищи лошади отказались подписаться под этим письмом. После того как были отменены кнуты, эти животные стали заметно уклоняться в сторону оппортунизма.