Название книги:

Нерассказанная сказка Шахерезады

Автор:
Ольга Володарская
Нерассказанная сказка Шахерезады

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+
* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Володарская О., 2022

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022

Пролог

Он переживал так, что стучали зубы.

Справиться с нервами не помогали ни алкоголь, ни никотин. Что уж говорить о дыхательной гимнастике. Кулик начал практиковать ее, когда был в завязке, чтобы справляться со стрессом. Тогда помогало. Точнее, он убеждал себя в этом. Получается, еще и самовнушением занимался.

Он налил себе водки. На закуску оливки, хорошо, не с лимоном. В желудке и так повышенная кислотность. Кулик не просыхал уже неделю. До этого лишь изредка прикладывался к рюмке. А большую часть жизни не пил совсем. И не курил. Без допингов мог чувствовать себя если не счастливым, то довольным. Он обожал свою работу и музыку. Был фанатом Вертинского. Слушал виниловые пластинки, собирал их. Но под хмельком не ставил. И поцарапать боялся, и не мог насладиться романсами. Затуманенный мозг этому мешал.

Кулик подошел к зеркалу, глянул на себя. Опух лицом, но похудел телом, что не удивительно. Он пил водку и только закусывал. Нормально поесть не получалось. Готовить было лень, пищу из демократичной доставки он не воспринимал, а на ресторанные блюда не было денег. Но ничего, в ближайшее время у Кулика их будет столько, что он сможет нырять в груду золота, как мультипликационный утенок по имени Скрудж. Он тоже из птичьей породы.

Совсем скоро Кулик выйдет на сделку, после которой заживет.

Он снова посмотрел на себя. На лице мелкие порезы. Вот что значит бриться нетрезвым. Флакон с любимым одеколоном был под рукой, Кулик обрызгал себя.

Потом надел на запястье шикарный «Ролекс». Его он получил в подарок от большого французского политика.

Не считая опухшего лица, Кулик был хорош. Чист, брит, наряден. В таком виде и нужно встречать большие бабки. А их вот-вот подвезут. И необходимо отпереть дверь, чтобы они пришли беспрепятственно…

Кулик решил еще выпить и покурить. Стопка, сигарета…

Приятный ветерок влетел с улицы в окно. Водка начала-таки действовать. Пришел покой к Кулику.

Он закрыл глаза и стал напевать романс Вертинского. Он знал наизусть их все…

И вдруг!

Боль, адская боль разорвала голову. Кулик схватился за нее и увидел кровь. Она была густой, как желе, но ягодами не пахла.

«Я умираю? – удивился Кулик, поняв, что его ноги подкашиваются. – Как же так? Я должен вот-вот разбогатеть! И нырнуть в груду монет, как утка из мультика…»

То была последняя его мысль. Сознание померкло, и Кулик погрузился не в золото, а в абсолютную темноту…

Часть первая

Глава 1

Руслана, Лана, не считала себя проституткой. Другие – да. Те люди, что любили навешивать на прочих ярлыки. Раз спит с разными мужиками и иногда берет у них деньги, значит, шлюха. А Лана, меж тем в первую очередь искала любовь. Знакомясь с мужчиной, она надеялась, что это «тот самый» и делала все, чтобы ему понравиться. А так как самым лучшим, что у нее получалось, был секс, то она показывала класс в постели. И старания ее не оставались без внимания. Все, с кем она спала, отмечали, что она великолепная любовница. И звонили еще. Вот только хотели они всегда одного и того же – снова затащить ее в постель, не более. Как будто кроме своего горячего лона, умелого рта и пары отличных грудей она не может ничего предложить мужчине. Они категорически не желали видеть в ней личность. Кто-то говорил, сама виновата. Но Руслана не понимала, почему? Если она отдается заинтересовавшему ее мужчине в первый день знакомства и делает все, чтобы доставить ему удовольствие, это же не значит, что она пустышка! Неужели ломаки, мнимые девственницы, динамщицы, заслуживают больше уважения, не говоря уже о любви? И когда Лана понимала, что снова ошиблась, и метала бисер перед очередной свиньей, она обижалась. Сначала на мужчину, затем на судьбу. Впадала в короткую депрессию, а когда выходила из нее, то впредь соглашалась встретиться с тем, кто разочаровал ее, только за деньги. Так она мстила. А заодно зарабатывала. Хотя, в принципе, могла обойтись без дополнительного дохода. У нее имелась хлебная профессия – повар. А так как готовить она умела, то была на хорошем счету в своем кафе. Неплохо зарабатывала и домой еду таскала. Но деньги никогда лишними не бывают. Поэтому Лана брала их…

Серьезные отношения у нее были дважды. Первые – в ранней молодости, она вышла замуж, едва став совершеннолетней. Но брак продлился полтора года. Супруг категорически не желал обеспечивать жену, считая, что раз у них всегда есть в доме еда (Руслана после училища устроилась в заводскую столовую и таскала продукты сумками), то можно расслабиться и ничего не делать. Еще он отправил жену на аборт, когда она забеременела. Сказал, рано. Надо для себя пожить. Но получалось, что для себя живет только он, а Лана… для него!

Спустя семь лет в ее жизни появился новый мужчина мечты. Он работал водителем автобуса, и Руслана познакомилась с ним, когда возвращалась с работы. Увидела в зеркале его глаза и влюбилась. Орехово-карие, в окружении черных ресниц, она походили на два куска янтаря. Только сверкали ярче!

Она сама дала ему свой телефон – он не спрашивал. Сунула записку, перед тем, как выйти. Он позвонил спустя два дня. Они встретились и… Он остался у нее! Сказал, она женщина его мечты. Думал, таких не бывает, чтоб и симпатичная, и готовила прекрасно, и в постели была богиней. О том, что Лана еще имела свое жилье, пусть и весьма скромное, он умолчал. Хотя, как потом она поняла, именно оно сыграло решающую роль. Руслана – москвичка. Коренная. Не только она сама, но и ее родители родились в столице. А вот ее деды с бабками приехали в Москву из таких замшелых провинций, что внуки даже представить не могли, где те населенные пункты, откуда родом их предки, находятся. Все работяги. Что деды, бабки, что родители. Трудились честно всю жизнь. Вкалывали. Поэтому особых богатств не имели, но что-то нажили. Например, жилье. Когда получали его дед с бабкой по линии отца, думали, что оказались в жо… не самом лучшем районе Москвы. Иначе говоря, на такой окраине, что если в масштабах страны ее рассматривать, то это почти та самая замшелая провинция, откуда они родом. Но годы прошли и… Оказалось, что район, когда-то считавшийся «задницей», стал если не престижным, то достойным. Двушка в нем стоила вполне прилично. И когда дед с бабкой преставились, внуки, коих было трое, продав их квартиру, смогли очень хорошо поправить свое благосостояние. Ланина сестра купила себе дорогую машину. Двоюродный брат землю под участок. А она умудрилась пробрести комнату в общежитии гостиничного типа. Не самое лучшее жилье, конечно, но собственные тринадцать метров комнаты, плюс кухонька, туалет и кладовка. Душ общий. Но его можно втиснуть в гостинку. Был бы мужик с руками, так вообще без проблем.

Только ее любимый ничего делать в ЕЕ доме не желал. Вот если бы Лена прописала его, провинциала, тогда да. А так… Чего это ему стараться? Он свой труд и деньги в жилье вложит, а она себе другого найдет и вышвырнет его после. Он ей никто, просто сожитель бесправный. В словах этих был резон, и Лана начала подумывать о том, чтобы милого прописать, да вмешалась мама. Сказала, сделаешь так, лишу наследства. Ни в бабкиной квартире (одна из двух была еще жива) доли иметь не будешь, ни в моей. Если бы Руслана в своем волооком водителе была уверена, наплевала бы на наследство. Любовь важнее! Но когда мужчина готов на тебе жениться только в случае, что ты его пропишешь, а начать что-то делать по дому намерен лишь после этого… Возникают сомнения в искренности его чувств. Был у Ланы уже никчемный муж. Сидел на шее, не помогал, зато много требовал. Ладно, не оттяпал ничего при разводе, поскольку жили на частной, а ценных вещей не имели. Да и откуда им взяться, если работает только жена?

Еще полгода Руслана пожила со своим водителем. Но милый загулял, и… Нет, она не выгнала его, он сам ушел. Но с новой пассией не сложилось. Не так сытно, уютно было. Да и в сексе та оказалась не такой горячей. Думал вернуться к Лане, но она не приняла. Допустила до тела несколько раз, поимела немного денег, да и дала от ворот поворот.

Больше Лана не влюблялась. Ей нравились многие, если не сказать, все. Кто приласкает, тот и хорош. Она могла бы проникнуться серьезным чувством к одному из них, да ей не давали шанса. Ни один не отнесся с уважением, не захотел узнать ее, как человека, помочь просто так, без ожидания расплаты за это. Но хуже всего – мужчины бросали ее первыми. И те, с кем конфетно-букетный период длился аж несколько дней, и кому она отдавалась в вечер знакомства. И кого она просто просила повесить гардину или собрать шкаф, и те, кто давал деньги, чтобы для этого она наняла мужа на час. И симпатичные, и паршивенькие. И водитель, и начальник гаража. Последний был Ланиной гордостью. Видный, воспитанный, на «БМВ», пусть не новом. Он не приходил с пустыми руками, всегда фрукты, шампанское, тортик. А не как некоторые: «Есть че пожрать?» Но, увы, женатый. Он тоже бросил Лану, посчитав слишком навязчивой, ведь такие дамочки – угроза благополучной семейной жизни.

О принцах Руслана не мечтала даже в детстве. А в зрелости и подавно. Бизнесменов или докторов наук у нее не было. Она прекрасно понимала, что богатого, как и очень умного, не заинтересует. Да и негде ей было с ними знакомиться!

 

В сказку Лана играла только в отпуске. Она брала его сразу на месяц. Неделю готовилась, а на три покупала путевку в Турцию. В дорогой отель, где не только сервис, но и красивые сотрудники, много магазинов на территории, и почти во всех продавцы мужчины. У Русланы в каждую поездку случались яркие романы. Ей говорили много красивых слов, совершали ради нее поступки. На ней даже жениться обещали. И первый раз она поверила. Но ее обманули, и она перестала относиться серьезно к своим турецким кавалерам. Некоторыми пользовалась по малости, отдавалась за подарочки, с другими играла в любовь.

…Руслане перевалило за тридцать, а жизнь не изменилась: та же работа, сомнительные кавалеры, гостинка с общим душем. На персональный она скопила, но решила не вкладывать деньги в свою халупу. Бабушке уже за девяносто перевалило, скоро ее внучкам перепадет наследство. Но старушка, хоть и жаловалась на здоровье ежедневно, на тот свет не торопилась. И переезжать не желала. Не в дом престарелых, нет! К дочке. Та предлагала забрать ее к себе, прописать, а квартиру продать, пока она не обветшала окончательно, и разделить деньги на троих. Бабка боялась, что ее обманет собственное чадо. Внучкам же она тем более не доверяла. Обе проститутки! Только старшая, Люська, дорогая, живет хорошо, жирно, а младшая, Ланка, дешевая, даже душ не может себе сделать. Жир у нее только в боках. Бабка первая наклеила на Лану ярлык, остальные подхватили. К сестре же прозвище не прилипло, хотя и она не отличалась моральными принципами, могла и загулять, и мужика раскрутить, и стянуть у пьяненького любовника денежки из кошелька. Но выглядела как девушка-ромашка, поэтому никто о ней дурно не думал, одна бабка.

– Вот по́мру, делайте, че хо́чете, – неизменно отвечала она, окая, да еще коверкая слова. Столица ее не изменила, бабка оставалась деревенской, и внучки в детстве ее стыдились.

Но если на улучшение жилищных условий Лана все же рассчитывала, то на личное счастье… Увы и ах… Лишь слабо надеялась.

Женщинам их рода вообще с мужиками не везло. Бабкин супружник повесился. Мамин, отец Ланы и ее сестры, скоропостижно скончался, не дожив до пятидесяти. У Люси мужа посадили. Хорошо, не с конфискацией. Поэтому и жила более или менее. Не жирно, как считала бабушка, но приличнее, чем сестра. Но в отличие от Ланы не могла открыто гулять. Она воспитывала дочь (опять дочь!), ждала мужа с зоны и вела себя осторожно. Надеялась на счастье в будущем. Не таком и далеком – благоверному дали «всего» восемь лет.

…Как-то пятничным вечером Руслана вышла из кафе, в котором работала, с битком набитыми сумками. Заведение было большим, на первом этаже – столовая быстрого питания, на втором – два банкетных зала. В них устраивались и юбилеи, и бюджетные свадьбы, и поминки. Последнее, пусть и скорбное мероприятие, радовало работников больше, чем остальные. Готовить можно было без изысков, к сервису никто не придирался, более того, их благодарили бутылочкой или конфетками, а сколько можно домой продуктов унести! От пятикилограммового куска мяса отрезать одну треть (они не наглели, половину не зажимали), а из остального сварить и суп, и гуляш, а обрезки пустить на фарш для пирогов. С рыбой еще проще. Головы на уху, хвосты на икру. Они их проваривали с манкой, добавляли масла, намазывали на белый хлеб, накрывали долькой маринованного огурца и получались отличные бутерброды.

В ту пятницу Лана и поминки отработала, и в столовой на раздаче постояла. В итоге набрала продуктов и на ужин, и на завтрашний выходной, и впрок. Еще и бутылку кагора получила от скорбящей вдовы. На помин. Но устала жутко. Работа повара тяжела. Тут и жара, и тяжелые чаны, и суета, и травмы: то порежешься, то обожжешься, то уронишь на себя противень. В дорогих ресторанах, наверное, все иначе, но Лана туда не совалась. Привыкла пюре готовить да салаты витаминные, украшать все розочками из свеклы. А чтобы в топовое место устроиться, нужно для начала пройти обучение, получить сертификат, а, главное, произвести впечатление на шефа, чтобы он взял к себе хотя бы чистить овощи. Руслане было жаль денег на курсы, а очаровывать она умела мужчин простых и определенным образом.

«Приеду домой, – размышляла она, топая к метро с тяжелой сумкой, – сполоснусь, открою винцо, брошу в него кубики льда, закушу сыровяленой колбаской да оливье, сяду за ноутбук. В вечер пятницы многие мужчины грустят, поэтому ищут развлечения на сайтах знакомств. И тут я, чуть хмельная, готовая если не на все, то на многое…».

Мысли оборвались в момент, когда Руслана почувствовала удар. Он пришелся на бок. Сильный и стремительный, он свалил ее с ног. Лана рухнула на асфальт, выпустив сумку, и уже лежа наблюдала за тем, как из нее вываливаются продукты – контейнеры с готовой едой, пакеты с рыбой и курицей, помидоры, персики…

Как бьется бутылка кагора, и вино разливается. Его ей было особенно жаль, поминальное все же.

Чуть отойдя от шока, Лана хотела встать, но голова закружилась, и ей не удалось подняться. Упала снова. Да в красную винную лужу.

– Женщина, вам жить надоело? – услышала Лана сердитый мужской голос над своей головой. – Что ж вы в неположенном месте дорогу переходите?

Руслана на «женщину» обиделась. Ей тридцать с небольшим, она еще «девушка».

Тем временем мужчина подошел к ней и помог подняться. Руки у него оказались очень сильными, и восьмидесятикилограммовая Лана пушинкой взметнулась вверх. Ее поставили на ноги и поддержали за плечи, пока она не зафиксировалась.

– Да вы вся в крови! – ужаснулся мужчина. – Что, так сильно ушиблись? Где болит?

– Болит все. Но это не кровь, а кагор. – И вяло махнула рукой в сторону разбитой бутылки.

– Если все, надо в больницу. Садитесь в машину, я отвезу вас.

– Не надо. На мне все как на собаке заживает.

– Это для моего успокоения. Чтоб угрызения совести не мучили.

Только тут Лана подняла глаза на мужчину. До этого она шарила ими то по телу своему, то по разбросанным продуктам, то по тротуару, с которого, замечтавшись, сошла раньше времени – до пешеходного перехода было еще метра три…

Итак, она подняла глаза и обомлела. Перед ней стоял принц! Высокий, красивый мужчина с густой седоватой шевелюрой и идеально выбритым подбородком. Одет как с картинки: костюм, галстук, рубашка цвета миндаля, она подчеркивает и загар, и цвет глаз.

«Нет, не принц, – возразила самой же себе Лана. – Султан!» – Она обожала турецкие сериалы про гаремы, и влюблялась то в одного героя, то в другого. Мужчина, что сбил ее, имел европейскую внешность с некрупными чертами лица. Ни тебе выдающегося носа, ни огромных глаз, ни густых бровей…

«И все равно султан, – простонала про себя Руслана. – Моего сердца!»

– Девушка, вы теряете сознание? – заволновался он.

– А?

– У вас взгляд странный.

Еще бы! Видеть перед собой такого красавца, стоять рядом, чувствовать тепло его руки (одной он все еще придерживал ее под локоток), вдыхать аромат его парфюма…

– У меня просто немного закружилась голова, – пролепетала Лана. Она отметила, что, рассмотрев ее, султан перевел пострадавшую в разряд девушек. Это радовало.

– Сотрясение, наверное. Говорю же, в больницу надо. Давайте я вам помогу в машину сесть, – и он повел ее к своему белому «Мерседесу».

Руслана сделала несколько шагов, но вспомнила о продуктах, разбросанных по дороге, и обернулась. Она прикидывала, какие из них можно спасти. Выходило, что курицу, рыбу, они в плотных пакетах, и те не разорвались, а еще икру минтая в банке и оливки. Да и сумку оставлять не хотелось. Она недорогая, холщовая, но удобная, вместительная.

– Собрать бы все, – сказала Лана султану.

– Я все сделаю, а вы садитесь. – И открыл перед ней дверь.

Она забралась в салон. Тоже белый. Только тут Лана сообразила, что может перепачкать все. Благо, в сумочке через плечо имелись влажные салфетки, и она стала вытирать руки, запачканные штаны, футболку. На всякий случай и кеды протерла, чтоб не наследить. В этом шикарном «мерине» даже коврики стоят, наверное, как персидские.

Султан быстро собрал все, что валялось, включая контейнеры и разбитую бутылку, закинул в ее холщовую сумку и… Швырнул ее в урну!

Запас продуктов на неделю перекочевал в мусорку, но Лана мужественно это стерпела. Другому бы мужчине таких словесных тумаков отвесила, что мало бы не показалось. Но разве можно упрекнуть в чем-то султана? Он просто не понимает, как это, подбирать с дороги продукты. Раз упали – на выброс. Как и запачканную сумку. А Лана бы ее постирала в машинке – ее она, благо, купила и подключила.

– Как вы тут? – спросил султан, вернувшись к «мерину» и открыв водительскую дверь.

– Нормально. Только пить хочется.

– Вода перед вами, открывайте. – И указал на бутылку «Боржоми», воткнутую в одну из ячеек панели между креслами. – Голова больше не кружится?

– Нет.

– С болью что?

– Коленку только саднит. И в боку ломит.

– В больницу…

– Не надо. Домой отвезите, а то я грязная, неудобно в метро в таком виде.

– Ладно, больше уговаривать не буду. Домой, так домой. Говорите, куда.

Она продиктовала адрес, он вбил его в навигатор, затем завел мотор. «Мерседес», тихо урча, тронулся. Стартовал быстро, но мягко.

– Вас как зовут? – спросил султан.

– Руслана.

– Интересное имя.

– Мальчика ждали. Руслана. А родилась я. Но меня все Ланой зовут.

– Что ж вы, Лана, под колеса машин кидаетесь? До перехода не доходите?

– Я задумалась. И устала, если честно. Две смены отпахала.

– А я, грешным делом, подумал сначала, что вы намеренно.

– Не поняла?

– Машина дорогая. С владельца такой есть, что поиметь.

– Но это же я нарушила правила. А у вас регистратор. Странно было бы что-то с вас требовать.

– Не все такие умницы, как вы, – улыбнулся султан. Зубы у него оказались белоснежными, ровными. – Многие на авось действуют. Кинулся под колеса, а там будь что будет.

– А вас, извините, как зовут? – спросила Лана, радующаяся уже не только «девушке», но и «умнице».

– Антон.

– Как прозаично! – едва не ляпнула она, но вслух сказала: – Мне от вас, Антон, ничего не нужно.

– Да я понял уже, извините. – Он включил тихую музыку. И это был мелодичный русский рок. – У вас сумка была полна продуктов, и они все пропали. Позвольте, я куплю вам что-нибудь взамен?

– Ай, перестаньте, – по-барски махнула рукой Лана. – Я повар, и у нашего брата всегда есть дома съестное.

– Но его же готовить надо. А вы устали.

Какой заботливый. И вежливый. Хозяин их кафе с простыми смертными через губу разговаривает, считает себя большим человеком, а этот султан с уважением.

– А вы хороший повар, Лана? – спросил вдруг он.

– Неплохой. Но я без изысков готовлю. А что?

– Я видел в контейнере рататуй. Очень он аппетитно пах.

– Вы об овощном рагу? Да, я умею его готовить. Главное, сначала кабачки чуть на мучке прижарить, тогда они не расплывутся.

Антон с улыбкой кивнул, затем заехал на стоянку супермаркета, что попался по пути.

Оставив Руслану в машине, он направился в магазин. Вернулся быстро. С картонным пакетом. Поставив его в багажник, уселся в свое кресло, пристегнулся и завел мотор. Лана надеялась на продолжение их ни к чему не обязывающей, но приятной беседы, но султану позвонили, и всю оставшуюся дорогу он говорил по телефону. Причем, по-английски, и Лана ничегошеньки не поняла.

Когда автомобиль остановился у ее задрипанной девятиэтажки, Лана почувствовала разочарование. Ей не хотелось выходить. Так бы ехала и ехала в шикарной машине со сногсшибательным мужчиной… В закат!

– Вот и мой дом, – констатировала факт Руслана.

Он кивнул. Вышел из машины, обогнул ее и открыл перед Ланой дверь. Она стала неуклюже выбираться, Антон помог ей. Затем достал пакет из багажника, протянул.

– Всего вам доброго, Лана.

– И вам. Спасибо, что подбросили.

Она знала, что за ней наблюдают соседи. Те, кто считают ее проституткой, кто просто шалавой. На лавке во дворе компания пиво пьет, на подъездных балконах кто-то курит, на детской площадке мамочки выматывают своих детей, чтоб те быстрее заснули, бабки-сплетницы не гуляют, но торчат у окон, бдят.

Для них Лана и решилась на поцелуй. Короткий, в щеку, и все равно… Султан явно не ожидал от девушки такого, опешил. Но не отпрянул. Коснувшись губами его скулы, Руслана развернулась и быстро зашагала к подъезду. Проходя мимо пьющей пиво компании коротко бросила: «Добрый вечер» и скрылась за дверью.

Зайдя в квартиру, первым делом поставила греться воду. Потом умылась и стала разбирать пакет. Антон купил ей много всякой вкуснятины.

– Филе семги, телятина, лисички, – перечисляла Лана, выкладывая продукты на стол. – Это впрок. Что на сейчас? Роллы с угрем, рататуй, иначе говоря, овощная запеканка, салат какой-то диковинный, – его она решила попробовать в первую очередь. – Сыр бри и фета, фрукты, овощи, много зелени, бутылочка итальянского оливкового масла и… – Лана достала последний предмет, лежащий на дне и обернутый мягкой сеткой. – Красное вино из Франции!

 

Хорошая замена дешевому кагору. Им Лана и помянет покойного. Но после водных процедур.

В кладовке, куда ее соседи втискивали душевую кабину, она оборудовала помывочную. На полу пластиковое корыто. На расстоянии полутора метров от пола таз на подставке. Еще выше канистра с краником, туда она воду заливала. Каменный век, конечно. Но жить можно.

Помывшись, Лана облачилась в халатик, расчесала волосы: средней длины, рыжие. Она красила их хной. Брови и усики, довольно густые, выщипывала. Макияж любила яркий, но наносила его только вечером: на работе все поплывет. Одевалась призывно, и не только на выход. Даже сегодня на ней была футболка с очень глубоким v-образным вырезом. Если твоя грудь хороша, грех ее скрывать.

Открыв бутылку и контейнер с салатом, Лана села за стол. Выпила вина, поела. Налила второй бокал, намыла фруктов, после чего переместилась на кресло и открыла ноутбук. Пора на охоту!

Руслана листала анкеты мужчин, попутно отвечая тем, кто ей писал. Но чем дольше она сидела на сайте, тем хуже становилось ее настроение. Те, кто еще вчера интересовали ее, поблекли. Новые лица не впечатляли. Они были не просто не симпатичными, а глупыми, дегенеративными. Диалоги тоже удручали. Примитивные подкаты, невнятные или пошлые предложения, безграмотная речь.

Не желая того, Лана вспоминала Султана Антона и сравнивала завсегдатаев сайта с ним. Интересно, где знакомятся мужчины, подобные ему? Явно не здесь. На приемах? Брифингах? В театрах? Путешествиях? В турецких пятерках Лана таких, как Антон, не встречала. Были приличные мужчины, но с семьями. А одинокие, богатые и красивые, по всей видимости, выбирают другие направления.

Когда настроение знакомиться пропало окончательно, Лана закрыла компьютер, налила себе третий фужер, включила турецкий сериал и смотрела его до ночи. Потом немного поплакала и уснула.

На следующий день Руслана встала, приготовила рыбу. Половину куска засолила, другую потушила для бабушки. Еще испекла ей пирог с яблоками и персиками, оставшимися с ужина. Сложила гостинцы и отправилась навещать старую ворчунью. Делала Лана это не часто, но раз в месяц считала своим долгом проведать бабку. Чаще не то чтобы не могла, не хотела. От старухи слова доброго не дождешься. Не ругает внучку только когда ест. Поэтому Лана всегда с угощеньем приезжала.

У бабушки она пробыла недолго. Сбежала через час. Спасибо сестре, вовремя позвонила, и Лана наврала про срочный вызов на работу. Старуха не поверила. Решила, к очередному мужику поскакала. Но она встретилась с сестрой, вместе они прошлись по торговому центру, купили по недорогой обновке, выпили кофе. Люся звала Руслану с собой. Она на работе познакомилась с командировочными сибиряками, веселыми мужиками при хороших деньгах, которые не прочь были провести вечерок в приятной женской компании. К удивлению Люси, сестра отказалась. И поехала к домой.

Добралась Лана к шести часам. Впереди целый вечер. А можно было бы и часть ночи зацепить, потому что завтра ей к обеду. Зря, наверное, отказалась от предложения Люси. Да, с сибиряками нет даже слабой надежды на перспективу. Мало того что иногородние, еще и глубоко женатые. Но сидеть в свой выходной дома – это не ее стиль.

Так думала Руслана, бредя к подъезду. И ругала себя за то, что не купила шампанского. С ним вечер был бы не таким скучным.

– Здравствуйте, Лана, – услышала она знакомый голос и зарделась.

Султан ее сердца!

Это он зовет ее. И стоит рядом с темно-вишневым корейским внедорожником. Но где же белый «Мерседес»?

«Антон водитель, – предположила Лана. – Очень богатого человека. Или его личный помощник. Сам он тоже не бедствует, вон какую себе машину купил, но не миллионер, а, значит, у меня есть шанс…».

– Добрый вечер, Антон! – радостно воскликнула Лана и подошла к Султану. Сегодня он и одет был просто, в джинсы и футболку. На ногах кроссовки. Все фирменное, но не запредельно дорогое. – А где ваш «Мерседес»? Неужели я поцарапала его?

– Нет, с ним все в порядке. Стоит на паркинге. Я за город ездил, а туда лучше на джипе.

– У вас там дача?

– Дом. Но он уже не мой. После развода достался жене.

Не водитель. Не помощник. Богач. И разведенный!

– Лана, вы не очень сейчас заняты? – спросил Антон.

– Нет.

– Давайте выпьем кофе где-нибудь? Есть тихое местечко поблизости?

Она радостно закивала. Благо, возле их общаги были не только палатки с шаурмой да пивнушки, но и нормальные заведения, а все из-за близости вновь построенного на месте снесенных ветхих зданий жилого комплекса. На первом этаже одной из многоэтажек располагалась кофейня «Арабика».

Туда и поехали.

– Вы долго меня ждали? – поинтересовалась Лана, удобно разместившись на сиденье. В джипе она себя чувствовала вольготнее, в нем и просторнее, чем в спортивной тачке, и не так боязно что-то испачкать – салон черный.

– Минут двадцать. Я хотел подняться к вам, спросил у соседки с первого этажа, где живет Руслана, та сказала, что вас дома нет. Ушли утром и еще не вернулись.

– И больше ничего? – Она поняла, что Антон разговаривал с тетей Машей Пацук, первой сплетницей и скандалисткой.

– Предположила, что вы по мужикам таскаетесь, – хмыкнул Антон.

– Я навещала бабушку. Ей за девяносто.

– Лана, не стоит оправдываться. Вы имеете полное право проводить время так, как пожелаете. А стареющие соседки пусть вам завидуют.

«Неужели я ему нравлюсь? – осмелилась предположить Руслана. – Как женщина? А иначе зачем приехал? И ждал меня…»

– Какой симпатичный ЖК, – отметил Антон, подкатив к «Арабике».

– Да. И квартиры тут просторные. Однокомнатные по сорок пять квадратных метров.

– Хотели бы переселиться?

– Конечно. Но тут дорого. Не потяну. – Она приценивалась. И получалось, что даже получив свою часть наследства и продав гостинку, не наскребет на квартиру в этом комплексе. Не меньше миллиона добавлять придется. Для нее это сумма космическая.

– А если будете больше зарабатывать?

– Если раз в пять, – хмыкнула Лана. – Но я не бренд-шеф. Обычный повар, пусть и неплохой.

– У вас есть коронное блюдо?

– Котлеты по-киевски, – без раздумий ответила она. С этим блюдом она выиграла городской кулинарный конкурс когда-то. – Да вообще любые котлеты я отлично готовлю. И рыбные, и печеночные, и капустные. Жареные, запеченные, паровые.

– Тоже есть секрет? – Он не забыл о кабачках для рагу, надо же.

– Да. Но для каждых котлет свой.

За этой беседой они зашли в кофейню и заняли столик у окна. К нему тут же подошла официантка. Она улыбнулась Антону, а на Лану посмотрела с недоумением. В ее глазах читалось: «Что ты, лохушка, делаешь рядом с этим прекрасным мужчиной? Кто ты ему? Не девушка же. Чудес не бывает!» А Руслана уже начала в них верить. Султан Антон заинтересовался ею…

А, может, и влюбился?

Испугавшись собственной наглости, Лана запретила себе думать об этом и сосредоточилась на выборе кофе и пирожного. Заказала латте и чизкейк. Антон взял двойной эспрессо и набор ягодных маффинов.

– А вы умеете делать десерты? – задал очередной вопрос он.

– Кексы с фруктами, вишней, изюмом с закрытыми глазами стряпаю. Считай, те же маффины.

– То есть вы приверженец старой школы?

– Да. Но если что-то новомодное потребуется приготовить, сделаю. Благодаря интернету и рецепт легко найти, и технологическую карту.

– Вы, наверное, уже поняли, к чему я веду?

Руслана покачала головой. Думала, Антон поддерживает разговор на интересующую ее тему. И заодно лучше ее узнает.

– Хочу предложить вам работу, Лана.

– Работу? – переспросила она, будто не расслышала. И тут же схватилась за принесенную официанткой чашку, чтобы закрыть ею лицо. Руслана подозревала, что уголки ее губ разочарованно опустились.

– Да. Повар, что у меня работал, себя дискредитировал, и был уволен. Ищу ему замену, и мне кажется, вы идеально подойдете нам.


Издательство:
Эксмо
Поделиться: