Геннадий Ильич
Таксисты и коронавирус

Находясь в самоизоляции на даче Костя потихоньку наводил порядок на территории. Погода была не ахти…То есть весна еще не началась. Утром 5-6 градусов и пасмурно. Да и дождик частенько наведывался. Так бы с женой они вдвоем и находились, выполняя указание Мэра Москвы – Уехать на дачу. Ну и своевременно подоспевший указ Президента – До 1 мая объявляются не рабочие дни.

Но вдруг изменение: – Костя, меня вызывают на работу.

– Ахренеть… А ты сказала ему, что ты на даче. Я тебя привезти не могу. На машине мне ездить нельзя, если поеду в Москву, то обратно меня не выпустят на дачу. Скажут, что я должен находиться в изоляции, в Москве, согласно прописке. От дачи до электрички 11 километров. Если поеду туда – штраф 4 тысячи рублей. Пешком тебе идти что ли…

– Ну может автобус, ходит… А до него подвезешь меня на машине. – Думала вслух Лида.

– В автобусе, потом в электричке и опять автобусе, туча людей от которых можно заразиться… – Не нравится мне этот вариант, Костя, задумавшись, сел в шезлонг. – Остается только один вариант: Такси.

– Офигеть… Это ж тысячи 2 или более получится.

– Вот и скажи это начальнику… Но зато только один человек, таксист, а не эти толпы зараженных в транспорте. Так и решим!

На завтра Лида вскочила в 7 часов: – Поеду, все равно придется… Вызвал же он меня…

Вызвали такси по интернету (достижение цивилизации) и подождав машину минут пятнадцать, жена уехала.

Костя очень удивился: Лида позвонила через час двадцать минут: – Я на работе.

– Так быстро!

– Да. Машин мало, и мы домчались без пробок. Прощаясь таксист сказал: – Мне бы еще одного такого клиента и на сегодня хватит, я бы поехал домой. А то вызовов очень мало. Первый кто успел, хватается за любой заказ, даже копеечный. А месяц назад мы еще раздумывали, брать заказ или нет.

*

В один из дождливых вынужденно нерабочих дней, Костя забрел в так называемый таксопарк (площадка где ночевали припаркованные машины, да домик, где диспетчер сидит и несколько помещений для водителей). Как-то, он раньше там тоже таксовал. Когда другой работы не было. Его все знали.

– О привет. Пришел подработать… А фиг вам (домик для папуасов), нет работы. Уже три часа ни одного заказа. Хоть бы на 100 рублей. – Грустно улыбнулся Петя.

Мужики сидели, курили под навесом. Четверо в карты играли.

– Мотаться в поиске клиента надоело… Пол бака сжег, впустую – отозвался Гриша. Президент обещал помочь деньгами малому предпринимательству… А где они эти деньги… К жене в дом стыдно приходить. Холодильник пустой…

– У всех такая же песня… – Подхватил Толик.

– Тебе хоть пенсия помогает… – Гриша сказал, взглянув на Костю.

– Да разве это деньги… Слёзы, а не деньги… А давайте Президенту сообщим о бедственном положении таксистов! – Загорелись глаза у Кости.

– Ну ты сказанул… И где мы, а где Президент… Ждать всеобщей милости от богатеев собрался, что ли, – сплюнул себе под ноги Алексей.

– Есть идея! – Костя пошел в диспетчерскую. Очень удачно, что сейчас там был Витя, а не кто-то другой.

– Ты уже пообедал?

– Да, если это так, можно сказать. Перекусил. – Хмыкнул он.

Костя вышел на двор и найдя своего товарища по работе Петю утащил его за угол: – Есть идея заговорщически зашептал он. Петя был авантюрист, еще тот… И вот они сели в его машину и исчезли со двора.

Через час во двор заехала синяя газель с фургоном и остановилась прямо у входа в диспетчерскую. Из нее вылезли двое в черных медицинских масках и черных очках. Вошли в диспетчерскую.

– Кто это может быть… – Удивился Алексей.

– А пофиг… Может кто-то перевозку закажет. Грузчиком подряжусь. – Гриша рванул к диспетчерской.

Через минуту он вернулся и возле других сел на лавку: – Закрыто… Витёк не открывает. Странно это…

Все просидели еще минут десять, в раздумье. Никто из диспетчерской не вышел.

Недалеко послышался вой сирены.

– И зачем это к нам скорая пожаловала?

– Какая скорая… Это менты.

Синий фургон рванул с места и подняв клубы пыли умчался со двора.

Не успели мужики подумать… В ворота влетел полицейский белый форд, а за ним два жигуля ППС и автобус ОМОН.

– Опа… Паспорта у всех с собой? – Спросил кто-то из-за стола.

ОМОНовцы высыпались из автобуса и как по команде рассредоточились вокруг вагончика. Из форда вывалился пузатый подполковник. Капитан подлетел к мужикам: – Диспетчерская там? – Указав на вагончик.

– Угу… Угу, – ответили несколько голосов.

Подполковник, спрятавшись за автобусом, вытянул руку в сторону капитана, быстро разжимая и сжимая кисть руки, как будто разрабатывал руку эспандером. Капитан сообразил и моментально вложил ему в руку «матюгальник»: – Сдавайтесь… Вы окружены. Сопротивление бесполезно… Работает ОМОН!

– А почему ОМОН, а не ОПОН? Они же теперь полиция, а не милиция. – Из толпы зудел Гриша.

Но никто ему не ответил.

– Раз, раз… – Заскрипело в рупоре из диспетчерской. – У нас есть заложники… Кто из вас уполномочен вести со мной переговоры?

– С вами говорит начальник отдела (послышалось скрежетание и далее) подполковник полиции Войцеховский.

Рупор зашипел. Отдаленно стало слышно, как кто-то шепчет: – Требуй миллион… (через секунд десять). Ну хоть полмиллиона…

Громко же рупор изрек: – Наши требования: Сто тысяч и маленький вертолет, и чтоб сел прямо тут на площадке.

– Ты охренел! Всего сто… – Не скрывая разочарование сказал кто-то, до того момента пока говоривший не отпустил тангенту радио трансляции.

Глава 2.

– Что-то они маловато… Поскромничали … Сказали бы миллион… – Кто-то громко выразился из толпы.

– Ваши требования приняты! – Подполковник поставил рупор на землю и скрылся в автобусе. За ним хвостиком заскочил капитан: – Сто тысяч долларов это ж семь с половиной миллиона рублей. Руководство на это не пойдет… Скорее скомандуют штурм…

– А сколько заложников в диспетчерской?

– Блин. Полкан пузом тумблер задел… Разговоры их все слышат! – Рванулся к автобусу сержант.

– Не семь миллионов, а сто тысяч рублей! Мы же в России, а не в Чикаго… – Послышалось по трансляции из диспетчерской.

– Кто это там говорит? – Подполковник повернулся к влетевшему, в автобус, сержанту. И войдя… сержант щелкнул тумблером, выключил громкую связь.

– Юмористическая передача окончена! – Сержант подошел к основной массе полицейских. Заржать никто из них не решился… А улыбки остальных скрывали медицинские маски.

Все полицейские и ОМОНовцы переглянулись: – Всего 100 тысяч, да еще и рублей.

На площадке сгустилась тишина.

Дальнейший разговор происходил внутри автобуса.

– Разве могут террористы, захватившие заложников требовать такую маленькую сумму… – Капитан посмотрел на подполковника.

– Что-то тут не так… – Войцеховский положил трубку телефона уже почти набрав номер руководства.

Подполковник зашагал по автобусу: Три шага и разворот на 180 градусов, и опять три шага…

– И все-таки надо доложить руководству, – Войцеховский временно замещал ушедшего в отпуск начальника ОВД района, и поэтому не решался брать всё на себя… – Все равно докладывать придется. ОМОН же не спроста был вызван. Отчет все равно писать…

– Товарищ генерал докладывает начальник… подполковник Войцеховский… Да, да захват заложников и требуют 100 тысяч… (Войцеховский не договорил) … Генерал перебил его: – Ну ладно 100 тысяч долларов можете пообещать, а там посмотрим…

– Нет, нет… товарищ генерал, всего 100 тысяч рублей!

– Ты издеваешься подполковник! – Генерал буркнул: – Таких сумм не бывает. – И бросил трубку.

Целых две минуты Войцеховский после этого… стоял, замерев с трубкой в руке, по стойки смирно.

– И что решено? – Не выдержал капитан.

– Думают…

Ситуация была аховая. И что делать… Повторно звонить самому генералу, подполковник более не решился. Надо было принимать решение ему самому.

И вот подполковник опять зашагал по автобусу: Три шага и разворот на 180 градусов, и опять три шага…

Капитан, поняв, что быстрого решения не будет, сел на сиденье.

ОМОНовцы исчезли со своих позиций. Видимо сели на землю. Сколько же можно стоять скрюченным на корточках…

В диспетчерской главный террорист думал: – Вот я попал. Насмотрелся фильмов. А на самом деле никто меня не отпустит. ПосОдют… Вот блин доигрался… Хотел голодающим таксистам помочь… а вот оно что вышло.

– Раз, раз! – Ожила диспетчерская трансляция. – Ну и чо решили… Ваш штаб что… по рублю собирает?

В толпе полицейских засмеялись…

В автобус, заняв всю дверь, появился капитан группы ОМОНа и сняв шлем, и подшлемник, сказал: – Товарищ подполковник, а и правда… Сейчас уже вечер пятницы… Рапорта до ночи придется писать… Да еще и ехать нам, по пробкам, до базы часа полтора…

– Ну дак что? – подполковник выпрямился за столом.

– Вот! – Капитан положил на стол измятый конверт. – От наших… фонд… Так сказать.

– Ну пропустите же и меня тоже… – За его спиной появился лейтенант полиции: – И от нас тоже…

– Дак что? Вы собираетесь потворствовать террористам! – Привстал подполковник.

– Ну же всё-таки мы тоже люди… Да и домой к семьям хочется. У большинства рабочая неделя закончилась… – Подытожил лейтенант.

Ладно! – Подполковник выложил на стол несколько купюр. – Капитан, собери…

Через несколько минут послышалось: – С вами говорит подполковник Войцеховский. К вам выслан переговорщик, он без оружия… Идите капитан.

Капитан твердым шагом подошел к вагончику и не слова, не говоря, подсунул под дверь несколько конвертов. Развернулся и исчез за автобусом.

Террористы удивленно взяли конверты. Петро разложил деньги на полу и посчитал: – Ого, этож больше чем 100 тысяч…

Костя глянул в щель среди залепленного газетами окна: – ОПА! А полиция исчезла… Значит вертолет нам можно не ждать!

– Действительно! – Сел на свой стул диспетчер Витя. – Во дворе никого нет. Полиция убралась со двора еще быстрее чем прибыла…

Через несколько минут мужики уже весело разговаривали возле вагончика.

– Я же тебе говорил, это Костян всё тут сотворил… – Смеялся Алексей.

Пётр разделил между таксистами по-братски полученные деньги, не забыл и диспетчера. Костя от денег отказался: – Хватит мне и пенсии… Он был очень рад, что не пришлось садиться в тюрьму…