Сказ о добрых делах – не вымысел. Всё, что сделано, сделано на благо Великой России, на благо каждого из вас. Вы – герои наших сказок.

Мы хотим, чтобы кипела работа в губерниях. Чтобы росли хоромы одни лучше других. Чтобы фабрики и заводы работали. Чтобы коровы молоко давали жирное, куры яйца несли крупные, рыба в реках ловилась от карася до щук сказочных.

Мы хотим, чтобы пришли в наше Государство счастье, любовь и радость, достаток и покой.

Владимир ЖИРИНОВСКИЙ

Сказ о том, как Владимир помог семье Елены Премудрой вновь счастливой стать

Жила-была в одном городе очень большая и очень дружная семья. Папа Иван-Богатырь на большом заводе работал, а мама Елена Премудрая разным премудростям детей в школе учила. И было у них шестеро детей. Старшие трое в школу ходили, двое младших – в детский сад, а Машенька с бабушкой и дедушкой оставалась – мала она ещё была.

Вечером семья собиралась за длинным большим столом, и бабушка потчевала всех вкусными пирожками, соленьями-вареньями, борщами да щами, кашей с мясом и всякими сладостями. В выходные всей семьёй ходили они гулять в парк, а вечером дома песни пели и сказки сказывали.

Но однажды все хорошие сказки кончились, а вместе с ними пропала и весёлая дружная жизнь. Пришёл в град тот новый царь-государь и закрыл папин завод, и остался Иван-Богатырь без работы.

Детей кормить-поить по-прежнему надо, одевать-обувать надо, а денег нет. Что тут делать? И старики заболели. Лекарства нужны дорогие, да на что их купишь? Кручинится Елена Премудрая день, кручинится ночь, глаз не сомкнёт. Всё думу горькую думает, что делать, как горе это избыть. Но даже её мудрости не хватает.

то пустой, даже хлеба нет. Бросится Елена Премудрая то к одному начальнику в ноги, то к другому, молит всех о помощи, а ей все обещают, но ничем не помогают.

Не выдержала Елена Премудрая, велела старшей дочке за младшими приглядывать, Ивану-Богатырю – за больными стариками, а сама начала в Первопрестольную собираться.

Дорога неблизкая. Наскребла по соседям денег на билет и поехала. Едет она в общем вагоне и всех спрашивает, к кому бы ей в Москве обратиться, у кого бы помощи попросить. Отвечают ей люди добрые, что много в Москве начальников всяких, больших и малых, на любой вкус, да только все они об одном думают, как бы свои карманы потуже набить. Услышал эти речи Старичок-Боровичок, калика перехожий.

– Вот и неправда ваша, – говорит, – есть в Москве один человек. Хоть и большой чиновник, но всем помогает, всех принимает, всех понимает.

Поблагодарила Елена Премудрая за речь разумную и, когда в Москву приехала, пошла искать Думу Государеву. Из сказки слова не выкинешь, вот и попала Елена Премудрая в большой кабинет. Смотрит, за столом сидит тот самый Владимир, про которого старичок рассказывал, вокруг книг видимо-невидимо, а он Елену не замечает, что-то всё пишет и пишет.

Дождалась Елена Премудрая, когда Владимир ручку отложил, очки снял, и в пояс ему поклонилась. Тут Владимир усадил её в мягкое кресло и стал расспрашивать о житье-бытье. Рассказала ему Елена без утайки о своей жизни. А Владимир тут же велел кликнуть молодого витязя Ярослава и принялся ему диктовать, что надо сделать, чтобы помочь Елене Премудрой и её большой семье.

Приказал купить ей билет в самый мягкий вагон. Накормили Елену Премудрую, чаем напоили. Говорит ей Владимир: – Успокойся, Елена Премудрая, ты шестерых детей родила и воспитала, как матушка моя, ты – хозяюшка настоящая, о муже и о детях малых своих печёшься, о стариках хворых заботишься. Понимаешь, что для женщины семья – главное. Я тебе помогу. Поезжай-ка домой, всё хорошо будет.

Поблагодарила Елена Премудрая Владимира, а сама думает: не может быть ничего хорошего, вернусь домой, а там снова дети голодные, дом холодный, родители больные, а муж без работы. Приехала, подходит к дому и глазам своим не верит. Быть не может. В доме чисто прибрано, тепло, светло, за длинным столом, скатертью накрытым, вся семья сидит, её дожидается. А на столе-то и борщ, и каша, и мясо, и пирожки, и сладости. Муж смеётся, на работу его пригласили, зарплату большую дали. К бабушке и к дедушке врачи приходили, лекарства принесли, вот они и поправились. А детям- то игрушки новые Владимир прислал и новые костюмчики. И всё это так хорошо, так красиво.

Тут сразу же Елена Премудрая снова помолодела, расцвела, косу отпустила, всех соседей в дом собрала. И я там был, мёд-пиво пил, сам слышал, как хозяйка Владимира нахваливала, да видел, как она гостей потчевала.

Сказ о том, как Владимир Марье-Искуснице помог

Стоял на земле Русской один городок. Не то чтобы мал, да не сильно и велик, из Первопрестольной его с самого высокого холма не видать было, а потому цари-государи сюда и не жаловали. Белое тело своё по буеракам не растрясали.

Один лишь богатырь Владимир – доброе сердце – всем помогал, обо всех помнил. Захотел Владимир узнать о житье-бытье забытых Богом и царём горожан. Вот и приехал он в далёкий город. Собрались тут и стар и млад, чтобы на Владимира посмотреть, речи его послушать, совет добрый получить, о бедах и радостях своих рассказать. Долго Владимир с людьми беседовал.

Старик пожаловался ему, что избёнка у него очень маленькая, да и та совсем развалилась, а внучка Снегурочка уехала в большой город и писем не пишет.

Василиса Премудрая посетовала, что интересные и умные книги перевелись, только одни страшилки на полках стоят, и трудно ей, девице-красавице, добрых молодцев уму-разуму учить Царевна-Несмеяна горевала о том, что забыла она, когда в последний раз смеялась, и умоляла развеселить её хотя бы на минуточку.

Даже волшебник Черномор оказался недоволен жизнью: «Руслан и Людмила мне всю бороду выщипали. Никакого уважения к старшим!»

Одна только Марья-искусница сидела в уголке, смотрела грустными глазами на Владимира и ничего не просила, ни на что не жаловалась.

Владимир всем пообещал помочь: и избёнку старику поправить, и сто томов написанных им умных и добрых книг Василисе Премудрой прислать. И даже Черномора к лучшему парикмахеру направить, чтобы бороду в порядок привести. А с Русланом и Людмилой Владимир отдельно поговорил. Сказал им, чтобы они семью создавали молодую да крепкую и к старшему поколению с почтением относились.

А потом старушку молчаливую заприметил и с такой речью к ней обратился:

– И что же ты, Марьюшка-искусница, ничего не просишь, ни на что не жалуешься? Неужто лучше всех живёшь?

– А пойдём ко мне, касатик, посмотришь, – ответила Марья.

Долго ли, коротко ли шли они, да только пришли к маленькому деревянному покосившемуся домику. Зажгла Марьюшка свечку. Владимир подивился, почему лампа в её доме не горит.

– Да свет-то мне за неуплату давно отключили, – объяснила гостю Марья-искусница, дровишек в печку подкинула, а всё равно холодно и темно в избушке.

– Угогцать-то мне тебя, милый, нечем, – посетовала хозяйка. – Хоть всю жизнь свою я работала от зари до зари. В юности меня Марьей-красой с длинной косой величали. Получила я за труды свои от самого царя-батюшки звание Мария-кудесница, а уж после дали мне и самое высокое звание – Марья-искусница. Кружева мои во всём мире славились, вышивки мои на всех выставках призы получали, шитья моего золочёного ни в одном государстве краше не было.

землицу-матушку. Никому теперь не нужны мои узоры самотканые, мои кружева белоснежные, никому не нужна стала и я со своей поседевшей косою, с выцветшими и выплаканными глазоньками.

Не за себя обидно, за землю православную, за люд русский, всю жизнь пахавший, сеявший, украшавший Русь-матушку. Что же теперь вороны, лихоимцы сделали? Захватили земли пахотные, поляны ягодные, а мастеров и мастериц согнали с нажитых мест, света лишают, тепло отбирают, куском хлеба попрекают. Когда же, батюшка-Володюш- ка, справедливость воцарится на земле русской?

Замолкла Марья, а Владимир так молвил:

– За бедных людей я всей душою болею. Русским людям помочь хочу. Стану царём, всех разбойников на север сошлю. И снова вернётся слава мастеров-рукодельниц, таких кудесниц и искусниц, как ты. А пока позволь мне тебе добрым делом помочь, гордой русской женщине, ни о чём не просящей, последнее всем отдающей. Больно матушку мою ты мне напомнила. И велел Владимир принести для Марьи скатерть-самобранку, позвать молодых мастеров, чтобы избушку починили, новую печь сложили, чтобы Марье-кудеснице всегда тепло, светло да сытно было. Чтобы почитали её за труды многолетние, за бескорыстные хлопоты во имя России-матушки.

От радости Марьюшка даже помолодела и соткала для Владимира белоснежную рубашечку. И рушник яркими цветами да весёлыми птицами вышила, чтобы не забывал Владимир о своём обещании простых русских людей защищать.