Анна Ханинева
Дом для Геннадия

Мыльные пузыри летели между деревьев. Большие и важные- поодиночке, а мелкие –длинной цепочкой. Маша сидела на мокрой лавочке в сквере. Несмотря на буйство осенних красок, здесь было тоскливо. Трава на газонах совсем пожухла, даже последние осенние цветочки выглядели уныло. И ничего радостного не было в этом маленьком скверике кроме пузырей. Они сверкали и переливались так здорово, что Маше немедленно захотелось самой стать, вот таким вот пузырем и улететь куда подальше. За деревьями послышались голоса и на дорожке показался карапуз лет пяти, а следом медленно шел старик, отряхнув пальто, он уселся на лавочку рядом с Машей.

– Нужно куда -то идти,– вяло подумала она. Домой? Там темные окна и вселенское одиночество, там теперь ее никто не ждет. А ведь всего несколько дней назад, Маша была уверена, что у нее семья. Она, Маша и муж Димка. И все было у них хорошо, так она думала, пока в понедельник Димка не сообщил ей, что так больше не может.

Утром, Маша собиралась на службу, чертыхаясь отхлебывала горячий кофе и одновременно пыталась накрасить левый глаз. Димка притащился на кухню и сказал, что им нужно развестись. Карандаш упал в чашку и Маша стала его доставать, а карандаш выскакивал и падал обратно, и тогда она решила подцепить его кофейной ложкой… Димка молчал и смотрел на нее.

– Маш, ну что ты паясничаешь?

– «Я паясничаю?» – поразилась Маша.

Димка отвернулся к окну, мы слишком устали друг от друга, – сказал он.

– Я совершенно не устала, если хочешь, я даже могу…

– Маш, хватит уже, хорошо это я устал от твоей заботы, каждый день одно и то же. Димочка, тебе рубашку какую погладить? А что ты на ужин больше хочешь?

– мне надоело.

– Я могу не спрашивать, – быстро сказала Маша. Не бросай меня.

Димка помолчал немного, понимаешь я хочу, чтобы каждый день- праздник, сюрприз. А от тебя я устал. Разлюбил.

– Как же так, Димочка? А как же, осенью в Питер? Мы мечтали, мы ведь хотели вместе в этот дом с привидениями, потому что одной страшно.

– Что ты как маленькая? Хотели и расхотели.

– Как же ты будешь без меня? – тихо спросила Маша и слезы закапали прямо в чашку, туда где лежал карандаш. Давай начнем все с начала, как ты хочешь, чтобы праздник и все такое.

Маше все происходящее казалось какой- то глупой шуткой, но Димка собрал вещи и ушел. Бросил ключи на полку в прихожей и сказал: – звони если что…

Теперь Маша приходит в этот сквер и сидит до самой темноты, как бездомная собака.

– Все сложится, все сбудется, и ты счастье найдешь, а когда найдешь, все мечты твои исполнятся – изрек вдруг старик.

– Господи, боже ты мой! Маша напрочь позабыла о нем, наверное, разговаривала вслух, вот ужас- то!

– Простите меня ради бога, я немного задумалась! – воскликнула Маша. Вместо ответа, старик вдруг прижал ее руку, своей.

Смотри, – сказал он. И Маша увидела…

Как наяву: южные горы, белые домики, веранду в тени виноградных листьев, близкое синее море, солнце и теплый белый песок на пляже. А еще увидела она, маленькую церковь и подвенечное платье, путешествия в теплые края, белый кружевной конверт с голубым бантом из роддома. И самое главное-Он, тот кто не разлюбит, не устанет от ее заботы. К нему можно подойти, обнять крепко, прижаться изо всех сил и знать, что вместе совсем не страшно и каждый день как целая счастливая жизнь!

Когда она очнулась уже стемнело, накрапывал мелкий дождик.

– Мне это приснилось. Очень странный сон,– решила Маша. Старика рядом не было, он тоже ей приснился.

Писк, а затем самый настоящий плач раздался совсем рядом. Маша остановилась, а потом решительно полезла в густые кусты. Там в мокрых красно- коричневых листьях плакал голодный кот, так горько и безнадежно, что она, не раздумывая, стащила свой шарф и замотав кота, вышла на тропинку. Кот притих, он решил, что в этой, одной из девяти кошачьих жизней, его ничего хорошего уже не ждет.

С тех самых пор, как кот переехал к Маше, у него началась другая жизнь. Кот спал, а когда просыпался начинал есть.

Он смотрел виновато на Машу: мол, извини, сам не знаю, что на меня нашло.

Маша гладила кота по худой спине и думала, что теперь не так одинока и даже Димкино предательство, отступило от нее и стало неважным. Теперь, Маша спешила домой.

Она открывала дверь и с порога ей улыбался Кот, «Ну, слава богу, ты пришла!» – говорил он, пока Маша разувалась.

– Как хорошо! Без тебя мне здесь грустно и одиноко.

– Зато ты выспался, – отвечала ему Маша. Соскучился? Идем ужинать.

А вечером они пили чай, за окном – осенняя слякоть и дождь стучит по подоконнику, а на кухне – тепло и тихо. «Знаешь, у каждого кота должен быть дом, пусть хоть небольшой» – говорила Коту Маша, и он был полностью с ней согласен.

Как-то утром, Маша разглядывала Кота, спящего в большой корзине, с которой иногда она ходила за грибами. Пепельная шерсть, острые ушки, полосатый хвост, и отъелся немного. Нужно показать его врачу, – решила она.

В ветеринарном кабинете, за столом сидел молодой человек в белом халате и что- то писал. Он поднял голову, и Маша чуть не выронила корзинку с многострадальным котом. Это был он! Тот самый из Машиного сна! А она была уверенна, что такого просто не может быть…

Тем временем, доктор разглядывал кота. И как же нас зовут?

– Маша, то есть, Мария Николаевна- пролепетала смущенная Маша.

– Прелестно для кота,– улыбнулся доктор.

– Ах, у кота… Я не знаю, может Геннадий? Врач внимательно посмотрел на Машу: «Вы не знаете, как зовут вашего кота?»

– Мне кажется, он мог вполне быть Геннадием, я недавно его усыновила, -совсем растерялась Маша.

– Здорово, -оценил доктор. Меня зовут Владимир Петрович, а как вас зовут я уже догадался. Кот закатил глаза в своей корзинке.

Осмотр закончился. У Геннадия все в порядке, истощен немного, но если он будет принимать витамины… Обязательно будет! – с жаром подтвердила Маша, а я проконсультирую, -подхватил Владимир,– может быть сегодня вечером? …

В жаркий июльский полдень она сидела на затененной веранде и покачивала ногой в легкой открытой туфельке, белая скатерть и сок в тонком бокале, совсем близко зеленые горы, маленькие белые домики и синее южное небо. Запах моря, который еще долго будет вспоминаться по приезду из отпуска. А рядом, Маша знала, самый любимый и родной человек на свете.

Ангел.

Нина Семеновна Потапова проснулась от стука в окно, полежала немного, вслушиваясь в темноту, решительно встала и отдернула штору. В свете желтого фонаря кружились снежинки, на улице тихо и мало машин. Последний день уходящего года… – вспомнила Нина Семеновна. 31 декабря. Новый год. Она отвернулась от окна и включила ночник. Он сразу осветил нехитрую обстановку, часы с кукушкой на стене показывали шестой час. Ох, Господи! – зевая, охнула Нина Семеновна, рань то какая! Стук более настойчивый, застал её уже на пороге комнаты, Нина вернулась и вгляделась в сумрак зимнего утра. Не поверила своим глазам, на Нину Семеновну с той стороны окна смотрел ангел.

Ангел был красивый! Весь в белых одеждах, да и лицо симпатичное, – мельком подумала Нина, – на мужа покойного Николая, похож. Ангел легонько кивнул Нине Семеновне, и она вдруг вспомнила Николая, прям как живой встал у неё перед глазами.

Вспомнила, какой был стройный, собой хорош, только ростом невысокий, да Нине это было не в тягость, потому что сама полтора метра выросла. Отчаянный был, а Нину любил очень, все подарочки ей носил. Однажды, в канун нового года, принес платок ярко небесного цвета, под глаза, и она надела платок на танцы, в Дом Культуры, к любимому синему в горошек платью, и была так хороша, так сияли глаза, что Николай в танце прижал к себе покрепче и замуж позвал.

Жили Нина с Николаем бедно, но весело, молодые были, что не веселиться. Коля, он разыграть любил, пошутить, как -то жизнь пробежала с ним быстро и легко, только вот детей бог не дал…

Нина очнулась, за окном уже никого не было. Вот померещится, – подумала она и тут же вздрогнула от резкого звонка. Батюшки! Кто ж так рано? Нина Семеновна бдительно посмотрела в глазок, ничего не увидела в темноте лестничной клетки и крикнула: Кто?

– Это Коля, – раздался приглушенный шепот,

– Какой ещё Коля? – ахнула Нина Семеновна.

– Ну, я, это я, – зашептал у двери знакомый голос. В голове у Нины стало вдруг просторно и холодно.

– Коленька, ты?

и она открыла.

2.

Катя открыла глаза, светящийся циферблат часов показывал 5:20 раннего утра. Кто же там в такую рань? – простонала Катя и потащилась к входной двери, стук повторился, Катя не поверила, он раздавался от окна. В голове мелькнула мысль: Однако, пятый этаж! Но додумать она не успела, рука против воли дернула ночную штору. За окном был ангел!

Красивый, большой и белый с огромными крыльями! В тусклом свете фонарей видно было каждое перышко на его крыльях. Ангел стукнул легонько, привлекая Катино внимание, и подмигнул ей. Катя моргнула и снова посмотрела в окно, но там уже никого не было.

Она залезла под толстое одеяло и принялась размышлять. Вот как здорово начался последний день этого года, и ангел ей подмигнул, а это означает, что всё, у неё у Кати, будет хорошо! А это не помешало бы, потому что черная полоса, начавшаяся еще со смерти папы, и продолжающаяся по сей день. Конца и края ей не было видно, вот и на новогоднюю вечеринку в родную контору, Катя не пошла и кажется, что её отсутствия никто не заметил. Угораздило Катю влюбиться в собственного шефа, давно и безответно, хотя иногда она ловила на себе его задумчивый взгляд, но списывала все на собственные фантазии. Катя трезво смотрела на жизнь и понимала, что тут ей точно ничего не светит, где она, а где он. Если был бы конкурс на самую ужасную личную жизнь, то Катя заняла бы на нем второе место, почему второе? Да потому что никакой личной жизни…

Повалявшись, как следует, в постели, размышляя о своей невезучести, Катя, наконец -то поднялась, включила телевизор и решила позавтракать. Ангел будто приснился ей.

3.

Нина Семеновна открыла дверь, за ней обнаружился новый сосед Коля, молодой симпатичный парень, успевший достать ремонтом всех соседей. Только Нина с ним дружила, всегда в его присутствии бодрилась и втягивала живот, будто Коля мог должным образом это оценить.

– Глубокоуважаемая Ниночка Семеновна! – начал сосед торжественно.

– Поздравляю вас с праздником! И желаю вам всего, всего …

–Ты чего хотел Коля? – спросила проницательная Нина, по привычке втянув живот.

– Да тут такое дело, мне на службу нужно ехать, возможно, задержусь, ключ хотел вам оставить, должны ребята приехать из сервиса, мебель собрать. Я же знаю, вы рано встаете, вот и зашел.

– Конечно, оставляй Коля, я весь день дома буду, не сомневайся – замахала на него руками Нина Семеновна. – Да кто вас знает горячих финских девушек,– заржал сосед, сунув Нине ключ, пошел к лифту.

– Хороший парень – умилилась Нина.

Работящий и машина у него серьезная черная, огромная. Из- за нее соседки и считают его бандитом, на самом деле он компьютерщик, Нина знала это совершенно точно. Ведь с Николаем она общалась часто, и Колина энергия и природный оптимизм, помогал ей чувствовать себя еще совсем молодой, а бабки что пусть судят, на то они и бабки … Нина решительно захлопнула дверь, ангел ей больше не вспоминался.

4.

Вся эта предновогодняя суета затягивает и заставляет вместе со всеми куда- то бежать, делать бесполезные покупки, резать оливье, накрывать праздничный стол, даже если ты совсем одна, но Катя привыкла только такой и должен быть Новый Год. Мандарины, пироги, знаменитый и всеми любимый салат. Праздничный вечер застал ее в третьей по счету булочной, в другом районе, где Катя пыталась безуспешно разыскать бородинский.

Двадцать первый век на дворе, а хлеба под новый год как не было, так и нет,– бубнила Катя, огибая подозрительные кусты. В кустах что- то копошилось и стонало. Катя нерешительно остановилась, но тут стон раздался снова, и она, не раздумывая больше, побежала, поскальзываясь на узкой тротуарной плитке.

Нина Семеновна захлопнула дверь и двинула к лифту. В булочной, наверное, шаром покати перед праздником – думала Нина, осторожно пробираясь по скользкой тротуарной дорожке мимо кустов, тут вдруг на нее надвинулся темный силуэт и показалось на мгновенье, большое крыло, сердце стремительно заколотилось, и Нина рухнула прямо в темные кусты.

– Женщина, женщина, вам что, плохо? – тоненький жалобный голосок вернул Нину Семеновну в сознание.

Я сейчас скорую помощь вызову. Нина с трудом открыла глаза, возле нее на коленях стояла худенькая девушка и держала в руках телефон. Нина Семеновна начала приходить в себя. Подожди, не нужно, это просто испугал кто-то, я так и без врача справлюсь, Нина стала подниматься на ноги и снова пошатнулась. Ты вот что, до дома проводи, тут близко.

Пока добирались до дома, стало уже совсем поздно. Ты где живешь, дочка? – спросила, удобно устроенная в своей кровати, Нина. Подушка повыше, рядом на столике сладкий чай. Ну, вам я смотрю лучше, пойду я, – поднимаясь со стула, сказала Катя.

– подожди, говорю, – всполошилась Нина и тут же вспомнила, Новый Год ведь. Тебя, наверное, друзья ждут, семья, да? Нет, никого у меня нет, ни друзей, ни семьи, после смерти отца осталась совсем одна, а лучшая подруга Галка уехала вслед за мужем, военным, в далекий город Мирный, конечно они переписываются, но никто не ждет ее ни на новый год, ни на восьмое марта, ни даже на день рождения. После этих слов Катя, наконец, разревелась. Ну вот, что! – решительно сказала Нина, откинув одеяло, и встала. Да, куда же вы встаете! – заволновалась Катя. Пойдем на кухню, у меня там салат и холодное шампанское, будем новый год вместе отмечать, все веселей. Только вот хлеба нет, ну и ладно, похудеем – подмигнула Нина Семеновна. Неожиданный звонок в дверь застал их на кухне, Нина в очередной раз схватилась за сердце. Я открою? – спросила Катя, Нина только смогла кивнуть. Катя щелкнула замком, и потеряла дар речи, перед ней стоял ее шеф собственной персоной. Николай Леонидович? А что вы тут делаете? А ты? Живешь тут что ли? – поразился шеф. Господи, да это же Коля за ключом – засуетилась Нина Семеновна. Коля, за ключом – зачарованно прошептала Катя. Нина Семеновна немного помолчала и спросила сладким голосом: – Коленька, а ты что же один Новый год отмечать собрался?

Да, какой новый год, устал я что то, спать лягу. Зачем спать то, – хитро спросила Нина, – смотри, какая у нас компания.

– «Я уже ухожу,» – подала голос Катя.

– и шампанское у меня есть – не слушая ее, заманивала Нина. А у меня тоже, что- то было в холодильнике, только хлеба, кажется, нет – сказал Николай и все вдруг рассмеялись. До Нового Года оставалось совсем немного времени. Успел,– улыбнулся ангел.