К читателю

Идет всеобщая деградация. Скорость развития технологий обратно пропорциональна скорости социального и культурного упадка. Я имею в виду проблему усталости планеты, не только России, русского народа, который буквально износился в ХХ столетии, а усталости всего человечества. И не только его, но и природы, и земли.

Устало человечество. Я это вижу везде, где бываю. В известной мере «устала» природа, и даже климат нашей планеты кочевряжится почище «дамы на выданье». В Москве зимой тепло, как в русской Америке,– так в пору освоения русскими поселенцами начала XIX века называлась нынешняя Калифорния. А в Калифорнии – снег, метель, как в Москве. Почему такие аномалии? Я это для себя объясняю просто, пусть и не по- научному – климат, природа «устали». Они больше не хотят служить ни себе самим, ни человечеству. Люди все вместе уже несколько столетий нещадно издеваются и над природой, и над климатом. Вот они и «обиделись». Чем для нас обернется такая обида, предсказывать не берусь. Ясно сегодня, что уже ничем хорошим не обернется. Если вовремя не образумимся и не изменим хищническую теорию и практику, сформулированную еще в начале ХХ века «буревестником революции» Максимом Горьким: «Человек – царь природы».

Нет, никакой он не царь и даже не просто господин. Это нам так хочется – царствовать. Не получится. Природа не позволит. Характерно, что на заре человеческой цивилизации люди это прекрасно понимали. Почитайте Гомера, Вергилия, восточных классиков, того же Омара Хайяма, Данте. Не было у них даже намека на некое превосходство перед природой. Если угодно, апофеозом культуры Возрождения стало поклонение природе, поклонение Человеку как органическому творению природы, а не ее творцу, как это почему-то стало модным представлять с конца XVIII века.

Вот почему, имея в центре внимания мою любимую Отчизну – Россию, я все-таки хочу посмотреть на наши беды с мировой колокольни, с позиций «утомленной планеты». По-моему, только такой взгляд и есть наиболее объемный, способный не только распознать сущее, но и спрогнозировать грядущее…

В настоящее время русский народ деградирует и вымирает. И не потому, что достиг дряхлого возраста или иссякли жизненные силы, а по причине невиданных испытаний XX века. Смертельная опасность нависла над существованием российской государственности, ее суверенитетом и способностью действовать в интересах развития нашего многонационального Отечества. Главное зло и все свалившиеся беды обусловлены тем, что со 2 марта 1917 года русский народ был лишен государственности и отлучен от управления страной, которую он создавал в течение тысячелетия. Западу давно известна историческая истина: русский народ жив до тех пор, пока сохраняет свое государство. Отсюда понятно, почему вымирают русские, а вместе с ним и собранные им в единую нацию другие народы и народности. Глобальной системе нужно не государство, а его территория. Поэтому без возрождения государствообразующего русского народа и привлечения его к власти невозможно дальнейшее существование России.

Русские, будучи сами многоэтническим народом и получив соборное воспитание православием, построили единственную в истории империю, где государствообразующий народ не имел никаких преимуществ перед остальными народами. Более того, он не только нес на себе основное бремя государственного строительства, но нередко имел меньше прав, чем вошедшие в империю народы. Отсюда следует, что в данном случае жизненные интересы народа-государствообразователя совпадают с жизненными интересами всех народов России. И русское национальное возрождение не только не несет никакой опасности другим народам страны, но и является необходимым условием их возрождения.

Для решения перечисленных и других глобальных проблем сегодня от народа требуется сверхусилие, на которое русские способны в экстремальной ситуации и при наличии сверхидеала. В обыденной же ситуации русский человек, как правило, расслабляется, иначе никогда не выдержал бы невиданного напряжения в борьбе за историческое выживание. Вместе с тем русский человек не способен к концентрации усилий ради обогащения либо узкоматериальных целей, сформулированных губительным для нас либеральным капитализмом, но совершает благодаря присущей ему сверхмобилизации чудеса созидания и героизма при защите Родины, священных для него духовных ценностей и выполнении великой исторической миссии. Ибо для русских людей очень важно, чтобы жизнь была пронизана смыслом. Вот почему верховная власть должна сформулировать и предложить всему многонациональному обществу, и прежде всего русскому народу, историческую миссию России в современном мире. Важно и то, что для исторической победы необходима абсолютная консолидация целенаправленно разделенного и ввергнутого в политический и бытовой хаос российского общества.

И в данной ситуации общенациональное единение может быть осуществлено только благодаря волевому импульсу верховной власти, способной выразить высшие национальные интересы, поднявшись над всеми распрями в обществе и расколом между обществом и властью.

Смертельная опасность для российской цивилизации со стороны современных угроз – налицо. Сейчас вновь наступил момент глобального исторического вызова: либо нация вдохновляется новой миссией в новой эпохе, либо Россия перестает существовать. Если армии для победы необходим боевой дух, то народ нуждается в пробуждении национального духа – того, что придает людям волю к жизни, борьбе за самосохранение и созидание. Только порыв национальной энергии позволит преодолеть разложение духовного и нравственного состояния общества, гражданскую апатию и падение стимулов к жизни. Именно РУССКИЙ ПРОЕКТ призван оказать содействие верховной власти сформулировать идеалы национального спасения и побудить общество к духовной мобилизации на исторические вызовы и свершения.

И этот проект уже действует: в 2014 году Крым наконец-то воссоединился с Россией. На очереди – Новороссия – Донецк, Луганск, Одесса, Харьков и т.д. Наш ответ на санкции Запада – развитие сельского хозяйства и высокотехнологичных производств. Идет активная дипломатическая и экономическая интеграция с развивающимися странами. Впервые наша армия имеет стопроцентное финансирование, что делает ее реальной силой в региональных и мировых масштабах.

Природа

Человек, а если шире, то общество и природа представляют собой нераздельное целое. Одно без другого невозможно. Точнее, общество живет в природе, а природа – в обществе. Причем это сожительство – улица с двусторонним, а не с односторонним движением. Малейшие изменения в обществе незамедлительно отражаются на природе, и наоборот. Природные явления, особенно природные катаклизмы, тут же проецируются на общественное состояние.

Хорошо, если система «человек – общество – природа» находится в более-менее уравновешенном состоянии, ее составляющие взаимно дополняют друг друга. Такое положение сегодня, к нашему глубокому сожалению,– исключительная редкость. Где-нибудь в дремучей тайге, на ограниченном пространстве. В остальном мире такой взаимности сегодня нигде не встретишь. Даже на Крайнем Севере, в заповедной тундре уже нет былого равновесия. Почему, это другой вопрос. Уравновешенность отсутствует. Система «человек – общество – природа» живет противоречиями. Как писал когда-то Ленин в известных «Философских тетрадях» жизнь развивается противоречиями. И здесь он был прав. Как прав был и другой систематик – биолог Чарлз Дарвин, сформулировавший главный закон всей живности – единство и борьба противоположностей, в основе которого лежит принцип борьбы за существование, за лучшие условия жизни.

Скажем, современному человеку хочется хорошо питаться. Всему обществу этого хочется. Но не получается для всех. Почему? Из-за ограниченности сельхозугодий. Их надо постоянно расширять, чтобы больше продукции было. Особенно в странах Европы, США, не говоря уже о жутко перенаселенном третьем мире. Или, скажем, всем хочется пить чистую воду. Но запас ее практически исчерпан. Между человеком, обществом и природой существует не стандартное равновесие или единство, а глубоко противоречивое. Причем степень и накал этой противоречивости на разных этапах развития человечества, в разных точках планеты Земля совершенно разные – то больше, то меньше. Вот эта разность, неодинаковость соотношения элементов системы характеризуется экологической ситуацией. Экологи определяют эту ситуацию в виде характеристики состояния противоречий между природой и обществом на каждом конкретном временном этапе развития человечества.

Современная экологическая ситуация – результат воздействия человека, и прежде всего его производственной деятельности, на природу. Причем характерно, что эта ситуация возникла во многом не по воле человека, не как своего рода итог его созидательной деятельности, а скорее стихийно, по сути, вроде некоего недоразумения. Использовали люди веками различные виды своего труда, связанные со взаимодействием с природой, и вдруг увидели: на месте порубленного леса – пески и суховеи, вместо оросительной системы – пустыня, рукотворное водохранилище неизвестно почему превратилось в вонючее болото и т.д. Что же это означает?

Пожалуй, первым, кто дал наиболее полный и обоснованный ответ на поставленный вопрос, был выдающийся русский ученый, Мыслитель с большой буквы Владимир Иванович Вернадский. Вернадский вводит понятие «живое вещество» и предлагает рассматривать природу не с точки зрения исследования ее отдельных структурных элементов, различных форм движения материи, а в комплексе, в неразрывном единстве, как систему мироздания.

Вернадский разработал учение о биосфере как самоорганизующейся системе, состоящей из определенного количества живого вещества, реализующего определенные функции в приповерхностной оболочке Земли. Из общей массы живого вещества ученый выделяет человечество. Его отличительные свойства – не производство биогеохимической энергии, а ее потребление. Темп, направление, характер усвоения человечеством биогеохимической энергии определяется разумом человека, то есть геохимические функции человечества в биосфере всецело зависят от его разумной деятельности.

Отсюда Вернадский и вывел свою знаменитую и по сей день никем не оспоренную концепцию ноосферы. Ноосфера по Вернадскому – это состояние преобразованной человечеством биосферы. Вернадский выделил в качестве одной из ключевых форм энергии, самым глубоким образом влияющей на бытие нашей планеты, разум человека.

Основу силы разума и мыслительной деятельности составляет деятельность мозга человека. Без мозга не было бы научной мысли в биосфере. Без научной мысли не было бы геологического эффекта, каковым является перестройка человечеством биосферы. Так ученым обозначены контуры реального перехода к становлению ноосферы.

Вернадский показал процесс становления и проникновения научной мысли в различные сферы жизнедеятельности человечества. Ряд научно-технических революций (с XVIII по XX век) способствовал тому, что разум человека привел к совершенству материального мира. С выходом человека в космос это совершенство приобрело широкомасштабный характер.

В период XIX—ХХ веков сформировалась такая со- циоприродная среда, в которой эволюция разума в значительной степени стала влиять на эволюцию биосферы, преобразуя ее, внося свои коррективы. Ее материальная направленность привела человечество к рассмотрению проблемы коэволюции биосферы и общества, и в этом ее положительная характеристика. Становилось очевидным, что биосфера, существовавшая до появления человека, просуществует и без него, а человек без нее существовать не может.

Если подвести итог размышлениям Вернадского, то можно сделать два ключевых для раскрытия нашей темы вывода. Первый – природа вполне может обойтись без человека. Человек без природы – никогда. Природа помогла человеку стать человеком. Но она же может и вышвырнуть его из своего естества. Каким образом и почему? На этот вопрос отвечает вывод второй – являясь производным природы, человек самым активным образом воздействует на природу. Более того – способен не только изменять ее свойства, но и многие из них уничтожать.

Неумение человека жить в согласии с природой, а порой и агрессивное своеволие человека по отношению к природе с неизбежностью порождает такое отнюдь не сугубо современное явление, как экологические кризисы. Они проявляются в первую очередь в загрязнении природной среды, оказывающей вредное влияние на людей, животных, растительный мир в целом. Но экологический кризис – это хотя и крайне вредное явление, но еще, как говорится, не вечер, полбеды. Кризис – состояние обратимое. Необратима – экологическая катастрофа.

Она представляет собой крайне неблагоприятные экологические последствия антропогенного, то есть человеческого, или природного происхождения, оборачивающиеся массовой гибелью людей или живых организмов либо в локальном регионе, либо в масштабах всей Земли.

И наконец, еще одно необходимое понятие – экологические проблемы. Это ситуации, возникающие при взаимодействии общества и природы, которые воспринимаются человеком как опасные для здоровья людей, как несущие угрозу настоящему и будущему человечества, но при этом человек пока не нашел нужный выход из этой ситуации. Иначе говоря, это еще не летальный исход, но уже почти что временная нетрудоспособность.

При определенном стечении обстоятельств экологические проблемы могут обернуться и оборачиваются экологическими катастрофами.

Вот некоторые классификации чрезвычайных ситуаций, приводящих к экологическим катастрофам.

Социальные: эпидемии; войны; голод; терроризм; общественные беспорядки.

Экологические: наличие в почве вредных веществ сверх предельно допустимых концентраций (ПДК); интенсивная деградация почв (эрозия, засоление, заболачивание и др.), резкое изменение климата; превышение ПДК вредных примесей в атмосфере; острый кислородный голод в городах; превышение предельно допустимого уровня городского шума; разрушение озонного слоя атмосферы; резкая нехватка питьевой воды; исчезновение видов (животных, растений и др.).

Техногенные (производственные): авиа- и космические; железнодорожные; автодорожные; на речном и морском флоте; пожары и взрывы; с выбросом СДЯВ (химические); с выбросом РВ (радиационные); с выбросом биологических веществ (БОВ); прорыв плотин.

Природные (стихийные бедствия): бури, ураганы, смерчи, циклоны; засухи; необычная жара; пожары; извержения вулканов; землетрясения; наводнения; сели; оползни; снежные обвалы.

Особо надо сказать о воде. В России каждый второй пьет не соответствующую гигиене воду, а 11 миллионов – не соответствующую никаким, а не только гигиеническим, стандартам. Водопровода не имеют 65 процентов населения. А остальные 35, которые имеют в доме кран, на 60 процентов не обеспеченны очистными сооружениями. Не случайно потребление воды в России превратилось в актуальнейшую проблему безопасности страны. Трижды эту проблему обсуждал Совет безопасности РФ. Толку? – спросите вы. Никакого. Причина одна и та же – у государства нет денег.

А пока денег нет, мы хлебаем из-под крана хлорку. Как известно, люди стали хлорировать воду почти 100 лет назад. Но только недавно поняли – соединения хлора не только очищают воду от микробов, но и вступают в непредсказуемые химические реакции со многими растворенными в воде веществами. В результате образуются новые соединения, которых изначально в воде не было. Причем для человека они оказываются очень небезопасными, вызывая аллергии, онкозаболевания и нарушения работы сердца. Согласно последним отечественным исследованиям, хлорорганические вещества в питьевой воде существенно снижают репродуктивные способности, то есть возможности человека воспроизводить потомство.

Надо признать, что хлорирование – не самая острая проблема отечественного водоснабжения. По данным Госсанэпиднадзора, каждая пятая проба воды на территории РФ не соответствует санитарно-гигиеническим нормам. В некоторых регионах (в Калмыкии, Ингушетии, Дагестане, Приморском крае, Архангельской, Калужской, Томской областях) микробами заражено 70 процентов всей питьевой воды. Из-за недостатка фторидов в воде почти 90 процентов детей в центральных областях России страдают от кариеса. А 50 миллионов россиян регулярно потребляют воду с повышенным содержанием железа – обычно это вызывает аллергии. Лучше всего дела с обработкой воды обстоят, разумеется, в Московском регионе. Хотя и там не все гладко.

Совершенно новая для нас проблема – микробиологическое загрязнение открытых водоемов, то есть прежде всего морей, озер, рек, водохранилищ и т.д. Там, где берется питьевая вода, значительно возросло количество случаев появления возбудителей кишечных инфекций. Только 1 процент идущей в наши дома воды соответствует первому классу. Конечно, на фоне того, что в мире 800 миллионов человек вообще лишены нормального пользования водой, наши трудности переносимы. Но меня очень смущает динамика ухудшения показателей по воде.

Воды на Земле много. Она содержится в земных недрах, в ледниках Арктики и особенно Антарктики, в реках, морях и океанах. Весь полезный запас пресных вод под землей на глубине до 1 километра составляет около 3 миллионов куб. км. В среднем во всем мире на бытовые нужды на человека в год расходуется 30 кубометров воды, из них на питье – 1 кубометр. Запасов воды хватило бы на 20—25 миллиардов человек. Но мы говорим о водном кризисе. Почему? Сугубо из-за нерадивого и нерационального пользования водными ресурсами.

Вернемся к воздействию человека на природу.

Только за последние годы на планете Земля в результате «творческой деятельности» Ното 8ар^еп8 происходит:

–

сокращение площади естественных экосистем;

–

рост потребления первичной биологической продукции;

–

рост концентрации парниковых газов от десятых процента до первых процентов ежегодно;

–

истощение озонового слоя, рост площади озоновых дыр, в частности в Антарктиде;

–

сокращение площади лесов, особенно тропических;

–

расширение площади пустынь (60 тыс. кв. км в год), рост техногенного опустынивания, токсичных пустынь;

–

деградация земель. Рост эрозии (24 млрд тонн ежегодно), снижение плодородия, накопление загрязнителей, закисление, засоление;

–

повышение уровня океана на 1—2 мм в год;

–

рост числа стихийных бедствий, техногенных аварий на 5—7 процентов, рост ущерба на 5—10 процентов, рост количества жертв на 6—12 процентов в год;

–

быстрое исчезновение биологических видов;

–

качественное истощение вод суши. Рост объемов сточных вод, точечных и площадных источников загрязнения, числа поллютантов и их концентрации;

–

накопление поллютантов в средах и организмах, миграция в трофических цепочках, рост радиоактивности среды, «химические бомбы»;

–

ухудшение качества жизни, рост числа заболеваний, связанных с загрязнением окружающей среды, в том числе генетических, появление новых болезней.

Впечатляет? Меня – тоже. В России в период 2004— 2014 г. положение дел несколько лучше, чем в остальном мире, но с каждым годом вызывает все большую тревогу. Я имею в виду Русский Север и Сибирь. Так, в Северное море ежегодно сбрасывается 11 тыс. тонн свинца, 28 тыс. тонн цинка, 950 тонн мышьяка, 75 тонн ртути. Это не считая огромного количества мусора с торгового и военного флотов, не считая потенциальных угроз с десятков стоящих на приколе и отработавших свой век атомных подводных лодок и других судов. В Сибири на юге гибнут лучшие массивы леса, прилегающие к Транссибирской магистрали. Не осталось кедра. Насаждения сосны сократились вдвое. Лес вырубают на 600 тыс. га. Восстанавливают – менее чем на 200 тыс. га в год. Через 30—40 лет нечего будет вырубать. Это все равно что человек заболеет туберкулезом.

Сибирские лесные легкие выкачивают миллионы тонн загрязнений. Если их не станет, что тогда?

Россия никогда не знала недостатка земель. Проблемы землепользования если и возникали, то носили скорее политический (борьба за право собственности на землю), чем агротехнический аспект. Сегодня 55 процентов территорий России столкнулись с проблемой нарушения земель в процессе хозяйственной деятельности, невыполнения условий рекультивации земли. Площадь земель, нарушенных при добыче и переработке полезных ископаемых, проведении геологоразведочных и прочих работ составила 1 млн га.

Мы столкнулись и с другой чрезвычайно опасной тенденцией в русском природопользовании, сокращении численности многих видов животных. Только в 2014 году в Красную книгу РФ занесли сотни видов. Причем особенно настораживает быстрый рост перечня животных, заносимых в Красную книгу. Я уже упоминал о водохранилищах. Так вот, создание этих мелководных хранилищ привело в ряде регионов к непоправимым последствиям – изменению гидрологического режима. В частности, это произошло с жемчужиной России – Волгой и ее долиной. Изменился уровень грунтовой воды. В результате нарушился солевой режим волжской воды, ее химический состав и качество. Долина Волги превратилась в огромный мелководный испаритель, ставший мощным естественным охладителем всего региона Поволжья. Чрезвычайно осложнилась химическая обстановка из-за неуправляемого сброса отходов с множества химкомбинатов и прочих загрязняющих производств. Помимо этих сбросов в реку тоннами потекли стоки с сельхоз-угодий, содержащие массу ядохимикатов, остатков минеральных удобрений. А это – сотни тонн нитратов, фенолов, других биологических не менее опасных отходов, соединений и примесей. Годового стока Волги явно не хватает, чтобы справиться со всем этим обилием грязи и промышленной рвоты. Все это повлекло за собой цепную реакцию. И вот уже в Москве-реке обнаруживают высокое содержание нитратов. За ней последовала Ока, вплоть до Мурома. И эти две исконно русские реки оказались по самую завязку отравлены нитратами.

Сергей Михайлович Соловьев, наш замечательный русский историк, автор многотомного труда «История России с древнейших времен», дал гениальнейшее определение роли личности Петра Великого и его деятельности в истории: «Работник на троне». Работник не может быть разрушителем, потому он озабочен созиданием. Вот эта характеристика Петра примирила меня с ним, несколько отстранила на второй план те колоссальные издержки, с какими оказался сопряженным ввод Петром России в Европу через созданный им Санкт-Петербург.

Экологически чистых мест в стране практически не осталось. Самыми грязными оказались и самые некогда передовые с точки зрения научно-технического прогресса города – Нижний Тагил, Череповец, Липецк, Норильск, Тульская область. К числу наиболее радиационно загрязненных относятся опять-таки промышленные гиганты вроде Челябинска, некогда жемчужина русского леса Брянская область (наиболее пострадала от чернобыльской аварии), Богом созданный плодороднейший Алтайский край. Вот тебе и спели: «Кто был ничем, тот станет всем». Стали.

Существует единственный способ поправить хоть немножко положение дел с катастрофическим состоянием нашей природы, хотя и этот путь конечно же весьма хлипок и мгновенного результата нигде и никогда не давал и вряд ли даст. Я имею в виду законодательное закрепление принципов гуманного, то есть устраивающего живую материю, отношения к природе

КЛИМАТ

Вот такие объявления сегодня печатаются практически во всех газетах. То, что здоровье всецело зависит от погоды, шире – климата, места проживания человека, ни для кого не новость. Об этой зависимости говорилось, писалось, думалось еще с незапамятных времен. Погодные, климатические явления входят если не главной, то уж во всяком случае далеко не второстепенной составляющей во все известные ныне мировые религии. И это понятно. Человек вышел из космоса, из земли, из пены морской, как самая прекрасная из женщин – древнегреческая богиня Венера. Связь человечества с климатом, средой обитания несомненна. Повторюсь снова и снова – человек не царь природы, как считали и продолжают считать многие, причем не только материалистически мыслящие люди. Тем более человек – не покоритель природы. Он всего лишь – производное природно-климатической среды своего проживания.

Дураку понятно, что жизнь, в частности человеческая, смогла зародиться и развиться только при стечении целой гаммы определенных температурных, почвенных, земных, водных и прочих условий. Причем появиться там и тогда, где и когда налицо оказывается именно данная группа обстоятельств и никаких других. Ученые всех мастей и направлений до сих пор спорят о прародине современного человека. Одни утверждают, что это был юг нынешней Африки. Другие убеждены в том, что первые люди появились в районе Австралии. Третьи настаивают на Индии. Словом,сколько ученых, столько и мнений. Оспаривать или соглашаться с каким-то одним – бессмыслица.

Я не сторонник расовых теорий. Для моего менталитета не столь уж и существенно, кем были наши предки – неграми, желтыми, белыми или «арийцами», как утверждали национал-теоретики гитлеровского рейха. Для меня важно то, что, полагаю, существенно и для любого другого здравомыслящего человека: появление человека на Земле не просто дар божий, но и дар природный, и появиться он смог только в силу точечного конкретного стечения конкретных природно-климатических условий и обстоятельств. А то, что такие обстоятельства сложились в разных точках нашей планеты, только подтверждает мою точку зрения…

Так что же происходит с климатом последние годы? Отчего в Москве зима превращается в осень, а в Калифорнии лето – в зиму? В чем причина всех этих метаморфоз? И ученые и неученые единогласны в своем ответе – мы с вами являемся очевидцами глобального изменения климата. Не надо пугаться. Явление это в истории нашей планеты отнюдь не новое. За те миллионы лет, которые насчитывает наша Земля, она переживала немало самых разнообразных периодов – от всеобщего лета до всеобщей зимы. И если бы проблема исчерпывалась своими естественными причинами и следствиями, то, наверное, она не вызывала бы такой настороженности у людей, какое вызывает сегодня. Почему?

Да потому что, опять-таки согласно единодушному мнению, происходящее на наших с вами глазах глобальное изменение климата связано не столько с природными, эволюционными процессами, которые

абсолютно нормальны, так как свидетельствуют о нормальном развитии материи, сколько с деятельностью человечества.

Именно в таком смысле трактуется проблема глобального изменения климата в современных условиях в рамочной конвенции Организации Объединенных Наций.

Чтобы ничего не напутать и не придумывать, я хочу обратиться к некоторым статьям этой конвенции. В них содержится вполне нормальный, способный помочь разобраться в затронутой мной проблематике категориальный и понятийный аппарат. Рассмотрим некоторые из наиболее важных категорий.

Прежде всего, что такое изменение климата? Цитирую статью 1 конвенции: «Изменение климата означает изменение климата, которое прямо или косвенно обусловлено деятельностью человека в составе глобальной атмосферы, и накладывается на естественные колебания климата, наблюдаемые на протяжении сопоставимых периодов времени».

Что следует из этого определения? Во-первых, глобальное изменение климата носит интернациональный характер, затрагивает интересы всех без исключения стран, как промышленно развитых, так и не совсем развитых. Во-вторых, по своему проявлению, формам развития, содержанию и иным компонентам изменение климата носит долговременный, а не сиюминутный характер. В-третьих, это такое изменение, которое вовлекает в орбиту своего влияния или действия ресурсы – ископаемое топливо, которое было и остается главным двигателем индустриализации и роста мировой экономики на протяжении как минимум 100 последних лет, а может, и больше.

Что означает именно такая трактовка категории «изменение климата»? Во-первых, чтобы все страны трезво оценивали происходящее, что называется, глядя в лицо этой серьезнейшей проблематике и не уклонялись за приграничными и национально-суверенными барьерами от ее решения. Во-вторых, проблема изменения климата предусматривает справедливость между поколениями людей, ответственность человека за выживание других видов, за бедность и богатство на Земле, включая возможность известных ограничений экономического роста. Наконец, в-третьих, любое решение проблемы требует совместных интернациональных усилий всех стран и народов, создания новых международных институтов, экономических, юридических и иных соглашений, актов, а возможно, и кодексов. И такие решения уже имеются в наличии. Помимо упомянутой конвенции ООН в Киото (Япония) был подписан совместный протокол, включающий юридически обязывающую систему обращения к проблемам глобального изменения климата.

Рамочная конвенция определяет и еще целый ряд категорий. Скажем, «неблагоприятные последствия изменения климата». Что это означает с научной точки зрения? Конвенция отвечает, что такие последствия означают изменения в физической среде или биоте, вызываемые изменением климата, которые оказывают значительное негативное влияние на состав, восстановительную способность или продуктивность естественных и регулируемых экосистем, на функционирование социально-экономических систем, на здоровье и благополучие человека.

А вот определение климатической системы в целом. Она означает совокупность атмосферы, гидросферы, биосферы и геосферы и их взаимодействие.

Есть тут и такие понятия, как «выброс». Это эмиссия парниковых газов и аналогов в атмосферу над конкретным районом и за конкретный период времени. «Региональная организация экономической интеграции» – означает организацию, учрежденную суверенными государствами данного региона, в компетенцию которой входят вопросы, регулируемые настоящей конвенцией или протоколами к ней, и которая должным образом уполномочена в соответствии с ее внутренними процедурами подписывать, ратифицировать, принимать и утверждать соответствующие документы или присоединяться к ним.

«Накопитель» означает компонент или компоненты климатической системы, в которых происходит накопление парникового газа или его аналога.

«Поглотитель» означает любой процесс, вид деятельности или механизм, который абсорбирует парниковый газ, аэрозоль или аналог парникового газа из атмосферы.

«Источник» означает любой процесс или вид деятельности, в результате которого в атмосферу поступают парниковый газ, аэрозоль или прекур, то есть аналог, парникового газа.

Наконец, самое существенное для нашей темы определение – «парниковые газы». Они означают такие газообразные составляющие атмосферы как природного, так и антропогенного происхождения, которые поглощают и переизлучают инфракрасное излучение.

Вот мы и подошли к самому главному виновнику изменения климата – парниковым газам, и среди них наиболее распространенному и опять-таки главному возмутителю спокойствия – углекислому газу, или СО₂, диоксиду углерода. Именно он оказывается одним из ключевых в создании так называемого парникового эффекта, самым непосредственным образом влияющего на изменения климата.

То, что земная атмосфера поглощает тепло, люди заметили еще в стародавние времена. Сама же метафора «парник» появилась сравнительно недавно, всего каких-нибудь полтораста лет назад. С ее помощью в 1863 году попытались описать эффект, связанный с тем, что некоторые газы – наиболее заметно водяные пары и диоксид углерода – поглощают инфракрасное излучение, которое отражается от поверхности Земли. В этом суть природного парникового эффекта, который был весьма существенным явлением, способствовавшим эволюции жизни на нашей планете. Без природных парниковых газов Земля оказалась бы такой же необитаемой, как и сотни других известных и неизвестных нам планет Вселенной.

В настоящее время ни одна из экологических проблем не способна конкурировать по своей значимости и последствиям для биосферы и конкретно человечества с глобальным изменением климата. Это изменение оказывает решающее воздействие на все без исключения экологические системы Земли.

Парниковый эффект способен принять обвальный характер при условии, если глобальное потепление климата окажется источником дополнительных выбросов парниковых газов из трех пока что еще «дремлющих» сфер Земли – арктической тундры, лесов и океанов. Кстати, в океанах содержание диоксида углерода в 60 раз выше, чем в атмосфере. В случае реализации этой возможности неизмеримо увеличится скорость изменения климата в сравнении с нынешними прогнозами специалистов. И это не просто мои или чьи-либо еще попытки запугать нас с вами, предупредить о грядущей катастрофе, особенно беспечных русских. Нет, эта возможность уже подтверждается некоторыми данными.

Так, тундра Аляски (привожу пример Аляски, поскольку, в отличие от нас, особенно теперешних, американцы хоть как-то следят за своей природой, производят наблюдения, измерения. Что же происходит в российской тундре, никто не то чтобы не знает, мы видим гигантский ущерб этой климатической зоне, нанесенный всего лишь за 75 лет освоения Севера коммунистами, но серьезно никто не наблюдает нашу тундровую зону) уже почти что стала чистым источником диоксида углерода, то есть углекислого газа. Из стока этого газа Аляска превращается в прямую линию его обратной связи с атмосферой и, следовательно, в еще один природный, заметьте это, а не рукотворный источник, для глобального потепления. О таянии ледникового покрова Антарктиды я уже писал. Происходят мутации и в характеристиках подводных океанских течений. Скажем, изменение потока Гольфстрима окажется причиной того, что северная часть Антарктики, прежде всего в Европе, станет намного холоднее.

Если этот обусловленный самой природой процесс неодолим в принципе, то другой процесс, связанный уже с деятельностью человека, вполне управляем и всецело зависит от воли и разума. Возникает вопрос, хватит ли этого разума и воли? О чем речь? На природные явления, оказывающие превалирующие влияние на потепление климата на Земле, накладывается человеческая деятельность. Причем накладывается, как всегда, в сугубо негативном отношении. С помощью и при активном участии людей происходит не просто концентрация парниковых газов в атмосфере, но и отмечается небывалое до сих пор ускорение этой самой концентрации. Человек как бы стимулирует потепление климата на Земле, добавляя к природным парниковым газам еще и свои, что называется, рукодельные. И главным источником этого «рукоделия» оказывается сжигание ископаемого топлива, с одной стороны, и с другой – нерациональное землепользование, а точнее, обретающее параметры геометрической прогрессии обезземеливание планеты – не в смысле исчезновения земли, а в случае ее превращения из сельхозугодий в «мертвую».

С началом промышленной эры концентрация диоксида углерода возросла с 280 до 360 частей на миллион. При дальнейшей индустриализации и росте экономики антропогенные выбросы парниковых газов должны удвоиться в следующие 50—60 лет. А при известных условиях, может быть, и утроиться и даже учетвериться перед их стабилизацией.

В докладе Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК) при ООН, следствием роста антропогенного выброса парниковых газов, в первую очередь двуокиси углерода, концентрация которого в атмосфере увеличилась на 25 процентов в сравнении с доиндустриальной эпохой, будет удвоение его содержания к 2050—2070 годам, в случае непринятия решительных мер по сокращению эмиссии СО2.

Количество углерода, ежегодно выбрасываемого в атмосферу в результате антропогенной деятельности, оценивается в 6 млрд тонн в год, из которых вклад России составляет в настоящее время примерно 11 процентов (650—700 млн тонн). Есть основания прогнозировать сохранение этого уровня в связи с сокращением потребления органического топлива в 2015— 2020 годах и падению на него цен.

Правительственные эксперты рассчитали и саму структуру выбросов парниковых газов. Из этих цифр следует, что наименьшие удельные выбросы обеспечиваются при энергетическом использовании природного газа. В топливно-энергетическом балансе России природный газ составляет более 40 процентов среди различных видов органического топлива. Это почти вдвое выше, чем в мировом топливном балансе (25 процентов). Структура российской энергетики с точки зрения воздействия на климатические изменения оказывается более нейтральной в сравнении с энергетикой других стран. Очень важный вывод. Его всем нам без исключения надо постоянно держать в виду и напоминать на каждой встрече, будь то с участием или без участия экологов.

Отечественные министерства и ведомства клятвенно заверяют нас, что и впредь сделают все от них зависящее, чтобы, во-первых, до 2050 года как минимум, сохранить объемы выбросов парниковых газов на уровне 1990 года. А во-вторых, перейти, и как можно скорее, на ресурсосберегающие технологии, щадящие производства. Промышленность уже имеет эффективные технологии для внедрения по сокращению выбросов вредных веществ, включая парниковые газы, и программы снижения энергозатрат.

Например, реализация программы замены технологий в энергетике России потребует около 20 лет, в транспорте – от 3 до 10 лет. В металлургии разработана программа, позволяющая в ближайшие несколько лет сократить вредные выбросы в атмосферу на 25 процентов. Имеющиеся в наличии уже разработанные технологии в химической промышленности позволяют снизить энергозатраты почти на 20 процентов. Аналогичные программы разрабатываются и по другим отраслям экономики.

Это, как говорится, одна сторона медали. Есть и другая. Со школьной скамьи мы знаем, что жизнь на Земле помимо суши и воды зависит от кислорода или, как мы, школьники, говорили, от воздуха. Есть воздух—кислород, будет жизнь, нет его – сливай воду. Наша планета окружена плотным озоновым слоем. Озон – это видоизменение кислорода, и концентрируется он на высоте 19—23 километров над поверхностью Земли. Именно озон обладает той самой уникальной возможностью, от которой зависит биота нашей планеты,– способностью поглощать вредные ультрафиолетовые излучения Солнца.

Чем эти излучения опасны для человека? Их повышенная концентрация ведет к увеличению частоты повреждения ДНК – нарушению нашего генетического кода, ослаблению иммунной системы живых существ, возникновению рака кожи, заболеваниям сетчатки глаза и т.д. Так вот, согласно расчетам тех же специалистов, усиление процесса разрушения стратосферного озона всего лишь на 1 процент ведет к увеличению случаев заболевания катарактой на 0,6—0,8 процента.

Кто-то скажет, мол, ерунда, ну заболеет еще несколько миллионов человек катарактой. Остальные-то будут видеть. Для таких «оптимистов» приведу другой контрдовод. Разрушение озонового слоя Земли более чем на 1 и выше процент приведет к гибели фитопланктона. Мореплаватели знают, что это такое. Фитопланктоном питается все живущее и существующее в мировом океане. Его гибель обернется нарушениями в фотосинтезе растений. Словом, наступит тот самый конец света, который перед началом XXI столетия предрекали все религиозные экстремисты.

Причины нарушений озонового слоя Земли далеко неоднозначны. Еще в 1974 году американские ученые Поль Крутцер, Роулэнд Шервуд Роулэнд и Марио Молина обнародовали теорию, по которой виновниками разрушения озона являются хлор и бромсодержащие вещества. Именно они используются в качестве хладагентов в холодильном оборудовании, распылителей или, по-научному, пропиленов в аэрозолях, огнега- сителей, растворителей и дезинфицирующих веществ. В России такие вещества называют обычно хладонами. В остальном мире – фреонами и галонами в соответствии с торговыми марками производителя подобных веществ американской компании «Ду Понт».

Борьба против производства озоноразрушающих веществ в мире началась в 60-е годы ХХ века. К концу 70-х кое-чего удалось достичь. Одними из первых прекратили выпуск озоноразрушителей США. Резко снизили

объемы Швеция, Норвегия и Канада. Немаловажную роль сыграла Венская конвенция об охране озонового слоя. Был подписан Монреальский протокол, предусматривающий полное прекращение хлорфтор- углеродов промышленно развитыми странами, было предписано прекратить производство галонов. Так называемым развивающимся странам, к которым де-факто относится сегодня и Россия, предоставили отсрочку. К началу 2001 года Венскую конвенцию и Монреальский протокол подписали 175 стран, то есть фактически все страны мира. Разумеется, что и мы, то есть Россия, не остались в стороне.

В результате в XXI век мировое сообщество вошло с большей уверенностью, чем в ХХ.

ЛИЧНОСТЬ

Что такое личность? Вопрос весьма правомерный. Ни для кого не секрет, что сперва закат КПСС, а затем и ее бесславный уход, как и столь же нелепый, потому что добровольный уход с политической арены царствовавшей в течение 300 лет династии Романовых, во многом был спровоцирован именно личностным фактором. КПСС, также как и самодержавие, на протяжении десятилетий обвинялась в «тоталитаризме» и «отсутствии демократии», что, в конечном счете, подразумевало «отрицание прав личности».

Абсурд всех этих обвинений или, точнее, корысть всех тех, кто этими обвинениями жонглировал как при свержении Николая II, так и при шельмовании КПСС, после десятилетнего правления Ельцина и К° очевиден даже участникам самой этой компании. Более наглого политического режима, чем ельцинизм, в России не было никогда. Этот режим отверг не просто какие-то там мифические права (право на что? или право для чего?), но самое главное, он отверг право на жизнь личности.

Кто-то со мной не согласится. Скажет, что, мол, при Ельцине никого не сажали, тем более не убивали за длинный язык или не за ту биографию. В России были Иван Грозный, Петр I, наконец, совсем недавно режим сталинизма. Вот это, мол, да. Тут-де действительно стояла мясорубка. Трещали не только чубы у холопов, но и косточки у их господ. Отвечу на этот возможный разброс мнений.

Согласен, что Ельцин лично никого пальцем не тронул. Он не учреждал опричнину, как Грозный. Не казнил тысячами стрельцов, как Петр I. Не уничтожал политических противников в ГУЛАГе, как Сталин. Но Ельцин – и здесь неважно его личное участие или неучастие – прикрыл, как говорится, «зонтиком» своего президентства все те безобразия, грабежи и насилие, которые как раз и исключили из жизни, что называется, при жизни две трети 150-миллионного населения России. Таким порядком цифр в отношении попрания прав личности не оперировали ни Грозный, ни Петр I, ни Сталин.

К тому же следует отметить, что Ельцин узаконил в правах тех личностей, которые разграбили и уничтожили славу России, унизили, как было сказано, две трети русского и других народов. А вот упомянутое мною «трио баянистов» русской истории, наоборот, поразило в правах тех личностей, которые как раз и норовили подорвать авторитет России, в силу объективно-исторических обстоятельств, а не просто из-за своих личных амбиций. Грозный приструнил институт удельных князей и отчасти боярства. Дал право на жизнь служивому дворянству как сословию, а не просто личной гвардии царя, представителей его дружины, как это было до Грозного. Петр I фактически довершил начатое Грозным, дав дорогу наверх действительно тем, кто обладал не только родовитостью, но и способностями к служению России.

Сталин смел со сцены истории когорту так называемых пламенных революционеров и их ближайших последователей, кстати, смел вместе с родственниками, за что ему большое спасибо. Именно тех, кто был обуреваем единственной страстью – все разрушать, как там пелось в их гимне, «До основанья, а затем…». Кстати, в подлиннике «Интернационала», написанном в 1870 году французом Эженом Потье и взятом в качестве гимна участниками Парижской коммуны, этих слов нет. Их произвольно включил в текст переводчик «Интернационала» на русский язык еврейский большевик Кац. Так что русским и здесь подсунули настоящую туфту, чтоб не сказать крепче. Вот так всегда нам подсовывают, чтоб мы потом мучились. Одно, два, пять поколений пережевывали это подсунутое и в конце концов отбросили его как не наше, а их, местечковое.

Сталин взамен пламенных революционеров выдвинул могучую когорту выходцев с самых низов общества. Не из люмпенов, как Ленин в октябре 1917-го и в годы гражданской, а из крестьян и рабочих. На XVII съезде ВКП (б) в 1934 году, как раз в канун убийства Кирова, Сталин говорил, что нам надо заменить 500 тысяч партийных, государственных и прочих функционеров. И он их заменил в течение последующих пяти лет. Опять-таки как раз в канун Великой Отечественной войны. И не ошибся.

Сужу опять же по себе. За последние десятилетия я прочитал, услышал и увидел столько отзывов и мнений о самом себе, что впору составить из этих отзывов эдак томов 20—25 – каждый страниц по 400—500. И все равно будет мало. Но ни в одной из попыток раскрыть мои человеческие и личностные качества так и не оказалось существа. Не была раскрыта моя суть. Да я и сам порой теряюсь в разгадках собственной личности. Не мною сказано, что человек творит сам себя. Отсутствие этой творческой инициативы – верный признак ограниченности личности, а может быть, и банальной неполноценности. Явление сплошь и рядом встречающееся в наше столь утомительное время.

Я сотворил себя сам. Со школьной скамьи я лепил свою личность. Меня били, пинали, унижали. Я утирался рукавом изношенного и залатанного мамой пиджака и продолжал «лепить». Вот почему я и по сей день твердо стою на ногах. Научился держать удар. А точнее – удары. Со всех сторон. Но не только держать, а и вовремя и точно отвечать на удары. Без этого в жизни, а тем более в политике, делать просто нечего. Я обладал определенной суммой данных, прежде всего физических. Мой рост не 154 сантиметра, как у Наполеона и Сталина, не 165 сантиметров как у Ленина и Хрущева, а 180 сантиметров. Выше среднего. Значит, никаких физических комплексов неполноценности я не испытывал. В отличие, скажем, от педераста Энгельса и революционеров, наподобие недоучек Зиновьева или Бухарина, я обладаю двумя университетскими дипломами. Я никого и никогда в своей жизни не предал, как, например, предали КПСС и ее рядовых членов выкормыши этой партии, всем в жизни обязанные именно КПСС,– Горбачев и Ельцин.

Я никогда никому не завидовал. Говорю это без всякой патетики или, тем более, рисовки. Зачем и перед кем мне рисоваться? Я ни в чем не нуждаюсь, ни физически, ни материально, ни духовно. У меня есть все, что нужно современному человеку: семья, сын, внуки. В политике – ЛДПР, известность. Я последовательно добился всех целей, которые ставил перед собой. Кто- то может сказать: выходит, ты, Владимир Вольфович, счастливый человек. И тут начинается самое непонятное, по крайней мере для меня. Я не знаю, что такое счастье.

Пушкин сказал когда-то гениальные слова: «На свете счастья нет. Но есть покой и воля». А? Понимаешь, читатель, – покой и воля. Нет, не свобода, не некие там опять же таки мифические права личности, а именно воля.

В свое время Лев Толстой справедливо критиковал «Историю России с древнейших времен», написанную Сергеем Михайловичем Соловьевым, именно по причине ее элитности. Автор «Войны и мира» резонно заметил, что «История» показывает жизнь и деятельность русских царей, отчасти – дворцовой аристократии. Возникает законный вопрос: а кто же кормил, одевал, наконец, реализовывал великие и не столь великие планы самодержцев и их челяди? Где те самые «кухарки» и «кухаркины дети», которым обещал передать власть Ленин со товарищи? Они в соловьевской «Истории» попросту отсутствовали.

Проблема верхов и низов побуждает меня выйти на еще один серьезный срез вопросов-ответов. Прежде всего, самый обычный: почему кто-то вдруг оказывается вверху, а кто-то – внизу? Марксисты-ленинцы все это сводили к классовой борьбе. Принадлежишь ты к господствующему классу – значит, вверху, к угнетенному – значит, внизу. Изменить ситуацию можно, перевернув все вверх дном, то есть совершив революцию. Тогда кто был никем, становится, условно говоря, всем. Но выше я показал, что такая модель не работает. Да, действительно, сперва так и происходит. Свергают господствующий класс. Приходит угнетенный. Проходит время, и среди пришедшего угнетенного происходит раздел. Выдвигается группа, условно говоря, господствующая. Она со временем становится господствующей реально, а не условно. Все повторяется, только каждый раз с другим набором исполнителей.

Ну, о гениях как личностях чуть ниже. А вот что касается типологии современных людей, я хотел высказаться поопределеннее. Уважаемый читатель, давай мы с тобой попробуем ответить на такой, по-моему, у всех на слуху вопрос: что сегодня выделяется, прежде всего, из той информации, которую получает каждый из нас?

Правильно – нервозность. Все или почти все, кто еще не умер или не прикован к постели, стали психами. Все беспокоятся. Никто не доволен. Всем все не нравится. Ничего нельзя гарантировать. Ничто невозможно удержать, утекает между пальцами рук, едва их коснувшись. Нет ничего драгоценного или, говорила моя мама, святого. Подавляющему большинству людей все по фигу. Отсюда и неологизм, то есть новое слово, в русском языке – «пофигизм». Любители и знатоки дают этому слову свои, более им понятные транскрипции, но суть от этого не меняется.

ОБЩЕСТВО

Маркс и Энгельс еще при жизни застали зарю индустриальной эпохи. Для нее характерно господство машинной техники. Отношения между классами практически не изменились, но внутри них начали происходить заметные перемены. Мускульный труд постепенно вытеснялся, менялся характер труда рабочего, а вслед за ним и крестьянина. Росла производительность труда. Расширялся слой инженерно-технической интеллигенции. Труд, если так можно сказать, заметно поумнел. Во все большую цену в обществе входили знания, особенно технического профиля.

Я в детстве застал расцвет этого индустриального общества у нас в СССР. Как сейчас помню, поголовное обучение. Учились все – от мала до велика. Учились днем и вечером. Тогда вошли в обиход вечерние школы рабочей молодежи. Все что-то конспектировали. У каждого в руках были учебники по химии, физике, алгебре. Меня это все совершенно не интересовало. К техническим дисциплинам я до сих пор испытываю, мягко говоря, аллергию. Но я видел, с каким увлечением всем этим занимались вокруг меня мои старшие сверстники. Самым уважаемым человеком для нас, пацанов, был – жутко выговорить! – инженер. У него была зарплата едва ли не полторы, а то и две тысячи рублей в месяц. Огромные по тем временам деньги, если не забывать, что машина «Победа» – сегодняшний аналог по значимости в обществе «Мерседеса-600» – стоила 16 тысяч рублей. На волне этой увлеченности страна поднялась из военной разрухи как на дрожжах.

Но еще лучше помню и другое время, другие песни и увлечения,– полнейшую девальвацию инженернотехнического труда. Инженер с конца 60 – середины 70-х годов постепенно превращался во второразрядную фигуру в нашем обществе. Вместе с этим печальным превращением происходили необратимые сдвиги и в самом обществе. На первые места вышли не те, кто действительно составляли ум, честь и совесть нашей эпохи, а люди с весьма жуликоватыми наклонностями, те, кто стоял у так называемого распределителя – должностей, продуктов, машин и прочих «нетленных ценностей», за которые готовы были глотку перегрызть.

Это сегодня я понимаю, что такое позорное явление явилось отражением или следствием более глобального и масштабного события: СССР, ведомый «направляющей и руководящей силой общества» – КПСС, бездарно проспал третью научно-техническую революцию в мире, которая означала выход на электронные технологии, на производство, построенное по ресурсосберегающим моделям, в котором центр тяжести переносился на знания, интеллект. Наука становилась главной производительной силой. Рутинные мускульно-машинные функции уступили место творческим. Иначе говоря, не «салариат» (от фр. §а1апа1 – лица наемного труда, оплата труда по найму), а «когнитариат» (неологизм, образованный также от фр. содпШоп – познавательная способность) – ученые, инженеры, специалисты, достаточно независимые благодаря своему интеллектуальному уровню. Они вышли на передовые рубежи в производстве и, соответственно, в обществе. В этих переменах и заключается смысл постиндустриального общества, которое сегодня доминирует в странах «золотого миллиарда».

Главным действующим лицом становится компьютер. «Владеешь компьютером?» – первый вопрос, который сегодня задают всем без исключения, молодым и не очень, специалистам. И действительно, трудно назвать область производства, которая не подверглась бы компьютеризации. Отпали за ненадобностью кульманы, ватманы, макеты, пробы в металле и т.д. и т.п. Гибкость производства достигла небывалых пределов. Серийное производство в странах «золотого миллиарда» составляет всего 1/3, а 2/3 – мелкосерийные изделия (от 10 до 1000 штук), рассчитанные на вкус заказчика.

Телекоммуникации заслонили собой все остальное. Растет бесконечный, как Вселенная, Интернет. Словом, информатизация как следствие интеллектуализации труда превратилась в основной способ производства. В результате, например, только на заводах компании «Дженерал электрик» в материальном производстве занято 40 процентов персонала, остальные – в обслуживающих сферах. В целом по Западу на одно рабочее место в машинно-ручном производстве приходится 3-4 и более мест с умственным характером труда.

В западном обществе идет активный процесс формирования киберкратии (от греч. НЬегиеИке – искусство управления, наука о системах, формах, методах и средствах управления, то есть организации и реализации целенаправленных действий в машинах, живых организмах и обществе).

Киберкратия – это своего рода социальный интеллект. Реализуется через сетевую структуру связей. Ее элементы – информационное поле, социальная память в базах данных, интеллектуальная элита как генератор новых идей, широкий слой специалистов- компьютерщиков, интеллектуальный рынок, обеспечивающий обмен идеями и информацией. Так происходит непрерывная циркуляция интеллектуального общения в культуре, производстве и общественной жизни.

К чему это привело в обществе? Всерьез повели речь о «конце истории», то есть капитализм умер, а вместе с ним закончилась и вся человеческая история. Частная собственность перестала казаться чем-то чрезвычайно важным. Наемные работники стали заменяться – превращаться в свободных производителей, капиталисты уступили место менеджерам, то есть обыкновенным управленцам. Возникла некая информационная демократия, потеснившая собственно бюрократию и обеспечившая через информационные сети доступ каждому к ситуации на рынке, выбору товаров, контактов со всеми, кто нужен, вплоть до политической информации.

Наконец, заговорили о возможности все спрогнозировать и таким способом привести к общему знаменателю потребности людей, обеспечить их экологическую безопасность. Словом, не капитализм с его вековыми пороками, а «облако в штанах», как метко заметил Маяковский.

Однако очень скоро эйфория кончилась. Все встало на свои места, хотя и в значительно преобразованном виде.

Во-первых, усилилась безработица. Один робот в среднем заменил четверых работников. В той же «Дженерал моторс» персонал сократили вдвое при неизменных объемах выпуска продукции. Персонал сталелитейных компаний в США уменьшился в 6 раз.

Во-вторых, стремительно размывается гордость США, так называемый средний класс, составлявший в 50-70-е годы 60 процентов населения страны.

В-третьих, усилилась поляризация общества по уровню доходов. Пятая часть семей американцев сконцентрировала в своих руках 80 процентов национального богатства, причем 1 процент этой пятой части владеет 40 процентами всего достояния страны. Во всем мире доходы 20 процентов самых богатых превосходят доходы 20 процентов самых бедных в 60 раз.

В-четвертых, предполагается полное исчезновение фермерства. Его заменит продукция биотехнологий.

В-пятых, семимильными шагами идет концентрация капитала в форме образования ТНК – транснациональных компаний. Пять из них контролируют половину производства товаров длительного пользования, самолетов, электроники, автомобилей и др., 2—3 компании контролируют международную сеть телекоммуникаций и т.д.

В-шестых, не виданные прежде размеры приобрели валютные спекуляции. С момента прекращения обеспечения доллара золотом (начало 70-х годов) количество так называемых виртуальных денег, то есть кредитов, выпускаемых частными банками, имеющими лицензию на эмиссию, возросло до катастрофических размеров. Величие доллара, как и других западных валют, оказалось призрачным. В случае если кредитор или вкладчик затребует свои кредиты/вклады, их нечем будет выплатить. Наступит финансовый коллапс.

Пробные шары уже запускались. 2008 – мировой финансовый кризис. 1998 год – обвал в Юго-Восточной Азии и у нас, в России. Ранее эти манипуляции проделывались в отношении стран Латинской Америки (Мексика, Аргентина, Бразилия).

Растет криминализация Запада, идущая рука об руку с наркотизацией. Продажа всех видов наркотиков, в сравнении с 70-ми годами, возросла в 50 раз. Лишь только в США и Европе их продается на 200 млрд долларов в год! Прибыль наркодельцов – 800 процентов. А мы знаем еще по «Капиталу» Маркса, что происходит с капиталом не при 800, а всего лишь при 100 процентах прибыли. Он сходит с ума и готов на любые преступления.

Это внутри «золотого миллиарда». Вовне его происходят не менее гадкие явления. К началу XXI века доля 20 процентов богатых стран в мировом валовом внутреннем продукте (ВВП) возросла на 13 процентов: с 70 до 83. Доля бедных стран, наоборот, снизилась с 2,3 до 1,4 процента, то есть разрыв в 60 раз. В условиях абсолютной нищеты, то есть голодают, живут 800 миллионов человек. Из 140 миллионов родившихся детей ежегодно от голода умирают 14 процентов.

Если говорить о тех тенденциях, которые господствуют в постиндустриальном мире, то главная характеристика этих тенденций – форсированное формирование информационно-технологического неоколониализма. Его составляющие многообразны. Но в самом сжатом виде они могут быть сведены к нескольким ключевым параметрам: снижение мировых цен на сырье; перевод грязных производств в периферийные страны; займы, предоставляемые Мировым банком и другими международными финансовыми организациями; контроль за средствами массовой информации в периферийных странах.

В результате в этих странах ситуация не только не улучшается, но с каждым годом все обостряется. Последствия – гражданские войны, этнические конфликты, рост преступности и т.д. Здесь разрастаются так называемые серые зоны общественного хаоса.

Ну а что же Россия? Что происходит с обществом в нашей стране? Еще со времен Петра I за Россией прочно установилась репутация полупериферии. Одной ногой мы стояли и стоим в технически передовой Европе, другой – в технически отсталой Азии. Наш удел – быть центром огромного евразийского ареала. Мы владеем 58 процентами мировых запасов угля и нефти, 41 процентом железной руды, 25 процентами леса и т.д.

На рубеже 40-50-х годов при Сталине мы совершили гигантский скачок в модернизации экономики страны, всего народного хозяйства. При Хрущеве – топтались на месте, резко сдав позиции в агропромышленном комплексе. При Брежневе – профукали третью НТР. Нас подвели бешеные нефтедоллары. Вместо того чтобы направлять эти поступления от продажи нефти и газа на дальнейшую модернизацию производительных сил, мы их просто пропивали и променяли на женские трусы и бюстгальтеры. Сегодня, несмотря на дикое надругательство над всем, чем обладает Россия, наше общество тем не менее пока еще сохранило остатки индустриального пиршества – высокий научно-технический и интеллектуальный потенциал работающих кадров. Насколько его хватит?Что уже ясно? Построить за десять лет ельцинизма постиндустриальное, капиталистическое в своей основе общество нам не удалось. Авторы либеральных реформ не знали российского общества, не отдавали себе отчет в его принципиальной социокультурной и природно-географической специфичности, отличиях от западноевропейского или американского общества.

В силу этого непонимания объекта реформирования механический перенос западных рецептов общественного устройства оказался для России не только неэффективен, но и – хуже того – прямо губителен для страны. Либерализм завел российское общество в тупик.

На посреднические и торговые операции приходится 75—80 процентов совокупной прибыли российской экономики, при том что почти половина экономических мощностей ушла в тень. От всего этого в России выиграли 10—15 процентов населения, а если более точно, то 2—3 процента так называемых «олигархов» и прочих нуворишей. Остальные – в очевидном убытке.

Нарушились такие важнейшие показатели так называемого цивилизационного общества, как социальная справедливость, создание равных возможностей для реализации потенциала личности, уважение к человеку, создание условий для его гармоничного развития и др. Падение производства, рост инфляции привели к повсеместному вытеснению квалифицированных рабочих. Так называемое реформирование аграрной сферы обернулось сокращением крестьянства. Культ глупости, оболванивание населения довели до критической точки существование науки, культуры, образования. Началось масштабное обнищание научно-педагогических кадров, работников культуры.

Предельных показателей достигла тотальная криминализация общества, и в первую очередь экономики. Так, если в промышленно развитых странах вся криминальная сфера составляет 8-10 процентов валового продукта, то в постсоветской России, по данным МВД, эта цифра зашкаливала за 40 процентов и с неизбежностью приближается к половине ВВП. Это официальные сведения. А по неофициальным данным, уже сегодня криминализация общества достигла 60 процентов.

Весьма интенсивно продолжался процесс «теневи- зации России». Теневое поведение перешагнуло границы экономики и властно вошло в политическую систему общества, в сферу правопорядка, армию, СМИ, образование, здравоохранение, культуру и науку, межнациональные и межрегиональные отношение. Проще говоря, поразило все поры общества как на макро-, так и на микроуровнях.

По мнению специалистов, механизм теневизации весьма прост. Теневая деятельность, как в принципе любая другая деятельность, происходит в процессе взаимодействия конкретных представителей социальных групп. Рабочие взаимодействуют с администрацией своих предприятий, высшие чиновники – с чиновниками средней и низшей руки, журналисты – с читателями, врачи – с больными, преподаватели – с учащимися. И так до бесконечности. При этом если «группа-инициатор» осуществляет теневое поведение, то и «группа-партнер» тоже начинает осуществлять теневое поведение, то есть «группа-партнер» втягивается «в тень». Например, ясно: если врачи государственных медучреждений по своей инициативе (то есть теневым путем) начали брать с больных деньги, то это значит, что и обращающиеся к этим врачам больные тоже начали лечиться теневым способом. А точнее, потребности больных в более качественном лечении втянули врачей в теневую деятельность. То же самое происходит в политике. Если коррупция начала появляться в верхних эшелонах власти, то постепенно она распространяется и на нижние этажи.

Важнейшие сферы общества – здравоохранение, система образования, культура – в силу недофинансирования и оттока кадров пришли в кризисное состояние.

В России в силу перманентного экономического кризиса и распада социальной сферы развиваются многочисленные формы социального варварства, свидетельствующие о глубочайшем неблагополучии общества, о нахождении России в апокалиптической ситуации: наркомания, алкоголизм, бездомность, детская беспризорность, проституция и т.д.

Наркомания. Международная наркомафия агрессивно завоевывает для себя такой огромный рынок, как Россия. Правоохранительным органам удается перехватывать незначительную долю наркотического зелья, поступающего в Россию из Афганистана, Центральной Азии, Колумбии и из Африки.

Статистика наркомании в России дает неутешительные цифры.

По данным Госнаркоконтроля, в 2013 году в стране около 3 миллионов человек регулярно употребляли наркотики, а имели опыт их употребления 18 миллионов. За последнее десятилетие в 10 раз увеличилась смертность из-за наркотиков, а детская смертность повысилась в 45 раз!

В порочный круг наркотизации каждым наркоманом втягиваются 10—17 человек. Наркомания в России молодеет – 84 процента наркоманов признаются, что впервые попробовали наркотики в возрасте менее 15 лет. Как ни печально, но многие родители узнают о наркотической зависимости своего ребенка спустя два года после первого приема наркотика. А тогда что- либо предпринимать бывает уже поздно.

Средняя продолжительность жизни людей, регулярно употребляющих наркотики, не превышает 4,5 года. Некоторые наркоманы не протягивают больше года такой жизни. От продажи наркотиков мафия получает невероятно высокую прибыль. На доходы от этого грязного бизнеса открываются тысячи магазинов, ресторанов, кафе, рынков, на которых отмываются деньги, полученные преступным путем.

По данным Интерпола, ежегодный мировой оборот наркобизнеса составляет 500—800 миллиардов долларов. И, как было сказано выше, на Запад приходится только 200 из них.

Наркомания усугубляет проблему преступности, так как больные наркоманией зачастую готовы идти на любые преступления, чтобы обеспечить себя очередной дозой зелья, лишает общество части его молодых и активных граждан.

Алкоголизм. Алкоголизм был серьезной проблемой и в СССР, но в пореформенной России ситуация с заболеваниями алкоголизмом серьезно усугубилась (более подробно см. раздел «Алкоголизм»).

Бездомность. Наиболее зримо и ярко социальное варварство в России проявляется в стремительно развертывающихся процессах деклассирования и люмпенизации. Самым наглядным результатом это явление предстает в образе так называемых бомжей, то есть лиц без определенного места жительства и без постоянных занятий. Их численность достигает в современной России нескольких миллионов человек.

Беспризорность. Явления детской беспризорности наша страна не знала с 20-х гг. Ему было суждено возродиться в качестве одного из негативных последствий либеральных реформ. По разным оценкам, численность беспризорных детей колеблется от нескольких сотен тысяч до нескольких миллионов. Беспризорные дети вовлекаются в преступность, занятия проституцией, становятся жертвами подпольной индустрии порнографии, страдают от наркомании и алкоголизма. Детская беспризорность – одно из самых ужасных проявлений той социальной катастрофы, которую переживает современная Россия.

Проституция. В 1990-е годы в России произошел значительный рост уровня проституции. Тогда же в России появилась детская и мужская проституция, до этого практически неизвестная. По данным МВД, в 2013 году в России насчитывалось около 1 миллиона проституток. 12 лет назад их число оценивалось в 400 тысяч.

Несмотря на официальный запрет проституции на территории РФ (ст. 6.11 и 6.12 КоАП РФ; ст. 240 и 241 УК РФ), проституция в России де-факто существует и достаточно хорошо развита, ее деятельностьактивно рекламируется в печатных изданиях под видом «Службы знакомств» и в Интернете. Многие домены сайтов интим-услуг и видеочатов зарегистрированы в других странах, открыто предоставляя услуги проституток всем желающим.

В начале экономического кризиса аналитики Общественного института социальных исследований прогнозировали, что резкое снижение доходов и безработица вынудят выйти на панель пять миллионов россиянок. Даже термин придумали – «спорадическая проституция», то есть на панель такая путана выходит раз—два в неделю, а в остальное время она порядочная женщина. Ее задача – подхалтурить, перебиться до зарплаты или устройства на работу.

Ученые ошиблись. Исследования, проведенные журналом «Огонек» и компанией Ргой опПпе гезеагсЬ, показали, что 61 процент женщин не видят смысла в отношениях с мужчиной, если не получают от них материальных выгод. Девушки готовы предоставить свое тело не только за наличные деньги. Подойдет и бартер, например, поход в ресторан или поездка в отпуск.

Если спросить милицейское начальство или чиновников, то они ответят, что проституции у нас в стране нет, поскольку нет закона о проституции. А если набрать в поисковой системе Интернета слово «проститутки», то окажется, что только в Москве их около 200 тысяч.

Сформировавшаяся в России социальная система является гибридом ряда негативных сторон либерального капитализма и советской модели. Неудивительно, что подавляющая часть населения, согласно всем социологическим исследованиям, выступая против реставрации советского строя, категорически не приемлет и многое в либеральной трансформации российского общества. Возврат к прошлому невозможен, но и кризисное настоящее не должно стать нашим будущим.

Российскому обществу необходима не только свободная экономика, но и мощное государство, проводящее политику здорового патернализма, регулирующее социально-экономические отношения, российскому обществу нужны не только гражданские свободы, но и активная и решительная борьба со всеми негативными социальными явлениями. На взгляд ЛДПР, оптимальным с точки зрения интересов большинства российских граждан было бы осуществление синтеза положительных сторон прежней общественной модели, предоставлявшей высокие социальные гарантии, и наиболее удачных сторон современного западного общества с его гражданскими свободами, эффективной экономикой и ответственным государством. Российская политическая, экономическая и интеллектуальная элита должна приложить все усилия, для того чтобы скорректировать развитие нашей страны в направлении оптимизации курса социально-экономического и духовного развития страны.

Необходимы воля, мужество и решительность российской политической элиты, для того чтобы переломить негативные тенденции реформенной эпохи. Необходимо сочетание начал свободы и инициативности граждан с социокультурными традициями российского типа. Россия и ее народ нуждается в радикально-разумных реформах.

Как представляется ЛДПР, основными направлениями консолидированной деятельности руководства страны и ее населения должны стать:

–

комплексная, решительная и последовательная борьба с криминалом, готовность идти на жесткие меры для победы над преступным миром и коррупцией;

–

преодоление последствий либеральной экономической политики и сырьевой направленности хозяйства России, обеспечение вступления страны в клуб современных постиндустриальных, информационных стран путем ускоренного развития высокотехнологичных, наукоемких производств;

–

выстраивание действенных и инициативных институтов гражданского общества с российской (евразийской) спецификой;

–

активная социальная политика защиты населения от неблагоприятных последствий рыночных преобразований;

–

обновление политической элиты и создание высокоэффективного, прозрачного и ответственного перед народом государства;

–

выработка научных основ политики Российского государства в соответствии со стратегическими интересами страны;

–

решительная и последовательная работа по оздоровлению нравственно-психологической атмосферы в обществе;

–

проведение сильной и независимой внешней политики, обеспечение приоритета российских национальных интересов в условиях глобализующегося мира.

КУЛЬТУРА

Утомленному, чтобы не сказать сломленному, бесчисленными напастями современному обществу под стать и его зеркальное отражение – культура. Мы живем, как думаем, а думаем, как живем. Как живем-думаем, я много раз говорил при обсуждении работы всех правительств за последние 20 с лишнем лет, начиная с первой сессии Госдумы в январе 1994 года. Помню, в бытность премьер-министром Виктора Черномырдина я выступил с докладом от его имени «Как должен выступать премьер-министр, но не выступает». И практически каждый раз, давая оценку работе правительства, я говорил, что правительство плохое, плохо справляется с решением всех важнейших задач, которые оно обязано решать и которые кроме него никто не решит. Вечно опаздывает. Никогда ничего не упреждает. Это – команда пожарников, а не политков, ведущих страну по пути нормального развития. Не справляется правительство и с задачей развития или хотя бы сохранения нашей родной русской культуры.

Денег никогда не хватало на культуру. Даже при советской власти, когда в отношении финансирования культуры господствовал так называемый остаточный принцип, то есть культуру финансировали после того как выделяли деньги всем остальным ведомствам и сферам государственной деятельности. Но тем не менее в таком запустении, как при Б. Ельцине, наша культура не находилась никогда.

Состояние культурной разрухи и запустения было сопоставимо разве что с началом 20-х годов прошлого века, когда после жесточайшей Гражданской войны, помноженной на войну Мировую, в стране царили голод и упадок во всем. В городах, чтобы хоть немного обогреть квартиры, многие топили печки-буржуйки книгами своих библиотек.

Проанализировав итоги Великой Отечественной войны 1941-1945 годов советского народа против немецкого и всего мирового фашизма, а заодно всю тысячелетнюю историю государства Российского, американские стратеги пришли к выводу – это самый непокорный народ на земле, и его не могли сломить ни самое современное оружие, ни угроза физического уничтожения, ни голод, ни холод, ни другие чудовищные лишения и испытания. Он выстоял в борьбе с немецкими псами-рыцарями, сломил татаро-монгольское почти 300-летнее иго, отбил турецкие, польские, шведские, японские, французские, английские, американские экспансионистские поползновения, переломил хребет фашистскому зверю. И тогда родилась зловещая стратегия – если нельзя убить физически, надо уничтожить духовно.

Все то, о чем говорил ярый русофоб и мракобес Ален Даллес о завоевании России с помощью пятой колонны, осуществили нынешние «демократы» всех мастей. Возьмем еще одно свидетельство. «Вхождение в мировую цивилизацию» сопровождалось громкими официальными заклинаниями о «плюрализме», о «диалоге двух культур», то есть отечественной и западной. Проведенное на рубеже 80-90-х годов социологическое исследование среди творческой интеллигенции (было опрошено 20 тысяч человек) показало, что почти 60 процентов деятелей литературы и искусства отвергали какие бы то ни было запреты в культурных контактах с Западом. Среди творческой молодежи 20—30 лет эту точку зрения разделяли 3/4 опрошенных. И лишь совсем небольшая группа – менее 3 процентов – высказалась против «диалога двух культур», опасаясь, что он может привести к разрушению отечественной культуры, деградации нравов и падению эстетических вкусов в нашей стране.

Увы, к ним никто не прислушался, как и к выдающемуся русскому писателю В. Распутину, предупреждавшему общество, что «диалог двух культур» может превратиться в монолог и даже – в культурную интервенцию.

Он был не одинок. В ноябре 1990 года на встрече деятелей литературы и искусства каждый третий участник предупреждал Горбачева о засилье эрзац-культуры. Однако главный перестройщик, обладающий способностью всегда говорить долго и туманно, начисто был лишен дара кого-либо слушать и уж тем более прислушиваться. Так были открыты шлюзы для вливания западной массовой культуры в российское общество. Уже в конце 80-х годов, по данным отдела конъюнктуры ВПТО «Видеофильм» Госкино СССР, фильмы ужасов на черном рынке были популярны у 46,8 процента посетителей видео, эротика – у 43 процентов. Опрос проводился в 8 промышленных городах.

Но не только черный рынок процветал от западной видеопродукции. В последние годы коммунистической власти весь советский кинематограф существовал на деньги, получаемые от проката зарубежных картин.

Тотальное разрушение отечественной культуры доморощенными реформаторами при активной помощи западных «друзей» – явление многоаспектное, многоцелевое. Но среди прочих одна цель, несомненно, является главной, стратегической – подчинить русских, сделать их сговорчивыми и покорными. А это возможно лишь при условии подчинения их западным стандартам.

Отсюда наша страна стала объектом массового рас- культуривания, невиданного еще в истории человечества глобального насилия по переделке духовного кода народов, населяющих Россию. Применяя самые различные «злокачественные формы деструктивности» (Э. Фромм), Запад сделал решительную ставку на замену нашего национального культурного генотипа своим собственным.

Чем это чревато для России в перид 2015—2020 годов? Современная западная культура даже экономически основывается на принципе индивидуального соперничества. Война всех против всех. Каждому представителю «золотого миллиарда» так или иначе приходится защищать свои интересы перед представителями даже той социальной группы, к которой он сам принадлежит, не говоря уже о других социальных группах. Он самой действительностью вынужден отталкивать в сторону своих партнеров, брать над ними верх. В результате преимущество одного для другого оборачивается неудачей. Следствием этой психологической, как минимум, коллизии оказывается постоянная напряженность между людьми. Все представляются друг для друга соперниками.

Все факты говорят о том, что на первый план выдвигается уже не военная безопасность, не территориальный раздел, а духовная безопасность нации. Что она из себя представляет?

Прежде всего, духовную безопасность личности, социальной группы, наконец, нации в целом, на мой взгляд, вряд ли оправданно рассматривать в отрыве от социальной безопасности. Безопасность духовная, как очевидно, представляет собой часть социальной безопасности, она входит в понятие социальной безопасности, которая означает достижение устойчивости и разумности в решении и обеспечении личности социальных гарантий, социальной обеспеченности, социальной защиты, например, гарантии образования, выделения на образование соответствующих средств, наконец, защиты права на образование. Иначе говоря, социальная безопасность представляет собой надежную обеспеченность и защиту жизненно важных интересов человека, социальной группы, социального слоя. Это сохранение и развитие самого потенциала человека, системы его жизнеобеспечения, образа жизни, норм и принципов общественного поведения.

Будучи составной частью социальной безопасности, духовная безопасность связана с функционированием образования, науки, литературы, досуга, уровня их развития, то есть культуры в самом полном и общем понимании ее содержания и общественных функций. Ясно, что реализовать эту самую духовную безопасность, кроме самого государства, в обществе в общем- то некому, да, наверное, и не найдется таких сторонников. Спонсорство и меценатство – это чепуха в объеме всего общества. Они никогда не обеспечивали развитие культуры на уровне ее общественной значимости.

Сказав об утрате русской культурой своих позиций и замещении их иностранной подельщиной, давайте попробуем ответить на вопрос: как это преодолеть?

Отличительная особенность русской культуры – наличие многовековых традиций и активное формирование новых традиций. Пожалуй, только китайская и индийская культуры могут похвастаться аналогичной традиционностью. Европейские культуры фактически утратили преемственность с образцами и что еще важнее – с духом культурных истоков. У США таких традиций никогда не было, да и быть не может. Вообще – большой вопрос, есть ли у этой страны своя культура, поскольку те, кто населяет США, обычно обращаются к культурным ценностям своих прародин.

Что же касается русской культуры, то именно в силу живучести традиции нам удается через века пронести преемственность в главном и основном – высокой духовности каких бы то ни было форм культурного самовыражения народа. Яркий пример – Московский Кремль, где соседствуют различные архитектурные сооружения, не разрушающие, тем не менее, единый ансамбль. Да, наша культура постоянно претерпевала изменения как позитивного, так и негативного свойства. Иначе и быть не может. Ведь в русской культуре, так же как и в русской истории, отразились основные вехи нашего бытия, проявилась и продолжает проявляться самобытность народа, живет социальная память десятков поколений.

Главный и самый проникновенный смысл русской культуры заключается в ее всеохватной человечности, гуманистичности. Отсюда ее всеохватность. Скажем, Пушкин понятен всем, даже китайцам. Кстати, в Китае 200-летие со дня рождения нашего гения отмечалось едва ли не на самом высоком государственном уровне. Эта всечеловечность воплотилась в русской философии всеединства. Идея единения, а не раскола, собирания земель и народов пронизывает сверху донизу и снизу доверху всю нашу историю. И поэтому эта идея так актуальна и для нашей культуры.

Русская культура в своем развитии прошла несколько крупных этапов. Она изначально формировалась под воздействием трех как исторических, так и этнических сил. Это православная Византия, соседи славянских народов – исламские народы и коренное язычество. Организующим, связывая в единое целое, и направляющим эти три силы элементом выступило государство. Поэтому в известной мере развитие русской культуры – это прежде всего развитие Русского государства. Поэтому русская культура, в отличие, скажем, от западноевропейской,– идеологическая культура. Она вряд ли была возможна, если бы не несла определенную государственно-политическую, а стало быть, и идеологическую культуру.

В русской культуре такое, скажем, явление, как искусство для искусства, просто немыслимо. Оно, конечно, присутствовало, но никогда не имело доминирующего значения. То же и с подражательством. Московский Кремль строили по проектам итальянских зодчих. Но что в нем итальянского? Архитектурные формы? Но даже они под рукой русских строителей приобретали самобытный и неповторимый характер. Родоначальниками иконописи были греки. Так и назывался один из них, просто и незамысловато,– Феофан Грек. Но ведь его иконы мало общего, чтоб не сказать ничего общего, не имеют с греческой иконописью. Русские мастера не стыдились ни подражательства, ни заимствования чужого опыта и образцов. Но всегда этот опыт и эти образцы превращали в исключительно свои, только нам присущие культурные формы и традиции.

В русской культуре можно выделить несколько рубежных этапов, предопределивших и повлиявших на духовное и материальное состояние народа. Это – этап Древней Руси, средневековая Русь с центром в Москве, Петровские реформы, постпетровский период, вершиной которого стал серебряный век русской культуры, советский этап и, наконец, нынешний период развития русской российской культуры. Давать оценку какому-либо из этапов не входит в цель моей работы, но и не сказать наиболее значимое тоже было бы неправильно.

Древнерусская культура выросла из обрядности, в ее основе были обряды, художественное творчество народа (главным образом устное – песни, игры, пляски). Древнерусское язычество не было шаманским по своему типу. Его основу также составляли нормальные, фактически природные верования в, если так можно выразиться, реальных богов, а не психически ненормальных в шаманстве богов, которые выражали природные силы, стихию леса, неба, воды и конечно же земли. Что ж тут ущербного? Короче, русское язычество было на порядок духовнее и западноевропейского, и восточноазиатского. Отсюда и та сравнительная легкость приема русскими православия.

Трудно сказать, как бы пошло развитие нашей культуры, если бы не татаро-монгольское нашествие.

Но то, что Древняя Русь превосходила к началу XII века Западную Европу по всем статьям – городской архитектуре, литературе, фресковой живописи, храмовой архитектуре,– это несомненно. Жилища русских с точки зрения их удобства и санитарии были на порядок выше жилищ западноевропейцев. И это при разнице климатических температур в 10—20—30 градусов! По крайней мере, ни в Киеве, ни в Чернигове, ни во Владимире XI века вам никто, как в Париже или Лондоне XIX века, не вылил бы на голову ушат с помоями и нечистотами. А это, согласитесь, высший пилотаж в культуре быта, да и общей культурности населения.

Культурная парадигма «Москва – третий Рим» возродила главное в культуре греческо-православной Византии, то, чем она и была сильна почти двенадцать веков,– идеологию симфонии властей, то есть славянско-православную идею разделения власти. Кесарю – кесарево, а Богу – богово. Власть правит мирскими делами, а церковь заботится о наших душах. У нас третьеримскую идеологию порушит Петр I, а до него – его папенька, тишайший Алексей Михайлович, не поделивший власть с мордвином по национальности патриархом Тихоном. Но, слава богу, в середине XIX века найдется в России умнейший человек, министр просвещения Уваров, который вдохнет жизнь в новую, не менее глубокую духовную доминанту русской культуры и государственности: «Православие. Народность. Самодержавие». Это позволит почти на целый век отсрочить падение романовской династии. Но – только отсрочить.

Петр I внес еще одну смуту в умы и сердца русских людей. Помимо духовного раскола, начатого его папенькой, Петр ликвидировал патриарший престол. С образованием империи в России не стало патриарха. Его место занял коллективный орган – Синод, который к началу февральско-октябрьской революции 1917 года превратился едва ли не в сборище педерастов и лиц далеко не русского происхождения, которым опять-таки, как и деятелям III Интернационала, было наплевать на Россию.

Ликвидация в России поста патриарха привела к так называемому женскому периоду правления в России, когда страной правили полу- и иностранки весьма сомнительного происхождения и времяпровождения. Отсюда и мужской фаворитизм, все эти бироны, ми- нихи, остерманы, орловы, зубовы, и несть им числа. А в культуре фактическая утрата национальных ориентиров и уничижительное заимствование западных образцов.

Наконец, Петр I нанес и еще один удар по русской культуре и духовности, от которого она так и не оправилась по сей день. С него пошло деление на так называемых западников, то есть сторонников западной культуры, и славянофилов, которые с неменьшим упорством, чем западники, отрицавшие все русское, отрицали все иностранное, рядясь в мужицкие зипуны и рисуя красных петухов на воротах своих усадеб.

Конечно, говоря о влиянии Петровских реформ на развитие русской культуры и духовности, нельзя не сказать и о сильной стороне его начинаний. Собственно, с него начались все преобразования, именуемые в научной литературе модернизацией. Петр I

одним из первых провел то, в чем столь остро нуждалась Россия XVIII века,– создал отвечавшие современным требованиям армию, флот, промышленность, отчасти архитектуру.

Аналогичный петровскому прорыв был совершен почти через два века папенькой Николая II – Александром III. Умнейший государь и деятельнейший государственник за 13 лет своего правления без единой войны расширил территорию империи на 1000 квадратных верст, утроил производство нефти, стали, чугуна, проложил руками Витте железные дороги по всей России, модернизировал сухопутную армию, воссоздал на Черном море флот, ликвидированный в 1856 году после поражения России в иностранной интервенции. Именно благодаря такой материальной базе и произошел ярчайший расцвет русской культуры на рубеже XIX – XX веков, по справедливости называемый серебряным периодом (золотой, наверное, пушкинский?) русской культуры.

Советский этап начался, конечно, трагически. Менее благоприятного старта трудно даже предположить. Это не татарское нашествие. Это не Смута XVII века. Дело обстояло куда страшнее и безысходное. Три четверти, если не четыре пятых, материального достояния культуры были разрушены. Про духовную и говорить нечего. Сегодня некоторые литературные «критики» любят посудачить о «демократических» временах русской литературы 20-30-х годов. Так могут писать только умственно поврежденные лица или подлецы. Ведь русской-то литературы как раз и было меньше всего. Что, деятели так называемой Российской ассоциации пролетарских писателей (РАПП) во главе с подонком Авербахом, состоявшим на содержании Лубянки, относятся к русской литературе? Или все эти оптом и в розницу взятые бабели, серафимовичи, сейфуллины, тоже принадлежали к русской литературе? Нет, друзья «демократы», если и велись тогда споры, то только между своими и по поводу того, не как развивать русскую культуру и духовность, а как лучше и вернее ее уничтожать.

Как это ни странно кому-то покажется, русскую культуру и духовность спасла Великая Отечественная война. Сталин особенно, другие в меньшей степени, наконец-то поняли, что без русской культуры и духовности невозможно будет ни выиграть эту антирусскую войну, ни восстановить порушенное, а не то и самим оказаться в ящике. Вот когда это поняли, то, исходя сугубо из чувства самосохранения, и перешли к развитию русской культуры в обличье «советской» и «пролетарской».

Сталин совершил третий прорыв в модернизации страны и обновлении всех сторон жизни материальной культуры. А уже на этой основе были подтянуты образование, архитектура и т.д. Вернули православие, позволив в 1943 году восстановить патриарший престол. Хрущев, правда, потом принялся доламывать то, что до него не успели сломать пролетарские космополиты, но было поздно. Его правление всерьез уже не воспринималось, и в особенности его ценные указания «деятелям культуры».

Конечно, повторяю, я не ставил своей задачей охватить такую сложную тему, как принципы и этапы развития русской культуры и духовности, во всем ее объеме. Собственно, если кто-то вам скажет, что в состоянии это сделать, будет своеобразным Хлестаковым, хваставшимся своим нахождением с Пушкиным, то есть русской культурой, «на короткой ноге». Нельзя, не под силу это одному человеку. Но под силу сделать общий вывод по данной проблеме. Русская культура и духовность, во-первых, развивалась отнюдь не линейно ни во времени, ни в пространстве, ни тем более по форме и содержанию. Ее развитие осуществлялось скачкообразно-прерывисто или, как говорят физики, дискретно, иногда, на манер броунова движения молекул, то есть хаотично и бессистемно. И во-вторых, во всей этой кажущейся неразберихе и навале тем и проблем обязательно просматривалось главное – глубокая демократичность русской культуры, ее открытость и доступность каждому, кто захотел бы освоить наши духовные ценности и завоевания. И этим она резко отличается от культуры западной, особенно культуры XX века, с ее заумью и неизбывным стремлением к внешнему выпендрежу в ущерб человеческому содержанию. И наконец, в-третьих, русская культура помимо вседоступности отнюдь не склонна к тому, что на Западе именуется массовой культурой, то есть культу бездуховности, насилия и порнографии, якобы более всего и прежде всего доступных «простому» человеку. Да не о простом человеке пекутся деятели западной поп-культуры (вот именно «поп», чтобы понятнее – «попка», а там понимайте сами, о чем речь – о попугае или о чем-то другом, ближе к человеческому), а о собственных барышах.

Так называемое разгосударствление современной культуры привело к очень печальным последствиям. Плохо, когда за культурой наблюдали посредственности из отдела культуры ЦК. Такое огосударствление культуре – что нож по горлу. Но никуда не годится и нынешняя ситуация, при которой под видом разгосударствления поощряется антирусская тенденция массовой культуры Запада, причем самого гнусного пошиба. Без поддержки культуры государством мы ничего не разовьем. Давайте уясним для себя эту банальную истину. Не надо думать, что на Западе государство не поддерживает культуру. Это ложь. Оно поддерживает ту культуру, которая ему выгодна. Американское кино насквозь идеологично. Вы не найдете ни одного фильма из Голливуда, где бы не рекламировался так называемый американский образ жизни. Почему же мы такие наивные люди? Так что необходима поддержка государством нашей культуры и духовности. Иначе беда.

НАЦИЯ

Двадцатый век вошел в историю как век уничтожения русской наций, всего национального. На это были направлены две мировые войны и мировая холодная война, множество так называемых национально-освободительных войн и движений. Этому способствовали десятки социалистических и демократических революций, начиная с Февральской 1917 года в России.

Вступление капитализма в свою высшую империалистическую стадию развития обусловило естественно-исторические предпосылки интернационализации не только экономики, политики, культуры, но и такого явления, как ассимиляция наций и народностей. Кстати, учение об империализме – вовсе не открытие Ленина. Вождь мирового пролетариата основные положения своей знаменитой брошюры «Империализм как высшая стадия развития капитализма» заимствовал из сочинений австрийского политэконома Гильфердинга, в частности, его основательного труда «Финансовый капитал». В 20-е годы книга была переведена в числе прочих на русский язык. Но очень скоро изъята из широкого пользования, чтобы читатель, не дай бог, не заподозрил научный плагиат, мастером которого был «великий» Ленин.

Процесс аннигиляции наций продолжается и в наши дни. Вступление капитализма в эпоху глобализации и особенно уход с мировой арены геополитического соперника стран «золотого миллиарда» – социалистического лагеря сделали практически неактуальными на Западе такие понятия, как «нация», «национальный интерес», «национальный суверенитет» и другие тождественные или близкие к ним категории. Западные идеологи, особенно поборники так называемого либерального институциализма, принялись усиленно рассуждать о выходе в тираж нации-государства. На смену государствоцентристской модели мира, считают они, идет или уже почти пришла новая, основанная на идее того, что коллективное благо международного сообщества должно пониматься как благо всех его членов.

Структурными элементами этого «коллективного блага» в самом общем виде являются межнациональные и транснациональные связи в сфере производства; образование транснациональных корпораций; свободное движение капиталов и рабочей силы; международные органы, соглашения и коммуникации торговли, обеспечивающие «коллективную политику»; международные неправительственные организации и неформальные объединения; ООН, позволяющая себе коллективное вмешательство во внутренние дела суверенных государств под видом миротворчества или гуманитарной интервенции; Международный суд в Гааге, выносящий приговоры национальным политическим лидерам; НАТО, присвоившее себе не оборонительный, а наступательный, выходящий далеко за пределы системы коллективной безопасности его членов статус карающего или милующего третьи государства, например, Югославию или Ирак; интернациональная, космополитическая по своей природе бюрократия, берущая на себя роль руководителя государствами, в частности в рамках Европейского союза.

Против русского народа, как государствообразующего были направлены и ельцинские новации, вошедшие в негативную историю страны под лозунгом «Берите столько суверенитета, сколько проглотите». Это Ельцин предлагал в 1990 году так называемым национальным республикам и автономным округам, входящим в состав Российской Федерации. Эту же цель – ослабление государственной мощи русского народа – Ельцин и его компашка преследовали и тогда, когда закрывали КПСС после провала приснопамятного ГКЧП.

Я всегда говорил, что являюсь убежденным противником коммунизма как теории и практики, который навязывают не какой-то мелкой кучке интеллигент- ствующих чудаков, а такому великому народу, каким был и, я полагаю, останется во веки веков русский народ. Но я никогда не был против КПСС не как партии, а как государствообразующей структуры, какой она стала с приходом к власти Сталина и особенно с утверждением у руководства Брежнева. С ликвидацией КПСС, приведшей автоматически и к ликвидации СССР как имперского государства, ядром которого являлся русский народ, больше всего потеряли именно русские. Что имеется в виду? Попробую пояснить, как я, антикоммунист, но не антипартиец, хотя мне и отказали в приеме в КПСС, представляю себе этот вопрос.

КПСС действительно объединяла русский народ. Разумеется, пока у руководства партией стояли русские люди, а не инородцы во главе с Горбачевым. Даже полоумный Хрущев не был столь опасен для КПСС и СССР в лице русских, как Горбачев с Яковлевым, Шеварднадзе и иже с ними.

Сталин весьма сложно относился к русскому вопросу, русским как народу. Будучи воспитан в традициях идиотского по всем показателям пролетарского интернационализма, он, как и все руководство так называемой ленинской школы, постоянно подчеркивал свой антинационализм, приверженность пресловутой дружбе народов, которая на деле оказалась дружбой за счет исключительно русского народа. Но Сталин одновременно весьма однозначно полагал, что без государствообразующего народа, каким был русский народ, ни КПСС, ни СССР долго не протянут. И здесь он оказался принципиальным противником Ленина, Троцкого, Бухарина и прочих безоглядных интернационалистов.

В отличие от них, в дискуссиях начала 20-х годов по национальному вопросу Сталин выступал не за создание СССР как союза равных среди равных, а за РСФСР, то есть за вхождение всех этих кавказских и остальных полуазиатских племен и народов в Российскую Федерацию на правах автономии. Это был подлинно имперский подход. Сталина тогда осудили. На словах он согласился. Но на деле следовал именно своей, а не ленинско-троцкистской линии. Причем реализовал свой подход весьма хитрым путем – через партийные структуры. Организующая и руководящая сила советского общества – КПСС оказалась стержнем, на который Сталин нанизал не только партийные, но и все остальные государственно-общественные структуры и учреждения.

При этом очень последовательно и неуклонно по-сталински проводилась национальная кадровая политика. В союзных республиках, не говоря уже о республиках в составе РСФСР, как правило, первым секретарем республиканского ЦК избирался представитель так называемой коренной или, по терминологии до октября 1917 года, туземной нации. Кстати, слово «туземный» тогда никого не оскорбляло, разве что женевских сидельцев во главе с Лениным и Троцким, сдуру или по чьей-то «мудрой» подсказке придумавших не менее идиотский, чем миф о пролетарском интернационализме, миф о России как «тюрьме народов». Хороша была тюрьма, если она позволяла таким русофобам спокойненько и сытенько поливать ее грязью. Посмотрел бы я на того чудика, который посмел так или приблизительно так высказаться по поводу США, Великобритании, Франции. Где бы его потом искали, кто может предположить?

Вторым секретарем республиканского ЦК для избрания обязательно назначался из Москвы русский. Далее. Если председателем Верховного Совета республики оказывался «туземец», то председателем Совета министров или правительства назначался русский. Первые лица всех силовых ведомств – КГБ, МВД, разведки, военных округов и др.– были исключительно русскими назначенцами из Москвы (по личному указанию товарища Сталина). Сам подбирал и сам затем следил за их работой и поступками. А следить за кем- либо, как мы знаем из школьных учебников, Сталин умел, как никто другой. Пройдя школу царской охранки, он прекрасно знал толк в таких делах.

Как только эти принципы стали нарушаться, так сразу же забрезжил враг всех федеративных образований – национальный сепаратизм. Он-то и взорвал СССР, ЧССР, СФРЮ. И наоборот. Где представители государствообразующей нации сохраняли позиции, все шло отлично, как, например, в Китае и Вьетнаме. На площадь Тяньанмынь вышли не дурачки-студенты, а тщательно отобранные раскольники государственности Китая. И то, что им вырезали все, что можно было вырезать, спасло Китай от того хаоса и мрака, в каком оказались СССР и Югославия. Чехия не в счет. Там положение спасли жидомасонские связи чешской элиты с Западом, то есть главным образом не экономические трудности (они только подогрели страсти), а именно отступление от базовых основ господства государствообразующей нации.

В результате в СССР в дураках оказались русские, в СФРЮ – сербы. И так далее.

Сохранится ли Россия как единое государство, или суждено ей пережить еще одну беловежскую трагедию, или, что еще хуже, повторить судьбу Югославии – такой вопрос все чаще возникает перед российскими гражданами. И возникает не случайно.

Вопрос о самоидентификации России окончательно не решен и, как следствие, не решен вопрос о территориально-политическом и национально-территориальном устройстве страны.

Каков наиболее оптимальный путь решения проблем территориально-государственного обустройства России, путь, который органически сочетал бы принцип государственной целостности при учете интересов и особенностей регионов? Задача архисложная. Нужно не только сохранить нашу целостность, но и упрочить ее, связав центр и регионы в органическое и единое целое.

Пора перестать делать вид, что ничего не происходит, не реагировать на самовольство регионов и центробежные тенденции. Нужна стратегически выверенная политика территориально-государственного строительства, имеющая целью создание новой российской государственности, построенной на органическом сочетании интересов центра и регионов.

Исходя из этого, ЛДПР и строит свою национальную политику. В современных условиях ЛДПР выдвигает принцип патриотизма на первый план по двум причинам. Во- первых, необходимо восстановление нашего государства в его исторических и геополитических границах. Во-вторых, потому что в течение последних десятилетий идет процесс угнетения и сокращения русского населения страны. Историческая задача ЛДПР и всех патриотов России – спасти русский народ от закабаления и вымирания.

Мировая практика наглядно свидетельствует, что, вопреки утопическим проектам западных либерал-кос- мополитов, нации и народности никуда не исчезают, так же как вопреки и программным установкам коммунистов, они не сливаются ни в старую, ни в новую «историческую общность». Нации – продукт развития человечества. Они были, есть и будут. По разным оценкам, сегодня в мире насчитывается около 2000 наций, народностей и этносов, 5000 языков с основными диалектами.

Большинство, причем подавляющее большинство, стран «золотого миллиарда» многонациональны. В США проживают около 50 миллионов ирландцев, так, предки Б. Клинтона были выходцами из Ирландии; 25 миллионов негров или, как их называют, афроамериканцев; 20 миллионов латинос, то есть выходцев из стран Латинской Америки, около 6 миллионов евреев, по нескольку миллионов итальянцев, китайцев, поляков, русских, украинцев, японцев.

То, что все они встают навытяжку при звуках гимна «Америка, Америка превыше всего», вывешивают на своих домах флаг США с масонской символикой, вовсе не делает их единой американской нацией. В языке, экономике, бизнесе, армии, ЦРУ, ФБР, полиции, дипломатии существуют единые стандарты, которым следуют все. Иначе и быть не может. Как можно жить в общежитии, не выполняя правил внутреннего распорядка? Выполняют. Но не более. Мало кто из них ассимилировался. Наоборот. Все стараются придерживаться национальных устоев, по крайней мере в культуре, питании, браке, повседневных привычках.

Такая же картина в Европе и Азии.

Как показывают исследования, большинство этносов Земли – а это не менее 2000 образований – не располагают собственной государственностью. Этим обусловлено взаимовлияние различных национальных культур и традиций в рамках одного, а то и нескольких государств. Причем далеко не всегда малочисленная национальная группа усваивает культуру и обычаи многочисленных, прежде всего государствообразующих этносов. Нередко происходит как раз наоборот. Скажем, евреям США в течение ХХ века удалось полностью поставить под свой контроль духовную жизнь едва ли не всей страны. Произошло это потому, что основные СМИ оказались собственностью лиц еврейского происхождения. Это же самое произошло с шоу-бизнесом, поп-культурой, кино. Такой процесс называется аккультурацией.

Известна масса этносов численностью несколько тысяч и даже сотен человек. Скажем, ижорцы (600 человек) – народ финской группы, проживающий на территории Ленинградской области, или проживающие в Якутии юкагиры – 800 человек. В Восточных Саянах живут 730 тофаларов. Еще меньше (300 человек) – орочей, жителей Хабаровского края, коренных жителей Сахалина – ороков (200 человек) и живущих в низовьях Енисея энцев (200 человек).

Для них всех вопрос будущего далеко нешуточный. Не исчезнут ли они с лица Земли, будучи поглощенными более крупными этносами? Возможность ассимиляции весьма вероятна. Тем более что только в ХХ веке на Земле исчезли десятки малочисленных этносов, интегрировавшихся с более многочисленными нациями. Однако, что касается бывшего СССР и нынешней Российской Федерации, мне не известно ни одного случая ассимиляции, а тем более исчезновения, малочисленных этносов. Такая природа русского и других славянских, финно-угорских, тюркских народов, столетиями проживающих на территории России. Они никого не «съели» и есть не собираются.

Этническая карта России весьма многоцветна. Из 147 миллионов населения страны к русским по национальности относятся 119,8 миллиона человек. Нерусское население (27,2 миллиона) распределяется по 130 национально-этническим группам. Самая многочисленная нация – русские – составляет 82 процента населения. После русских следуют татары – 5,5 миллиона человек. Расселены по многим регионам, а не только в Татарстане. Наконец, третью крупнейшую национальную группу составляют украинцы – 4,4 миллиона человек. К числу этнонациональных групп, включающих свыше полумиллиона человек, относятся: чуваши (1,8 млн), башкиры (1,3 млн), белорусы (1,2 млн), мордвины (1,1 млн), чеченцы (0,9 млн), немцы (0,8 млн), удмурты (0,7 млн), марийцы (0,6 млн), казахи (0,6 млн), аварцы (0,5 млн), евреи (0,5 млн), армяне (0,5 млн). Причем семь этнонациональных образований из них обладают статусом титульных народов внутри России (чуваши, башкиры, мордвины, чеченцы, удмурты, марийцы, аварцы), а пять групп принадлежат к народам, являющимися титульными за пределами России: казахи, евреи, армяне, белорусы, немцы. Есть в России и народы без фиксированной территориальной принадлежности – поляки, греки, турки-месхетинцы и др. .

Словом, нации, национальные отношения не уходят в прошлое, как утверждают западные идеологии «конца истории». Наоборот. В последние десятилетия заметен стремительный рост интереса ко всему национальному – происхождению наций, их природе, культуре, характеру, базовым ценностям.

И происходит это, вопреки всем космополитам мира, именно в тех условиях, которые, по их мнению, как раз и должны стать могильщиками нации: урбанизации человеческого общества, распространения масскуль- туры, интернационализации экономики, усиления динамики межнациональных контактов и отношений. Национальность утверждается как своего рода поведенческая норма человека.

А теперь вернемся к вопросу о путях восстановления Российского государства в его прежних границах. Этот вопрос стал предметом многих дискуссий, публикаций, обсуждается на собраниях политических и общественных организаций. И здесь много разноголосицы. Я считаю, что, несмотря на определенные трудности, реинтеграция не только возможна, но и неизбежна. Население во всех отколовшихся республиках с тоской вспоминает о том времени, когда мы все жили одной семьей. В самой Российской Федерации многие люди на митингах скандируют слова «Советский Союз», вкладывая в них свое стремление восстановить единое Российское государство. В связи с этим мы выступаем за воссоединение оторванных от России территорий, которые будут вступать в Россию на правах отдельных губерний.

И никаких суверенитетов внутри страны.

Нельзя решать общегосударственные вопросы, скажем, только в Челябинске. Или возьмем внешнюю политику. Она не может быть ни костромской, ни московской, ни какой-либо иной региональной. Она может быть только внешней политикой России.

Другое дело, что регионы могут участвовать в международной деятельности государства, но не как самостоятельные субъекты. Я вообще против того, чтобы какие-то части страны (республики, регионы, области) называть субъектами государства. В международном праве под субъектами понимаются собственно государства, а не их части. Введение в Конституцию 1993 года понятия «субъект» в отношении составных частей государства чревато опасностью децентрализации страны и таит в себе угрозу ее распада.

Исторический опыт показал, что без сильной центральной власти, без централизации государственного аппарата управлять такой огромной страной, как Россия, чрезвычайно трудно, а еще сложнее сохранить ее государственное единство. Поэтому мы предлагаем при государственном строительстве современной России учитывать исторический опыт и традиции России, обширность ее территории, разнообразный национальный состав населения, сложное геополитическое окружение страны, а также современный уровень идейно-политического и правового развития общества. Мы считаем, что Россию нужно возродить как унитарное государство с сильной властью главы государства в форме президентской республики. В то же время она должна стать подлинно демократическим, социальным, светским государством с твердым правопорядком. Она не будет ни псевдодемократией ради- кал-демократов, ни диктатурой пролетариата или «общенародным» государством коммунистов. Она должна быть одновременно и империей, и республикой, и демократией для всех граждан, единым государством русских и всех россиян.

Такое государственное устройство наибольшим образом соответствует национальной идеологии России.

ЭТНОГЕОПОЛИТИКА

Этногеополитика – это новое направление в обществоведческой науке. Его название состоит из сочетания трех греческих слов, каждое из которых обозначает самостоятельную сферу изучения конкретных явлений. «Этно», «этнос» означает род, народ, в более расширительном современном толковании – нацию. «Этнополитика» – условно говоря, национальная политика, проводимая в интересах конкретной нации, народа или группы наций и народов. «Гео» – земля, территория, местонахождение, как писали основоположники евразийства в 20-е годы ХХ столетия, конкретного человека, шире – человеческого сообщества, тех же народа или нации, страны их проживания. Геополитика – это наука о местоположении, территориальном местоположении конкретного народа, нации, страны их проживания, взятом в соотношении с местоположением других народов, наций, стран, то есть определение позиций стран и народов в зависимости от занимаемой ими территории, земли со всеми ее полезными и бесполезными ископаемыми, климатом и т.д.

Наконец, собственно политика, которую мы пристегиваем к каждому из двух предыдущих понятий. Носит это слово общепринятое, универсальное значение, от греческого слова «полис» – «город». Так как в Древней Греции города-полисы представляли собой целые государства, то и политика означала, опять-таки условно говоря, науку о государственной власти и искусстве управления государством. Именно в этом смысле этот термин трактовал основоположник политологии как науки Аристотель. Он первый среди европейских ученых написал трактат «Политика». Почему европейских? Потому что на Востоке, в частности в Китае, задолго до Аристотеля были ученые, писавшие о политике в том же контексте, что позднее и независимо от них писал Аристотель.

Меня всегда угнетало какое-нибудь одно, узкое направление политической мысли. Нельзя, например, изучить историю Франции, приехать туда и начать там заниматься политикой. Это журналист может прийти к какому-то лидеру, взять у него интервью. А практической политикой можно заниматься лишь у себя в стране, и то при обязательном условии накопления той огромной суммы знаний, которые необходимы для принятия решения, порой единственного решения из десятков возможных. Поэтому для меня политика не была чем-то неведомым, тайным. Мне всегда хотелось этим заниматься, и я ею, политикой, занимался всегда и везде.

Или другая сторона вопроса. Возьмем специалиста- востоковеда. Он занимается только, скажем, Ближним Востоком. Юрист – какой-либо отраслью права. Юрист – это тоже очень узко. Экономика. Финансы. Только налоги, оборотные средства, деньги, недвижимость – все это связано с одним каким-то профилем знаний. Желание во все вникнуть, все охватить приводит к тому, что появляется философское отношение к жизни. Начинаешь понимать, что такое познание жизни, овладение политикой.

Я учился в востоковедческом вузе и, помню, на третьем курсе или на втором написал работу по кафедре философии. К сожалению, это было запрещено. Нужно было писать только по той кафедре, к которой тебя прикрепили. Но меня тянуло к философии, к широкому познанию жизни, к законам диалектики, к понятию материи, духа, что из чего происходит и что во что превращается. Сложнейшие категории мышления! Может быть, я учился бы на факультете политологии. Но тогда, во времена моего студенчества таких факультетов не было вообще. Их, кстати, не было и на Западе. Потом уже где-то ближе к 80-м годам они появились в Сорбонне, Кембридже, Гарварде.

У нас, чтобы получить политологическое образование, нужно было соединить воедино несколько разных факультетов – от философского до юридического. Вот из них, может быть, и получился бы один политологический. Позднее, уже в 90-е годы в нескольких вузах была специально создана специальность «политология». Но факультета политологического нет нигде и по сей день. Хотя для меня, например, идеальный вариант был бы, если бы я закончил политологический факультет МГУ, и с 23 лет начал бы заниматься практической политикой.

Но не было условий. Не было возможности сразу получить такое образование. Нельзя было сразу заняться политикой, учитывая специфику режима в нашей стране до 1985 года. И еще. Я не просто хотел заниматься политикой. У меня уже начала вырабатываться собственная геополитическая концепция. Позднее она, по крайней мере так ее назвали журналисты, получила определение «формула Жириновского». Суть ее, очень кратко, если не сказать очень пунктирно, состоит в необходимости нашей страны укрепить свои геополитические позиции на южных рубежах Отечества. Для броскости я назвал эту формулу «последний бросок на юг». В этой книге у меня еще будет повод вернуться к своей формуле и рассказать и о ней, и о том, что с ней было связано тогда и что будет связано позже, уже в наступившем XXI веке.

Здесь же я хочу еще раз обратить внимание читателя на используемую мной терминологию – «этногеополитика». Ты, читатель, не поверишь мне, но это реальнейший факт! В 1993 году впервые в нашей стране был издан энциклопедический словарь «Политология». В его написании была задействована масса ученых, среди них с довольно известными именами. Так вот, факт состоит в том, что в этом издании даже не значится термин «этнос», не говоря уже о таком понятии, как «этнополитика»! Геополитика трактуется исключительно как сфера международных отношений, что значительно снижает степень охвата проблем, входящих в эту политологическую дисциплину. Да и сам термин «политика» так прокомментирован, что понять его значение, что называется, «без бутылки» просто невозможно. Жаль. Очень и очень жаль, что такое благое начинание обернулось прямо-таки не просто комом, а едва ли не слипшимся комом грязи и неразберихи!

Так, этнос-народ, его геоместонахождение и политика – организующая и управляющая этносом сила. Каждая из этой триады – вполне самостоятельная величина. Но с каким знаком – плюсом или минусом – кажется эта величина, всецело зависит от их способности и умения жить сообща, действовать вместе. Соответственно, и изучать каждую из этих величин можно и нужно порознь, в отдельности. Но результативность этого изучения можно обнаружить, только сопоставив все эти элементы в одном ряду. Иначе говоря, применив, как модно сегодня говорить, комплексный подход. И во-вторых, сведя все элементы предмета изучения в единую систему, использовать системный подход в их освоении. Наконец, в-третьих, проследив развитие всех элементов системы в их неразрывном целом, то есть учтя их преемственность,– что во что переходит, что и когда утрачивает свои природные свойства, что и почему исчезает, оставив после себя пустоту или перейдя в новое качество,– применить метод исторических аналогий.

Когда в конце 90-х годов XX века я попытался применить этногеополитическую методологию к исследованию моего поколения в романе «Иван, запахни душу!», один неглупый профессор заметил, что я в данном вопросе не одинок. Были люди, которые и до меня использовали подобную методологию. В частности, Лев Николаевич Гумилев. Скажу честно, до разговора с этим профессором я не прочитал ни строчки из идейного наследия покойного мыслителя. Он умер в начале 90-х годов. Тем большим было мое с профессором удивление. Получается, что я самостоятельно пошел по тому пути, который выбрал и Лев Гумилев.

Свои первые мысли о будущей теории этногенеза, то есть развитии наций и народностей, этносов, Гумилев выносил в ГУЛАГе. Он записывал эти мысли на разных клочках бумаги, спичечных и папиросных коробках и др. Потом по памяти восстанавливал свои записи. Случай не столь уж и редкий в истории философской мысли России. Один из основоположников славянофильства, Александр Степанович Хомяков таким вот образом, «по памяти», написал свою знаменитую «Семирамиду». Это четыре увесистых тома о философии истории России и Европы.

После разговора с упомянутым мною профессором, обратившим мое внимание на сходство идейных убеждений с гумилевской теорией этногенеза, я не поленился и самым тщательным образом проработал наиболее известные работы маститого ученого. Он, конечно, делал главный упор на этнос, в меньшей степени – на гео, землю, совсем в незначительной – на политику.

«Социальная история отражает прошлое человечества односторонне, и рядом с прямой дорогой эволюции существует множество зигзагов, дискретных (то есть прерывистых, действующих с перерывом, а не строго последовательно, как «учит» марксизм. – Авт.) процессов, создавших ту мозаику, которую мы видим на исторических картах мира,– писал Гумилев.– Поскольку у этих процессов есть «начала и концы», то они не имеют касательства к прогрессу, а всецело связаны с биосферой, где процессы тоже дискретны. Таким образом, социальная и этническая история не подменяют друг друга, а дополняют наше представление о процессах, происходящих на поверхности Земли, где сочетаются «история природы и история людей» (Гумилев Лев. Конец и вновь начало. М., 2000. С. 72-73).

Лучше не скажешь. В отличие от Гумилева, я основной акцент делаю на политике. И это тоже понятно. Я очень давно думаю о механизме государственной власти: из чего он компонуется? Эти вопросы не может решить вчерашний физик или вчерашний биолог, начавший сегодня думать о государстве, о том, как управлять. Нужно десятилетие, нужен определенный государственный интеллект, какая-то часть мозга должна быть задействована в этом направлении, думать об этом, анализировать, сопоставлять.

Политическая деятельность поглощает много времени и сил. Приходится читать большое количество газет, самых разных, программы различных партий, листовки, прокламации, религиозную, философскую литературу, экономическую, историческую, мемуары и книги по самым разным областям знаний. Социология, вооруженные силы, зарубежные страны, зарубежные партии. Еще в начале 70-х годов я подготовил монографию «Политические партии Турции». Так что систематизацией партий я занимаюсь уже много лет.

Нужно регулировать рост населения, чтобы не порождать такое количество населения, которое будет погибать от голода, регулировать эти процессы; санитарное просвещение, своевременная переброска продовольствия, излишков в те регионы, где гибнут люди от стихийных бедствий, от отсутствия продовольствия и т.д. Учитывать климатические условия. Там, где частые засухи или частые наводнения, видимо, нет смысла поселяться людям, надо уйти из этих регионов. Создать природные оазисы там, где, может быть, не будет человека. Когда-то люди расселялись хаотически, чутьем шли туда, где больше воды, травы, пищи. Сегодня, может быть, надо посмотреть и не расселяться в тех регионах, которые вредны с экологической точки зрения, не имеют перспектив для экономического развития, для транспортного.

И русская нация заслужила, чтобы жить в приличных условиях. Это надо учитывать. Пусть север Сибири станет кладовой, откуда наездами, может быть, вахтовым методом можно будет черпать богатства в виде ресурсов минеральных, энергетических. Но развивать промышленность и проживать в основном на юге, отдыхать, лечиться, учиться, размножаться здесь, на юге, в благодатных условиях, там, где требуется меньше одежды, меньше пищи, где жизнь дешевле сама по себе, ибо требуется меньше энергии, больше полезных природных факторов, когда все растет на деревьях: и шелковник, и абрикосы, и сливы, и цитрусовые – все это растет само по себе. Природа. Не требуется завоз, не требуется ждать, когда вскроется река, чтобы пошли баржи с сырьем, с готовой продукцией.

Юг. Круглый год действует транспорт. Это отличные бетонные дороги, готовые для использования, не трескающиеся от морозов взлетно-посадочные полосы для самолетов. Это железнодорожный транспорт, который не нуждается в особом уходе, ибо теплые летние дожди омывают его: вагоны, подвижной состав. Это всегда достаточное количество всего, ибо юг есть юг. Это и отдых, здесь же и лечение, и все учебные центры должны быть там же, на юге, и научные. Не надо растягивать население на огромные пространства.

Сейчас у нас страна с территорией 22 млн кв. км. Сколько требуется средств на связь, транспорт и обогрев этой территории. Поэтому можно сосредоточить основную массу населения на юге: южные регионы России, бывший Казахстан, Талды-Курган, Верный, Фрунзе, Душанбе и дальше в сторону Индийского океана, Закавказье, Северный Кавказ, Ростовская область, Краснодарский край, Ставрополье, Черное море, Каспийское море, восстановить Аральское море. И еще: Индийский океан.

Очень много регионов, пригодных для проживания, и население будет постепенно перемешано. Русский язык автоматически станет господствующим. Нельзя говорить на пяти языках. Все с удовольствием выберут один русский язык. Уже в Европе английский становится все более господствующим. Неужели же русский, на котором уже 200 лет говорят все народы России, должен погибнуть, уступить место 10-15 языкам, практически не развитым, не имеющим достаточного словарного запаса, не имеющим научной базы, достаточного литературного потенциала, для того чтобы стать языком будущего, языком космических наций.

Такой я вижу перспективу для развития Российского государства.

Вернемся к этногеополитике. Этническая система – фундаментальное понятие этногеополитологии. Исторически она сложилась как совокупность коренных этносов, имеющих свою микро- и макрородину, но тесно взаимосвязанных между собой. Вырванный и сильно разбалансированный кусок этносистемы гибнет. Л.Н. Гумилев называл этносистему суперэтносом, хотя данное понятие несколько сужено и не включает ее главный признак – бесконфликтную этническую иерархию.

Этносистема – это совокупность традиционных национально-этнических взаимоотношений с четко слаженной этнонациональной субординацией, которая не ущемляет в правах ту или иную часть системы, 87

а, наоборот, способствует ее прогрессу. Оторванная часть этой системы существовать автономно не способна. Важнейшим условием формирования этносистемы является опреденный уровень вертикально-цивилизационного развития основных элементов данной этнонациональной общности.

Этносистема как живой организм состоит из скелета, различных органов чувств, систем жизнеобеспечения. Это, конечно, образное сравнение. С позиции науки, в России функцию своеобразного скелета, стержня выполняет русский народ, который пронизывает совокупность более чем 200 малых и больших наций, этносов и народностей. Взаимосвязи между русским и другими народами носят неразрывный взаимный характер. Русский народ точно так же нуждается в малых и больших нациях и народностях, населяющих обширное пространство страны, как и малые этносы жизненно нуждаются в русском народе. Этносистема носит конкретный геохарактер, поскольку подавляющее большинство элементов российской нации составляют коренные, то есть проживающие на вполне конкретной территории, этносы и народности. Это – их месторождение и месторазвитие.

Русский народ, как этнодоминанта этносистемы, обладает наибольшим масштабом внутреннего восприятия родины. Однако при нормальном состоянии этносистемы такое ощущение масштаба своего государства постепенно расширяется и у представителей малых, геоэтнически привязанных этноэлементов. Это при нормальном состоянии этносистемы. Когда же ее внутренний баланс нарушается, то происходит сужение/расширение внутреннего ощущения родины. Этот процесс не может быть бесконфликтным. Автоматически возникает коллективно-субъективное понятие «историческая родина». Но вопрос заключается в том, с какого периода начинать отчет существования «исторической родины». Процесс системного генеза настолько переплетен во времени, что вычленить географически очерченное понятие «этнородина» невозможно даже теоретически. Каждый этнос при попытке очертить свое месторождения обязательно войдет в конфликт с соседними этносами, у которых появятся свои исторические аргументы.

Вот почему я называю этносистему живым организмом. Именно поэтому произвольные или вынужденные миграции населения, неизбежно этноокрашен- ные, в российских условиях не могут не порождать конфликты различной природы, нарушающие этносистему в целом.

В политике России до 1917 года и в период существования СССР были определенные нарушения прав отдельных элементов этносистемы, частичная разбалансировка, но в целом система развивалась по органическим для нее законам. После развала СССР классическими примерами нарушения органической взаимосвязи локальных элементов этносистемы могут служить следующие:

–

абхазско-грузинский конфликт, где потеря связи с Россией повлекла за собой появление новой – грузинской субэтнодоминанты на территории отрезанного элемента общероссийской этносистемы;

–

осетино-ингушский конфликт, где в качестве субэтнодоминанты выступают осетины;

– азербайджано-талышский (на юге Азербайджана), где в качестве субэтнодоминанты выступают азербайджанцы;

– армяно-азербайджанский с появлением нового этнополитического элемента – Нагорного Карабаха;

– гагаузско-молдавский, где субэтнодоминантой являются молдаване;

– российско-чеченский.

Этносистемные государства обладают своими неповторимыми свойствами, которые принципиально отличают их от других типов геополитических образований. Во-первых, они не делятся бесконфликтно (в отличие, скажем, от Канады). Во-вторых, в них более значительную роль, чем в других типах государственных образований, играет идеологическое поле, коррелируемое с общенациональным стереопсихотипом. В данном случае идеополе – это основанное на определенных идеологических взглядах силовое поле, объединяющее общество, препятствующее хаотичному движению различных элементов конкретной социосистемы. В-третьих, этносистемные государственные образования по сущности их генезиса никогда не имели колоний (и не могли иметь). Их сила – во внутреннем единстве. Однако при этом они объективно имеют слабую «периферию». В-четвертых, благодаря наличию коренных этносов любые социальные потрясения в них сопровождаются огромными потоками беженцев, которые усиливают, динамизируют сами социальные катаклизмы. При этом беженцы из состава коренного населения обладают значительно большей социально-разрушительной энергией. В-пятых, уязвимость национального инстинкта самосохранения превращает историческое бытие этносистемных государств в периодическую геополитическую «пульсацию», выражающуюся то в увеличении, то в сужении его геополитического пространства.

Специфика России в этом плане заключается главным образом в том, что русские являются двойной этнодоминантой – собственно России и восточно-христианской православной цивилизации в целом.

Национально-психологические черты проявляются как во внутренних межэтнических отношениях, так и в отношениях с другими нациями.

Каковы же основные признаки этносистемной нации?

Внутриэтнические связи и взаимоотношения, подчиненные иерархии, далеко не хаотичной, а сложившейся в результате исторического процесса этногенеза.

Целостность как сложная социальная система (хотя внешне и выглядит «мозаично»). При разрушении одного элемента неизбежно возникает распад другого. Отрыв и самообособление этнодоминанты ведут к гибели всей системы в целом.

Инстинкт самосохранения. Без него многие эт- носистемные нации давно были бы уничтожены, особенно российская. Инстинкт включает ряд сложных компонентов – общий культурологический; значительный процент межнациональных и межэтнических браков; общую «историческую память», связанную, как правило, с трагическими периодами истории нации, и др.

Нормальная модель государственности по форме и содержанию, в том числе и национально связанную политическую элиту, а также соответствующую экономическую систему национально неповторимую.

Социальная неповторимость.

Составляющие ее этносы являются коренными, проживающими на конкретной исторической территории расселения (место рождения и место развития), которую они рассматривают в качестве своей единственной родины (микрородины) и не собираются ее покидать ни при каких обстоятельствах.

Перечисленные шесть признаков полной органичной этносистемной нации присущи русским.

ЦИВИЛИЗАЦИЯ

Теперь попробуем вычленить место России в современной системе горизонтальных цивилизаций.

Горизонтально-цивилизационный срез современных политических процессов представляется мне одним из важнейших. Он позволяет выявить реальные этногеополитические процессы современности. События последних 20 лет показывают, что многие традиционные методики политологических исследований не дают результатов. Несмотря на то что они вскрывают ряд серьезных объективных факторов, они не отвечают на главный вопрос – в чем первоисточник явления и где его следствие.

При усложнении геополитической модели многие политологические исследования имеют дело в основном со следствиями, хотя на поверхности они выглядят как причины. Причина, на мой взгляд, заключается в том, что этнополитические и связанные с ними геополитические процессы, происходящие в современной России, анализируются вне общей мировой геополитической и этнополитической модели. Обилие так называемых внутренних и внешних факторов в конечном счете превращается в хаотичный набор причин и следствий, подогнанных под заранее известный результат.

В отечественных, и особенно зарубежных, исследованиях, посвященных этнополитическим проблемам современной России, так же как и 35 лет назад, присутствует идеологический аспект научного анализа. Если раньше в советских исследованиях господствовал

догматическо-марксистский подход, то теперь с не менее негативным результатом присутствует либеральнорыночный догматический взгляд на современность. И первое, и второе, по моему мнению, приводит к отрицательным последствиям с той лишь разницей, что они идеологически полярны.

В качестве предварительного положения попробуем кратко изложить наш взгляд на общемировую цивилизационную структуру и место в ней православной цивилизации.

Под цивилизацией вообще подразумевается определенный уровень общественного развития, материальной и духовной культуры, достигнутый данным обществом.

На мой взгляд, цивилизацию можно понимать в двух ракурсах. Первый (вертикальный) есть не что иное, как уровень развития общества (материальный, духовный и т.д.). Второй (горизонтальный) – это, если можно так выразиться, вид или тип развития общества. Второй ракурс все больше пробивает себе дорогу. Далеко не случайно используются термины и понятия «мусульманская цивилизация», «христианская цивилизация», «древнеегипетская цивилизация», «западноевропейская цивилизация» и т.д. Очевидно, что речь идет об определенном образе мышления, векторе развития общества, органических свойствах большой социальной группы. Причем самой крупной социально-культурной общности, самоидентифицированной, в том числе на подсознательном уровне.

Чисто вертикальный подход используется теми политическими силами, которые хотят противопоставить «цивилизованный» Запад «варварскому» Востоку. Особую актуальность данная проблема приобретает в последнее время, когда под «варварами» понимают русскую и другие нации, народности, совсем недавно составлявшие обширное органическое геополитическое образование под названием «СССР». Тем самым научный подход подменяется политическими целями, что, на мой взгляд, совершенно недопустимо. В этом суть проблемы. Если представителю западной цивилизации непонятен образ жизни и мышления представителей восточных этносов, это еще не значит, что они являются варварами. Они просто другие.

Горизонтальная цивилизация – сугубо историческое явление, гораздо менее динамичное, чем образование и падение конкретных геополитических образований (государств, империй и т.д.). Это – культурологическая, духовная, биофизическая почва для геополитического процесса. В данном контексте цивилизация более статична, чем конкретное, даже мощное государственное образование. Одним из немногих исключений из этого правила является «Большая Россия» (территория бывшего Советского Союза). Она сама по себе составляет горизонтальную восточно-христианскую православную цивилизацию, с ответвлениями, отростками и вкраплениями элементов других цивилизаций.

Не претендуя на истину в последней инстанции, предлагаю следующую классификацию горизонтальных цивилизаций.

Западно-христианская цивилизация – Западная, частично Восточная Европа с отростками в США, Канаде, ЮАР, Латинской Америке, Австралии.

Восточно-христианская православная цивилизация – Россия, Украина, Белоруссия, Грузия,Армения, Болгария, Румыния, Эфиопия, Югославия, Греция, Антиохия под Дамаском с отростками и ответвлениями.

Восточно-исламская цивилизация – Северная и части Центральной и Восточной Африки, Гранада на юге Испании, Арабский Восток с его периферией, Иран, Афганистан, часть Пакистана.

Восточно-буддийская цивилизация – Китай, большинство стран Юго-Восточной Азии, Япония, Корея и другие страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

Языческая цивилизация – делится на две части: северную (часть России, Канады) и южную (значительное число стран Центральной Африки, часть Австралии).

Кроме вышеперечисленных есть так называемая скрытая цивилизация, которая существует в недрах и за счет других цивилизаций. Причем это ее органическое свойство – другая форма бытия для нее неприемлема и невозможна. Условно ее можно считать шестой цивилизацией, ядро которой составляет иудейская.

Естественно, я отдаю себе отчет в том, что в основу классификации положены разнопорядковые критерии – религиозные, этнические, геополитические и другие. Но в этом-то и суть любых сложных социальных систем, какой является цивилизация.

Любая религия только тогда становится таковой, когда она принимается на уровне веры, то есть постулатов, положений, принимаемых без доказательств, как некая абсолютная истина. Это относится ко всем существующим конфессиям, послужившим основой горизонтальным цивилизациям: православие (ортодоксальное христианство), христианство, исповедуемое на Западе,– католицизм, протестантизм, лютеранство и др., ислам, буддизм и, наконец, иудаизм. Остальные конфессии хотя и оказали существенное влияние на развитие конкретных горизонтальных цивилизаций, но не сыграли системообразующей роли. Фактически единственной «конфессией» (в нашем контексте исследования ее нельзя так назвать), оставившей очаги горизонтальной цивилизации замкнутого типа, остается язычество.

Почему же именно вера сыграла системообразующую роль? На мой взгляд, именно потому, что она принимается без доказательств и, следовательно, объединяет значительные массы людей на уровне коллективного бессознательного. Как только вера начинает обсуждаться, подвергаться ревизии и критическому осмыслению, она теряет свою суть. Образуются очаги сомнений, которые становятся фактором разрушения соответствующей цивилизации. Это, в свою очередь, приводит к дроблению горизонтальных цивилизаций на неравные, а иногда и враждебные сектора. Например (наиболее общий срез), шиитское и суннитское ответвления восточно-исламской цивилизации, католическое и протестантское – западно-христианской цивилизации и др. Но общий биофизический цивилизационный фон, несмотря на указанные процессы, сохраняется.

Цивилизация – явление во многом геополитическое. Но при этом остается естественной формой бытия и развития общества с его материальной и духовной культурой. Во-первых, географические рамки цивилизации достаточно размыты. Порой они существуют компактно. Иногда – в виде отдельных вкраплений и ветвей. Во-вторых, они не совпадают с границами государств и континентов. Но тут возникает искушение попробовать определить геополитический центр цивилизаций, «сердце Земли» (НеагИапф. Тогда можно прийти к более точным результатам.

В первом приближении данный контекст будет выглядеть следующим образом.

Западно-христианская цивилизация. С этнологической точки зрения в настоящее время ее доминантой являются англосаксы. Однако необходимо ввести еще одно понятие, которое раскрыло бы суть цивилизационного ядра,– «политический центр», то есть самое мощное геополитическое образование (государство) на данном конкретном этапе исторического развития. Если рассматривать политические реалии XVIII века, то это Франция, в XIX веке – Великобритания, в середине XX века – Германия и т.д. Самая главная опасность, которая таится в данной закономерности, заключается в том, что политический центр переходит к какому-либо трансплантанту.

Трансплантант – это геополитическое образование, большинство исторических полей и корней которого находится в другом геополитическом регионе.

В результате происходит перекачка умов, ресурсов, технологий в трансплантант, который, не обладая соответствующей духовно-исторической базой, достигает высокого уровня технотронного развития.

В настоящее время политическим центром западнохристианской цивилизации являются США, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Достаточно ознакомиться с концепциями национальной безопасности США за последние 10-20 лет, чтобы убедиться в претензиях на «глобальную ответственность» за все происходящее.

Восточно-христианская православная цивилизация. С точки зрения внутреннего состава она самая сложная и мозаичная. Так же как в других цивилизациях, политический центр этой цивилизации мигрировал из Греции через обширные геополитические пространства «Большой России» и, стабилизировавшись, четко занял центральные области собственно России. В качестве «сердца Земли» он остается и сегодня.

Важнейшей этнополитической особенностью восточно-христианской цивилизации является свойство собирать вокруг себя малые этносы и народности, тем самым порой спасая их от вымирания. Это касается и целых конфессиональных групп, а в ряде случаев даже периферий других горизонтальных цивилизаций (восточно-исламской, восточно-буддийской и др.). При этом следует подчеркнуть, что подавляющее большинство наций и народностей, составляющих восточно-христианскую цивилизацию, являются коренными, то есть это их историческая родина – место зарождения и развития, в отличие от национальных меньшинств в других странах (западноевропейских, США).

Восточно-христианская цивилизация, не прибегая к насильственной «христианизации», оставила даже очаги язычества, хотя справедливости ради отметим, что попытки насилия были, несмотря на то что это противоречило «национальной политике» как царской России, так и Советского Союза. Более того, почти все межэтнические конфликты, имевшие место в истории Российского государства, кончались «русским арбитражем» и лишь в этом случае затухали.

Именно русская этнодоминанта является цементирующим, объединительным стержнем органического межцивилизационного взаимодействия. Причем потенциально православная цивилизация является самой мощной в силу двух основных обстоятельств. Во- первых, беспрецедентной автаркийности.

Автаркийность (от греч. аи1опко§ – самодостаточность) означает способность конкретного геополитического образования при полной внешней изоляции обеспечивать продовольствием население, энергоресурсами, сырьем – промышленность и сельское хозяйство, воспроизводить человеческий фактор и т.д. В ряде случаев выступает как потенциальное свойство (Россия), так как господствующая система экономических и иных отношений препятствует либо не позволяет в полной мере использовать это естественное свойство.

Во-вторых, из-за внутренней «мозаичности», поскольку в обозримом будущем только мирное, органическое межцивилизационное взаимодействие станет единственным путем выживания человечества в целом. Это и есть основная особенность и свойство восточно-христианской цивилизации. Любая концепция монополярного мира, как об этом свидетельствует история, обречена на провал по одной простой причине – ее не позволяет осуществить внутренний иммунитет органических цивилизаций. В настоящее время это приводит к разнообразным и весьма многочисленным кризисам и конфликтам.

Восточно-евразийская цивилизация как синоним восточно-христианской православной при русской этнодоминанте (в смысле притяжения, а не подавления) на различных этапах истории неоднократно спасала человечество от различного рода не приемлемых для естественного исторического развития идей мирового господства (1380, 1812, 1945 и другие годы). Почему? Дело в том, что, как уже подчеркивалось, это единственная горизонтальная цивилизация, впитывающая в себя (но не поглощающая) периферию других цивилизаций.

Данная закономерность распространяется и на внутренние иноцивилизационные анклавы, вкрапления, которые исторически могут только мирно вписываться в цивилизационную систему. В России, например, Северный Кавказ, Татарстан и др. Любое их подавление может привести только к негативным последствиям.

Восточно-исламская цивилизация. Ее этнодоминантой является арабский мир, который иногда называют исламским. С точки зрения политического центра восточно-исламская цивилизация характеризуется неустойчивостью и подвижностью. В различные времена ее политическими центрами являлись Саудовская Аравия, Иран, Турция. Впрочем, входя в состав восточно-исламской цивилизации, Турция и в настоящее время выполняет роль «троянского коня» в этом цивилизационном ареале.

Наибольшая угроза для глобальной безопасности заключается в том, что Турция является стратегическим союзником трансплантанта западно-христианской цивилизации. В таковом качестве этот политический центр объективно вносит элементы нестабильности как в саму восточно-исламскую цивилизацию, так и в ее периферию. К этому следует добавить исключительно важное геостратегическое положение этого центра. Турция осуществляет контроль над проливами Босфор, Дарданеллы. Она вклинивается в межцивилизационные геополитические районы восточно-христианской цивилизации, претендуя на роль этноцентра всех тюркских народов.

Еще одной характеристикой современного состояния восточно-исламской цивилизации является отсутствие внутри нее «великой державы» в политическом смысле этого слова. За что, естественно, ведется борьба.

Кроме того, ареал восточно-исламской цивилизации является весьма привлекательным для более молодых и технотронно продвинутых политических центров других цивилизаций.

Восточно-буддийская цивилизация. Здесь следует сделать определенную оговорку, касающуюся Индии. По сути, Индия, являясь неотъемлемой частью восточно-буддийской цивилизации, органически включает в себя элементы исламской и прекратившей свое существование как политико-цивилизационный ареал индуистской цивилизации. Похожая ситуация наблюдается и в России в ареале православной цивилизации.

Этнодоминантой восточно-буддийской цивилизации являются ханьцы. И не только потому, что ханьская сердцевина сохранилась в Китае в почти неизменном виде с 2000 г. до н.э. Но и потому, что все ее окружение практически является китайским «этновыбросом».

Под «этновыбросами» понимаются исторически мгновенные миграционные процессы, вследствие которых в крупных городах и отдельных регионах нарушаются традиционные межнациональные связи, перераспределяется жизненное пространство, формируются диаспоры, концентрируются различные враждующие группировки.

Восточно-буддийская цивилизация оказывает демографическое давление на всю планету. По последним данным, только ханьцев насчитывается 1400 миллионов человек. К тому же данная цивилизация является своего рода поглощающей. Китай за свою историю ассимилировал или уничтожил более 130 этносов и народностей. Аналогичными свойствами обладают и восточно-буддийские трансплантанты, в том числе Япония.

Органический (естественный) трансплантант – одно из фундаментальных понятий научной этногеополитологии. Исторические корни (поля) народов такого трансплантанта оборваны и разбросаны. Его национальные стереопсихотипы формируются под воздействием собственного механизма. Наиболее распространенным является «плавильный котел» (теШпд ро1), который трансформирует и придает отдельным этнопсихотипам некое новое качество. Исторически этот процесс ограничен (100—250 лет). Органический трансплантант формируется путем естественных «этновыбросов» – в поисках «лучшей жизни», с целью избежать наказания на родине за совершенные преступления, в результате войн различного масштаба и характера и др.

В отличие от искусственного, органический трансплантант геополитически закономерен. Примером западного трансплантанта могут служить США, восточного – Турция и Япония. В таких государствах действуют обусловленные этими свойствами политические и геополитические закономерности. Сразу же следует подчеркнуть принципиальную разницу между Великим переселением народов как историческим процессом и созданием трансплантантов. Хотя общие черты налицо, но есть и различия, главное из которых – непрерывность исторических полей в соответствующем геополитическом процессе образования и распада государств.

Для четкого определения цивилизационного места России в этнополитической модели современного мира и характера ее взаимоотношений с различными видами и типами государств большое значение имеет классификация естественных (органических) трансплантантов. Они классифицируются:

– по общецивилизационному критерию (дихотомия «Восток—Запад») подразделяются на восточные и западные. Восточные трансплантанты достаточно разнообразны по роли и геополитическому весу (Япония, Турция, Мадагаскар и др.), по степени сохранения и культивирования восточного стереопсихотипа. Вес западных трансплантантов (США, Австралия, Новая Зеландия, ЮАР и др.) определяется в основном вертикально-цивилизационным уровнем развития, базирующимся больше на технотронно-вертикальном подходе к различным аспектам социально-экономической и социодуховной жизни, чем на психофизическом и традиционно консервативном;

– по геополитическому критерию подразделяются на обособленные, как правило, островные (Новая Зеландия, Мадагаскар, Япония) и континентально врезанные (США, Турция и др.).

Искусственный трансплантант – это геополитическое образование, созданное другим мощным государством с использованием ряда объективных факторов. Искусственные трансплантанты оторваны от своих исторических и культурных корней. Они образуются для достижения конкретных политических, геополитических, этнополитических и иных целей. Как правило, искусственные трансплантанты не только полиэтничны, но и характеризуются двойной (а иногда и более) этничностью населения. Наиболее ярким примером может служить Израиль, образованный в 1948 году. Любопытно, что исторический механизм создания Израиля ныне практикуется для создания новых искусственных трансплантантов. В какой-то степени начальной фазой этого процесса является создание на территории России своеобразных внутренних корпоративных этнодиаспор с перспективой их геополитического самоопределения.

Особое место в современной геоэтносоциополити- ческой модели мира занимают очаги Языческой цивилизации. Как это ни парадоксально, она состоит из самых, казалось бы, не похожих друг на друга этносов и народностей, начиная с негроидных народностей Африканского континента, анклавов Южной Америки и кончая народностями северной части Евразии и Северной Америки.

Основная особенность этой цивилизации – отсутствие этнодоминанты и политического центра. Главное свойство – внутренняя замкнутость, стремление отгородиться от других цивилизаций и тем самым сохранить себя, выжить.

«Скрытые» цивилизации. Их общее свойство – существование в недрах других цивилизаций и за счет последних.

Итак, каждая цивилизация обладает своим, главным, стержневым свойством. При этом нельзя это понимать догматически.

Главными свойствами рассматриваемых горизонтальных цивилизаций являются следующие:

а)      для западно-христианской цивилизации – подчинять и использовать другие нации и народности (колониализм, принудительное мессианство, крестовые походы, неоколониализм, «новый мировой порядок» и т.д.);

б)      для восточно-христианской православной цивилизации – собирать и сохранять, а иногда завоевывать в целях геополитической целостности другие нации и народности. История (в том числе советского периода в России) доказывает, что многие из них сохранились и были доведены до современного вертикальноцивилизационного уровня;

в)      для восточно-исламской цивилизации – борьба за «место под солнцем» и самосохранение, самоидентификация;

г)      для восточно-буддийской цивилизации – ассимиляция, поглощение других наций и народностей. В современный период это наглядно проявляется в так называемой тихой колонизации китайцами обширных регионов Дальнего Востока России, ряда стран АТР и даже географически отдаленных районов мира: Европы, США, Латинской Америки. В этом же ряду находятся притязания Японии на острова ЮжноКурильской гряды, даже Южный Сахалин и часть Приморья. В современный период такие задачи решаются не военными, а больше экономическими, валютно-финансовыми и демографическими средствами (прямое заселение соответствующих территорий этносами, принадлежащими к ВБЦ);

д)      для языческой цивилизации – мирное существование с одновременной подпиткой других цивилизационных ареалов;

е)      для «скрытых» цивилизаций – использование «чужих» достижений и «чужих» имманентных свойств. Кроме того, «скрытые» цивилизации объективно выполняют функцию межцивилизационного взаимодействия, если, конечно, они не претендуют на мировое господство.

С геополитической точки зрения для каждой цивилизации просматривается и своя стратегическая задача:

–

для западно-христианской цивилизации – введение «нового мирового порядка»;

–

для восточно-христианской православной цивилизации – этносистемное самосохранение (потенциальная агрессивность выступает только как инстинкт самосохранения, не более);

–

для восточно-исламской цивилизации – самоутверждение и сохранение. Усилия есть не что иное, как реакция отторжения, проявление цивилизационного иммунитета;

–

для восточно-буддийской цивилизации – колонизация жизненного пространства;

–

для очагов Языческой цивилизации – отсутствие активных задач, только самосохранение.

«Скрытые» цивилизации, как правило, используют стратегические задачи тех цивилизационных ареалов, в которых они существуют. Но здесь таится весьма серьезное противоречие. Дело в том, что, как мы могли уже убедиться, стратегические цели восточно-христианской и восточно-исламской цивилизаций в некоторых своих аспектах совпадают, в то время как самая сильная и обширная из «скрытых» цивилизаций – иудейская – старается не допустить подобных совпадений, поскольку форма ее существования во многом основывается на межцивилизационных противоречиях. В противном случае она давно прекратила бы свое существование и была бы ассимилирована.

При анализе цивилизационного аспекта глобальной этногеополитической модели и места в ней России принципиальное значение имеет так называемый органический иммунитет конкретной горизонтальной цивилизации. Цивилизационный иммунитет исторически проявляется двоякими прямо противоположными свойствами. Первое – агрессивно-активный тип поведения как форма самозащиты. Второе – пассивный, лабильный тип поведения, то есть приспособляемость к возникшим угрозам. Это не означает его слабости, просто механизм реализации иммунитета разный.

Сила цивилизационного иммунитета определяется следующими факторами:

–

глубиной исторических корней;

–

реальной социально-экономической стадией развития (вертикальный аспект), а также способностью восприятия результатов НТР; внутренней силой национального характера или национального стереопсихотипа (что породило такое понятие и явление, как духовная безопасность общества, которая с особой актуальностью встает перед современной Россией);

–

геополитической позицией политического центра каждой цивилизации на данном историческом этапе;

–

адекватностью геополитической верхушки (истеблишмента) управляемому ею социуму в политическом центре данной цивилизации;

–

внутренним единством либо мозаичностью конкретной цивилизации.

Здесь как раз и играет определяющую роль наличие либо отсутствие этносистемы, ее состояние – динамичная стабильность, разбалансировка, нарушение отношений внутренних элементов.

Вывод. Горизонтальная цивилизация – это своеобразная, неповторимая культурно-духовная база и основа со своими историческими корнями, тесно переплетающимися между собой в глубинах времени, имеющими свои «живые всходы» и «гнилые пни». Порой рядом с такими «пнями» возникают молодые побеги, которые иногда гибнут вновь (или их губит другая цивилизация), а иногда динамично существуют. Главное заключается в том, что многие корни исчезнувших цивилизаций живы и при определенных условиях могут дать новые всходы.

Если отбросить все другие факторы (хотя они действуют в совокупности), то стержневой духовной основой горизонтальной цивилизации останется религиозная составляющая. В этом плане она представляется как весьма сложное, многоэлементное явление. Догматическо-философская составляющая конкретной религии является одним из важнейших, но не главных элементов, определяющих духовную основу горизонтальной цивилизации. Большинство мировых религий, особенно таких, как ислам, буддизм, христианство, представляют собой не только религию, но, что самое главное, и образ жизни, мышления, систему социально-психологических ценностей и в конечном счете во многом определяют то, что психологи называют национальным характером, а точнее, национальным стереопсихотипом.

Национальный (этнический) стереопсихотип – это специфический, относящийся к данной конкретной нации или национальности набор психических качеств в области коллективного бессознательного. Проявляется он в неких общих чертах характера при возникновении или создании национально значимых ситуаций, то есть таких, которые затрагивают этнос в целом. Чем компактнее этнос с точки зрения как компактности проживания, так и численности, тем более четко проявляются данные психологические качества (этнопсихотип).

После общей классификации цивилизационного среза современности и анализа некоторых общих особенностей восточно-христианской православной цивилизации в контексте ее традиционного места в нем можно сделать следующие выводы.

Во-первых, Россия входит в восточно-христианскую православную цивилизацию через органическую этносистему, то есть является ее неотъемлемой частью.

Во-вторых, большинство коренных наций и народностей, проживающих в России, имеет свои диаспоры не только в восточно-христианской цивилизации, но и в других горизонтальных цивилизациях.

В-третьих, политический разрыв и разбалансировка российской этносистемы, происходившие в 90-х годах XX века, во многом обусловлены иноцивилизационным вмешательством, а порой обычной некомпетентностью политической элиты.

В-четвертых, новая российская государственность в форме федерации должна органически включать в себя следующие характеристики:

а)      фактор принадлежности России к ВХЦ, структуру и современное состояние которой во многом можно охарактеризовать как разбалансированные;

б)      этносистемный тип внутренних межэтнических связей;

в)      соотношение традиционных и нетрадиционных институтов федерализма. Прежде всего, это касается использования восточных моделей местного самоуправления, органично вписывающихся в российскую этносистему.

Без учета этих моментов российский федерализм либо станет вообще невозможным, либо будет носить постоянно конфликтный характер. Это – один из важных аспектов разрабатываемой федеральной модели построения Российского государства.

Межцивилизационная зона (МЦЗ) – это определенный геополитический регион, в котором взаимно пересекаются, сплетаются различные цивилизации. Конкретными носителями этих цивилизаций являются определенным образом взаимосвязанные полиэтнические и поликонфессиональные общности. Межцивилизационная зона, как правило, географически достаточно размыта, но при этом, как и горизонтальная цивилизация, она имеет политический центр с функцией связки (разобщения) цивилизаций.

Большинство межцивилизационных зон конфликтны. Теоретически возможно их бесконфликтное существование, но при наличии естественной этногеополитической модели, которая встречалась довольно редко, лишь на определенных исторических этапах. Объясняется это геополитическим законом развития, формулируемым как отклонение от нормы. Задача этногеополитики – найти механизм противостояния этому закону.

Межцивилизационные зоны бывают различных типов и видов. С точки зрения состава можно назвать пять типов МЦЗ:

Восточно-христианская православная цивилизация – западно-христианская цивилизация (ВХПЦ – ЗХЦ).

Восточно-христианская православная цивилизация – восточно-исламская цивилизация (ВХПЦ – ВИЦ).

Восточно-христианская православная цивилизация – восточно-буддийская цивилизация (ВХПЦ – ВВЦ).

Западно-христианская цивилизация – восточно-исламская цивилизация (ЗХЦ – ВИЦ).

Восточно-буддийская цивилизация – восточноисламская цивилизация (ВВЦ – ВИЦ).

МЦЗ имеют следующие виды:

– двухполярные, которых большинство. В главных своих характеристиках представляют пересечение двух горизонтальных цивилизаций;

– триполярные – пересечение трех горизонтальных цивилизаций. Их очень немного, процесс их формирования обусловлен сохранением политически исчезнувшей (индийской) горизонтальной цивилизации. Например, на северо-западе Индии представлены три горизонтальные цивилизации (ВВЦ – ВИЦ – индийская цивилизация).

Во всех типах и видах межцивилизационных зон почти всегда присутствует еще одна составляющая – «скрытая» цивилизация. Это вносит весьма специфический фактор в коррекцию динамики социальноэкономических и политических процессов в любой МЦЗ.

С учетом современного реального этногеополитического положения России проблема межцивилизационных зон здесь приобретает особую остроту и значимость для построения предполагаемой бесконфликтной модели российского федерализма. К настоящему времени можно выделить четыре основные российские межцивилизационные зоны:

Россия – западно-христианская цивилизация. Данная зона охватывает геополитическое и геоэт- ническое пространство современной Прибалтики, Калининградскую область, Западную Белоруссию и Западную Украину.

Россия – восточно-исламская цивилизация. Эта наиболее сложная и многоаспектная зона охватывает территорию Северного Кавказа, Абхазию, Таджикистан. Кроме того, включает такие внутрирос- сийские анклавы, как Татарстан, Башкортостан.

Россия – восточно-буддийская цивилизация. Включает пограничные с Китаем и Монголией районы, южные регионы Дальнего Востока, Сахалин и Курильские острова. Кроме того, имеет внутрирос- сийские анклавы – Бурятию, Калмыкию и др.

Россия – языческая цивилизация. Как уже отмечалось, языческая цивилизация межцивилизационных зон не образует, тем не менее мы выделяем ее по следующим причинам:

—

учитывая блокаду Северного морского пути и современную быструю деградацию северных ареалов Языческой цивилизации, данный регион может оказаться демографически «пустым», по крайней мере такая тенденция налицо;

–

учитывая, что данный регион соприкасается с языческими ареалами США и Канады (то есть с западно-христианской цивилизацией), а также превосходящий вертикально-цивилизационный уровень западных аналогов, не исключено заполнение образовавшейся демографической «пустоты» представителями соответствующих западных языческих этносов. В результате образуется своеобразная квазимежциви- лизационная зона, где языческая составляющая будет проводником стратегических интересов ЗХЦ.

С точки зрения федеративного строительства расширение межцивилизационных зон за счет российской территории представляется весьма опасным. Наглядным примером может служить скрытая колонизация российского Дальнего Востока, где общее количество китайцев уже сопоставимо с числом коренных жителей. Учитывая этнопоглощающие свойства восточно-буддийской цивилизации, исконно российские территории могут быть отторгнуты де-факто. В связи с этим административно-территориальные права указанных территорий должны достаточно жестко регулироваться центром, в противном случае мы столкнемся с необходимостью включения в Конституцию РФ нового субъекта – Китайской дальневосточной республики, а иначе будет нарушен принцип пропорционального представительства титульной нации.

Россия и отдельные ее регионы тысячами нитей связаны с зарубежными горизонтальными цивилизациями, конкретными геополитическими образованиями, которые серьезно влияют на процесс государственного строительства. Без жесткой самоидентификации России как генеративно-политического центра восточно-христианской православной цивилизации никакого реального федерализма достичь не удастся. Здесь метод проб и ошибок чреват серьезными кровопролитными последствиями.

Цивилизационная принадлежность конкретного геополитического образования, тем более такого обширного, как Россия, является важнейшим фактором создания государственности. Она обязательно соотносится с другими существующими цивилизациями. Весьма опасной является широкая реклама многочисленных концепций войны цивилизаций, начало которой положил Хантингтон. Эта же идея неизбежной конфронтации разрабатывается западной школой анализа цивилизаций и поддерживается некоторыми нашими учеными. Привлекательная на первый взгляд, логичная по содержанию, эта идея может стать инструментом разрушения существующей системы горизонтальных цивилизаций, что не только не позволит России занять достойное место в мире, но и может закончиться глобальной конфронтацией. Бесстрастная статистика свидетельствует, что количество конфликтов с многомиллионными жертвами в последние годы – 1999—2014 – выросло во много раз. Многие из них происходили на территории бывшего СССР.

Таким образом, Россия пока не нашла должного ей места в горизонтально-цивилизационном срезе современности.

А уроки «оранжевых» революций учат: нацию в таком положении очень легко ввергнуть в гражданскую войну. И чем быстрее Россия займет положенную ей нишу соотвествующую её интеллектуальному могуществу и экономическому потенциалу, тем менее опасны будут для нее происки пятой колонны – майданутой интеллигенции, готовой за западные гранты продать Отечество его врагам.

ТЕРРОРИЗМ

Терроризм стал основной проблемой современного мира. В России общество почувствовало остроту проблемы терроризма через те процессы, которые были связаны с чеченским кризисом. И сама проблема Чечни решалась трудно именно потому, что ее рассматривали неправильно: как национальную или религиозную проблему. А нужно было видеть геополитические аспекты чеченской проблемы. Нет узкочеченской проблемы, узконациональный. Это проблема, связанная с международными отношениями.

Закончился XX век, в котором закончилось и противостояние фашизма и коммунизма. Нет ни фашизма, ни коммунизма. Поэтому на XXI век остается только один фактор, вокруг которого будут объединяться с той и другой стороны – это борьба с терроризмом. Он уже обезличен, нет терроризма хорошего и плохого или связанного с какой-то национальностью. Террор, который осуществлялся одиночными выстрелами в разных странах, вдруг превратился в мировую проблему.

Есть реальный терроризм и есть терроризм, искусственно вызываемый. Тем силам, которые пытаются установить свою гегемонию на планете, терроризм даже выгоден. Он оказывается предлогом для постоянного вмешательства в дела других стран. Запад вмешивается в дела других стран либо под предлогом борьбы с терроризмом, заявляя, что в этих странах с терроризмом не борются, либо под предлогом защиты прав человека от правительств, которые борются с терроризмом. Нет ничего сегодня более выгодного для Запада, чем борьба с терроризмом, который им же и подкармливается. Так что во многом проблема терроризма в мировом масштабе искусственно подогревается Западом.

Может быть, человечеству выгоднее, чтобы именно борьба с терроризмом прошла в XXI век, чем большая война, столкновение целых цивилизаций. Большая война сразу может привести к гибели человечества. Борьба с терроризмом не приведет к таким катастрофическим последствиям в мировом масштабе. Но весь вопрос в том, где искать террористов, кого считать террористом. Почему Клинтон, который бомбил Югославию, не террорист, а Саддам Хусейн был террористом? Почему президент, которого американцы поставили к власти после оккупации Гренады, был легитимен, а Милошевич, которого свободно выбирал народ, был нелегитимен? Налицо двойной стандарт! Основные точки террористических проблем сейчас выбраны заранее уже теми силами, которые все еще руководят нашим миром. Это – Балканы, там будут постоянно происходить конфликтные ситуации. Это – Кавказ, Ближний Восток и Средняя Азия.

Сразу видно, кстати, что все эти точки объединяет исламский фактор, поскольку на Балканах албанцы – мусульмане, боснийцы – мусульмане. Турция их поддерживает, там тоже сильны исламисты. И на Кавказе, мы знаем, что важную роль в конфликтах играют религиозные фундаменталисты. Ближний Восток – это арабо-израильский конфликт, и уже очередная гражданская война идет в Палестине, это война в Сирии и последние события в Ираке. В Средней Азии не утихает конфликт в Афганистане. И идет совместная борьба с якобы мусульманским экстремизмом.

Нет никакого мусульманского терроризма, мусульманского экстремизма. Все это надуманное. Как был надуман фашизм. Был надуман коммунизм. Просто они готовились на более длительный период. Фашистские партии создавались в начале XX века. Потом уже Гитлер привел ситуацию к мировой войне. Коммунистические организации создавались еще в XIX веке. Все это медленно созревало. Сейчас тоже нужно 30—40 лет, чтобы все наконец поняли, что фальшивый, надуманный враг – этот исламский террорист. А пока Америка будет его через третьи руки подкармливать и всех прочих призывать вести с ним борьбу.

Ограниченные и контролируемые очаги конфликтов выгодны Америке для ослабления своих потенциальных мировых конкурентов, прежде всего России, а также нужны ей в качестве предлога для постоянного вмешательства во внутренние дела других стран. Надо ясно понять, что это форма поведения стран планеты Земля в XXI веке. Правительства могут издавать любые указы, говорить о геноциде – все это бесполезно. Все конфликты, которые сейчас невыгодны странам-лидерам, заглушаются. Вспомним Эфиопию и Эритрею, конфликт вокруг Тимора. От Сомали США отвязались, после того как обожглись на «борьбе с террористами». Все остальные конфликты, кроме Балкан, Кавказа, Ближнего Востока и Средней Азии, очень дорого обходятся. В политике тоже коммерция. 3ападу слишком дорого содержать несколько конфликтов.

Вот поэтому страны—лидеры современного мира посчитали, что в XXI веке все конфликты очень дорого содержать, и оставили только четыре – Балканы, Кавказ, Ближний Восток, Средняя Азия. Посмотрите, к чему ведут действия стран Запада. Они опоясывают кольцом конфликтов Россию. Хотят зажать ее в тисках, загрузить проблемами вооруженных конфликтов, сделать ее полностью подконтрольной. Вот поэтому Кавказ есть в этом перечне, потому что это часть России. На Балканах есть наши интересы. В Средней Азии есть наши интересы.

В мире никого не волнует ни чеченский народ, ни русский народ, ни народы Балкан и Афганистана. Мир волнует одно – как выжить в XXI веке. На 6 миллиардов граждан не хватает тепла и энергии. Может быть, ее и хватило бы. Но Запад потребляет несравнимо больше, чем огромный массив нищих стран, которые, кстати, имеют на своей территории природные ресурсы, но пользуется ими Запад. Скоро и Россия перейдет, уже переходит на такое вот положение. Запад от своего привилегированного положения отказываться не хочет. Значит, перед ним неизбежно встает задача сокращения числа населения планеты Земля. Большой войной уничтожить «лишнее» для Запада население нельзя. Планета не выдержит такой мощной экологической катастрофы. Единственный способ – уничтожить 5 миллиардов, потому что энергии только на 1 миллиард, это холод и террористические конфликты в разных регионах, мелкие войны.

Если нет воды, нет тепла, из-за этого погибнет человечество. Поэтому следующая война медленная. Умирать будут в больницах, погибать в больницах. А для очага горячей «ликвидации лишнего населения» нужны боевые точки. Вот эти четыре боевые точки определены: Кавказ, Средняя Азия, Балканы и Ближний Восток. Но мы с тобой, читатель, должны это понять, должны пропаганду повернуть в другое русло. Не искать уполномоченного по правам человека, чтобы он вопил на весь мир: «Вот здесь бабушка в палатке живет уже 6 месяцев, вот здесь ребенок не учится уже несколько месяцев». А на Западе рады: «Давайте, давайте права человека соблюдать, надо, чтобы все учились, чтобы всем дать по норме, давайте». И так мы погрязнем в конфликте. А Запад его подогревает разглагольствованиями о правах человека, которые сам нарушает, когда ему это выгодно.

Нельзя критерии чистенькой Европы применять к другим странам, которые не чистенькие именно потому, что Европа спихивает туда всю свою грязь. Вот западные правозащитники постоянно говорят о нарушениях прав человека в наших тюрьмах. По их критериям, там пыточные условия содержания. Я давно говорю сам о необходимости широкой амнистии. Но так, как они подходят к вопросу, у нас нельзя подходить. Это демагогия чистой воды. По западным нормам – 50 долларов в сутки на содержание заключенного. Мы не можем это обеспечить. И нам сразу говорят, что у нас нарушаются права человека. Нам навязывают сегодня вместо борьбы против коммунизма и фашизма проблему прав человека. Это общая проблема. Нельзя на ней зацикливаться в наших условиях.

Посмотрим глобально. Даю пример. Турки бомбят курдов 60 с лишним лет. Проблема решена? Нет. Северный Кипр с 1975 года оккупирован Турцией. Проблема решена? Нет. Афганистан воюет с 1920 года. Проблема решена? Нет. Только усугубляем ее. Через афганскую проблему западные спецслужбы будоражили массовое сознание у нас и довели до распада СССР.

Спокойствие и стабильность международной ситуации вообще всегда иллюзорны. Подспудно зреет кризис. Человечество столкнулось с проблемой терроризма в массовом мировом масштабе во второй половине XX века, особенно с 70-х годов. Мир оказался к этому не готовым. И Россия оказалась не готова, потому что не видели причин терроризма. Все оказалось гораздо глубже. Террористические действия совершают одиночки. Но не их извращенные желания порождают терроризм. Террористические действия сами по себе вторичны, они являются способом решения политических проблем. Терроризм функционален. Ситуация, его порождающая, первична. Такой способ решения политических проблем в прежние века был немыслим, потому что был неэффективен. А сейчас он стал суперэффективным.

Это произошло потому, что мир кардинально изменился в XX веке. Мир стал глобальным. Свобода политического самовыражения раньше имела реальное поле для себя, так как многие процессы в мире протекали разрозненно, а одни страны зачастую вообще не знали о существовании других. Сегодня, когда мировая экономика, системы коммуникаций, глобальные проекты связали человечество тысячами нитей, мир контролируется как целое через механизм глобального доминирования. И это не чей-то произвол, а требование эпохи. Но в чьих интересах действует доминантная группа – это уже зависит от конкретной ситуации, от соотношения сил. Кто занял ключевые места в мировой экономике и системе международных отношений в переходную эпоху, тот и начинает контролировать ситуацию. Сегодня – это США и НАТО.

Что получается в итоге? Человечество стало более сложным структурно. Им надо разумно управлять, но в интересах самого организма, чтоб он жиры приращивал, а не поддерживал существование за счет расхода собственных ресурсов. А чтобы так управлять, надо думать о будущем человечества, а не о будущем только самих управителей. Узкие властные группы Запада, контролирующие все в мире – и экономику, и ресурсы,– ставят все на потребительский поток. Прожигают ресурсы мировых цивилизаций для поддержания своего существования, а там хоть трава не расти. Они управляют мировыми процессами так, что разрушают экономику и природу большинства стран, выкачивают из них все, что только можно. И никому не дают отодвинуть их от полного контроля за мировой ситуацией. Другие страны хотят сами управлять своей жизнью, а им навязывают решения, выгодные США и транснациональным корпорациям, штаб-квартиры которых находятся в тех же США. В этой ситуации государственный суверенитет вообще становится фикцией.

Но люди из стран, не попавших в «золотой миллиард», не хотят с этим мириться, а на равных противостоять Западу сейчас невозможно. Только СССР как глобальная сверхдержава был на это способен. Теперь условия борьбы формулирует сам Запад, а кто пытается предложить честные правила игры – на того оказывается массированное полномасштабное давление. И вот на нечестный удар и находится такой же нечестный ответ. Этот ответ – терроризм. Терроризм используют как средство борьбы все ведущие политические силы в современном мире. Это происходит, потому что те, кто доминирует, создали такие условия. Мы это осуждаем, но мы и констатируем то, что есть на самом деле.

Терроризм появился тогда, когда мир стал глобальным. И в этом современном мире появилась сила глобального доминирования. Сначала была борьба за глобальное доминирование между двумя сверхдержавами. А теперь только один центр власти сохранился в мире – Запад. Но он не хочет, чтобы была нормальная жизнь в других странах, наоборот, он хочет, чтобы не было у него конкурентов среди других мировых цивилизаций, чтобы он продолжал тянуть из них все ресурсы. Политика 3апада сегодня ставит под угрозу просто само выживание других регионов, других цивилизаций. Запад может допустить их полуголодное зависимое существование, но никак не полнокровную самостоятельную жизнь. Таков его геостратегический интерес. А разве можно долго выдерживать жизнь, когда тебя согнули в три погибели? Подонки могут выдерживать и даже хотят этого за подачку от МВФ. Но свободолюбивые народы не хотят.

И здесь могут быть разные пути. Стать сильнее Запада. Это путь, который может обеспечить в России наша партия, ЛДПР. Мы имеем для этого детально разработанную программу возрождения России. Идеология наша – просвещенный патриотизм. Это – мирный путь. Мы его хотим для России. Но для этого надо удерживать, контролировать ситуацию. Нужно сильное государство, сильные спецслужбы. И мы можем и, главное, хотим это обеспечить. К сожалению, есть и другие политики-прихвостни Запада, которые выполняют в нашей стране его программу, а потом хотят сбежать и жить там на наворованные и вывезенные из России деньги. Мы им не дадим такой возможности, когда придем к власти.

Но может быть и другой путь. Он очень опасен для стабильности мировой ситуации, но именно к нему Запад неизбежно толкает большинство стран. Для тех же обществ, которые еле перебиваются в нищете, он вообще оказывается неизбежным. Этот путь – терроризм, современный терроризм – как реакция на глобальное доминирование. Реакция тех, кого вынуждают подчиняться, а они хотят быть свободными и сами себе устанавливать правила жизни. Хотят просто жить, а не быть ареной стратегических интересов США. А их загоняют в угол. Животное, которого загоняют в угол, от безвыходности кусается. Дайте ему жить нормально, и он не будет ни на кого кидаться. А если зверь, которого загнали в угол, загрыз охотника – так тому и надо. Нечего было соваться и навязывать свою волю свободному животному.

Терроризм, направленный против западных стран, сегодня вызывается безвыходной ситуацией, в которой оказались народы других государств. С ними не считаются, их не хотят слушать, силой навязывают новый мировой порядок. А противопостоять на равных они не могут, потому что колониалисты из них уже высосали все соки и посадили у них коллаборационистских продажных правителей. Главная причина невозможности нормального диалога между народами – нежелание Запада. Современный глобальный мир должен иметъ какую-то слаженную согласованную систему сотрудничества государств на началах субординации. И в такой системе, конечно, должен быть и центр управления мировыми процессами, центр принятия глобальных решений. Не может маленькая страна диктовать свою волю сверхдержаве. Но и маленькая страна должна иметь свою сферу компетенции. Ею нельзя помыкать, надо уважать ее цивилизационный выбор.

А сегодня получилось, что Запад монополизировал центральное положение в системе мирового взаимодействия и использует его в своих узкокорыстных интересах. И при этом лицемерно провозглашает, что заботится обо всех. Не о процветании других народов Запад заботится, а, наоборот, о том, чтоб они не стали сильными и не порвали короткий поводок внешнего долга, на котором их держит Запад. И вот из этой ситуации получается закономерный и неизбежный вывод. Глобальному доминированию Запада те представители большинства народов, которые чувствуют по-своему ответственность за их будущее, противопоставляют удары ниже пояса. Ведь чем более сложно организованной является всякая система, тем она более уязвима. Сложная система более эффективна, чем простая. На многое способна. Но ее легче выводить из строя, если ударить по ключевым, так сказать, узким местам. Вот в этом и заключается главная причина одного из видов современного

терроризма, того, который направлен против глобального доминирования.

Присмотритесь ко всему арсеналу методов, форм и средств современных террористов. Всегда это удар в ключевое, узкое место. Не допускают кого-то к процессу принятия решений – он сделает так, чтобы пришлось озаботиться решением невиданных и страшных проблем.

Государственный терроризм на международной арене является реакцией на глобальное доминирование (например, НАТО), складывающееся в процессе глобализации, получившем стремительное ускорение в последние годы. По сути дела, некоторые страны не только оказались без возможности выбора ответа на брошенный им вызов, но и спровоцированы на действия, выходящие за рамки международного права. Терроризм носит в определенном смысле реактивный характер. Террорист идет на недозволенные методы, когда полагает, что не по своей вине он ущемлен в том, на что, как он полагает, он имеет право. Здесь видна и психологическая сторона терроризма. Это ущербность, неспособность к социальной самореализации. Хотя не всегда в этом виноваты те, кто оказался лишен жизненной перспективы. Недопущение развития ситуации в подобном направлении должно обеспечиваться социальными и политическими методами. Вместе с тем со структурами, вставшими на путь терроризма, невозможны никакие переговоры и соглашения. Всех террористов необходимо всегда ликвидировать.

Когда в конце 1970 – начале 1980-х годов в странах Запада произошел всплеск антигосударственного терроризма, ни спецслужбы, ни политологи, ни юристы оказались неподготовленными ни к пониманию этого явления, ни к эффективной борьбе с ним. В такой же ситуации оказалась и Россия. На территории СССР и стран социалистического лагеря практически не совершалось террористических актов. Демократы принесли в Россию эту заразу.

Специалист в области контрразведки Т. Сэмпл предлагает определять терроризм как нелегальный акт насилия против невоюющей стороны со специфической целью вызвать политические изменения. Терроризм предполагает использование невинных жертв для воздействия на другую сторону, имеет целью вызвать страх у населения, для того чтобы принудить существующую систему выполнить требования террористов. В принципе, это правильно. И поскольку цель террористов – оказывать давление, нельзя с ними вести никаких переговоров. Только уничтожать. А попутно решать те проблемы, на которых террористы спекулируют. Если только мы допустим хоть на секунду, что террорист – тоже человек, имеющий права, государство погибнет. Они нас уничтожат. Или мы их, или они нас.

Один из главных теоретиков народнического террора, Николай Морозов, обосновывал необходимость силового воздействия на высокопоставленных должностных лиц, которые определяли внутреннюю политику в государстве. В основе этой антирусской традиции лежат анархистские идеи Бакунина, идеи завоевания исторического будущего Лаврова и болезненные фантазии Александра Ульянова. Эту традицию надо было задавить на корню, а ее взращивали, поддерживали. И все это идет с Запада. Кем декабристы вдохновлялись? Террористами Французской революции. И вот мы до 1917 года восславляли декабристов неофициально. Демократическая общественность восславляла, а потом еще 70 лет во всех учебниках про них писали. Вот где отцы терроризма. Убили на Сенатской площади петербургского генерал-губернатора, героя Отечественной войны, дворянина из братской Сербии – Милорадовича. Почему? Потому что боялись его правдивого слова, с которым он обратился к солдатам, призвал их быть верными присяге. Демократы и революционеры всегда призывают убивать тех, кто верен присяге государству. Им государство нужно, только если они сами будут сажать. А когда они не у власти – долой государство. В начале 90-х годов прошлого века «демократы» захватили наше государство. Это – те же перекрасившиеся коммунисты, навязывают нашему народу американские порядки.

Опять влияние Запада. Что такое США? Наш главный геополитический противник. Объективно это так. Да еще активный противник. У США нет стратегических национальных интересов? Есть. И повсеместно на территории соседних с Россией стран. В XIX веке они занимались Западным полушарием. А в ХХ веке занялись Восточным. Им половины мира стало мало. Хотят установить полное мировое господство. Нация, бандитов. Из кого население США сформировалось? Из высланных уголовников или из тех, кто не стал дожидаться суда и сам сбежал. Перерезали местное население. Потом стали резать друг друга. Теперь – переключились на весь остальной мир. И «демократы» нам навязывают американские порядки. Вот почему растет у нас преступность. Перенимаем нравы бандитского государства. Что ждать от страны, которая бомбит кого захочет? Они так все свои проблемы решают. Постоянно расстреливают друг друга в общественных местах: в школах, в храмах, в парках, в магазинах, на работе. Там уже дети в школу ходить боятся. А страна в целом уже находится за порогом чувствительности: что можно, что нельзя. Постоянно десятки жертв. Вот он где – очаг терроризма в международном масштабе. Они просто по-другому не умеют. Это их образ жизни.

А у нас наш образ жизни. Добро. Честность. Красота. Вот основы русской цивилизации. Мы обязательно поговорим по душам. Выпьем. Побратаемся. Если человек хороший, мирно обсудим все вопросы. А у них как? Сразу за револьвер хватаются – такой идеал ковбоя. Уровень духовности: поиграть на саксофоне и развлечься с Моникой. Посмотрите книжки, которые нам их проповедники навязывают. Это же дебильные книжки. Нельзя, чтобы наши дети на этом воспитывались. Когда вырастут,– пожалуйста, полная свобода. Пусть выбирают себе жизнь, какую хотят. А пока мы должны отгородить наших детей от растленного образа жизни, порождающего терроризм.

Вообще очень важна идейная борьба с терроризмом, которая выполняет, по сути дела, профилактическую функцию. Нужно тщательно изучать предпосылки зарождения терроризма, для того чтобы вести профилактическую работу, тем самым предотвращая и формирование террористических группировок. Борьба с антигосударственным терроризмом должна начинаться на этапе возникновения в той или иной территории антигосударственной идеи, реализация которой может породить террористическую деятельность. Это задача трудная, но необходимая. Со страшными последствиями бороться труднее, чем с идеологическими причинами, пока они еще не получили широкого распространения, пока есть только кружки, но нет организаций.

Не всегда все аспекты борьбы с терроризмом очевидны. Поэтому их не всегда удается прописать в законе. Терроризм – это сложное социальное явление. Разве террорист только тот, кто кидает бомбу? Или даже террористическая организация, в которую он входит? Субъекты терроризма значительно шире. В террористическом акте, как правило, принимают участие спецслужбы враждебных государств. Вот вполне реальный субъект террористической деятельности.

Серьезную роль в разжигании терроризма могут играть различные международные общественные организации, фонды, международные политические структуры, религиозные объединения и секты. Все эти структуры обладают мощным влиянием, располагают неограниченными финансовыми возможностями, используют все это для прямого выхода на террористов, действующих непосредственно на территории государства, в котором хотят дестабилизировать ситуацию, и для их всесторонней организационной, материально-технической и финансовой поддержки. Деятельность таких структур и организаций чрезвычайно сложно контролировать. Поэтому надо всемерно поддерживать борьбу наших спецслужб в этом направлении.

Религиозные экстремисты могут через верующих формировать определенную общественную атмосферу, общественное мнение в нужном им направлении. Религиозные структуры могут использоваться для сбора информации о потенциальных объектах террористических актов, для подбора кадров при формировании боевых террористических экстремистских групп. То же происходит и с различными националистическими организациями.

Мощным фактором современного терроризма становится с неизбежностью преступный мир. Терроризм стал сегодня прибыльным бизнесом. Торговля заложниками, торговля оружием, наркотиками, пробивание тех или иных крупномасштабных экономических проектов, например связанных с нефтепроводами,– все это аспекты криминально-террористической экономики. Ведется активно и информационный террор, запугивание населения с помощью террористических актов, пропаганда действий террористов. Все это становится мощным фактом массовых общественных настроений, а следовательно, и фактором, влияющим на политический процесс, на принятие важных политических решений, на степень доверия населения к существующей власти.

Проблему терроризма можно рассматривать как угодно, но суть понятна. Как бы западные спецслужбы ни гонялись за каким-нибудь Бен Ладеном, они с его уничтожением не уничтожили ту ситуацию, которая порождает таких террористов. Террорист – всегда преступник, его нужно уничтожать сразу же, как только его выявили. Но надо создавать условия, чтоб на его место не встал новый террорист. Ведь не в злой воле террориста дело, а в объективной ситуации, которая толкает к террористическим попыткам решать международные проблемы. Нет цивилизованного механизма решения международных проблем – будет терроризм.

Нужно информационное обеспечение антитеррори- стической войны, пропаганда самого жестокого и быстрого подавления любых вооруженных групп и лиц. А для этого понадобится запрет деятельности всех тех группировок политического, религиозного, национального свойства, которые могут так или иначе помешать нормальному управлению нашим государством. И параллельно с усилением силовых структур, органов государственной безопасности нужно вводить цензуру. Через свободу прессы, через ложную концепцию о защите прав человека опять разрушают наше государство со всех сторон.

Терроризм всегда был орудием захвата власти во всех странах мира. Преодолевать терроризм можно только международными усилиями. Например, так получилось с проблемой угона самолетов. Все страны договорились между собой выдавать террористов-угонщиков. И все. Угонщики знают, что будут выданы, и потому угоны самолетов практически прекратились.

Нужна ясно разработанная концепция борьбы с терроризмом. Для реализации этой концепции необходима отработанная система слаженных действий всех силовых ведомств. Не формальная комиссия, а реальная слаженность. Но не нужно создавать лишние параллельные структуры. Главное – оперативность. И решительно бороться с так называемой обычной преступностью. Важно понимать, что она является питательной средой терроризма. Нельзя совершить ни один террористический акт, не нарушив массу общеуголовных статей. Это и торговля, и хранение оружия, химических, взрывчатых, радиоактивных веществ, торговля и хранение наркотиков, убийства, подделка документов, подделка денежных знаков, отмывание грязных денег и т.п. Надо поставить под полный контроль все каналы получения террористами ресурсов и оружия, в том числе контрабанду, хищение из воинских частей, подпольное изготовление.

Нужно наводить порядок везде. Тогда покончим и с терроризмом.

БУДУЩЕЕ
(Вместо заключения)

Не подумай, что я воображаю сделаться великим артистом,– просто я хочу делать то, к чему меня влечет призвание; буду ли я знаменитый композитор или бедный учитель,– но совесть моя будет спокойна и я не буду иметь тяжкого права роптать на судьбу и на людей.

П.И. Чайковский

Будущее… Эпиграфом к этой заключительной главе я взял слова Петра Ильича Чайковского. Написаны они в письме к родной сестре, когда Чайковский был совсем молодым человеком. Ему шел 22-й год, и, естественно, ни он сам, ни его адресат даже не подозревали о том великом будущем, славе, которая ждала композитора, по праву считающегося одним из самых выдающихся музыкальных гениев человечества.

Чего, например, стоит одна (повторяю, лишь только одна из того богатейшего творческого наследия композитора) его опера «Пиковая дама». Вспомним, читатель, сцену заключительной встречи главных героев Лизы и Германа на канале. Сколько трагизма, какая невыразимая боль души и мысли в музыкальной аранжировке этой поистине выдающейся сцены мировой музыки! Всегда, когда слушаю этот эпизод (а я специально приобрел практически все пластинки с музыкой Чайковского), мурашки бегают по спине. Иной раз даже боюсь, что остановится сердце от напряжения момента, от предчувствия неизбежной беды, что ждала в финале оперы эту бедную и удивительно русскую молодую пару. У них не связалась судьба. Их будущее не состоялось. Жизнь оборвалась в самом что ни на есть дебюте.

Нечто подобное я испытал, когда по приглашению ОРТ сыграл роль Моцарта в телевизионной экранизации пушкинской драмы «Моцарт и Сальери». Убийцу молодого, ему было всего лишь 37 лет, композитора сыграл Константин Боровой. До сих пор у меня в сознании стучат великие строки бессмертного Пушкина: «На свете счастья нет, но есть покой и воля». Не знаю, и никто не знает, уготованы ли ему покой и воля. Господь один лишь знает. Не зря говорится, что люди предполагают, а Господь Бог решает.

Будущее… А есть ли оно у человечества, учитывая все то, что сказано хотя бы мною в этой, прямо скажем, совсем невеселой книге? Попробуем, читатель, разобраться вместе.

Современный уровень науки в целом, а не только футурологи, то есть ученые, занимающиеся прогнозированием будущего, свидетельствует о необходимости перехода к формированию нового типа, именно типа, а не вида или рода, то есть качественно новой модели цивилизации. И такой переход уже стал реальностью, а не чьими-то, повторяю, абстрактными выкладками. Со второй половины ХХ века практически во всех сферах производства начался переход с так называемых затратных технологий на ресурсосберегающие. К концу столетия этот переход практически завершился, по крайней мере в промышленно развитых странах мира. Я сейчас не говорю, какой ценой и за счет кого и чего там сумели выйти на новые технологические рубежи. Я просто констатирую сам факт состоявшегося перехода.

Следующий этап – это выход на устойчивое развитие человечества. Об этом было заявлено еще на конференции ООН по окружающей среде и развитию. В форуме участвовали 178 государств мира, включая и Россию. Был подписан ряд программных документов, формирующих совместную политику практически всех стран мира по обеспечению устойчивого развития и сохранению биосферы Земли.

Главное, на что обращали внимание участники конференции,– это необходимость перехода к экономике ближайшего будущего, названной с чьей-то легкой руки экологической экономикой. Что это такое? Если коротко, то в самом общем виде экологическая экономика означает утверждение системного подхода к окружающей среде, реальное не просто осознание значения природы в жизни человечества, но и включение природных составляющих в виде основополагающих ценностей всемирного производственного процесса. Не бездумная эксплуатация природы, не жизнь взаймы из природы, какой была жизнь человечества по крайней мере в последние 200—300 лет, то есть собственно в период активного утверждения и деятельности западной цивилизации, а жизнь в согласии и союзе с природой, в тесном взаимодействии с природными условиями.

По мнению большинства прогнозистов, к числу наиболее важных элементов экологической экономики можно отнести следующие:

– включение экологических условий в число экономических категорий наряду с другими категориями экономического благосостояния;

–

подчинение экономики природопользования принципу рационализма, разумному использованию природных ресурсов;

–

переход от затратного механизма в охране окружающей среды к природоохранным функциям, непосредственно включенным в производственный процесс;

–

изменение эколого-экономических ориентаций в структуре потребления и стандартах благосостояния человека.

Воплощение в жизнь подобных критериев и стандартов экономического развития человечества и будет означать экологизацию всего его социально-экономического развития.

Основу экологической экономики составят биотехнологии. Их внедрение – это одно из приоритетных направлений современного научно-технического прогресса. Предназначены с использованием новейших достижений биологических, технических и иных наук максимально задействовать возможности микроорганизмов, клеток растений и животных в деле повышения жизненного уровня людей при решении актуальных задач собственно экологии, энергетики, медицины, питания и др.

И начинать эту интенсификацию по использованию биоресурсов планеты, по моему мнению, следовало бы с самого человека. Ведь что получилось за последние несколько десятков тысяч лет эволюционного развития жизни на Земле? Объем мозга человека упал с 1600—1900 кубических сантиметров до 1350—1500. И это падение происходит в период, казалось бы наивысшего расцвета ноосферной деятельности человека. И другое, еще более любопытное явление. Из 14 миллиардов клеток головного мозга в процесс накопления и развития опыта включаются всего-навсего 0,6-1,4 миллиарда. Иначе говоря, человек использует всего лишь 4 процента своего мозга. Кое-кто считает, что – 10 процентов. Но это катастрофически мало!

В настоящее время наиболее развитым является направление промышленной микробиологии. Его основные достоинства определяются в следующих параметрах:

–

микроорганизмы, обладая значительно большим содержанием генетической информации в клетке, синтезируют крайне необходимые для человека вещества, причем делают они это гораздо эффективнее, то есть быстрее и качественнее, чем растения, и в тысячи раз быстрее животных;

–

биотехнологические процессы осуществляются на специализированных предприятиях без повышения давления и температуры, иначе говоря, с применением экологически безопасных технологий;

–

биотехнологические предприятия могут функционировать в любой географической точке планеты, в частности на бросовых землях, труднодоступных участках, при плохих климатических условиях, каких в России хоть отбавляй;

–

отходы промышленности и сельского хозяйства оказываются сырьем для биотехнологических производств (например, отходы пищевой промышленности);

–

биотехнология уже решает в ряде стран проблему экологически чистой энергетики путем утилизации растительных отходов в сельском хозяйстве и лесоперерабатывающей промышленности.

Другим не менее существенным элементом в развитии биотехнологий является их прибыльность, причем не в далеком будущем, о котором еще не так давно, в советские времена, с удовольствием писали такие писатели-фантасты, как Ефремов («Туманность Андромеды»), Казанцев и другие, а на Западе – Рэй Бредбери, Станислав Лэм, а в самом что ни на есть уже настоящем. Срок окупаемости биотехнологических методов природосохранности до полутора лет.

Концепция прибыльного разрешения экологических проблем, в противовес общепринятому мнению об их неизбежной и неминуемой затратности, опирается на принцип превращения отходов в товарные экологически чистые продукты. Например, в сельском хозяйстве биотехнологические методы превращают зараженное зерно в полноценный кормовой белок. Растительные отходы в виде кукурузной кочерыжки, соломы, подсолнечной и рисовой лузги перерабатываются в биогаз, кормовой белок, биоудобрения.

Или другой не менее разительный пример. Скажем, потребность в экологически чистом пищевом белке составляет, по данным ООН, 0,5 г на 1 кг веса каждого человека. И это при том что ежедневно! Для одного города с 10-миллионным населением это 250 тонн/сутки на сумму 11 милионов рублей. Используя этот белок на московских мясокомбинатах, можно увеличить производство отечественных мясопродуктов на 250 тонн/сутки при значительном снижении их себестоимости.

Называются и уже активно разрабатываются такие основные направления экологизации промышленности, как:

– внедрение биотехнологий для горнодобывающей промышленности;

–

переход на экологически чистую энергетику;

–

очистка сточных вод;

–

очистка водной среды от загрязнения нефтью;

–

очистка аэрозольных выбросов;

–

установка гибких модульных линий.

Среди путей экологизации сельского хозяйства можно выделить:

–

утилизацию растительных отходов;

–

утилизацию отходов гидролизного производства с получением дефицитных препаратов;

–

внедрение биологических средств защиты растений;

–

переход на биоудобрения;

–

утилизацию отходов птицеводства и животноводства;

–

метода биотехнологии проведения рекультивации почв;

–

переход на производство кормового белка;

–

получение белково-витаминного продукта из крахмалосодержащего сырья;

–

биотехнологию для сбалансированного питания.

Конечно, я обозначил только самые общие подходы к решению столь многофакторной и комплексной проблемы, какой является проблема утверждения экологической экономики. И это неудивительно. Я не утопист-социалист, перед которыми преклонялись классики марксизма, считая утопический социализм составной частью марксизма. Фантазиями не занимаюсь. И тебе, читатель, не советую. Просто, как политик, фиксирую тенденции мирового развития. На сегодняшний день они выглядят именно так, а не иначе. Что будет завтра, поживем – увидим.

Для полноты картины ближайшего будущего хотел бы высказать конкретные предложения к тем задачам, которые вполне по силам решить уже сегодня в нашей российской экономике.

Спасение страны от массовой нищеты, деградации и вымирания – вот первая и главная цель Без этого отпадает смысл всего остального. Превращение России в стабильную, богатую страну, опирающуюся на собственные природные, промышленные и сельскохозяйственные ресурсы, страну, где большинство населения (75-80%) составит слой средних потребителей.

Коммунисты виноваты, потому что у них была реальная власть, но они не сумели перестроить страну, СССР распался по их вине. А в новой России коммунисты просто изображают из себя оппозицию, но никак не могут понять, что их время прошло.

Правящая партия виновата, потому что сейчас все зависит от нее. Никто не мешает ей бороться с преступностью, повышать уровень жизни в стране. Вот они уже много лет у власти – это огромный срок. Можно было многое поменять к лучшему. Но мало что меняется. Значит, их такое положение дел устраивает. Но это не устраивает вас, избирателей.

Бедность большинства граждан России, коррупция, преступность – это наследие 1990-х годов и следствие слабой политики.

Такая политика, которая проводится уже многие годы, никуда не годится. Эта политика защищает интересы олигархов, а не большинства граждан России. Свое производство готовой продукции сокращается под агрессивным натиском импорта. Сохраняем и создаем рабочие места за рубежом. У крестьян, производителей продовольствия – самая низкая зарплата в стране. Молодые талантливые ученые уезжают из страны. Жилье недоступно для большинства населения. Медицина, образование фактически стали платными. Рынок переполнен некачественными продовольственными и промышленными товарами, часто опасными для здоровья. Высоки преступность и безработица. Решение многих вопросов идет по понятиям, через взятки.

Наши средства массовой информации стали филиалами мировых центров, которые разрушают психику людей, особенно молодежи, ежедневными сводками об авариях, жертвах, пожарах, несчастьях. Простой прием содержания людей в страхе, воспитания рабской покорности. Бояться, бояться надо за себя, за детей, за работу и соглашаться, соглашаться со всем, что говорят руководители, чиновники, телеведущие. Создание послушной человеческой биомассы.

Острие удара направлено против России. Самый непокорный народ столько агрессоров победил и все еще сопротивляется. Но осталось немного. Действительно, немного, если не изменить политику, направленную сейчас на поддержку иностранных компаний, западной идеологии, поставляющих в страну идеи потребительства, жадности и в возрастающих количествах продовольствие, приборы, технику, машины.