Том первый

Эпилог

Провожая равнодушным взглядом падающую звезду на темном небе, я тяжело вздохнула. Холодные слезы покатились из глаз, полных пустоты. А сердце заныло от боли и тоски. Вот, опять. Сколько можно изводить себя? Но этот вопрос делал душе еще больнее. Кидал лавину мыслей. Мыслей о том, что упустила шанс быть счастливой.

Небеса смеются над такой глупостью. А в голове все бродит образ. Его образ. Аромат, прикосновения и голос – все помню, до мелочей.

Но такие воспоминания не нужны. Хочу снова ничего не видеть. Страдания – это самое худшее, что могло произойти в моей жизни, наполненной одними лишь муками и страшными воспоминаниями. Заслужила ли я такое? Не могу ответить, ведь ни я здесь решаю судьбу и пишу жизненные сценарии. Но как вписался в мою жизнь этот человек?

А звезды все падают. Значит, скоро случится то, о чем рассказывали небеса. Прошу, простите. Простите за то, что выбрала Его! Покарайте, прошу! Иначе, пророчество сбудется! Мир не заслуживает уничтожения из-за глупой и придуманной любви. Хочу, чтобы все вернулось на прежние места. Молю, защитите Землю. Не допустите того, чтобы непричастные и невинные люди искупали чужие грехи.

Вырвись же дух Титана наружу и защити всех нас!

Глава 1

Эх, свет так и сочился из окон. Но, увы, раскрыв глаза, я абсолютно ничего не увидела. Как всегда.

С детства я была лишена зрения и родителей… Жила практически одна в общежитие при школе. При самой обычной школе. Конечно, меня до класса всегда провожали медсестры. Староста тоже помогала. Но за спиной, говорила, как в тягость провожать инвалида. Я ни с кем не общалась в классе. Не по своему желанию. Просто никто не понимал мой странный характер. А друзья были лишь тогда, когда была маленькой и зрячей. Но потихоньку все же научилась жить в полном одиночестве. Это не так страшно, как кажется. Может, поначалу тишина сводит с ума, но потом становится мелодией жизни. Подругой.

Отчего я потеряла зрение? Не знаю сама. Просто однажды открыла глаза и увидела лишь тьму. Тьму, что стала окружать каждый день. А перед глазами застыли две картины: улыбка мальчика, с которым дружила все детство, и кровь на лицах родителей. Все, больше ничего не помню.

Начался новый учебный год. Наступила осень. Я любила это время года, ведь листья становятся золотыми. Когда ходишь по ним, они так смешно хрустят…

Размышляя о жизни, даже не заметила, как за мной пришла староста.

– Ну, что, Айли. Готова к труду и обороне? – весело произнесла Далия Рэд. Так звали старосту.

Интересно, с чего Далия такая веселая? Это немного привело меня в ступор. Далия никогда так дружелюбно и весело не общалась со мной. Всегда только жаловалась на ношу и обузу, роль которой выполняла я.

– Здравствуй, Далия. Да, готова. Последний год, как-никак, – монотонно ответила я с непривычки, почувствовав, как Рэд улыбнулась.

– Не переживай. Все будет хорошо, – пыталась приободрить Далия, помогая мне одеться.

Мир перевернулся? С чего такая приветливость?

– Так, теперь просовывай руки сюда. Осторожно… Вот, так… Молодец! Возьму твой портфель. Все. Пошли, – взяв меня заботливо под руку, сказала Рэд.

Проводив до самой парты, староста перед уходом поинтересовалась, как я себя чувствую, нужно ли что-нибудь и комфортно ли сижу.

– Если, что понадобится, я сижу за соседней партой, – мило произнесла Далия.

Интересно, почему так поменялось отношение ко мне?

Я не успела додумать, как учитель зашел в класс. Все встали.

– Итак, ребятки, садитесь. Здравствуйте. Начинается новый учебный год…, – и все остальное в том же духе, произносил учитель на вводном уроке.

Вдруг за дверью послышались бодрые голоса. Стук в дверь.

– Не успел год начаться, а вы уже успели опоздать. Неразлучная парочка, Сантери и Эйлерт. Быстро садитесь за свободные парты, – весело, но с нотками строгости, произнес учитель.

Послышались тяжелые и медленные шаги. Эти два парня не спешили садиться. За мной кто-то громко и грубо плюхнулся, хмыкнув и отвернувшись к окну.

– Эй, девочка! Передай Джуне, пожалуйста, записку, – весело произнес голос спереди, положивший на ладонь комок бумаги. Я кивнула, догадавшись, что Джуна сидел как раз позади. Сантери и Эйлерт – одноклассники, с которыми я с 6 класса учусь. Самые умные и красивые, как говорили одноклассницы. Что касается красоты, то, к сожалению, не могла ничего сказать так, как не видела. А вот само поведение вызывало такое впечатление: спокойные, скромные, толерантные и ответственные парни.

Нащупав заднюю парту, я аккуратно дотронулась до руки того, кто смотрел в окно. Кожа была такой гладкой, что это немного смутило. Тогда парень развернулся и выхватил бумагу. Как грубо…

– Мива, ты чем занимаешься? – резко назвал по фамилии меня учитель. Я даже встала от неожиданности и ударилась об угол парты, разодрав ногу.

– Ничего. Просто искала кофту, – сказала, краснея, я.

Учитель глубоко вздохнул.

– Милая, кофта на тебе, – спокойно произнес он.

Как неловко. Даже врать не умею.

– Давай, выходи к доске. Ты же подготовила доклад по теме, что я дал тебе перед началом каникул? – сказал весело учитель.

Я опешила. Текст учила, но от неожиданности забыла. Переборов страх, пошла к доске с дрожащими коленками. За все время, я выступала перед классом впервые.

Не успев ступить и шага, почувствовала, как начала падать. Потом услышала смешок в мой адрес. Но так и не успела упасть на пол и удариться обо что-либо. Кто-то умело подхватил меня.

– С тобой все в порядке, Мива? – строго спросил парень, который поймал меня.

– Да… Спасибо большое…, – улыбнувшись, поблагодарила я.

– Чего улыбаешься, а? – грубо произнес герой, спасший меня.

Улыбка с лица сразу исчезла. Вот, грубиян. Даже догадываюсь, как этого парня зовут.

– Джуна, спасибо. Усади, пожалуйста, Айли на место, – попросил обеспокоенный учитель.

Послышался вздох, цоканье языком и хмыканье.

Поняв, что доставляю Джуне массу неудобств, я отбросила руки парня и, отряхнувшись, пошла к парте наощупь.

– Эй, Джуна, зачем ты так ведешь себя? – с укором произнес мальчик с передней парты.

Джуна грузно уселся на стул и опять отвернулся к окну.

– Не твое дело, Арн, – монотонно ответил Сантери.

Какой неприятный человек. Пожалуй, буду стараться избегать общения с Джуной.

Через тридцать секунд сзади стали долбить ногой по моему стулу. Да, еще с такой силой, что я ударилась животом о парту.

– Учитель, простите. Не хочу срывать урок. Я хочу рассказать доклад с места, если можно, – попросила я, резко встав, чтобы избавиться от ударов.

Учитель улыбнулся и сказал:

– Хорошо, Мива. Я очень рад, что в классе есть такой ответственный человек.

Наверное, в тот момент, я залилась румянцем. Было очень приятно слышать такие слова от взрослого человека.

– Итак, первым человеком, полетевшим в Космос, был Юрий Гагарин. Именно, он…, – начала уверенно я. Но потом остановилась от головной боли и рези в глазах. Подумав, что ресница попала, решила проморгаться, продолжая рассказывать доклад. И тут во тьме появился внезапно свет. Тьму, которую я только и видела перед собой, пронзила вспышка. На секунду я увидела класс, ребят и солнце, сияющее в окне. Но моргнув вновь, снова погрузилась в черную пропасть.

Не в силах сдерживать слезы, сократила доклад и села на место.

– Вот. Учитесь. Кратко и понятно. А еще все рассказала без подглядывания…, – все хвалил учитель.

Но последующие слова пролетели мимо ушей. Все мысли были заняты внезапным «прозрением».

– Так, ты Айли Мива? – вдруг тихо спросил голос спереди. Это был Арн Эйлерт.

Вытерев накопившиеся в уголках глаз слезы, я кивнула.

– Ты, что…? Плачешь? – обеспокоенно спросил Арн.

– Нет… Просто, глаза слезятся от напряжения, – выдавив улыбку, сказала я.

Парень помотал головой, а затем положил холодную руку на мою, нежно погладив.

– Не стоит сдерживать эмоции и чувства. Это очень вредно. Если будешь все копить в себе, то надуешься, как мыльный пузырь и лопнешь. И вообще, такой красивой девушке нельзя хмуриться. Морщины появятся. И если захочешь поделиться негативными эмоциями, то можешь рассчитывать на меня, – весело произнес Эйлерт.

Красивой? Разве, я красивая?

– Ой, кстати, меня зовут Арн. И еще: прости Джуну, пожалуйста. Он не специально нагрубил. – сказал взволнованно Арн.

Да, такого простить сложно. Но все же, Эйлерт прав: не стоит держать все в себе и думать о плохом.

Чтобы показать, насколько дружелюбна, я улыбнулась и пожала руку новому знакомому.

– Мерзость. Почему ты решил с этой девчонкой подружиться, Арн? Совсем что ли? – гнусно произнес Сантери.

От такой наглости мое лицо перекосило. Что этот тип себе позволяет?

– Ой, да ладно, Джуни. Мива – очень добрая и милая. Такие девушки всегда располагают к себе. К тому же, Айли будет…, – сказал весело Арн.

Послышался стук кулака по парте и резкое движение вверх. Затем грохот стула.

– Замолчи! Решил всем рассказать, да?! – заорал на весь класс Сантери.

Учитель замялся.

– Сантери, мы не мешаем тут? Нет? До звонка ровно минута. Потерпеть не можешь? – взволнованно спросил он.

В ответ Джуна зарычал, а потом, резко пошел к двери, выйдя из класса и хлопнув громко дверью.

– Что за грубиян? Сантери в позапрошлом году ужасно изменился…, – пожав плечами, растерянно произнес учитель.

Прозвенел звонок. Ребята начали торопливо собирать вещи. А потом бегом ушли из класса.

– Айли, я сейчас к директору иду. Подождешь здесь немного? – спросила староста.

Я улыбнулась, а потом сказала:

– Спасибо. Не волнуйся, я сама доберусь.

Рэд замешкалась.

– Но, как? – спросила Далия.

Я усмехнулась.

– Обо мне часто забывали, поэтому приходилось добираться самостоятельно. За все года изучила школьные стены вдоль и поперек. На ощупь могу, что угодно найти, – весело произнесла я. Но все же немного боялась.

– Э… Ладно… Но, если заблудишься, попроси кого-нибудь проводить тебя или отвести в директорский кабинет, – волнуясь, неуверенно произнесла староста.

– Хорошо, – сказала я.

Тогда Далия развернулась и поспешно удалилась.

Собрав вещи, я решила задвинуть стулья за парты. Все равно никто этим заниматься не будет. А так хоть время немного потяну. Не хотелось просто возвращаться в душную и пыльную комнату, где грустно и одиноко. Порой, эти стены так давили, что я кричала во сне.

Закончив задвигать стулья, я пошла к парте с вещами, которые ранее собрала. Но на задней парте нащупала что-то кожаное. Это был портфель. Точно! Джуна забыл, когда психанул и убежал из класса.

Что теперь делать с этим предметом? Нужно вернуть, вдруг в портфеле важные документы или тетради. Но как? Я же не знаю, где общежитие парней. Может, не стоит? Или нет?

Поспешно приняв решение, схватила портфель Сантери и кинулась к выходу. Ведя рукой по стене, почувствовала, что уже приблизилась к лестнице. Услышав голоса мимо проходивших девушек, спросила, где находится мужское общежитие.

– Прямо, вверх по лестнице. Там будет переход. И затем поднимаетесь на пятый этаж. – сказала приветливо девушка.

– Спасибо, – улыбнулась я.

Пройдя столь непростой путь, дошла до перехода. Никого не было. Стало немного страшно, что все же заблудилась. Но, в конце концов, набрела на лестницу. Отсчитав пятый этаж, услышала мужские голоса, облегченно выдохнула.

– Эй, девочка, ты не заблудилась? – спросил парень.

Я улыбнулась и помотала головой.

– Нет. Извините, могу я спросить, где проживает Джуна Сантери? – спокойно спросила я.

Парень задумался.

– О, точно. В шестой комнате. Странный он…, – пожаловался незнакомец.

Я поклонилась и поблагодарила. А затем стала вести рукой, пытаясь нащупать дверь и цифру.

– Ты не видишь? – послышался заинтересованный голос того незнакомца.

Я кивнула.

– Хм. Интересно…, – сказал задумчиво парень.

– Давай отведу? – предложил дружелюбно незнакомец.

Сначала пыталась отказаться, но настойчивость парня победила, поэтому согласилась.

– Тут недалеко, – весело произнес незнакомец, ведущий меня под руку.

Пройдя около десяти минут, парень завел в комнату и сказал:

– Вот, подожди здесь.

Я покорно уселась в кресло, которое оказалось рядом с дверью.

Вдруг, послышался звук отпирающейся двери и шаги. Несколько шагов. По коже побежали мурашки. Неприятное ощущение давило на голову. И чувство беспокойства…

– Джуна? – неуверенно позвала я.

Послышался смех. Что-то тут было не так.

– Сегодня, крошка, я для тебя буду кем-угодно. – произнес кто-то сиплым и грубым голосом.

Внезапно, я почувствовала прикосновения. Незнакомец взял мои руки и прижал сильным и грубым движением к стене. Послышался дикий смех.

– Ребята. Обшарьте карманы. Затем избавимся от девчонки! – приказал сиплоголосый, который стал водить пальцами по моему лицу.

Хотелось закричать, но один из дружков зажал рот. Я почувствовала, что несколько рук лазают по карманам.

– Может, не будем быстро убивать? – сказал, воркуя и водя пальцами по моей шее, главарь.

Дружки засмеялись.

– Босс. У девчонки ничего нет ценного в карманах, – расстроенно произнес мужчина с низким голосом.

– Печально… Бесполезная ты наша! Придется просто убить тогда… – сказал босс.

– Так, все! Выметайтесь, идиоты, отсюда. Я хочу сам разобраться с девочкой, – сладко произнес сиплоголосый.

Послышались удаляющиеся шаги.

– Ну, так… Мы остались вдвоем, кошечка моя. Что делать будем? – спросил главарь, гладя руками мою шею.

Слезы покатились из глаз.

– Знаю, детка! Но тебе может не понравится… Хотя, кого это волнует? – сказал сладко сиплоголосый, наклоняясь ко мне.

Затем мужчина прикоснулся лезвием ножа к шее, а потом губами.

– Не-е-ет! Отойди! Не-е-т! Хозя-ин! Спаси-и-и-те! – послышался дикий ор за дверью.

Босс цокнул языком и гневно пробурчал:

– Вот идиоты! Ничего без меня не могут сделать! Что еще там?!

Послышались крики, которые резко оборвались.

Вдруг кто-то громко открыл дверь ногой, сорвав с петель.

– Прошу! Прости-и-и! Нет! Не надо!!! – закричал сиплоголосый, который явно очень испугался того, кто вошел в дверь.

Тут прозвучал глухой звук, будто молотком шкаф пробили. Настала тишина. В воздухе почувствовался запах крови.

Внезапно, кто-то схватил мою дрожащую руку, которая все еще держала портфель, и потащил за собой с большой скоростью.

Я настолько была напугана, что не сопротивлялась. Тело парализовало.

Устав от бега, хотелось упасть и свернуться в калач, чтобы никто не трогал. Но человек, который тянул за собой, резко остановился и обнял меня.

– Ты как? – взволнованно спросил человек.

Я стояла и дрожала.

– Что ты творишь, глупая? Зачем сбда пришла? – все так же нежно спросил парень.

– Я-я, ис-с-ска-л-ла… Сан-н-н-т-т-тери… Он заб-б-был-л портфель…, – давясь от слез и страха, произнесла слабо я.

Парень сжал меня еще сильнее.

– Глупая…! Никогда больше так не делай…! Ужасно напугала меня…! – чуть ли не плача, сказал незнакомец.

– Спасибо, – прошептал парень и аккуратно забрал из рук портфель, кинув в угол.

Сразу понятно, что владелец стоял передо мной.

– Джуна! – крикнул бегущий навстречу Арн.

Джуна взял меня за плечи и повел.

– Эти твари и сюда пробрались! – сказал гневно Сантери, который крепко держал меня в медвежьих объятиях. По ощущениям, тело Джуны было подтянутым и мускулистым.

– Вот сволочи…! Что хотели эти твари? – серьезно спросил Эйлерт.

Сантери взглядом указал на меня.

– Видимо, пора Айли уводить отсюда. Она хоть в порядке? – взволнованно спросил Арн, увидев, в каком состоянии я находилась.

От нервного срыва ноги резко подкосились, и я упала.

Арн и Джуна подхватили и аккуратно повели в неизвестном направлении.

– Надо все рассказать Сакуре, – сказал тихо Арн.

Джуна кивнул.

– Ребята! С Айли все хорошо? Я почувствовала сгусток анамальной энергии. Но не успела. Путь перегородили, – крикнула Далия.

– Мива еле на ногах стоит. Натерпелась, – сказал ласково Сантери, взяв меня на руки и прижав к груди.

Я почувствовала сердцебиение Джуны. Сердце так тревожно билось, словно произошло что-то ужасное. Будто кто-то очень дорогой попал в беду.

– Они хотели… крови наследницы семьи Мива. Сила Айли стала проявляться. Хоть силы и немного, но те твари почувствовали ее раньше нас, – гневно произнес Арн.

Рэд грузно вздохнула и произнесла:

– Пора рассказать Сакуре или Ивору. Нужно отнести Айли в СИРИУС. Здесь оставаться девушке категорически нельзя.

Сантери кивнул, а затем прикоснулся ладонью к моей голове, подарив тепло, после которого внезапно уснула.

Глава 2

– Мама, смотри, какого я жучка нашла, – сказала я, направляясь к маме.

Мама и папа сидели в беседке и пили чай. От моего голоса родители развернулись и нежно улыбнулись. Мама протянула руки, увидев, как пятилетняя дочка в кружевном белом платье бежит со всех ног и тащит насекомое. Солнышко светило на маму, делая улыбку еще теплее и радостнее.

Усевшись на колени к папе, я стала объяснять и рассказывать, как нашла жучка, который беспомощно барахтался в воде. А я спасла насекомое.

– Мамочка, оживи жучка, – сказала весело я.

– Конечно, дорогая. Но, помнишь, условие? – спросила ласково мама.

Я кивнула и произнесла:

– Нужно отвернуться и не подглядывать.

Папа погладил по голове и сказал:

– Какая умница растет.

Я закрыла глаза в предвкушении фокуса, который показывала мама, когда приносила домой раненных животных. Прождав пять минут, раскрыла от нетерпения глаза и увидела странную картину. Солнце зашло за темные тучи, поднялся сильный ветер, ломающий деревья. Стало холодно. Дом горел алым пламенем. Но жук, которого я принесла, взлетел вверх и направился прочь, в глубину леса. Оглядев хаос, царивший вокруг, я попыталась найти родителей. Но нигде не видела их. Затем, откуда ни возьмись, появилась вспышка, которая ослепила меня. Но перед тем, как зрение пропало, на меня прыгнула мама с окровавленным лицом. Улыбнувшись и поцеловав в лоб, приказала бежать, как можно дальше от дома. Послышался вой и треск, взрыв и крики.

– Успокойся. Это просто сон! – сказал резко Арн, державший меня на руках.

Проснувшись вся в поту, я не могла долго восстановить дыхание. И привести мысли в порядок.

– Тихо. Тихо. Все хорошо. Открывай глаза, не жмурься, – сказал ласково Эйлерт, усадив меня на стул.

– Прежде, чем откроешь глаза, позволь спросить кое о чем, – строго сказал Джуна.

Что это с ним? Еще перед тем, как уснула, Сантери был милым и заботливым. А сейчас парень снова вошел в прежнее амплуа.

Я кивнула.

– Готова ли ты стать частью СИРИУС? Готова ли служить мне и стать напарницей Арна? – грубо спросил Сантери, ходя по кругу.

Что за странные вопросы такие?

– В каком смысле? – не поняла я.

Джуна громко хмыкнул. Разозлившись, кулаком стукнул по стене, что находилась за мной.

– Не кипятитесь, господин. Девушка еще ни о чем не знает. Позвольте, я разберусь? – спокойно произнес Эйлерт, загородив меня.

Сантери презрительно посмотрел на друга и удалился.

– Еще раз прости, Айли. Господин не желал подобного. Просто, Джуна очень волнуется за тебя, – нежно произнес Арн.

– Почему ты называешь Сантери господином? – не поняла я.

Тогда услышала, как парень улыбнулся.

– Потому, что дал обещание служить Джуне. Сейчас ты многого не понимаешь, и готов объяснить все позже в мельчайших подробностях. Но медлить нельзя. Те твари, что угрожали тебе, не дремлют. Поэтому нужно обеспечить твою безопасность по максимуму. Айли, прошу, соглашайся служить Сантери, – взволнованно произнес Арн.

И почему я должна служить такому хаму, как Джуна? И кем я стану? Горничной или личным поваром?

– Если согласишься, расскажу о твоем прошлом. Клянусь, – прошептал на ухо Эйлерт. Сердце бешено застучало.

– Ладно. Но я сделаю из-за того, что ты пообещал рассказать о прошлом. Оно так терзает меня в последнее время, – сказала, фыркнув и отвернувшись от парня, я.

Эйлерт улыбнулся и позвал поспешно Джуну.

– Произнеси несколько простых слов за Джуной, – сказал весело Арн, который, похоже, успокоился.

Тогда Джуна подошел ко мне и взял за руку, нежно погладив. Да, что происходит с Сантери?! Совсем запуталась, что из себя он представляет.

– Огонь и кровь, даруйте нервущуюся плоть, – произнес монотонно Джуна.

Если могла видеть, то кинула бы испепеляющий взгляд на парня.

– Огонь и кровь, даруйте нервущуюся плоть, – неохотно повторила я.

Джуна хмыкнул.

– Луна и солнце, взываю к вам! Запретите в мою сторону выть ветрам, – продолжил Сантери.

Я покорно повторила.

– Отныне, жизнь моя, душа моя принадлежит одному из лордов пяти треугольников. Заключи в свои объятия, возлюби воина своего! – с неким удовольствием произнес последнюю строчку лорд.

– Эй, почему моя жизнь и душа должна принадлежать нахальному мальчишке? – прервав клятву, возразила я.

Джуна резко встал и крикнул:

– Кто тут нахальный мальчишка?!

Я встала и, нащупав Сантери, показала пальцем прямо на парня.

– Я?! – вскипел от злости Джуна.

– Ты! Сначала в классе наорал на меня, потом спас, а теперь снова злишься! Разве так не ведут себя нахальные парни? – уже кричала я.

Арн в уголке засмеялся.

– Чего смешного?! – в один голос крикнули я и Джуна.

– Не повторяй! – опять сказали одновременно мы.

Тогда Арн встал и сказал:

– Ребята, давайте быстро все завершим. Иначе, если Сакура заметит, то мало не покажется!

При упоминании имя Сакуры Джуна успокоился и стал смиреннее.

– И Айли, не забывай то, о чем мы разговаривали, – весело произнес Эйлерт.

Джуна нахмурился.

– О чем вы разговаривали? – не понял лорд.

– Это наш маленький секрет, – подмигнув, сказал таинственно друг.

Усмерив гнев, я закончила клятву.

– В конце Джуна должен обнять Айли, – напомнил Арн.

Чего?! Почему я должна обнимать этого человека?

– Так, похоже, те твари приближаются, пойду, разберусь. А вы закончите обряд, – взволнованно крикнул Эйлерт, выбегая из комнаты.

Джуна глубоко вздохнул и начал медленно приближаться ко мне. Почувствовав холод, исходящий от Сантери, я попятилась назад. Но тут же прижалась к стене. Видимо, комната, в которой мы находились, была весьма маленькой и тесной. Прохлада становилась все ближе и ближе. И, в конце концов, окутала полностью. Прижав к кожаному плащу, Джуна крепко обнял меня и дотронулся до глаз кончиками пальцев. Я почувствовала, как что-то разливается по глазам.

– Открой. Открой глаза, – сказал тихо Сантери.

Не понимая, зачем все это время ходила с закрытыми глазами, ведь и так ничего не увидела бы, медленно раскрыла глаза.

Кроме тьмы ничего видно не было. Но вдруг через щель стал приближаться свет, рисуя золотые узоры на черном бархате. Узоры медленно покрывали тьму. Вскоре, растворив последнее темное пятно, взор окатила золотая вспышка, после которой меня ждало нечто непостижимое и прекрасное – Мир. Мир, который протянул руки навстречу; который можно теперь было рассмотреть в деталях. То, что на долгие годы было закрыто перед глазами. Что хотелось вновь увидеть. Хоть четкого изображения не увидела, а только лишь размытые пятна, но этого вполне хватило. Правильно говорят: «Чтобы начать что-то или кого-то безгранично ценить, нужно сначала потерять». И как хотелось больше запомнить… Может же быть вероятность того, что зрение опять пропадет… Поэтому хочу запомнить все, что увижу в этой темно-синей комнате.

Внезапно перед глазами возникло лицо парня с неописуемо прекрасной и завораживающей внешностью. Черные длинные волосы с серебряным отливом, неровно постриженные, аккуратно свисали на сильную и большую спину. Несколько прядей упало на глаза цвета темно-красной черешни. Необычный цвет. С одной стороны – карие, с другой – темно-красные. В глазах таились смешанные и противоречивые чувства: беспокойство, внутреннее равновесие, грусть, восторг, любовь, гнев, одиночество. Хотелось сделать все, чтобы последнее навсегда ушло из его души. Этому человеку хоть и шел грустный взгляд, но готова была поспорить – улыбка сделала бы парня еще прекраснее.

Еще заметила, что почти все левое ухо было в пирсинге. Разные шипы, кольца, символы и цепи делали образ человека еще более воинственно.

– Это подарок для нового воина, который отныне будет служить верой и честью мне, – тихо произнес новый знакомый, изящно убрав прядь своих волос за ухо.

Так вот, как выглядел Джуна Сантери…

Лунный свет лился из маленького окна, падая на Джуну. Внезапно, парень улыбнулся и протянул руку, облаченную в кожаные перчатки. Я была права – улыбка делала Сантери самым красивым и добрым человеком на Земле. Не сдержав чувств, в ответ я улыбнулась своему лорду и протянула руку.

– Пока не увидела то, что может повергнуть в ужас, хочу, чтобы ты посмотрела в окно, – подведя к окошку, спокойно произнес хозяин.

Я озадаченно посмотрела на Сантери.

– Хочу, чтобы первые воспоминания были хорошими. А теперь посмотри на небо, – нежно произнес Джуна, поднимая голову наверх.

Последовав примеру хозяина, посмотрела на небо и замерла от восторга. Звезды, светившие на ночном небе, были прекрасны. Как же давно подобного чуда не видела…!

– Пообещай, что, во что бы то ни стало, сохранишь такое выражение лица, – попросил тихо Джуна.

Я, не отрываясь от пейзажа, кивнула.

– Давно не видел ни в чьих глазах такого восторга. Восторга от обычной мелочи жизни, – озадаченно добавил Сантери. Ничего не ответив, я обняла хозяина и, со слезами на глазах, произнесла:

– Спасибо. Большое спасибо. Все сделаю, чтобы не разочаровать вас.

Лорд опешил, округлив глаза. Но потом пришел в чувства и погладил меня по голове. Осторожно оторвав от себя, сказал, посмотрев в глаза:

– Нужно помочь Арну. Если хочешь, может посидеть здесь… Для первого раза – простительно.

– Нет. Я пойду, – решительно произнесла я, топнув ногой. Лорд усмехнулся и кивнул.

Выбежав из комнаты, Сантери резко остановился и приказал отвернуться на несколько секунд.

Послушав хозяина, я развернулась. За спиной послышался рев и крики.

– Вставай, некогда рассиживаться! – крикнул Джуна, подхвативший меня под руку.

Поспешно встав, обернулась, чтобы убедиться, что Арн в порядке. Но лучше бы этого не делала. Весь пол, все стены были залиты кровью. На полу валялись уродливые тела. Существа, не похожие на людей. Лица были уродливыми и искаженными. Арн бежал позади в окровавленной рубашке с длинной катаной в руках.

– Беги, как можно дальше! – в голове прозвучал мамин голос из воспоминаний.

Теперь перед глазами стояли лужи крови, которые текли к лестнице и падали на ступени. Хотелось закричать от ужаса. Хотелось вновь лишиться зрения, лишь бы этого не видеть. Хозяин был прав. Даже звезды не смогли затмить то, что увидела теперь.

– Кто это? – сквозь рвущийся наружу крик спросила я.

Сантери обернулся и испуганным взглядом посмотрел. Ничего не ответив, взял на руки меня и прыгнул в окно с 12 этажа. Арн прыгнул следом.

– Что ты делаешь?! – закричала в полете я.

Джуна в воздухе подпрыгнул вверх, взлетев еще выше, и приземлился на огромное дерево. Эйлерт тоже оказался на том же дереве, правда, на ветке пониже. Я ничего не понимала.

– Извини, что пришлось увидеть все это прежде, чем планировалось, – опустив голову, грустно произнес Арн и стряхнул с катаны кровь.

Я сглотнула, но постаралась поддержать друга:

– Нет, не извиняйся. Сама захотела. Лучше будет, если обработаешь раны.

Арн улыбнулся, держа ладонь на глубокой ране.

Хотела спуститься и помочь, но, посмотрев вниз, передумала: слишком уж высоко, а после восстановления зрения подобное зрелище было…

– За меня не беспокойся. Раны быстро затянутся. А вот ты сейчас с дерева свалишься. – сказал взволнованно Эйлерт и перевел взгляд на лорда. – Вызови подкрепление. Тут скоро еще вражки прибудут. Одним не справиться. Да, плюс: пусть заберут девушку в штаб. Айли нужно поспать и хорошо отдохнуть.

Джуна кивнул и достал из внутреннего кармана плаща рацию необычной формы.

– СИРИУС, как слышно? Вызывает Джуна Сантери. Пришлите клан Флориана и подразделение Ивера. Уровень опасности – Красная Звезда. Прием окончен, – монотонно проговорил Джуна.

В тот момент, почувствовала, насколько силен дух хозяина. Его власть.

Прождав до восхода солнца, а это, примерно, часа три, я еле уже сидела на ветке. За все это время никто и слова не обронил. Зато я наслаждалась приобретенным подарком – зрением. Пыталась разглядеть все, что окружало.

Кстати, об Арне. Этот парень оказался тоже симпатичным. Видимо, в СИРИУСе все, как на подбор. Волосы Эйлерта были пепельно-серого цвета, собранные в конский хвост и переплетенные фиолетовой лентой. Глаза – серые. Может, сначала они казались холодными, но все же добрее этих глаз не видела, пока что, ни у кого. Тело – подтянутое и стройное, руки – сильные и в меру накаченные. Белая школьная рубашка была полностью расстегнута. Хотя, белой уже явно не назовешь. Вся рубашка была залита кровью. Но это так шло Арну…

– Давно я не чувствовала такого счастья, как сейчас, – нарушила я молчание, сидя на ветви дерева и болтая ногами. Надо было разрядить обстановку и поднять настроение спасителям.

Эйлерт нежно улыбнулся и, встав, сказал:

– Это просто чудесно, что ты можешь чувствовать. Некогда, я лишился эмоций и чувств из-за войны с нечистью, потеряв рассудок и душу. Но господин спас от напасти. Поэтому взамен я готов умереть за Джуну.

Арн грустно улыбнулся и перевел взгляд на небо.

– Но по тебе не скажешь! Все-таки улыбаешься и шутишь…, – растерянно произнесла я.

– Все благодаря одной девчушке, которая смогла вновь зажечь огонь в душе и пробудить эмоции и чувства. Глядя на то, как она страдала, а после стала радоваться жизни, да и каждой мелочи…, стал брать пример и подражать, – лучезарно улыбнулся Эйлерт.

– О, вот ей повезло! Как звать девушку? – задала нескромный вопрос я.

– Хм…, кажется…, Айли Мива, – сделав задумчивый вид, сказал друг.

Внутри все заклокотало. А потом почувствовала, как залилась румянцем. Подумать только, не успела прозреть, с парнями заигрывать начала. Хотя, то, что сказал Эйлерт, относится вовсе не к флирту. Боже, как я смогла зажечь огонь в душе у Арна? Парень, что, влюбился?

– Чего покраснела? – едва сдерживаясь от смеха, спросил Джуна.

Арн улыбнулся, а я еще больше покраснела.

– Похоже, у Мивы парня никогда не было, – засмеялся Эйлерт.

Услышав подобное, смущение переросло в возмущение.

– Э…, эй… Как у меня мог быть парень, если я ничего не видела? – начала махать руками я.

Джуна цокнул языком.

– А девушки всегда утверждают, что внешность – это неглавное. Главное – душа, – мрачно произнес Сантери.

Если честно, за свои слова стало стыдно. Опустив голову, я произнесла:

– Дело даже не во внешности… Никто не хотел общаться со слепой… Да, и понятно, почему.

Тогда улыбки с лиц парней исчезли. Эйлерт прыгнул на ветку, на которой сидели я и Сантери, и, присев, приобнял.

– Прости. Дурацкая шутка. Очень стыдно. Очень, – взволнованно произнес Арн.

Джуна тоже сел возле меня, приобняв. Да, что это такое? В конец засмущать хотят?!

– Эйлерт прав, прости. Не подумал, что смогу ранить твои чувства, – с грустью в глазах, произнес искренне Сантери.

Вот так и просидели до прибытия подмоги: ребята согревали меня теплом огня, горящего изнутри.

Глава 3

В небесах, что были так очаровательны, появился огромный самолет в форме звезды. Разрезая воздух острыми углами, быстро приблизился к нашему дереву. Вдруг, люк, находившийся посередине звезды, открылся. С молниеносной скоростью из люка выпрыгнула синеволосая красавица в черном кружевном платье. В руках девушка держала копье.

Прыгнув на ветку, налетела на Арна, став с огромной скоростью перебинтовывать раны.

– Ох, Филамэль, как всегда! Никого не поприветствовав, взялась за работу, – весело произнес парень, стоявший на самолете. Или, может, лучше назвать звезду летающим кораблем…?

Парень поклонился и, вспорхнув резко вверх, прошел по воздуху в нашу сторону.

Джуна и Арн поклонились в ответ. И я тоже, хоть и промедлила.

– О, Джуна. Вижу, у тебя долгожданное пополнение в рядах. Как же это радует! Сакура будет вне себя от счастья, – жизнерадостно произнес парень.

Джуна хмыкнул и отвернулся.

Приблизившись ко мне, незнакомец поцеловал руку и представился:

– Флориан Хэния. Лорд третьего отряда СИРИУС. Отвечаю за Флору и Фауну.

Теперь понятно, почему у Флориана были темно-зеленые волосы и глаза цвета лайма. Сам Хэния походил на герцога: изящная белая рубашка с расклешёнными рукавами и жабо, черные зауженные штаны и высокие зеленые сапоги. В руке находилась деревянная палка с множеством узоров. Но вот высокомерия не видела в глазах, как это бывает у лиц высшего сословия. Доброта, милосердие, жизнерадостность, бодрость, толерантность и веселость – все это крылось в душе парня. Заглядевшись на очаровательного и красивого Флориана, совсем забыла представиться.

– Айли Мива, – сказала я и присела, как делают это придворные дамы. Флориан сначала удивился, а затем, похлопав по плечу Джуну, рассмеялся.

– Хитрый ты, Сантери. Дочь самой семьи Мива! Ну, теперь понятно, почему у тебя уже столько лет не было второго воина, – бодро произнес Хэния, ходивший вокруг и разглядывавший меня.

Джуна фыркнул. Внезапно хозяин кинул грустный взгляд на меня, но быстро отвернулся.

– Очень приятно, Айли. Девочка, да ты подросла! Как же хорошо, что Айличка теперь с нами. Душа успокоилась! О, кстати, эта девушка – целитель. Зовут прекрасную медсестричку – Филамэль Бриль. – сказал весело Флориан, обнимая меня.

Бриль встала и поклонилась, равнодушно посмотрев на меня. Глаза целительницы были цвета топаза. И так же сияли. Вот, правда, взгляд был равнодушным, как у статуи. Закончив сверлить пустым взглядом, Филамэль поклонилась и пошла на корабль.

– Ой, да ты не думай, что Фила бездушная и строгая. Просто Бриль ко всему спокойно относится. Хладнокровие – главная черта воина, сражающегося с такими паразитами, которых, наверное, уже успела увидеть. – сказал, оправдывая Филамэль, Флориан.

Я улыбнулась и произнесла:

– Все хорошо. Я так и поняла.

Хотела поклониться, но сильный порыв ветра снес меня с ветки. Джуна и Арн резко понеслись вниз. Но не успели. Снизу меня кто-то аккуратно и нежно подхватил.

– Что же вы такой красивой девушке позволяете падать? Не по-геройски это. Миледи, позвольте представиться, Эрно Регнер, – в полете стал представляться коротко постриженный брюнет с голубыми глазами. Внешность тоже была модельной. Да, я явно на неделю моды попала.

Крепкие и сильные руки так аккуратно держали, словно я была хрустальной.

Джуна остановился и перешел на ветку, оказавшуюся рядом. А Арн подскочил к Регнеру и отнял меня. Эрно нахмурился, а потом с азартной улыбкой вернул меня обратно в свои объятия. И так продолжалось очень долго, причем, в воздухе. Пока не вмешалась блондинка в красном кожаном комбинезоне. Выхватив меня у парней, девушка понеслась ко второму кораблю, который уже прибыл. Это порыв ветра второй звезды скинул меня вниз.

– Нашли, когда веселиться, умники! – пробурчала блондинка, поставив меня на крышу Красной Звезды. Поклонившись, я поблагодарила девушку.

– Эрнеста Асдис. Воин четвертого отряда СИРИУС, находящегося под руководством Ивера Райля. Приятно познакомиться, Айли Мива, – холодно произнесла Эрнеста, пожав руку.

Фигура Асдис была идеальной так же, как и лицо, волосы и кожа. Кожаный костюм так сильно облегал, что виден был каждый мускул. В общем, недостатков в фигуре не было. Длинные светлые волосы, собранные в два хвоста, до колен колыхались на ветру, словно золотистые нити. Глаза девушки были изумрудного цвета. Да, ослепительная красотка. Даже стало неловко стоять возле нее.

– Эрни, почему ты вредничаешь? – с наигранной обидой произнес Эрно, подлетая к Эрнесте.

Девушка кулаком ударила Регнера, который улетел в неизвестном направлении. Вот это сила!

– Сколько можно говорить, не называй так меня! – крикнула вдогонку Эрно блондинка.

– Надоели ваши разборки, – прошептал рядом парень с красными волосами, приподнятыми к верху. Виски были выбриты и разукрашены разными татуировками. Глаза – черного цвета. Сам парень был одет в жилет и черные бойцовские штаны. На ногах красовались черные шипованные ботинки. Кстати, о шипах. Нос, брови, губы, уши были проколоты и оснащены шипами. Да, такое описание могло ужаснуть. Но как же красиво и эффектно смотрелись украшения. Внешность тоже была модельной. В общем, еще один красивый человек.

От грубого и низкого голоса я подпрыгнула, не заметив парня, стоящего за спиной.

– Господин Ивер, простите. Но этот идиот уже достал меня! – перейдя со спокойного на грубый голос, пожаловалась Эрнеста.

Ивер закатил глаза и произнес:

– Достаточно. И не позорься перед новенькой.

Тогда Ивер подошел ко мне и спокойно произнес:

– Ивер Райль, лорд четвертого сектора СИРИУС. Рад знакомству с вами.

Ивер поклонился.

– Айли Мива. Буду служить у Джуны. И мне приятно познакомиться, – с улыбкой сказала я, поклонившись в ответ. Как только себя не называли СИРИУС. И отряд, и подразделение и т. д. Что, общего названия нет?

– Повезло Сантери. Такую жемчужину себе прихватил. Завидую, – с легкой улыбкой, произнес низким голосом Ивер и подмигнул мне. Опять покраснев, поблагодарила за столь лестные слова.

– Что же, Айли. Садись в корабль Флориана. Фэлан отвезет тебя в штаб. Далия встретит и проводит в здание первой звезды. Мой штаб. Там пусть поселит в комнату… второго хранителя, – сказал серьезно Джуна, обойдя спорящих Арна, Эрно и Эрнесту.

– Но…, – начала возражать я. Речь оборвало прохладное объятие Джуны. Сантери легко обнял меня, прижав к груди. В тот момент, весь мир перевернулся. На душе стало спокойно и приятно. А этот запах мяты и яблока… Не хотелось выдыхать… Запах свежести и прохлады навсегда останется у меня в памяти.

Отпрянув от хозяина, заметила, как все присутствующие стали переглядываться. Ох, опять краснеть начала. Только Арн лучезарно улыбался, кажется, зная, что тут происходит. И как теперь смотреть в глаза Флориану, Иверу, Эрно, Эрнесте и Филамэль? И тем более Джуне?

– Это приказ. Обсуждению не подлежит, – строго произнес Сантери.

Пройдя мимо запутавшихся новых друзей, я вся красная залезла в Зеленую Звезду. О, а внутри было просторно и здорово. Светлые стены, современная техника. Главная кабина пилота была уютной и большой. Стекло переднего вида располагалось на двух сторонах треугольника. По бокам и в середине стояли кресла с компьютерами и экранами больших размеров на все стекло. Экран был прозрачным. В кабине пилотов играла медленная мелодия. Повсюду стояли ароматические свечи. Может, я не вовремя?

Послышались поспешные шаги, и в воздухе запахло вкусной едой. Живот от такого прекрасного запаха забурлил. Да, сегодня же и вчера совсем ничего не ела…

– Фила. Фила. Фила. Столько счастья подарила. На любовь глаза открыла. И меня окрылила, – послышался нежный и сладкий мужской голос, который напевал песню.

Вбежав в комнату с подносом, покружился на носочках и с закрытыми глазами встал передо мной на колени.

– Филамэль, как апрель. Непредсказуема и непроста. В сердце буйная метель, а душа по-детски так чиста… Ох, уже вернулась? – сладко и весело произнес молодой парень. Похоже, это и был тот самый Фэлан, управлявший кораблем. Парень чем-то на поэта смахивал: каштановые прямые волосы до плеч, в левом ухе сережка в виде кольца, много перстней на пальцах, пиратская красная рубашка, белые джинсы и солидные, темные, лаковые ботинки. Глаза были персикового цвета. Романтик по виду.

Увидев, что вместо Филы стояла незнакомая девчонка, растерялся.

– Меня зовут Айли Мива. Новенькая в отряде Джуны Сантери. Рада познакомиться, – сказала дружелюбно я, чтобы разрядить обстановку.

Фэлан поднялся и стал приглядываться. Долго всматривался в мои волосы, а затем произнес:

– Как прекрасен цвет каштана, что прикрывает кровавые раны. Глубина синих глаз сияет, как топаз. Встретив девушку, по фамилии Мива, увидел, как от ее улыбки распустилась ива. Меня зовут Фэлан Шервуд. Капитан корабля и один из воинов отряда Флориана. Приятно с вами познакомиться, о юное очарование. – прочитав стих, поклонившись и поцеловав руку, сказал Шервуд.

Да, в СИРИУСе все льстецы, кроме Джуны.

– Простите за столь непозволительную наглость, которую сейчас пришлось наблюдать. Раз вы пришли, не соблаговолите отведать кушаний? – спросил Фэлан, натягивая на плечи плащ.

Я улыбнулась и кивнула. Поев до отвала, захотелось спать. В общем, как в обычной закономерности жизни.

– Итак, прошу простить, но я удаляюсь к штурвалу. – сказал Фэлан. Я встала и поблагодарила еще раз за угощение.

К слову, корабль был очень быстрым, развивал огромную скорость. Как только тронулись, я успела упасть и головой удариться обо что-то острое. Истекая кровью, попыталась найти аптечку, что оказалось безрезультатным. Зато нашла туалет с раковиной. Открыв кран с холодной водой, промыла рану и вытащила осколки. Оказывается, я разбила голову о вазу, в которой стояли пионы. Странно, но через пять минут кровь остановилась, и исчезла боль. Возникло ощущение, что рана вообще затянулась. Даже не смогла никак найти рукой царапину или что-то в этом роде на том месте, где текла кровь.

Вернувшись к Фэлану, уселась на белый кожаный диван и сделала вид, что ничего не произошло.

Летели мы около двух часов, и это на приличной скорости… Около 350 км-час.

Вскоре показалось огромное серое здание, в форме пяти соединенных звезд, образуя в середине шестую. В общем, здание было весьма необычным и занятным. Вершины звезд были такими острыми, что, казалось, если прикоснуться к ним, то обрежут. Каждый кирпич переливался разными цветами. И, хорошо приглядевшись, заметила, что каждая звезда имеет свой цвет и название. Лишь та, что находилась посередине, была сделана из зеркал. Скорее всего, в шестом здании находился кто-то очень важный…

Приземлившись на крышу Синей Звезды, Фэлан помог вылезти и взял, откуда ни возьмись, чемодан с вещами. Моими вещами. После мы вошли в огромный лифт, сделанный из янтаря, и спустились на первый этаж. На первом этаже располагался огромный холл с перламутровыми стенами, гигантскими готическими окнами, красными коврами, множеством цветов и фонтанов. Везде суетились люди в странной военной, как показалось, экипировке. Посередине суеты заметила девушку божественной красоты с длинными до пола розовыми волосами, карими глазами, красными губами. Одета девушка была в белое фурисодэ. Плавными движениями розоволосая приближалась к нам.

Увидев девушку, Фэлан поклонился. Розоволосая нежно улыбнулась, распахнув огромный веер.

– Добро пожаловать в СИРИУС. Я, Сакура Амэя, одна из пяти хранителей Шестой Звезды, приветствую молодую девушку-воина. Так же отвечаю за Синюю Звезду, являясь одним из наставников Джуны Сантери, – дружелюбно произнесла Сакура. Улыбка хранительницы была такой нежной и светлой, что на душе стало тепло, а неприятные воспоминания исчезли.

Оказавшись рядом, Амэя взяла меня под руку и попросила проследовать следом.

– Извините, госпожа Амэя, вы не могли бы рассказать, что такое СИРИУС? Кто мои родители? Ведь к папе и маме все так странно относятся…, – осторожно спросила я.

Сакура остановилась и провела нежно рукой по моей щеке, сказав:

– Всему свое время. Джуна обязательно обо всем расскажет, когда вернется. Таков приказ Сантери отдам. Но могу сказать, что и я рада видеть Айли Миву в добром здравии.

Затем Амэя обняла меня. От хранительницы пахло спелой и ароматной вишней и свежестью утренней росы. Волосы были такими шелковистыми, что сам шелк померкнул и позавидовал бы хранительнице. Поднявшись на пятый этаж, лифт медленно открылся. Вступив на мраморный черный пол, чуть не упала. Скользкий.

Тогда Фэлан помог подняться, а Сакура, поклонившись, позвала воина, и оба зашли в лифт, оставив познавать холл одной.

Именно холл, где справа, слева и спереди красовались матовые белые двери. Похоже, в той, что в конце зала, жил Сантери… А может, и нет. Нужно осмотреться.

Красный ковер вел к винтажному красному дивану, позади которого стоял фонтан и розы. Кроме дивана, фонтана, черного фортепиано, дверей, небольших окон, хрустальной люстры ничего не было. Даже эхо слышно было.

Выбрав правую дверь, осторожно повернула ручку. Медленно открыв тяжелую дверь, оказалась в небольшой, но просторной комнате с фиолетовыми обоями и темным паркетом. Слева располагалась кровать с кованым каркасом, возле большого окна. Постельное белье было слегка мятым. Похоже, здесь жил кто- то… В конце комнаты стоял стол, на котором пылились книги. Ну, и шкаф.

Поняв, что эта комната занята, решила заглянуть в комнату напротив. И не прогадала, ведь она была почти пустой. На просторной кровати лежало чистое постельное белье красного цвета. В комнате было довольно уютно: персиковые обои, светлая мебель, большое окно, собственный камин, перед которым стояли два велюровых кресла. На прикроватной тумбе стояли свечи. Имелись два шкафа: для одежды и книг. Они располагались около двери.

В общем, комната создавала ощущение комфорта и безопасности. Завершив раскладывать вещи в шкафы, долго думала, куда поставить чемодан. В шкаф для одежды уже не помещался, возле камина ставить опасно. О, под кровать можно. Там места много!

Приподняв простынь, стала шарить руками под кроватью, чтобы проверить, сколько места. Разгребая пыль, рука наткнулась на что-то маленькое и квадратное. Достав предмет, увидела, что держу фотографию кверху тормашками. Подув на фото и сняв паутину, взглянула на изображение. Увиденное поразило. На фото улыбалась прекрасная девушка с золотыми вьющимися волосами до плеч. В синих глазах было столько ласки и добра, что у меня перехватило дыхание от восторга. Сидела девушка на поле с красными маками в черном платье и кому-то улыбалась. И чего такая фотография валяется под кроватью и зарастает пылью? Не зная, чья и куда деть изображение, решила поставить в рамку. Пусть освещает каждый день улыбкой и заряжает приятной энергией.

Переодевшись в удобную одежду, ведь школьная форма была перепачканной, по приказу Сакуры спустилась на первый этаж, где собрались прибывшие воины. Ребята были все израненны и исцарапаны. Одежда пропитана алой кровью. Арн вообще лежал на носилках весь бледный. Застыв от ужаса, не заметила, как сзади подошел Фэлан. Парень выглядел обеспокоенно.

– Помоги раненным, – тихо произнес Фэлан.

Кивнув, я помчалась к воинам. Возле парней суетилась Филамэль, которая сама едва на ногах стояла, и перевязывала раны. Спросив, чем могу помочь, подбежала к Эрно, и мы вместе отнесли Арна в комнату.

– Хорошо же потрепали Эйлерта эти твари. Но… не беспокойся, Арни – сильный малый, быстро поправиться. – сказал, слабо улыбаясь, Эрно, а потом томно добавил. – Да, оставь Эйлерта, пока. Помощь нужна другому человеку. Причем, твоя. Поднимись на крышу и помоги Джуне.

– С Сантери что-то случилось? – обеспокоенно спросила я.

– Нет, Джуна – единственный, кто не был ранен. Просто…, у капитана депрессия. И лишь Айли Мива способна привести в чувства тряпку – Сантери, – задорно улыбнулся Эрно, исчезая за дверью.

Но почему я? Ладно, сейчас нужно и правда помочь хозяину…

Прикрыв Арна одеялом, поспешно кинулась к лифту. Нажала на кнопку последнего этажа и выбежала на крышу. Сильный ветер бушевал на верхушке здания, поэтому едва смогла устоять на ногах. Но взяв волю в кулак, осторожно двинулась навстречу холодному порыву ветра. Сквозь развевающиеся волосы, бившие больно по лицу, заметила на другом конце крыши человека, опиравшегося на изгородь и грустно смотрящего вдаль.

– Господин Сантери, – позвала я, медленно и тяжело переставляя ноги. Но ветер был настолько сильным, что слова не долетали до ушей Джуны.

Наконец, добравшись до хозяина, встала рядом и так же облокотилась на стеклянную изгородь.

– С вами все в порядке? Не ранены? – спросила взволнованно я.

Джуна хмыкнул.

– Эрно послал тебя, верно? – недовольно спросил Сантери.

– Нет…, – пыталась соврать я, но сразу почувствовала, что так и не научилась мастерству лжи.

Джуна резко схватил мою руку и сильно сжал, оставив синяк после. В тот момент, глаза хозяина горели от гнева, злости и отчаяния.

– Не ври, девчонка! Одно из правил устава отряда гласит: за ложь воина должен покарать господин. Хочешь наказания?! Да?! – орал Джуна, сжимая все сильнее руку. Еще не видела таким Джуну. Даже когда Сантери наорал в классе на Арна не сравнить с нынешними эмоциями… Было страшно… Казалось, что ворон готов одним движение клюва порвать жертву на тысячи кусков.

Неожиданно, из глаз моих потекли слезы.

– Я просто беспокоюсь за господина. Не сочтите за грубость…, – кусая губы, проговорила испуганно я.

Смертельный огонь в глазах Джуна стал потихоньку меркнуть.

– Я…, я…, – растерялся хозяин, отпустив мою посиневшую руку.

Не справившись с эмоциями, я крепко обняла Сантери и громко заплакала, что еще больше ввело Джуну в ступор. Его сердце было в смятении, стуча время от времени по-разному.

– Не думайте, что вы – один во всем Мире. Что ни на кого положиться не можете. Приглядитесь, сразу увидите вокруг людей, которые искренне беспокоятся и любят вас. Разве, не понимаете, что Эрно попросил меня прийти и поговорить с хозяином не просто так? Тоже беспокоится! Не будьте эгоистом! Живите не только ради себя, но и для друзей! Ребятам хочется видеть вас с улыбкой на лице…, которая очень идет господину…, – в слезах шептала я.

Джуна сначала хотел положить руку на мою голову, но потом, передумав, оттолкнул.

– Тебе стоит держать язык за зубами. Не распускай руки. Забыла, что являешься подданной? Больше не прикасайся ко мне, живее будешь. Многого не знаешь, а лезешь в чужую душу. Вообще, оставь меня в покое. – сказал гневно Сантери, разворачиваясь к выходу и откинув плащ, словно лезвие.

Потеряв Джуну из поля зрения, разрыдалась еще больше. Сколько же в нем гнева и боли? Отчего Сантери так страдает? Не могу смотреть, как хозяин мучается… Но, раз Джуна сказал не приближаться и оставить в покое, так и сделаю. Ведь, может, я тоже причиняю боль господину?

Успокоившись, ушла с крыши, решив спуститься не на лифте, а по лестнице. Казалось, обретя зрение, стала страдать больше, чем, когда ничего не видела… Может, это расплата за дар?

Пройдя мимо восьмого этажа, услышала голос Сакуры и Джуны.

– Джуна, не обижай девушку больше. Мива – прекрасная и добрая девочка. Не забывай о пророчестве. И о том, что я видела. Айли способна даровать тебе такую силу, что ни один титан не сможет сокрушить командира Синей Звезды. А ты так обижаешь юное дарование, ниспосланное с небес самим Богом. Нужно сей дар с почестями принимать, – отчитывала Сакура господина. Но в голосе было столько нежности…

Сантери стукнул кулаком по стеклянному кофейному столу, разбив его на мелкие осколки.

– Только из-за этого девчонку и терплю! Кровь Мивы отравлена. Разве я стал бы принимать такого воина в Синюю Звезду? Если бы не желание твое и Ивора. Точнее, приказ, не связался бы с девчонкой! – сказал гневно Сантери, обматывая бинтами разбитую руку.

Сакура нахмурилась, что было необычно видеть на столь очаровательном и спокойном лице. Взяв веер, Амэя дала им пощечину Джуне.

– Как ты смеешь так говорить, человек? Ивор и я старались помочь. Помочь тебе приобрести то, что давно искал, что потерял. Не смей больше подобным образом отзываться об Айли, божественном цветке, слетевшем с сакуры в красную воду. Пока, ты не понимаешь, в чем будет заключаться сила. И не поймешь, если не раскроешь Айли душу. А теперь ступай. И расскажи прямо сегодня о СИРИУСе девочке. Не стоит долго держать Миву в неведении, – властным тоном произнесла госпожа Сакура, убрав веер в кимоно.

Джуна поклонился и пошел к двери.

Ой, что делать? Если Сантери увидит меня здесь, то вообще слетит с катушек… Медленно пятясь назад, чтобы не было слышно стуков каблуков, нечаянно наступила на чьи-то ноги. Не успев обернуться, чтобы извиниться, мне закрыли ладонью рот и прижали к груди. Маньяк?

Я стала вырываться, что оказалось бесполезным. Закрыв от страха глаза, почувствовала какое-то странное ощущение. Тело будто двигалось по воздуху, но при этом оставалось на месте.

И человек потом разжал мне рот и отпустил. Я открыла глаза и резко спросила:

– Что хотел, маньяк?

Парень с фиолетовыми волосами озадаченно посмотрел на меня. А потом рассмеялся. Но вот смех очень странным был… Каким-то равнодушным и монотонным. После насмешки фиолетововолосый опять сделал каменное лицо, надев на рот повязку и убрав за пояс мечи.

– Далия попросила выручить любознательную новенькую. – сказал парень, у которого засияли серые глаза. Вокруг него стал появляться дым. А потом незнакомец стал медленно исчезать.

– Деон Грей. Мое имя, – напоследок произнес Деон.

Я поклонилась и поблагодарила спасителя. Ведь, если бы не Грей, то Сантери увидел меня и потом, наверное, казнил бы.

Поняв, что стою возле двери Арна, решила заглянуть к другу. Парень сладко спал. Правда лицо и волосы были мокрыми из-за боли. Набрав воды, протерла всего Эйлерта. И почему этот человек показался знакомым? Особенно голос…

– Спасибо, – сквозь сон произнес друг.

Я улыбнулась и произнесла:

– Это тебе спасибо за то, что дружелюбно ко мне относишься. Только ты мил и добр со мной. Спасибо.

Оставив Арна, я направилась в комнату, чтобы подготовиться ко сну, но, сидевший на красном диване, Джуна остановил.

– Стой. Нужно поговорить, – похлопав по дивану и приглашая сесть рядом, сказал холодно Сантери.

Как бы мне не хотелось проигнорировать Джуну, пришлось послушаться. После слов на крыше и в кабинете Сакуры не было сил выслушивать лживые речи парня, зная заранее о разговоре и в него входившие слова. Очень тяжело говорить с человеком, понимая, что ты всего лишь трофей, за которым долго охотились.

Долго просидев молча, Сантери, наконец, заговорил:

– СИРИУС – отряд некромантов, занимающихся борьбой с нечистью вроде суккубов, вампиров, оборотней, мертвецов и так далее. А еще есть орден С-5. Этот орден причислен к святым, но на деле не скажешь… То, что устраивают Пятые (мы так зовем их), не соответствует законам и заветам. Но святые закрывают глаза на все, считая, благим делом убийство людей ради справедливости. Прикрываясь версией, что обычные жители одержимы Дьяволом, Пятые вершат суд безо всяких последствий. Только СИРИУС заинтересован в истинной справедливости, хоть и считается темным орденом, воскрешающим мертвых и занимающимся черной магией. Теперь объясню строение нашего ордена. Представь, пятиконечную звезду. В звезде пять треугольников, так? Так. В середине звезды располагается пятиугольник. Простая геометрия. И в каждом равнобедренном треугольнике звезды есть три угла. В вершине треугольника стоит глава, такой, как я, руководящий двумя углами при основании, такими, как ты и Эйлерт. И такое строение абсолютно у каждого из пяти треугольников: глава – вершина, два угла при основании – подчиненные. Каждый треугольник отвечает за определенные задания и магию. Синяя Звезда – первая – которая наша, обладает властью над всеми видами оружия и над воинами. То есть Синяя Звезда может подчинить волю и разум, стать покровителем, как над нечистью, так и людьми. Не говорю о способностях дополнительных каждого члена Синей Звезды. Еще в венах течет кровь воина, передавая способности к бою. Следующую – Черную Звезду – возглавляет Амор Блэйк. Обладают божественной силой, которая увеличивает мощь и силу воина в огромное количество раз. Обладают магией контроля над кровью. Могут управлять телом, как марионеткой, с помощью крови, что течет внутри объекта. Так же являются старейшинами или советниками. В общем, попечителями пяти треугольников. Третья звезда – Зеленая – находится под руководством Флориана. Их отряд занимается исцелением. Под покровительством Зеленой Звезды – Флора и Фауна планеты. Так же отряд Флориана является воинами, как и мы. Но не могут подчинять людей и нечисть, и обладать полной силой оружия. Четвертой – Красной Звездой – управляет Ивер Райль. Называется отряд, как «борющиеся со смертью», самые настоящие некроманты. Чистокровные. Могут оживить все, что угодно. И предотвратить смерть, обладая даром предвидения. Тоже воины. Рыцари, которые сидят на тенях. Ну, вместо лошадей, ездят верхом на тенях. Пятая – Белая Звезда – находится под управлением Рэшна Фолами. Самые грубые и жестокие некроманты СИРИУСа. Являются судьями, карающими непослушных воинов или врагов. Точно, не знаю, в чем заключается сила Белой Звезды. Никто, кроме пятиугольника, не знает. Тайна СИРИУСа. Но судя по тому, что видел, белозвездные хорошо заметают следы после своих расправ и походов. Можно сравнить их с С-5. И, наконец, у каждого треугольника есть два покровителя и наставника из пятиугольника. У нас – Сакура Амэя и Ивор Хакан. У Амора – Ивор и Рокайо Арселия. У Флориана – Арселия и Иарлэйт Ултан. У Ивера – Ултан и Уиджи Талула. У последних – Уиджи и Сакура. Такой замкнутый пятиугольник. Наставники относятся к Пяти Стражам СИРИУСа. То есть являются приближенными главы ордена, который располагается в середине звезды и пятиугольника, являясь точкой пересечения медиан. Зовут его Темная Душа или Дарк Соул. Вот так.

Закончив долгое и непонятное объяснение, Джуна глубоко вздохнул. Дальше, по программе, Сантери должен был извиниться. Но пожелав спокойной ночи, удалился в свою комнату. И вот я с переполненной информацией головой в одиночестве сидела на диване и хлопала глазами, дабы разгрузить мысли. Но, так и не переварив услышанное, пошла в комнату. Зажгла свечи и легла в теплую и мягкую кровать. Пролежав всю ночь, смотрела в окно на Луну, так и не смогла уснуть. Мысли и вопросы в конце концов стали путаться. А в голове звучала фраза Сантери, что у меня кровь отравлена.

Луна была красивой. Свет так и скользил по черному шелковому небу. От бессонницы в окне показалось лицо. Даже сначала значения не предала. Но потом, чуть приглядевшись, увидела парящего в воздухе парня и едва не закричала. Человек прошел через стену и зажал рот рукой. Сквозь лунный свет смогла различить черты Эрно.

– Вижу, не спишь. Это хорошо. Самого бессонница мучает. Вот и подумал, что нужно прогуляться, – весело произнес Эрно, выпустив меня из объятий.

– Ты больной? – отойдя от шока и разозлившись, грубо спросила я.

Регнер лучезарно улыбнулся и кивнул. От такой честности я невольно рассмеялась.

Тогда Эрно встал с моей кровати и протянул руку.

– Позвольте, пригласить вас составить психу компанию и прогуляться под ночным небом. – сказал благородным тоном Регнер, наигранно поклонившись.

Встав из-под одеяла увидела, что стою в ночнушке, и покраснела. Регнер улыбнулся и махнул рукой, сказав, что и так сойдет.

Все же, я накинула сверху кофту. Вдруг на улице холодно?

Протянув руку Эрно, улыбнулась. Внезапно, парень взял меня на руки и кинулся в окно, взлетев потом вверх. Уже, если честно, поняла, что любимым способом перемещения некромантов является прыжок из окна… Эффектно и быстро же…

Взлетев на приличную высоту, Эрно застыл на месте. Сейчас мы находились почти напротив Луны.

– Оглянись вокруг, – предложил парень.

Тогда я стала рассматривать местные пейзажи, которые, действительно, стоило смотреть с такой высоты. Черное море, бьющееся о скалы. Скалы, расположенные в форме глаза. Поля, усеянные фруктами и ягодами. Цветы, распускающиеся только ночью. Роса, блестевшая при лунном свете, превращаясь в жемчужины. Само здание СИРИУСа. Леса, густые и шелестящие.

– А теперь, я покажу любимое место, где по ночам пропадаю, если спать не хочется. – сказал нежно Эрно и резко стал снижаться, двигаясь в сторону леса. Интересовал тот факт, что Регнер так легко и быстро доверился мне.

Приземлившись на мокрую траву, Эрно взял за руку и повел в лес. Пройдя пять минут, я увидела мерцание вдали. Подходя ближе к свету, заметила летящие лепестки, опадавшие с сакуры. Придя на место приятно удивилась. Оказывается, посередине леса цвела розовая и белая вишни, возле которых стояли старые деревянные лавочки и маленькие садовые фонари. Позади сакуры в небольшом озере плескались лебеди. Лепестки так красиво падали, что напоминали снежинки. И еще мерцание светлячков подчеркивало необыкновение и грациозность деревьев. Повернувшись к Регнеру лицом, восторженно сказала:

– Спасибо, Эрно, что привел в такое волшебное место. Ничего красивее и чудеснее я не видела. Здесь душа будто гармонию обретает и успокаивается.

Эрно подошел ближе ко мне и улыбнулся, почесав затылок и произнеся:

– Рад, что понравилось. Теперь вместе будем ночью ходить сюда.

Я кивнула.

Внезапно небольшое количество лепестков белой сакуры упали на мою голову и на волосы. Да, еще ветер подул и все запутал. Эрно рассмеялся, а затем стал вытаскивать лепестки из запутавшихся волос. Парень сделал это так нежно и безболезненно, что я смутилась. Убрав последний лепесток, Эрно поменял выражение лица. Теперь беззаботность сменилась нежностью и лаской. Проведя рукой по волосам, друг взглянул в мои глаза, пронзив сердце взглядом. Приобняв за плечи Эрно наклонился и поцеловал меня. Прикосновение сладких, как вишня, губ навсегда осталось в сердце. Поддавшись чувствам, я обняла в ответ Регнера крепко.

Та лунная ночь, где лепестки вишни ласкали лицо, а ветер трепал длинные волосы, не померкнет до самой смерти. Где аромат спелых ягод и выпавшего снега щекотал нос. Где объятие ласковых и сильных рук переросло в тесную и душевную связь. Никогда не забуду. Нежность и любовь – не забуду.

Просидев под сакурой всю ночь в объятиях Эрно, казалось, что рассвет так и не настанет. Но, увы, солнце взошло и обожгло душу лучами, намекая, что пора возвращаться.

Глава 4

Регнер отнес обратно в кровать и на прощание сладко поцеловал меня и удалился.

Сердце билось, как бешеное. И вообще, не хотелось отпускать Эрно от себя, как бы эгоистично это не прозвучало. Оборвал мысли и мечты стук в дверь.

– Можно? – спросил тихо Арн.

От волнения я сама подбежала и открыла дверь, затянув во внутрь друга. Увидев, что раны затянулись, радостно обняла Эйлерта. Арн покраснел.

– Как же хорошо, что ты поправился так быстро, – ликовала я, прыгая на шее Эйлерта.

– Ой…, спасибо… Не надо было так волноваться…, – смущенно говорил друг.

Но это не остановило радостных эмоций. Виной всему сегодняшняя ночь, что дала энергию и новые эмоции.

– Я форму принес, боевую, – усмирив и посадив меня на кровать, сказал Арн и протянул громоздкий сверток.

Не успев развернуть подарок, Эйлерт кинул встревоженный взгляд на фоторамку.

– Быстро спрячь фото! – нервно приказал Эйлерт, отпрянув от кровати.

Я озадаченно посмотрела на друга, не понимая, что так напугало.

– Зачем? – спросила я.

– Если Джуна увидит, то…, – почти поседев, сказал Арн.

Пожав плечами, взяла фото и понесла к шкафу.

Но возле гардероба стоял Сантери, облокотившись о дверной косяк. Парень смотрел невозмутимым взглядом на пол.

– Что я не должен увидеть? – равнодушным тоном произнес хозяин.

Эйлерт с ужасом посмотрел на друга. Тогда Джуна перевел взгляд на рамку, что я держала в руках, и выхватил фото. Сначала лицо Сантери ничего не выражало, но затем появилось столько боли, гнева, злости и безнадежности, что я села на кровать. Казалось, что сейчас из глаз лорда пойдут слезы. Но почему вселенская грусть появилась от взгляда на изображение?

– Откуда взяла? – грустным и неживым голосом спросил Джуна и все еще смотрел на фото.

Я замешкалась, но потом рассказала, что из-под кровати вытащила, убирая чемодан.

Ничего не ответив, Сантери удалился из моей комнаты, вызвал лифт, спустился вниз.

– Что это было? – спросила взволновано я.

– Эта девушка – Агата Мадлен – возлюбленная Джуны, а также бывший страж Синей Звезды. Моя напарница, – сказал грузно Арн, опустив голову.

Возлюбленная? Тогда понятно, почему Сантери отталкивает меня. Наверное, думал, что девушка ревновать будет.

– Агата – русская с французскими корнями. Пятнадцать лет назад, или десять, со счету сбился, Мадлен отправилась на поиски настоящих родителей. Ведь девушка росла в приемной семье. И не сказав Джуне ни слова, исчезла. Через год нашли тело Агаты, истерзанное суккубами. С тех пор Джуна не может отойти от стресса, как бы мы не пытались помочь или отвлечь парня. До смерти возлюбленной, Сантери был другим: улыбался постоянно, шутил, общался с ребятами… Но после, замкнулся в себе, – продолжил Эйлерт.

Последнее резало слух. Неужели, я так сильно ранила хозяина, когда тот увидел фото? Теперь все встало на места. От таких новостей желание помочь вновь проснулось, но с еще большей силой. Но как? Если человек никого не допускает к себе.

– Нужно извиниться, – промямлила я, направляясь к выходу. Но Арн поймал за руку и покачал головой.

– Айли, сейчас Джуна должен побыть один. Не знаю, как я не проследил, что фото одно осталось… Понимаешь, Сакура приказала убрать все вещи и изображения, связанные с Агатой, иначе Сантери сойдет с ума или наложет руки. Уж слишком сильно винит себя в смерти Мадлен…, – устало проговорил Эйлерт.

Послушав друга, сдалась. Ведь есть доля правды.

Попросив парня выйти из комнаты, быстро переоделась. Но одевалась долго, поскольку мысли о раненом сердце господина терзали и мою душу. Если представить, сколько времени прошло, то просто поражаешься, насколько сильно любил и любит Агату Джуна, раз до сих пор не может забыть…

Переодевшись, я и Арн последовали на завтрак. Но есть не очень хотелось, несмотря на то, что почти сутки не принимала пищу, и все из-за чувства вины перед Джуной.

Обеденный зал располагался на первом этаже, напротив лифта. Зал был небольшим, но довольно уютным и вместительным. Светлые мраморные стены создавали эффект зеркала, тем самым расширяя пространство. У каждого стола стоял официант и приветливо улыбался, готовясь принимать заказ.

– Нам – сюда, – указал на небольшой стол из темного дерева, стоявший возле окна, посередине зала. Этот стол отличался не только формой и цветом от других, но и значением. Это место предназначалось руководителю Синей Звезды и его заместителям. Представив, что один из стульев долгое время пустовал, на сердце стало грустно. И ведь то пустое место каждый день напоминало о возлюбленной, терзая разум и душу. Как боксерская груша, Сантери терпел удары. Удары прошлого.

– Что-то вы долго…, – проговорил монотонно за спиной Джуна, усевшись на большой стул, предназначенный специально для него, и положил ноги на стол.

Рот открылся от возмущения… Но все же решила сдержать эмоции, почувствовав нервный взгляд Арна, и с натяжкой улыбнулась. Лицо Сантери перекосило.

И вот, в тишине, доев омлет, я встала из-за стола и направилась к выходу.

– Никуда не отпускал же тебя, – недовольно произнес Сантери за спиной. В зале люди стали перешептываться и напряженно поглядывать на меня и Джуну. Ой-ой, недобрый знак…

– Сядь обратно. Есть приказ от Сакуры, – грозно посмотрев сквозь меня, сказал Сантери. Как стыдно…

Грузно развернувшись, я побрела к столу и плюхнулась на стул.

– Сегодня будешь тренироваться в зале, чтобы выявить твои способности. И этим займемся мы с Арном, а потом сменит Эрно, – безо всякого интереса, скучая, проговорил господин. Очень хотелось треснуть по голове такого наглеца, но, вспомнив о страданиях Джуны, желание отпало. К тому же, потом Эрно придет, разве это не повод для радости? Кстати, вспоминая о ночи сегодняшней, душа разрывалась. Казалось, что я что-то неправильное сделала… Может, не стоило отвечать на чувства Регнера…?

После того, как, наконец, Джуна доел, направились на третий этаж в зал для тренировок. По словам Эйлерта, зал был оборудован передовыми технологиями и противомагической техникой, которая блокирует силу в целях безопасности. Стены – из небьющегося стекла. В общем, еще в зале можно использовать множество функций: вызывать любое существо, создавать иллюзию, концентрировать магию в нужном направлении, которая выходит из-под контроля в руках новичка. Короче, очень много различных функций. Для меня создана специальная программа, разработанная семьей Мива. И после такого сразу столько вопросов возникло, что за всю жизнь на половину не ответят.

Пройдя в белоснежную огромную комнату, Джуна, стоявший и наблюдавший за стеной – стеклом, приказал встать в центр, в красный круг. А после сказал:

– Ты должна сделать все, чтобы выжить.

И отключил микрофон, оставив в одиночестве. Вдруг послышался звук, будто ядерный реактор запустили, и вне красного круга пол стал распадаться на квадраты, которые переворачивались и образовывали траву. Понять сложно, но, вот представьте, пол перевернулся, а на другой стороне – трава. Только пол менялся с помощью переворачивающихся квадратиков. А потом и стены превратились в джунгли. Теперь я стояла посередине джунглей. Но красный круг все еще горел. Послышался шелест за спиной. Из-за кустов вышел человек. С одной стороны – приветливый, но реакция круга заставила заволноваться. Цвет стал темно-кровавым. А также появилась надпись: «Суккуб. Первая стадия». Так, это вовсе не человек?

Жадно разглядывая меня, суккуб облизался. Его глаза стали кровожадными и бешеными. И хоть бы оделся… Смущает…, голый мужик…

Нужно победить это существо?

Суккуб разбежался и прыгнул, но тут же перелетел через меня из-за защищающей магии круга.

Потряс монстр головой, а потом, разозлившись, повторил атаку. Барьер вокруг меня неожиданно треснул, как стекло. Это встревожило.

– Чего медлишь? Нападай на суккуба, – приказал голос Джуны. Причем, голос был весьма недовольным.

Ну, а как нападать? Я же не обучалась некромагии. Тем более я даже еще не знаю сил своих.

Пока думала, барьер все трескался и трескался. Тогда я уставилась на монстра и мысленно нанесла удар по плечу. Может, это случайность, но суккубова рука отвалилась как раз в том месте, где я нанесла удар. Монстр заревел. Тогда я представила, что наношу рубящий удар по всему телу. И через мгновение монстр превратился в рагу, взорвавшись на мелкие кусочки. Жажда боя одолела меня. Наступив на круг, потребовала нового монстра. Но вместо суккуба появился вампир. Причем, такой красивый, что жажда испарилась в небытие… Но увидев жадный и хищный взгляд, настроилась на атаку. Красные глаза скользили по моей оголенной шее, нежно прикасаясь к каждому уголку, заставляя испытывать желание. Столько боли и отчаяния было во взгляде вампира, сколько жажды крови. Даже на мгновение почувствовала холодное дыхание противника. Находясь наготове, мысленно ранила противника. Но рана на теле красивого юноши быстро исчезала. Видимо, такая сила бесполезна против вампиров. М-м-м… Может, я еще что-то могу? Однако, только подумав, что могу причинить юноше боль, сердце сжалось…

Встав прямо перед кругом, вампир протянул руку, приглашая на танец «смерти». Такая вежливость восхитила… Может, это и игра с жертвой, но, думаю, жертва не была бы расстроена последнему подарку убийцы. В ответ на приглашение я протянула руку и вышла из круга.

– Ты с ума сошла?!!! Вернись в круг!!! – завопил встревоженно Джуна.

Но посмотрев в глаза противника, я поняла, что больше не могу сопротивляться чувствам. Эта элегантность – обездвижила. Вампир грустно улыбнулся, взяв мою руку и поклонившись. Потом юноша взял меня за талию и плавно начал танцевать. Этот готический и прощальный вальс казался волшебным. Музыка не нужна была, я слышала мелодию, звучавшую в голове противника – стук мертвого сердца. Мелодия была похожа на колыбельную.

Потом вампир прижал меня к холодному и бездыханному телу, сильно обняв и прошептав на ухо нежные слова. Затем юноша отклонил мою голову назад и медленно приблизился к шее.

– Черт, система вышла из строя! Как так может быть?!! Быстро почините, иначе Айли умрет! – послышался обеспокоенный крик Джуны вдалеке. На дальнем краю сознания.

Внезапно, я остановила вампира и взглянула в глаза, спросив нежно и тихо:

– Ты хочешь покоя?

Юноша уставился встревоженными и заинтересованными глазами. Слеза покатилась по щеке противника. Вампир улыбнулся и кивнул. Я улыбнулась в ответ и произнесла все так же спокойно:

– Я могу помочь. Знаю, ты хочешь увидеть любимую, что потерял несколько веков назад…

Юноша крепко обнял меня за талию и опять кивнул, встав на колени.

– Отдаешь тело, отдаю душу! – сказала монотонно я, прикоснувшись к плечам плачущего вампира. А затем нарисовала на плече бывшего противника невидимую звезду.

Подняв радостные глаза наверх, юноша упал без сознания, все еще держа мою руку. А затем что-то едва видимое, словно луч, возвысилось к потолку и исчезло. Тело рассыпалось на множество осколков, превратившись в магму. И эта магма перетекла в мою руку, придав сил. В голове вдруг стали возникать образы, где участвовал тот вампир. Как юношу обратили. Как он потерял любимую. Как воевал. Как ненавидел. Похоже, с изъятием силы я могу видеть всю жизнь умершего. И чувствовать эмоции.

По щеке скатилась слеза. Жизнь вампира поразила до глубины души. Сколько боли юноша перенес. Все сердце сковало.

Внезапно сзади кто-то схватил за плечо и, решив, что прислали нового монстра, отбросила неизвестного. Это оказался Эйлерт. Бедняга ударился о дерево.

– Ой, прости!!! Ты живой?! – подбежав к другу, спросила взволнованно я.

Арн лишь закрыл глаза и лучезарно улыбнулся, показав знак «хорошо». Но в комнату зашел не только Эйлерт. Даже страшно было оборачиваться, почувствовав холодный и убийственный взгляд Джуны.

Три. Два. Один.

– Ты чего творишь, сумасшедшая?!!! Жить надоело?!!! – кипя от злости, орал Сантери.

Покраснев, я поклонилась и извинилась.

– Хей, Сантери, не обижай Айли! Иначе я вступлюсь за честь девушки, – весело сказал Эрно, который вошел в зал.

Джуна нахмурился.

Регнер подошел и помог встать мне. Вдруг Эрно притянул к себе и нежно поцеловал, погладив по голове. Вот! Блин!

Реакция Арна и Джуны вовсе не удивила: оба раскрыли рты и отвернулись. Эйлерт почесал затылок и вышел из комнаты, посвистывая. А вот Сантери стоял, как вкопанный, и сверлил Регнера взглядом.

– Проблемы? – спросил Эрно, увидев, как таращится Джуна.

– Да. У тебя. – неожиданно хладнокровно произнес Сантери, облокотившись о стену и враждебно посмотрев в глаза парня.

Взгляд Джуны был, как у ястреба. Регнер от удивления приподнял брови и покраснел, переводя взгляд с меня на Сантери.

– Джуна… Занятия… Прости, но тебе придется выйти, – растерянно произнес Регнер. Странно, первый раз вижу, чтобы Эрно не улыбался и выглядел растерянным.

Хмыкнув, Джуна покинул комнату.

– Что-то случилось? – спросила осторожно я.

– Похоже… Нам придется расстаться…, – задумчиво сказал Регнер, оглядывая комнату.

Я выпучила глаза. Почему после одной фразы Сантери Эрно решил так?

– Почему…? – все же спросила я.

Но Регнер ничего не ответил. Лишь сказал, какие упражнения будем сегодня выполнять. Потом приступил показывать технику.

– Но дружить будем, – выходя из комнаты, весело произнес Эрно на прощание, улыбнувшись искренней улыбкой.

Странный какой-то… Стоп! Меня сейчас кинули? Не очень здорово… И все из-за Сантери!!!

Как же хотелось поколотить этого зазнайку. Джуна тут самый главный, что ли?!! Командует всеми налево и направо.

А может Сантери боится потерять силу, которую я ему «подарю»?!!! Боится, крутую магию не приобретет!!! Все, предел терпения лопнул!!! Пойду и выскажу, что думаю «господину»!!!

Переодевшись в обычную одежду, кипя от гнева, пошла в общую комнату Синей Звезды.

На диване лежал Сантери и спал. Отличный момент отомстить. И в голову такой хороший план стукнул…

Подкравшись к спящему Джуне, схватила за бок и резко дернула, чтобы тот упал и стукнулся об пол. Но тут сама как-то оказалась на диване. А Сантери сонно и грубо посмотрел, повиснув надо мной. Э-э-э, неловко как-то лежать под господином…

– И чего ты хотела добиться этим? Не знала, что я обладаю отличной реакцией…? – потерев одной рукой глаза, спросил сонно Джуна.

Я нервно сглотнула и, натянув улыбку, сказала:

– Возле вашего бока заметила таракана и решила смахнуть…

Сантери закатил глаза и немного наклонился, прошептав на ухо:

– Не делай из меня дурака. Живых существ уж сразу бы почувствовал, будь таракан или человек. Признайся, скинуть хотела?

– Н-н-нет… Правда, там был…, – заикаясь, неуверенно произнесла я. На что Джуна хмыкнул и посмотрел прямо в глаза. Странно, но сначала промелькнул смущенный взгляд на несколько секунд, но тут же сменился хладнокровием.

Глубоко вздохнув, я неуверенно спросила:

– Почему Эрно так отреагировал на слова «Да, у тебя»?

Джуна непонимающе взглянул на меня, но потом покраснел. Чего это он так себя ведет?

– Не намерен отвечать на глупые вопросы, – отвернувшись, сказал взволнованно Джуна.

Пролежав так еще пять минут, решила вылезти из-под господина, осторожно прикоснувшись к груди Джуны, намекая, что хочу оттолкнуть. Но рука не спешила возвращаться на место. Почувствовав сердцебиение Сантери, остановила ладонь на его груди и заинтересованно слушала «мелодию» сердца. Да, и холодное сердце способно греть тело и душу. И почему это сердце взволнованно стучит?

Повернув голову обратно, Сантери удивленно покосился на меня. Но, не обратив на косой взгляд внимания, продолжила прислушиваться к ускоряющемуся сердцебиению господина. Внезапно мою теплую ладонь накрыло холодной волной. Это была рука Джуны.

– Как тепло…, – пробормотал растеряно Сантери, сильнее прижимая ладонь к своей груди. На лице Джуны появилась новая эмоция – озадаченность. И еще такой взгляд – пропащий… Такое ощущение было, что господин вспомнил о чем-то ценном и потерянном. Интересно, о чем?

Блин, тело затекло. Лежать на маленьком диване слишком неудобно.

Поняв, что ступор Сантери может продлиться долго, открыла рот, чтобы попросить встать. Но внезапно почувствовала прикосновение холодных пальцев на губах, которые очерчивали их форму. Приподняв глаза, увидела, с какой нежностью смотрит на меня Сантери. Это испугало и привело в смущение одновременно. Милая улыбка не исчезала с лица господина. А моя рука все была во власти руки Джуны. Что же делать? Вот так ситуация… Даже не понятно, что будет делать хозяин…

А нет, теперь понятно: Сантери стал наклоняться ко мне, скользя холодным дыханием по губам. Батюшки, сердце сейчас лопнет. Да, что же Сантери придумал? Хочет подразнить и в конце заявить: «У тебя проблемы», уйдя в комнату? Нужно остановить это безумие. Может, он заболел? А, да, скорее всего, когда на крыше стоял. Там же сильный ветер был, вот и простудился.

Перебрав все возможные причины агонии Джуны, не заметила, как наши губы соприкоснулись. Все пропало! Сантери перешел черту… Черту запретной любви. Ну, что такое! Теперь и мое сердце разрывалось и быстро билось, делая тело горячее и внутри, и снаружи. Щеки запылали. А руки вспотели.

Но Джуна не остановился, а лишь запустил в мои волосы пальцы, нежно поглаживая голову. Потом осторожно прикоснулся к лицу, будто оно было хрустальным.

Нужно было оттолкнуть парня, избежав недоразумения. Но было уже поздно. Оттолкнуть от себя – значит не ответить на чувства. А этого мне не хотелось. Ведь процесс уже запущен. Любовь теперь не остановить. Отныне, я – рабыня любви. Рабыня Джуны, не способная оторваться от своего господина. Любить – значит находиться во власти возлюбленного.

– Джуна, Сакура просила передать, что корабль для вылета на заданную точку готов… О-о-о…, – весело проговорил Арн, когда зашел в зал с закрытыми глазами. Но раскрыв глаза, так изумился, что сел на пол.

А Сантери застыл, прикусив мою губу и не отпуская. Казалось, будто Сантери раскрыли или уличили в преступлении. Эта немая сцена выглядела очень смешно. При этом я чувствовала абсолютное спокойствие, хоть и губа ужасно болела потом.

Глаза Сантери нервно бегали из угла в угол, а Арн даже не моргал, так был удивлен. Нужно было неловкую паузу прервать. Вытащив губу из зубов Сантери, встала и весело произнесла:

– Вот так Ромео целовал Джульетту. Прекрасный спектакль. В следующий раз будем репетировать сцену на балконе.

Конечно, с первого взгляда, слова казались тупыми, но Сантери был так взволнован, что вряд ли понял смысл слов. Арн, наконец, моргнул и улыбнулся, а потом стал громко смеяться.

– Ха-ха-ха! Так вы репетировали? А почему эту сцену выбрали? Ой, да не важно! Здорово, в следующий раз присоединюсь к сценарию. Пожалуй, буду Тибальтом…, – весело произнес Эйлерт и встал с пола.

Реакция моя оставляла желать лучшего… Конечно, я думала, что говорю чушь и пыталась поверить в слова, но, чтобы такие очевидные вещи приняли за правду… По-моему, Арн немного ударился головой… Эйлерт совсем глупый?! Или притворяется? В общем, я оставалась в ступоре.

– Кстати, Айли, ты тоже надевай защитную форму. Поедем на задание вместе, – сказал, успокоившись, Арн.

Мое первое задание… Здорово и пугающе одновременно! Хотелось испытать силу, но и страшно было увидеть монстров в живую. Ладно, я буду стараться и не подведу команду.

Оставив парней наедине, удалилась в комнату, чтобы переодеться. Развернув огромную форму, застыла от удивления. Форма выглядел как доспехи: броня на груди сделана из темно-синего александрита (драгоценного камня), рукава – из кевлара аналогичного цвета, покрытого жидкой смесью наночастиц. На животе – титановый сплав в виде кубиков пресса. Так же короткая, кожаная, клешеная юбка. А ноги были полностью закрыты кожаными сапогами на высоком каблуке. Комплект дополняла маска «Саб Зиро». Весь костюм был темно-синего цвета. Да, смотрелось хоть и круто, но непривычно.

Выйдя в коридор, споткнулась и упала. Все-таки длина сапог очень мешала. Арн успел поймать меня, прежде чем налетела на рояль.

– Ничего, привыкнешь. Сам падал сначала, – улыбнулся Эйлерт, помогая встать. Кстати, у парней форма почти не отличалась. Вверх был одинаковым, но низ, естественно, отличался. Вместо юбки – штаны из кожи, на которые были натянуты сапоги до колен. И за спиной столько оружия…

– Дай Айли, пока, катану, а там посмотрим, – приказал Джуна, собирая волосы в конский хвост и натягивая на лоб повязку красного цвета. Я и забыла, что глаза Сантери темно–красного цвета и только сейчас поняла, насколько прекрасными являются. А повязка лишь подчеркивает алые глаза.

Засмотревшись, как медленно Джуна натягивает повязку и размахивает черными волосами, не заметила, как Эйлерт кинул катану. А когда заметила, оставалось несколько см до лица. Но, не растерявшись, схватила лезвие голыми руками и смахнула кровь с лезвия, убрав в ножны, за пояс.

Затем прикоснулась к ране и стерла кровь вместе с порезом. Кожа будто и не была проколота. Вот это магия!

– Ой, прости, Айли! – виновато посмотрев на мою ладонь, сказал Арн.

Я улыбнулась. Такая сила мне очень даже нравилась…

– Пошли, корабль ждет, – отдал приказ господин Сантери, нажав на кнопку лифта.

Поднявшись все вместе на крышу, залезли в Синюю Звезду. Главная кабина пилота нашего корабля отличалась от Зеленой Звезды: черные кожаные диваны, стоящие по центру, много алых роз в гигантских древних вазах, по стенам текли искусственные ручьи. По правую стену располагалась барная стойка с личным барменом, а по левую – различные автоматы, управляемые магией. А в углу, где располагались компьютерные приборы корабля, стояло три кресла, одно из которых выглядело больше. Это кресло принадлежало Джуне.

Плюхнувшись на правое кресло и надев прозрачные очки, Эйлерт с радостным выражением лица пристегнулся. Затем Арн просунул руку в бортовые приборы, извлекая рукоятку спиралевидной формы, а потом повернул рычаг против часовой стрелки и нажал на него. Корабль резко тронулся, отчего я упала прямо на Сантери.

Хозяин стукнулся головой о вазу, уронив антиквариат на пол и разбив вдребезги. Джуна растерянно посмотрел на меня, сидевшую сверху, а потом перенес взгляд на осколки, изменив нормальное выражение лица на гневное. Похоже, ваза много значила для Сантери…

– Любимая ваза… Сакуры…, – зарычал Джуна, оттолкнув меня.

– Прости, прости… Обязательно починю… Джуна…, голова не болит…? – растеряно произнесла неаккуратная Мива.

Сантери сначала устало потер переносицу, закрыв глаза, а потом неожиданно протянул руку, помогая встать.

От такого поступка я даже опешила… С момента встречи Сантери не раз поражал своим поведением… И не перестает удивлять, заставая врасплох.

Улыбнувшись, я подала руку и быстро встала. Увидев на затылке хозяина кровь, подошла сзади и прикоснулась губами к ране.

По телу Джуны пробежали мурашки. Такая реакция немного обрадовала, ведь господин старался скрывать эмоции. Вспомнив о том, как исцелила свою рану, решила попрактиковаться на других. Но подумала, что лишь руки способны колдовать. Но, однако, ошиблась… После поцелуя рана с затылка господина исчезла. Я так обрадовалась успехам в магии, что прыгнула на спину Сантери.

Но Джуна, засмущавшись, скинул со спины и пошел к креслу управления кораблем.

Вот буржуй…!

Посидев еще немного на полу, решила попробовать собрать вазу. Поэтому попросила клей у бармена, который выпучил от непонимания глаза. Похоже, в этом Мире или где-то там, нет клея… И как же починить вазу, которая дорога самой Сакуре?! Может, попробовать исцелить предмет? Ну, уже звучит глупо…

– Попробуй перенаправить силу мысленного уничтожения, которой обезвредила суккуба, на вазу, используя противоположную силу, – развернувшись и увидев, как я пытаюсь соединить осколки, смеясь, подсказал Арн.

Да, все Эйлерту посмеяться бы…! И к тому же, откуда мне знать, как перенаправить силу?

– Ох, ладно, наверное, пока такого уровня требовать от новичка неуместно. Хочешь, покажу свою силу восстановления? – встав с кресла, улыбаясь, спросил Арн.

«Новичка»? Почему это слово прозвучало так обидно…?

Собрав все осколки в кучу, друг выставил ладони перед собой, повернув на осколки. Затем Арн закрыл глаза и нарисовал в воздухе крест, из которого вырвалась россыпь блесток, покрывших осколки. И через минуту ваза стояла целая и невредимая, сияя при свете солнца.

– Ого! – не удержавшись от восхищения, восторженно произнесла я, прикрыв рот руками.

Эйлерт улыбнулся.

– Вот так. Я могу не только мелочи восстанавливать, но и города, – похвастался друг, возвращаясь на прежнее место.

– Здорово! – отходя от восхищения, только и произнесла я, сев на левое кресло. О, а оно мягкое и удобное…

– Бери прибор и смотри по сторонам. Если заметишь какие-либо действия или колебания – стреляй, – всучив огромные и тяжелые очки мне, приказал строго Сантери. И как можно надеть на нос двадцати пятикилограммовую тяжелейшую аппаратуру? Бедненький носик…

Но ничего не попишешь. Приказ – есть приказ.

– Не бойся Oculus – на носу не чувствуются. Технология «Глаза» разрабатывалась специально для лица и головы, поэтому на руках вес становится неестественно тяжелым, – спокойно пояснил Эйлерт. Да, бред какой-то… Зачем так изощряться…?

Послушав друга, надела Oculus на нос и нажала на кнопку возле правого глаза. И правда, прибор – невесомый… И еще зрение четким стало. А когда моргаешь, масштаб увеличивается или уменьшается. Все зависит от мыслей, являющихся командами. Если про себя сказать: «Увеличить» и моргнуть, масштаб увеличиться. И наоборот. Даже сбоку экрана есть шкала, показывающая колебания. Занятные технологии. Кстати, еще «Глаз» может сквозь стены видеть… Классно же…?

– Кстати, куда мы летим? – заинтересованно спросила я, разглядывая местные горы.

– На Падшие Острова. Сакура обнаружила резкий всплеск чужеродной магии, – кратко пояснил Джуна, сосредоточенно управляя кораблем.

– Что за острова такие? Никогда о подобном не слышала, – с глупым выражением лица, спросила я.

Сантери хмыкнул.

– О Падших Островах – никто и не слышал. Ведь в реальности их не существует…, – монотонно произнес Джуна.

– Тогда…, где острова находятся? – не понимая, спросила я.

– В другом отражении острова Крит. Под оригиналом, – сказал загадочно Арн.

Все, окончательно запуталась. Было такое ощущение, что мозги – это спагетти, которые на вилку накручивают, запутывая мысли.

Переведя взгляд с Джуны и Арна на море, внезапно шкала, улавливающая движения, стала колебаться и безумно вести себя.

– Шкала сошла с ума, – взволнованно произнесла.

Сантери нахмурился и, обреченно вздохнув, грозно произнес:

– Так и думал. С5. Снова вмешались в дела ордена. Как же эти свиньи достали…

– Ох, трудно же будет выполнять задание, когда Пятые лезут не в свое дело и вечно мешаются под рукой, – усталым голосом произнес Арн, с недовольным лицом. Казалось, судя по диалогу, что С5 вечно мешают СИРИУСу.

– Айли, будь готова к тонне грязи и мусора, исходящего изо рта Пятых. И еще. Забыл сказать, о миссии Синей Звезды. На острове будем монстров уничтожать, которые пытаются раздобыть весьма занятный артефакт, принадлежавший твоей семье, – сдержанно сказал хозяин, наклоняя корабль вниз. И, кажется, мы резко двинулись к воде…! Нет, под воду!

Погрузившись под буйные волны, корабль резко двинулся в сторону подводных пещер, где сияла белая дымка. Арн сказал, что это портал, который открыли монстры.

– Интересно то, что эти твари не могли знать о секретном острове, по идее…, – пояснил Эйлерт, почесав затылок.

– Ничего необычного. Кто-то руководит безмозглыми чудовищами. Явно, очень просвещенный маг или некромант. Скорее всего, это С5, – сказал грозно Сантери, поворачивая рычаг влево и нажимая на педаль газа до конца, разгоняя Синюю Звезду. Через минуту корабль погрузился в белую дымку и выпрыгнул из темного моря. Вроде, остров Крит остался прежним, но ни людей, ни растений, ничего живого не было. Только руины, горы, леса с голыми деревьями и темная вода.

Приблизившись к кусочку земли, Синяя Звезда стала неуправляемой. Но, слава Богу, Звезда плавно приземлилась на землю. Но неудачно. Корабль остановился на обрыве скалы.

– Что ж, обычная магия здесь не действует, судя по всему. Придется искать монстров своими силами. Арн – возьми палатку и провизию. Айли – спальные мешки и воду. А я возьму оружие и защитные свитки, – приказал Джуна, взваливая на плечи огромный рюкзак.

Да, и мне достался не совсем легкий багаж, но ничего не попишешь. Нужно как-то выживать.

Внезапно я уловила какие-то странные звуки, похожие на звяканье мечей и вздохи. Кинув рюкзак, не думая, понеслась в сторону руин, находящихся возле потухшего вулкана. Кстати, парни даже не заметили, что я убежала. Просто запах крови так резал нюх.

Пробежав вниз по полуразрушенным лестницам, протискиваясь сквозь узенькие улочки, прибежала к старинному амфитеатру, откуда, видимо, и слышались стоны.

– Protectione, – крикнула девушка с белоснежными, длинными до ступней волосами, собранными в два хвоста. Вся окровавленная, в изорванных одеждах, наносила копьем удар за ударом куче суккубов, выкрикивая слова на латинском языке.

Но врагов не убавлялось. Суккубы окружили девушку, жадно потирая руки. Незнакомка сначала застыла на месте, закрыв глаза, но потом резко разбежалась и оттолкнулась от земли с помощью копья, перелетев монстров. Я едва сумела различить, как в полете девушка сделала рубящее движение копьем, из которого вырвался дугообразный золотистый свет, стеревший всех суккубов разом на щепки. Едва дыша, незнакомка упала на камень и ударилась головой о плиту. Я дернулась, чтобы помочь, но возле девушки появилась еще одна женщина в капюшоне.

– Нуала, долго же разбиралась с суккубами. В следующий раз, попытайся быстрее. Много времени потеряли, – недовольно произнесла женщина в капюшоне, посмотрев на карманные часы.

Нуала склонила голову и попросила прощения. Женщина погладила Нуалу по голове, а затем резко развернулась и уставилась куда-то. Зеленые глаза скользили по стене, за которой я пряталась.

– Чувствуешь? Здесь кто-то есть. – медленно подбираясь к дому, сказала хищно зеленоглазая.

– Хефина, оставь. Сейчас нет времени разбираться, – сладким и нежным голосом произнес юноша с золотистыми длинными волосами, заплетёнными в толстую косу, спускаясь откуда-то свысока. Он выглядел, как ангел. Да, еще то, как юноша медленно и грациозно спускался, летя вниз – завораживало и приводило в восторг.

– Господин Люцифер… Но…, – скинув капюшон с темно-фиолетовых волос, сказала Хефина. Каре с челкой удлиненными передними прядями, окрашенными в белый цвет, очень шло женщине, подчеркивая строгость характера и идеальный контур лица.

Люцифер опустил ладонь, показав, чтобы та умолкла. Хефина поклонилась и пошла обратно к Нуале. Но вдруг Люцифер исчез, а меня за плечи кто-то нежно схватил и перенес в центр амфитеатра.

Нервно обернувшись, я увидела белую мантию, расшитую перламутровыми нитями и синими драгоценными камнями. Рукава в форме колокола были огромными, длина которых достигала пола, украшенные серебристыми и черными узорами. На плечах красовались серебряные крылья, типо, как погоны. И длинный капюшон.

– Милая девочка, – нежно произнес юноша, обняв заложницу. Меня поймал Люцифер. Вот, влипла. Кстати, а кто эти все такие?

Хефина ядовито улыбнулась. Ну, а Нуала была слишком занята ранами, чтобы замечать происходящее.

– Такая светлая душа, – ласково улыбаясь, сказал спокойно Люцифер, прижимая меня к груди и гладя по голове. Темно-синие глаза излучали добро. Юноша показался дружелюбным.

– Потерялась? – обеспокоенно спросил ангел.

– Н-нет, – сказала честно я, краснея.

Люцифер улыбнулся и погладил меня по щеке.

– Ей, ты! Убери от Айли грязные руки! – гневно крикнул Сантери, парящий с катаной в воздухе, прямо над Люцифером.

Но юноша лишь еще шире улыбнулся и крепко прижал меня к себе. О, а пах юноша божественно. Этот дивный и волшебный аромат успокаивал.

– Дорогой Джуна Сантери. Рад тебя видеть, – приветливо произнес Люцифер, гладя меня по волосам.

Сантери нахмурил брови так, что, казалось, глаза из орбит вылезут. Затем хозяин блеснул лезвием и ринулся на юношу с приличной скоростью. Одно мгновение и Сантери бы пронзил Люцифера, если бы тот не сделал шаг в сторону. Причем такой плавный и беззаботный…

– Хватит так улыбаться! Бесишь! – вскипел от злости Джуна, вытаскивая меч из земли.

Оторвав от груди, Люцифер нежно поцеловал меня в губы и крепко обнял за плечи.

– Акира! Зараза!!! – заорали в один голос Эйлерт и Сантери.

– Такая милая девочка, – спокойно и умиленно произнес Люцифер, глядя мне в глаза. Но странным было то, что я не могла пошевелиться и возразить. Будто магия окутала тело.

– Хочу душу Айли, – скользя пальцем по моей груди, сказал нежно юноша. А потом поцеловал в шею. Слова привели в ужас. Я прикоснулась к лицу Люцифера рукой и резко нанесла удар кулаком, отскочив в сторону и прыгнув прямо в руки Сантери.

Странно, но Акира улыбнулся и сказал:

– А у этой девочки отличная сила воли. Хочу ее.

Паря в воздухе в объятиях Джуны, я перевела взгляд на Хефину, сражавшуюся с Арном.

– Это и есть С5? – догадавшись, спросила я. Джуна кивнул.

– Некогда болтать, – озабоченно произнес Сантери и помчался в сторону пещеры, возле которой стояло большое количество тотемов. И как Джуна мог быстро бежать, если держал меня на руках?

За спиной господина, увидела, как Люцифер кивнул Хефине, которая тотчас же понеслась за нами. Плохо.

– Не обращай на хвост внимание, вскоре Хефину отвлекут драгоценные суккубы, которыми кишит остров. Лучше сосредоточься на глыбе, которая перекрывает вход в пещеру, и разруби пополам, – прибавив скорости, серьезно произнес господин.

Я кивнула и развернула голову к скале. Если не разрублю булыжник, то на такой огромной скорости врежемся в камень и разобьемся. Глубоко вздохнув, стала успокаиваться и представлять, что булыжник – масло, которое я режу легким движением руки. И вот камень стал трескаться, но концентрация пропала, когда Сантери стал прыгать с выступа на выступ, уклоняясь от стрел, летевших сзади.

– Не уйдешь, снова! Обезврежу капитана корабля Синей Звезды и заберу у суккубов артефакт, – враждебно крикнула женщина, перепрыгнувшая через Джуну и перегородившая путь. Затем Хефина достала сразу пять стрел и зарядила ими лук, резко выстрелив.

Сантери неожиданно подбросил меня высоко вверх. На метров двадцать точно. А сам выставил ладонь и согнул пальцы поочередно, высвобождая какую-то невидимую, но сильную волну магии. Потом коснулся указательным пальцем катаны, и разрубил стрелы на микрочастички, послав яд, которым были пропитаны наконечники, обратно с двойной силой. Увидев подобное мастерство, Хефина задрожала и исчезла. Джуна ухмыльнулся и, протерев, убрал катану в ножны. Потом господин прыгнул на выступ и, оттолкнувшись, словно пружина, полетел в сторону вопящей от ужаса Мивы, аккуратно перехватив в воздухе.

– Не вопи! Оглохну же, – чуть ли не умирая со смеху, весело произнес Джуна, прижав меня к груди, дабы заткнуть рот.

Отойдя от ужасных впечатлений, стукнула кулаком по груди Сантери и рассержено произнесла:

– У меня чуть инфаркт не случился!!! Забыл, что я высоты боюсь?!!

Плавно опускаясь ко входу пещеры, Джуна погладил меня по щеке и коснулся указательным пальцем до носа, нежно улыбнувшись. Даже перекосило лицо от столь непривычной эмоции, появившейся у Сантери.

– Прости… Больше ничего не придумал…, – почесав затылок, сказал невинно хозяин. Что с этим парнем происходит? Я даже волноваться начала…

Придя в чувства, Джуна со всей силы стукнул ногой потрескавшийся булыжник, который сразу же превратился в горстку пылинок. После мощного удара, черный локон Сантери небрежно упал на белое лицо, загородив левый глаз. Это так соблазнительно выглядело, что хотелось наблюдать за этим вечно. И еще Джуна так медленно и непринужденно его убрал за ухо, что я не сдержалась… Внутри столько эмоций скопилось, что чувства вспыхнули, как вулкан. От страсти я аж тотемы взорвала, и еще засохшие реки стали наполняться прозрачной и чистой водой, которая взлетала вверх, словно гейзеры. Внутри так все и бурлило… Под ногами стала трястись земля…

– Мива, побежали в пещеру, пока тут не снесло нас, – схватив меня за руку, сказал взволнованно хозяин. Но прикосновение лишь больше разожгло огонь внутри, поэтому через сухую землю стали стремительно расти деревья.

Сантери ускорил шаг и устремился вглубь пещеры, поставив изнутри магический защитный барьер. Потом зажег рукоятку меча, которая освещала путь, и облегченно вздохнул.

– Что это было? Магия острова или артефакта? – озадаченно спросил Джуна, отпустив мою руку. И вроде чувства чуть остыли. Тот вулкан стал затухать. Но пришлось приложить все усилия и мгновенно сменить тему размышлений.

– Наверное…, – пожала плечами я, притворяясь, что тоже не знаю источник сего беспорядка.

– Надеюсь, Эйлерт в безопасности… и скоро найдет нас, – взволнованно сказал хозяин, медленно двигаясь вдоль стены, выглядывая из-за каждого угла.

– Кажется, Арн говорил, что артефакт принадлежит моей семье… Что он имел в виду…? – спросила осторожно я, держась за кусочек формы Сантери.

Джуна хмыкнул.

– Пока что рассказывать некогда. Тут проблема посерьезнее, – выглядывая из-за очередного угла и вытаскивая большим пальцем катану произнес устало Джуна.

Выглянув из-за спины хозяина, встала, как вкопанная. В пещере была изысканная часовня, стоявшая на одном из выступов, находящихся напротив, за ветхим и старым мостом. Как раз перед мостом мы и стояли. Ну, а на мосту уже ждали монстры, потирая руки.

– Да, тут полный комплект: суккубы различных уровней, вампиры, зомби, – загоревшись идеей о предстоящем кровопролитии, сказал восторженно Сантери, протягивая мне два меча, сделанных из черной стали и украшенных красными рубинами на рукоятках. Странно, но мечи были нетяжелыми.

– Бери суккубов первого уровня. Ну, те, что голые. А я всех остальных, – показывая катаной на голых мужчин, произнес жадно господин. Первый раз сражаться буду плечом к плечу с великим Сантери, а тут смущающие враги попались. Ничего не поделаешь, приказы нужно исполнять. И, надеюсь, не оплошаю и не опозорюсь перед Джуной.

Мои враги находились за мостом, перед винтовой каменной лестницей, ведущей к часовне. А на мосту и выступах стояли противники Джуны. Поэтому пришлось подождать, пока Сантери расправится с монстрами на мосту, и только потом атаковать.

И как прекрасен Джуна был в бою. Черные, как перо ворона, длинные волосы развевались при движении и взмахах, смешиваясь с грязной красной кровью монстров. Взгляд – сосредоточенный и прозорливый. Казалось, что господин ловил кайф от сражения. Каждый мускул был напряжен как у тигра перед атакой. Катана нетерпеливо парила в воздухе, ожидая следующую жертву.

Забравшись на веревки, державшие ветхий мост, Джуна ловко и умело скользил по ней, обезглавливая суккубов в одежде. А потом еще такой опасный трюк проделал: нырнул под мост и напал снизу на невнимательных зомби. Дугу проделал под мостом.

Мастерство хозяина поражало… Один за другим враг был повержен, растворяясь в небытие.

– Твоя очередь, Мива. – вытирая пот со лба и прерывисто дыша, весело произнес Джуна.

Решительно кивнув, я ринулась к суккубам, стоявшим возле лестницы. Обнажив мечи и услышав звяканье, я загорелась желанием опробовать оружие. Прорвавшись в толпу врагов кинула первый меч в правую сторону, а второй – в левую. Соединив указательные пальцы, образовала невидимую материю, с помощью которой управляла мечами. И вот через пять минут все суккубы лежали мертвыми. Даже не пришлось руки марать, летающее оружие сделало грязную работу.

Послышался хлопок, а затем смех.

– Да, ты, Айли, молодец! Не думал, что воспользуешься таким сильным заклинанием на подсознательном уровне. Видимо, родители постарались…, – хлопая в ладоши и улыбаясь, похвалил хозяин.

Закрыв глаза, поклонилась Сантери. А когда разогнулась, холодные пальцы прикоснулись к шее, скользя по нежной коже.

Я думала, что это был Сантери. Но Джуна все стоял на прежнем месте и взволнованно смотрел на меня, держа наготове меч.

Повернув голову назад, увидела пять сказочно-красивых юношей. Вампиры. Все пятеро нежно смотрели на меня, поглаживая шею.

– Стой на месте, – приказал Сантери. Но приказ пролетел сквозь уши. Магия очарования вампиров подействовала. Не на долго. Прикоснувшись к лицам двух монстров и посмотрев поочередно в глаза, спросила:

– Хотите обрести покой?

От таких слов глаза юношей загорелись, но не благодарностью, а алчностью и желанием отомстить. Похоже, эти вампиры не принадлежат к низшему разряду. Поняв, что дело плохо, отрубила мечами руки державших меня монстров и побежала к Джуне. Но и у господина были проблемы. Суккубы закрыли выход из пещеры. Получается, нас окружили, загнав на ветхий и полуразрушенный мост. Прижавшись спиной к спине Джуны, я нервно спросила:

– Что делать будем?

Сантери хмыкнул и грустно улыбнулся.

– Применим некромагию. – холодно произнес господин и достал из сапог трость из черного дерева, на которой были вырезаны черепа. Трость вся была украшена черепами, в зубах которых блестели разноцветные сапфиры. А из глаз валил черный дым.

Когда Сантери вынул трость, стало очень холодно. И на душе появилась неописуемая грусть.

Начертив черный круг вокруг нас, Джуна воткнул трость по центру. Затем хозяин стал что-то бормотать на непонятном языке. С каждым словом дымка, бегавшая по кругу, поднималась выше и выше, окутав с головой до ног меня и Джуну. В темноте было так страшно, что я стала искать выход и метаться. Но кто-то схватил за руку и попросил успокоиться. А затем я увидела мерцание разноцветных драгоценных камней, разгонявших темноту. Когда раскрыла глаза, увидела, что монстры непонимающе и потерянно ищут кого-то глазами. Но не найдя, развернулись и пошли кто в какую сторону. Но почему чудовища не напали?

– Потому что мы – мертвы, – словно прочитав мысли, монотонно произнес Джуна, легко улыбнувшись.

Что?!!!

– Пришлось применить заклинание, способное умертвить человека. Но не волнуйся, когда найдем артефакт – верну к жизни. Если бы я не сделал этого, нас разорвали бы. Количество монстров – превышало магические и физические способности, – пояснил спокойно Сантери, протягивая мне руку.

Но стало так страшно, что рука не поднималась. Тело перестало слушаться. А если Сантери не сможет вернуть нас к жизни, я так и останусь мертвой?

Увидев оцепеневший и полный страха взгляд, Джуна вздохнул и притянул к себе, обняв и прошептав на ухо:

– Сто раз так делал. И еще раз смогу. Обычное заклинание первого уровня… Не волнуйся… Вот, прикоснись ко мне, сразу почувствуешь тепло.

Положив ладонь на лицо Сантери, почувствовала слабое, но ощутимое тепло, которое согревало тело.

– Знаешь, мы сейчас находимся между смертью и жизнью. Поэтому тепло греет душу, которая жива, но тело и запах – мертвого человека. Тело – всего лишь оболочка, способная развиваться отдельно от души. Поэтому заклинания, работающие на тело, не могут убить, – поцеловав в лоб меня, сказал Джуна.

Немного успокоившись, отлипла от хозяина.

– Ладно, пошли. Не стоит медлить, – поглаживая меня по голове, сказал Джуна, развернувшись к часовне.

Шли мы аккуратно, ведь после нашествия монстров мост изрядно пострадал и лишился половины дощечек. Почти дойдя до края моста, почувствовала резкое головокружение. Все стало расплываться перед глазами, и я потеряла равновесие. Джуна не заметил ничего так, как поднимался уже по винтовой лестнице к часовне.

Потеряв окончательно координацию, я села на дощечку и облокотилась о веревку, державшую мост. Внезапно послышался треск. И через мгновение мое тяжелое тело погрузилось в темноту и глубину пропасти, находившейся под мостом. Пучина неизведанного и пугающего затянуло жертву вконец. Оставалось гадать, что ждет внизу… Да, уж. Похоже, дощечка треснула…

Глава 5

Куда и как упала – не помню. Но боли не почувствовала. Может, заклинание так работает. Хоть тело было до безобразия повреждено, а одежда разорвана, но ничего не болело. Отряхнувшись и встав с камней, по которым текла холодная светло-голубая вода, решила оглядеться. Картина была неприметная: огромные черные скалы по бокам и узенький проход, из которого сочился туман. Делать было нечего: пришлось пойти по узкому проходу неизвестно куда, ведь дорога в другую сторону была перекрыта. Обтирая пыльные и холодные камни, я медленно двигалась сквозь туман. Так стало скверно от мысли, что Сантери, если заметил пропажу, мог искать меня и заблудиться.

– И чего это я должен заниматься делами Зеленой Звезды и исследовать растения? – послышался в тумане усталый голос.

– Хватит ныть. Просто выполняй задание, Казанова. – послышался еще один голос, женский.

Появилась надежда на спасение, поэтому я помчалась к голосам, наощупь. Как в темные былые времена.

Наконец, пробившись сквозь туманную занавесу, я ногой наступила во что-то вязкое и черное.

– Айли?! – удивленно произнес как-то здесь оказавшийся Эрно.

Парень так обрадовался, что не сдержал эмоций и крепко обнял. Но затем, понюхав меня, оттолкнул и гневно произнес:

– Что этот гад сделал?! Он совсем с ума сошел?!!!

Поспешно объяснив причину применения некромагии, я немного успокоила Эрно, глаза которого были наполнены ненавистью и злобой.

– Ну, если так… Все равно, не прощу! – скрестив руки на груди и недовольно отвернувшись, дерзко произнес Регнер.

– Брюнет, давай шевелились! К закату нужно отдать образцы Флориану, – появившись из-за спины Эрно, монотонно произнесла синеволосая Филамэль. Увидев меня, девушка сделала каменное лицо и помахала рукой, хоть и стояла в одном метре от Регнера. Затем быстро начала в черную жидкость совать стеклянные палочки и еще различные приборы. Похоже, этой даме кроме работы ничего не интересно.

– Да-да, уже иду, – закатив глаза, недовольно произнес Эрно и наклонился, взяв образец из черной жижи.

– Кстати, а почему вы здесь? – старательно вытаскивая ногу из жидкости, но безуспешно, спросила я.

– Разве не знаешь? Все отряды отправляются на один объект и выполняют разные задания. Так, как Зеленая Звезда занимается природой, то интересно рассмотреть новые виды растений и прочее. А Регнера попросили помочь из-за болезни Фэлана. Он в человеческом мире странную заразу подцепил, – безо всякого интереса пояснила Фила.

– Ладно, поняла. Значит от сюда выход есть? – с воодушевлением спросила я.

– Ага, но идти далеко. Вроде, через часовню какую-то и разрушенный подвесной мост, – почесав руку, задумчиво произнес Регнер.

И парень испачкал костюм, приклеившись к той руке, которую почесал. Немного провозившись в жидкости, слушая ругательства Эрно, который, пытаясь отлепить руку, оторвал кусок ткани с костюма, Филамэль произнесла заклинание и вызволила парнишку из черной слизи. Поблагодарив и извинившись, я побежала к темному выходу. Только сейчас обратила внимание на окружающее. Вместо земли, в пещере росла горная мята, под которой расстилался белый туман и протекала прохладная вода, смешиваясь в конце с черной жидкостью. Как пояснила Фила, эта слизь – источник питания мяты, схожая по строению с землей и минералами консистенция. Да, мисс Бриль на редкость очень умная девушка, обладающая ослепительной красотой и отменной логикой.

Времени не было дальше рассматривать подземный пейзаж, ведь каждая секунда была на вес золота. Так что я изо всех сил бежала по темным коридорам подземелья, спотыкаясь и падая на каждом ходу. Но тут же вставала, понимая, что могу не успеть.

Пролетев через яму, поспешила к перекрестку с пятью проходами. Вот незадача, почему во всех историях есть подобное? Ладно, придется положиться на удачу. Поэтому побежала во второй. Там просто темнее всего. А приз находится там, где чаще всего темно и куда сложно пройти.

Стерев подошву сапог до дыр, пробежала тридцать метров, но так и не нашла ничего. Да, и возвращаться глупо.

– Страх… Отчаяние… Боль… Как это прекрасно…! – прокатился по тоннелю отвратительный мужской голос, сладко напевая те слова.

– Как пленительна красота умирающей от страха жертвы, что сошла с ума и пыталась побороть неподвластное. Жертвы – мотыльки, которые рано или поздно сгорают от ослепительной лампы. Как просто, – мерзким тоном сказал невидимый мужчина. Но, несмотря на то, что страх меня сковал, я продолжала бежать, приготовив мечи для обороны.

– Нет таких людей и богов, что ничего не боятся. Есть те, кто признает страх, и те, кто отрицает его. Интересно играть и с теми, и с теми, – пропел отвратительный голос, словно лягушка заквакала.

– Неужели, не интересно, кто я? – расстроенно спросил голос.

Но решив не отвечать, чтобы не произошло, побежала дальше.

– Интересная девочка. Ладно, раз думаешь, что не нуждаешься в этом, то встретимся чуть позже, Айли Мива, – зашуршав за следующим углом и скрывшись, сказал весело незнакомец.

Обогнув осторожно угол, где скрывался человек с неприятным голосом, вышла к разрушенному мосту к часовне. Хорошо было то, что я пришла прямо к выступу с часовней. Но тело охватила тревога. Подняв голову наверх почувствовала запах крови и тепло кожи. А еще в часовне свет не горел, как прежде. Не став медлить, побежала по ступенькам винтовой лестницы. Поднявшись наверх и немного отдышавшись, обнажила мечи и осторожно подошла к часовне, что излучала не совсем святую и приятную ауру.

Открыв тяжелую дверь с витражными рисунками, аккуратно заглянула во внутрь. Из-за плохой видимости, придется зайти и поискать свечу. Но не успела ступить и шагу, как кто-то затянул в часовню и закрыл рукой рот, связав руки и ноги.

Послышался щелчок, после которого зажглись свечи красным пламенем. Во тьме появились несколько силуэтов, похожих на С5. Такие же мантии и расцветка. Вот только на головах капюшоны были накинуты. А то не понятно, что мужской силуэт – Люцифер, а женский – кто-то из оставшихся девушек. Может быть, Хефина…, которая больше всего желает получить артефакт и увидеть смерть Сантери.

– Либо добровольно отдашь тело, либо насильно заберем. – произнес неизвестный женский голос так, будто сейчас стоит вопрос между смертью и жизнью. Хотя в обоих случаях – лишусь жизни. Может, это еще одна девушка, пятая, которую я не видела?

– Разбуди Джуну, пусть обратит девчонку в живого человека. Мертвое тело нам не нужно, – щелкнув пальцем, строго и хищно произнесла девушка.

Мужчина поклонился и стал трясти Сантери, истекающего кровью. Странно… Разве не Люцифер возглавляет С5?

– Прекратите делать больно Джуне…, – сквозь зубы, гневно произнесла я.

– А иначе, что? Все равно ничего в мертвом теле не сможешь сделать, глупая! – ухмыльнувшись, вызывающе произнесла девушка.

Как же она не права. Сантери говорил, что тело – лишь оболочка, в которой находится главное. Душа. Именно в душе сконцентрирована вся магия.

Начав бить Джуну головой о пол, мужчина переполнил чашу моего терпения. Из головы хозяина полились уже ручьи крови.

Мысленно разрубив веревки, что сковывали руки и ноги, встала и резким движением руки вытащила меч, порезав щеку женщины. Не ожидая подобного, незнакомка на мгновение замешкалась. Поэтому, воспользовавшись моментом, создала вокруг противницы сферу из летающих мечей и кинжалов. Малейший шаг в сторону, и от женщины останутся лишь клочки. Собрав больше силы, превратила мечи в жидкий огонь.

Поняв, что связалась не с тем человеком, противница скрестила руки, произнеся молитву, и исчезла, оставив вместо себя воздух. Люцифер тоже исчез… Рассеяв заклинание, упала на пол без сил, прикоснувшись коленями к чему-то мокрому. Опустив глаза, увидела, что сижу в луже крови. Черт, Сантери! Нужно подползти из последних сил и залечить раны, пока не поздно. Стоп, а почему у господина кровь, если работает некромагия? Может, Джуна успел обратиться? Не время думать, нужно помочь.

Прикоснувшись рукой к найденным ранам, провела ладонью по царапинам и стерла их, как будто ничего повреждено не было. Но глаза хозяина не открывались. Да, и лицо было белым, как мел. Неужели… Нет! Хозяин жив, просто от тяжелых ран побледнел… Ясно, сделаю массаж сердца и искусственное дыхание. Может кислород перестал просто поступать в легкие? Сделав массаж сердца, быстро зажала нос Сантери и сделала искусственное дыхание. Вдруг, Джуна схватил меня за талию и прижал к груди, нежно поцеловав в губы. Открыв темно-вишневые глаза, уставился на меня и улыбнулся, обняв еще сильнее. Потом слеза скатилась по щеке хозяина, будто змея, спускающаяся со скал, виляя между камней.

–Я… Я думал, что больше никогда не увижу тебя… Прости…, – дрожащим и полным горечи голосом, произнес Сантери, прижимаясь щекой к моей голове.

Так стало грустно. А ведь, если бы не заклинание, то я могла разбиться…

Погладив рукой голову хозяина и не став ничего говорить, обняла Джуну и тихо произнесла:

– Тоже переживала, но за тебя. Как же хорошо, что мы все-таки встретились.

– Ребята, они здесь! – задыхаясь, крикнула Далия Рэд, вбежавшая в часовню.

Через пару минут все отряды, кроме последнего, Белой Звезды, примчались в маленькую постройку со встревоженными глазами. Но увидев, что оба живы, облегченно выдыхали. Фэлан, Филамэль, Флориан, Амор, Далия, Деон, Ивер, Эрно, Эрнеста и Арн стояли и тряслись.

– Черт, ребята, почему вы ушли, ничего не сказав? Я же переживал. Да, еще и эти С5 привязались. Привязали как банные листы! – взволнованно произнес Эйлерт, взяв Сантери под руку. В СИРИУСе, оказывается, все дружны и переживают друг за друга, несмотря на то, что находятся в разных отрядах.

Поднявшись, Джуна грустно посмотрел на выход и развернулся, произнеся строгим голосом:

– Прежде, чем уйти, нужно проверить теорию.

Держась за растерявшегося Арна, Джуна подошел к стене, возле которой стояли иконы и пощупал поверхность, постучав кулаком по эмали. Послышался глухой звук. Господин улыбнулся.

Эрно ухмыльнулся и весело произнес:

– Позволь, помогу?

С азартной улыбкой Регнер закрыл глаза и копьем с молниеносной скоростью пробил стену, из которой вырвался сильный и холодный поток воздуха, сбивший всех с ног.

– Не зря Сантери славится своим рентгеновским зрением, – ухмыльнувшись, спокойно сказал Ивер, поправляя волосы, приподнимая кверху.

Кстати, а Амора я еще не видела. Как и все, работающие в СИРИУСе, Амор выглядел, как модель. Пепельные длинные волосы с черными прядями струились, словно вода, по сильным плечам. А глаза, меняющие цвет каждые тридцать минут, весьма удивляли. Во взгляде Амора не было доброжелательности, но и вражды тоже. Хотя парень слишком часто оглядывал меня с головы до ног. Отличительной чертой Блэйка была татуировка под левым глазом в виде разбитого стекла и осколков на пол лица. Вообще, очень специфичный человек. Столько уникального в Аморе. Далия сказала, что Блэйк обладает магией, точнее, его волосы, способные проводить как электричество и энергию, так и магию.

Разломав стену, все пошли следом за Регнером. Шли мы по тоннелю, расписанному фресками. Самое интересное – краска выглядела совершенно свежей, несмотря на давность нанесения.

Отстав ото всех, пока разглядывала рисунки, поравнялась с Амором.

– Здравствуйте, – сказала я, чтобы разрядить обстановку.

Блэйк искоса посмотрел и остановился. В тот момент цвет глаз стал темно-синим. А татуировка под глазом засияла. Послышался треск, после которого я оказалась прижатой к стене.

– Пещера рушится! – послышался взволнованный голос Далии издалека.

Почесав затылок, которым ударилась о стену, я открыла глаза и увидела перед собой Амора, покрытого пылью. Позади Блэйка валялись камни. Получается, Амор загородил меня, чтобы защитить от падения камней?

– Спасибо большое…, – неуверенно произнесла я, улыбнувшись.

Блэйк поднял глаза и уставился, сделав измученный вид.

– Спасибо за помощь, – вновь поблагодарила я, прижавшись еще больше к стене.

Амор закатил глаза и сухо произнес:

– Бесишь.

После чего закрыл ладонью мой рот. Я непонимающе уставилась на Блэйка, который скользил взглядом по волосам. Показав пальцем, чтобы молчала, разжал рот и прикоснулся рукой к моим волосам, тщательно разглядывая. Долго провозившись с локонами, Амор застыл, а потом, ни с того ни с сего, вырвал волосинку и спрятал в карман. Больно… Но даже после этого он не отпустил меня. Чего нужно такому странному человеку?

– Отныне, мы связаны, – холодно произнес Блэйк, прижимаясь ко мне грудью. Что-то жарко стало… Не хотелось обижать человека, с которым только что познакомилась, но такое поведение – перебор. Поэтому стала медленно отодвигать Амора, который стоял, как скала, и не двигался.

– Связь нельзя разрушить, как не старайся, – наклонившись, страстно на ухо произнес Блэйк, взяв меня за подбородок.

Маньяк какой-то! И где Сантери или Арна носит…?

Убрав локон с лица, Амор прикоснулся губами к моей щеке, передвигаясь к губам. Да, что такое? Почему пошевелиться не могу…? Магия вампира или что-то в этом роде?

И вот Блэйк схватил резко за талию, придвинув к себе, и жадно поцеловал растерянную Айли. Но волна страсти так захлестнула, что и сопротивляться не смогла. И этот вулкан, что пробуждался ранее, вновь вспыхнул. Стены стали рушится, а из трещин начали прорастать цветы. Под ногами земля расходилась. Зашумела вода, льющаяся по стенам. Стало горячо. Руки грубо скользили по талии.

Но вдруг Амор отодвинул меня и, оглядевшись, засмеялся.

– Невероятная магия! И все благодаря неконтролируемым эмоциям и чувствам. Так и знал… О, да, мне понравилось зрелище. Демонстрируй силу чаще, – восторженно произнес Блэйк, достав из кармана мой волос и прикрепив к своим пепельным локонам.

А я, разгоряченная, стояла и не понимала, что вообще произошло. Плюс, силы делись куда-то. Такая слабость наступила. Возможен ли тот факт, что Амор забрал энергию?

– Чем вы тут заняты? Бегом из тоннеля! – крикнула вся израненная Далия.

Не колеблясь, Блэйк схватил меня на руки и помчался. Парень так легко и изящно преодолевал препятствия и падающие вниз камни, что тревога исчезла. Догнав Рэд, Амор схватил девушку за руку и понесся прямо на камень, стоящий спереди. От страха я закрыла глаза. Но резко ощутила что-то холодное.

– Прошли через камни. Если мы с Далией объединяем силы, то можем проходить через все, что угодно, – опустив на землю меня, пояснил равнодушно Блэйк, отряхиваясь от пыли.

Открыв глаза, чуть не окаменела от восторга. Мы находились в пещере, где и на потолке, по бокам и снизу горели драгоценные камни разных пород и цветов. Было ощущение, что будто в космос попали. Да, еще некоторые камни росли в форме цветов, животных и замков. Казалось, что в сказку попали. Или нашли мост в звездное небо. При каждом шаге на том месте, где оставался невидимый след, появлялись россыпи звезд.

– О, смотрите, там дальше выход, похоже, – показав на небольшую щель в стене, из которой пробивался яркий свет, сказала Далия.

Блэйк кивнул и, внимательно оглядев меня, сорвал розовый сапфир с цветка, украшенного драгоценными камнями.

– Держи. Сапфир обладает необыкновенной магией, – протягивая камень мне, сказал устало Амор.

Сделав задумчивое лицо, убрала сапфир в карман и последовала за Далией и Амором.

– Да, придется пробивать…, – вытаскивая руку из щели, в которую проходило лишь запястье, сказала обеспокоенно Рэд.

О, ну, так Эрно может разбить. Оглядевшись, стукнула себя по лбу, поняв, что весь СИРИУС разбился на группки.

– А где все? С ребятами все хорошо? – спросила неуверенно я.

Блэйк хмыкнул и закрыл глаза. В тот момент черные локоны Амора стали извергать молнии.

– Не волнуйся, это господин так связывается с отрядами, – похлопав меня по плечу и улыбнувшись, сказала Далия, которая уже успела проделать дыру в стене.

– Все целы. Есть раненные. Но серьезных повреждений нет. Отряд Джуны – возле своего корабля. Деон с группой Флориана и Ивера. Ребята разгребают завалы, прочищая дорогу обратно. – открыв голубые глаза, сказал монотонно Блэйк. После чего волосы стали прежними.

– А мы пойдем вперед. То, что искали – находится именно там, – решительно шагая вперед, сказал спокойно Амор, утонув в белоснежном свете. Затем в белый омут шагнула Далия, за которой последовала и я.

Глава 6

Белая полоса. Черная полоса. А затем, опять белая. Эту закономерность не прервать. Если полоса становится неделимой и одноцветной – то это не жизнь, а лишь сон. Но и полосы имеют свойство закручиваться. Чем больше закрутишься, тем меньше шансов ступить на ровную и прямую линию, ведущую на протяжении всей жизни человека.

Ступив в ослепительную белизну, подумала, что, возможно, там ждет меня лишь тьма. Но когда увидела прозрачную воду, на которой стоял древний город, подобный древним храмам, обрадовалась. Зеленые кувшинки и лотосы беззаботно плавали на кристальной воде, подплывая к причалу из золота. Благоухание цитрусов, белого шоколада и ананаса – расслабляло и делало душу спокойной. Солнце приветливо светило, превращая листья деревьев в золото. Город был похож на Эльдорадо. Только дома и храмы были не из золота, а из нефрита и кристаллов. Само селение было небольшим. Маленькие домики справа, храмы – слева, небольшой замок в конце. И посередине вода. В общем, городок был построен в форме буквы –П».

Никого не было. Лишь ветер ласково трепал деревья, заставляя шелестеть листья.

– Тут кто-нибудь живет? – спросила тихо я у Амора, стараясь не нарушить гармонию этого прекрасного места.

– Да, живут. Сейчас молитвенный час. Поселенцы все в храме. – сказал спокойно Блэйк, снимая плащ. – Садитесь в лодку. Нужно успеть до заката найти одну вещь.

Сначала я не поняла, про какую лодку говорил Блэйк. Ведь на воде плавали лишь растения. Но прищурив глаза, нащупала взглядом едва различимую белую пелену в форме лодки.

– Защитная магия. А в воду людям, не обладающим магией, ступать запрещается. Погружение в воду означает верную смерть, – взяв меня за руку и потянув к лодке, сказала весело Рэд. И чего Далии так весело? Неужели, садистка?

Было странно наблюдать, как в смешных позах плывем по реке, ведь лодку не было видно. Поэтому мы парили в воздухе.

– Ничего не чувствуешь? – спросил хладнокровно Амор.

– Нет. А должна? – вздернув от удивления брови, спросила я.

Тогда Далия присела рядом и резко просунула руку в мои легкие, что-то нащупывая. Но от таких движений дышать стало тяжело. Казалось, что перекрыли кислород одним касанием.

Наконец, через минуту, Рэд улыбнулась и извлекла что-то из моего сердца. И тогда дышать стало легче. Эта минута была ужасной. А теперь я не могла надышаться, заглатывая жадно кислород и ртом, и носом.

Похлопав по спине, Далия протянула извлеченный предмет господину.

– Отличная работа, Рэд. Надо, правда, было предупредить девочку о процедуре…, – обрадовавшись, ласково произнес Амор.

Далия улыбнулась, почесав затылок, и непринужденно сказала:

– Так бы артефакт не откликнулся. Айли, зная о неприятной процедуре, заблокировала бы Магнит.

Блэйк задумался, а потом улыбнулся и весело сказал:

– Точно. Далия – молодец! Не зря выбрал из ста кандидатов тебя.

Из ста? Что за отбор такой?

Все еще кашляя, я валялась на животе и глотала воздух. Интересно было посмотреть на Магнит, но глаза не хотели открываться. Почувствовав, что сильные руки обняли и подняли меня, заставила открыть глаза.

– Далия. Активируй Магнит и веди к цели, – держа Миву на руках, приказал Блэйк, поднимаясь по ступеням из алмаза к дворцу.

– Есть, господин, – нажав на что-то, уверенно и бодро произнесла Рэд.

Выглянув из-за спины Амора, я жадно присмотрелась к рукам Далии и от шока чуть не потеряла сознание. И эта махина была внутри меня?!!! Вот, представьте, трехметровый пульт от телевизора, по краям которого сверкают молнии. Мой рост – 165 сантиметров.

Как?!!!

– Не волнуйся, потом обратно вернем, – увидев удивление на моем лице, чуть ли не умирая от смеха, сказал Блэйк.

– Что?!!! – заорала от ужаса я, представив этот процесс.

Тогда Амор упал на ступеньку и засмеялся, как потерпевший.

– Ох… С тобой не соскучишься. Ладно, объясню. Магнит – это система призыва основного артефакта, заложенный с рождения родителями. Магнит достается лишь избранным. Даже у Сантери его нет. Знаю, что ты еще не просвещена о своей семье, но попроси еще раз Арна рассказать об этом и поймешь всю суть. Скажу одно, тот артефакт – жизненно необходим. Если кто-то найдет его – Миру конец. Не только СИРИУС охотится за артефактом, но и С5. И еще кто-то. Но третью сторону сложно обнаружить. Короче, Магнит при нахождении артефакта самоуничтожается. Поэтому, ха-ха-ха, не волнуйся. Обратного процесса не потребуется, – поднявшись, сказал Блэйк, помогая и мне встать.

Камень с души упал. Слава Богам.

Поднявшись на последнюю ступень, я облегченно вздохнула. Лестница была очень длинной. Но конечный пейзаж того стоил. Нефритовый дворец, украшенный золотыми рисунками и драгоценными камнями, сиял при свете заходящего за горизонт солнца. Самое интересное было то, что вокруг здания будто застыли в воздухе капли воды. Хотя, почему «будто»? Капли и правда висели в воздухе, словно маленькие хрустальные шарики. На веранде я увидела необычайно тонкие нити, которые переливались серебром. На нити были насажены маленькие красные бутоны, запах которых запал в душу. Возле большой красной двери, размером со второй этаж, которая служила входом в дворец, стояли с двух сторон фигурки прекрасной богини и воинственного юноши. Черты лиц статуэток были похожи на кого-то. Вот, только не могла вспомнить на кого именно…

Внезапно фигурки загородила Далия, проводя прибором около двери. И тут Магнит стал трещать. Блэйк улыбнулся и резко кинулся к двери, схватив меня за руку, которую приложил к двери.

– Что ты делаешь…? – вырывая руку, спросила недовольно я.

Тогда Рэд схватила обе мои руки и вновь приложила к двери. Я с укором посмотрела на старосту, но, ощутив вибрацию, что исходила от красной двери, перевела резко взгляд на руки. Пальцы стали сливаться с дверью, будто таяли, как воск.

– Что происходит? – нервно спросила я, притягиваясь к двери.

– Слияние, – посмотрев на пальцы, спокойно произнес Амор.

– Я умру…? – едва сдерживая слезы спросила я, заметив, как тают ноги в двери. Понятно, теперь какая судьба у Мивы – стать частью замка. Приближаясь к куску дерева еще ближе, перестала ощущать сердцебиение. Ведь тело уже слилось с дверью.

– Да, нет. Просто подожди и сама все поймешь, – сказала, улыбаясь, весело Далия. Что с этой девчонкой?!

– Иди же. Прими дар, что хранился веками. Стань частью Стражей, – внезапно раздался где-то совсем рядом женский знакомый голос.

– Пусть небо окрасится в алый цвет, а Айли прольет свет на тьму, – с другой стороны прошептал мужской голос. Спина резко проникла в дверь, остались лишь плечи, грудная клетка и голова. Вдруг слова, что произнесли незнакомые люди, обратились в ветер, который стал рвать с деревьев листья и ветки. А небо, которое было абсолютно чистым и светлым, окрасилось в алый цвет и покрылось северным сиянием. Солнце стало не заходить за горизонт, а восходить. Было такое ощущение, будто стрелки часов стали вращаться в обратную сторону, меняя привычные свойства природы.

Затем солнце вспыхнуло и обдало неимоверным жаром, сжигая все вокруг. И после вспышки что-то резко вылетело из солнца, приближаясь ко мне с огромной скоростью. Это был огненный ягуар, от которого исходило пламя.

– Слейся! – сказал мужской голос.

– Слейся. Слейся! – сказал женский.

И слова стали повторяться по очереди, сводя меня с ума, словно наваждение или галлюцинации. Но закрыть уши было нечем, да и ягуар почти достиг цели. От ужаса я закричала. Но внезапно крик прервался из-за дикой боли в груди. Ягуар пронзил мое тело и остался там. Горячая волна пламени обожгла тело изнутри. Я думала, что от вспышки прожгло тело. Но боль резко угасла, как и сама я. Оглянувшись вокруг, увидела, что плаваю в красной воде. Взглянув наверх увидела свет и поплыла к нему. Но воздух почему-то не заканчивался, сколько бы не плыла. Плюс, Магнит я еще держала в правой руке. Глубина реки убивала. Казалось, что никогда до поверхности не доберусь. Устав от плавания, остановилась. Рассмотрев пульт без особого интереса, заметила небольшую кнопку пятиугольной формы. Закатив глаза от безысходности, нажала на кнопку, ничего не ожидая. Но пульт завибрировал и мгновенно превратился в катаны с красными лезвиями. Зачем в воде мне мечи?! Распределив катаны по рукам, нанесла воде удар. И, словно желе, кусочек воды отвалился, оставив синий фон после. Вздернув бровь от удивления, решила попробовать снова. И опять кусочек воды отвалился. Поняв, что нахожусь вовсе не в воде, а в чем-то вязком, принялась рубить жидкость. Одним ударом двух мечей жидкость растворилась, а я очутилась на вершине горы, где стояла часовня.

Я нигде не увидела ступени, чтобы подняться к зданию. Поняв, что артефакт, который я ищу, достать очень сложно, решила внимательно оглядеть небольшую горку, на которой и стояла часовня. Серо-синяя земля немного блестела, что было невозможно из-за освещения. Поэтому ступив на землю, ощутила под ногами что-то легкое, но, в тоже время, прочное. Посмотрев вниз, увидела под ногами млечный путь из звезд. Звездная дорожка вела прямо к часовне. Никогда бы не подумала, что буду по звездам ходить.

И такое ощущение полета появилось, будто скольжу по паркету или еду на эскалаторе вверх. А сколько блеска было в звездной дорожке… Каждая звездочка, независимо от размера, была наполнена миллиардами маленьких блесток. Каждая светила так ярко… Это просто на сказку было похоже.

Достигнув здания, я спрыгнула с млечного пути, который тотчас же исчез, и поспешно открыла небольшую дверь. В часовне было тихо и уютно, в отличии от пещерной. На полочках по бокам стояли благовония, свечи, иконы и небольшие нефритовые фигурки животных. А по центру небольшого здания стояли те самые богиня и юноша, что я видела около красной двери дворца. Только статуи держались за одну чашу, на которой лежал золотой сверток. Вдруг Магнит в руке стал биться током и менять цвета. Бросив артефакт на пол от большого разряда током, я потерла руку и недовольно зашипела. Но Магнит не разбился. Он стал вести себя как ненормальный: крутился против часовой стрелки, подлетал, искрился, извергал молнии. Может, от воды сбой произошел?

Поняв, что лучше поскорее забрать важный артефакт, за которым мы пришли, стала искать по полкам что-то необычное. А Магнит стал медленно двигаться к статуэткам. Хм, а ведь он двигается в сторону свертка. Насколько помню, Магнит должен чувствовать основной артефакт…

Обогнав пульт, схватила золотой сверток и направилась к выходу из часовни. Но невидимая стена не дала выйти. А бешеный Магнит направлялся теперь в мою сторону.

Ладно, разверну свиток. Возможно, это остановит гигантский пульт.

Нервно срывая золотую фольгу с неизвестного предмета, поранилась. Закатив глаза, я резко сняла последний лист бумаги, из которой выпал пергамент, прикрывавший маленькую оловянную шкатулку с изумрудом на крышке.

Немного подумав, решила прочитать записку. Вдруг, это инструкция или предостережение…

Бросив косой взгляд на взбешенный Магнит, который ускорил движение, нервно забегала глазами по пергаменту. Странно, но от записки исходил знакомый аромат…

«Дорогая наша дочка. Если ты читаешь пергамент, то скорее всего твои родители погибли, защищая честь фамилии Мива. Очень многое тебе придется постичь самой, опираясь на знания других и собственные. Знаю, ты скучаешь, но судьба Стражей Врат Азазеля – защитить врата во что бы то ни стало, даже если нужно потерять жизнь. Отец и я, мама, гордились бы тобой. Может, это звучит грубо, но и ты, Айли, теперь должна ступить на путь Стражей. Если мы умерли с папой, значит, нашлись те существа, что желают открыть Врата Азазеля, выпустив хаос и разруху. Будь осторожна, не доверяй никому. И храни ключ под сердцем. Найди оставшихся стражей и закрой Врата, если потребуется. Всегда любили, любим и будем любить. Мама и папа» – значилось в записке.

Обычно после таких писем люди плачут, но я сидела в недоумении, окаменев, словно статуя. Ком в горле давил так, что вздохнуть лишний раз боялась. А в голове застряла сцена, которую видела перед тем, как потеряла зрение. Мама и папа, залитые кровью. Пылающий дом. Дикий и животный смех. И все это произошло из-за каких-то врат?!!! Ради жизни других мама и папа вот так отказались от своих?!!!

Руки задрожали. А гнев захлестнул все тело. Почувствовав ток от Магнита, открыла шкатулку и достала глиняный маленький ключ с цветными камнями на ручке. Возле нее еще был нарисован иероглиф какой-то, похожий на букву «л» (火 – японский иероглиф, обозначающий огонь). Ключ висел на золотой цепочке, которую я застегнула на шее. После этого Магнит затрещал и мгновенно распался на молекулы, растворившись в воздухе.

В груди защипало. Волна гнева захлестнула так, что даже дышать тяжело было. Хотелось разнести все, что стояло на пути. Я даже почувствовала, что взгляд изменился, став грубым и жадным. Мысль о мести продолжала сверлить мозг, делая мысли грязными и расточительными. Когда человек узнает, что близкие жертвуют собою ради чего-то посредственного и «великого», то сразу теряется здравый рассудок.

Еле встав с пола, к которому прессовала тяжесть о мысли потери родителей, пробила в невидимом поле дыру и двинулась к вершине горы. Ключ засветился на шее и стал парить в воздухе, притягивая меня к земле. Затем ключ воткнулся в землю, повернулся, и раскрылись красные ворота, которые затянули меня и перенесли к дворцу.

– Вот, видишь. Говорил, что справится, – встав с земли, довольно произнес Амор. Далия улыбнулась и кивнула. Но затем ухмылки с лиц этих двоих исчезли, когда посмотрели в мои глаза.

– Свяжись с остальными. Код – Красная Звезда. Похоже, у нас проблемы, – резко и взволнованно приказал Блэйк Далии. Девушка перепрыгнула ступени и оказалась далеко внизу, где была вода с кувшинками.

Красная Звезда. Подобное я слышала, когда впервые увидела Джуну и Арна. Когда прилетел отряд Флориана. Получается, это код, обозначающий серьезную угрозу. И сейчас этой угрозой являюсь я?!

Разозлившись еще больше, достала катаны из-за спины и нацелилась на Амора, пятящегося назад и размахивая руками.

Поняв, что слова не дошли до моих ушей, парень достал из внутреннего кармана кинжал.

– Быстрее! Айли пошла в атаку на Блэйка! Поспешите! Я постараюсь задержать Миву и защитить господина, – встревоженно кричала в рацию Далия.

Затем черноволосая девчонка достала нунчаки и стремглав понеслась на меня, закинув оружие за плечо для более эффективного нападения. Отпрыгнув от того места, где Рэд располовинила каменную старинную плиту, я нанесла жалящий удар катаной и ранила правое плечо девушки. Далия схватилась за рану и замахнулась оружием, но потом резко опустила руку. Похоже, я повредила что-то важное… Посмотрев сверху вниз на старосту, протянула руку. Но Рэд ударила левой рукой, в которой держала еще один нунчак, и я выронила катану.

Тяжело поднимаясь Далия брезгливо посмотрела на Амора и разбежалась, затем отпрыгнула от скалы, сделав сальто назад, и пронеслась надо мной головой вниз. Рубящим движением девушка почти ударила оружием, но я вовремя откатилась в сторону. При маневре успела зацепить Рэд второй катаной, поранив грудную клетку и левую руку. А рукояткой меча я ударила девушку по виску, оставив без сознания. Далия грузно рухнула на плиту.

Тяжело дыша, я перевела взгляд на Блэйка, закрывшего глаза и что-то бормочущего. Волосы засияли. Значит, Амор передавал сигнал.

Разогнавшись до предельной скорости, я снесла Блэйка ударом правой ноги в воздухе. Амор открыл глаза и растерянно посмотрел на меня. Внезапно, земля затряслась. Плиты стали трескаться. А из трещин стал подниматься дым.

– Айли, послушай. Успокойся. Это мы – друзья. Не надо нападать, – еле встав и качаясь на ногах, умолял Блэйк. Но я ничего слышать все равно не хотела. Пнув парня ногой на землю, занесла два меча и резко опустила вниз, прямо к груди Амора. Но внезапно мечи отлетели из-за пуль, которые пронеслись за спиной.

– Принцесса Мива. Не стоит жертвовать друзьями, – послышался ласковый и спокойный женский голос.

Обернувшись, я увидела огромное количество людей-ягуаров. Ничего схожего с животными не было в этих существах, кроме кошачьего носа, разреза глаз и зрачков, ушей и хвостов. Никакой шерсти не было. Тело, руки, ноги и голова – человеческие. Даже волосы на голове были абсолютно человеческими. Спереди большой толпы стояла изысканная кошка. В смысле женщина. Черные волосы до плеч, ровная челка, атласная кожа, румянец на щеках, бриллиантовое колье, шелковое коричневое платье прямоугольного силуэта до пола. Вылетая Клеопатра в кошачьем облике. От женщины повеяло ароматом роз.

– Принцесса, народ Минами приветствует вас. – сказала спокойно кошка и поклонилась. Следом за женщиной поклонились и остальные.

– Наш народ является стражами южной части Врат. Господин и госпожа Мива – правители Минами. Вы – тоже. Поэтому южане рады служить принцессе Айли, – подходя ко мне и протягивая руку, сказала кошка.

– Меня зовут – Мерт. Я являюсь правой рукой госпожи. Моя сестра Каника – правой рукой господина. Но теперь мы будем вашими помощницами, – открывая красные ворота, как обычную дверь, сказала Мерт.

– Здравствуйте, принцесса. Добро пожаловать, – на пороге холла из белого фарфора, где по всюду стояли чаши с водой, в которых плавали лотосы, девушка с такими же черными волосами. Видимо, это Каника.

– Отдохните, госпожа. Позже увидимся, – спокойно сказала Мерт, указывая на белую дверь, усыпанную изумрудами.

Да, отдохнуть не помешает. Особенно после такого испытания. Но…

– Мерт, подождите. К сожалению, нам некогда оставаться, нужно помочь друзьям. Спасибо за радушный прием, – чувствуя вину, сказала я.

Каника прикоснулась к плечу сестры и кивнула. Мерт закрыла глаза.

– Желание принцессы Айли – закон для народа. Однако, прошу, выслушайте. Мы не зря привели принцессу в Нефритовый Дворец. Ваши родители просили передать кое-что, если появитесь в Минами. Пройдите в ту комнату и взгляните. Времени много не займет. После можете отправляться в путь, – с закрытыми глазами произнесла Мерт.

Я неуверенно кивнула. Каника улыбнулась и последовала к двери, встав с правой стороны и замерев. Сестра же встала с левой стороны двери и открыла глаза, которые засветились зеленым светом. Дверь, которую украшали изумруды, стала подниматься вверх. Женщины-кошки стояли и не двигались, только из глаз зеленый свет лился.

Амор подтолкнул меня.

Заглянув за дверь, я обнаружила очень большую комнату, в которой ничего не было, кроме черного рояля. Стены, пол и потолок были сделаны из черного мрамора. А отсутствие света в комнате делало тьму еще черней и необъятнее. Пройдя несколько шагов в полной тьме, я споткнулась на ровном месте и упала на пол, нажав на что-то рукой. Внезапно, по стенам, потолку и полу стал ползти золотой песок, словно лился золотой ручей по земле. Это было похоже на то, как восстанавливалось мое зрение. Только вместо узоров на мраморе появлялись рисунки. Сначала песок быстро и размазано бегал по черному холсту. Но услышав мой голос, прекратил метаться и замер. Потом я еще сказала несколько слов, и песок нарисовал знакомый дом. Да, тот дом, в котором бегала маленькая, босоногая и счастливая Айли Мива. Затем к дому прибавилось четыре человеческих силуэта. Мама, папа, я и… А кто был четвертым? Поняв, что плохо знаю человека, стоящего возле мамы, песок нарисовал увеличенный портрет мальчика. Этому пареньку было столько же, сколько и мне на тот момент. Странно… И тут, вдруг, в воспоминаниях вспыхнула улыбка незнакомого мальчика, которая так запомнилась до слепоты. Да, черты лица схожи. Но все равно не узнала в мальчике кого-то близкого. Попросив сменить картину, приготовилась к самой неприятной сцене, но, однако, песок не желал менять слайд, настаивая на том, что я должна узнать парня. Затем волосы из песка превратились из золотых в пепельно-серые. Глаза стали тоже серыми. Не может… быть…! Арн… Так похож на Эйлерта… И это обещание… Арн же обещал рассказать все о родителях… Почему я забыла об обещании?

Поняв, что глупая девочка узнала парня, песок вновь стал скользить по черному мрамору. Следующая сцена – то, как мама и папа пили чай, и к родителям прибежала я, притащив жучка и попросив оживить насекомое. Да, это припоминаю… Но в памяти не было того, что в гости пришел Арн и сел рядом с отцом, показывая книгу. Потом я отвернулась, а мама стала колдовать. И вдруг – вспышка. Отец что-то шепнул на ухо Эйлерту и толкнул парня в сторону леса, а сам начертил круг вокруг меня, поставив защиту. Дом загорелся, полетели осколки. И из-под крыши появились громадные и острые когти. Дом был восьмиэтажным.

Огненный силуэт, напоминающий минотавра, стал есть каркас здания. Мама встала напротив и достала ключ, который я взяла в часовне. Из ключа вырвался тот огненный ягуар, что пронзил меня, и стремглав помчался к монстру. Казалось, что мощь ягуара немедленно уничтожит минотавра. Но, увы, существо поглотило ягуара, восторженно зарычав и увеличившись в габаритах. Мама растерянно опустилась на колени и заплакала, что-то прошептав. Потом минотавр кинул взгляд на беззащитную женщину и направил когти к маме. Но она просто так не сдалась, наколдовав защитное поле. Напор монстра был мощным, но мама, истекая кровью из-за расхода всех сил и магии, стояла до последнего вздоха. Да, и простояла бы, если не вмешался зеленый огненный шар, ударивший сбоку откуда ни возьмись. Послышался хохот. Такой хохот, что земля и дом задрожали, трескаясь и разрушаясь. Защита мамы ослабла, и женщина рухнула на землю, потеряв сознание. Увидев, что жена выдохлась и может потерять жизнь в любой момент, отец, ставящий знаки защиты вокруг леса и меня, понесся со всех ног к маме. Но силуэт человека, быстро переместившись к женщине, схватил маму за ворот и пронзил сердце кинжалом с лезвием в форме молнии. Затем незнакомец снял ключ с шеи женщины, что ползла в мою сторону и плакала, и стал разбегаться, чтобы нанести удар отцу.

А я все сидела, застыв, словно статуя, и закрывала глаза. На мгновение мама рассеяла защиту и посмотрела в глаза. Мои зрачки расширились, увидев пожар и хаос вокруг. А потом перевела взгляд на маму, которая грустно улыбалась, истекая кровью. По лицу текли ручьи крови, капли которых падали на белоснежное платье родной души. Это выглядело так, словно на белоснежную и чистую розу вылили банку красной краски.

Обняв в последний раз дочь, мама из последних сил позвала Арна, который должен был убежать, и передала мою холодную и дрожащую руку Эйлерту и приказала бежать в лес до тех пор, пока не сотрем ноги в кровь.

Арн со слезами на глазах кивнул и потянул меня в темный и страшный лес, наполненный мраком и холодом. Я не сопротивлялась потому, что прибывала в шоковом состоянии. Оглянувшись назад, надеясь на то, что это все сон или нелепая шутка, увидела, как папа, стоявший на коленях, упал на землю и больше не встал. Силуэт забился в конвульсиях от смеха, но потом стал нервно искать что-то. Но что, так и не успела увидеть, ведь я и Арн находились за 15 метров от горящего дома и бездыханных тел.

Казалось, мы что бежали по мокрой и холодной земле целую вечность. И выбившись из сил, Арн остановился, а потом резко схватил меня, потянув в высокую траву и прижал к груди так сильно, что стало больно. Парень долго плакал, а слезы бесконечно текли из серых глаз на мои волосы. Арн не отпускал меня ни на миг, приговаривая, что защитит любой ценой. А я же сидела и просто слушала, хлопая глазами и вдыхая запах гари рубашки Эйлерта, к которой он меня прижал. Но потом Арн резко встал и достал меч, оглядываясь по сторонам, а затем резко приказал бежать. Но я не могла сдвинуться с места без друга. Эйлерт крикнул вновь, чтобы я убегала. Потом послышался шелест и звук рвущейся рубашки. Арн развернулся ко мне и приказал вновь бежать. Потом парень улыбнулся, и изо рта потекла кровь. Друг прислонил меч к груди и упал в траву. Тогда земля трижды за день впитала алую и горячую кровь, наполненную болью и страданиями.

И тогда я расплакалась и подбежала к Арну, начав трясти друга. Но тут кто-то схватил за руку и направил яркий свет в глаза, ослепив, и стер память маленькой девочке. И это был тот силуэт, что убил родителей.

После вспышки золотой песок печально рассыпался по мрамору и испарился, оставив символ, который вскоре тоже исчез.

В голове крутился лишь один вопрос:

– Арн умер, защищая меня… Так почему Эйлерт сейчас целый и невредимый…?

Что-то тут нечисто. Может, воспользовавшись моей потерей памяти, враг завладел телом Арна и решил забрать ключ? А как же тогда ключ попал в часовню? В голове полная путаница.

Внезапно тьму рассеял свет, пролившийся из двери, которая вновь открылась.

– Принцесса, прошу. Комната просит покоя, – спокойно сказала Каника. Девушка мило улыбнулась и потянула за руку.

Но я резко ударила Канику по руке и серьезно спросила:

– Человек, который убил родителей… Как его зовут?!

Наступила тишина, которая стала резать по ушам. За дверью послышались взволнованные голоса и вздохи Амора и Далии. Мерт же спокойно стояла и смотрела на сестру. Каника упала на пол и попросила прощения за дерзость.

– Имя. Скажите имя! – повысив голос, крикнула со злостью я, нахмурившись.

Каника сжалась на полу и задрожала.

– Простите, принцесса Айли, но народ Минами не знает имени. Есть предположения, что охотился за стражами тот, кто и сам охранял Ворота Люцифера. Но никто не помнит настоящего имени. Только прозвище «Эспен» – поднимая сестру, сказала Мерт.

Это прозвище ничего не дает. Лишь знаю, что по-норвежски, Эспен – значит «предугадывающий». Может, он был провидцем?

– Где располагаются остальные хранители Врат? – резко и неуверенно спросила я.

Сестры переглянулись и покачали головой.

– Ну, а хоть имена предводителей народов известны? – устало спросила я, вставая с пола.

– Предводителя Северных Врат зовут Джуна, который возглавляет народ Кита. Предводителя Хигаши, то есть Восточных Ворот, зовут Эспен, но сейчас за Вратами периодически присматривает Сакура. А последнего не помню…, – успокоившись, сказала Каника и поклонилась.

– Сантери?! – в один голос сказали Амор, Далия и я, сильно удивившись.

– Вспомнила, кажется, правителя народа Ниши, Западных Врат, зовут Арн Эйлерт. Но он умер еще в детстве, – проводив нас в беседку, которая стояла в центре холла, сделанная из белого фарфора, сказала удовлетворенно Мерт, наливая чай.

И после такого заявления три чашки, причем очень дорогих, полетели на пол и разбились. Переломный момент настает тогда, когда человек узнает о родной душе то, что никогда не знал или некогда помнил, но забыл. Печаль, грусть и тревога окутывают сердце, заворачивая и завязывая его в пакете, перекрывая воздух. Кислород. Незнание порой лучше знания. Когда кто-то вступает на новую, еще никем неоткрытую землю, не зная, что впереди, то является счастливчиком. А когда заходит все дальше и дальше вглубь острова – начинает понимать, что нет обратного пути назад, что больше не сможет найти ту дорогу назад, по которой сам и пришел. И вроде бы, вокруг все одинаковое: листья, трава, деревья… И чутье смогло бы подсказать дорогу обратно, если бы человек того захотел. Сталкиваясь с чем-то новым, мы всегда теряемся и забываем то, что копили всю жизнь. Все знания и навыки. Все чувства и эмоции.

– То есть вся Синяя Звезда полностью из хранителей Врат состоит?! Ничего себе! А ведь и не скажешь…, – резко встав со стула и треснув по столу кулаками, оживленно и радостно произнес Блэйк, у которого даже черные локоны заблестели. Вот так друг был взволнован…

Далия улыбнулась и похлопала господина по спине. Но почему все упустили один важный момент?

– То есть, меня одну смущает тот факт, что Арн – давно умер? – язвительно произнесла я, отвернувшись в сторону.

Восхищение и радость исчезли с лиц Рэд и Блэйка. Далия встревоженно посмотрела на рацию, которая завибрировала на столе. Амор закрыл глаза и произнес неуверенно:

– Да, это весьма настораживает… Но, прежде, чем делать выводы, нужно поговорить с Эйлертом. Или Сантери. Может, Джуна знает что-то?

Далия кивнула и сказала:

– Синяя Звезда пытается связаться с нами. Ответить?

Амор посмотрел на меня вопросительно, дав возможность решить. Немного подумав, решила, что будет правильно, если ответим. Даже, если Арн – враг, нужно подумать в первую очередь о Джуне. Поэтому неуверенно кивнула, дав согласие. Далия медленно поднесла рацию к губам и нажала кнопку, тихо произнеся:

– Прием. Это Далия. Никто не ранен. Объекты находятся в полном порядке.

Сантери облегченно вздохнул и спросил, когда вернемся обратно. После чего я поблагодарила Мерт и Канику за гостеприимство и извинилась. Рассказав о том, как родители любили меня и просили беречь ключ, Мерт проводила команду до пристани.

– Солнце – как человеческая жизнь. Сначала восходит и светит ярко, а потом скрывается за горизонтом, окунаясь в тьму. Прошу, принцесса Айли, не забывайте об этом. И не забывайте о своем народе. Навещайте Минами, – сказала спокойно Мерт, ласково улыбнувшись, когда мы уселись в лодку.

– Клянусь, что еще вернусь в Минами. Клянусь, что сохраню ключ и уничтожу угрозу, что нависла над Вратами. Спасибо за все, и до свидания, – дружелюбно произнесла я. Далия и Амор тоже попрощались и поблагодарили сестер.

Немного отплыв, заметила, как внезапно на пристани появилось много народу, которые прощались и махали руками нам. Народ Минами проник в сердце, тронув теплом и доброжелательностью до глубины души.

Глава 7

Выбраться из-под завалов и грязи было почти невозможно. Простым людям. Но и нам, некромантам пришлось попотеть. Чтобы убрать преграды с дороги Далия и я объединили силы, создав смесь из магии. Только непонятно, как конвергенция магии проникновения и магии чувств разрушала камни, почти взрывая булыжники.

В конце концов, наша команда вышла на тропу, которая привела к разрушенному мосту возле часовни на горе.

– Как перебираться будем? – устало спросила я, сев у обрыва.

Блэйк положил руку на плечо, якобы, чтобы я не волновалась, и достал кинжал. Потом сел возле обрыва как я, и закрыл глаза. Черные локоны мгновенно стали переливаться. Во время транса, Амор в воздухе кинжалом начертил круги со знаками, которые располагались на месте моста. А потом, закончив чертить, Блэйк что-то сказал шепотом, и волосы Амора удлинились. Волосы прошли через круги и создали узенький мостик. Ничего себе… У Блэйка еще волосы живые… Бр-р-р! Потом парень приказал немедленно пройти по мосту. А после того, как Далия и я оказались на другом конце пещеры, Амор собрал волосы и просто перелетел через обрыв.

– А сначала так сделать не мог? – удивленно спросила я.

Друг улыбнулся и горделиво сказал:

– Ну, вы с Далией не обладаете пока такой силой.

– Мне кажется, что господин затратил больше сил на создание моста, чем если бы перенес девушек два раза. – разочарованно сказала Рэд, обняв меня за плечи.

Капитан впал в ступор, после чего ударил ладонью себя по лбу, пробормотав, чтобы перестали умничать. Вскоре, свет ослепил глаза, а чистый воздух заполнил легкие. Что-то возле входа пещеры изменилось… Точно, образовались пруды, выросли цветы… И, кажется, все из-за меня…

– Айли! – послышался взволнованный, но радостный голос.

Арн бежал навстречу и улыбался. У друга был вид самого счастливого человека на свете. Эйлерт, не сдерживая эмоций, подбежал и крепко обнял, спросив, как самочувствие.

Как же не хотелось того, чтобы Арн оказался врагом… Такого искреннего и милого человека еще поискать бы. В голову вдруг стукнули воспоминания того, как Эйлерт вел себя. И сомнений не осталось. Арн – настоящий. Вечная искренняя улыбка, смешанная с беспокойством; тепло, отражающееся во взгляде; дружелюбность, которую невозможно скрыть…

– Эйлерт, не советую так сильно прижимать Миву к груди и душить в объятиях. Хоть, ты – друг Джуны, но Сантери рассердится, увидев, как девочка с другим обжимается. – язвительно сказал Эрно, с ноткой обиды и проигрыша в голосе. И откуда Регнер успел вылезти?! Я даже вздрогнула от неожиданности.

Эйлерт непонимающе уставился на Эрно, а потом прижал меня к груди еще сильнее. Регнер рассерженно фыркнул, а глаз парня резко задергался. Ей, Богу, как два петуха выделываются друг перед другом за место в курятнике. Пока Арн и Эрно язвили, все остальные члены СИРИУСа вышли из пещеры, направив взгляды на почти дерущихся Регнера и Эйлерта. Эрнеста закатила глаза, подошла к Эрно и резко схватила за шиворот, потащив в сторону амфитеатра. Как парень не вырывался, сила блондинки была явно больше, чем у него.

– Опять голубки воюют? – смеясь, спросил Флориан, отряхиваясь от пыли.

– Не время глупостями заниматься. Нужно возвращаться в штаб и доложить кое о чем. Похоже, в Синей Звезде есть небольшие проблемы. Расскажу потом. На собрании. – проходя мимо Флориана, шепнул на ухо Амор. Таким серьезным я Блэйка еще не видела.

Разняв два петуха, которые уже катались друг на друге в пыли, а Эрно, видимо, вырвался из рук Эрни, Далия крикнула мне, чтобы ни о чем раньше времени не волновалась.

– О чем это Рэд? – подходя, спросил недовольный Эйлерт. – А, да, не важно… Главное, Айли цела!

Потом Арн вновь заключил меня в объятия.

Вдруг послышался хлопок, будто кто-то стукнул рукой по кожаной куртке, и Арн чуть ли не отлетел от меня на несколько метров. Но парень, как умелый воин, смог уклониться и смягчить удар. Передо мной появился парень с черными длинными волосами, как крыло ворона, в черном плаще и шляпе, из-под которой блестели красные глаза.

– Не трогай мою девушку. – спокойно произнес Джуна, просверлив в друге несколько дырок глазами.

Появление Сантери было похоже на то, словно черный ворон хищно приземлился на землю, чтобы схватить добычу. Но увидев, что это всего лишь палка, успокоился и превратился в человека. Или похоже было на то, будто ветер, ласкающий волосы, снял с шеи шелковый черный шарф и мягко уронил на траву. А во время падения шелк превратился в изящного и прекрасного юношу. Но больше всего господину подходило такое описание: утонченный и острый меч, пропитанный кровью сотнями жертв, который лежал без дела довольно долго, вытащили из ножен так грациозно, что противник был ослеплен сиянием и силой оружия.

Пока я была в Минами, не разу не подумала, что скучаю по Сантери. Но, ощутив тепло тела и запах кожи, почувствовав и услышав любимое сердцебиение, поняла, что действительно соскучилась. На душе стало так спокойно, словно вернулась в родной дом. Почувствовала с Джуной себя в безопасности.

Поддавшись чувствам, обняла господина, стоявшего ко мне спиной, и уткнулась в плащ. Эта прохлада…, ставшая чем-то родным. Свои руки я прижала к груди Сантери, почувствовав, что он стал полностью моим.

И впервые, за все время, почувствовала, что я и господин стали единым целым, чью связь невозможно разрушить.

Сантери дал сплестись нашим ладоням и пальцам, прижав руки к сердцу.

– Ни за что не покидай меня, Айли. Прошу, не покидай! – пытаясь сохранить отчужденность в голосе, но напрасно, сказал взволнованно и серьезно Джуна, развернувшись ко мне и проведя рукой, облаченной в кожаную перчатку, по лицу. Прикосновение было таким слабым, будто парень гладил хрустальную вазу и боялся разбить.

Подняв мой подбородок и страстно схватив за талию, поцеловал в лоб, а затем в щеку.

– Не хочу торопиться, ибо человек, жаждущий получить все и сразу, остается с пустыми руками. Айли, я постараюсь быть нежным и не причинять больше тебе боли. Сначала, увидев тебя впервые, едва сдерживался, чтобы не завладеть твоим сердцем. Поэтому старался изо всех сил оттолкнуть дорогого мне человека. Но увидев любимую с другим парнем – сломался и дал клятву, что сделаю все, чтобы ты простила глупца. – упав на колени и прижавшись к моему животу, сказал господин, держа руку.

– И я эту связь почувствовала… – присев на корточки, нежно произнесла я.

Джуна посмотрел в мои глаза и обнял так крепко, что легкие лишились кислорода. Но теперь кислород был вовсе не нужен. Моим воздухом стал Сантери, сделавший жизнь такой замечательной.

Внезапно, земля задрожала вокруг нас. Из-под глины вырвались розы с острыми и колючими шипами, вода и огонь. Розы обвили наши руки, вонзив ядовитые шипы в кожу, выпустив чистую и горячую кровь наружу. Нет, это не пугало. Такова была клятва Джуны в вечной любви с помощью обмена кровью. Шипы скользили от кончиков пальцев до плеч, медленно достигая шеи. Эйфория. Боль причиняла удовольствие. Огонь и вода объединились. Сжигая плоть и запекая кровь, льющуюся по горлу. Еще, прошу, еще…

– …упала в обморок. Давно не ела, много информации получила, эмоционально переутомилась. С людьми часто такое бывает… – где-то вдалеке, но мгновенно приближаясь, послышался голос Арна.

– Глаза открыла. – сказал Сантери, выдохнув.

И почему это я лежу на диване корабля Синей Звезды? Когда я успела упасть в обморок? Непонимающе похлопав глазами, стала приходить в сознание.

– Что случилось…? – вяло и растерянно спросила я, приподнимая голову.

Джуна покраснел и отвел взгляд. Арн же ухмыльнулся и недовольно произнес:

– Сантери тебя так обнял, что ты потеряла сознание от нехватки кислорода. Но это от большой и чистой любви… Ай, больно же!

От смущения Джуна ударил Эйлерта по плечу, оставив приличный след. И всего немного прикоснулся к другу, а такой удар нанес…

Получается, что шипы и розы – плод моей больной фантазии. Наркомания в легкой форме. Но Сантери все же признался в любви. Надеюсь, это хоть не сон…

Напряженную атмосферу вдруг нарушил знакомый голос, который пел строчки из песни, посвященной Филамэль.

– Айли, с добрым утром. Эти бездари пытались приготовить тебе поесть, но попытки не увенчались успехом… Всю кухню спалили… Пришлось перепрыгнуть на корабль Синей Звезды и заняться завтраком. Иначе, опять в обморок упадешь из-за этих криворуких. – неся на плече большой серебряный поднос, сказал горделиво Фэлан, нежно улыбаясь.

– Позволь, я сам покормлю красавицу сегодня? – зайдя в кабину пилота, игриво произнес Эрно, выхватив поднос у Шервуда. Потом плюхнулся возле меня и приобнял. Бровь Сантери резко вздернулась, а на шее выступила вена.

Затем друг помог присесть и начал кормить меня кашей, нарочно измазывая рот, чтобы потом вытереть крошки назло Арну и Джуне. Фэлан же заинтересованно уставился на тарелку, переведя взгляд на меня.

– Ну, как? Вкусно? – самодовольно спросил Шервуд, влюбленно смотря на кашу. Странный парень… Наверное, кроме готовки и Филамэль, Фэлана в жизни ничего не интересовало. Я смущенно кивнула.

– Ну, вот. Я думал, что Сантери рассердится, но из-за влюбленности Джуна стал тряпкой…! – язвительно сказал Регнер, изображая разочарование. – В следующий раз, когда будешь себя плохо чувствовать – позови меня, чтобы покормить, сладенькая.

Сантери кинул испепеляющий взгляд на Эрно, блеснув темно-красными глазами. Регнер поднял руки, словно сдавался, а потом засмеялся, произнеся:

– Такой милашка!

Последнее явно меньше понравилось господину… Вспыхнув, как молния, Джуна повалил Регнера на пол и стал лупить, сдерживаясь от смеха. Все остальные тоже рассмеялись. Все, кроме Арна. Эйлерт молча сидел и задумчиво смотрел на пол, периодически нахмуривая лоб и опуская брови. Друг выглядел таким серьезным, что ужасно пугало.

– Почему ты сказала, что ненавидишь меня…? – тихо спросил Арн, тоскливо посмотрев в мои глаза. Другие не слышали, увлекшись игрой.

– Что? – не поняла я.

Эйлерт крепко сжал кулаки и напряг шею.

– Во сне ты сказала, что Арн – умер. Что друг – убийца. Что не простишь меня никогда… Почему…? – чуть ли не плача, произнес Арн, склонив голову.

Неужели, во сне болтала? Похоже, я выложила все, о чем узнала в черной комнате с золотым песком…

– Стой, ты не так понял… Просто… В Минами… Я кое-что узнала о прошлом… – сказала нервно я, опустив глаза. – В прошлом Арн Эйлерт… – умер.

Перед последним словом сделала паузу, после чего зрачки друга расширились, а по лбу покатились ледяные капли пота.

– Что за…?! Откуда…?! Ты не должна была… узнать…! – резко встав с дивана, крикнул Эйлерт, испуганно посмотрев на меня. Остальные, увлекшиеся игрой, вздрогнули и повернулись в нашу сторону, непонимающе взглянув.

– Приятель, чего ты так расшумелся? – нервно спросил Регнер, вставая с пола.

Джуна опустил голову и вздохнул. Неужели господин все знал?

– Ребята, вам лучше вернуться на свои корабли… – серьезно сказал Сантери. Шервуд и Регнер кивнули и скрылись за дверью.

– Откуда ты знаешь о прошлом Арна? – присев рядом, спросил спокойно Джуна, поглаживая меня по шее.

Опустив глаза, я все спокойно рассказала, что произошло в Минами. Кроме того, что узнала о родословной Синей Звезды.

После рассказа Арн остыл, виновато почесав затылок, а Сантери задумчиво уставился в потолок.

– Пожалуй, сменим курс. Пойду поменяю координаты. Нужно кое-куда заскочить. – встав с дивана, решительно произнес господин, похлопав приятеля по плечу. Эйлерт кивнул и поспешно удалился из салона пилота.

– Куда тогда теперь полетим? – переодевшись, спросила я, сев на пилотское кресло.

Господин улыбнулся и сказал:

– Секрет. Не думай о том, что ждет впереди. Наслаждайся настоящим. Например, этим чудесным закатом, после которого взойдет Луна. А я люблю Луну. Она такая холодная и далекая, неприступная и величественная. Кажется, если Луна сорвется с неба, то раздавит весь мир.

Когда Джуна говорил о Луне, в глазах промелькнула любовь и одиночество. Да, они похожи… Оба такие далекие и отчужденные.

Но закат красно-золотистого цвета был не менее прекрасным. Теплые и ослепительные лучи проникали через стекло, предавая комнате волшебный оттенок. Пылинки, летающие в кабине, прячась в тени, становились похожими на пушинки, когда солнечные лучи падали на них. Так и хотелось коснуться пылинок, чтобы те окутали волшебством невесомости, чтобы присоединиться к полету. Но, как только солнце село за гору, забрав лучи с собой, пыль стала пылью, которая вновь осела на мебель. А комната погрузилась во тьму.

Незаметно, заглядевшись закатом, я уснула. Даже кто-то пледом накрыл.

Открыв глаза, я увидела внизу маленькие домики, которые прятались в гуще леса, но, все же, были видны крыши. Ах, ароматом сосен и елей потянуло. Приятный и знакомый запах.

Приземлившись на поляне, где росли одни красные маки, возле леса, мы втроем вылезли из корабля.

– Ну, вот, приехали… Теперь следуйте за мной. И, желательно, не отставайте. Ведь, скоро настанет ночь… Кто знает, что в этих лесах водится. – спрятав катану под плащ, сказал таинственно и азартно Джуна, зажегший факел. А затем господин ступил во мрак леса.

Эйлерт, который переоделся в любимую белую рубашку и черные кожаные штаны, цокнул языком и вытащил лук.

Взгляд Арна так изменился, превратившись из доброго и теплого в холодный и грустный. Затем и друг ступил во тьму леса, расстегнув рубашку, оголив торс. И зачем это Арну? На улице не совсем жарко… Может, он так чувствует себя более уверенно?

Последовав за Сантери и Эйлертом, зажгла факел, освещая путь.

Крики совы, шорохи ночных зверей, вой волков, скрипы веток деревьев – это было ужасно. Каждый шаг я делала, то и дело оглядываясь. В конце концов, из дупла вылетели летучие мыши, после чего я вцепилась в рубашку Арна и не отпускала всю дорогу, крепко зажав в руке.

Взошла и Луна, на свет которой шел Джуна, потушивший факел.

Чем глубже мы входили в лес, тем сырее и холоднее становилось. Даже мурашки побежали, и гусиная кожа появилась.

Потянуло запахами травы. А через несколько шагов мы оказались в длинной траве, которая была по голову. Эйлерт встал, как вкопанный и недоверчиво покосился на господина, который грустно улыбался.

– Узнаешь? – тихо и самодовольно спросил Джуна, присев и потрогав пальцем землю, после чего докоснулся языком до грязи.

– Э-э, это то место, где Арн прятал меня… – неуверенно сказала я, поморщившись от того, что Сантери с грязью на пальце сделал.

Господин ухмыльнулся, встав с корточек.

– И земля помнит. Кровь, что потерял Арн все еще питает эти растения. Вкус крови перебивает вкус даже земли. Такой приторный и металлический… Разумеется, Эйлерт не должен был узнать о прошлом, о тебе, – посмотрев на Луну, опечаленно произнес Сантери, сверкнув глазами. – Но кое-кто проболтался… Сакура сочла нужным все рассказать. Пришлось заточить Арна в оковы, чтобы, от принятия столь сильных и грустных воспоминаний, парень не сошел с ума. Когда некроманты воскрешают людей – человеческая память стирается. Сам человек становится непотомственным некромантом, который знает лишь настоящее и будущее. Но с Арном было намного сложнее, ведь он – потомок одной из древнейших семей некромантов. Поэтому процесс восстановления памяти – опасная затея. Но…

Джуна оглянулся, переведя взгляд на меня и мягко улыбнувшись.

– Говоришь так, будто сам оживил Эйлерта… – нервно сказала я, теребя рубашку друга, за которую еще держалась.

Сантери грустно улыбнулся и подошел к Арну, посмотрев в глаза.

– Мне показалось, что наследник Ниши, Западных Врат, не должен был просто так отдать жизнь в чужие руки… Плохого человека, если Это человеком назвать можно… Да, плюс, поступок Арна заставил ненадолго растопить мое холодное сердце. Я тогда приезжал по делам в эти окрестности… Возвращаясь обратно, решил прогуляться в лесу. А дивный запах лилий заворожил и повел в ту сторону, где плакала маленькая девочка, и храбро защищался отважный воин, который должен был остаться жить… Хотел вмешаться, но не успел. Магия тени обладает необычайной силой, заставляющей подчинять время и души. В тот момент, когда клинок пронзил тело юноши, Арн успел схватить тайком ключ, спрятав в руке. И тогда я все-таки вмешался, прогнав тень Светом Мотылька. Но, увы, не рассчитал уровень магии и перестарался, ослепив Айли и стерев память… – грустно произнес господин, сжав кулак до посинения.

Внезапно послышались шорохи в траве, на которые, разумеется, никто не обратил внимание. Но все же что-то подсказывало, что ветер здесь вовсе не причем.

– После, я возвратил Эйлерта к жизни. Ведь его желание защитить Айли, которую поручили, как старшему брату, было сильнее желания жить. Но прежде, нужно было что-то решать с Айли. Услышав перезвон колоколов церкви при школе, что располагалась около 300 км отсюда, решил, что, пока не наступит время пробуждения – отдам монахиням на попечение. Но сердце каждый раз сжималось от боли и мысли о том, что может что-то случиться с тобой. Что тебя могут найти раньше, чем проявится сила потомка семьи Мива. Поэтому попросил приставить Рэд, которая наблюдала за юной принцессой Минами. Через несколько дней в венах Арна появилась мертвая кровь, приносящая парню силы и жизнь, постепенно разливаясь по всему телу. Прошли года, Эйлерт стал вспоминать прошлое, мучаясь от кошмаров и голоса Айли, что звал на помощь. Прошлое раскрылось перед отважным принцем народа Ниши. И парень импульсивно бросился на поиски прекрасной и умной девушки, которая, открывая глаза каждый день, видела лишь тьму. Но любовь Арна не знала границ. Друг до последнего пытался рассеять тьму, когда девушка засыпала – Эйлерт тихо плакал рядом и молился за подругу. Молил, чтобы память не вернулась. Ведь он не хотел видеть боль и слезы самого дорогого в мире человека. Но Судьба, разумеется, слушать не стала. Когда девушке исполнилось 17 лет, весь отряд СИРИУС почувствовал стуки сердца, импульсы магии. Каждая стена дрожала от могущества пробуждающейся принцессы. Каждое сердце солдат СИРИУСа стало биться в унисон с сердцем прекрасной Айли. Через каждый лес и горы разлился сладкий аромат кипящей крови, что бушевала в венах Мивы. Это почувствовали и чудовища. Тогда, наконец, я и Айли встретились, спустя много лет. Как же душа ликовала при встрече. Было ощущение, что я вновь обрел крылья. Но все равно пришлось сдерживаться до последнего. Агата всегда говорила, что придет время, и я соединю цепи любви с тобой, бросив прежнюю любовь в пропасть. Но Мадлен продолжала верить в возможность будущей любви, так и не познав ее до конца… – опустив голову, произнес взволнованно Джуна.

Арн любит меня еще с детства?

– Ш-ш-ш… – послышалось рядом с ногой, проносясь мимо сквозь длинную и толстую траву.

Почему Джуна и Эйлерт никак не реагируют на звук? Только меня одну волнует то, что мурашки по коже ни с того, ни с сего появились? По коже то и дело пробегал неприятный холодок, похожий на прикосновение мертвеца.

Сантери продолжал жестикулировать и что-то говорить, но звук куда-то исчез. Стояла полная тишина. Только шипение и шелест слышались рядом.

– Здесь кто-то есть… – прошептала тихо я, но даже Арн, стоявший рядом, не услышал. Вокруг стало все плавать и кружиться, словно от усталости или психотропных веществ.

Ветер вновь скользнул по руке, но порезал ладонь в этот раз, нарисовав из ран и крови Звезду Давида. Капли не стали падать на траву, а поднялись вверх, словно не было притяжения. И, внезапно, я увидела краем глаза черную, как уголь, тень, которая летала возле ног Арна и радостно ликовала. А с появлением крови, которая стала распадаться на молекулы в воздухе, появилась целая дюжина. Смеясь и гневно ворча, тени касались тел Джуны и Арна, пытаясь разрушить барьер из ауры. Но пока ничего не получалось.

Приготовив катану для сражения, стала пальцем медленно вытаскивать оружие. Но внезапно стрела пролетела рядом с моей щекой, немного полоснув кожу, да с таким свистом… Обернувшись, увидела, Хефину в плаще, быстро достававшую стрелы из колчана и заряжавшую лук. В глазах девушке горела жажда мести и сражения.

Только после нескольких выстрелов, Джуна понюхал воздух и достал трость, и вызвал черную дымку, окутав поле черным туманом.

– Так и знал, что любимая здесь. Опять попалась, глупышка! – сказал знакомый мужской голос рядом, схватив меня за плечи и притянув спиной к себе.

Люцифер. Эти волосы и цвет ауры невозможно не узнать.

– Аин, возьми Арна! Меинвен и Нуала – вам Джуну. Хефина– тени, – развернув к себе, произнес спокойно один из С5. – А я займусь Айли. Красивым цветком, что распустился совсем недавно.

Достав катану, я вырвалась из объятий Люцифера и прыгнула на дерево, где сидела Хефина, целившаяся вовсе не в тени, а в господина. Ранив предводителя С5 в ребро, столкнула Хефину вниз, во мрак, ударив ногой по лицу.

Слетев следом с ветки, по запаху стала искать зеленоглазую в темноте. Но, внезапно, одна из теней схватила меня за ногу и потащила в противоположном направлении. Острым лезвием меча коснулась тени, пронзив насквозь. А рана быстро затянулась.

Путь перегородила красноглазая девушка с вьющимися кремовыми волосами до пояса, одетая в золотые доспехи. В руках незнакомка из С5 держала трезубец, острия которого были разных цветов, а потом резко полетела на тень, порвав нечто на мелкие кусочки.

Освободившись от грязных лап непонятного существа, приготовилась к тому, что девушка нападет и станет рьяно пытаться убить ненавистного врага. Но, к удивлению, красноглазая протянула руку и сказала:

– Я – Аин. Объединим силы и убьем тварей?

Я удивленно кивнула и подала руку, встав с травы.

– Следуй за мной. Зрение красного орла – отличный путеводитель во тьме некромантов. Как только почувствуешь ауру теней: руби с правого плеча, развернув корпус на 180 градусов. – насторожено произнесла тактичная Аин, двинувшись вперед на полусогнутых ногах.

– Слушаюсь. – тихо ответила я, занеся левую руку с катаной перед правым плечом.

Огибая темные завитки мрака, иллюзии воздуха и дыма, миражи, Аин плавно двигалась вперед, шаря красными глазами и зрачками, как у орла. Послышался шорох с левой стороны. И смех. Детский смех. Затем плачь, который становился все сильнее с каждой секунды.

– Не слушай! Это обман. Поддашься – рассыплешься на молекулы. – сказала строго воительница, закрывая уши. Я решила последовать примеру.

Но я не слушала голоса или стоны, только звук ветра и свист. Свист, который издавали тени, двигаясь в черном тумане.

И шелест становился все слышней и слышней, а по коже пробежал холодок. Пора.

Поставив ноги на ширине и крепко обхватив рукоятку, я развернула корпус на 180 градусов и со всей силы рассекла мечом воздух. На спину хлынула синяя кровь, растворившаяся во мраке. Кровь врага.

Обернувшись, я увидела, как от боли на полу ерзают пять теней, держась за раненый участок плоти. Но рана засияла и сожрала темных тварей, словно бумага сгорела и обратилась в пепел.

Но ликовать и радоваться не стоило так рано, ведь никто не знал, сколько этих существ было. Приходилось стоять на страже, прислушиваясь к каждому шороху. Постепенно, черный туман осел на траву, а лунный свет упал на глаза, ослепив, после долгого пребывания во мраке. А когда зрение вернулось, я увидела на земле раненных товарищей и врагов, С5. Почти все лежали без сознания, в крови. Но было странным то, что тени резко куда-то исчезли, как только рассеялся туман. Да, ладно, не стоит сейчас на этом заострять внимание. Нужно помочь Джуне, Арну и еще этим С5.

– Помоги, своим товарищам. Я помогу С5. Спасибо за помощь, Мива. Еще сочтемся. – одобрительно кивнув, сказала сосредоточенно Аин, рвущая одежду на себе.

Поблагодарив в ответ, я подбежала к Сантери и Эйлерту, и провела рукой по ране, чтобы излечить. Но раны не затянулись сразу как обычно, только с десятой попытки удалось активировать регенерацию кожи и клеток. Что за напасть?!

– Что же делать…?! Раны не затягиваются… Не поможет тут обычная перевязка… – перебегая от одного к другому, взволнованно шептала Аин.

Оставив друзей отдыхать, я подошла к Хефине и осмотрела рану. Ничего не понимаю. Враги одни и те же, а раны разные. Из поврежденной кожи Сантери и Эйлерта текла обычная красная кровь. А у С5 на коже быстро появлялись ожоги, выделяя зеленую жидкость, похожую на яд.

Проведя ладонью по ране Хефины, я отлетела на пять метров от нее и упала на Люцифера.

– Мива, наши магические сферы и способности – противоположны. Поэтому темный маг не может помочь светлому. – покачав головой, грустно произнесла девушка.

Да, тут все не так просто, но почему-то я чувствовала, что смогу излечить врагов. Если вылечить снаружи не могу, значит, нужно как-то придумать лечение во внутрь.

– Если дам крови выпить своей, вылечу? – порезав руку, спросила я Аин. Девушка кивнула головой, сказав, что кровь некроманта – яд для архангелов. Так С5, получается, архангелы?!

Внезапно Люцифер раскрыл рот, выдохнув тяжело, так, будто кислород кончался. Тогда попробую искусственное дыхание сделать…

Зажав нос противника, медленно прикоснулась к губам, запустив в легкие кислород. И, чудо, ожоги стали потихоньку исчезать. Чтобы излечить от яда, одного искусственного дыхания, явно, было мало. Поэтому вновь прикоснулась к губам Люцифера, запустив воздух. Но потом архангел сильно схватил мою талию рукой, оставив лежал на себе. Открыв глаза темно-синего цвета, улыбнулся и поцеловал меня.

– Попалась… Медсестра Мива, прошу, дайте еще раз вакцину. – погладив меня по лицу, сказал хитрым голосом Люцифер.

Вакцину? Какую вакцину?

Немного отпрянув от архангела, постаралась аккуратно вырваться из объятий парня, но Люцифер еще сильнее притянул к себе, нежно прикоснувшись губами к щеке.

– Лекарство. Жду. – игриво произнес нахальный архангел, скользя теплым дыханием по моей коже. Ох, если это увидит Сантери, то никто не уцелеет после такой-то бури…

Ударив током Люцифера, тем самым, ослабив хватку, резко вырвалась из сильных и крепких лап предводителя С5.

Архангел озабоченно улыбнулся, закрыв глаза и спокойно произнес:

– Как жаль… Ну, ничего. Все равно Айли станет моей, рано или поздно. Теперь же, стоит отдохнуть, а затем убить членов Синей Звезды.

– Господин, Акира. Не думаю, что стоит сейчас этим заниматься. К тому же помощь Мивы… Нам нужна ее сила, чтобы излечить остальных. – подойдя к Люциферу, тревожно произнесла Аин, шепнув на ухо господину.

Акира сделал задумчивый вид и улыбнулся.

– Ах, Аин Рэн, ты права, как обычно. Дождемся, пока Сантери и Эйлерт вылечатся. Иначе, это будет низко, если мы убьем слабых и раненых врагов. А победа считается победой тогда, когда силы противников равны в бою. Когда проигрывает тот, кто слаб духом. – сказал весело Люцифер, переведя взгляд на меня, медленно вставая с земли. – Айли Мива, прошу, помоги слугам. Ибо щедро вознагражу, отпустив Синюю Звезду.

Этот змей!!! Как же Акира раздражает!

Кивнув, сквозь зубы пошла лечить остальных из С5. Реакция архангелов была одной и той же: нервно хлопали глазами, искали оружие и отпрыгивали от меня, как от огня.

– Что ты делаешь?! – внезапно послышался раздраженный голос за спиной, когда я лечила Хефину.

Обернувшись, увидела недовольного Джуну, который презрительно смотрел на архангелов, держа наготове меч.

– Помогаю… Конечно… – начала я, встав на ноги поклонившись, но Сантери перебил.

– Эти овцы чуть не убили нас, выпустив древнюю и черную магию! – посмотрев на Люцифера, крикнул Джуна, обнажив катану.

Внезапно с лица Акиры сползла горделивая и наглая улыбка. Архангел выглядел озадаченным, будто его кто-то по голове ковшом ударил со всей силы. В глазах промелькнули задумчивость и страх. Складывалось впечатление, что Люцифера поставили в тупик и закрыли выход.

– А… разве тени не вы выпустили…? – нерешительно спросил Акира, расплетая косу.

Джуна онемел. Такого точно никто не ожидал из них. Ну, разве не очевидно, что ни С5, ни Синяя Звезда не причастны? Похоже, только я и Аин поняли, что кто-то третий стоит в стороне. Посмотрев на мисс Рэн, которая смотрела на меня, девушка кивнула и спокойным тоном произнесла:

– Господин, Люцифер. Еще прибыв в лес, я почувствовала инородную и чужую силу, которую вызвала третья сторона. Увидев Миву, которая растерянно стояла в тумане и ничего не понимала, только подтвердила догадку. Никто из нас не виноват.

Глаза Акиры вылезли из орбит. А пальцы, заплетавшие косу обратно, искривились и напряглись.

– Ложь!!! Не может быть такого, чтобы эти химеры из СИРИУСа не были к подобному причастны! – крикнул разочарованно архангел, достав из рукава фальшион (клинковое оружие, с расширяющимся к концу коротким клинком).

Акира быстро ринулся на Джуну, занеся оружие за спину и высоко прыгнув к солнцу, чтобы ослепить противника и сбить с толка. Но некромант видит абсолютно во всех ситуациях, не зависимо от степени освещения. Поэтому Сантери ловко отпрыгнул в тот момент, когда архангел как метеорит спустился вниз, разрезав воздух. Обогнув Акиру, Джуна поставил подножку и толкнул ногой парня в спину, который упал и прокатился по земле кубарем. Но никто даже не заметил, когда Сантери нанес Люциферу ранение катаной, причем глубокое. Кровь хлынула изо рта и спины, окрасив траву в алый цвет.

Сплюнув кровь, архангел встал и ухмыльнулся, погладив рану на спине, которая тотчас же затянулась. Щелкнув пальцем, Акира засветился, преобразовав ауру в защитное магическое поле. Вау, это было так красиво. Просто невероятно. Казалось, что сам Бог спустился с небес, чтобы подарить жизнь родившемуся младенцу.

– Думаешь, если меня вышибли из Совета Небес, то я потерял силу? Ха-ха-ха, падшие ангелы не теряют силу, только разрешение на визит на небеса. – вытирая кровь с губ, сказал Люцифер, хитро ухмыльнувшись.

– Да, нет. Самое главное в борьбе, не недооценивать противника. Поэтому, Азазель, уверен, что ты самый сильный противник. – сказал спокойно и хладнокровно Джуна, пригнувшись и приготовившись к борьбе.

Бровь Акиры подскочила.

– Откуда…? – растеряно спросил архангел.

– Откуда я знаю о твоем настоящем имени и обличии? Ну, пришлось долго провозиться со сбором информации. Вот, почему я никогда не чтил и не считал священным С5. Ведь предводитель архангелов – падший ангел, переметнувшийся на сторону демонов. Интересно, подчиненные об этом знали? – победно улыбнулся Сантери, выпрямившись и облокотившись о дерево.

Золотой свет Люцифера погас.

– Знали. Весь С5 состоит из падших ангелов. Каждый состоит в ордене не под настоящим именем. Ибо пришлось добиться от Небес разрешения на создание С5 через ложь. – спокойно ответил Азазель, убрав фальшион обратно в рукав мантии.

– И ты думаешь, что Небеса не знали о том, что С5 состоит из падших ангелов? Какой наивный. – давясь от смеха, сказал с издевкой господин, подойдя и обняв меня. Тепло окутало тело.

– Ангелы позволили создать орден потому, что знали цель создания С5. Вы же боритесь за справедливость, хоть и вечно делаете все наоборотж – дополнил речь Арн, который появился, откуда ни возьмись.

Хефина кинула на Эйлерта укорительный взгляд, одарив ненавистью и раздражением.

– Борьба за справедливость – все, что осталось у падших ангелов. Когда-то никто из С5 не подозревал о том, что будут изгнаны с Небес. Все произошло после войны между ангелами и демонами, о которой никто не знает, кроме самих участников. В той борьбе за власть свет и тьма смешались, разрушив понятие белого и темного. Небо окрасилось в серый, как и подземелье, собственно. Ангелы не смогли отличить своих от демонов. Демоны не смогли отличить слуг от ангелов. Брат убивал брата, друг убивал друга. В конце концов, до Совета Ангелов дошли слухи о том, что есть те, кто перебрался на сторону демонов, перебив Рыцарей Небес. Разумеется, это был просто слух, который пустили Рыцари Подземелья, дабы искоренить самых сильных служителей Небес. И вот, кто звал себя Аеровеной, Маллт, Маев, Агроной и Азазелем превратились в Хефину, Меинвен, Нуалу, Аин и Люцифера соответственно. Сильнейшие полководцы и воины лишились чинов и упали на землю, ради пристанища и выживания. После, Люцифер всех нашел и предложил продолжить деятельность, но не во имя Небес, а во имя человечества, чтобы искупить грехи, что давили на плечи. Да, можно сказать, что С5 использовали власть Небес, прикрываясь Светом, чтобы вершить собственный суд над теми, кто не достоин жить. Будь это святой или грешник. Поэтому, вы правы: деятельность С5 – ложь. – спокойно объяснила желтоволосая девушка с двумя длинными косами и оранжевыми глазами. На шее была татуировка в виде лабриса.

– Это Меинвен Хеулвенж. – поняв, что впервые видим девушку, неохотно пояснил Люцифер Акира.

Я поклонилась и представилась. Хеулвен поклонилась в ответ и искренне улыбнулась.

– Что теперь делать будем, господин Акира? – брезгливо посмотрев в нашу сторону, спросила презрительно Хефина, запрокинув лук.

Но предводитель лишь пожал плечами и отвернулся в сторону солнца, задумавшись.

Аеронвен хмыкнула и со злости ударила булыжник, разломав его на мелкие куски. Затем прыгнула на дерево и устало уселась на ветку, облокотившись о ствол.

– Кхм, – откашлянулась я, чтобы привлечь внимание окружающих. – Есть предложение. Но прежде, обещайте, что не будете перебивать и выслушаете до конца.

Нуала, Аин, Меинвен и Арн кивнули без промедления. Лишь знаменитая эмоциональная тройка воздержалась от ответа (Джуна, Хефина, Люцифер).

– Раз, и С5, и СИРИУС встали в тупик, чуть не разгромив друг друга, я предлагаю… объединиться… – под конец я проглотила фразу, но услышали все. Реакция была одна на всех: вздернутая бровь, в глазах ступор, вопрос «Что?» и шипение от возмущения. После воскликов наступило снова молчание. Все погрузились в размышления. Я дала время подумать. Нелегко принять врага, а тем более вступить с ним в одну команду.

– Почему, нет? Если я буду с Айли работать, то стану чуть ближе к ней. – переместившись и выхватив меня у Джуны, произнес Акира. Затем ангел взлетел воздух, задорно улыбаясь.

Сантери растерялся, а потом стал сверлить архангела взглядом.

– Эй, ты! Иди сюда! Убери руки от Мивы! Иначе я тебе фингал под глаз поставлю!!! – вскипел от злости Джуна, крича на Люцифера, который в это время смеялся и посылал врагу ответный «сверлящий» взгляд.

Ох! Как же надоело то, что меня передают из рук в руки!!! Ущипнув Люцифера, я оттолкнулась ногой от груди архангела, сделав сальто назад и полетев вниз. Попробую оттолкнуться от воздуха и подпрыгнуть, как это могли делать члены Синей Звезды. То, как Сантери и Эйлерт в день первой встречи, когда прозрела. Но, какую силу нужно применить, чтобы почувствовать под ногами платформу для прыжка? О, точно, я направлю потоки воздуха вверх с помощью катаны.

Достав меч, стала вращать оружие против часовой стрелки, направляя потоки воздуха вверх, создав себе плотную платформу для прыжка. Хорошо оттолкнувшись от ветра, взмыла в воздух словно птица. Лететь – значит, жить. Жить – значит, дышать.

Внезапно, ключ, висевший на шее, стал обжигать кожу и подниматься к небу, образуя вокруг меня красное поле. Ветер, что поддерживал левитацию, ускользнул из-под ног, окружив красную сферу.

– Что происходит?! – крикнула я сквозь ветер, но никто не услышал.

Внизу зрители лишь губами шевелили, подбегая друг к другу.

Я коснулась пальцем до сферы и обрезалась. Кровь смешалась с ветром и красной сферой, образовав третью из огня. Вдруг, в груди стало сильно жечь, словно огненный ягуар вновь пронзил грудь, но на этот раз уже решил вырваться. Чтобы пересилить боль, сжала пальцы в кулаки и закричала. Ноги обвили шипы, потянув резко к земле с огромной скоростью. Тело стали сжимать и обвивать ветки сакуры, давя со всей мощью и силой, обвивая руки, ноги, туловище, шею и голову. Кислорода не хватало критически.

Теперь я выглядела, как гусеница в коконе. Закрыв глаза, я перестала сопротивляться и дала веткам вишни сдавить тело полностью, заключив в объятия. Каждый миллиметр кожи закупорился и стал сдавленным. Такое ощущение было, будто дух вылезет наружу от мощи растения.

Разум в тот момент перенесся в параллельный мир, где существовали лишь воспоминания.

– Мама, почему…? Почему… так произошло…? Кто это был…? Что за тень преследовала тебя и папу…? Разве я не должна была умереть вместе с семьей…? – слабо слышались собственные мысли сквозь розовую толщу из лепестков сакуры.

– Нет, живи. Не позволяй силе убить и стереть твое сознание. Помни, Айли, что папа и я – любим свою дочь и надеемся, что ноша на плечах будет гораздо легче, чем у нас. Просто, потерпи, пока вся сила проснется и выйдет из кокона, дремлющего внутри, – пробившись сквозь лепестки, сказала мама, нежно улыбнувшись. – Борись. Не сдавайся. И помни: Айли Мива – самая сильная и могущественная в этом мире.

– А как же брат? – внезапно спросила я, схватив маму за руку, которая постепенно исчезала, как и свет, исходивший от ее глаз.

Мама улыбнулась и сказала, что мы скоро встретимся. Затем она исчезла, поцеловав в щеку дочь напоследок. И я вновь погрузилась в лепестки вишни.

Послушав совет матери, легко вздохнула и просунула ключ в правую ладонь, освободив силу, что так долго спала внутри.

По рукам пробежалась легкая и прохладная волна, после чего кожа стала наполняться блеском, становясь такой же шелковистой и нежной, как лепестки сакуры. Локоны каштановых волос с левой стороны стали розового цвета. Сами волосы значительно отросли, до коленей. На запястье появилась татуировка с веткой сакуры и инициалами.

Руки значительно стали тяжелее, налившись силой.

Но самое странное было то, что катана тоже изменилась. Сталь и лезвие меча стали черными, заметно увеличившись в размере. Вместо 120 см, вырос до 170 см. Сияние стали свело меня с ума, кровь закипела. Это сияние просто невероятно соблазнительное, а острота лезвия пробуждала странные страстные чувства. Казалось, что катана и я слились в нечто неразделимое. После завершения впитывания и пробуждения силы, тяжело выдохнула, разрушив оболочку дерева, сломав кору. А затем просочился свет.

Глава 8

Всех, кого я помнила из детства – это родители. Но, разве, можно забыть тот факт, что был и брат? Почему тогда золотой песок ничего не показал?

Странное чувство «нехватки» захлестнуло душу. Казалось, будто пустота засвербела из-за отсутствия кусочка сердца, который однажды выпал и потерялся. Словно магнит, эта пустота притягивала потерянный осколок, направляя меня в нужное направление.

Но желание помчаться к родной душе резко пропало, как и силы, которые впитала магия, оставив безо всякой энергии. Как лепесток сакуры, я полетела вниз, отдавшись ласковому порыву ветра, колыхаясь и лавируя в воздухе. Слабое и холодное тело падало так медленно, что, думалось, будто время специально издевалось надо мной, оттягивая момент соприкосновения с землей.

И сквозь розовый туман, и сон, почувствовала тепло, словно солнце все лучи направило именно на меня, окутав приятной золотистой пеленой. Каков запах солнца? Никто не знает. Может, пахнет чем-то горелым? А может, чем-то ароматным и бодрящим? Мое солнце пахло мятой и яблоком. Как Джуна. Только вот руки Сантери всегда холодные, как и взгляд. Но благодаря нашей любви господин стал теплее и заботливее.

– Айли… Вспомни меня… Нет ничего тягостнее того, когда человек не может вспомнить кого-то из прошлого… – прошептал шелковистый и мелодичный голос, разлившийся по небу.

И вдруг солнце ярко и сладко улыбнулось, погладив мои волосы с легким трепетом.

– Восстанови силы…, дорогая… Ибо пробуждение может завершиться с искажениями… Люблю… Всегда любил… – все шептал тот сладкий голос, поглаживая меня по щеке, двигаясь по воздуху так плавно и непринужденно, словно рыба плыла в воде.

– Хорошо… – сквозь сон промычала я, погрузившись окончательно в страну снов и размышлений.

Когда человек спит, то видит никому непонятные сны. Погружается в страну, где только он – король и царь, управляющий миром фантазий. Есть те, кто видит бессмыслицу, пытаясь во всем разобраться проснувшись. Ищет символы и знаки, трактуя на собственной лад. Так же существуют люди, видящие кошмары, наполненные переживаниями и личными страхами, просыпаясь в поту. Их собственный фантазийный мир, как правило, просто рушится. Сознание устраивает бунт подсознанию. Обычно, от ярких снов может остаться осадок, будто сон был явью, путая реальность с вымыслом. Приятные сны поднимают настроение, оставляя сладкий и чудесный осадок. Кошмары портят день, заставляя думать о том, чтобы подобное не произошло, чтобы люди сторонились подобных вещей. Но никто не забывал о тех, кому вообще ничего не снится. Видимо, те личности просто крепки душой и способны контролировать эмоции. А может, просто их мир фантазий запретили повелители снов. Но одно уж точно: сон – неконтролируемая вещь, иная реальность. То, что под утро сниться – это всего лишь личный вымысел, не более.

Плывя в океане сна, где мелькали улыбки друзей и знакомых, в глубину просочился свет, намекая на то, что пора вставать.

Медленно открыв тяжелые веки, вспорхнув ресницами, я неохотно дала свету войти в собственный мир.

Протерев глаза и нормализовав зрение, удивленно застыла с приподнятой рукой. Помещение, где лежала я, было очень необычным. Каждая стена была покрыта зеркалами, а может, комната и вовсе была построена из зеркал. Форма комнаты напоминала пятиугольник, в которого проникали солнечные лучи, освещая закрытое пространство. Да, зеркала показывали лишь отражение, но пропускали внешнее освещение. Скорее всего, это магия.

Я же лежала в двуспальной роскошной кровати, сделанной из черной ольхи, покрытой лаком, с золотыми ножками; изголовье было украшено кожей и кристаллами, балдахин был из черной портьерной ткани. Шелковое постельное белье цвета темного вина было украшено различными узорами из бархата черного цвета. Такой изыск пугал. Да, плюс, как я здесь оказалась?

Вообще, комната почти вся была украшена винтажными вещами: граммофон, старый рояль из богатой породы дерева, напольные лампы, персидские ковры и т.д. Внимательно осмотрев комнату и затаив от восхищения дыхание, аккуратно встала и заправила постель. Потом стала искать выход отсюда, но ничего похожего на дверь не увидела.

– Просто щелкни пальцем, и дверь появится. – послышался нежный голос, который витал в воздухе. Видимо, хозяин быстро перемещался.

Рука автоматически потянулась за мечом, но я лишь воздух нащупала. Блин, я была в ночнушке.

– Не бойся. Вреда не причиню. Плюс, ты в СИРИУСе. В здании Серебряной Звезды. Шестом корпусе. – нежно улыбнувшись, сказал призрак.

– К-кто вы? – пригнувшись и пытаясь уловить перемещения незнакомца, спросила напряженно я.

– Спроси сердце. Оно ответит. – спокойно произнес голос.

О чем это? Вдруг пустота вновь стала ныть, притягивая меня к появившейся двери.

– Дарк Соул. Темная душа. – представился призрак, чьи очертания стали приобретать форму. Человек, чей голос так привлек внимание, чье сердцебиение показалось знакомым показался передо мной. Волосы цвета угля раскинулись по полу, словно черная шелковая река. Эта изящность, грация в жестах… Прекрасная и дорогая темно-синяя мантия. Казалось, что сам король ангелов снизошел на землю. Я так думала, пока не увидела глаза, которые вселили ужас в сердце: черные и без зрачков, как у марсианина… Дрожь пробежала по коже. А еще из глаз выступали черные вены, тянущиеся по всему лицу. Напоминало дерево и корень, который глубоко въелся в землю.

– Я напугал милую сестренку… Прости, стоило предупредить сначала… – расстроенно сказал Дарк Соул, нежно улыбнувшись и приблизившись ко мне. Затем эти черные и пугающие глаза умиленно и добро посмотрели. Прикоснувшись к моей щеке пальцами, брат произнес:

– Айли принадлежит только мне… Как долго ждала душа этой встречи… Теперь любовь расцветет, как вишня, наполняясь с каждым днем прекрасным соком.

Затем Дарк Соул наклонился и провел губами по моей щеке, оставив нежный поцелуй.

– Что вы делаете? – ничего не понимая, спросила я.

Брат нежно улыбнулся и крепко обнял, прижав к груди.

– Не смущайся. Мы сводные брат и сестра. Семья Мива приютила меня, когда родители погибли. Поэтому судьба потерянных душ – стать единой душой. – запустив пальцы в мои волосы, сладко произнес Дарк.

– Простите, но я не помню…, совсем не помню вас… – вырвавшись из объятий, сказала растерянно я, поправив платье.

Дарк Соул печально отвернулся и кашлянул.

– Не удивительно. Сантери стер половину твоих воспоминаний… За это, Джуне нет прощения! Тем не менее, ничто не помешает быть нам вместе. Отныне, защищать сестру буду я. – сказал горделиво брат, как в дверь постучали.

– Простите, господин, но Пятеро Грешников просят вас прибыть на заседание, по делу Эйлерта. – взволнованно произнес человек в черной мантии и капюшоне, поклонившись.

Дарк кивнул, и повернулся ко мне, прошептав:

– Дорогая сестра. Прошу, извинить. Но Суд нельзя пропустить.

От этой фразы я опешила, выпучив глаза. Как связаны Суд и Арн? Неужели, Арн рассказал все совету?

Грациозно развернувшись, брат медленно и помпезно пошел к двери. Внезапно, я подбежала и схватила Дарк Соула за мантию. Дарк опешил и вопросительно взглянул.

– Что… это значит? – трясясь, спросила нерешительно я.

Нежно улыбнувшись, брат погладил по голове меня, растрепав волосы.

– Предатель не имеет право существовать. Поэтому нужно вынести приговор чистокровному некроманту, который перестал чтить законы и кодекс СИРИУСа. – проведя пальцами по моей щеке, сказал спокойно Дарк.

– Что? Но… Арн не виноват… Это ложное обвинение! Да, были подозрения на счет Эйлерта, но я и Джуна, выслушав его, развеяли все сомнения. Арн… – задыхаясь от слов, затараторила я, дергая главу СИРИУСа за рукав.

Тогда Дарк Соул нахмурил брови и презрительно прошептал:

– Ты и Сантери…

– Прошу, прежде, чем выносить приговор, выслушайте Арна. – умоляюще произнесла я. Из глаз потекли слезы.

Глава СИРИУСа хмыкнул и резко выдернул рукав из рук, взмахнув подолом мантии прямо у меня перед носом. А потом исчез за дверью.

Что это было? Почему нежность и забота обратились в гнев и вражду?

Надо бежать следом. Не допущу, чтобы из-за каких-то глупых догадок близкий человек стал изгоем.

Нужно нащупать дверь.

Прикоснувшись к тому месту, куда вышел Дарк и прислуга, я толкнула зеркало. Но ничего не открылось. Тогда я нервно стала тыкать, нажимать и прикасаться ко всей стене. Но попытки были тщетными. Как же выйти? Нет, времени думать нет. Тогда просто разобью стекла магией.

Сконцентрировавшись на приобретенной магии, которая усилила и ускорила процесс колдовства, я достала катану и побежала на стену, разрезав мечом воздух.

– Не поможет, Айли. Отныне, эта комната – твоя крепость, из которой нет выхода. Это ради любимой сестрички. Ради моей будущей жены. Чтобы выйти отсюда – придется доказать тебе любовь к братику. – разлился по всей комнате голос Дарк Соула. А потом белоснежная комната окрасилась в красный цвет. Послышались звуки сирены.

– Тревога! – заговорил женский голос компьютера системы безопасности.

Да, что здесь происходит?!!!

– Код «Красная Звезда». Код «Черная Звезда». Код «Серебряная Звезда» – сказал голос компьютера. Стены затряслись, послышались взрывы и грохот, поспешные шаги солдат.

Катана засияла у меня за плечами. Да, и предчувствие было каким-то знакомым. Каким-то тревожно знакомым.

Нет, что-то случилось такое, что сердце стало биться гораздо быстрее.

Решив, что времени совсем нет, я собрала всю силу и прыгнула на стену, встав ногами на нее. Потом побежала по кругу с огромной скоростью, скользя лезвием по зеркалам. Летели искры, словно падающие звезды. При взгляде на них, дыхание замирало. Казалось, что в этих обычных искрах я разглядела будущее, наполненное болью и жаром. Гневом и разрушенными надеждами, мечтами. Да, искры напоминали слезы, что текли по щекам в тот роковой день. Или кровь, что хлестала из каждого человека, наполняя округу алой и густой краской. Но в тот момент, только сердце подсказывало путь, по которому я должна была идти. Должна…, но не пошла… За что поплатилась.

Завершив действие, я спрыгнула со стены и ударила розовой плазмой по стене, превратив комнату в орудие убийства. Миллиарды осколков полетели на меня, словно колья изо льда. Говорят, что нельзя смотреть в разбитое зеркало, иначе быть беде… Что ж, тогда я видела себя несколько миллионов раз в отражениях. Именно, эта примета должна была насторожить меня, когда свернула с правильной тропы.

Собрав остальные силы, образовала вокруг себя две сферы изо льда и ветра. Разумеется, не все осколки отлетели и превратились в серебряную пыль. Нескольким удалось ослабить силу, пронзив кожу острием. Да, этот день… Кровопролитие началось с меня и осколков.

Перевязав раны на руке, резко кинула взгляд на разрушенную стену. Теперь я находилась в открытой комнате, точнее разрушенной, которую окружали пять звезд.

На звездах были вывешены предупреждения, о которых говорил компьютер. Толпы солдат бегали по своим территориям, вооружившись с головы до ног. Такая суета напоминала панику, когда происходит давка.

– Где Суд? Его отменили? – догнав одного бойца, истерично крикнула я.

Солдат недовольно цокнул языком и крикнул:

– Нет, Суд будет, во что бы то ни было. Иди в Белую Звезду. Пятеро Грешников и Господин Дарк Соул начали уже заседание.

– Прости, что тут происходит? – вдогонку спросила я, но не успела. Из-за грохотов и криков солдат не услышал вопроса и побежал поспешно к своей группировке.

Немного впав в ступор, словно компьютер, находящийся в «спящем» режиме, я задумалась о том, что сейчас не время устраивать суды, раз Красный, Черный коды в действии. Кстати, вот, что такое «Красный код» я примерно знаю. Этот код обозначает чрезмерное количество нечисти. Но, а что такое «Черный код»? «Серебряная Звезда»?

Пока я стояла и думала, по стене Белой Звезды стрельнули огнем. Стена обрушилась, и кирпичи разлетелись во все стороны, зацепив солдат. Черт, проход в Белую Звезду был закрыт. Придется обходными путями действовать.

Пошарив глазами, нашла лестницу, ведущую на крышу. Точно, там люк есть.

Конечно, лестница тоже стала растрепанной.

Пришлось применить магию, чтобы дотянуться до первой перекладины, находившейся на высоте 5 метров.

Раскрутившись вокруг себя, направила потоки воздуха вверх. С помощью ручки катаны, оттолкнулась и взмыла в воздух. Вверх. Туда, где мои мучения начинались. Где надежды угасли так же, как и сердце.

Глава 9

Холодный воздух был настолько колким, что руки стали мгновенно замерзать, ослабляя хватку. С каждым новым рывком, поднимаясь к вершине, появлялись красные и серые краски. Дым и пламя, пожирающие штаб СИРИУСа. Грохот и колебания то и дело пытались перекрыть мне путь, пытаясь скинуть, на высоте сорока метров. Сама Судьба помогала, но кто ее слушает… Да, лучше бы я выбрала смерть, нежели то, что ждало дальше.

Наконец, схватившись за последнюю перекладину, собрала все силы и оттолкнулась от палки, взлетев вверх, на крышу, где стоял знакомый силуэт. Этот запах мяты и свежести… Я сразу его узнала. Эти черные соблазнительные локоны, развевающиеся по ветру, словно языки змей. Та задумчивая и отчужденная поза, в которой стоял человек, выражала все то, что я так люблю в нем.

Но почему, когда идет Суд над другом, он стоит здесь?

– Джуна? Джуна! Бежим скорее спасать Эйлерта! – поднявшись с пола, крикнула энергично я. Но Сантери даже не пошевелился.

– Эй, все в порядке? – приближаясь, спросила настороженно я.

Внезапно, хозяин стал мерцать. Сначала превращаясь в прозрачный, а потом и вовсе невидимый силуэт. Что это такое?

– Никогда не подумал бы, что столько нечисти увижу. – шевеля только губами, монотонно произнес Джуна.

Протянув руку, чтобы положить на плечо Сантери, я внезапно прошла сквозь него, оказавшись возле конца крыши. Тогда глаза округлились от кошмара, который творился внизу. Бесчисленное количество суккубов, вампиров, монстров, оборотней, гигантов и мертвецов разных уровней. Вся земля пылала, охватив леса и поля. Это выглядело, словно Ад поменялся с Землей местами.

– Как бы я хотел вновь прикоснуться… – сказал внезапно Джуна, прижавшись своей щекой к моей спине. Тогда лицо Сантери замерцало, покрывшись потом синими алмазами. Точнее, треугольными кусками от алмазов.

На душе стало скверно.

– Что…, что… с тобой? – пытаясь проглотить ком, застрявший в горле, мямлила я.

Сантери грустно улыбнулся, проведя мерцающей рукой по моему розовому локону, вдохнув запах волос.

– Кажется, стоит рассказать… Видишь ли, я умер, как десять лет назад, – переведя взгляд на небо, спокойно сказал хозяин. – Когда поехал за Агатой, то угодил в плен к суккубам. Там монстры и расправились со мной, вытащив душу и передав королеве, которой сейчас служу.

Слезы брызнули из моих глаз.

– Королева подарила и так много времени… Правда, времени для того, чтобы сломать СИРИУС. Найти все слабости и разрушить организацию. Такая была цель, – сделав паузу, сказал грустно Джуна. – После обращения, я гулял по лесу, ничего не чувствуя и ни о чем не думая. Но когда встретил мальчика и девочку, которые отчаянно боролись за жизнь, вся жизнь промелькнула перед глазами. Сердце забилось. Я приобрел телесную оболочку. И те слезы, что текли из глаз маленькой девочки, зажгли чувства вновь. После чего, поклялся, что защищу ее любой ценой. Что моя жизнь будет принадлежать девочке. Но королева рассердилась за такое, окутав душу заклинанием с приказом. Поэтому… Кровавые реки, что разлились у здания – моих рук дело.

Последняя фраза прозвучала так, словно в спину нож воткнули. Так, словно человек, который даровал зрение и любовь – не тот, кто стоит сейчас передо мной.

От такого я даже слова не смогла вымолвить, потеряв дар речи. Да, и я даже не знала, что сказать в такой ситуации. Но все же один вопрос промелькнул в голове.

– Твоя любовь… Тоже ложной была…? И дружба с Арном…? – вытерев слезы и схватив хозяина за шиворот, спросила грозно я.

Сантери отвел взгляд и кивнул. Ослабив хватку, я упала на колени, наблюдая, как разрастается красный свет от пожара, как глотает в себя дым все вокруг.

Углубившись в мысли, даже не заметила, как на крышу пробрались суккубы и мертвецы, зловеще хрипя и медленно приближаясь, облизываясь. А глаза горели, как фары автомобиля ночью.

– Прости, но защитить я тебя больше не смогу… – с сожалением произнес Джуна, начав все чаще мерцать и исчезать.

Слова пролетели сквозь уши.

– Встань!!! Сражайся!!! – внезапно заорал Сантери. Оглянувшись, я увидела, как суккуб замахнулся массивной рукой, собираясь оглушить. Я безразлично уставилась на противника, хмыкнув. А затем слабым движением кисти руки, в которой была зажата катана, разрубила монстра, сделав восьмерку оружием. Кровь брызнула мне в лицо, словно грязь из лужи, по которой быстро пронеслась машина. Прикоснувшись к лицу, брезгливо стерла капли и закатила глаза, перенеся меч от груди к спине, лезвием вверх. Тем самым уничтожила мертвеца, который кинулся на меня сверху.

– Не хочу больше знать тебя, Джуна Сантери… Исчезай быстрее… – монотонно произнесла я, встав с пола и смахивая кровь с катаны. Потом перевела взгляд с крыши на глаза бывшего хозяина, обнажив враждебность. Конечно, это не то, что я хотела сказать, но гнев завладел разумом, скрыв истинные чувства.

– Да, будет так, Айли… Моя Айли… – слабо улыбнувшись, сказал грустно Сантери, встав на ограду крыши. А затем, как облако, растворился в воздухе, оставив после себя белую вспышку и ударную волну, от которой монстры попадали с крыши и разбились о землю, окрасив землю в алый цвет.

– Помог все-таки…? – ухмыльнулась я, уставившись в небо.

Поняв, что больше на крыше делать нечего, понеслась к залу Суда. Возможно, спасти Сантери не удалось. Но, надеюсь, Арн еще держится и простоит до моего прихода. СИРИУС разваливается, киша монстрами, поэтому, даже если встану против Пятерых Грешников и Дарка, то ничего не потеряю. Любой ценой…, защищу друга, который смог защитить меня. Пора платить по счетам.

Каждый шаг давался так тяжело, словно Земля притягивала к своим глубинам. Каждый шаг делал душе больнее, а сердцу… Сердцу становилось грустно и тоскливо. Разве, я должна была такое говорить Джуне? Почему в тот момент ненависть овладела моим разумом?

Слезы полились из глаз. Такие холодные и полные горечи. Такие соленые.

Я пробежала несколько этажей вниз по искалеченной лестнице, чьи ступеньки были сломаны. Приходилось перепрыгивать.

Да, плюс еще нечисть проникла в здание, пожирая людей, словно голодные волки. Кровь лилась на стены и пол, разливая металлический запах по всему СИРИУСу.

Последнюю дверь мне перегородила группка из вампиров и оборотней, истекая слюнями. Достав катану из-под одежды, взмахнула, направив конец вверх, сделав сосредоточенный и грозный вид.

Но внезапно сердце окутало пронзающее и колющее чувство. Так больно… Каждый вдох создавал в сердце трещину. Острая нехватка родного и мужского плеча подкосила ноги. Я теперь еще и меланхоличкой стала. Да, что же это такое…?

– Люблю…, вот, что я хотела сказать. – вздохнула я, перепрыгнув летящих навстречу вампиров, которых одним касанием меча превратила в изрубленное мясо. – Не уходи…!

Прикоснувшись к ослабленным вампирам, чтобы исполнить желание о смерти, перешла в атаку на суккубов, изо рта которых воняло гнилью. Оттолкнувшись от меча, как в прыжке с шестом вверх, ударила ногой с разворота одного, а потом пробила с помощью плазмы огромную дыру в другом монстре. Чтобы не заморачиваться и нападать на других, создала сферы с повторяющейся магией. То есть магия способна повторить все то, что происходило не больше 15 секунд назад. Тогда возникли фантомы, имитируя мои действия и атаки и быстро расправившись с суккубами.

Плюнув на медлительных мертвецов, которые двигались, как улитки, я ускорила бег и побежала вдоль огромного темного коридора, украшенного изумрудами. На стене весела табличка с надписью «Зал суда» и указатель. Не сбавляя скорость, побежала в указанную сторону, огибая преграды, состоящие из рушащихся стен, взрывов и возникновением сильных потоков ветра.

– По решению суда, Арн Эйлерт… – послышался грубый и холодный мужской голос рядом. Завернув за угол, я обнаружила массивную дверь, слегка приоткрытую, в которую тут же вбежала.

– Стойте, нельзя… – задыхаясь и упав на пол, начала умолять я.

Строгий и удрученный взгляд пронзил меня, который принадлежал странному парню за столом судьи. Белые волосы, постриженные в форме каре. Глаза перламутрового цвета. На правый глаз падала небольшая косичка из волос, украшенная бусинами синего цвета. Парень был одет в форму судьи. А в левой руке сияли металлические четки и серебряный крест.

– Ой, простите, Рэшн. Сестрица пока не знает манер, – опустив руку на мое плечо и поцеловав нежно в щеку, произнес весело Дарк Соул. – Пожалуйста, вынесите приговор.

Восстановив дыхание, я стала нервно искать глазами Арна. Но я сегодня столько натерпелась, что никак не могла сосредоточиться на чем-либо, а зрение рассеивалось.

– Арн Эйлерт, встаньте. – посмотрев сквозь меня, произнес грубо и хладнокровно Рэшн.

Оглянувшись, наконец, увидела Эйлерта и немного успокоилась. Но заметив грустный и обреченный взгляд Арна, который ничего не выражал, кроме пустоты, сразу насторожилась.

И почему рубашка Арна вся измята и окрашена в красный цвет? Впрочем, и виски, и щеки, и шея были исцарапаны и украшены глубокими ранами. А татуировку Эйлерта загораживало клеймо с непонятной надписью.

– Казнить. – резко и быстро произнес судья, после чего Дарк Соул улыбнулся и поклонился. Брат так обрадовался, что крепко обнял меня.

В зал суда вошла рыжеволосая девушка с волосами до талии и карими глазами в черном платье-плаще. В руках незнакомка держала черную сферу и нож.

– Спасибо, Лиллит. – поблагодарил Рэшн и взял предметы в руки.

Лиллит поклонилась и села с правой стороны от судьи, начав что-то быстро писать.

– Теперь, правосудие совершится. – все еще держа меня в объятиях, сказал Дарк.

Но я резко развернулась и ударила кулаком в глаз, проткнув ногу катаной. Затем подбежала к решетке и рукой начертила круг, применив силу, которая убивает вампиров. Трюк удался. Стальные прутья расплавились.

– Я не позволю навредить Арну! Нашли время для убийства своих, когда на СИРИУС наступают серьезные и опасные противники! Что же вы за люди такие?! Вершить суд – не значит создавать новый мир и устранять проблемы, – положив на спину Арна, который был в полной прострации, крикнула я, посмотрев на улыбающегося Дарк Соула. – По-моему, очевидно, что главные негодяи здесь только вы! Кажется, я поняла. Главе и пешкам нужна была лишь одна причина, мелкая деталь, с помощью которой смогли бы устранить сильнейший отряд.

Внезапно Эйлерт охватил мою шею руками и прошептал на ухо, еле дыша:

– Беги. Оставь меня, прошу. Джуна… Не простит подобного…

Я азартно улыбнулась, но потом грустно произнесла:

– Жизнь за жизнь. Друг за друга. Не думай, что будешь крутым, если вновь пожертвуешь собой. Друзья не должны умирать друг за друга, причиняя боль. Если хочешь защитить меня – живи и сражайся, так будет честнее. Не находишь?

Затем Эйлерт тяжело вздохнул и нежно произнес:

– Верно.

И еще что-то. Но я прослушала мимо, ведь нужно было придумать план, как одолеть рыжеволосую с бумерангом, беловолосого с молотом и могущественного Дарк Соула, который расстроенно стоял в стороне и смотрел на небо.

– Белая Звезда… Так, вот, как вы выглядите…! Я все думал, когда смогу увидеть великих Судей СИРИУСа. Кажется, вас прозвали «жнецы»… – пробив руками проход в стене, сказал знакомый задорный голос.

– Эрно… – обрадовалась я.

– А рыженькая – ничего такая! – озабоченно произнес Амор, который не понятно, когда успел появиться, облокотившись о стену и прикусывая зубочистку.

Лиллит поморщилась и достала второй бумеранг, кинув крест-на-крест оружия. Бумеранги летели так, словно вырисовывали цепь ДНК: то пересекались, то летели в свои стороны.

Амор хмыкнул и улыбнулся, распустив волосы.

– Детка, не недооценивай своих же. – активировав магию волос, ехидно произнес Блэйк, мгновенно исчезнув. А потом вдруг появился рядом со мной, стоя в объятиях с Деоном.

– А, спасибо… – смутившись, произнес Амор, оттолкнув Грея. Парень с фиолетовыми волосами и повязкой на лице, прикрывающей все, кроме глаз, кивнул и исчез вновь.

– Вот, дубина…! А додуматься перенести Айли и Арна в безопасное место?! – недовольно воскликнул Эрно, отмахиваясь от атак Лоркана.

Амор развел руками и сказал что-то неприличное. Блэйк как-то изменился, явно…

Затем я почувствовала прохладный ветерок, который начал трепать локоны волос, направляя к двери. Оглянувшись, я увидела веер, который манил в свою сторону.

Посмотрев на Амора, который все говорил непонятные комплименты Лиллит, бесившейся еще больше от «горячих» слов, парень кивнул и крикнул:

– Это… Быстрее идите. Мы с бестолковым красавчиком тут разберемся.

Регнер неуклюже уставился на Блэйка, увернувшись от молота.

Хотела возразить, но в тот момент поймала гневный взгляд брата, ушедшего из зала, и поняла, что особой угрозы парням теперь не будет. Кивнув, я побежала к другой двери, куда манил ветерок. Затем осторожно заглянула вовнутрь, и кто-то резко схватил за руку, затянув в комнату.

Запахло сыростью, камнями, водой и деревом. В темноте появилось слабое розовое сияние, а в воздухе повис аромат вишни.

– Сакура… – неуверенно произнесла я. Зазвенели колокольчики.

Арн, который немного восстановил силы, прошептал:

– Это кодовое сообщение. Сакура сказала, что мы должны спуститься вниз по лестнице, обогнув винтовую лестницу. Затем пройти в левую арку. Там выход из здания.

О! Вот, оно, как!

Но после нескольких дуновений ветра Эйлерт заерзал на моей спине и неуверенно произнес:

– Сакура не сможет присоединиться, пока. Но постарается нагнать. И Айли, давай остановимся. Тебе нужно отдохнуть.

– Нет, брось. Я не устала. – сказала я, а потом подкосились ноги. Арн усмехнулся, а затем аккуратно погладил по голове, немного растрепав волосы.

– Видишь, глупышка? – добро произнес друг и слез со спины, помогая присесть мне.

Наступила тишина. Нет, нельзя молчать. Иначе, грусть и терзания поглотят меня, начав разрушать все изнутри.

– Что теперь делать будем? – с наигранной безмятежностью произнесла я, облокотив голову о сырую и холодную стену.

– Искать Джуну, что же еще… – улыбнувшись, сказал грустно Арн, положив руку на мою ладонь.

Я удивленно уставилась в темноте на Эйлерта.

– Не смотри так, иначе умру от гнета и самобичевания. Знаю, что должен был раньше рассказать, но самодовольный индюк велел не распространяться даже тебе. – сплетая наши пальцы и отведя взгляд в сторону, презрительно произнес друг, будто ненавидя себя. – Я тоже только недавно узнал обо всем… Даже, можно сказать, что я – соучастник того, что сейчас твориться в СИРИУСе. Поэтому и решил принять наказание, ведь оно справедливо же… Но дело не в этом. Чтобы там не говорил глупый Сантери…, знай, что это Сантери, который вечно жертвует всем ради подчиненных и друзей. Может наговорить лжи с три короба, но во спасение чужой души. Просто, не принимай то, что мог сказать Джуна, за правду. Пусть, это больно и неправильно, но верь в своего господина.

В горле застрял комок. Тот самый, который все рос с момента исчезновения любимого Сантери. Те холодные и бездушные слезы, что поднимались к глазам, словно вода в колодце. Те ножи, что терзали и резали сердце, словно повар разделывал мясо. Тот крик, который вибрировал внутри и пытался вырваться наружу. Все вылилось и высвободилось.

Слезы брызнули, словно лава из спящего вулкана. Крик заполнил все пространство, сокрушив подвесные камни. Ножи разлетелись во все стороны, обрезав кожу лезвиями.

Хотелось умереть. Хотелось схватить голову и от боли раздавить.

Дрожь пробежала по коже. Плечи стали то подниматься, то опускаться. Руки от бездействия схватились за рубашку Эйлерта, а голова упала на плечи друга. Холод завладел мною. Но не на долго.

Горячая рука прикоснулась к затылку, начав нежно гладить голову.

– Поплачь, Айли. Так будет лучше. – вздохнув, произнес толерантно Арн. – Но только долго не грусти. Я не могу смотреть на то, как любимый человек плачет.

– Прости… Прости… Прости, Арн… – то и дело повторяла я, рыдая, словно слон. Можно было ведро литровое поставить, за пять секунд наполнила бы.

Эйлерт грустно улыбнулся и весело произнес:

– За что ты извиняешься? За слезы?

Я шмыгнула носом, обтерев слезы о рукав.

– Нет… За то, что вечно доставляю всем неприятности. За то, что такая слабая… Лучше, чтобы я не существовала… – посмотрев сквозь тьму в глаза Арна, сказала виновато я. Затем улыбка спала с лица друга, выражение лица стало серьезным и непонимающим.

– Не смей такое больше говорить! Твоя жизнь – это чудо и подарок небес. Твоя личность ничуть не слабая. Если бы не милосердие и отвага Айли, то как бы я смог прожить. Благодаря тому, что дарила каждый день Мива, я вспомнил все важные чувства, которые ненадолго забыл. И нет важнее человека, чем ты! – взбесившись, сказал одиноко и измученно друг, из глаз которого потекли слезы.

Мне даже стыдно стало. Та грусть, что душила раньше, исчезла, превратившись в угрызение совести. Что теперь делать? Нужно, вроде, извиниться.

Но прежде, чем успела открыть рот, Арн крепко прижал к себе дрожащими руками.

– Не смей…! Больше грустить не смей…! Иначе, и я не смогу жить. – заливаясь слезами и давясь, сказал яростно Эйлерт, взяв мое лицо в ладони. Тот взгляд был таким удрученным и жалобным, что я не могла сдерживать совесть больше. Поняв, что из-за потери Джуны совсем ослепла и перестала обращать внимание на окружающих людей, которые были дороги сердцу. Поэтому я покраснела от стыда.

– Прости. Обещаю, больше никогда не буду так говорить. Ведь, у меня есть чудесный друг, ради которого не стоит отчаиваться и сражаться дальше. – протянув ладонь и погладив Арна по голове, сказала ласково я.

Друг перестал плакать и улыбнулся, потрепав мои волосы.

– Вот, так-то лучше! – резко вскочив, сказал с облегчением Эйлерт, протягивая руку.

Я улыбнулась в ответ и кивнула, подав руку. Схватив мою ладонь, друг побежал по ступенькам вниз, словно ветер. Такой сильный и легкий ветерок. Но потом резко остановился и, развернувшись, бодро сказал:

– Мива, я люблю тебя. И обещаю, что буду всегда защищать.

Затем парень лучезарно улыбнулся и возобновил движение по лестнице вниз.

Э-э?! Любит?! Я впала в ступор… Не то, чтобы это было неожиданностью, но вот так в лицо сказать…

– Не тормози. – послышался недовольный голос Арна внизу. Когда этот воображала успел пять этажей пробежать?

Придя в себя, резко кинулась спускаться по лестнице, чтобы не отстать от друга. Спрыгнув с последней ступеньки и толкнув в спину Элерта, который застыл, как вкопанный, азартно спросила:

– Сам-то, чего встал?

Но затем я почувствовала в воздухе странный аромат, похожий на смесь сгоревшей спички, ржавчины, перца и вечерней прохлады. А потом перед глазами встал дым, который стал окружать со всех сторон.

– Сюда, живее! – раздался среди дыма женский голос и звон колокольчиков.

Арн грубо схватил меня за запястье и рванул в сторону голоса, приготовив катану и лук для нападения.

– Он здесь! – тихо и взволнованно произнес Эйлерт, перекинув меня на руки и подпрыгнув вверх к выступу. Потом проскочил сквозь стену, которая являлась тайным ходом. В темноте слабо мерцал розовый свет, который падал на израненную девушку с розовыми волосами. Возле нее росло вишневое дерево, чьи лепестки падали на бледную и фарфоровую кожу и на алые и глубокие раны.

Глава 10

– Сакура! – отпустив руку, сказал взволнованно друг, кинувшийся к девушке.

– Что случилось? – подойдя к Сакуре, спросила я, пытаясь залечить раны. Но старейшина положила ладонь на мою руку и покачала головой.

– Не поможет, – посмотрев ласково на нас с Арном, сказала добро Сакура. – Но, я не умру. Просто нужно время, чтобы залечить раны. Магия ветра поможет. Поэтому, не беспокойтесь.

Розовый лепесток с дерева упал на изуродованное плечо девушки и нежно прикрыл изъян, засияв белым светом.

– Я почувствовал странный запах, но знакомый… – аккуратно прислонив старейшину к дереву, произнес настороженно друг.

Сакура отвела взгляд и глубоко вздохнула, произнеся:

– Когда человек сталкивается с тем, что было давно, что так мучало его, то обретает крылья лишь тогда, когда перепрыгивает через этот барьер. Прошлое следует по пятам, настоящее идет в ногу со временем, а будущее бежит спереди. Но когда прошлое бежит спереди, настоящее следует по пятам, а будущее идет в ногу со временем, то наступает мрак. Бояться – это естественно. Именно страхи закаляют душу человека. Тот, кто борется с ними – истинный герой. Поэтому, чтобы сейчас не произошло, не забывайте об этом…

Сакура улыбнулась и погладила меня по руке, посмотрев прямо в глаза. Возникло ощущение, будто девушка смогла заглянуть в душу и открыть дверь от сердца. Даже холодок возник внутри.

– Не старайся, Амэя. Всех ждет одна участь, знаешь же…! Поэтому просто уйди с пути не мешай. А лучше отдай ключик! – послышался во тьме холодный и дикий голос, от которого по спине мурашки побежали. Зрачки Сакуры резко расширились, а взгляд стал пустым и полным страха. Девушка перестала нормально дышать. Руки становились холодными. Волосы стали седеть. Дерево сохло. В воздухе повис запах смерти.

Что тут происходит?

– Как хорошо, что оба наследника Врат здесь. Правда, вы уже не нужны. Ключи почти все равно у меня. Спасибо Сантери. Разрушение СИРИУСа – всего лишь приветствие и отсчет начала конца всего человечества. Скоро, люди исчезнут, и появится новая раса. Раса идеальных и могущественных существ. Да раскроются Врата Азазеля! Великого из великих! Ха-ха-ха! – произнес кровожадно голос и мгновенно исчез, оставив после себя ледяную волну, которая превратила Сакуру в замерзшую фигуру.

Я хотела спасти старейшину, но женская рука обхватила талию, опустив за собой вниз, сквозь пол. Эти слова – фарс. Ключ от Минами у меня на шее висит.

– Сакура! Арн! – закричала я, пытаясь вырваться и летя вниз на огромной скорости. Со всех сторон раздавались взрывы, летели куски от железа и прыгали монстры.

– Тихо! Оглохну же! – недовольно произнесла девушка в красном кожаном комбинезоне. – Эрно! Прикрывай нас с Мивой щитом! Ивер – стреляй из револьверов слева, я буду целится в суккубов справа. Арн – стреляй с низу в верх. Филамэль – будь настороже, смотри за нижней частью!

Все кивнули. Ивер, летевший с нами на одном уровне, достал из-под жилета шесть револьверов разной длины. Три оставил в руках, один засунул в рот, обхватив языком курок, а оставшиеся взял пальцами ног. Эрнеста обхватила меня ногами за талию, облокотившись на плечи, и стала стрелять из арбалета, быстро меняя стрелы с помощью магии. Несмотря на свист ветра, я слышала, как переговаривались защитники. Слаженность СИРИУСа впечатляла. Несмотря на то, что люди были из разных подразделений, действия были точными и синхронными.

Тогда сердце радостно и взволнованно застучало. Я тоже захотела помочь: создала защитные невидимые сферы, которые невозможно было пробить обычным монстрам. Потом взглянула наверх и замерла от восхищения. Рубашка Эйлерта развевалась на ветру, словно шелковая простыня. Пепельные волосы растрепанно колыхались словно перышки в воздухе. Но поразило меня не только это. Тот мужественный и воинственный взгляд, с которым Арн целился в глупых суккубов, летевших на парня словно белки-летяги. Та точность и решимость делали из веселого и доброго человека настоящего рыцаря с твердой хваткой и стальным сердцем.

Эрно же решительно прикрывал спину напарницы, уклоняясь от ядовитых слюней суккубов.

– Все, мне это надоело! – сказал разгоряченный Райль, кинувший револьверы вниз. Затем достал из сапог огромный черный револьвер, нажал на копку, и оружие превратилось в пулемет.

С маниакальной улыбкой предводитель Красной Звезды стал превращать противников в щепки, которые летели на голову Филы. Спокойной девушки. По крайней мере, все так думали до того момента, как щепки коснулись синих волос девы.

– Боже, впервые вижу, чтобы лицо Филамэль что-либо выражало. Теперь понятно, почему она прячет эмоции. – вздрогнув, произнес с ужасом на лице Эрно, подняв щит вверх, чтобы защитить напарницу от летевшего вампира. Зато лицо вампира врезалось в щит, и противник отлетел, как осиновый лист. Что за металл такой…? И почему вампир таким довольным стал…?

Посмотрев вниз на Бриль, меня перекосило. Девушка выглядела как недовольный бес. Так и казалось, что вокруг синеволосой адское пламя витает. Глаза налились кровью, ровный нос наморщился, один уголок рта приподнялся, создав убийственную ухмылку.

Звезды! Да, это Демон воплоти!!!

Потом лицо Филы покраснело от злости, а из ушей чуть ли не пар валил. Глаза цвета топаза стали черными.

Заметив, что под ногами что-то странное, Райль с недопониманием взглянул вниз и резко побледнел, нервно сглотнув. Похоже, даже извинения не помогут.

Филамэль нажала на кнопку на копье, сделав из полутораметрового оружия трехметровое чудовище, похожее на трезубец. Правда у этого оружия было около пятнадцати зубцов с нижней и с верхней стороны.

Заметив, что на синеволосую летят огромные оборотни, Арн прицелился в них. Но Эрнеста покачала головой и показала пальцем вверх. Фила без помощи парня хорошо справлялась, кромсая монстров, как заведенный Цербер.

Не обращая внимания на знак Асдис, Эйлерт перекинул лук назад и зацепил тетивой пять стрел, а потом выстрелил в летящих сверху суккубов, даже не моргнув глазом. Стрелы точно и резво пронзили бледные и ссохшиеся тела, откинув противников на скалы. Я открыла рот от удивления.

– Индюк! Выпендриваешься перед Мивой?! – подняв брови от беспредела, сказал недовольно Эрно и ладонью ударил по гербу, нарисованному на щите. Послышался треск. По краям щита Эрна появились стальные шипы.

Тогда Регнер опять ударил по щиту, но с внутренней стороны, и шипы рванули, как угорелые в разные стороны, зацепив и ранив слегка Эрнесту. Плечами я почувствовала, как блондинка разозлилась. Развернувшись и мило улыбнувшись напарнику, который виновато чесал затылок, Асдис сладко сказала:

– Эрно, сколько можно говорить: будь осторожнее и не спеши удивить других.

Регнер улыбнулся и сказал:

– Прости…, Эрни.

Эрнеста растянула улыбку и мило произнесла:

– Сколько можно говорить… Не называй меня так!!!

Последнюю фразу Эрнеста произнесла как бешенный босс, после чего Регнера кулаком ударила, который улетел наверх, мелькнув, словно звезда.

Потрясая кулаком вслед, Асдис вернулась на прежнюю позицию, передав щит напарника мне.

Арн задиристо помахал Эрну вслед. Ивер засмеялся, а Фила недовольно продолжала кромсать мертвецов своими «двухсторонними вилками», наматывая противника на зубцы, словно спагетти.

И да, мы еще летели вниз. В голову что-то резко ударило. Кто-то кинул в голову камешек снизу. Тогда я посмотрела вниз и заметила серебряный отблеск. Сконцентрировавшись и включив магический взгляд, обнаружила внизу шипы, пропитанные кровью оборотней. До них оставалось десять метров.

Начав паниковать, попыталась предупредить друзей, но даже одно слово могло занять целую вечность. Поэтому создала усиливающий и защитный барьер вокруг ребят. Но шип, который был ближе всего проткнул защитный барьер, созданный вокруг Филы.

– Под ноги нужно смотреть! – весело произнес Амор.

Все, кто летел на острые колья, отпружинили от каната, сделанного из волос Блэйка. Применив коронное заклинание, Амор смог уберечь людей от гибели. Эрно азартно улыбнулся, полетев на большой скорости на каменную стену, а затем пробил кулаком дыру, в которую прыгнули остальные члены СИРИУСа. Устало и облегченно вздохнув, я проследовала за друзьями, краем глаза увидев, что Блэйк успешно зацепился за выступы волосами и прыгнул вслед за другими.

– Спасибо. – сказала я, облокотившись руками на колени. Амор удовлетворенно улыбнулся, а затем сосредоточенно уставился в одну точку.

Мгновение, и Арн схватил меня за руку и стремглав побежал за Эрно, пробивающим путь. Эрнеста перелетела через нас, опершись руками в полете о плечи Эйлерта, приложив палец к губам. Показала знак, что нужно вести себя тише.

Ивер, закончив протирать с особой любовью свои пушки и револьверы, достал из сапог двуствольный дробовик, в который вмонтированы каркас и ствол снайперской винтовки. Затем нажал на кнопку, и оружие стало вдвое раз больше, чем было. Протерев пальцем ствол, Райль, толкая Эрнесту, сказал, чтобы та быстрее шла. Но блондинка насупилась и сказала, что будет прикрывать спину командира Красной Звезды. Райль приподнял бровь, а потом достал из кармана гранату и дернул за кольцо, направив к выходу. Закончив сеанс транса, Амор сказал, что есть карман в пещере, по которому можно выбраться наружу. После чего послышались мерзкие звуки и шипение.

– Этим тварям конца и края нет…! Пора накормить гостей свинцом и серебром. – сказал нетерпеливо Ивер, заряжая дробовик. Асдис прыгнула на спину капитану и положила на плечо парня арбалет.

Пока мы бежали, и я смотрела на отряд Красной Звезды, не заметила, как Эйлерт рубит направо и налево. Только после того, как почувствовала запах крови, обернулась и стала помогать. Достав катану из ножен, собиралась кинуть меч в вампира, что теснил Амора, прикрывающего тыл Регнера. Но рука так заболела, что меч сам упал на землю, громко звякнув. Арн оглянулся.

– Все в порядке…? – спросил Эйлерт, зарядив пять стрел в лук и выстрелив в вампиров, нападавших на Блэйка. Амор недовольно прищурился, но все же кивнул в знак благодарности.

Пытаясь восстановить руку, почувствовала, что вторая тоже онемела. Такое ощущение было, будто огонь обволакивал кожу.

– Черт, пули закончились… Отступаем… – сказал израненный Ивер, держась за бок, из которого текла кровь, и отступая назад. Суккубы потирали руки и облизывались, чуя запах свежей крови. Пятясь назад, Райль устало отбивался, держа отключившуюся Эрнесту одной рукой. Какой-то наглый суккуб прыгнул так, что Ивер споткнулся и упал, уронив Асдис, покатившуюся кубарем прямо к ногам чудищ. Красивый и одинокий вампир медленно и трепетно прикоснулся к лицу девушки, мучительно и одиноко посмотрев на Эрни. Но те чувства резко поменялись на жажду и жадность. Выхватив руку, находящуюся у Арна, я стремглав побежала на подмогу. Но также не заметила корня дерева и споткнулась, стерев колени в кровь.

Несмотря на боль, поднялась и с помощью меча создала сильный воздушный поток, который заставил монстров отвлечься.

– Убирайтесь отсюда! – крикнула я, закрыв спиной Эрнесту и Ивера. – Живо!

Проведя лезвием меча по руке, из раны на ладони начала сочиться кровь; затем я ветром разнесла алые капли по воздуху, направив прямо в носы чудовищ.

– Как же ты…? – еле дыша, произнес Райль, поднявшись на одно колено и посмотрев на Асдис.

– Все…, все будет в норме… Спасайтесь скорее уже. Красной Звезде все-таки необходим капитан. – слабо улыбнувшись, произнесла я, взмахнув мечом.

Кивнув и схватив Асдис под руку, Ивер побежал к остальным, прихрамывая. Я же сильнее сжала меч в руке и побежала навстречу врагам.

– Что…?! Нет…! Айли…! Айли… – потеряв меня из виду и увидев, что собираюсь сделать, крикнул Арн. Парень хотел бросится на помощь, но из-за обвала, который устроил оборотень, бивший со всей силой задними лапами по пещерной стене, не успел. Тропа была перекрыта. Я осталась наедине с монстрами, истекающими слюной.

Чтобы поскорее покончить с тварями, я разбежалась и прыгнула вправо, оттолкнувшись ногой от стены, и полетела на кучку обезумивших и голых суккубов, в полете занеся меч и раскрутившись против часовой стрелки. Хлынула темная и грязная кровь на стену и на мое лицо. Почему лицо-то вечно страдает…? А?

Приземлившись на ноги, я сгруппировалась и прокатилась под ногами суккубов, разрезав катаной пополам. Затем резко встала и подпрыгнула, сделав шпагат и отбросив в разные стороны монстров, что попытались застать меня врасплох. Вдобавок, я создала мелкие кинжалы, кинув вдогонку суккубам. Монстры резко зашипели и стали поспешно удаляться, гневно и оскорбленно смотря на меня. Чего это с кровопийцами?

Сложив меч в ножны, пожала плечами. Решив, что нужно как-то найти друзей, стала думать, что делать дальше. Ведь, позади находились шипы, а впереди – обвал…

– Не доверяй никому. – ни с того, ни с сего послышался мамин голос в голове, который резал, словно нож по сердцу. Почему-то на душе опять стало невыносимо тяжело. Может, мне нельзя оставаться одной? Неведение, одиночество и тьма стали страхами?

– Джуна… – с болью в горле прошептала сухими губами я, сев на корточки и потерев глаза, в которых копились слезы.

Просидев вот так пять минут, почувствовала сырость в ногах. Неужели, так много плакала, что обувь мокрой стала? Посмотрев вниз, резко подскочила: откуда-то лила вода с огромной силой. Кстати, плавать я совсем не умею… И водой управлять тоже… Шум воды становился все сильнее и сильнее. Придется пробивать катанами. Достав меч и разделив орудие надвое, со всей силы набросилась на стены. Но меня ударило током, и я отлетела, как и искры, исходящие от невидимого барьера, который покрывал стены. Получается, кто-то создал клетку, из которой нельзя выбраться. Сердце от страха стало бешено стучать. Что же делать…? Будь здесь Сантери, не попала бы в такую безысходную ситуацию… Любимый…, нет, Джуна, спас бы… А теперь я глупо умру, не узнав о семье все и о том плохом человеке.

Вода уже достигла подбородка, тесня голову к потолку и приближая смерть. Так тяжело осознавать, что эмоции мешают здраво мыслить. А грусть закрывает луч надежды, который скрывается во тьме, перекрывая стремление жить. В голове только и крутится мысль о том, что так и должно быть, что я должна вновь увидеть Джуну, хоть и в мире мертвых… Закрыв глаза от воды, что достигла верхнего уровня, начала терять воздух, что так долго пыталась накопить. Пузыри от кислорода казались частичками жизни, которые покидали мое тело. Может, зрячей я была недолго, но зато эти мгновения были самыми счастливыми в моей жизни. Как бы не была тяжела тьма, что давит на плечи, не стоит думать, что счастье ушло. Возможно, просто мы не там искали. Возможно, счастье находится позади вас. Как правило, люди редко оборачиваются, смотря только себе под нос. Каким бы ярким ни был свет, не стоит слепо следовать к сиянию. Ведь, смотря на сияние и блеск, можно не увидеть то, что может стать по-настоящему ценным. Под ногами может находится ограненный сапфир, что сделает жизнь богаче и ярче, чем тот мнимый свет.

Моим светом и тьмой был Сантери, за которым я слепо шла и не смотрела по сторонам. Словно муха, застрявшая в паутине или прилипшая к Венериной мухоловке, позволяла мыслям путаться и наслаждаться миражами, забыв об опасности. Поэтому я и не заметила, как попала в капкан из собственных мыслей и тьмы. Люди страдают по большей части не из-за других, а из-за самих себя. От мыслей, что живут иной жизнью. Можно винить кого угодно, но не каждый признает, что виноват в несчастьях и неудачах сам, создав тюрьму из иллюзий.

Вода, надеюсь, очистит и смоет перед концом жизни всю грязь, что образовалась в следствие грехов. Эта прохлада и прозрачность создадут благую сущность для души, освободив от удушения и самобичевания. Позволит с честью покинуть столь прекрасный мир. Вот, и последний пузырь вышел изо рта, наполнив легкие водой. Руки потяжелели, будто налились свинцом. Тело мягко подхватила волна, а потом потянуло на дно, словно камень. Темные волосы превратились в краску, что слилась с водой. Будто шелк, локоны разбрелись по воде.

Закрыв глаза, поддалась тому, кто решил забрать жизнь и провести через тоннель, ведущий в другую жизнь.

– Мать Земля, тектоническое движение. – послышался где-то вдалеке мужской, грубый и сильный голос.

Вода стала сильно колебаться, а земля вибрировать. От такого я открыла глаза и увидела, как лечу вверх, сквозь камни. А за руку держал лысый мужчина, одетый в монашеские одеяния. Такие, которые носят в Тибете. Сильной и большой рукой мужчина раздвигал камни, словно масло ножом резал. Сплошной каменный слой.

– К-кто… вы…? – не переставая кашлять, спросила осторожно я, потирая свободной рукой глаза.

Но мужчина даже не обернулся, продолжал лишь разламывать камни и создавать проход. Затем он достал из кармана сюрикэн и кинул вперед, за которым последовало еще пять. В итоге, образовался пятиугольник с сюрикэном по центру. Через мгновение появился портал, за которым струился красный свет и лез дым.

Глава 11

Какая тьма существует? Какой цвет у тьмы? Каждый имеет свое представление на этот счет. У многих тьма ассоциируется с блеклыми и мрачными цветами, а у кого-то с яркими и насыщенными. Тьма, что расстелилась передо мной была красной с серыми вкраплениями. По земле текла кровь, горели леса. Везде дым и гарь. И посреди всего этого сражались люди и нечисть, отстаивая каждый свою точку зрения. Звон стали, хрипы, магические заклятия и скрип – все смешалось воедино. А сердце замирало от ужаса и страха. Столько мертвых тел я еще никогда не видела. Ровно, как и окровавленных одежд, что смешивались с грязью и потом.

– Слава Богам, Айли…! – крепко обняв за плечи, сказала облегченно Сакура. Но я не могла оторвать взгляда от того, что суккубы окружили одно бойца и скоротечно обезглавили парня, радостно шипя.

– Иарлэйт, с девочкой все в порядке? Что произошло? – прижимая мою голову к груди, спросила Амэя. Только сейчас дошло, что с главой все хорошо. Переведя взгляд с пугающего поля боя на девушку, увидела, что одежда Сакуры была изорвана. Болтались лишь лохмотья и лоскутки шелковой ткани. Прекрасное кимоно стало лишь тряпкой.

– Да, с Мивой теперь все в порядке. Однако, в бой лучше ни тебе, ни Айли не вступать, – спокойно сказал лысый, посмотрев на Амэю зелеными глазами с особой нежностью. – Я и остальные из Серебряной Звезды постараемся хотя бы отодвинуть тварей за ограничительные линии барьера, которым сейчас занимается Улджи. Ведь даже сил старейшин не хватит на такое количество монстров. Но если мы не справимся, то активируй то, что находится в титановой комнате.

Руки Сакуры слегка затряслись. На лице появился страх. Иарлэйт Ултан мягко улыбнулся и провел рукой по растрепанным розовым волосам Сакуры, достав цветок вишни и заколов девушке за ухо.

– Сакура, не бойся. До этого не дойдет, – переведя на меня взгляд, сказал Ултан. – Присмотри за детишками, которые нуждаются в твоей защите. Поэтому, как только на небе увидишь кодовый знак, бегите. Ибо СИРИУС уже не восстановить. Особенно без предводителя…

Что? Дарк Соул исчез?

Лысый кивнул и задумчиво произнес:

– Еще с Соулом пропала Белая Звезда…

Не может быть… С чего…?

– Айли! Айли! – окликнули меня ребята, бежавшие со всех ног навстречу. Ничего себе! Похоже, все, кроме Белой Звезды, собрались вместе! Синяя Звезда: Айли Мива, Арн Эйлерт. Черная Звезда: Амор Блэйк, Деон Грэй и Далия Рэд. Зеленая Звезда: Флориан Хэния, Фэлан Шервуд, Филамэль Бриль. Красная Звезда: Ивер Райль, Эрно Регнер и Эрнеста Асдис. Даже Серебряная Звезда почти собралась. Друзья выглядели потрепанными и усталыми, покрытые ожогами, ранами, ссадинами, синяками, шрамами и следами от гари. Одежда так же, как и у Сакуры была изорвана и помята.

– Слава Богам! С тобой все хорошо. Когда потеряли тебя из виду, ужасно переживали…, Айли! – хромая и опираясь о Ивера, сказала Эрнеста, нежно улыбнувшись.

– Между прочим, Мива нам жизнь спасла, – с особой благодарностью сказал Райль, усаживая Асдис на землю.

Внезапно, кто-то кашлянул рядом.

– Разрешите доложить! Пока я патрулировал лес, чтобы найти портал, из которого появляются монстры, заметил, что неподалеку ошиваются… Простите… Ходят члены ордена С5. – монотонно произнес парень с фиолетовыми волосами и повязкой на губах. Это был немногословный Деон Грэй, которого я видела всего несколько раз.

Вечно Грэй появляется из неоткуда и непонятно когда… И непонятно зачем… Брови всех присутствующих резко подпрыгнули после того, как упомянули орден Святых. У всех, кроме меня и Арна. Кстати, что же произошло в лесу, когда я предложила объединится, а затем начала трансформацию? Наверное, Эйлерт знает…

– Еще этих свиней тут не хватало для полного счастья! – гневно произнес мужчина с длинными черными волосами и длинной черной бородой до груди. Золотые глаза так и горели от гнева, прожигая собственную мантию черного цвета. Как сказал Деон, увидевший мое изумление, это был еще один из старейшин. Звали бородача – Ивор Хакан. Управлял Ивор огнем. Видимо, поэтому у мужчины такой буйный нрав…

– Не исключено, что Люцифер со своей компашкой причастен к уничтожению СИРИУСа. – ударив топором стену здания, от которой потом остался пепел, яростно произнес Хакан, расчесав бороду.

Сакура прикусила губу. Неужели, никто, кроме Синей Звезды и Сакуры не знает о настоящем зачинщике бойни?

– Нет, Люцифер не… – теребя платье, неуверенно начала Сакура, но огненный шар, проскочивший между девушкой и Ивором и разрушивший стену, заставил всех разлететься в разные стороны. Это был поджаренный суккуб. Суккуб-гриль…

Увидев, что люди стоят и миленько что-то обсуждают, твари бросили и потеряли интерес к солдатам и нацелились на нас, злобно хрипя. Кучка вампиров окружила Красную Звезду, начав кидаться ножами по кругу, а потом и одновременно. Но членов данного отряда таким не удивишь… Ивер азартно ухмыльнулся и достал из-под жилета любимые револьверы и пустил две пули по кругу, на встречу друг другу. Через мгновение из голов вурдалаков хлестала кровь, превращая тела в пепел. Хмыкнув, Эрнеста похлопала предводителя по плечу, достав резко из-за спины арбалет, положив на плечо Ивера и мгновенно выстрелив в уцелевшего вампира, который собирался наброситься на парня.

– Потом отблагодаришь, капитан. – горделиво произнесла Асдис, перепрыгнув через Райля и двинув ногой по носу суккуба. Затем девушка хладнокровно посмотрела на суккуба и всадила безо всяких колебаний стрелу в сердце. Если у демонов есть сердце…

Пока Эрнеста шпуняла из арбалета, Эрно успел подружиться с вампирами.

– Парни. Говорю же: брюнетки горячее блондинок! У них страстный темперамент. Вот, например, видите ту, что с розовой прядью? Это Айли – самая пылкая… Отвечаю! – собрав вурдалаков в кружок и размахивая руками, говорил Регнер, истекая слюной.

Собеседник-вампир покачал головой и показал на Асдис, мечтательно раскрыв рот. Эрно покачал головой.

– Не, блондинку я знаю, поверьте, еще та колючка… Такая злая… – подперев кулаком щеку, разочарованно произнес Регнер. За что получил камнем между глаз. Асдис просверлила парня взглядом, пустив пять стрел из арбалета в оборотней, которые напали со спины. И даже не шелохнулась и не обернулась.

Вампиры удивленно и влюбленно прицепились взглядом к блондинке, мысленно поцеловав каждый уголок кожи Эрнесты. Потом зааплодировали и поклонились девушке. Асдис стояла в недоумении, не зная, что делать.

Внезапно, вампиров охватил огонь, причем очень яростный.

– Асдис, ты чего стоишь? Бегом уноси ноги, а заодно прихвати любителя оружия и бабника. А я пока что задержу дурацких тварей. – стукнув топором по земле, сказал громко Ивор.

– Так точно. – отчеканила Эрнеста и, схватив парней за руки, прыгнула высоко к небу и скрылась в корабле Красной Звезды, рванув от разрушенного здания в неизвестном направлении.

В это мгновение, послышался дотошный вопль. Резко обернувшись увидела, как Шервуд заплаканными глазами смотрит вниз. Подумав, что что-то произошло, помчалась к парню и спросила взволнованно:

– Фэлан, что случилось? Ты в порядке?

Шервуд поднял голову и истерично сказал:

– Я – да! А вот итальянские кожаные полусапожки – нет…!

Затем парень снова заревел. Почему-то мне резко захотелось вмазать Фэлану. Но, будто прочитав мысли, Шервуда ударили кулаком, созданным из волос, заставив упасть прямо в руки суккубов.

– Вот же…! Принцесса нашлась…, – закатив глаза и притянув меня к себе, сказал раздраженно Амор. – Мива, послушай. Времени объяснять мало, но главное, что ты должна сейчас запомнить – никому не давай ключ от Врат Азазеля. СИРИУС временно распадается, поэтому каждый сам за себя… Но связь между отрядами будет поддерживаться… Теперь у каждого индивидуальная миссия.

Такие слова произнес Блэйк, которые пронзили мое сердце. Наклонившись, Амор взял локон моих волос и понюхал, закрыв глаза. А затем поцеловал руку и исчез. Рэд и Грэй тоже пропали из виду.

– Этот чертов Блэйк!!! – вставший из лужи крови и ошметков, отряхнувшись, произнес недовольно Шервуд с пылающими зрачками.

Хлопнув в ладоши, Фэлан стал вращать пальцем по кругу. Из-под земли мгновенно выросли лианы, которые стали подчищать землю, словно уборщики. Услышав свист, издаваемый позади, Шервуд вздрогнул и стал взволнованно создавать заграждения из растений. Капли пота падали на землю, образуя маленькие цветочки. Филамэль и Флориан так же застыли на месте от страха. Кивнув друг другу, парочка прыгнула на корабль и смылась отсюда. Остались лишь старейшины, я и Арн, которого будто парализовало. Медленно разворачиваясь ко мне, парень старался выговорить хоть какое-то слово, но ни язык, ни губы не слушались. Зрачки Эйлерта стали то сужаться, то расширяться. Сакура подошла к Арну и прошептала что-то на ухо.

Стук. Мое сердце остановилось. В голове появилось бесконечное множество непонятных голосов, шепчущих на разных языках. Голову стало сдавливать, словно невидимка пытался раздавить череп.

– Боль, страх, мучение… Такие завораживающие слова, – появился мерзкий и отчетливый голос среди других. – Наша встреча была отложена…, так печально… Ведь, очень хочется посмотреть в глаза принцессы Минами, которые наполнятся болью и страхом…

По коже пробежал холодок. Даже монстры замерли словно роботы, которым приказали отключиться. По земле послышались томные и тяжелые шаги, а лес стал гореть еще больше, чем прежде. Пламя сметало с пути все, включая тварей, и превращало их в пепел и прах. Но сила и мощь сильно отличалась от обычного огня, от силы Ивора, от энергии монстров. Но запах гари показался знакомым. И я поняла, откуда, увидев то, что не стоило видеть. В конце концов, все, случившееся ранее, было лишь частичкой и маленькой ворсинкой для психики принцессы Южных Врат. Душа после увиденного, как глаза, окунулись во мрак, не оставив надежды на спасение.

Глава 12

Кошмар и страх – это два слова, которые близки по значению или же нет? Что намного хуже? Что может поставить в тупик?

Мой кошмар или страх пришел из детских воспоминаний, о которых так тщательно старалась я забыть. Однако, тот, кто топчется на месте, воображая, что бежит, никогда не сдвинется и не скроется от того, что действительно может двигаться и жить.

Лес сгорел как спичка, а ветер даже и не спешил унести остатки и пепел вон отсюда. Через несколько мгновений перед разрушенным СИРИУСом стоял огромный огненный монстр с острыми когтями и рогами. Тот самый убийца моих родителей, который разрушил дом. Тот огненный минотавр, размером с восьмиэтажный дом.

А рядом плыла тень. Темный силуэт вальяжно и медленно плыл, то и дело, поправляя котелок на голове. Внезапно, откуда ни возьмись, из сгоревшего леса вылетели стрелы, поцарапав и продырявив тень.

– Боже мой, Айли… Заставила же поволноваться меня, – обняв сзади и поцеловав в макушку, произнес знакомый голос. – Не волнуйся, падшие ангелы не позволят упасть ни одному волоску с головы молодой и красивой девушки.

Обернувшись, увидела эти темно-синие глаза, которые пожирали меня с головы до ног. А, этот извращенец…, Люцифер.

– Господин, пригнитесь. – рассекая небеса, сказала спокойно Аин, выстрелив из трезубца ядовитыми шипами, которые пронеслись рядом с головой Акиры. И если бы архангел не опустил мою голову вниз, то шипы пронзили черепок, а затем вылетели и полетели бы дальше…

– Айли, теье нравится мужская грудь…? – заинтересованно спросил Акира, посмотрев вниз. Ой, блин. Я прижалась к груди архангела, которая чудесным образом стала обнаженной. Покраснев, отскочила от Люцифера и достала меч. Парень улыбнулся, закрыв глаза и подняв ладони, и сказал: – У каждого человека есть свои тараканы и странные наклонности.

С ветки подгоревшего дерева спрыгнула Хефина и стала связывать мои руки, недовольно и обреченно посмотрев на хозяина. Люцифер еще больше улыбнулся, пожав плечами и игриво произнеся:

– Отныне, Айли Мива – заложница С5. Поэтому будет лучше, если девочка будет слушаться своего нового господина.

Чего?!!! Акира довольно улыбнулся и щелкнул пальцем, приказав Хефине увести меня на корабль. Черт, где старейшин и Арна носит?!!! Пытаясь вырваться, лишь разгневала Аяну, которая и без того была не в настроении… Ударив сильно кулаком по моим почкам, Хефина жестко схватила меня за шею и повела в сторону сгоревшего леса, пиная по ходу ногами. В это время я заметила, что старейшины стали расходиться к разрушенным зданиям отрядов, образовав пятиугольник. Каждый из членов Совета Старейшин стал доставать из-под одежды оружие и поднимал его в воздух, образуя в небе еще один пятиугольник. Уилджи Талула, красавица с длинными волосами цвета мяты и бордовыми глазами, достала оружие под названием ятаган и выпустила из сапфира, который был на ручке оружия, сферу цвета электрик. Это была сила энергии.

Иарлэйт Ултан, лысый дядя с зелеными глазами, вытащил свои сюрикэны и метнул в небо, заставив вращаться оружие по кругу, образовав сферу серого цвета. Это сила земли.

Рокайо Арселия, девушка с длинными золотистыми волосами, собранными в пучок, и синими глазами, расстегнула пуговицу на платье и достала оружие под названием пернач. Затем красавица поднесла оружие к шее, положив на плечо, словно скрипку, и заиграла невидимым смычком. С неба посыпались жемчужные капельки, которые летели по небу в форме волны, превращаясь в цунами. Силой Арселии была водная стихия.

Ивор Хакан вытер топор о свою густую бороду, которая загорелась, а затем из нее вырвались языки пламени. поднявшись наверх, языки пламени превратились в огненного маленького дракона, летавшего по кругу. Сакура, стоявшая пятой, закрыла глаза и приложила раскрытый веер, а затем резко взмахнула им, начертив знак бесконечности. Знак вспыхнул и в небе закружились лепестки розовой сакуры, слетавшие с шелковистых волос Арселии.

Все стихии смешались воедино. Вокруг разбитого и уничтоженного здания появился едва видимый защитный купол, являющийся барьером. Тень, которая восстановилась, ехидным голосом отдала огненному монстру приказ, чтобы тот разбил барьер и растерзал на кусочки старейшин. Сначала, минотавр грустно уставился на меня, тяжело выдохнув огнем, а потом уставился на пятиугольник и стал разгоняться, обнажив острые когти.

Монстр с разбегу ударил кулаком купол, а затем пронзил барьер когтями, смяв его, словно банку. Все усилия старейшин были напрасны.

Внезапно, я почувствовала боль в ноге. Посмотрев на голень, увидела, как Хефина топчет сандалиями мою ногу, разламывая кость. С садистским выражением лица, девушка пнула больную ногу, а затем ударила меня кулаком по лицу. Сплюнув кровь, посмотрела на Хефину раздраженным взглядом и мерзко ухмыльнулась. Аяна вздернула бровь, а затем схватила меня за шкирку и кинула в дерево. Ударившись с большой силой, стала терять сознание и почувствовала кровь, которая полилась из затылка.

– Как же ты бесишь, тупица!!! Сдохни! – со злостью крикнула Хефина, у которой пена изо рта хлестала.

Девушка ударила ногой по моим легким, а потом зарядила лук тремя стрелами, которые проткнули мое тело. Изо рта хлынула кровь. Я закричала. Закричала так, что земля затряслась и стала ходить ходуном, вздуваясь и взрываясь. Даже монстр, гневно пожирая и разбирая защитный барьер, пробираясь к старейшинам, впал в ступор. Совет Старейшин воспользовался моментом и завершил последнюю стадию миссии, исчезнув вместе с разрушенным СИРИУСом. Остались только я, монстр, тень, Хефина и пустота. Оказывается, здания отрядов были достаточно огромными, раз для него потребовалось огромное пространство и целый остров. Тишину и стоны пронзило гневное мычание, которое раздавалось от минотавра. Огненный монстр несся на нас с Хефиной, затачивая когти. Аяна обернулась и замерла. Минотавр налетел на архангела, сбив с ног и вонзив когти прямо в сердце, по которым пробежал яростный огонь. Глаза Хефины застыли от недоумения и шока, из которых полились слезы. Посмотрев на окровавленные дыры, оставленные от когтей, Аяна задрожала и начала бледнеть. Минотавр встал и фыркнул, облизав кровь с лап. А затем стал медленно приближаться ко мне, пылая все больше и больше.

Собрав оставшиеся силы, я попыталась отползти куда-нибудь и спрятаться, но, опиравшись о локоть, лишь усилила кровотечение. Минотавр внимательно наблюдал за беспомощными действиями, периодически, то приближаясь, то отдаляясь. Казалось, тигр, который загнал антилопу в тупик, успев поранить острыми когтями, с жалостью смотрел на разрывающееся от ужаса и страха существо, сочувствуя, что скоро добыча умрет и падет от собственной тьмы, застилающей глаза. Цепь питания не может быть разорвана, поэтому, забыв о милосердии, и вспомнив о потребностях, тигр бросается на антилопу, с жадностью отрывая и глотая плоть. Лишь после насыщения хищника начинают душить совесть и сожаление. Но только потом…

Так же и Минотавр. Все стоял и выжидал подходящего момента. Я, как рыбка, что бросили на сушу, трепыхалась и глотала кислород. Вдруг, внутри возникло чувство, вовсе отличающееся от страха и неприязни. Чувство, будто я и Минотавр были связаны.

– К-кто… т-ты…? – сквозь застилающую глаза боль, спросила я.

Огненные глаза монстра вспыхнули, засияв золотистым светом. Склонив голову и отведя взгляд, монстр опечаленно и нерешительно произнес:

– Иэрос. Хранитель госпожи Мива.

– Что?!! – не поняла я.

– Господин и госпожа Мива, отец и мать, призвали меня из Ворот Азазеля и приставили к вам в качестве оберегающего духа… – грустно и виновато произнес Иэрос, сжав руки в кулаки.

Сбоку послышался шелест и содрогания. Хефина, которая должна была умереть, отряхивалась от грязи, ухмыляясь и истерически смеясь, издевательски произнесла:

– Айли Мива убила сама родных родителей… Ха-ха-ха! Вот это мерзость! Собственными руками заставила Смерть забрать великих некромантов!!!

Аяна, опираясь о дерево и поднимаясь на ноги, вздрагивала от смеха и что-то весело бубнила.

– Заткнись! Дура! – гневно прорычал Эйлерт, ударивший девушку по щеке со всей силы.

Откуда Арн появился…? Хотя, это не важно. Сейчас не волновало ничего, кроме того, что хотелось узнать правду, которая раскрывалась так стремительно. Словно солнце, вышедшее из-за гор, окутывая пустыню обжигающими лучами. Конечно, если бы раньше узнала, что сама убила родителей, то сошла с ума или впала в депрессию. Но в глубине души я знала ответ, поэтому не удивилась почти. Пустота, зиявшая внутри, вновь засвербела. А сердце, что уже почти не билось, еще медленнее стало работать. За несколько дней произошло столько всего ужасного, что даже не верится… Будто тьма, перекрывавшая свет глазам, опять вернула слепоту и обратила жизнь в разруху и прах. Может, это эгоистично, но в этот момент хотелось прижаться к Джуне и крепко обнять. Почувствовать поддержку и заботу.

– Довольно…, Аеронвен… Отправляйся на корабль! Позже разберусь с тобой. – послышался в пустоте раздраженный голос Люцифера.

– Ты! Ты…! Какого черта позволил этой твари тронуть пальцем Айли?!!! – взяв за ворот архангела и прижав к дереву, зашипел Эйлерт. Друг был вне себя от ярости.

Акира фыркнул и оттолкнул Арна, взмахнув перед носом пепельноволосого мантией и горделиво направляясь ко мне. Присев на корточки, архангел расстегнул мантию и притянул к себе, накрыв плащом, позволил согреться. Протерев раны белоснежным платком, Люцифер провел пальцами по щеке, нежно прошептав виновато:

– Прости…

Из стеклянных глаз, в которых не было никаких эмоций, потекли холодные слезы. А тело, словно парализованное, обессиленно прильнуло к Акире. Несмотря на тепло, которое исходило от архангела, холод все больше настигал кожу. Лед, наверное, показался бы раскаленной плитой по сравнению с тем, что я ощущала.

– Поплачь…, не держи в себе… – поцеловав в макушку, спокойно и тихо произнес Люцифер. В какой-то степени, я была благодарна архангелу за заботу…

– Не трогай меня…! Не смей…! – хладнокровно произнесла я, резко встав. – Не нужно утешать убийцу! Не надо жалости!!!

После последнего слова я сильно закричала. Да так, что земля задрожала, покрываясь расщелинами и дырами, из которых хлестала вода. Остров стало судорожно трясти, медленно погружая в воду океана. Арн пытался приблизиться и остановить, но я создала из мечей защитную сферу. Ветер, исходивший от летающих по кругу лезвий, смешался с водой, создав воронку, не позволявшую никому приблизиться. Встав на колени и воткнув основной меч в землю, начала читать заклинание, способное умертвить хозяина меча. То есть заклинание самоуничтожения. Внутри водоворота, где была я, вспыхнуло черное пламя, покрывая водную гладь древними письменами и замораживая ее. Поняв, что собралась сделать, Арн и Люцифер стали пробиваться через барьер. Но заклинание, которое вспомнила на подсознательном уровне, было чрезвычайно мощным.

– Айли!!! Айли!!! Не делай этого!!! Прошу!!! Вспомни, что ты обещала!!! Обещала, что не будешь больше отчаиваться и жить дальше!!! Вспомни!!! – бил кулаками по льду Арн, из глаз которого полились слезы.

Люцифер прикусил губу и виновато посмотрел на парня. Схватившись за крест, висевший на груди архангела, парень аккуратно опустил руку на плечо Эйлерта и попросил отойти.

– Молитва вряд ли поможет… Но хотя бы попытаюсь развеять тьму, что настигла ее сердце… – поцеловав и приложив крест к барьеру, неуверенно произнес Люцифер, перекрестившись и начав читать молитву.

Услышав, что парни собираются прервать саморазрушение, усилила защиту барьера, создав внутри водоворота воздушный вихрь из множества клинков. Но внезапно, сверху стали просачиваться бледные золотистые лучи солнца, нежно касаясь ледяной кожи. Блеск и сияние окутали разум, согревая медленно сердце. Сила в руках ослабевала, но контроль над магией все равно не был потерян. Сконцентрировавшись, я взмахнула черным лезвием катаны, выпустив тьму, словно осьминог чернила в воде. Как кто-то аккуратно и едва ощутимо коснулся руки.

– Айли. Зачем ты хочешь распрощаться с жизнью? Остановись и просто живи. – сказал невидимый силуэт.

Подняв глаза, полные отчаяния и слез, увидела знакомый до боли облик: черные, как у ворона перья, локоны, развевающиеся на ветру; сияющие глаза цвета темно-красной вишни; отстраненный и холодный взгляд.

– Джуна…? – спросила дрожащим голосом я. Меч упал из окачанелых рук, звонко зазвенев, соприкоснувшись со льдом.

Силуэт слабо улыбнулся, опустившись ко мне на коленях и заглянув в глаза.

– Перестань винить себя. Если ты не сможешь собраться и продолжить путь, то уйдешь из жизни, так и не закончив миссию, которую поставили тебе хранители врат. Именно от хранительницы врат Минами зависит жизнь не только Земли, но и параллельных миров. Прости за все, что тебе пришлось испытать из-за меня… – прикоснувшись к моей щеке, холодно произнес Сантери. Но я не почувствовала прикосновения, ведь Джуна был всего лишь призраком.

Пытаясь подавить чувства нехватки и одиночества, едва сдерживая слезы, я кивнула и, щелкнув пальцем, разрушила защитный барьер. Лед превратился в воду, вода превратилась в миллиард прозрачных капелек, капли исчезли, как туман. Убедившись, что письмена исчезли, Сантери кивнул головой и улыбнулся. А потом любимый исчез вместе с туманом.

Глава 13

Стремглав подбежав, Арн стянул рубашку и накинул на меня. Попросив отвернуться парней, я сняла изорванную одежду и надела белую рубашку Эйлерта, которая была слегка большой. К сожалению, штанов не было, поэтому пришлось идти в нижнем белье.

– Поднимемся на борт Диджэны (корабль С5), прикажу Аин выдать одежду… – беспокойно произнес Люцифер, спрятав крест за пазуху.

– Я не ступлю на порог корабля, где присутствует даже частичка Хефины… Плевать на одежду, смогу разыскать Джуну в таком виде. – забрав катану в ножны, строго произнесла я. Глаза архангела округлились. Люцифер хотел сказать что-то, но Арн перебил:

– Айли, конечно, поведение Хефины совсем непростительно, но Джуна и С5 заключили временное перемирие, чтобы добраться до Врат Азазеля первыми.

Равнодушно посмотрев в сторону сгоревшего леса, я резко развернулась к Иэросу и строго спросила:

– Что произошло конкретно в день смерти родителей?

Забытый всеми Минотавр поднял морду и грустно начал рассказ:

– Госпожа Айли…, если быть честным, то я не помню все дословно. Однако, призыва с вашей стороны не было в тот день. Хранители некромантов находятся перед Вратами Азазеля в параллельном мире, в первом чертоге. Над нами стоит Жнец, который следит за работой хранителей. Тоириса (жнец) целый день отсутствовала в чертоге, поэтому хранители забеспокоились. Но Ханг, правая рука Тоирисы, пришел за мной лично и попросил проследовать за ним. Ступив в Обитель Звезд, второй чертог, где собираются Жнецы всех чертогов, ощутил неприятное волнение. За круглым столом, в полутьме, сидела Тоириса и нетерпеливо стучала ногтями по столу, скрывая лицо под капюшоном. Жнец спросил меня о том, являюсь ли я настоящим хранителем семьи Мива. Подтвердив информацию, ощутил жжение в висках. Через мгновение сознание покинуло меня, а потом очнулся лишь тогда, когда в руках держал окровавленное тело вашей матери Клары. Не понимая и наблюдая за двумя детьми, что скрылись в гуще леса, оглядел сгоревший дом и лужи крови. Затем шуршащий голос сказал, что договор между семьей Мива и Иэросом расторгнут. После чего наложил руну повиновения, захватив мой разум вновь.

Минотавр тяжело вздохнул, посмотрев на серое и мрачное небо, прикрытое туманом и тяжелыми тучами. В глазах отражалась такая боль, что, думаю, моя боль была ничтожной. Даже небо не выдержало такой тягости, наслав на землю дождь в виде тонких и холодных капель. Шум ливня становился все сильнее и сильнее. Пар изо рта Минотавра взлетал в воздух так грозно, что, казалось, опустится на траву и растечется ядом, прожигая растения и все вокруг.

– Сколько крови эти руки пролили…, и не пересчитать… Омывая морду в красном золоте. постоянно думал о том, что поступаю неправильно и жестоко. Но мысли оставались лишь мыслями, а тело действовало и работало безотказно, подчиняясь приказам. И вот, спустя много времени, я встретил вас, Айли!!! Так благодарен за щедрый подарок судьбе… Увидев родные глаза, сразу с легкостью снял оковы, терзающие, будто целую вечность, душу. Если примите меня обратно – это будет благодатью и высшем наслаждением. Но думаю, что такое чудовище, не может быть прощено и принято назад.

Посмотрев на грузные облака и прижав меч к груди, сказала:

– Время не воротить вспять. Что сделано, то сделано. Однако, грехи, что были когда-то совершены не каждый способен искупить. Но за попытку никто денег не берет. Если хочешь казаться хорошим, то надевай маску и играй на публику. Если хочешь быть хорошим – сними темные очки и посмотри на ослепительный свет. Если ты уже хороший, то делись светом и любовью с другими. Не стоит прошлые поступки сравнивать с нынешними. Просто старайся тянуться к свету, оставляя тень и мрак позади. Пусть, что было плохим и ужасным, останется там, где им самое место. В прошлом. Если хочешь измениться, то выкуй из пластмассы меч, как бы это ни было невозможно. Поэтому, прошу, вернись ко мне… Иногда, человеку нужна частичка прошлого, даже плохого. Чувство ностальгии не бывает плохим или хорошим. Оно просто бывает. Но то, что можно еще вернуть, стоит забрать и бороться до конца…

Минотавр посмотрел на меня большими глазами, в которых не было больше одиночества. Лишь радость и преданность. Вот, и дождь прекратился. Из-за серых облаков показалась огромная радуга, которая осветила лагуну, которая чуть не погрузилась под воду. Да, за зданием СИРИУСа такой красоты не было видно.

– Айли, прости…, – неуверенно начал Арн. – Ты сказала, что собираешься найти Джуну…

Потрепав мокрые от дождя волосы, я улыбнулась легко.

– Да. И даже знаю, в каком направлении примерно искать. – поправив рубашку, сказала уверенно я.

Акира ухмыльнулся, а затем немного завистливо произнес:

– Узы любви… Сантери явно повезло с ними…

– Ладно. Что теперь делать? Мы же не знаем, кто является врагом… – почесав затылок, растерянно произнес Арн, а затем резко покраснел и отвернулся.

Не поняв смущения, оглядела внешний вид и заметила, что белая рубашка стала прозрачной, а я стала почти голой. Кашлянув, сделала вид, что ничего не заметила. Одежды же ведь больше нет… Но, внезапно, почувствовала прикосновение теплых рук, которые дотронулись до моей щеки. Повернув насильно лицо, рука нежно обхватила шею. А темно-синие глаза пристально впились в мои темно-зеленые. Да, похоже, Люцифер не знает, когда лучше остановиться…

Архангел одним щелчком пальцев скинул драгоценную мантию и надел на меня, спасая от холода и позора. Под плащом был белый гусарский наряд, прошитый золотыми нитями. А на поясе висел фальшион, впитывая кроткие лучи солнца.

– Спасибо. – пробурчала я, резко покраснев от смущения и благодарности и почувствовав тепло, пробежавшее по коже. Акира закрыл глаза и улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами. На мгновение позабылись наглость и извращенность архангела. Но улыбка резко сменилась озадаченностью, а затем на лбу у Люцифера выступили капли пота. Акира побледнел, как поганка.

– Понял… Вели Нуале опустить Диджену. – резко и удрученно крикнул архангел, быстро развернувшись и последовав в сторону сгоревшего леса.

Пройдя мимо Арна, архангел многозначительно и серьезно кинул взгляд на парня. По-видимому, Эйлерт и Акира обменялись не просто взглядами, а какой-то информацией. Арн кивнул, пробурчав что-то под нос.

– Айли, ничего не спрашивай и следуй за мной и Акирой. – кинул Эйлерт, а затем резко схватил за запястье и подпрыгнул в воздух. Через секунду я стояла на борту Диджены. Корабля в форме креста. Но все члены экипажа бегали из стороны в сторону, паникуя и суетясь.

– Как такое могло произойти вообще?! – сев за штурвал и направив корабль в противоположную сторону, плевался и кричал Акира на растерянную Хефину. Девушка побледнела, виновато смотря в пол.

– Господин. Церковь еще в большей опасности, чем мы предполагали. – спокойно и монотонно проговорила Аин, сидя за вторым креслом у штурвала. Люцифер разозлился еще больше, чуть ли не сломав пульт управления кораблем.

– Что происходит? – ничего не понимая, спросила я.

– Штаб С5 находится под угрозой. Именно в церкви Лика Святых находится ключ от Врат Народа Севера. От Врат Ки́та. Если ключ попадет в чужие руки, то возможно, что тот, кто охотился за тобой, Сантери и Эйлертом, откроют Врата Азазеля первыми… Тот, кто пытался уничтожить СИРИУС, тоже наш противник. Конечно, это всего лишь догадка. Но после слов Минотавра сомнения исчезли. Думаю, это дело рук Тоирисы… – не отрывая взгляда от переднего стекла корабля и наблюдая за дорогой, сказал угрюмо Акира.

– Выходит, за делами прошлого и настоящего стоит всего один человек? – подумав немного, неуверенно спросила я. Архангел кивнул.

– Кстати, Арн. Ключ от Врат Ни́ши у тебя? – неожиданно спросил Акира, повернув корабль в сторону ущелья. Эйлерт прикусил губу.

– Всем приготовиться к обороне. Нас ждет веселый махач с врагами. Конечно, пока радар не определил, кто там ломится в церковь. Поэтому не расслабляйтесь. – перекинув лабрис через плечо, азартно произнесла Меинвен, которая посмотрела на меня, Арна и Иэроса так, будто в сражении должны участвовать не только члены С5. Поняв намек, кивнула девушке и вытащила катану из ножен.

Укорив корабль, архангел направил махину к едва заметной среди скал и лесов церкви, которая сливалась с растительностью. Изумрудный отблеск почти нового храма гас в алых вспышках от магического всплеска. А купол, сделанный из белого золота, искрился, утопая в темном дыме от пожара. Только странным было то, что церковь была окружена защитным барьером темно-красного цвета. Неужели, враги смогли прорваться через такое сильное поле? Ведь, концентрация магических частиц превышала даже общую силу магических существ и нечисти, что были возле СИРИУСа, если собрать в общем. Защитный купол состоял из трех слоев: черного (сгусток тумана, расщепляющий человека на микроны), зеленого (ядовитого газа гидр) и красного (магия, всасывающаяся в кровь в виде вещества, которое смертельно влияет на мозг). Странно, что церковь защищена подобной магией. Хотя…, может ли быть…

– Люцифер!!! Останови корабль!!! – не успела выкрикнуть я, как Диджена столкнулась с защитным полем и начала взрываться.

Все члены экипажа попадали к хвосту корабля, теряя сознание и истекая кровью. Я, ударившись носом о железную стену, потерла место ушиба; так же едва успела увернуться от Хефины, падающей на меня. Только, видимо, зря. Архангел летел прямо в турбину, которая вращалась по кругу с огромной скоростью.

– Хватай руку! – слетев со стены и перепрыгнув на выступ, созданный с помощью воздуха и меча, воскликнула я, протягивая руку девушке. Аяна, которая только что и делала, как злилась и фыркала, улыбнулась и протянула руку, пытаясь ухватиться. Но потоки воздуха, исходившие от щелей, образовавшихся от взрывов, замедлили мое движение, ускорив движение архангела, толкающие прямо в пасть смерти. Да, что же такое?! Воздухом явно не поможешь. Краем глаза увидев руны, мелькающие в воздухе, поняла, что на стихию воздуха рассчитывать нельзя. Руны, как и защитный барьер, наложили противники.

Достав меч из ножен, сконцентрировалась и клонировала катаны, направив в турбину, чтобы пробить лопасти. Уверена, если они будут разрушены, Хефина в воздухе, выпав из самолета справится… Стоп! Нет! Забыла о рунах! Нужно перегородить выход, как и уничтожить турбину…

Перестав думать, направила копии и оригинал катан к лопасти, перекрыв мечами дыру. Аяна упала на острые катаны, разложенные по кругу. Немного обрезалась, да и падать было на сталь больно. Однако, девушка была спасена.

Раскрыв глаза, наполненные ужасом и страхом, Хефина положила руку на лоб, улыбнулась и заплакала. Потирая второй рукой кровь, запекающуюся у уголков рта, девушка что-то тихо поговаривала. Молилась что ли?

– Спасибо…, спасибо…, – твердила умоляющим и дрожащим голосом Аяна, смотря в потолок. – Сколько за день я могла умереть… Все из-за глупости, собственной глупости. Все потому, что закрылась в себе и забыла о человечности. После свержения с Небес, привыкнув к обязанностям богини лета, не смогла простить слабость, любовь и милосердие к людям. Поэтому… отказалась от этих чувств… Казалось, что такие чувства – это слабость всего Мира. Но правда в том, что человек живет не ради себя, а ради других. Ради дружбы и любви. Увидев крепкие узы между отрядом Синей Звезды, я позавидовала и озлобилась еще больше. Однако, то, что произошло сейчас, удивило. Ты протянула руку даже врагу, несмотря на все гадости, что я сделала… Спасибо. Архангелам бы понравилось доброе деяние темной души…

От чувственной речи врага из глаз чуть не полились слезы. Даже не знаю, почему это произошло. Глаза девушки начали закрываться.

– Не отключайся! Хватайся за шею… Пора валить с корабля и надрать одно место врагам. – подняв тяжелую из-за доспехов Хефину, сказал обозленно я. Но архангел почти не мог стоять на ногах.

Пока мы с Аяной болтали, корабль хорошенько обгорел, теряя силу невесомости и падая вниз как комета.

– Арн! Иэрос! – позвала друзей я.

Однако на зов никто не откликнулся. Я начала паниковать, что с друзьями могло что-то случиться. Но сердце подсказывало: Арн и другие не дадут смерти просто так забрать души. Отряды СИРИУС и С5 – самые сильные и могущественные маги.

Через мгновения я услышала скрип от двери, которая отлетела в сторону. Из огня выпрыгнул Эйлерт, державший на руках Меинвен и Аин. Одежда друга обгорела, превратившись в лохмотья. А кожа была сожжена. Я ринулась к Арну, но парень крикнул:

– Потом поможешь! Сейчас нужно всех выкинуть из корабля. Я мог бы восстановить Диджену, но руны врагов поглотят силу… Айли, бери Аин и Меинвен и прыгай. Я же вернусь за остальными… Как только подам сигнал, прыгай в озеро, которое мы сейчас пролетаем. Более или менее вода смягчит падение. Поняла?

Хотела возразить, но посмотрев в серые глаза, горящие решительностью и отвагой, кивнула головой, подхватив еще двух тяжелых богинь. Нужно довериться Арну, ведь Синяя Звезда – самая сплоченная команда, состоящая из необыкновенных некромантов.

Оглядев огненные стены, поняла, что придется в стене пробить проход. Иначе, выбраться не получится. И как же я получу сигнал от Эйлерта в таком шуме? Огородившись от ненужных мыслей, схватила катану и создала вакидзаси (короткий японский традиционный меч), потом кинула первый так, чтобы летел прямо. Второй меч заколдовала, чтобы летел по спирали, вокруг катаны. Получилось так, что катана летит прямо, а вакидзаси вокруг нее, острием вперед, вращается. Вакидзаси прорубил в стальной стене круг, а катана эффектом толчка скинула кусок. Прорубив дыру, потоки воздуха сразу снесли с ног меня, заставив лететь прямо в отверстие.

– Пора! – раздалось из комнаты пилота. Это был Эйлерт. Как вовремя!

Я стремительно схватила девушек за руки и по скосу, который образовался из-за разрушения корабля, покатилась в дыру, увидев, что расстояние до земли было больше, чем предполагалось. Если прыгнем с такой высоты, то даже вода не поможет. Будь здесь Джуна, смог бы воспользоваться заклинанием, которое использовал на мосту. Но, увы. Ни трости, ни самого Сантери в данный момент не было.

Зато ключ, который одиноко болтался на шее, стал светиться, намекая, что есть выход. И как тогда им можно воспользоваться? Неужели, ключ, открывающий Врата Азазеля, может еще что-то?

– Подумай о том, чего бы ты хотела. Потом поднеси ключ к небу и начерти знак Мива. Три кольца. – прошептал знакомый голос в голове.

Потеряв будто контроль над собственным телом, вылетев в дыру и воспарив в небе вместе с архангелами, закрыв глаза, я замерла в воздухе и достала ключ, который жег ладонь. Поцеловав пылающий талисман, подняла в воздух, направив прямо к солнцу, и начертила три кольца. Эти кольца символизировали меня, маму и папу. Так подсказывала душа. Из груди вырвался тот самый огненный ягуар, начавший кружиться вокруг.

– Слушаю приказ. – промурлыкал горделиво ягуар.

– Преврати тела членов экипажа Диджены и Синей Звезды в неживые, оставив души. Воспользуйся заклинанием Джуны Сантери. – направив ключ на кошку, приказала я.

Фамильяр (существо, служащее господину) зарычал и превратился в густой черный дым, похожий на дым Джуны. Словно густое облако, загородившее солнце, тьма окутала все вокруг. Постепенно тепло тела уходило, заставив кровь заледенеть, а сердце остановиться. Воздух сотрясался, наполняясь холодом и сыростью. Через мгновение тела погрузились в воду, создав огромные волны. Обломки от корабля последовали за нами, рухнув в морскую пучину. Рухнул корабль, как рухнули наши надежды.

Глава 14

В глубине души люди думают, что всегда могут выбраться из любой ситуации. По крайней мере, надеются на это. Нет ничего плохого в надежде, любви и вере… Но… Но это лишь иллюзии, которые вечно преследуют человеческие умы, заставляя на мгновение забывать о реальности и поддаваться суевериям. И неважно, кто ты. Даже волшебники, некроманты и нечисть верят в магию и обыкновенные обнадеживающие слова.

Проведя в ледяной и парализующей воде всего мгновение, я поняла, что тоже верю, надеюсь и люблю. Верю в то, что смогу помочь архангелам и найти Джуну. Надеюсь на то, что злые силы не успеют открыть Врата Азазеля первыми. Люблю того, кто подарил надежду и веру.

Внезапно мысли прервало прикосновение руки, которая аккуратно схватила меня за талию, поднимая все выше и выше.

– Айли! Ты как…? – сквозь сон услышала я голос.

Открыв глаза увидела Люцифера. Архангел был так бледен, как никогда. Золотистые волосы не сияли, а лишь поблескивали, небрежно свисая, словно тина болотная. Взор был так нежен и одновременно беспокоен.

– Черт! Ты заставила меня сильно поволноваться… Не делай так больше… – склонив над моим лицом голову, сказал облегченно Акира. Холодные капли упали с волос архангела прямо на мой нос. Но это, как оказалось, были не капли, а слезы.

– Что бы я делал без тебя…? – показав заплаканное и покрасневшее лицо, страстно лепетал Люцифер, склонившись надо мной, а затем нежно прижал к груди, поцеловав в макушку.

Горячее дыхание, дрожащие голос и руки, страх в глазах – это все не умещалось в голове. Разве этот архангел может бояться чего-либо? Неужели, я настолько дорога Акире?

Погладив парня по голове, прошептала на ухо тихо:

– Если пожелаешь, то никогда не оставлю тебя. Думаю, что люди, которые чувствуют необъяснимую связь, должны держаться друг за друга. Может, это будут не отношения родственников, любовников или друзей, а друзей и союзников. Но все равно, давай сохраним эти отношения?

Пальцы, что нежно скользили по моей спине, резко прекратили движение, впившись в кожу. Но боли я не почувствовала, ведь заклинание Джуны работало.

– Что за фигня?! – заорала Хефина.

Люцифер выпустил меня из объятий, повернув холодный взгляд в сторону барьера. Архангел еще мгновение назад был таким хорошим… Я что-то не так сказала?

Хефина непонимающе моргала и щипала себя за руки. Девушка явно сейчас будет недовольна тем, что сейчас скажу:

– Я применила некромагию. Заклинание делает тело мертвым, но душа остается живой.

Меинвен, которая поднялась на островок, где все находились, спросила:

– Судя по всему, ты нас таким образом спасла?

Я кивнула головой, поднимаясь с травы, а затем добавила:

– Прежде, чем Диджена успела столкнуться с защитным куполом, я успела изучить структуру барьера. Для простой нечисти подобного рода магия слишком уж структурирована и усложнена. В куполе три слоя, каждый из которых вреден даже сильным некромантам. Всем живым существам, кроме живых мертвецов. Однако, у зомби нет души, которая есть у нас. Поэтому не могу быть уверена до конца, сможем ли пройти мы через купол.

Вдруг из реки вылетел Иэрос, держа в руках израненного Арна. Не поняла… Магия на друга не подействовала?

Отряхнув голову, Минотавр аккуратно положил Эйлерта ко мне на колени и сказал:

– На господина Арна так, как он был ранее воскрешен, магия подействовала наоборот. Душа Эйлерта сейчас находится в параллельном мире, однако тело живое. Если это возможно, то я пригляжу за молодым господином, пока госпожа Айли и Орден Святых будут по другую сторону барьера.

Что же я натворила? А если не смогу обратить заклинание назад?!! Тогда душа Арна потеряется за Вратами Азазеля!

– Не бойся, все встанет на свои места через 2 часа. – послышался спокойный и уверенный голос ягуара в голове. Получается, что нужно справиться с врагами как можно скорее.

– Тогда медлить не стоит. Уже прошло 30 минут, – строго сказала Нуала, создав в воздухе песочные часы. – Айли, веди нас. Только некромаг может правильно провести мертвых через мост в параллельный мир.

Не успев дослушать девушку, услышала, как возле храма столпились любимые суккубы, жаждущие свежей крови.

– Придется отбиваться сразу, как подойдем к храму. – положив палец на ножны, сказала сурово я. Внезапно, кто-то бодро хлопнул по плечу.

– Отлично. Пора надрать этим слабоуровневым тварям одно место за то, что тронули святую обитель. – достав стрелы из колчана, весело произнесла Хефина.

Аин и Меинвен кивнули, обнажив оружие. Нуала собрала белоснежные волосы в два хвоста, а затем вытащила из-под мантии сариссу (копье), кольнув палец острием оружия. Кровь пропитала копье. Металл вспыхнул синим пламенем. Люцифер же все смотрел вдаль, пытаясь что-то тщательно найти.

– Идите, я догоню… – переглянувшись с Минотавром, монотонно произнес Акира. Архангел снял мантию и исчез.

Не став ждать Люцифера, я шагнула в первый слой барьера. Черный туман поглотил мою плоть и сущность. Похоже, слой, который расщепляет человека на частички безопасен. Хотя, кожа немного подгорела, но боли не чувствовалось. Значит, архангелы тоже смогут пройти. Однако, я ошибалась. Девушки будто в желе застряли: замерли и совершенно не дышали. Поняв, что лишь темные сущности могут спокойной пройти через этот хаос, схватила архангелов за руки и начала тянуть. Но девушки будто приклеились к земле и застыли, словно статуи. Что-то было не так. Возможно ли, что барьер был ловушкой для хранителей храма? Пора рассеять тьму, иначе вовремя не успеем уничтожить врагов, и душа Арна пропадет.

Достав катану и создав вакидзаси, я начала кружиться против часовой стрелки, образуя воронку из воздуха. Проще говоря, торнадо. Вихрь все возрастал, засасывая магическую консистенцию первого слоя. Конечности Аин, Хефины, Меинвен и Нуалы резко начали двигаться. Кончики пальцев зашевелились, а кислород начал поступать в легкие. Через мгновение я остановила торнадо, перестав вращаться, и убрала мечи в ножны. Девушки закашляли, ртом хватая жадно воздух.

– Кха…, кхе… Что… это было? – оперевшись на лук и медленно вставая, спросила Хефина.

– Похоже, это ловушка… – слабым голосом сказала я, а потом начала сильно кашлять. Что-то застряло в горле. Глубоко вздохнув и откашлявшись, посмотрела на ладонь, с которой лилась кровь. Причем, кровь красного цвета, смешанная с черной слизью.

Аин подбежала и беспокойно произнесла:

– Чтобы спасти нас, ты всосала вовнутрь такую ядовитую силу?!

Я виновато улыбнулась и потерла затылок, а потом упала на одно колено, еле держась на ногах.

– Тебе нужно отдохнуть…, с остальным сами разберемся… – оторвав от мантии лоскуток и намочив водой из озера, сказала серьезно Меинвен, накладывая мне на лоб повязку.

– Нет! Не позволю вам одним расхлебывать эту кашу, не важно, друзья мы или враги. Тот, кто охотится за ключами от Врат Азазеля и преследует вас – один и тот же человек. Поэтому, несмотря на упадок сил, нужно продолжать двигаться вперед. Если сдамся сейчас, то как потом смогу спасти Джуну?! Как посмотрю в глаза членам ордена СИРИУС?! Мы должны сражаться даже тогда, когда нет веры и надежды. Сражаться и бороться – значит жить. Да, чтобы защищать кого-то, нужно идти на жертвы и забывать о чувстве собственного достоинства. Если человек же забирает жизнь у другого человека, то это не похоже на защиту, а на собственную прихоть. Купаясь в крови хороших людей, не жди замечательного будущего. Всю жизнь грехи будут преследовать убийцу, перекрывая кислород и сон. – сквозь зубы, обливаясь потом и слезами, сказала я.

Тело, несмотря на заклинание, стало холоднее прежнего. А руки и ноги тряслись. Да, думаю, что повторить некромагию Джуны я не смогла. У каждой, даже хорошей подделки, есть трещины и брак.

– Следующий слой – зеленый. Он состоит из газа, выделенного из слюны гидр. Применять прошлое заклинание не стоит. Думаю, подойдет что-то способное обратить слой в камень. Третий, последний, барьер – красная дымка, проникающая в мозг и поражающая все окончания и клетки. В общем, человек умирает, как от рака, только мгновенно… Нужно подумать насчет последнего…, ибо не знаю, что может заставить остановить магию. – серьезно сказала я, посмотрев на нечисть, которой уже прилично скопилось возле последнего слоя.

– Насчет газа гидр. Я позабочусь об этом. – подойдя к зеленой пелене, спокойной произнесла Аин, вращая над головой трезубец.

Красные глаза девушки загорелись белым светом, после чего зеленый дым стал сгущаться в знакомый силуэт. Перед нами появилась трехголовая гидра, размером с двадцатиэтажный дом. Черные и ненасытные глаза монстра гневно оглядели Аин. Из слюнявых ртов вылетел единый рык, после чего гидра взлетела в воздух и развернулась рябой спиной, начав пускать ядовитые шипы. Вдобавок ко всему, тварь взмахами крыльев создала ослепляющую магическую пелену. Однако, мисс Рэн, спокойной отмахиваясь от атак, поставила трезубец на землю и поклонилась. Затем Аин стремительно оттолкнулась от земли и рванула прямо навстречу гидре.

– Дар Медузы Горгоны воссияет. – прикоснувшись крестом ко лбу, прошептала девушка. Глаза Аин еще больше засияли. Скорость монстра заметно уменьшилась. Гидра стала покрываться каменным слоем, медленно падая вниз. Рэн, не останавливаясь ни на секунду, пронзила тварь трезубцем, пролетев насквозь тело монстра. Вспышка. И гидра обратилась в белый песок, как на пляже. Только Аин упала на землю вся в зеленой слизи…

– Святые небеса! Что за зловоние?! – зажав нос и расстегивая пуговицы на корсете, проговорила гневно Аин. Раздевшись до гола, архангел прыгнул в воду и начал смывать слизь с тела. Однако, после этого остались трупные пятна и ожоги. Да, магии без последствий не бывает.

– Вот теперь голову придется конкретно поломать… Что можно сделать с третьим слоем? – разминая мышцы рук, устало произнесла Аяна.

– Только в одном состоянии кровь может остановить деятельность, хоть и на время. Нужно ее заморозить. – водя рукой возле красной дымки, сказала неуверенно Нуала.

– Придется использовать силу всех присутствующих. Одолжите немного энергии? – расплетая волосы, спросила блондинка с белоснежными волосами до ступней.

– Нуала, подпитываясь энергией окружающих, может создать любую фигуру изо льда. В общем, может провести манипуляцию с любой жидкостью. – пояснила Хефина, поднеся крест к солнцу, а затем направила энергию на Нуалу. Остальные из С5 сделали тоже самое. Аура архангела с сариссой поменяла цвет с золотого на небесно-голубой, а по рукам пробежали змейки разных светлых оттенков, проникая и растворяясь в оружии. Сарисса увеличилась в размере, а с лезвия спадал холодный пар, словно туман. Металл полностью обледенел, потом полностью сросся с правой рукой Нуалы. Что за демон ледяной?

Начертив вокруг себя круг, Нуала Блаанид подняла копье и резко проткнула грудную клетку лезвием. Кровь хлынула из раны так, что добралась до третьего слоя.

– Надо помочь…!!! – рванув с места на помощь, закричала я. Путь перегородила рука Аин, которая спокойно произнесла:

– Не стоит мешать. Иначе, обряд не завершиться. Все хорошо, это магия Нуалы.

Нежно улыбнувшись, девушка показала рукой в сторону красной пелены. Ее окутали медные нити, по которым бежали морозные узоры, превращая постепенно слой в прозрачный купол изо льда. Блаанид сидела на колени с сариссой в груди ровно и не двигаясь, подняв глаза без зрачков на небо. Дождавшись, пока кровь заморозится и остынет, архангел быстро вытащил оружие из груди и ринулся на ледяной купол, вскрикнув, чтобы все готовились к нападению на нечисть. Разбежавшись до молниеносной скорости, Нуала запульнула в защитный барьер сариссу, упав на землю и прикрыв голову. Купол затрещал по швам, распавшись на острые осколки. Так, с этим я уже имела дело… Пора применить навыки.

Кинув вакидзаси и катану, пролетевшие над Блаанид, я приказала мечам распасться на несколько десятков таких, дабы срезать острые концы и смягчить столкновение с человеческой кожей. Хотя. Блин, мы же все мертвецы… Однако, магия не подействовала. Ну, если только частично. Катана и вакидзаси успешно разрубили несколько осколков, но так копии мечей и не создались. Зато оригинальные мечи успели насадить на лезвия несколько суккубов. Оттолкнувшись от спины Хефины, которая зарядила около двух десятков ядовитых стрел в воздух, Меинвен пролетела над головами тварей так, что лезвиями лабриса рассекла черепа десяти суккубов. Затем девушка сгруппировалась и упала на спину.

Скользя по траве, под ногами монстров, Меинвен рубила лабрисом пополам всех, кого только видела. Прогнившая кровь струями лилась на архангела, словно вода из гейзеров. Аин в это время превращала вампиров, которые страстно и жадно скользили руками по шее девушки, в каменные скульптуры, а потом разносила их в пух и прах, брезгливо отряхиваясь от пыли. Хефина прыгала из стороны в сторону, уклоняясь от мантикор, извергающих огненные сферы. Добравшись до дерева, Аяна прыгнула на ветку, зацепилась ногами и стала крутиться по кругу, стреляя из лука в разные стороны. Получилось, будто Хефина, как вертушка, крутилась с помощью ног на ветке, при этом стреляя туда, куда глаза глядят. Метод, кстати, очень хорошо сработал: группа мантикор, которые жаждали забраться на дерево, просто попали под «случайный» обстрел архангела, так и не забравшись. Да, жестокая у них судьба…

Придя в чувства, Нуала присоединилась к побоищу: положила ледяную руку-меч на окровавленную траву и произнесла заклинание. Ноги суккубов превратились в ледышки, поэтому было проще сконцентрироваться и разделаться с тварями, которые по своей природе очень пронырливые и хитрые. Конечно, двигаются суккубы медленно, зато стратегично.

Мне оставили самый смак – зомби, от которых воняет за версту… Когда убиваешь мертвяков, готовься сразу к морю тухлой слизи и крови, которые пропитают одежду и кожу. А от запаха подобного избавиться почти нереально около недели… Огорченно и обреченно вздохнув, я собралась с мыслями и обнажила любимую катану, которая засверкала в предвкушении плоти врага. Кстати, только заметила… Почему магия архангелов работает, а моя не работает…?

Посмотрев в сторону Арна, который тяжело дышал и бледный лежал на коленях у Иэроса поняла: что-то явно тут не так. Почему все стало параллельным друг другу? Почему происходит расслоение сил и магии? Неужели внутри того купола, что мы разбили, есть еще один?

– Люцифер знал об этом… – прошептала я, поняв причину исчезновения блондина.

Отряхнув голову от слюней, которыми брызгали мертвяки, заключившие меня в центре кольца из себе подобных, я подняла в воздух лезвие и чиркнула по руке. Собственной руке. Кровь побежала по коже, медленно стекая вниз. Похоже, магия, меняющая живое на неживое, обратилась и отменилась. Нанеся ногой удар по челюсти зомби, который напал, я начертила катаной знак бесконечности, тем самым разрубив обидчика на маленькие кусочки. Хмыкнув, презрительно посмотрела на оставшихся, стряхнув слизь от жертвы с уголков рта. В глазах нечисти появилась нерешительность.

– Ну же! Нападайте! Чего ждете? – ходя по кругу и озирая каждого, как гопник, произнесла я, размахивая катаной. Но зомби застыли и переглядывались между собой, словно боясь чего-то или кого-то. Начав раздражаться, я схватила за запястье мертвого юношу, подтянула голову к ране, дав почувствовать запах крови. Но мальчик судорожно застонал, глотая слюну и борясь с инстинктами, а потом вырвался и попятился назад.

– Мне одной кажется все это странным? – крикнула я Хефине, пролетающей рядом.

Подпрыгнув в воздух и запустив вниз стрелы, нашпиговав вампиров ядом, Аяна произнесла:

– Нет, Мива. Не одной! Нечисть не особо активно себя ведет с тобой… Даже кажется, что защищают.

Внезапно в воздухе появился знакомый аромат. Казалось, что-то знакомое тянет в сторону церкви. Родственные узы…

– Дарк Соул! И Белая Звезда. – толкнув зомби, стоявших на пути, и прорвавшись к дверям храма, гневно крикнула я.

– Стой! Без молитвы нельзя заходить в Священную обитель! – одновременно воскликнули архангелы, пытаясь остановить.

Оглянувшись и окинув девушек орлиным взглядом, прошептала:

– Да плевать хотела на ваши молитвы. Предателей следует покарать.

С этими словами я толкнула тяжелую стальную дверь и переступила через порог, волоча по полу меч. Послышался звук грома.

Глава 15

Когда человек переступает запретную для его мира черту, то уже становится обреченным на метаморфозы и иную судьбу. Мир, который не подходит людям, по идеи, не должен проявлять себя в каких-либо интерпретациях, намекая на существование потустороннего. Однако, параллельный мир не может поддерживать жизнь без веры людей в него. Чем больше верят, тем меньше возникает вероятность к исчезновению. Но люди тоже не могут без поддержки потусторонних сил. Ибо любое желание не может материализоваться без инородных сил. Согласитесь, мы нуждаемся друг в друге, чтобы сохранить существование обоих миров и баланса.

Вот и я переступила запретную для мира темных черту, ведущую к небесам. Однако, с разгромом храма небеса отвернулись от этого обителя, кинув на произвол судьбы. Несмотря на то, что снаружи церковь была разрушена, внутри все находилось в целости и сохранности… Это так же доказывает странность событий.

Белые лилии, что пробивались через паркетные доски, нежно смотрели на витражное стекло, из которого сочился блаженный свет. В углублении храма виднелись лавочки из темного дерева, на спинках которых сверкали разноцветные камни. Однако, камней было скромно и мало, но через этот отблеск отражался и проходил свет, делая место светлее и таинственнее. Можно сравнить со светлячками, которые решили утром полетать и внести в мрачный пейзаж немного тепла и света.

Свечи, что горели на больших подставках и канделябрах, спокойно и тихо тлели, окутывая храм прозрачным дымом. Ах, этот запах свеч, не он ли является самым блаженным и возвышающим? Запел невидимый хор, словно сами ангелы спустились с небес, чтобы обласкать слух церковными напевами. На душе стало так приятно сначала, что потеряла даже бдительность. Но, внезапно, тепло превратилось в горячий и обжигающий поток, разлившийся по всему телу и расщеплявший молекулы. А голоса ангелов стали превращаться в скрипучие писки. Свет исчез из обителя, наполнив глаза темнотой. Волшебство и уют покинули пристанище, обратив святое место в проклятое.

– Хе-хе-хе! Так вот чего ты боишься, сестричка? – послышался голос, исходящий за спинкой лавочки, стоявшей возле икон. Протерев глаза, я смутно различила черты человека, который курил трубку, превращая дым в разные фигуры. Причем, силуэт был точной копией брата.

– Почему ты предал и развалил СИРИУС?! – отмахиваясь от змей, которые были сделаны из дыма, разъяренно спросила я.

Наступило молчание…, а затем Дарк Соул засмеялся и произнес весело:

– М-м… Не люблю я эти всякие системы. Тем более, кому нужны жалкие и неумелые некроманты?

Странно. Брат должен был сказать что-то вроде: «Ради тебя, любовь моя».

– Это изначально было ясно…, а что насчет нас? – пытаясь разобраться в ситуации, начала фарс я. Черные глаза округлились, на лице показалось замешательство, но притворщик исправил ситуацию. Соул так же уверенно произнес, посмотрев на любимые перчатки:

– Что касается членов отряда, думаю, будет лучше, если все присоединятся к абсолютной тьме. Некромаги должны создать царство, где будет властвовать лишь нечисть…

Подойдя близко к брату и прервав разговор прикосновением пальца к губам, я обняла Соула и прошептала на ухо:

– Неужели… Неужели, братик забыл об обещании?

Парень покраснел, а затем ухмыльнулся и произнес:

– Разве возможно о таком забыть…?

Взяв в руки угольную прядь волос и ласково посмотрев в глаза, в которых отсутствовали зрачки, потянула к себе парня. Дарк непонимающе уставился, однако не сопротивлялся. Губы тянулись друг к другу, словно капля, свисающая с лепестка розы, к траве.

– Нет! Глупая! Стой! Это не…! – внезапно прозвучал голос Люцифера, который тяжело дышал и едва стоял на ногах. Однако, было поздно… Я поцеловала парня, который коснулся клинком к моей спине. Да, этот монстр в обличии брата все это время держал в рукаве антинекроматический клинок, чтобы меня заколоть. Вот только парень не знал, что я заранее создала сферу с частичкой яда внутри, что осталась от слоя с гидрами. Точнее, пыль, что осталась от гидр упала на архангелов и меня. Очень кстати оказался яд… Во время поцелуя сфера была передана в тело парня, рассосавшись внутри.

Лжебрат закатил глаза и стал медленно ползти вниз. Люцифер застыл в недоумении. Похоже, архангел не думал, что я успею догадаться о ненастоящем брате. Но есть то, что отличает Дарка от других: необъяснимая любовь к сводной сестре. Даже поступив подло с СИРИУСом, думаю, Соул имел на то причины. Аура брата настолько необычна, что с первого взгляда не разберешь. Однако, любовь ко мне создала трещину в непоколебимости ауры, позволив увидеть истину, пусть и не на долго. Дарк дал пасть отряду не по причине измены и перехода на сторону нечисти. Тут другое что-то. И исчезновение Джуны с этим связано. Зная, что враг на территории… Разве брат стал бы терпеть предательство? Может ли быть все то, что было до исчезновения ордена, спектаклем? Стоп, похоже от усталости я перестала здраво смыслить.

Увидев, что враг повержен, архангел облегченно упал на пол и улыбнулся. Но не на долго. Храм залил знакомый противный смех. Тот голос… был схож с голосом в пещере, который спрашивал о том, чего я боюсь, пообещав, что скоро встретимся.

– Сильнейший вампир пал…, как неосторожно. Оказывается, девочка Айли куда умнее оказалась. Обидно! Надо было воссоздать образ Джуны Сантери. – выходя из тьмы, мерзким голосом проговорил человек в камзоле с венецианской маской на лице, которую придерживал черными перчатками. Перчатки парили в воздухе, отдельно от рук.

Рыжие короткие волосы небрежно торчали из-под котелка, словно кроличьи ушки из шляпы фокусника. Желтые глаза злобно сияли за маской, выражая радость и гнев одновременно. Самым противным во всем образе была язвительная улыбка, которая не слазила с лица незнакомца.

– Не смей говорить о Джуне с таким наглым выражением лица! Тем более, я еще раньше бы узнала подделку Сантери. – заорала я, едва сдерживаясь, чтобы не воткнуть катану в сердце этого мерзкого типа.

Почесав затылок, мужчина вздохнул и пожал плечами. Нарисовав в воздухе спираль, человек в маске создал шпагу и взял оружие в руку, после чего поклонился и торжественно произнес:

– Мое имя Ханг. Возможно, вы уже слышали обо мне. Надеюсь, сможете теперь оценить урон, который будет нанесен тем, кто оборвал процесс поглощения магической маны. Хозяйка приказала забрать ману у тех, кто прервет сеанс. Кто знал, что глупым падшим ангелам будут помогать столь неадекватные маги. Однако, я в курсе всех ваших страхов. Поэтому придется поступить достаточно нечестно: убить с помощью тьмы, что кроется в ваших сердцах.

Докурив трубку, Ханг сбросил резко маску, кинув со всей силы на пол. Произошел взрыв, который превратился в сгусток дыма. Эта дымка… Тогда в лесу на нас напали тени… Нет, это были не самоуправляемые силуэты. Запах и структура дыма Ханга идентичны той дымке. Теперь-то все становится на свои места.

Опять тьма заполонила взор. Сколько можно?

По коже пробежал ледяной ветер, который одновременно обжигал каждую клетку. В голове с нарастанием усиливались голоса, точнее отголоски, тех ужасных событий, которые являлись как-раз тьмой в моем сердце. Ханг думает устранить нас с помощью самобичевания и ошибок прошлого, чтобы руки не пачкать. Да, разумеется, кроме самого себя никто не сможет разрушить психику. От психики зависит эмоциональные составляющие. А от эмоций зависит восприятие того, насколько ты жив.

Плохие воспоминания – это самые глубокие раны, которые отпечатываются не только в человеческой памяти и сознании, но и в сердце и душе. Самое драгоценное воспоминание тоже может стать ядом: мы привыкли сравнивать жизнь, которая раньше была и которая есть. Когда настоящая жизнь кажется несносной, то в голове всплывает картина, где все раньше было хорошо. Как цинично, но так по-живому. Не будь люди людьми, то мир был бы слишком идеальным. Именно наши пороки и шрамы на сердце создают уникальность и неповторимость каждого. Думаю, что страхи и плохие качества делают нас сильнее. И главное – умение направить зло и негатив во благо. Это помогает рассеевать тьму, которая не позволяет пройти к просвету.

Это я поняла только тогда, когда на месте СИРИУСа в ледяном водовороте увидела возлюбленного, который дал пищу для размышления. Только отчаяние может перебить отчаяние. Однако, частичка надежды вытащила меня из капкана, в который сама и загнала себя.

– Мама, где ты? – послышался детский отчаянный голос в сумраке.

Мрак неожиданно рассеялся, перенеся меня в темную комнату с прогнившими деревянными полами, разодранными обоями, которые выцвели со временем. Окно было забито деревянными досками, которые загораживали лоскутки штор. Небольшой и слабый луч старался пробиться через доски, то и дело выглядывая то из одной щели, то из другой, падая на кровать, которая единственная стояла в комнате. Белое одеяло свисало с матраса, собирая всю влагу в себя и зарастая постепенно плесенью. Молчание и пустоту прервал детский всхлип. Быстро переведя взгляд в левый угол комнаты, я потянулась за мечом. Однако, его не было на месте… Сердце стало сильно и быстро стучать, а руки прорываться холодным потом. Я без мечей просто не смогу победить врага…!

– Мама, ты где? – опять спросил детский голос в левом углу, который доносился из тьмы. Именно тот угол был самым неосвещенным и мрачным. Почему мне так страшно?

Послышался шорох и грустный вздох. И всхлипывания. Внезапно, из тьмы выглянула маленькая босая ножка, которая была перепачкана грязью. Постепенно на свет вышла маленькая девочка лет пяти с длинными каштановыми волосами, в белой изорванной ночнушке, покрытой пылью. В левой руке она держала плюшевого мишку, у которого был один глаз. На шее игрушки висело что-то, похожее на медальон. Девочка вопросительно посмотрела на меня большими зелеными глазами и с надеждой спросила:

– Тетя пришла забрать меня отсюда?

Подумав минуту, я кивнула и протянула руку, стараясь улыбнуться, однако, чувство страха только усилилось. Кончики пальцев нерешительно коснулись ручки незнакомки, почувствовав холод тела ребенка.

Присев на корточки, я аккуратно спросила:

– Почему ты такая холодная? Замерзла? Почему ты находишься одна в таком месте?

– Жду маму. И хочу пить. – чуть хрипловатым голосом произнесла девочка, слабо открывая глаза. Через мгновение малышка потеряла сознание, начав медленно падать. Не дав ребенку упасть на хрупкий и мокрый пол, я схватила девочку и обняла, придержав за голову. Боже, да, ребенок насквозь промок и замерз. Даже показалось, что ребенок не дышит.

– И где же твоя мама ходит?! – пытаясь согреть девочку, гневно спросила я.

Малышка хмыкнула и прильнула к шее.

– Вообще-то ее нет – равнодушным тоном сказала она, обхватив шею.

– Мама умерла…? – виновато спросила я.

– Нет. У меня вообще нет мамы. – скользя холодным дыханием по коже моей, сказала незнакомка. Ответ поставил в тупик. Совсем не поняла, что девочка имела в виду… Тогда, поняв, что я туплю, малышка отодвинулась и посмотрела прямо в глаза. Но внимание приковал вовсе не недетский взгляд, а рот, который постепенно стал искажаться: уголки неестественно расширялись, даже можно сказать, расходились, словно швы на ткани. Рот расширился почти до конца лица, превратившись в акулью челюсть. Зубы стали острыми и большими, а язык из человеческого превратился в рептилий. В глазах горела та самая жажда крови, которая видна у монстров, в частности, у суккубов. Пока я соображала, монстр упал на пол животом, и ногами, словно кузнечик, подкинул меня воздух, заставив удариться затылком о бетон и проломить крышу. Вылетев из ветхого дома, словно пробка из-под шампанского, я посмотрела вокруг и ничего не увидела, кроме паутины и серой пелены.

– Ням! Давно свежего мяса не было, – в полете схватив кокон с человеком, размотав верхнюю часть тела от паутины и откусив голову, сказала жадно девка. – Кровь. Свежая кровь.

Суккуб без особого интереса выкинул недоеденное тело, резко прыгая с одной паутины на другую, стремясь быстрее схватить меня. Зрачки глаз кровавого цвета вращались в разные стороны, как ветряная мельница. Я же все летела вверх, как комета, собирая кожей паутину, постепенно заволакивающую тело. Еще чуть-чуть и я стану мумией. Магия не работала, поэтому паника овладела разумом. Казалось, что больше нет выхода. Однако, в голове промелькнула мысль: есть некий Ханг. Тогда собрав осколки памяти, на мгновение потерявшиеся где-то в голове, стали собираться в единую картину. Как я могла забыть, что несколько минут назад мужчина с рыжими небрежными волосами сказал, что убьет меня с помощью тьмы, хранящейся в сердце? Однако, не помню, чтобы такая картина всплывала в голове. Может, это чьи-то другие воспоминания? Получается, это всего лишь мираж? Или что-то ненастоящее с примесью реального?

Развернувшись резко к пауку, который успел нагнать, посмотрела прямо в глаза суккубу. Столкнувшись лицом к лицу, приложила все пять пальцев правой руки ко лбу монстра в форме пятиконечной фигуры и вошла в его сознание. Может быть, так получиться узнать, как выбраться из этого места. К сожалению, предположение было слишком позитивным в отличие от того, что увидела потом. На том месте, где я прикоснулась, загорелась синяя звезда. Монстра парализовало. А мое сознание перешло в другое измерение. В измерение, где хранятся воспоминания.

Проносясь мимо старинных песочных часов, я оказалась возле того же дома, только более нового и светлого. Даже было небо, росла трава, пели птицы. И архитектура принадлежала больше к восточному стилю. В пруду плавали кувшинки, периодически пуская кольца на воде. Водомерки то и дело перескакивали с одного бутона на другой, нервно вращая глазами. В воде отражалось золотое солнце, которое нижним краем касалось уже горизонта. Ветер нежно обволакивал кроны деревьев, аккуратно срывая листья, после чего клал их на траву, укрывая зеленым бархатом. Это значило, что листья уже не вернуться обратно к истоку своей жизни, став полноценными владельцами собственной жизни.

Возле пруда стоял небольшой храм, который больше напоминал беседку так, как стен практически не было, а только крыша и расписные столбы. На краю крыши звенели традиционные китайские колокольчики, на которых периодически играл ветер в перерыве заботы о листьях. Дым, который исходил от благовоний, что были подожжены в столь светлое время суток, расстилался по лесенке и затмевал блики на воде. Посередине храма стояло несколько каменных культов с китайскими иероглифами, на которые были нанесены молитвы и имена божеств и родственников. Можно сказать, что эти плиты служили своеобразной границей между живыми людьми и параллельным миром. Миром усопших. Тишину и благодать нарушало гудение, которое исходило от старого мужчины в цзифу (китайская народная одежда, надеваемая при жертвенных обрядах). Человек с длинными седыми волосами, убранными в хвостик и связанными черной лентой, сидел на коленях и кланялся, произнося что-то на родном языке. После многократных повторений, старец встал, поклонившись еще раз, поправил длинную бороду, широко улыбнулся и распахнул руки для объятий.

– Лиу Хенг, – ловя лысого мальчика в похожей одежде, бодро и счастливо произнес старец.

– Учитель Вейж, ребята сказали, что сегодня я должен помогать с уборкой. Но я не хочу! – прыгая на месте и размахивая руками, жаловался Лиу. Старец улыбнулся, а потом резко стукнул палкой мальчика по лбу, сменив довольное выражение лица на строгое.

– Ай! Больно! Почему опять я должен!? – потерев лоб и прищурившись, воскликнул Лиу, касаясь иногда пальцами правой руки воздуха, словно играя на фортепиано. Учитель ухмыльнулся и ударил Лиу по правой руке, резко присев и сбив мальца с ног потоками воздуха.

– Боги выбрали тебя! Те-бя! Если хочешь достичь гармонии, начни с малого. – постучав палкой по полу, тем самым подняв мальчика и поставив обратно на ноги (с помощью того же воздуха), сказал спокойно учитель Вейж. Лиу хмыкнул и недовольно схватил метлу возле ступенек, ведущих в храм.

– Не понимаю…. Почему именно я?! Остальные намного сильнее…, умнее…, способнее… Я – самый слабый и неумелый, – уничтожая грязь на своем пути, бубнил мальчик. Старик повернул лицо к закату и начал водить пальцами по бороде, сузив глаза и во что-то пристально всматриваясь.

– Ты знаешь, почему тебя назвали Лиу Хенг? Твои родители были обычными людьми, верующими в Богов, как и остальные бедные люди. Только богатые почитают самих себя и деньги, – погладив один из памятников, проговорил тихо учитель. – Семья Хенг любила Богов больше, чем другие. Но, однако, твоя мать не могла иметь детей. Несмотря на это, женщина плакала и молилась, упрашивая покровителей о чуде. И Боги решили снизойти и исполнить желание бедной девушки. В ночь с 22 декабря на 23 родился мальчик, которого покровители нарекли Лиу и одарили божественной силой, забрав жизнь одного из родителя. Таково было условие. Отец пожертвовал собой, ради счастья любимой жены, и вошел в мир усопших. Но второй из пяти Богов предвещал, что бедный и сухой край наполнится водой и изобильными плодами после рождения мальчика. Именно, Лиу должен принести в то селение расцвет и плодородие, куда сам Император переправит королевство, сделав столицей империи. Мальчик станет великим воином, который сможет спасти многие неплодородные земли и побеждать врагов с помощью воды.

Хенг тяжело вздохнул и продолжил мести двор.

– Моя мать умерла… Что же эти божки не смогли спасти ее?! Зачем теперь стараться? Ради кого? – подняв с травы камень и бросив озеро с кувшинками, озлобленно спросил ребенок.

– Ради людей. Ради тех, кто нуждается в тебе. Ради почтения семьи. Боги возложили тяжелую миссию на тебя не из-за собственной прихоти. Боги знают, на что способен ребенок женщины, что поддерживала их жизнь на протяжении долгих лет. Покровители хотят отплатить ей, тем самым вознести Лиу к небесам за благородные поступки, – погладив по плечу Лиу, сказал со скорбью в голосе учитель.

– Понимаю. Я приму эту миссию, чтобы почтить родителей и отблагодарить за предоставленную жизнь. – кратко сказал Лиу, посмотрев на памятники отца и матери, стараясь скрыть боль в душе.

– Не храни боль в сердце. Ибо такая сила может прогрызть душу и поглотить свет навсегда. – задув свечи и потушив благовония, сказал спокойно мудрец, медленно уходя в дом.

– Поздно, учитель. Не быть мне героем, – скинув цзифу и достав шпагу, произнес потерянно со слезами на глазах Хенг, зажигая одним щелчком пальцев свечи. Под традиционной китайской одеждой скрывались доспехи, похожие на те, что я видела на Ханге в церкви. Только те были сделаны из металла, а не из ткани.

Закрыв глаза, Хенг стал чертить шпагой по полу руны, изображая сначала треугольник, а затем пирамиду с множеством символов. Ветер усилился, срывая резко листья и топя их в воде, которая чернела и покрывалась льдом.

– Призову Тоирису и верну маму. Тогда я только смогу исполнить желание божков. Или лучше свергну их. – проводя лезвием меча по ладони, сказал гневно мальчик. Капнув несколько капель крови на руническую пирамиду, Лиу поднес шпагу к лицу, прислонив ко лбу, и начал шептать заклинание на древнеирландском языке.

Все кругом завертелось, словно храм находился в центре торнадо. Но это был водоворот, который разрезал и растворял все вокруг себя. В темной толще воды послышались звуки грома и щелканье электричества, после чего стал появляться темный женский силуэт. Через мгновение водоворот окрасился в багровый цвет. Собственно, как и вся земля рядом.

– Боги выбрали очень черного душой человека для спасения увядающего края, – просовывая корявую руку через толщу, сказала скрипучим голосом женщина с повязкой на глазах, пропитанной кровью. Бледное гладкое лицо было изувечено шрамами, из которых вытекала периодически кровь, капая на лоскут накидки. Волосы были гладкими и черными, словно шелк. Однако, у висков блестели седые локоны, которые были похожи на солому. На шее виднелось клеймо в форме косы. При вздохе отпечаток краснел и становился буквой «Т».

Лиу попятился назад, когда женщина вылезла из водоворота и стала медленно приближаться к юноше.

– Не подходите. Прошу, – побледнев от страха и спотыкаясь, нервно произнес мальчик. – Исполните одно лишь желание. Взамен, можете просить все, что угодно. Даже душу.

Бровь Тоирисы резко подскочила. Женщина задумчиво провела длинными и корявыми ногтями по подбородку, затаив дыхание. Тело Лиу же напряженно дрожало. Не дождавшись ответа, Хенг присел на колено и серьезно выкрикнул:

– Умоляю! Верните мать обратно в мир живых.

Жница покачала головой, развернулась и разочарованно сказала:

– Души мало… У меня их чересчур теперь много. Не зови меня больше.

Тоириса прикоснулась указательным пальцем до воронки, после чего вода упала вниз, а ветер прекратил разрывать и уничтожать все на своем пути. Казалось, что ничего уже не могло шокировать мальчика. Однако, органы, валяющиеся по всему саду, заставили ноги Хенга подкоситься.

– Что…? Что это такое…? – обливаясь холодным потом, спросил непонимающе парень.

– Плата за то, что призвал меня, – разводя руками, довольно сказала Тоириса, подцепив ногтем сердце с травы и медленно поднося орган ко рту.

– Я спрашиваю: что это?! – закричал Лиу, собрав руки в кулаки.

Посмотрев без особого интереса на мальчика, женщина покачала сердце на ногте, затем резко подкинула и заглотила. Затем облизалась, улыбнулась и ехидно произнесла:

– Все, чем окрашена земля, это плоть людей, что проживали в этом храме.

Зрачки мальчика расширились, а волосы побелели. Вокруг все было слишком ярким для умиротворенной природы, что была раньше.

– Хенг…, Хенг…, – послышался хриплый стон возле пруда, зовущий мальца. Переведя взгляд в ту сторону, откуда доносился голос, Лиу затаил дыхание. Возле увядающих кувшинок лежал учитель, чьи ноги оторвало ветром. Едва дыша, Вейж протянул дрожащую руку, подзывая ребенка к себе.

– Подойди… Подойди, Ханг…, – маня слабыми пальцами, умолял старик. Тоириса ухмыльнулась и резким движением переместилась к Вейжу, сдавив горло корявыми пальцами и перекрыв кислород.

– Не трогай его!!! – крикнул Лиу, пытаясь успеть спасти дорогого человека. Однако, увидев отчаяние на лице парня, жнеца улыбнулась и проткнула ногтями шею учителя, из которой хлынула кровь. Глаза старика смиренно опустились, а на губах застыли слова:

– Хенг не становись Хангом. А если собьешься с пути, то дева с добрым сердцем исцелит твою душу.

После чего тело обмякло, и человек перенесся из этого мира в мир душ.

– Видел? Теперь понимаешь, что такое настоящее отчаяние? Твоя жизнь была спокойным и прозрачным ручьем, который размеренно тек в одном направлении. Ценил бы жизнь и то, что дали святоши, не умерли жители храма. Ты спрашивал, что нужно мне. Отвечу: не душа, а боль в глазах юного сердца. Хочу, чтобы каждый на Земле испытал это чувство. Чтобы жнецам не приходилось обманными путями рыскать в прогнившем человеческом мире смердящие от чистоты сердца. Именно отчаяние будет подкармливать революцию в Мире Мертвых. Пророчество богов и титанов о падении Люцифера – давно совершено. Образовав воронку из кругов Ада, владыка заснул. Но что будет, если его пробудить? Два Мира смешаются, и произойдет перестройка Вселенной. Баланс и гармония исчезнут. Наступит время похлеще Конца Света. Это будет конец Вселенной и создание Темной Вечности. Поэтому Хенг станет моим слугой, которому дам имя Ханг.

Потом женщина взмахнула рукой, сняла повязку с глаз, которые были настолько уродливыми, что даже не опишешь, и посмотрела в застывшие от безумного горя глаза мальчика. Тоириса достала из-под мантии иглу и коснулась лба Ханга, проткнув кожу насквозь. Затем извлекла иглу и в воздухе нарисовала символ, похожий на букву «Р», только острую. Это была древнескандинавская руна, имеющая значение «шип» и «черт» (purisaz). Руна засветилась красным цветом, а потом превратилась в дымку аналогичного цвета и вползла в дыру, оставшуюся от иглы во лбу Ханга.

Внезапно, моя голова резко заболела. Начались какие-то помехи перед глазами, и появился шум. Сдавив виски, я стала часто дышать и глотать воздух. Было ощущение, что я потеряла концентрацию и сбилась с цели. Цель даже забыла. Какая цель была? Куда пропал воздух? Наступила паника от незнания и растерянности.

С каждой секундой нарастали крики, исходившие непонятно откуда. А тьма окрашивалась в алый и желтый цвета. Становилось тепло, а потом горячо. Почувствовался запах паленого, скорее костра. Все четче и четче слышались плачь большого количества людей и щелчки. Даже сказала бы, звук доносился, как от шлепков по человеческой коже.

Через мгновение я увидела большую воронку, похожую на огромную яму. Только у этой было много уровней. А на краю, перед обрывом, стояло в ряд около пятидесяти тысяч человек, за которыми стояли непонятные монстры, похожие на демонов. Над воронкой парила чернокрылая летучая мышь и то и дело поднимала лапу то вверх, то вниз. Это были команды, которые исполняли демоны: когда опускалась когтистая лапа, эти твари били до изнеможения людей черными плетьми, которые были охвачены огнем. С улыбкой на… изорванных губищах, монстры с удовольствием оставляли глубокие шрамы на потных и грязных от запекшейся крови спинах людей, которые уже тихо стонали. Кто привык к каждодневной боли, тот даже не плакал и не просил о помощи. Эти люди стали бездушными и отчаявшимися существами. Люди, что сопротивлялись и боролись за жизнь, у которых было сильное сердце, гневно ругались на демонов и пытались ударить. В ответ лишь получались еще более жестокие удары плетьми. Среди «новобранцев» я узнала Ханга, который молчаливо принимал удары и равнодушно смотрел на таких же детей. Скулы и само лицо стали совершенно другими: более острыми и мужественными.

Если быть краткой, то картины в моей голове стали быстро сменять друг друга. После пытки мальчик уже был похож на юношу, которому Тоириса подарила маску для того, чтобы закрыть огромный шрам на лице. Затем Ханг, паривший над ямой с помощью воды и ветра, отдавал приказы к изувечению людей, вместо летучей мыши. После, убивает каких-то чиновников. Потом страстно целует свою хозяйку, сносит с лица земли города, наводняет страны, расправляется с целыми легионами, подчиняет себе юношу и отбирает ключ, уходит в ворота, следит за черноволосым юношей и златовласой девушкой. Извлекает душу из юноши, ведет за собой Минотавра, пылающий знакомый дом, трава и дети, крыша здания СИРИУС, Джуна… Что это? Неужели, последнее – это то, что относится ко мне…? Неужели черноволосый парень… – Джуна? Но внимание привлекло не это. Ключ и мальчик с белой косой… Возможно, что картина показывала короля Восточных Врат? Народа Хигаши. Тогда ключ от Восточных Врат у Тоирисы и Ханга…, как и ключ от Северных Врат (Кита)… Два на два. Но Арн не знает, где ключ от Ниши, поэтому враги могут опередить нас… Черт! И как же правитель Хигаши похож на Азазеля… Как звали юношу? Эспен, кажется… Мерт говорила, что он охотился за стражами… Но куда потом исчез?

Пока я рассуждала, не заметила новую картину, которая была самой важной: Джуна, полуобнаженный и бледный, висел прикованный к огромным часам из красного стекла. Причем в каком-то темном и сыром месте. Напротив него стоял трон, в котором сидела девушка и размахивала руками, чье лицо я не видела. На теле Сантери вспыхивали золотые блики, словно вспышки на солнце. Я хотела крикнуть и позвать, но тело стало тянуть назад. Разум возвращался в прежнее русло, монстр стал сопротивляться, изгоняя из своей головы. Поняв, что опять столкнусь с пауком, собрала все силы и волю в кулак, дожидаясь просвета в глазах. А увидев мерзкое лицо, резко прижала тварь к сердцу и произнесла: «отдаешь тело, отдаю душу» и нарисовала невидимую звезду на груди. Паук превратился обратно в девочку, которая осторожно посмотрела на меня со слезами на глазах.

– Не плачьте. Я спасу вашего ученика. Дайте только время, учитель Вейж. – поклонившись, произнесла тихо я.

Девочка округлила глаза, а потом лучезарно улыбнулась, поклонившись в ответ. Малышка щелкнула пальцем, и скорлупа Мира Ханга треснула, расползаясь по швам. Ханг закричал, схватившись за голову, после чего рассеялась дымка, мучавшая мое сознание, вернув в реальность. Вернув в храм, где уже ждал бледный и измученный Люцифер.

Глава 16

– Ха…! Кто же ты такая, Айли Мива? – тяжело дыша, произнес весь в поту Ханг, упавший на колени. Сердце так билось, что были видны колебания тела и вен, идущих по горлу. Маска юноши треснула на лице, превратившись в прах, развеявшийся по церкви и обратившийся в ничто.

– Пора прекратить этот фарс и стереть с лица Земли еретика, проникшего в Святую Обитель. – держась за правое плечо, которое выглядело обгорелым от огня, прищурившись, гневно произнес архангел.

Люцифер выглядел весьма потрепанным и уставшим: нижняя губа была рассечена, как и брови. Золотистые волосы поблекли от темной пелены дыма, темно-синие глаза выглядели чересчур холодными (в них была налита злоба). Роясь в мантии раненной рукой, архангел достал фальшион, сверкнув лезвием. Собрав все силы, Люцифер занес руку и собирался нанести удар.

– Стой! – крикнула я, преграждая путь архангелу руками. Скажу точно, что не подумала, что фальшион может насквозь разрубить меня, как топор мясо. Но Акира вовремя остановил руку, опрокинув оружие и потеряв сознание. Создав сферу из воздуха, я смягчила соприкосновение головы парня с каменным полом.

– Отвечай, где правитель народа Хигаши? – повернувшись резко к Хангу, у которого была тяжелая отдышка, спросила грубо я.

Парень язвительно улыбнулся и сплюнул кровь, которая запекалась у уголков рта. Не выдержав наглости Ханга, взяла парня за шиворот и припечатала к стене. Схватив пальцами подбородок Лиу, я громко и отчаянно закричала:

– Как ты мог?! Даже после всего, что ты натворил, учитель Вейж беспокоится о тебе!!! Не смей служить Тоирисе, не смей оставаться равнодушным к людям!!!

Глаза Лиу сначала взволнованно и испуганно забегали, но потом парень отвернулся и равнодушно сказал:

– Страхи – это все, что держит меня в человеческом мире. Если бы не людские переживания и страхи, то не было меня. Отчаяние…

Ударив Хенга по щеке со всей силы и схватив за волосы, приподняла челку, скрывавшую глаза, и раздраженно сказала:

– Отчаяние – это то, что хочет видеть Тоириса, а не ты! Неужели Лиу Хенг не имеет собственных желаний и целей? Хотел оживить мать? Ради кого? Ради нее? Или себя? Ты – эгоист, которые ищет простые пути для достижения целей! Но стой! У тебя нет целей!

Только после того, как разозлила парня, я смогла увидеть то, что скрывалось под маской: точно такие же уродливые, налитые злобой и кровью, глаза, в которых не было зрачков. Только зияющая бездна, которая тянула и манила к себе, вытягивая душу. Ударив ногой по моей коленной чашечки, Ханг вырвался и прыгнул на стену. Образовав водоворот в центре храма, Лиу достал шпагу и нарисовал букву «Р», целясь в голову Люциферу, который спал на полу, изредка подёргиваясь. Я создала воздушную сферу и направила на архангела, чтобы защитить.

– Не получиться, тварь! – злобно крикнул Лиу, щелкнув пальцем. Образовалась змейка из дыма, которая обволокла мое тело, перекрыв доступ к магии. Так вот кто поставил три защитных купола и не давал использовать магию на корабле… Черт, этот выскочка бесит! Как бы то ни было, нужно поймать Хенга и узнать информацию о хранителе Восточных Врат. Но магия не подчиняется телу…

– Довольно! Evanescunt! (от латин. – «исчезнуть»). – раздался поблизости знакомый голос.

В дверях храма стояла Хефина и целилась в голову рыжеволосому. Но девушка была не одна. По всем четырем углам церкви рассредоточились архангелы и держали оружия наготове.

– Нуала. – крикнула Аин. Блаанид кивнула и начертила быстро круг, в который села и пронзила стремительно грудь сариссой. Быстро заморозив кровь, девушка вытащила копье из тела и коснулась острием земли, по которой побежала ледяная змейка, двигавшаяся к Лиу.

Противник ухмыльнулся, а потом истерически засмеялся, ядовито сказав:

– Вот же…, твари…. Неужели не понятно?! Сила, которая растет с каждым днем и столетием, это смертельное оружие. Хоть понимаете, что мне более двух тысяч лет?! Конфуцианство зарождалось тогда, когда мне было 12 лет. Думаете, под силу одолеть столь сильного бога?!

После слов Хенг обернулся против своей оси и повернул ледяную змейку на Хефину, испуганно посмотревшую на отраженную магию. Пока Лиу отражал удары и занимался самолюбованием, контроль над магией, которую наложил на меня, немного ослаб. Не дожидаясь, я создала два меча и наступила на лезвия, встав, как на лыжи. Отдав мысленный приказ, помчалась к парню, не заметившему противника.

– Отдаешь тело, отдаю душу. – прикоснувшись правой ладонью к затылку Лиу, на полном ходу произнесла я, прыгнув на спину парня и обхватив ногами. Тем самым перекрыла поток магии.

Хенг от неожиданности вздрогнул, поняв, что я начала копаться с памяти и забирать жизнь.

– Достаточно! Уходи. – скинув меня со спины Лиу, сказал черный силуэт. Накрыв темной дымкой Хенга, силуэт и Лиу исчезли. Только сердце нервно забилось, почувствовав присутствие кого-то знакомого. Тот запах, что оставил неизвестный… Мята и яблоко… Сантери?! Точно! Дымка была очень похожа на магию Джуны.

– Твою же налево! Источник информации все-таки ушел…! Теперь точно не найдем ключ от Западных Врат. – цокнув языком, недовольно сказала Хефина, внимательно разглядывая разрушенную, теперь и изнутри, церковь.

Я улыбнулась довольно и бодро произнесла:

– Вообще-то, координаты успешно получены… Пока враг отбивался, то ослабил защитную систему, перекрывшую доступ к мозгу, а собственно, к памяти. Когда человек расслабляется или отвлекается, то мозг перестает реагировать на окружающую среду, концентрируясь на чем-то одном. Следовательно, открывается «отсек», ведущий к памяти. Когда не контролируешь тело, не контролируешь мысли.

Аин прищурилась и настороженно спросила:

– Тогда почему враг не достал этот ключ, если знает место, где находится Ниши?

Хефину, которая смотрела на меня, передернуло. Затем девушка с широко открытыми глазами начала ходить вокруг и всматриваться во что-то.

– Все предельно понятно, ангелы мои. Не достаточно знать место. Нужно знать, как открывается вход в обетованные земли. Эти подлецы хотят облегчить жизнь, дождавшись, пока проход кто-нибудь другой откроет. А так, как Тоириса в курсе того, что мы тоже ищем ключ, дожидается удобного момента и делает милость сделать первый ход врагам. – слабо встав на ноги и облокотившись о Нуалу и Меинвен, сказал спокойно Люцифер. Архангел язвительно улыбнулся, посмотрев в сторону дверей, за которыми все еще находились Арн и Иэрос.

– Стой! Не двигайся! – резко закричала Хефина, с разбега набросившись на меня и прикрыв рукой голову.

Взрыв! Взрыв рядом с тем местом, где я стояла. Если бы не Аяна, то мощная волна расщепила тело на молекулы. Теперь-то от храма действительно ничего не осталось: стены рухнули, стекла разбились на нескончаемое количество осколков, свечи растаяли, а лавочки сгорели дотла. Дым от пепелища был таким густым, что не хотелось открывать глаза. Искры, которые сверкали из-под горящих обломков, поднимались ввысь и рассеивали тьму. Было ощущение, что тьма сражается с тьмой. Только не виден был исход этой битвы, ведь когда черное смешивается с черным, то получается самый темный на свете цвет или оттенок.

– Метка Фауста. – слабым голосом проговорила Хефина, лежавшая на мне и державшаяся за бок, который окрасился в алый цвет. Сколько уже архангел пролил за сегодня крови? Разве это справедливо?

– Черная тень, что спасла Хенга, поставила метку великого чернокнижника на твоей ауре…, – откашлявшись, сказала Меинвен. – Хефина заметила поздно. Но лучше поздно, чем никогда. Если метка стоит на ауре, значит, при перемещении, аура еще на какое-то мгновение остается на прежнем месте, находясь в воздухе, в отличие от тела. Плюс, Аяна – далекий потомок Фауста. Поэтому без труда может перекрыть наполовину магию.

– Не время валяться, пора двигаться к Ниши. – послышался недовольный голос в тумане.

Ветер, что так лениво подталкивал дым, резко стал усиливаться и поднимать пепел, загоняя в воздушные вихри. В серости появился отблеск фиолетовой ленты, развевающейся на ветру. Рубашка, залитая кровью и усыпанная грязью, красиво и резво пыталась слететь с тела юноши с длинными пепельно-серыми волосами, которые были растрепаны. Лента выскочила из перебинтованных рук силуэта, несколько раз сделала сальто и приземлилась нежно на мою голову. На ленте были инициалы: «А. Э.».

– Тебе не стоило вставать! – обеспокоенно крикнул Минотавр, подбежав к силуэту. Но юноша резко развернулся и указал на место, где располагалось сердце. Тогда Иэрос молчаливо опустил голову и медленно кивнул.

– Магнит заработал. Не знаю, почему в это время… Не знаю, почему меня тянет непонятно куда… Но нужно не допустить, чтобы враги достали ключ и окунули Землю в такой хаос, который окружает нас сейчас… Люди должны жить, а не страдать из-за разборок потустороннего мира. Давайте предотвратим конец света и… спасем этого дурака – Сантери! – стирая прозрачную слезу со щеки, отважно и серьезно произнес Арн, крепко сжав лук.

– Брат, ты чертовски прав! – послышался рядом знакомый голос, после которого задребезжал воздух.

– Только не… – прищурив глаза, недовольно произнес Люцифер, доставая фальшион.

– Это не обязательно, Люциферушка. Не будь таким негостеприимным. – бодро и весело, приобняв раненного и недовольного архангела, сказал брюнет с голубыми глазами. Парень был одет в красный кожаный костюм из облегающего материала. Чем-то форму Синей Звезды напомнило. Только красного цвета.

– Эрно?! – крикнула я прямо в ухо Хефины от неожиданности. Регнер подмигнул и улыбнулся, произнеся довольно. – Ждали помощь? Я так люблю Айли, что даже и секунды прожить без нее не могу! Тем более, у Ивера есть много полезной информации, которую Эрни успешно раздобыла в…

После имени Эрнесты, которое было сказано в нелюбимой форме девушки, Регнер успешно отправился в небо, сверкнув вдалеке, словно звезда.

– Сколько… раз… говорить…? Не называй меня так!!! – сквозь зубы проговорила недовольно блондинка, поставившая на землю основу для палатки, которая сама себя собрала. Несмотря на недовольство, Эрнеста дружелюбно обняла меня, сказав, что беспокоилась и рада, что все в порядке.

– Эти двое… – почесав затылок револьвером, который поднес ко рту, сказал спокойно Ивер. Парень нажал на курок, выстрельнув в сигарету, мгновенно зажег и удовлетворенно облокотился о Минотавра.

Посмотрев на ребят из отряда Красной Звезды, душа заликовала. Из глаз потекли слезы радости. Ведь так важно знать, что с дорогими тебе людьми ничего не произошло. Даже показалось на долю секунды, что прежние времена вернулись обратно. Что сейчас подойдет Сакура и вальяжно раскроет веер. От одной мысли тело грелось и радовалось, но холод и пустота заставили возвратиться в реальность.

– Айли. Скажи, пожалуйста, координаты. – прервал мои мысли Эрно, чесавший затылок, где росла громадная шишка.

Но как я скажу координаты, если в голове лишь последовательно всплывают картины? Вроде подсказка есть, а вроде и нет. Сейчас не хватает Амора, ведь именно этот парень умеет мысли читать. Тогда, думаю, вступив в контакт с Далией, которая является живой «Википедией», смогли определить точное местонахождение.

– Правда в том, что ни широты, ни долготы я не получила от Хенга. Только приблизительные картины, которые описывают путь к непонятному озеру… Озеро находится около горы и делится на две части. Только не могу понять, какие именно. Из одной половинки выходит пар, а другая – блестит, словно лед… – виновато посмотрев на парня, сказала я.

Так неловко. Особенно, когда говоришь, что знаешь, а на самом деле и понятия не имеешь, о чем говорить и как лучше объяснить. Это похоже на то, если человек обещает другому быть вместе навсегда, но через день уезжает, ничего не объяснив. Регнер растерянно покосился на капитана Красной Звезды.

– Кажется, я знаю это озеро… Бэйдэйю… Озеро двух драконов. – грустно произнес Акира, расстегивавший пуговицы на рубашке, которая оказалась под мантией. Архангел тяжело дышал.

– Хорошо. Тогда позволь узнать, в какую сторону лететь? – активировав большой компьютер, сказала удивленно Эрнеста. Архангел усмехнулся, сильно закашляв. Изо рта Люцифера хлынула кровь.

– Это не хорошо…, – совсем не удивившись и посмотрев на ладонь, сказал Акира голосом одинокого человека. – Скажу только одно: мы не полетим, а пойдем пешком. Боюсь, даже корабли СИРИУСа не способны лавировать между зарослями лиан, в гуще джунглей. Озеро Бэйдэйю – магическое озеро, которое можно увидеть, лишь заслужив этого…

Девушки-архангелы устало переглянулись, тяжело вздохнув. Да, уж. Похоже, этот мучительный и обессиливающий день еще не скоро закончится…

– Тогда, позволь узнать, как мы пойдем? – настойчиво повторила свой вопрос Эрнеста, изменив конец предложения.

Архангел закрыл глаза и поднес указательный палец кверху, а затем указал на небольшой кусок острова, который при суматохе никто не заметил.

Разумеется, островок находился далековато от нашего места расположения. Вода, что недавно бушевала и окрашивалась в цвет заката, стала темно-синей и смывала с разрушенного полуострова всю грязь, что впиталась в траву. От нее исходил запах свежести, который прекрасно дополнял прохладный ветерок. Казалось, что мы находимся на небольшой льдине, что плывет по течению. Именно льдина хорошо отражает тех людей, что решили сдаться и идти на поводу у Судьбы. Тот, кто позволяет тело нести в ту сторону, куда стремятся тела других людей, совершенно не старается пробовать что-то новое, ограничивая себя рамками законов и морали.

Есть те, кто остается на одном месте, постепенно тая и сливаясь с водой. Именно такие люди не вмешиваются в конфликты, обходят проблемы стороной и теряют самих себя, позволяя поглотить темной сущности остатки светлой. Это те, кто запер душу на замок, в надежде уберечь сердце от новой боли. Однако, потом они из этой клетки не смогут выбраться никогда и останутся там навсегда, забыв о таких чувствах, как «любовь» и «надежда».

Последний тип – льдины, что плывут против течения. Воины, эксцентричные люди, борцы и отчаявшиеся. Глупцы, что заставляют сердце умирать от жажды справедливости. Несогласные с поставленным жизненным сценарием. Что толку бороться, если вода намного сильнее какого-то куска льда? Пусть даже айсберг, и то, он тоже со временем поглощается водой. Волны стесывают его, обтачивая, словно камень. Каждая волна шепчет и говорит, что против системы ни один не может пойти и изменить мир под себя.

Вот и архангелы, и Красная Звезда, и Синяя Звезда (без командира) вынуждены считаться с приказами Судьбы, что подготовила такой сценарий, что даже Американские горки выглядят куда более безопасными и распутанными.

– Сегодня переночуем в палатке, а с первыми лучами солнца поплывем к острову. – прервав мои мысли, строго сказала Эрнеста, собрав компьютер. Девушка хорошо разбиралась в этой непонятной магической технике. Увидев серьезность намерений девушки, архангелы кивнули, а потом затряслись от холода.

– Прошу. Проходите в палатку. Там есть тепло, вода и еда. Не стойте на холоде. Здесь больше нечего ловить. – расплетая волосы, которые подбирал и трепал ветер, сказала грустно Асдис.

Да, настроение у всех было подавленным. Было ощущение, что воины сдались и захотели оставить все, как есть. Было бы логично перестать бороться и встать в сторону от разборок, найдя укромное место и дождавшись исхода боя. Однако, не обладатели инородной силы ли в ответе за свой дар? Возможно, нести на плечах груз десятилетиями довольно сложно…, этого людям не понять. Да, и мне пока тоже… Но если имеешь больше, чем другие, то нужно делиться и отвечать за это.

К тому моменту, как стемнело, архангелы улеглись в спальные мешки, предварительно отмывшись от грязи и поев. Эти небесные создания выглядели очень усталыми… и одинокими, несмотря на то, что сражаются в одной команде. Да, они друг другу доверяют и в бою, и просто… Но о дружбе не шло и речи. Архангелов объединяла общая печаль и боль. Отношения строились именно на этом… Зная о схожем роке… Роке, что отличался лишь рамкой, в котором было аналогичное с другими содержимое. Ивер, Эрно и Минотавр спали тоже, правда это выглядело забавно: первый спал в обнимку с револьверами и иногда засовывал дула в рот. Как же надо любить пистолеты… Эрно спал с открытым ртом, изредка бормоча что-то во сне обо всем, что только можно. При этом брюнет катался от одного конца палатки в другой. Иэрос спал сидя, сложа руки на груди. Выглядел, будто охранял спящих людей от врагов. Эрно докатился до Минотавра и положил голову на ноги, сладко засопев.

Я же не могла уснуть и ворочалась, как уж на сковородке. Поняв, что не сомкну глаз, решила краем глаза взглянуть из палатки на лунный свет, который был так прекрасен. Серебряный диск отображался в темной воде, переливаясь. Посмотрев на рябь на воде, вспомнила, как из-за ошибки Хенга, чистая вода в пруду так резко поменяла оттенок. Жаль, что не могу спасти того мальчика чье желание унесло множество жизней. Учитель, простите…, но черную душу уже не перекрасишь в белую.

– …этого не предотвратить, Арн. К сожалению, вирус не остановить. Если клетки разрушаются у регенерированного, то значит, хозяин теряет силу и умирает… Даже силы Мивы не хватит, чтобы предотвратить смерть Джуны… Если только одна сторона любит, а вторая лишь терпит эту любовь, то будущее потеряно, как и сама жизнь. А Сантери не любит Айли… По правде, его сердце давно уже ничего не чувствует, судя по анализу Белой Звезды и бывшей главы СИРИУСа. Соул сказал, что Титаны не допустят исполнения пророчества: связь между Мивой, Эйлертом и Сантери должна быть разорвана, а хранители Врат Азазеля, как и враги, должны сгинуть…, забрав ключи с собой на Тот Свет… Прости… – послышался шепот Эрнесты, которая тяжело вздыхала и плакала.

– За себя и Джуну я не беспокоюсь. Ибо Даркнесс с самого начала сказал, что сила и судьба хранителей Врат не определена…, но склоняется к уничтожению больше, чем к помилованию. Наши души были прокляты, когда зарождался Мир… Поэтому каждую реинкарнацию Титаны решают: казнить или помиловать, – прижав голову девушки к груди, сказал спокойно Арн. – Они думают, что с каждой реинкарнацией вероятность Хаоса снижается…, но нельзя предугадать конец истории, пока не прочтешь книгу и не доверишься писателю. Но самое ужасное… Я – ужасен тем, что пообещал дорогому человеку спасти Джуну…

Что это??? Почему Арн и Эрнеста такое говорят??? Руки задрожали, в горле застрял ком, а тело готово было вылететь из палатки, чтобы обо всем расспросить и наивно предположить, что слова, сказанные ранее, всего лишь шутка… Но неправильно будет… Неправильно… Вор будет выглядеть глупо, если после ограбления пойдет и сдастся с поличным. Кое-как подавив крик, разрывающий тело и душу, закрыла глаза и прижала колени к груди, впившись ногтями в кожу. А потом провалилась в сон.

Глава 17

Солнечный луч обжег глаза, опухшие от слез и тяжести прошлого дня, просочившись через щель в палатке. Подавив желание еще чуть-чуть поспать, резко скинула одеяло с тела и встала на ноги, почувствовав кончиками пальцев невероятный холод. Разлепив веки, осмотрелась и поняла, что стою в палатке одна. И этот холод… Быстро надев штаны, схватила катану и выбежала из укрытия, занеся меч за плечо, приготовилась к удару.

– О, наша королева проснулась! – помахав весело рукой, сказал бодро Эрно, стоя у края островка. Посмотрев на мой грозный вид, парень выпучил глаза, а затем рассмеялся.

– Ты думала, что без тебя уедем, глупышка? – подойдя и погладив ласково меня по голове рукой, спросил умиленно Регнер. Тогда в голову пришла мысль: может повторить «удар Эрнесты» и отправить друга в полет? Смущенно переведя взгляд на землю и опустив меч, я скинула ладонь Эрно с головы и фыркнула. Регнер лучезарно улыбнулся и накинул что-то мне на плечи.

– Надень! Тут стало очень холодно. – поправляя шубу, которую накинул на плечи, сказал заботливо брюнет.

– Спасибо, – все еще смущаясь от собственной оплошности, сказала тихо я. – А почему тогда стало холодно?

Парень указал пальцем на воду, которая стало совершенно иной. Рябь на воде пропала, будто совсем перестала двигаться и омертвела полностью. А от нашего островка до того, куда должны отправиться, шла тоненькая, едва заметная дорожка изо льда. На тропинке стояла лодка, вылепленная из пластика. По центру лодки располагалась мачта и небольшой парус из грязной и прожженной ткани.

– Пока ты спала, Люцифер принял решение соединить все способности архангелов и некромантов, создав эту конструкцию. – гордо произнесла Эрнеста, которая закуталась, словно на Северный Полюс собралась. Правда, шуба, вязаный шарф и милая шапочка придавали девушки все равно изящность и грациозность. Даже глаза сияли.

Увидев Асдис, сразу вспомнила диалог девушки с Арном, поэтому принялась быстро рассматривать пластмассовую лодку. Ибо мои глаза сразу нервно забегали, а утренняя тупость на лице сменилась озадаченностью. Жажда узнать правду была настолько велика, что вопрос, вертевшийся в голове, застревал в горле, периодически вырываясь наружу. Приходилось кашлять, чтобы не начать говорить, или вообще молчать и кивать.

– В основном работали С5. Здесь некроманты бесполезны. – положив руку на мое плечо, сказал спокойно Арн.

Волосы друга были сегодня заплетены в косу, поэтому можно было рассмотреть и найти то, о чем говорили прошлой ночью. Может, на шее? Ведь, думаю, голова – это главная часть того, откуда функционирует жизнь у оживленного человека. Ибо сердце уже не работает и не подает кровь. Хотя, у некромагии Джуны совершенно непредсказуемая сила и последствия. Возможно, создавая жизнь умершего правителя Западных Врат, Сантери смог как-то сохранить сердце парня… Но, тогда почему у самого Джуны сердце отсутствует? Здесь что-то недоговаривается… Секрет Сантери намного глубже, чем кажется на первый взгляд…

От прикосновения Эйлерта я вздрогнула и чуть не взвизгнула от неожиданности: каждый нерв был напряжен, заставляя мозг испытывать стресс и давление; благо, успела вовремя закрыть рот руками. Но друг, все равно, не понимая данной реакции, вздернул брови и резко убрал руку.

– Холодные… Руки у тебя, Арн, холодные. Надень перчатки…, – потерев место, где лежала рука Арна, сказала с улыбкой я. – Слушай, почему сегодня волосы заплел в косу? Решил сменить внешний вид?

Недоверчиво покосившись, Эйлерт кивнул и перевел взгляд на Эрнесту. Девушка стояла в лодке, рассматривая изнутри. Эрнеста искала недочеты и дыры в конструкции.

– У тебя локон выпал из косы… – заметив непослушную серебряную прядку, сказала я, прикоснувшись к голове друга.

Пару мгновений и разум мгновенно перенесся в сознание Эйлерта. Странно, но кроме темноты ничего видно не было. Обычно появляются образы, ну, или хотя бы едва заметные очертания, дымки.

– Ту-дум! – раздался сильный и отчетливый звук, исходящий где-то издалека.

– Сердце! – застыв от неожиданности, проговорила тихо я, заслонив ладонями рот. Затем тьму стали прорезать красные нити, переплетающиеся между собой, словно паутина. На нитях образовывались шипы, которые извивались и создавали глубокие дыры. Из дыр сочилась красная и теплая кровь, льющаяся прямо мне на ноги.

– Тик-так! – стала различать наряду с сердцебиением еще один звук, который перебивал стук. Осмотревшись вокруг, заметила золотой свет, к которому, как, оказалось, стремятся те самые нити с шипами. Среди шипов виднелись карманные круглые часы золотого цвета, которые были открыты. Шестеренки часов были видны на рамке, где должна была располагаться фотография. Но сам циферблат был затертым, где были лишь единицы, нарисованные разными шрифтами. Да и стрелок было двенадцать.

– Когда двенадцатая стрелка достигнет двенадцати, то душа Арна перейдет к хозяину. Хозяин поглотит душу регенерированного тела. Однако, Высший Суд Титанов будет ждать обоих. Тот, кто отдал душу, будет прощен и постигнет реинкарнацию вновь. Кто же поглотил душу, должен отдать Титанам душу регенерированного и свою. После, сгинет он в пучине небытия: дарованный шанс на жизнь и изменение сценария судьбы не могут быть прощены двенадцать раз. – раздался голос из часов, после чего они закрылись и перестали сиять. Все, что я запомнила: стрелка была где-то на десятке…

– Хватит стоять, время отплывать… – не успела договорить Меинвен, как какая-то зеленая жидкость пронеслась мимо щеки девушки, расцарапав кожу. Рана стала превращаться в ожог. Обернувшись, все увидели на островке тварей. Откуда они взялись, если мы всех перебили?

– Черт! Метка Фауста! Поле, что состояло из трех слоев, оставило после себя еще одно: вся нечисть может еще раз ожить… – достав лук из-под мантии, сказал обозленно Хефина. Нацелившись на несколько зомби, которые бежали гуськом, девушка выстрелила и приказала бежать.

– Нет! Как же мы оставим тебя? – заорав, сказала я. Эйлерт загородил грудью обзор на архангела, которая ласково, но грустно улыбнулась, кивнув головой и прицелившись в очередных монстров. Схватив на руки меня, Арн подбежал к лодке и насильно посадил, обняв.

– Крылья ангела! – крикнул Люцифер, вытащив крест и направив на парус. Поднялся сильный ветер, который стал толкать лодку.

Нуала проткнула грудь копьем и села в центр лодки. Синее пламя обвило тело девушки, после чего архангел встала и кинула копье в сторону Хефины. Не знаю, что произошло, ведь Эйлерт изо всех сил держал меня и не давал что-либо увидеть, как бы не использовала силу и магию. Друг терпел любые удары. Ну, и Эрнеста, Ивер и Эрно сдерживали порывы и притоки магии, чтобы особо не разбушевалась.

– Аеронвен (Хефина) в следующей жизни будет намного сильнее. Я уверен! – перекрестившись и посмотрев на небо, сказал Люцифер, размахивая фальшионом, словно веером.

– Нет!!! Только не говори, что Хефина умерла!!! Невозможно!!! – била Арна кулаками и орала я.

– Хефина… – начал Люцифер, но внезапно лодка натолкнулась на что-то и встала. За несколько мгновений остров, что стоял вдали, приблизился вплотную. Бросив товарища в беде, мы успешно доплыли до того места, где располагалось озеро Бэйдэйю. Толкнув Арна, я кинула отчаянный взгляд на остров, где располагалась Церковь. Но ничего не увидела… Лишь дымок…

– Не стой на месте, Айли! Времени нет! Да, и земли острова кишат всем, чем только можно… – схватив больно за кисть рук, строго проговорил Люцифер, на лице которого появились морщины от того, что щурился много.

Кинув меня на песок, архангел ударил по лицу и взял за шкирку. Некроманты и архангелы слегка находились в шоке…, как и я, собственно. Потерев щеку, непонимающе уставилась на Акиру.

– Акира, не смей так обращаться с Айли! – занеся кулак, сказал сквозь зубы Эрно.

Архангел цокнул языком и устало произнес:

– Хефина – потомок Фауста, способный перерождаться. Благодаря способности создания из земли жидких веществ, она переместилась чуть ли не до самого Ада, тем самым унеся прогнившие души тварей в Преисподнею. Поэтому через несколько часов, дней, месяцев, лет или столетий Аяна восстановит силы и переродиться. Забудьте пока о ней и выполняйте задание, что было возложено на наши плечи. Ибо груз миссии слишком тяжелый. Особенно, на этом острове…

Посмотрев на гору, покрытую белоснежным снегом, располагавшуюся вдали, Акира протянул мне руку, помогая встать. Эрнеста подбежала и спросила о состоянии здоровья.

– Я конечно, все понимаю, – спокойно произнес Арн. – Но бить девушку по лицу… Как-то не по-мужски, знаешь ли…

– Да, за это меня ждет особая кара. Но смотреть на то, что человек, который силен духом и способностями вот так паникует, забыв о настоящем предназначении… Не смог выдержать. Слабости делают людей мягкотелыми и глупыми. – сбросив испачканную мантию на песок, отчаянно проговорил Люцифер, улыбнувшись своей коронной улыбкой.

– Не говори так. Именно слабости указывают людям на их недостатки. На то, что можно поменять и сделать лучше. Слабости подталкивают человека, сбившегося с истинной дороги, к вершине горы, что казалась так далеко. – вступилась Аин, у которой красные глаза потемнели.

Девушка, что была всегда спокойной и отмалчивалась в стороне, вспыхнула, как вулкан, обнажив трезубец и направив на горло предводителя. Аин гневно посмотрела на Люцифера, будто тот был всегда главным врагом. Акира недовольно хмыкнул, коснувшись пальцем кончика трезубца. Капелька крови упала на белоснежный сапог архангела, оставшись на поверхности. Мисс Рэн резко опустила оружие и упала на колени, жадно смотря на невпитавшееся пятно. Арн достал лук, зарядив стрелы и нацелившись на Рэн.

– Да, вы совершенно ничего не знаете о С5, считая орден кучкой выпендривающихся святош. Однако, видите ли, много что связывает архангелов и меня. Например, Аин Рэн, «Агрона», погибла в бою от моих рук, получив проклятие вдогонку. Мать девушки – ангел, который связался с вампиром, чье очарование было выше и сильнее, чем чистота и любовь к Небесам. Затем родила Аин, тайком спрятав дочь и скрывая происхождение ребенка. Даже в армию архангелов отдала. Но девочка выдала себя, когда увидела рану у одного из новобранцев на поле боя. Тогда я и сверг несчастную в Чистилище, что явно не помогло… – достав фальшион из сапога и проведя лезвием по ладони, сказал величественно и спокойно Акира. Архангел капнул кровью, что с ладони текла, на лицо Аин. Девушка заскулила и встала на четвереньки, словно собака. Затем Акира присел и дал прикоснуться Рэн губами к ладони и испить кровь. Златовласый парень улыбнулся той улыбкой, когда только встретила его. Такая наглая, но в то же время теплая улыбка…

В кустах что-то зашуршало. Песок стал уходить из-под ног и шевелиться, будто змеи ползли под ним. Вода, которая от магии застыла на месте, начала вспениваться, разбушевавшись окончательно. Голубое небо закрыли черные тучи, из которых повалил громадный град, больно бивший по затылку.

– Вот, говорил же…! Ай! Я заметил в десяти метрах большой камешек, похожий на крышу. Спрячемся там…! Небеса! Больно! Следуйте за мной! – схватив за руку, присосавшуюся к ладони Аин, крикнул Акира, почесывая затылок и проклиная град. Архангел так резко рванул, что никто особо не уследил, в каком направлении помчался Люцифер, разрезавший град фальшионом на несколько частей. Арн, Эрнеста, Эрно и остальные из С5 как-то ловко успели уловить движение Акиры и скрылись через мгновение в той же стороне. Однако, осталась я одна…

– Кхм, кха-кха… Черт, слюни изо рта пошли… Спать меньше надо… Что за фигня тут происходит…? Бесит…! – пробубнил кто-то, лежавший в лодке. Бац! Из лодки вылетело несколько пуль, после чего показалось несколько знакомых револьверов. Лениво встав и приподняв красные волосы кверху, как обычно они лежат, Ивер достал сигариллу и поднес револьвер к кончику, выстрелив снова. И Райл не только разжег сигариллу, но и раскрошил градинку, которая была в несколько сантиметров от «божественной» прически парня. Разжав усталые глаза, Ивер без особого интереса посмотрел на меня и лениво спросил:

– Чего, где молодежь?

У меня от такого пофигизма аж глаз задергался… Это же надо… С неба яйца страусиные летят, а он хоть бы бровью повел…

– Э-э-э, все убежали вот туда, – так же неохотно произнесла я, достав катану и разрубив слипшиеся градинки. – Не успела сообразить, поэтому осталась с Вами.

Парень непонятливо уставился на меня, прищурившись. Казалось, что сурово-бандитский взгляд уничтожит тут прямо, вместо гигантского града.

– Почему на «вы»? Неужели я так старо выгляжу? Мне же только 24 года. В следующем году будет 25, – разогнувшись, недовольно произнес Ивер, что добило меня окончательно.

Поняв, что общаюсь с камнем, направилась в ту сторону, где исчезли ребята. Но дорогу перегородил Райль, наставив два револьвера прямо в лоб.

– Нет, не в эту сторону. Туда нельзя. Пошли вдоль берега, а потом через плющ, – с диким взглядом произнес строго Ивер. И откуда парень лет двадцати четырех знает, куда надо идти?

– Сердце подсказывает. Что-то или кто-то очень сильный направляет потоки магии, сбивая с истинного пути. Хочу прояснить, кто. Если придется драться, то дерись, как истинный воин СИРИУСа, обнажив мечи, – будто прочитав мысли, сказал заинтересованно Райль, странно улыбнувшись. Эдакая смесь предвкушения, резни и веселья.

Обиженно вздохнув и пожав плечами, я повернулась в ту сторону, куда указывал револьвер Ивера, и последовала вдоль берега.

А, кстати, пока я пыталась понять бывшего предводителя Красной Звезды, град закончился, и вода перестала бушевать, спокойно омывая золотистые берега. Даже небо стало чистым, правда, уже темно-синим. Ведь солнце зашло за горизонт. А вот Луна вышла, показывая всю свою блистательную красоту.

– О, кальмары «светлячки», – показав шестизарядным револьвером с колесцовым замком на берег, воскликнул Ивер. Еще несколько мгновений назад берег был золотистого оттенка, но не сейчас. Вдоль берега возникло необыкновенное синее мерцание, словно что-то волшебное приплыло. Однако, это вовсе не магическое явление. У этих кальмаров есть фотофоры (органы свечения у рыб), которые служат для приманки добычи. Иногда, кальмары выплывают на берег. Захватывающее зрелище. Синий, словно топаз, свет напоминал звезды, которые отображались в воде. Даже светлячки, что нервно летали вокруг нас с Райлем, завидовали и пытались засиять еще больше.

Теплый и легкий ветер отгонял насекомых «светлячков» от воды, загоняя в тропики, чтобы те служили путеводителями для потерявшихся в джунглях душ. Предоставив право кальмарам украшать своим светом берег, ветер мгновенно отступился. Сам Космос, казалось, спустился на Землю, расстелившись в воде в виде млечного пути из синих звезд, затмевающих сияние Луны. Еще чуть-чуть, и эстетика острова заставит сердце забыть о страшных и разбивающих сердце вещах. Казалось, что мелодия острова вызывает прекрасную балерину в белом пышном наряде из звезд, которая будет танцевать на гладе воды, под лунным светом. Дыхание захватило… Всплеск волн, шуршание листвы и шепот ветра… Все напоминало игру опытного музыканта на фортепиано, арфе и скрипке. Подняв глаза к небу, увидела вдобавок ко всему Северное Сияние, струящееся, словно горный ручей.

– Сирены…, дьяволицы, – хмыкнув, весело произнес Ивер, взяв мою голову в руки и повернув к себе. Посмотрев в глаза, парень улыбнулся и похлопал по голове, сказав, что пора двигаться дальше. После чего мелодия природы стала только усиливаться с каждым шагом, даря надежду и просветление. Или же, все совсем по-другому?

Глава 18

– Ох, Черт! Гигантский краб впился клешнями в мой дорогой ботинок! – послышался выстрел из револьвера и недовольное бурчание Ивера, который в один миг поджарил несчастного краба, выползшего на берег. Затем парень предложил жареного краба мне, от которого я отказалась, а потом принялся довольно разделывать добычу и жевать конечности месте с корочкой. Не понимаю совершенно этого типа… Кому и следовало залепить пощечину, так Райлю… Ведет себя, как ребенок пятилетний. Ребенок-янки.

Несколько часов протопав по берегу, поняла, что картина не меняется. Разве пять метров назад мы серую небольшую гору не проходили? А вот двуствольное дерево с темно-синими листьями… Ощущение сложилось, будто по кругу ходим, хоть остров на самом деле и не обогнешь за три дня бегом, если постараешься.

– Портал? – почесав затылок, тихо сказала под нос я.

– Ага. Он самый! – доев последний кусок краба, сказал азартно Ивер.

– А? Давно ли ты заметил? – почувствовав, что кулак зачесался от недовольства, спросила рассерженно я.

Райль, лежавший на песке, будто турист на пляже, встал и сказал лениво:

– Ты тут уже пятый раз прошла, пока я доедал краба… Именно дружок-краб натолкнул на эту мысль о портале, когда неожиданно появлялся и исчезал вон в том месте.

Парень указал на единственный камыш, растущий в воде. Возле растения что-то витало незаметное. Очень похоже было на то, когда асфальт плавиться; на прозрачную пелену, и на испарение тоже. Только вот при испарении частички воздуха колеблются. А тут ровная прозрачная пленка, где нет никаких колебаний.

– Очень похоже на прозрачное стекло, да? – похлопав себя по руке, спросил весело Райль. – Видел я однажды такой эффект после телепортации. Только несколько человек могут оставить после себя «зеркальный мост». И будет лучше, если этим человеком будет некромант, нежели демон.

Не поняв последней фразы, хотела спросить Ивера. Однако, обернувшись, увидела пять летающих вокруг меня странных гигантских масок народа Японии. Главная маска была Ханья (разрушительное дыхание страсти) – это японская маска, олицетворяющая ревнивую женщину, которая стала демоном из-за отсутствия взаимной любви. Остальные просто олицетворяли Кицунэ (лиса с девятью хвостами), Бакэнэко (кошка, способная создавать огненные шары), Тэнгу (человек–ворон, который подстрекает к войне), Каппа (водяной, который любит шалить и дурачиться) и Цутигумо (огромный паук). Ёкаи сами по себе имеют две сущности: плохие и хорошие. И вот вопрос: какие сущности были у этих четырех масок, исключая Ханью, что олицетворяло зло, разумеется?

Райль куда-то провалился. Быстро все происходит на этом острове, а главная фишка острова – это нелогичность. Да, магия тоже является совсем нелогичным явлением, однако последствия весьма понятны и структурированы. А здесь совсем никакой основы, только консистенция.

И чего делать-то? Маски просто летают, даже никакой ауры не чувствуется. Может, это Ханг? Ведь у того парня на лице была маска, правда венецианская…

Внезапно маски остановились и просто опустились на песок. Думаю, магия ослабла, раз ни энергии, ни ауры, ни магии не чувствовалось. Только вот что-то хотела сделать, а чего не помню… И вообще, где это я? Разве, совсем недавно, не была ли в комнате нашего отделения СИРИУСа? Чего это за маски чудные такие? Ох, током ударило. Надо выбраться из окружения масок. Почему надо? А разве, не надо? Нет же, нужно спасти Сантери и найти Люцифера. А что с Сантери? Он же в соседней комнате… Балда! Джуна умер. Не говори чушь! Джуна жив! Ах, голова! Что с ней?

Виски так заболели, будто кто-то пытается мозги вытянуть из головы, вместе с воспоминаниями. Стоп. Что с памятью происходило только что?

Маски резко замерцали и вновь поднялись в воздух, начав быстро вращаться вокруг меня. Похоже, магия, которой питаются тела – это память или что-то в этом роде.

Достав катану, резко направила лезвие на Кицунэ. Только вот промахнулась! Странно, маска всего в двадцати сантиметрах от меня…

– Хи-хи-хи, – послышался смех от маски лисицы. Нарисованные глаза засияли красным светом, поменяв нейтральное выражение лица на издевательское и хитрое. После чего свет проник в мои глаза, заставив окунуться в прошлое. То прошлое, которое я еще не видела. Однако, не до рассказов сейчас про реинкарнацию душ. Скажу одно: разговор Эрнесты и Арна были чистой правдой. Сердце мгновенно стало замедляться, перекрывая жизненные каналы. Сколько раз монстры пытались вывести меня из строя, давя на воспоминания! Как же однообразно! Создав воздушную сферу, резко пульнула шар в Кицунэ. Естественно, маска уклонилась и засмеялась. Однако, за сферой пряталась я, слившись с ветром воедино (воздушный вихрь стирал черты тела, делая размывчатыми), и нанесла катаной урон по глиняному лицу. На лице лисицы появилась большая трещина. Но, несмотря на это, маска уцелела, поменяв веселое выражение лица на недовольное и гневное. Кицунэ завизжала, потом обволоклась оранжевой дымкой, которая стала извиваться, как языки пламени.

– Позвольте, принцесса, – вырвавшись из груди, сказал горделиво ягуар, вовремя набросившись на белую девятихвостую лисицу, вырвавшуюся из маски Кицунэ. Животные схлестнулись в схватке, обжигая друг друга пламенем. Ягуар, обхватив тело лисицы по спирали, словно пружина, начал душить животное своим длинным хвостом.

– Стой! – увидев слезу в молящих глазах лисы, крикнула я и отозвала ягуара обратно в тело. Слуга нехотя отпустил Кицунэ, которая откашлялась кровью, нервно глотая воздух, и вернулся в мое тело. Думаю, что лиса доброе создание… Кицунэ даже поклонилась. А теперь начала трясти пушистыми девятью хвостами, как животное, готовящееся к… нападению. Издав вой, лисица высоко подпрыгнула и исчезла из поля зрения. Подняв голову к небу, не смогла найти животное.

– Гха! – вырвалось из горла вместе с кровью. Кто-то обвил шею острым кнутом и потянул к себе на огромной скорости с большой силой. Направив острый конец меча на владельца оружия, пыталась зацепить противника или разорвать кнут. Но на руки наступили с огромной силой, причем лапой, как у ворона. Расцарапав кожу, обидчик вырвал вены из рук, подкинув и заглотив, словно червей. Эта боль… Не передашь, насколько это больно…

– Это Цутигумо и Тэнгу! Великие воины-демоны! Госпожа, позвольте помочь! – завывал внутри верный ягуар, пытаясь вырваться наружу.

– Сама справлюсь, – томно и монотонно ответила я, расслабив тело и позволив ворону раскромсать руки до конца. Паук Цутигумо на немного ослабил хватку, почувствовав, что тело перестало сопротивляться.

На несколько секунд перед глазами появился свет, из которого протягивали руку. Такую нежную и чистую, что казалось, что совсем не являюсь некромантом или с проклятой душой человеком. Хотелось поскорее ощутить тепло от белоснежных рук. Положить ладонь на сердце, чтобы согрелось. А то, в последнее время, стало ледяным каким-то. Даже на дне Аида не так холодно, как в моем сердце. В моей душе… Раньше протянула бы руку без раздумий, но Люцифер прав, слишком сырой тряпкой стала я, что не могу добраться до злодея, развесив сопли по обе стороны. Поэтому хочу жить до тех пор, пока не спасу души людей, дорогих мне.

– Простите, но не сейчас, – так же монотонно прошептала я, открыв глаза и резко вспорхнув с места. Темная дымка охватила изуродованные руки, восстановив плоть, которыми вцепилась в горло Тэнгу, нажав на сонную артерию и выпустив кровь прямо себе в лицо. Ворон пытался отбиться ногами. Но вакидзаси, выскочивший из-за спины отрезал ноги, заставив монстра корчиться от боли.

– Вы – не легендарные демоны-божества Японии. Только жалкая пародия! – грубо отрезала я, пробив локтем в голове Лжетэнгу дыру, размером с бейсбольный мяч, и оторвав клюв. Демон превратился в маску, которая треснула по швам и обернулась в белый порошок.

Паук гневно зашипел, оплевав меня ядовитыми слюнями. С недовольным выражением лица, я вытерла яд и идеально выпрямленными руками хлопнула в ладоши. Ну, представьте, как изображают пасть крокодила. После чего Цутигумо непонимающе стал жевать. А после второго хлопка паук разлетелся на кусочки. Создав воздушную горячую сферу внутри, стала поднимать давление и увеличивать силу гравитации, из-за чего и лопнул. За счет повышения температуры и повышения уровня кислорода увеличивается артериальное давление, за счет чего сердце начинает очень много работать. Происходит спазм сосудов. Чем больше давление и температура, тем больше дополнительная нагрузка.

Бакэнэко, отсиживающаяся в углу, спокойно хлопнула глазами и замурлыкала. Черная кошка с трехметровым хвостом впилась взглядом в меня, тщательно изучая. Поняв, что противник ищет слабые места, достала катану и рванула вперед, едва касаясь ступнями песка. Создала воздушные потоки под ногами. Бакэнэко не двинулась с места, только ударила хвостом по земле. Две огненные сферы, откуда ни возьмись, вылетели из песка и справа, и слева одновременно. Замечательно, либо с одной стороны меня убьют, либо с другой. Нужно ускориться, однако сферы яро как-то реагируют на воздух. Ладно, сделаем так. Кинув катану под ноги, лезвием в песок, я прыгнула на рукоятку, оттолкнулась и сделала сумасшедшее сальто, после которого чуть не вырвало. Было похоже на то, как прыгают пловцы с трамплина для прыжков в воду, несколько раз перевернувшись. Я сделала пловцов точно! Можно записать количество вращений, сделанных в воздухе, в книгу «рекордов Гиннеса». Наконец, повернувшись лицом к земле, обнаружила наглую кису и кометой понеслась на врага, обнажив вакидзаси. Злобно ухмыльнувшись, стукнула одной ногой о другую, создав дополнительное ускорение за счет потоков воздуха.

– Хи–и–и–и! – издала мною забытая Кицунэ, промчавшаяся мимо. Правое ребро хрустнуло, собственно, как и вакидзаси. Полностью разорванная правая часть тела застонала и задымила от огня. Эта тварь прожгла огненными когтями огромную дыру во мне, проломив ребра. Потеряв концентрацию над равновесием и магией, закрыла глаза и затаила дыхание.

– Без проблем! – раздался воинственный голос ягуара, после которого я воспарила в воздухе с помощью крыльев из черной дымки, держа непонятно где разбухшую катану (скорее, напоминало по длине нодачи). Рукоятка была украшена черепами, идентичными рукоятке трости Сантери. Дымка заползла в рот и расползлась по всему телу, одурманив мыслью о том, что надо вынести противника. На лице появилась садистская довольная улыбка. Все, ребята! Попались!

Позволив дымке до конца овладеть телом, я застыла в воздухе и отдала приказ тени. Струйки черного пламени понеслись в сторону Бакэнэко, нервно зашевелившей хвостом. Словно терновник, дымка разрасталась. Лисица, бегающая в воздухе, пыталась наброситься на меня. Однако, дымка создала магнитное поле вместе с черным пламенем, а потом резко притянула девятихвостое существо к полю и сожгла. Даже в магических существах есть металл, который отлично притягивается к магниту. На шее Кицуне блестел металлический ошейник, что и погубило лживого монстра. Терновник, что настиг кошку, которая отбивалась изо всех сил с помощью огненных шаров, обвил ее хвост. Резким движением, выдернув хвост, черная дымка заползла в уши Бакэнэко. Долгое время существо когтями пыталось вырвать магическую вуаль из головы и тела, встревоженно крича и раздирая плоть до крови. На мгновение кошка застыла, расширив зрачки, которые стали белеть, после чего медленно превратилась в белый песок, как и все остальные четыре маски.

– Демон воплоти! – послышался в темноте тропиков искорёженный женский голос.

Осталась одна маска, точно. Это самый сильный должен быть демон изо всех остальных. Направив дымку на поиски источника голоса, дабы упростить задачу и не играть в прятки с Ханьей, стала прислушиваться к шелесту деревьев. Однако, словно дразня, демон шуршал в разных точках тропиков, мгновенно телепортируясь и сбивая с толку.

Дымка, поняв, что не может сконцентрироваться, просто обволокла весь остров, заставляя растения и деревья вянуть. Даже камни разрушались и крошились, как и песок, становясь все меньше и меньше. Ханья засмеялась, как злобная старуха, направив потоки своей магии в ответ на дымку, которая изо всех сил сопротивлялась могущественному потоку красного света, расстилавшемуся узорами на темной вуали некромагии. Как змея, ползущаяся в грязи и оставляя едва заметный след за собой, красный свет достиг меня, поломав крылья и скинув на землю ударом, похожим на огромный кулак.

– О, твое сердце насквозь пропитано любовью к юноше… – сказала радостно Ханья.

Сердце резко стало холодеть. Наступило ощущение, будто кто-то ледяными пальцами касается оболочки и вкачивает ненависть вовнутрь.

– Юноша, которого ты желала, предал и вернулся к прошлой женщине. Бедное молодое девичье сердечко, – мурлыкала маска, внезапно нажавшая, будто когтем, на клапан сердца. – Давай, уничтожь подлого предателя, у которого нет никаких чувств. Пусть любовь умрет и останется осадок прекрасной и уничтожающей страсти. Желай всех. Желай каждого.

Красное кружево доползло до коры головного мозга, заставив атрофироваться извилины. Память стала резко стираться, а сердце наполняться необъяснимой ненавистью. Хотелось так завизжать от боли, насколько возможно. А потом проткнуть душу кинжалом и умереть, дабы не чувствовать дыру в душе. Однако, как и в ящике Пандоры, на дне осталось самое прекрасное чувство – надежда. Плевать, насколько больно думать о предательстве. Подумаешь, человек послушался того, кто владеет его душой. Но что насчет сердца? Да, сердце Сантери тоже запечатано. Запечатано, но не вырезано.

Прикоснувшись к груди, я почувствовала сильное сердцебиение и приятное тепло, которое разливалось внутри, грея душу, тело и кончики пальцев.

– Пламя любви намного сильнее, чем пламя пустоты и разрушения, – освободившись от немощи и прикоснувшись ладонью маски женщины, сказала я. Затем пальцы запульсировали, загоревшись черным пламенем, и маска расплавилась. Небо потрескалось, как и весь окружающий пейзаж.

– Наконец! Мива! – сбрасывая осколки лжекартины, обеспокоенно крикнул Ивер, протянув руку и помогая выйти из куба. Оказывается, Ханья и подручные маски запечатали меня в ином измерении, когда летали по кругу и вытягивали память, создав точную копию окружающей среды.

– Это было опасно, – тихо зашуршал знакомый спокойный голос рядом. Перепрыгнув через разбитый порог куба и выйдя наружу, увидела парня с фиолетовыми волосами и серыми глазами, одетого, как ниндзя.

– Деон?! – выпучив глаза, выпалила я.

Грей поклонился. Поняв смятение, которое явно выражало мое лицо, Ивер постарался объяснить:

– Как я говорил, в этом мире только два существа умеют телепортироваться, используя «зеркальный мост». Это демон Ханья и Деон Грей, который увидел данного демона однажды. Она приходит тогда, когда чувствует огромное скопление ярости и прочих негативных чувств, чтобы совратить душу. Мать, точнее хозяйка, Грея была жрицей в храме, которая славилась своей чистой душой и даром исцеления.

Деон показал рукой Райлю, что продолжит сам.

– Сора-сан была не просто жрицей, а жрецом. Жрецы являются посредниками между богами и людьми, а жрицы еще должны охранять культ и передавать знания, обучать искусству целительства. Госпожа приютила меня в храме, который подчинялся богу ветра Фуджину, когда мне было всего шесть лет. Родители отказались и продали меня в рабство. Госпожа Сора, которая покупала на рынке овощи, увидела, как избивают голодранца. Забрав к себе, Сора-сан долго не могла управиться со взрывным характером маленького и неотесанного мальчика, который не знал, что такое этикет, культура, манеры и речь. Но сердце хранительницы храма было таким чистым, что даже грязный и злой разбойник смог поверить в существовании добра и справедливости. Обучив письму, речи, боевому искусству «кобудо» и этикету, Сора-сама однажды сказала, что готова представить меня богам и даровать чудесную технику. Незадолго до этого, в храм Фуджин ходил красивый и богатый юноша, похожий на Аматэрасу, будь она в мужском обличии. Госпожа сразу привлекла Хироки-сана своею красотой, манерами, умом и чистотой. Однако, не только Хироки-кун желал Сору-сан, но и все мужчины городка, которые готовы были предать своих жен в любой момент ради сладкого вкуса губ жрицы. Но Сора-сама любила только одного мужчину в той жизни – Ками-саму. То есть Бога. Именно ему госпожа отдала все годы прекрасной и цветущей юности, излучая свет снаружи и изнутри. Кто бы мог подумать, что ёкай, помогавший Хироки-сану и изменивший его облик и ауру, приближенную к Богу, заставит девушку заблудиться и принять столь сомнительный факт. Однажды, госпожа Сора сказала, чтобы я отправлялся на гору Макото и готовился к обряду, начав размещать ритуальные предметы по порядку. Для этого нужно было еще посидеть под прохладной водой и освободить ум. Переночевать в поле, слушая лишь ветер. Сжечь на бумаге страхи и горести, застрявшие в голове. Все это указывало на то, что будущее должно быть позади, заставляя людей наслаждаться картинами настоящего. И сердце подсказывало, что нужно, как телохранителю и верному пажу, быть с миледи и защищать, во что бы то ни стало. Даже, если дело касается знаний. Сора-сан настояла, отправив меня на важное задание. Однако, зря. К тому же не только у госпожи была тайна. В ту ночь, когда я постигал холод и прохладу водопада, очищая мысли, из воды вышла обнаженная дева, которая плескалась в воде при лунном свете. Это была Ханья, которая приняла женское обличие. Приблизившись ко мне, Ханья начала шептать страстные слова в ухо, заставляя желать любви и похоти. Но душа и мысли сопротивлялись, ибо Сора-сама предупреждала, что если открою глаза, то боги отвернуться и никогда не примут слабого духом человека. Разозлившись, Ханья развернулась и пошла в сторону леса, язвительно воскликнув, что чистая душа жрицы храма Фуджин стала самой грязной. Прогремел гром и полил дождь. Холодная вода становилась горячей. Голос в голове крикнул, что нужно бежать к Соре-сан и спасти ее. Резко рванув с места, на всех порах я помчался к храму, не жалея босых ног и стирая пятки в кровь. Подбежав к длинной лестнице, ведущей в храм, увидел огромное количество народа, который стоял с факелами и ножами. Спросив, что происходит у мужчины, понял, что госпожа в опасности. Сора-сан отдала свою чистоту Хироки-сану, восприняв его за Ками-саму, который пожелал ребенка от жрицы. Ёкай, помогавший Хироки совратить госпожу, убил мужчину, перерезав горло и поглотил душу Соры… Но самое страшное зрелище я увидел собственными глазами, когда ворвался в опочивальню Соры: в тело госпожи вселился демон, разрушавший ее плоть. Тело Соры не было крепким, поэтому сила ёкая убивала ее, заставляя воспламеняться. Ёкаем оказалась Ханья, которая стала довольно и мерзко смеяться, раздиравшая когтями нежную кожу хозяйки. Тогда и пробудилась сила некромага и тайная сила потомков храма Фуджин. «Зеркальный мост» могут создавать лишь те, кто пережил самую страшную боль в своей жизни, и кто может заставить душу подчиниться разуму, а силу – душе. К тому же, боги, правда, темные, приняли меня и помогли прочитать манускрипты на свитке, который спрятала в подвале сгоревшего храма Сора на тот случай, если пойдет что-то не так.

Закончив историю, Деон закрыл рот шелковой фиолетовой повязкой, которую обычно носил и поклонился. Ивер, внимательно слушавший историю, о которой давно знал, отвернулся и начал чистить револьвер. Достав сигариллу, парень начал медленно втягивать дым.

– Получается, Ханья все еще жива? – осторожно и нерешительно спросила я, медленно отходя от оцепенения.

Грей помотал головой и спокойно произнес:

– Нет. Я убил Ханью.

Слеза, что медленно сползала по щеке и падала на песок, будто хрустальный шар, разбилась. Закрыв ладонью рот, я побежала в сторону небольшой скалы. Так больно стало от мысли о том, что человек такой кошмар пережил, при этом оставаясь спокойным снаружи, когда рассказывал. Он не показывает вида, как рана щиплет душу, заставляя молить о пощаде или о смерти. Сколько лет нужно, чтобы забыть урон, нанесенный сердцу? Сколько?!

Достав катану и разрубая все на своем пути, стала разбегаться быстрее и быстрее, пока не стукнулась лбом о камень. Точнее, о скалу, к которой бежала. Ну, и ладно! Вовсе не больно! Встав на ноги и пнув скалу, получила дополнительно еще один синяк. Несправедливость в этом мире никогда не перестанет выводить меня из себя! Бесит! Кому-то достается все, а кому-то – ничего.

Потерев ступню, я посмотрела на дымящиеся деревья и лианы, которые пострадали от меча и злости. Кстати, на острове ночь опять наступила… Даже волки завыли… Волки?! Ох, еще тут волков не хватало. А вой становится все ближе и ближе… Мерцание ненасытных глаз тоже ярче делалось. Надеюсь, что хоть волки-то не волшебные?

– Кто посмел вступить на земли духов? – плавно и мелодично раздался мужской голос на верхушке скалы. Вынырнув из-под пещерки и посмотрев в сторону источника звука, увидела мерцающий белый силуэт, размером в шесть метров. Несколько сотен едва различимых, мелких жемчужин суетились возле силуэта. Некоторые аккуратно приближались ко мне, заинтересованно подлетая к глазам.

– Простите, что потревожила…, – неуверенно начала я, медленно поклонившись. – Дело, которое не требует отлагательств, привело меня сюда. Много человеческих судеб зависит от того, что должна я найти на острове. Темная и злая сила пытается помешать процветанию и продолжению жизни…

Послышался вновь вой.

– В твоей душе много негатива. Убирайся с острова, а не то сгинешь, – резко произнес силуэт, направив жемчужины на меня.

Перламутровые сферы сплелись в единую нить, словно бусины, обхватили тело целиком (кроме лица и шеи), сделав кокон, и аккуратно потянули в сторону берега. Силуэт развернулся и стал растворяться.

– Но я не могу! Ради Джуны! – пытаясь вырваться из жемчужного плена, крикнула я, разозлившись окончательно.

Силуэт встревоженно остановился, а затем превратился в огромного снежного волка, покрытого кристальной пыльцой. Темно-красные глаза забегали, изучая меня уже вблизи.

– Повтори имя, человеческое дитя. – навострив острые и большие уши, сказал тихо волк. Жемчужины спали с тела.

– Джуна Сантери, – осторожно произнесла я, поняв, что волк странно как-то начал вести себя, когда услышал имя Джуны.

Волк тяжело вздохнул и облегченно сказал:

– Так…, ты Айли Мива? Хранительница Врат Азазеля?

Чего? Откуда силуэт узнал?

Не понимая животного, я растерянно и нервно захлопала глазами, резко кивнув. Да так, что защемила какой-то нерв на шее.

– Неужели, все стало настолько плохо, что наша встреча состоялась? – статно и грациозно сев на задние лапы, сказал грустно волк. – Видимо, пора вернуть то, что давно отняли титаны у «проклятых душ». Часы почти прошли последний круг последнего круга. Двенадцатая стрелка почти достигла двенадцати. Титаны так и не смогли простить ошибки Джуны, которую он совершает опять и опять. Как и Арн. Однако, только ты достойно смогла пройти последний круг после последней реинкарнации. Поэтому титаны в смятении: возможно, часы Мивы будут восстановлены, как и город…

Запутавшись в речи волка, я перебила собеседника и спросила:

– О чем вы? Пожалуйста, расскажите то, о чем умалчивают остальные.

– Ты и так все знаешь, просто не помнишь, – посмотрев на сияющую Луну, сказал волк, а потом продолжил. – Однако, я могу рассказать о том, что совсем потерялось в памяти. Когда Космос создавался, создавались и его подопечные: планеты, звезды и черные дыры. Тогда одновременно создавалось Добро и Зло. Создавались Боги и Люди, которые создали не только тот мир, что мы знаем сейчас, но и параллельные миры. Последнее стало причиной раздоров и воин: кто имеет власть над инородной силой, тот и правит Вселенной и Космосом. Поэтому старые и мудрые создания – титаны – решили остановить людей и богов, начав собственную войну, чтобы уничтожить параллельные миры. Разумеется, все, кроме Эдема и Чистилища. Однако, павший ангел Люцифер был сброшен с Небес и образовал могущественным телом и огромной магией новый параллельный мир – Ад или Аид. После этого все злые силы стали скапливаться в Аиде, порождая новые бунты и готовясь к еще более страшной войне. Титаны, боги и люди пришли к согласию, что нужно заточить разрушительную силу или хотя бы начать контролировать, пока не стало поздно. Первая попытка уничтожить Аид провалилась и нанесла большой урон по людским жизням. Тогда боги предложили создать сдерживающий барьер, окружающий Аид – Врата Азазеля, которые будут контролировать Ад. Но, естественно, Люцифер был против того, чтобы те, кто низверг его в темную пучину, будут его еще и контролировать. Поэтому титаны предложили альтернативу: самые грязные души, что обитают на дне Аида, будут выбраны в качестве хранителей Врат Азазеля. Им будут дарованы двенадцать жизней, за которые они должны поменять жизненные пути и не повторить предыдущих ошибок. Если все души пройдут испытание хоть однажды, то барьер навсегда останется перед Адом. Если же все двенадцать жизней будут использованы впустую, то титаны уничтожат души навсегда, не оставив ни в какой Вселенной и Мире, а также оставят в покое логово Люцифера, дав разрешение на «особые права»: порабощение душ, испитие чистой магии и кару над невиновными. В общем, перевернут основу человечности, которая создавалась веками, и демоны станут чинить свои порядки. На Верховном суде будут сидеть не только ангелы, но и демоны.

Выходит, Арн, Джуна, правитель Хигаши и я, бездарно и опрометчиво использовали целых двенадцать реинкарнаций просто так, не попытавшись исправить ошибки и очистится от грехов? Неужели, ничего не запомнив и получив новую жизнь, человек поступает так же, как и в предыдущей жизни? Это что, инстинкт такой?

– Нет, юная леди. Все просто – демоны, которые жаждут прав, просто начинали каждый раз сбивать вас с правильных путей, делая чистые и новые листы, грязными и изорванными. Вспомни, как старались Джуна и Арн, когда вернули тебе зрение, и сражались с нечистью, которой раньше являлись сами. СИРИУС был создан великим богом, который всегда помогал вам и был на стороне тех, кто старался искупить грехи и начать жить ради справедливости. Потому, что сам был когда-то таким…, – сделал паузу волк, повернув темно-красные глаза на меня. – Знаешь, не все еще потеряно. Несколько веков я ношу кое-что очень важное для Сантери. Как его отец, прошу, верни Джуне «это» и спаси сына от смерти. После новой реинкарнации, в отличие от новых родителей Айли, меня не было рядом с ребенком. Так, как маленькие дети не могут контролировать силу, приставляются временные хранители или опекуны, либо души умерших родителей, пока ребенок не достигнет возраста, когда может контролировать силу, признающую хозяина. Не думай, что в этой жизни родители, которые воспитывали тебя, были неродными. Отнюдь, чтобы сдержать сильнейшую среди четырех Хранителей Врат Азазеля, пришлось вызывать настоящих Эдме и Неила Мива-Лаин. Потомков древних богов, мать и отца Айли Мивы. Однако, силы хватило только, чтобы вызвать твоих родителей. Поэтому Арна Эйлерта приставили к семье Мива-Лаин. Джуне и Эспену пришлось быть под крылышком Сакуры, которая была предком хранителя Восточных Врат. Именно, Эспен исчез и оставил после себя слух о том, что уничтожил семью Мива. Но это был Хенг, который принял облик пропавшего принца Хигаши. К несчастью, именно расположение Эспена никто не может обнаружить до сих пор, даже титаны.

Волк закончил монолог, а затем резко подскочил к моему лицу и прикоснулся влажным носом ко лбу, где красовались огромная шишка и синяк от столкновения со скалой. Затем четкий облик стал постепенно мерцать и растворяться в воздухе.

– То, чего не хватает Джуне – запертая сущность Сантери. То есть кусок души, который был давно потерян. Одним словом – это «воля к жизни». Прошу, отдай этот необходимый элемент и спаси дорогого сына, – исчезнув совсем из поля зрения, сказал облегченно голос. – Прощай и спасибо, Айли Мива.

Глава 19

Время идет, бежит, а потом резко останавливается. Опыт, накопленный десятилетиями, запоминается, используется, а затем стирается из памяти. Сколько бы времени не было отведено людям для создания чего-то великого и нового, постижения глубин разума и великих тайн мира, жизнь быстро обрывается, унося с собой все, что копилось так долго. Это как стол, который был создан из дерева, взращённого из земли, сжигают за одно мгновение, обращая в пепел. Память – это самая главная ценность человека. Неважно, какие воспоминания хранятся там. Важно то, что это было и прошло. Можно предположить, что память – это мир, отвечающий за прошлое. Тело – это оболочка, идущая в ногу со временем. А чувства и эмоции – это сквозные отверстия, позволяющие заглянуть в будущее. Надежда– это эмоция, которая направлена на будущее. Ведь то, что будет результатом надежды, будет исполнено и сделано только там, где мы еще не бывали. Надеяться, значит, верить в будущее.

Прижав кулаки к груди, я почувствовала что-то очень теплое внутри. Возможно, душа начала согреваться. А может, это просто чувство облегчения за то, что не все еще потеряно. Что нужно выгравировать на лбу Судьбы иной конец старого сценария. Пойти на попятную – проиграть в первую очередь себе, а не Фортуне.

– Пошли искать глупого Люцифера! – почувствовав приближение взволнованных Деона и Ивера, сказала голосом начальника я. Приказав дымке найти архангела и всех остальных, последовала за голосом ягуара.

– Что возле скалы произошло? – спросил заинтересованно Ивер, стреляя в пальмы, чтобы те падали и не мешали двигаться вперед. Деон лишь устало вздохнул и покачал головой, мол, чтобы Райль не задавал ненужных вопросов.

Потупившись, Ивер поднял руку, а потом потянулся за сигариллой. Но застыл внезапно, раскрыв рот. Затем брови парня задергались, как и уголки рта, после чего предводитель Красной Звезды заржал как конь и упал в траву. Да, от такой картины я тоже чуть не засмеялась. Разумеется, мы нашли и С5, и Арна, и Эрно с Эрнестой. Только в дурацком виде: все могущественные маги висели вверх головами в коконах, слепленных из лиан. Пытаясь раскачать «клетку», Эрно врезался в Люцифера, ударившись потом лбами.

– Тупой некромант! Исчадье темноты! Отвали от меня! – верещал Акира, ерзая в коконе.

– Сам молчи, святошка! Втянул всех в это болото, а еще и вякаешь! Плюс, потеряли Айличку с тупицей Райлем! – развернувшись затылком и еще больше раскачавшись, возникал Регнер.

Заехав затылком по носу Люциферу, Эрно ехидно засмеялся. Как только парень увидел Ивера, нервно дергавшего бровью, улыбка с лица Регнера спала. Похоже, не вовремя парень про начальство стал ругаться.

– Вижу, вам тут весело, – брутальным голосом сказал Райль, наставив несколько револьверов на членов С5. Акира округлил глаза, не поняв того, что Ивер собирался просто прострелить веревки, подвязанные к деревьям. За несколько секунд послышались выстрелы, после чего все пленники упали на траву кверху одним местом.

– Ты напугал меня, болван-панк, – поседев от страха, рявкнул Акира на Ивера, но, увидев меня, сразу резко подлетел и заключил меня в теплые объятия. – Дорогая, я так рад, что все в порядке! А теперь поцелуй для бедного и несчастного Люцифера.

Сморщив нос, я стала трясти головой, что не стану делать подобного. Тогда архангел сделал щенячьи глаза и заскулил. Ох, что же поделаешь?

Встав на носочки, я крепко схватила Люцифера за шею и обняла. Окружающие раскрыли рты.

– Поцеловать не могу, но обнять – всегда пожалуйста… Только не грусти, как раньше. Не будь больше таким серьезным и грустным. Коварная, но нежная улыбка идет больше тебе, – прошептав на ухо, сказала я от всего сердца, ласково улыбнувшись.

Простояв пять минут в такой позе, отдалилась от архангела, а потом ойкнула. Акира стоял весь красный как помидор, смущенно теребя светлый локон. Глаза парня бегали как у девушки, которая собиралась признаться парню в своих чувствах. Еще не хватало движения ногой, когда смущаешься…

– Так, Акира веди уже к озеру! – прервав мысли покрасневшего архангела Эрно, похлопав парня по плечу. Люцифер сразу закрыл от раздражительности глаза и скинул руку Регнера, словно грязь с плеч.

– Как я говорил, озеро должно почувствовать, что странники достойны узреть сей прекрасный вид озера Бэйдэйю, – раздраженно сказал Акира, улыбнувшись язвительной улыбкой с закрытыми глазами.

– А как мы поймем, достойны ли? – потупившись, спросил Регнер

– Хороший вопрос, дурачок. Какие действия должны быть выполнены? Ведь, если гадать, то точно ничего и никогда не найдем, – потянувшись, сказала серьезно Эрнеста.

Только девушка расслабила тело, как архангел подлетел и схватил подбородок Эрнесты двумя пальцами и прошептал на ухо что-то так, что никто не услышал. Асдис покраснела и ударила Люцифера по лицу ладонью.

– Извращенец!!! – закрыв руками грудь, воскликнула Эрнеста и забежала за спину Эрно, спрятавшись. Акира самодовольно улыбнулся и подмигнул мне.

Интересно, что же такого сказал ангел девушке?

– Он сказал, что Эрнеста должна снять одежду и…, – прочитав будто мысли, вновь, начал Деон. Но Асдис взволнованно и суетливо прикрыла рот парню, смущенно улыбнувшись, а затем погрозила Грею кулаком и пнула под коленную чашечку.

– Слушайте, а как же магнит Арна? – почесав затылок, ни с того, ни с сего спросила я, сделав вид глупого ребенка и поднеся указательный палец к нижней губе.

В тишине прозвучали сверчки, а потом будто раскат грома от того, что все было изначально предельно ясно: нужно прислушиваться к магниту Арна, который должен чувствовать силу зова Ниши. Следовательно, озеро и есть проход к Бэйдэйю. Люцифер примерно повторил мои мысли, однако, еще кое-чем дополнил:

– Во что бы то ни стало, будьте самими собой и не думайте ни о чем.

– Вы все, конечно, хорошо придумали. Однако, магнит больше не работает…, – почесав виновато затылок, сказал устало Арн.

– Приплыли! – цокнула языком Хефина, усевшись на землю и начав протирать лук.

– Есть некая гипотеза, что магнит можно пробудить в случае необходимости с помощью сильных эмоций или чувств, – смущенно и нерешительно сказал Иэрос, который где-то все время пропадал.

– Точно! И я о таком слышал! – щелкнув пальцем, радостно произнес Ивер. – Так-так. Что же является самым сильным чувством? Возможно… любовь? Да-да!

В этот момент загоревшиеся черные глаза сверкнули, хитро сузившись и посмотрев на меня.

– Нет! Не позволю…, – перехватив взгляд Райля, начал возмущаться Люцифер, размахивая руками. Видимо, архангел прочитал мысли предводителя Красной Звезды.

– Схватите Люцифера все, кто есть. Иначе, найти ничего не получиться, – направив револьверы в членов С5 и хитро улыбнувшись, приказал Райль. Архангелы непонимающе выпучили глаза, ни на сантиметр не сдвинувшись. Закатив глаза, Ивер сел на траву и прислонил револьвер к виску, неожиданно выстрелив.

– Что?! – кинувшись к Райлю, выкрикнула от неожиданности я. Эрно подошел и оттащил меня, сказав, что парень что-то задумал.

Неожиданно на крови, вытекшей из виска стали расползаться ярко-синие узоры. Засияв почти на весь остров, узоры окутали Люцифера, а затем создали огромную клетку, состоящую из кованых узоров. Теперь архангел был как птичка в клетке.

– Отлично! Теперь можно приступать! – довольно произнес оживший Райль, теревший пробитый висок. Как такое возможно? Секунду назад тело Ивера было синим и безжизненным… А теперь с лица румянец не сходит.

– Ивер обладает волшебной рунописью. Лишь отправившись в параллельный мир, командир может заставить мозг переключиться с обычных букв или символов на руны. Проще сказать, у Райля одна половина мозга воспринимает все языки и символы мира, а вторая – лишь руны, – спокойно пояснила Эрнеста, теребя белый локон волос, заплетенный в косу.

Кивнув, что поняла, я спросила, зачем Ивер поместил Люцифера в клетку. Райль загадочно улыбнулся и толкнул меня к Арну, который еле успел поймать.

– Чтобы расшевелить магнить Эйлерта, Айли должна помочь парню, – изредка поглядывая на бешеного Акиру, трясущего клетку, сказал игриво парень. – Поцелуй Арна, Айли! Да так, чтобы мало не показалось! Со всей страстью!

– Чего?! – покраснев, воскликнула я, повисшая на шее у Эйлерта.

Руки парня, державшие меня за спину, заметно стали потеть и дрожать. Через одежду чувствовался бешеный пульс. Переведя взгляд с дурака Ивера на Арна, увидела, как друг стал таким же красным, как и Люцифер совсем недавно. Только у пепельноволосого еще и дыхание сбилось и зрачки расширились.

– Н-н-нет… Так нельзя…, – заикаясь, сказал взволнованно Арн, выронив меня из рук.

– Да! Я тоже против!!! – возмущенно сказал Эрно, потрясывая кулаками.

Райль посмотрел на Эрнесту, которая тотчас же отправила коронным ударом Регнера в воздух.

– Так, с ослами расправились…, – устало, сказал Райль. – Если не сделаете это, то я сам поцелую Арна! Больше не получиться заставить магнит заработать!

Эйлерт испуганно перевел взгляд на меня. Поднявшись из кустов, в которые упала по милости друга, подошла к Арну и кивнула. Эйлерт тоже кивнул, медленно сделав неуверенный шаг навстречу.

По коже пробежали мурашки. А в голове возник вопрос: Джуна, если бы был с нами, стал ревновать или спокойно стоял и смотрел? Скорее всего, Сантери ради дела, пошел бы на такую крайность. Надеюсь, когда спасем любимого, Джуна не убьет Арна… И меня…

Прикоснувшись аккуратно к теплой груди, из которой доносился тревожный и быстрый стук сердца, я приподнялась на носочки и обняла Арна за шею. На коже парня появились тоже мурашки, после чего горячее дыхание Эйлерта стало часто касаться моей шеи. Запустив правую ладонь в пепельные волосы парня, прикоснулась левой щекой к бархатной шее Арна, медленно поднимаясь наверх. Достигнув щеки друга, резко перескочила своими губами к губам парня. От неожиданности парень поперхнулся и забыл, как дышать. Дав сделать вздох, уже намного нежнее поцеловала Арна, заглотив вовнутрь сладкое и приятное дыхание партнера. Эйлерт обвил мою талию сильными руками, подтянув поближе к себе. Почему-то внутри стало все плавиться, предавая поцелую иной смысл, чем изначально был вложен. Не хотелось останавливаться. Распустив волосы Арна, еще больше впилась губами в парня, притянув к себе за длинные серебряные локоны. Земля под ногами затряслась, как и что-то внутри Эйлерта. Вибрация земли становилась все больше и больше, как и стук внутри друга. Вода, которая спокойно плескалась вдали в озере, коснулась наших ступней, медленно поднимаясь к шее. Открыв один глаз, я увидела, как деревья, горы, реки и люди стали вращаться по кругу с бешеной скоростью. Все менялось местами, создавая новое пространство. Кроны деревьев стали раздвигаться, а некоторые вообще исчезали и обращались в скалы, которые в свою очередь становились землей. Отпрянув от разгоряченного Эйлерта, закрыла глаза и топнула ногой, крикнув:

– Стоп!

Тогда земля перестала дрожать, а окружающий мир кружиться. Отойдя от головокружения, я сконцентрировала взгляд и увидела чудо: перед огромным массивами гор, окруженными густым сосновым лесом, расстилалось черно-белое озеро. Полугорячее, полузамерзшее.

– Бэйдэйю… – будто с болью в сердце, произнес измученно Люцифер, разрушив за одно мгновение защиту клетки. Убрав фальшион за пазуху, ангел сделал один шаг и упал на колени, сжав ладонью мантию в том месте, где располагалось сердце.

– Господин…, – прикусив губу, с жалостью на устах окликнула Нуала.

– Не стоит останавливаться, идемте, – не заметив отчаяние С5, сказал устало Эрно.

Положив руку на плечо, я помотала головой и подошла к ангелу, слегка приобняв и прикоснувшись лбом ко лбу Акиры. Как и думала, я без труда проникла в сознание архангела и оказалась на этом же озере, правда солнце было намного ярче и ослепительней.

– Брат, не ходи туда! Не стоит лезть в то, о чем мы не знаем, – послышался детский голос, мальчика с золотыми волосами до талии, собранными в косу. Малыш взволнованно бежал, отчаянно пробираясь сквозь дебри лиан и огромной травы. Синяя мантия цеплялась за ветки деревьев, раздирая кожу и оставляя раны, из которых текла кровь.

– Не говори так, зануда! Это же вода. Значит, в ней можно купаться, – крикнул весело другой парнишка, стоявший на большом камне, разделявшем озеро.

У мальчика были волосы такого же золотистого цвета, правда, намного короче, и убраны были в небольшой хвост. Красная ленточка игриво развевалась на ветру. Светло-зеленые глаза любопытно сверкали, разглядывая все вокруг.

– Слезай. Прошу, Эспи! – отдышавшись и облокотившись о камень, на котором стоял брат, умолял маленький Люцифер (да, я узнала Акиру).

– Не-а! Не мешай. Если хочу купаться, значит, прыгну и искупаюсь, – настаивал Эспи, не заметив, как развязалась ленточка на волосах и медленно соприкоснулась с горячей водой черного цвета. Люцифер устало посмотрел наверх, а затем замер: перед глазами детей возник огромный черный дракон, похожий на змею. Гневно и сонно посмотрев на парней, дракон поднял кончиком хвоста красную ленточку и понюхал, переводя взгляд с Люцифера на Эспи.

– Эспен, аккуратно слезай с камня и двигайся ко мне…, – тихо прошептал Люцифер, достав фальшион из-под мантии. Но брат не отреагировал, замерев от ужаса или волнения.

Дракон внезапно перевел взгляд на Люцифера. Глаза дракона засверкали, после чего он издал сильный и громкий рык. Через мгновение из белого ледяного озера выпрыгнул такой же змей-дракон, только белого цвета. Сплетясь воедино, они приготовились к нападению и кинулись на Люцифера, обнажив острые клыки. Ноги у ангела затряслись. А потом белая вспышка озарила глаза, смешавшись с алым оттенком, вспыхнувшим из ниоткуда. Люцифер упал на камни, ударившись носом. Белый свет погас. Перед ангелом на коленях стоял Эспен, расставив руки в сторону. Алый цвет, который на мгновение перекрыл белый, растекся по белоснежным камням, окрасив синие мантии братьев в багровый оттенок. Драконы проткнули маленькое и невинное тельце Эспена двумя острыми хвостами, подняли в воздух и затянули в воду, разделявшую белое и черное озера, не оставив ни следа от Эспена. А ленточка так и осталась плавать в горячей воде, коварно всплывая. Люцифер в шоке сидел и не вставал с места, произнося:

– Брат…

Еле оторвавшись от сознания Акиры, я вернулась обратно и взглянула на ангела, который смотрел таким же отреченным взглядом в сторону, где плавала когда-то красная ленточка. Будто ничего не изменилось, кроме внешности…

– И как за мгновение мы перенеслись к озеру? – почесав затылок, спросил удивленно Эрно.

– Одной из некромантических сил Эйлерта является – снятие защитных полей противника, а Мивы – владение сознанием инородных существ. Через поцелуй произошло столкновение двух различных сил, что перетекло в одну спорную силу – снятие защиты, путем внедрения в сознание стражей озера, – рассуждала Эрнеста, треснув по затылку Регнера и показав язык.

– Магнит перестал пульсировать! – схватившись за живот, сказал едва Арн, как из тела вышел заряд и направился к границе между озерами.

– Черт! – резко встав, крикнул Люцифер и сбил Эйлерта с ног в тот момент, когда камни задрожали, и из озера вырвалась белая молния. Прокатившись кубарем по камням, Арн на огромной скорости влетел в черную пучину горячей воды.

– Арн! – крикнула я, пытаясь с помощью магии поймать парня.

Однако, забыла, что на этом острове магия действует не везде. Отчаянно посмотрев на то, как тело Эйлерта соприкоснулось с паром, увидела красную ленту, которая обвила запястье и резко притянула друга. Все стало медленно двигаться, становясь мутным и неразличимым. Арн погрузился в воду, как когда-то брат Акиры. Еле встав на ватные ноги, я разбежалась и прыгнула за другом, схватившись за кончики пальцев Арна. Через мгновение неразличимая боль то ли от обледенения, то ли от жжения, стала убивать остатки сознания. От боли я потеряла саму себя и способность мыслить, и что-либо различать. Однако, руку Эйлерта схватила еще сильнее, чтобы совсем не потеряться в лабиринте из страха и боли. Но длилось все недолго так, как защитная реакция организма перестала функционировать, позволив телу раствориться в воде и сознанию исчезнуть.

– Кар-кар! – раздавалось эхом в темной и светлой толще воды карканье.

Открыв глаза, я долго не могла различить силуэты или окружающие вещи. Но и различать нечего было: я проснулась на поле, покрытом снегом, вокруг которого кроме соснового леса ничего не было. Небо было мрачным и серым. Небо было таким, когда приходит отчаяние и ностальгия к человеку, который стоит над обрывом и думает, прыгать или нет. Карканье раздалось вновь. Обернувшись, я увидела большого черного ворона, пристально смотревшего на меня. Умные темные глаза пронзительно и осторожно следили за каждым движением.

– Джуна, это ты? – поднявшись с холодного и колючего снега, спросила я.

Ворон вспорхнул с ветки и высоко взлетел, а потом застыл на месте, подняв кверху и открыв клюв. Из глотки птицы стала расползаться знакомая темная дымка, красиво ниспадающая к земле, словно водопад. Соприкоснувшись с белоснежным снегом, дымка стала постепенно превращаться в силуэт мужчины. Через мгновение холодная и грубая рука коснулась моего лица. Рука скользнула к талии и нежно обвила, притянув к телу возлюбленного. Джуна стоял в черном фраке и шляпе-цилиндре, изящно и грациозно отряхивая снежинки с моих волос. Однако, Сантери молчал и грустно улыбался. Прильнув к груди парня, я облегченно вдохнула. Изо рта вышел пар. Сердце совсем не билось, как странно. Как странно то, что я сейчас стою с Джуной посреди поляны, окруженной лесом, а вокруг не единой души. Посмотрев в глаза Сантери поняла, что это лишь иллюзия. Вместо темно-бордовых глаз на меня смотрели вороньи черные глаза. Схватив запястье, ворон притянул руку к своим губам, чтобы бы поцеловать. Парень улыбнулся и неожиданно прокусил мою руку, из которой хлынула кровь и стала растекаться по всей поляне змейкой, окрашивая белоснежный ковер в алый цвет.

– Кар! – толкнув меня в лужу багряного цвета, крикнул силуэт, превращавшийся обратно в ворона.

– Кар-кар! – раздалось множество голосов из темного леса, с деревьев которого опали все иголки.

На поляну летел целый «рой из ворон», гневно и свирепо смотрящих на лужи крови и на меня. Не сбавляя скорости, птицы поднялись к небосводу и стали летать по кругу, образуя воронку, которая опускалась с молниеносной скоростью к земле. Во главе летел ворон темно-синего цвета с острым и длинным клювом, которым беспощадно проткнул мое сердце. В ту дыру, что образовала птица в области сердца, залетели другие вороны. Да, вся воронка проникла вовнутрь и стала потрошить тело. Ягуар свирепо зарычал и выпрыгнул из портала, находившимся в душе, а потом стал яростно отбиваться и разрывать хищников на мелкие клочья. Увидев огненного зверя, вороны стремглав покинули тело и опять стали образовывать воронку, сметавшую все на своем пути. Деревья с корнем подлетали к небу, которое стало крошиться, словно ваза, распадающаяся на осколки.

Из щелей отколотого неба посыпался песок. Но мне было не до этого. Внутренности были все расщеплены и порезаны. Увидев то, что ягуар ослабил бдительность, вороны ринулись обратно на меня и облепили тело своими тушками, закрыв каждую клеточку от исходящего из щелей света. Но птицы не нападали, а скорее защищали от чего-то, расправив чернильные крылья. Закрыв глаза, я прислушалась к сотне маленьких сердец, бьющихся в унисон. Да, птицы чувствовали страх, но упорно защищали. Послышался треск: купол лженеба рухнул и посыпался песок, который, судя по жару и холоду, был составляющим Бэйдэйю и имел свойства обоих вод: песок и обжигал, и замораживал. В глазах воронов появилось адское мучение и боль, но птицы старались не подавать вида и стойко терпели песочный натиск. Внезапно, один ворон каркнул и остальные прикоснулись клювами к моему сердцу, начав сливаться с плотью и разумом.

– Ваше сердце чистое и прекрасное. Такое невинное и чуткое. Темная сущность, способная измениться и чувствовать нечто столь прекрасное, как любовь и милосердие, по праву заслуживает пройти в Хигаши. В потерянный город вечных ветров и песков, где лишь чистые души могут найти благодать и успокоение, – послышался мелодичный и красивый голос юноши. – Несмотря на жестокий натиск птиц, вы не причинили вреда существам. Ягуар-хранитель – это совершенно отдельная сущность, которая не имеет никакой связи с вашими эмоциями и чувствами. Прошу, откройте глаза и узрите пустынный восточный город.

Глава 20

Что же напоминает нам песок? Возможно, раздробленное и перемолотое золото, которое омывается слезами пирата, отдавшего за драгоценный металл свою жизнь и жизни товарищей, оставшись ни с чем. Или искры, которые летят от бенгальских огней в разные стороны, грозясь обжечь и сделать больно коже. Песок похож на крупу, которую варят домохозяйки, тщательно перемешивая в воде и добавляя сахар и соль для вкуса. Но для некоторых песок ассоциируется со старинными постройками, которые превратились в руины или катакомбы, оставив лишь воспоминания.

Восточный город Хигаши напоминал пустыню, которая находилась глубоко в пещере с натечными образованиями на стенах (да, тут была когда-то вода) и с множеством сталактитов и сталагмитов. Сухие и дикие ветра бороздили тихий город, поднимая песок к потолку пещеры, который падал обратно на землю, словно золотистые снежинки или искорки. Это напоминало песчаную бурю.

Прикрыв ладонью глаза, чтобы песок не залетел, я присмотрелась вдаль и увидела неотчетливый силуэт, который возвышался вдали. Сделав шаг навстречу ветру, почувствовала, что стихия начала противиться и стала бушевать еще больше. Каждый шаг давался очень тяжело. Поняв, что еще чуть-чуть и меня снесет ветер, стала цепляться руками за обломки от сооружений. Однако, маленькие камни спокойно улетали назад, пролетая над головой и оставляя на теле царапины. Преодолеть такой вихрь достаточно тяжело…

Почувствовав дикую пульсацию, проходящую по венам, отцепилась от валуна и коснулась ладонями пяток. Создав каменный покров у обуви и сделав себе жизнь труднее, попыталась сдвинуть ногу с места. Но обувь стала такой тяжелой, что нога вылетела из сапога, заставив встать в позу цапли. Да, несколько дней без магии, и ты уже совершенно не умеешь пользоваться силой. И мозг не включаешь и не заставляешь думать.

Может быть, создать воздушную сферу и ринуться навстречу ветру? Но стихия не подчиниться, ведь владение чужака – это территория, где работают свои правила, пусть, даже если город разрушен… Поэтому придется добраться до высокого силуэта почти физическими человеческими силами. Точно, придумала… Вытянув правую руку, я стала прицеливаться по прямой через каждый метр, строя невидимую дорожку, ведущую к силуэту. Только, главным украшением были копья, которые торчали через каждый метр. Как некромаг, умеющий создавать оружие, эта идея должна была прийти в первую очередь. Но люди все ленивые… Поэтому и хотела с помощью «стихийной» магии пробиться вперед.

Приготовившись к трудной задаче, я легла на песок животом и схватилась за первое копье (не волнуйтесь, они были глубоко закопаны и укреплены металлом в глуби земли). С помощью камешков, валяющихся повсюду, я отталкивалась и мгновенно прыгала к следующему штырьку, неаккуратно цепляясь за древко. Медленно, но качественно приближалась к высокому белому камню, похожему на обелиск.

– Кар, – послышалось сзади.

Обернувшись, я увидела знакомых воронов. Отлично, птицы точно смогут помочь добраться до обелиска. Однако, после того, как вороны открыли клювы и показали острые зубы как у акулы, просить о помощи сразу расхотелось. На птицах горела руна красного цвета под названием «турисаз» (с др. немецкого – «черт»). Поспешно перелетев к копью, которое отделяло всего на несколько десятков метров от цели, заметила отблеск на заостренной вершине обелиска. Прищурившись, разглядела огромный ограненный кристалл в виде слезы.

– Ай! – воскликнула я, почувствовав зубы ворона, успевшего приблизиться.

Поэтому резко обвила ногами шею ворона и сдавила, оторвав от туловища. А ведь эти птицы мне помогли… Теперь придется убивать друзей? Нет, нужно поскорее добраться. Пропрыгав еще несколько метров, устало отпустила правую руку, чуть ли сорвавшись с древка. Руки сильно устали. Перевернувшись боком, я зацепилась ногами за следующее копье, и так пришлось передвигаться до конца, причем, с большой активностью, чтобы не дать воронам еще раз укусить что-нибудь на теле.

В конце концов, я доползла до огромного обелиска и прикоснулась мозолистой ладонью до иероглифов, а потом ощутила, будто укололи ладонь. Теплая жидкость заполнила всю стену, проникнув в глубины высеченных иероглифов. От бессилия я не заметила, как ослаб ветер, и внутри обелиска образовалась лестница, ведущая наверх. Прямо к кристаллу. Собрав последние силенки, стала ползти по ступенькам, перебирая выступы руками и вяло отталкиваясь ногами. А карканье становилось все ближе. Прикусив губу и сжав пальцы в кулаки, поднялась на последнюю ступень и чуть не ослепла от блеска и света, исходивших от драгоценного камня, который парил еще в десяти метрах от обелиска. Внезапно, на руку сели два ворона, за которыми подтянулись еще несколько, и стали клевать. Чертовы птицы! Несколько секунд я пыталась отбиваться, но вороны словно приклеились и не отлетали. Придется прыгать… либо вниз, либо вверх… Падать все равно далеко… Создав воздушные «подушки» на обуви, присела и подпрыгнула словно пружинка, едва докоснулась пальцем до гладкого алмаза.

Вороны, сидевшие на мне, внезапно задрожали и покрылись иероглифами. Тупо покосившись друг на друга, птицы поспешно стали разлетаться. Но, как только алмаз засиял белоснежным светом и стал вращаться против часовой стрелки в воздухе, красные руны с тел воронов исчезли, а сами вороны обратились в белых голубей. Так красиво!

Кристалл остановился на месте и стал уменьшаться в размере. Из камня стала расползаться белая дымка, накрывавшая пространство, голубей и меня, что отразилось на магической силе. Потеряв силу, тело полетело вниз. От страха я издала девчачий вопль. Голуби, что упорхали в разные стороны, стремглав подлетели ко мне вслед за белой дымкой и соединились в единый клубок. До земли оставалось несколько метров. Закрыв ладонями глаза, я приготовилась к столкновению. Однако, падение замедлилось, а ноги спокойно коснулись песка. По плечам пробежала теплая волна. Казалось, что кто-то стоял за спиной и держал за плечи. Перед глазами внезапно повис кристалл на золотой цепочке, который опустился к моей груди, скользнув по ключице, и остался аккуратно висеть на шее.

– Добрый день, сестрица, – прошептал тихо на ухо юный мужской голос, скользнув по волосам прохладным дыханием. Затем резко предстал передо мной прекрасный силуэт, одетый в золотую мантию, украшенную черными камнями и вышивкой из черных блестящих нитей.

На тонких музыкальных пальцах сверкали крупные и дорогие перстни. Переведя взгляд с одежды на лицо, чуть не села на песок от неожиданности. Светло-зеленые глаза умиленно смотрели на меня. Нежно и светло улыбнувшись, юноша взял мою ладонь, раскрыл и положил туда ленточку красного цвета.

– Эспен? – удивленно спросила я, рассматривая поразительные сходства с Люцифером. Правда, волосы стали пепельного оттенка. Поклонившись, брат Акиры указал на кулон, висевший на шее, и сказал:

– Кристалл или Ангет (от чаморро – «ангел») дается только тогда, когда настоящая душа покидает врата города. Того, кого видишь ты сейчас, это лишь голограмма. Всего лишь программа, заменяющая истинного хранителя врат. К сожалению, Эспен сейчас находится там, где никто и никогда не узнает. Это параллельный мир, который похож на человеческий курорт с островами и пляжами. Да, параллельных миров – бесконечное множество. Они, как звезды во Вселенной, есть те, которые люди изучили и даровали имена. Есть те, которые только изучаются. А существует такая часть Вселенной, куда человеческий разум и изобретения никогда не попадут, скрыв самые яркие звезды. Вселенная параллельных миров аналогична.

Посмотрев на кристалл, в голове возник вопрос, который я озвучила голограмме:

– Простите. Ключ. Как его похитили тогда, если принц находится далеко?

Парень загадочно улыбнулся и произнес с каким-то чувством сожаления:

– Как программа, я должен выполнять соответствующие алгоритмы. Первой командой и распоряжением хозяина было таково: отдать ключ первому, кто пройдет испытание ветром. Король считал, что испытания могут пройти чистые души или остальные хранители Врат Азазеля. Однако, система была взломана, и враги вторглись на пустынную территорию и легко взяли ключ. Но самое главное не ключ… «Временной целитель» приказано было отдать хранительнице города Минами. Айли Мива. Тот кристалл, что весит на вашей хрупкой и нежной шее.

Эспен прикоснулся холодными пальцами к шее, затем спустился к ключице и коснулся кристалла, засиявшего золотым светом.

– Ангет способен повернуть стрелки жизненных часов на половину. Если сейчас двенадцатая стрелка на пятидесяти, то «Целитель времени» сдвинет на двадцать пять, – подняв указательный палец кверху, важно произнес Эспен, проведя другой рукой по моим волосам и понюхав локон.

– Но почему именно мне…? – не понимая спросила я, повернувшись к принцу, столкнувшись лицом к лицу. Светло-зеленые глаза напряглись.

– Понимаю теперь, почему король выбрал наследницей кристалла тебя, – приблизившись носом к моей шее, сказал тихо и страстно парень-программа. – Как можно сопротивляться феромонам, что исходят от тебя? Настолько дивного запаха в природе просто не существует…

– А ну, старый извращенец, убери от моей возлюбленной руки! – послышался голос Люцифера.

Почему старый извращенец? Люцифер не узнал своего брата?

Перекинув взгляд на Эспена, увидела, что меня держал в объятиях и правда старикан, который улыбнулся и подмигнул, намекая, что это секрет. Видимо, Эспен не захотел, чтобы брат узнал о том, что он жив… А разве это логично? Ведь, Акира страдает до сих пор…

– Как вы здесь оказались? – заметив за спиной приближающихся друзей, который повалились от усталости на песок и раскинули руки. Все были целы и невредимы. Вот, только Арна не увидела…

– Кого ты старым извращенцем назвал, мелюзга? – подошел к архангелу дедушка и ударил клюкой по коленной чашечке.

– Нечего лапать невинную и чистую девушку, дедан! – потирая ушибленное место, повысил голос Акира и замахнулся фальшионом, который отбил ногой дедушка. – Ловкий старик!

В общем, так на вопрос ангел не ответил. Акира так увлекся местью ловкому Эспену, который, словно ниндзя, быстро перемещался и бил парня клюкой, что ничего не слышал.

– Господин прыгнул вслед за вами сразу же, – подойдя ко мне, сказала гордо Нуала.

– Я первым хотел прийти на помощь, но этот чертов Люцифер…, – горько и рассержено сказал Эрно, вставая с песка и отряхивая штаны. Я невольно улыбнулась, увидев надутые щеки Регнера.

– За Акирой побежали С5, а мы побежали за ними… Чего нам торчать одним на пустом береге, после того, как какие-то странные вороны стали носиться по кругу? – ковыряясь дулом револьвера в ухе, сказал задумчиво Ивер. Как можно запихнуть дуло пистолета себе в ухо…?

– А я думала, вы решили спасти друзей…, – не выдержав логики капитана Красной Звезды, сказала раздраженно я. Райль пожал плечами. Мол, такова суровая правда жизни. И как этот человек стал командиром?

– Где Арн? – пытаясь все найти глазами друга, спросила я. Ребята переглянулись и озадаченно спросили:

– А разве Эйлерт не с тобой?

Эрнеста взволнованно достала компьютер и открыла программу по нахождению людей или слежке. Кстати, там были почти все… Кроме, Джуны… Звездочка – маяк Арна перестала гореть, а компьютер выдавал сообщение, что объект находится вне зоны доступа. Асдис растерянно стала вводить в программе какие-то цифры и слова, но компьютер выдавал одно и то же.

– Ребятки, вы случайно не принца Ниши ищите? – спокойно спросил старик, зажав голову Люцифера под подмышками и вдавливая кулак в макушку ангела. Акира покраснел от злости и пытался вырваться, но магические силы блокировались.

– Скажите, что знаете, – хладнокровно приказала Аин.

– В отличие от вас, принцу Эйлерту удалось пройти потайные врата, и по приказу короля Хигаши, автоматически телепортировался в родной город Ниши, – прищурив глаза и улыбнувшись, сказал весело Эспен.

– Как это? – восторженно спросил Эрно.

– Все города связаны между собой потайными вратами на случай вторжений или непредвиденных событий. Скажем, производится эвакуация народа в другой город без специального разрешения властителя. Ситуация в городе Ниши, конечно, лучше, чем в Хигаши. Однако, думаю, король Арн столкнулся с весьма неприятной ситуацией: западный народ – весьма резок и агрессивен. Народ, который развивается сам по себе, не сможет долго еще признать короля, пропавшего несколько веков назад. Насколько мне известно, только Минами славится своей сдержанностью, почитанием традиций и особой любовью к королевской семье. Кита – самый странный и необразованный город, который покрылся вечными льдами и снегами. Так же, как и сердце правителя. Воля к жизни исчезла из города, как и народ. История похожа на наш город…

– А что случилось с жителями? – взволнованно спросила я, схватившись за кулон.

– Превратились в воронов и ворон, – указывая на голубей, которые были ранее воронами. – Это случилось после столкновения с врагами. Сработала программа на случай вторжения, разработанная королем, жители обратились в голубей. Однако, какой-то неприятный тип в маске понял хитрость и наложил проклятие дымкой. Поэтому вороны гнались за госпожой Мивой. Пока король отдыхает, жители не смогут обрести прежний вид.

– А где же ваш правитель? – устало спросил Люцифер.

– Этого я вам сказать не могу, простите, – почесав бороду, искоса поглядев на меня, сказал дедушка Эспен. – Думаю, ребята, вам и незачем знать. Однако, могу сказать одно: чем дольше здесь находитесь, тем больше вероятность того, что принц Ниши уже находится либо в плену, либо пошел на корм лисицам. Как уже сказал раньше, народ Запада слегка агрессивен и самостоятелен. Поэтому, прошу, поспешите.

– И куда идти? – придя в себя, спросила я.

– Видите тот обелиск, на котором начертаны иероглифы? – указал клюкой Эспен на тот обелиск, с которого я недавно летела, словно комета. – Госпоже Миве нужно всего лишь приложить руку к камню, чтобы система признала человека, имеющего доступ к порталу.

– Не позволю Айли опять резать кожу и проливать кровь! – грозно сказал Эрно, который получит тотчас же подзатыльник от Эрнесты.

Старик покачал головой и сказал:

– Нет, резать ничего не нужно. Просто приложить ладонь. Аура, исходящая от человека есть ключ ко множеству двере. Именно по ауре иногда незнакомый человек может показаться каким-то родным и знакомым.

Эрно облегченно вздохнул и пробурчал что-то про то, что моя аура лучше всех. После чего, мы синхронно отправились к обелиску, к которому я прислонила сухую и истертую от недавних побоищ руку. Теплая волна стала елозить по ладони, словно сканер, постоянно звонко попискивая.

– Интересно, – почесав подбородок, сказал, прищурившись, Ивер. – Консистенция магической структуры напоминает магию Акиры…

После последней фразы, заметила, как голограмма Эспена стала мерцать, а старик нервно задергался. Но никто не принял этот факт во внимание. Возможно, когда знаешь чьи-то секреты, едва сдерживаясь, чтобы не разболтать, всегда обращаешь внимание на мелочи в манере поведения человека, рассказавшего о тайне. Заметив мой заинтересованный взгляд, Эспен прищурился, а затем спокойно и тихо сказал, чтобы услышала только я:

– Знайте, что помощь Эспена всегда будет на вашей стороне. Когда будет трудно и нелегко, лишь вспомните о господине ненароком. Храните Ангет.

Затем голос прервал оглушительный звук серены и голос девушки (системного робота):

– Внимание, уровень опасности Красная Звезда. Покиньте город. Следуйте по маршруту 0,5. Пусть ангелы сулят удачу.

Через мгновение обелиск раздвоился, создав арку. Между столбами стала расти магическая воронка, напоминавшая движение нескольких сотен медуз, плавающих по кругу в воде, грациозно двигающих щупальцами, похожими на изысканные лоскуты прозрачного шифона. Одно из щупалец схватило меня за руку, а затем и остальных членов команды, резко затянув в портал. Я хотела возразить, ибо хотела на прощанье спросить у голограммы, почему компьютер назвал код «Красная Звезда», когда Эспен знать не знает о существовании СИРИУСа. Или все же знает? Тут в голову пришла мысль о том, что я хожу по кругу, пытаясь найти истину, и не замечаю чего-то очень важного. То, из чего состоят внешние линии круга, а не его внутренности. Конечно, чтобы докопаться до сути чего-то, человек должен смотреть, прежде всего, на внутренние составляющие предмета, нежели судить по внешнему виду. Однако, иногда, засмотревшись на состав, не видишь оболочку, особенно когда находишься внутри здания или помещения. Вдруг, на каркасе или внешней стене трещина, а вы находитесь внутри этого здания, не подозревая о том, что стены и потолки сиюминутно могу оборвать жизнь?

Пока я думала, почувствовала спертый воздух. Нет, даже странный запах. Он апоминал запах, исходящий от нагретого металла. Подняв глаза, я увидела нечто, напоминающее на описания писателей жанра кибер-панк или технофэнтази.

Город Ниши напоминал огромный мегаполис, в котором летали на одних железяках, различных причудливых форм (например, в форме пегаса, метлы, даже бутерброда). Было все сделано из железа: дома, дороги уличные, цветы, одежда, обувь, газеты. Абсолютно все, кроме людей-лисиц. Да, жителями Ниши оказались люди с лисьими ушами, носами, глазами, хвостами и клыками. Остальное все было от человека. Женщины были одеты со вкусом, правда, в стальную одежду. В каждой накрашенной руке виднелись мобильные телефоны, планшеты и другие различные гаджеты. На изысканных и утонченных кистях рук красовались браслеты, с множеством различных драгоценных камней. Каждый лис выглядел, как солидный бизнесмен, носивший дорогой костюм и дорогие туфли. В общем, это напоминало смесь Абу-Даби, Токио, Сиднея только все было под толщей металла. Современный город с современными жителями, которым были присуще суета, наглость, лицемерие и жадность.

– Эй, чего вы встали? – послышался голос сбоку, когда ощутила какой-то удар по руке. – Ха, это, наверное, чужаки из какого-нибудь дурацкого города, типа, Хигаши.

Почувствовав нервозность, я посмотрела на обладателя голоса (это был лис, одетый в золотой костюм, в очках и электронной сигаретой в зубах) и его спутниц, стоявших по обе стороны парня и сладко хихикая в уши.

Достав катану из рукава, я презрительно посмотрела на парня. Тот от звяканья лезвия меча расширил зрачки и раскрыл рот. Дамы перестали смеяться и стали взволнованно перешептываться.

– Айли, не стоит…, – не успела договорить Аин, как услышала звук приближающих тяжелых сапог.

– Что здесь происходит, господин Синен? Вы нажали на тревожную кнопку, – ища хозяина голоса, услышала я низкий мужской голос. Но толпа, которая собралась внезапно вокруг нас, не давала понять, кому принадлежал голос. И когда народ успел набежать? И тут подняв голову, поняла: на всех зданиях были прикреплены мониторы, показывающие меня и друзей.

– Эта… эта женщина…, – показывая дрожащим пальцем на меня, сказал испуганно лис. Спутницы прижались большими грудями к хозяину.

– Хм, ясно. Можете идти, господин Синен, – сказал спокойно тот же голос. Дрожащий лис откинул подруг и бросился с воплями наутек. Хотела спросить, что происходит, как услышала звон цепей, на которых красовался бронзовый шар (размером в три метра) с острыми шипами, летевший прямо на меня. Похоже оружие на моргенштерн. Пытаясь миновать столкновение, отпрыгнула в сторону, упав на левое плечо. Думая, что ушла от проблемы, я создала вакидзаси и соединила с катаной. Но думать, что пронесло, было глупо. Шар, рухнувший на металлический асфальт, резко полетел на меня, успев прокатиться по руке и проткнуть насквозь шипами. Однако, если бы не Деон, вообще превратилась в фарш.

– Спасибо, – пробубнила я и оттолкнула парня, отпрыгнув в противоположную сторону. Шар пронесся между нами, оставив на железном асфальте прожжённую дорожку.

Это оружие, словно магнит следовало по пятам. Самым интересным было то, что толпа не расходилась, а заинтересованно наблюдала за происходящим, периодически лениво отходя, чтобы дать проход шару.

Что же делать с жестянкой? Нельзя же просто так взять и разрубить металл пополам… Хотя, расплавить-то можно. Тут моей силы недостаточно. Надо как-то поджечь меч.

– Кто умеет какими-нибудь жидкостями управлять? – крикнула членам новой команды я, прыгнув на металлическую стену и зацепившись за крюк, который как кстати торчал.

– Хефина, но ее нет…, – обрадовала Нуала, которая пыталась с помощью сариссы срубить хоть один шип с шарика.

– Нужно что-то легковоспламеняющееся, типо бензина, – пробубнила я, кинув резко взгляд на собаку, которая решила пометить очередной столб.

Собака была похожа на робота, поэтому справляла нужду явно не чем-то органическим… Оттолкнувшись от стены и перелетев через Ивера, показала знак, посмотрев в сторону собаки. Парень сначала потупился, а затем игриво улыбнулся и кивнул. Приземлившись на ноги и присев, подбежала к собаке в тот момент… В общем, я успела намочить клинок непонятной жидкостью. Но судя по запаху, жидкость напоминала печное топливо. Проведя острием клинка по асфальту, я медленно надвигалась на шар, который молниеносно летел в объятия. Подняв клинок к переносице, резко кинулась на шар. Почувствовав резкий удар по клинку, после чего в сторону отрикошетило несколько пуль, увидела синюю вспышку, растекшуюся в виде синего пламени. Не поняла…, вроде, пламя должно быть обычным.

– Мое синее пламя можно активировать при совместной конвергенции только с помощью создания обычного, красного пламени. Это пламя принадлежало раньше Эдему…, а теперь находится в Аду, – прозвучал голос, который принадлежал Нуале.

На плечах девушки загорелись белым светом древние письмена. Кивнув в знак благодарности, я ускорила шаг и понеслась со всем напором и силой на шар. Махина могла превратить в фарш, отбивную или хуже того, кровавое месиво мое тело. Однако, когда соприкоснулось синее пламя катаны с ржавым покрытием шара, я прошла насквозь, разрубив напополам громадину. Затем по обеим половинкам расползся знакомый песок, расщепляя и разрушая шар до микрочастиц. Обернувшись, я заметила стоявшего за спиной Арна, который не отрывал взгляда от остатков и держал ладони напротив. Я заметила на лице парня огромную царапину, из которой сочилась непрестанно кровь.

– Неужели, ты обратил структуру магии восстановления в обратную сторону? И как ты нашел нас? – догадавшись, спросила друга я.

Эйлерт улыбнулся, все не отрывая взгляда от прошлой угрозы, пока от той не осталось и следа. Затем друг протянул руку и помог встать, резко переменившись в лице и направив грозный взгляд на толпу. Люди-лисы оборачивались и расступались, виновато опуская голову. Послышался сильный топот и скрежет от металлической подошвы и чьего-то массивного веса.

– Так-так. Впервые моргенштерн смогли разрубить. Да и еще уничтожить. – сказало низким голосом существо под два метра с половиной, на которой красовались доспехи рыцаря. – Уважаемые гости, прошу по-хорошему, проследуйте за мной в отделение полиции, дабы не пугать жителей и не создавать неудобств местному правителю.

– Арн вновь король? – спросила я, даже не подумав.

Воин достал из-под шлема какой-то пульт и направил на здание, где был гигантский монитор. Через секунду появилось изображение человека с белым каре, косичкой с бусинами до плеч, перламутровыми глазами. Однако, было видно только глаза. Все лицо было закрыто маской черного цвета.

– Эти бусины, – тихо прошептал Деон. – Нет, этого не может быть.

– Знаете, кто это? – указав металлическим когтем на человека, спросил горделиво рыцарь. – Это носитель законов и создатель демократии. Благодаря Лорду, вот уже сотню лет в Ниши спокойствие и мир, а не тот рабовладельческий строй, которым упивался прежний король. Знаете, что было до этого демократического общества?

Эйлерт жадно перевел взгляд на рыцаря и хамовато спросил:

– Будь добр, расскажи.

– Буду краток: главным грехом всех правителей Ниши была жадность. Из поколения в поколение это чувство усиливалось, пока город не был сделан из золота. Спины всех рабов, что некогда строили Ниши, были изувечены хлыстами, сделанными из особых золотых нитей. Поэтому раны никогда не заживали, разъедая кожу. И вот, когда город был полностью покрыт золотом, последний правитель возжелал снести статую, которая была возведена в честь одного титана, и поставить свою. Но сердце повелителя тотчас же остановилось, после чего король покрылся золотом и расплавился, словно сливочное масло. С тех пор Западный город строился самостоятельно и был сам у себя на попечении. Пока в город не ступила священная нога человека, несшего правосудие на плечах. Тогда Лорд сказал, что никогда не позволит вступить на престол предку прошлых правителей. Не позволит крови Эйлертов обесчестить город Ниши.

Рыцарь поклонился и резким движение правой руки извлек из пальцев золотые нити, аккуратно растянув их до пяти метров. Неужели, это тот самый хлыст?

– Чувствую запах крови Эйлертов. Прошу прощения, но я не смогу пропустить мятежников и позволить спокойно им разгуливать по улицам, – заставив сверкать нити, сказал кровожадно, но благородно, противник. – Кто-то из иностранцев явно является потомком. Даю фору – минуту. Если не успеете скрыться, то игра станет неинтересной и быстро закончиться. Бегите, грызуны, иначе хищник съест вас быстрее, чем успеете пискнуть.

– За кого ты нас прини…, – начала возмущаться я. Однако, Эрно схватил меня за руку и побежал в противоположную сторону ото всех.

– Что ты делаешь?!!! – заорала я, пытаясь вырваться. Но Регнер лишь сильно толкнул меня в спину в сторону какого-то темного переулка, в котором слабо горела вывеска с надписью «Мотель». Затем парень скрылся в неизвестном направлении.

– Что за черт!!! – выбившись из сил и поняв, что нахожусь на грани отчаяния и истощения, закричала я. Слезы хлынули из глаз. Не знаю, как описать ощущение того, когда сильно устаешь и тебе нужно еще много чего сделать (причем, жизненно необходимо), но не можешь из-за эмоционального истощения. Скорее, это напоминает смесь истерики и лени. Сползя по грязной, как ни странно, стене, я упала на колени и взъерошила волосы.

– Детка, ну, чего ты ломаешься? Давай… Сколько стоишь? – послышался пьяный мужской голос возле мотеля. Я резко дернулась и спряталась за мусорным баком.

– Отстань, дурак… Я сегодня не хочу… Давай потом? Если кто-нибудь увидит, то донесут этому любителю моргенштерна… Нашему антиправительственному кружку приходится шифроваться под названием этого «Мотеля». Не привлекай внимания! – сказала недовольно и дерзко девушка с короткой стрижкой и короткой юбкой.

– Злюка! – надув щеки, сказал недовольно парень.

Что это? Антидемократическая коалиция что ли? Разве в этом городе не все контролируется?

– Какая есть, такая есть… Слушай, сегодня тут на площади такое было… Видел? – с неким воодушевлением и торжественностью спросила девушка-лисичка.

– Это бой Рыцаря с чужеземкой? – потерев лоб пустой бутылкой, спросил сомневающимся тоном парень. – Это было нам на руку, кстати… Думаю, с этого момента идеальная система Ниши пошатнулась. Поэтому скоро Металлическому Городу придет конец. Стальная пелена спадет, оставив после себя лишь гниль и зловоние. То, во что превратили цари и правительство город, лишь скрывает истинные проблемы… Я слышал от деда, который служил в свое время при дворе, что только чистокровный Эйлерт может вернуть городу истинную маску и изначальную гармонию… Однако, тот потомок должен быть родоначальником Эйлертов и иметь в сердце особый механизм, дабы искупить самый большой грех – жадность. Но разве возможно то, что человек, живший около 30 тысяч лет назад, сможет вернуться к жизни? Хотя, есть и некромаги… Слышал так же, что родоначальник был великим некромагом.

Девушка задумчиво почесала ушко, которое то и дело поворачивалось в разные стороны, словно локатор, а потом достала из кармана курительную трубку, добавила что-то вовнутрь, помяла и манерно зажгла, чиркнув спичкой о подошву обуви.

– Да-да, это известно в наших подпольных кругах…, – затем глаза девушки загорелись синим светом. – Думаю, нужно начать поиски потомка родоначальника Ниши, пока власти отвлеклись на поиски чужеземцев. Просто нужно сбежать из Ниши. Ха-ха-ах, мы же тут как заложники…

Пока я вслушивалась в разговор, не заметила, что ослабеваю с каждой минутой. Те раны, что залечила сразу же, как меня ранил моргенштерн, открылись еще больше. Я стала похожа на тряпичную куклу-вуду, в которую тыкали множество раз иголкой.

– Чувствуешь? – поморщив нос, сладко спросила лисичка.

Парень подвигал носом и резко переместил взгляд на маленький шар, летавший как раз возле меня.

– Государственные псы…, – с омерзением произнес лис.

Шар повис в воздухе и слабо запищал. Затем лазерные лучи начали скользить по моему телу. Видимо, это была система опознавания… Через мгновение шар превратился в робота, в руках которого формировалась огромная пушка. Глаза существа горели красным светом.

– Держись, – услышала голос парня-лиса возле себя. Лис достал из сапог какие-то иголки и швырнул в робота, начавшего искриться. Затем парень встал в какую-то непонятную позу (напоминало стиль Ушу) и одним ударом ладони превратил андроида в кучку кубиков из металла. Девушка подлетела к кубикам, обежав остатки по кругу. Затем лиса встала на одну ногу, соединила ладони и создала еле заметную пелену, напоминающую по форме бабочку. И тогда, бабочка подлетела к кубикам и села, растворившись вместе с металлом.

– Обхвати шею, – поднимая на руки меня, сказал ласково лис, у которого на левом ушке был шрам.

– Давай быстрее, копы летят сюда. Нужно скрыться. Они по магии смогут быстро определить обладателя силы, – побежав к двери Мотеля, крикнула лиса. Теми же движениями, она создала бабочку и направила дымку к замку. Мгновение, и невидимая магическая вуаль, которая стала мерцать, дрогнула и открыла портал. Ребята, недолго думая, шагнули в розовый свет, оказавшись потом в слабоосвещенном месте, напоминавшем подпольное казино.

– Положи девушку на кушетку: нужно осмотреть рану, – послышался безразличный и томный голос в темном углу, откуда клубами валил дым от папиросы.

– Хорошо, Док. Только не лапай там, где не нужно, – улыбнувшись широко, обнажив клыки, довольно произнес лис. – Кстати, эта девушка не из местных. И сила по моим ощущениям совсем необычная…

– Простите, что доставила неприятности, – тихо и слабо произнесла я, вцепившись руками за рану, нывшую с каждой секундой все больше и больше.

– Падший ангел, – резко произнесла лисица, вальяжно сев в кресло напротив и закинув ноги на подлокотник. – Магия, по запаху, напоминает силу Лорда. Точнее, ни сколько магия, сколько принадлежность к какому-то клану. Таких здесь много бегает.

Из темного угла послышались шуршание и поспешное застегивание обуви на молнии. Загорелся слабый огонек, после чего на мерцающий свет вышел человек с длинными, каштановыми, вьющимися волосами. На глазах парня были темные очки. Судя по одежде, это был врач: белый халат до пола, перчатки и классические черные сапоги до колен.

Доктор подлетел ко мне и посмотрел в глаза, достав, откуда ни возьмись, фонарик и посветив на глазное яблоко.

– Судя по всему, наша гостья не просто типичный волшебник, а некромант, – поправив темные очки на переносице, взволнованно и бодро произнес мужчина. Доктор что-то добавить хотел, но внезапно включился сам по себе телевизор.

– В Демократическую Республику Ниши вторглись особого рода преступники, мотив преступлений которых пока не известен Рыцарям Справедливости. Однако, Священный Рыцарь думает, что главной целью преступников является разгром города, захват местной власти и свержение с престола Лорда. Также предполагается, что бандиты являются подельниками наследника семьи Эйлерта, которого успешно поймали охранительные органы, – на экране появилось изображение избитого, чуть ли не до полусмерти, Арна, которого вели под руки Рыцари. – По анализу ДНК было выявлено, что господин по имени Арн действительно является прямым последним потомком семьи Эйлертов. Юношу доставят прямо к Лорду в замок, после чего будет вынесен основной приговор. Так же вместе с Арном Эйлертом были задержаны двое юношей и одна девушка… остальные пока скрываются в городе. Дорогие жители, будьте осторожны…

Застыв от шока, я забыла, что тело обливается кровью. Вскочив с места, я подбежала к двери-порталу, пытаясь открыть. Однако, доктор схватил меня за руки и насильно оттащил. Рассвирепев еще больше, вызвала вакидзаси и с разворота занесла меч, целясь в шею. Удар был отражен, а руки перехвачены. Доктор снял очки и посмотрел пустыми глазами на меня, после чего тело будто онемело.

– Успокойся, Айли. Не время бросаться в бой, особенно против Рыцарей Справедливости. С такой раной точно долго не продержишься. Несмотря на регенерирующую способность, кто-то очень сильный и древний оставил физическую рану на твоем теле, наложив и духовный удар сверху. То есть карма тоже повреждена. Возможно, это следы от титанической магии, – аккуратно усадив обратно на кушетку, тихо на ухо сказал доктор. – Во всяком случае, Лорд не сразу вынесет приговор. Источник в замке сказал, что Лорд встретится с Арном лишь через сутки. Поэтому тебе, красавица, нужно хотя бы двенадцать часов отдохнуть. А потом, так уж и быть, нашими общими силами вызволим твоих друзей из лап властей, нанеся заодно урон. Ты даже не представляешь, как долго ждали такого могущественного некроманта, чтобы расколоть лживую маску правительства. А теперь, спи…

Глава 21

От усталости, боли, поражения и невезений человек всегда стремится убежать в мир иллюзий и фантазий, тем самым пытаясь уберечь себя от последствий и дурного влияния общества на внутреннее сознание. Укрываясь от зла, человек уходит в другое зло. Собственное зло. Не осознавая того, что бегство от негатива есть эгоизм и животная прихоть, пытается оправдаться перед самим собой тем, что больно не будет и боль уйдет, перейдя лишь в воспоминание.

После сладких слов доктора, почувствовав, что своей беспомощностью и жалостью лишь усугублю ситуацию, и никак не помогу, закрыла тяжелые веки и повисла на сильных руках мужчины. Провалившись в глубокий сон, увидела странные серые и мокрые стены, по которым текла красная жидкость и сливалась в единственный люк, находящийся по центру комнаты без окон и дверей. Напоминало темницу. Внезапно нос учуял знакомый запах. Но странные звуки биения или, если быть точнее, тиканья, сбили с толку. Нет, через тиканье слышалось едва различимое сердцебиение. Стоп, это напомнило видение с часами жизни. Обернувшись, едва сдержалась от крика: на серой стене, чуть выше стекающей жидкости, весели прибитые оковами люди, чья кожа сморщилась и ссохлась. При этом по глазам люди были молоды, но обескровлены. Над правой грудью у каждого горела английская буква «J».

– Ох, господин. Позвольте заметить, вы слишком добры к жалким людишкам. – произнес где-то шипящий голос.

Передо мной появился прекрасный юноша с золотыми длинными волосами, аккуратно убранными в хвост. Парень стоял в черной мантии, украшенной рубинами. Зрачки напоминали волчьи. Правда, у юноши глаза были налиты злобой больше, чем у животного.

– Думаешь? Разве это должно льстить, Ганнибал? – появился второй силуэт в белой мантии, заляпанной красными брызгами. Черные волосы с серебряным отливом, изящно скользившие по спине, тоже были испачканы.

– Хм, нисколько не должно. – хитро прищурясь, подметил Ганнибал.

Спина второго немного напряглась, а затем силуэт повернулся ко мне, резко загородив глаза ладонью.

– Что же тогда мне нужно сделать, чтобы не упасть в глазах любимого ученика? – хитро ухмыльнувшись, сказал удовлетворенно грубый мужской голос.

– Думаю, нужно еще раз показать великое искусство обращения с людьми, дабы убедить ученика, что учитель остается таким же талантливым, каким был прежде. – облизав губы, сказал весело Ганнибал.

Черноволосый кивнул и убрал ладонь с глаз, обнажив темно-красные глаза, налитые такой злобой, какую человечество никогда не видело. В вишневых зрачках была вселенская ненависть, необузданная страсть, дикий драйв, неприрученная тьма. Даже Сатана мог бы позавидовать такой темной душе. Однако, в тот момент, когда я увидела образ человека, нет, демона, целиком, поняла, что тот, за кого сейчас борюсь – это чистое воплощение мрака, оставшегося без какого-либо света и надежды в душе.

– Господин Джуна, начинайте пир вон с той молодой невинной барышни. Это одна из сестер греческой царицы. Правда, эта незаконнорожденная. Так что о девушке никто и никогда не узнает. – лениво указав пальцем с огромным перстнем, сказал, зевая, Ганнибал. Джуна ухмыльнулся и стремглав подлетел к красивой девушке с белой кожей (тело еще было не иссушено), черными кучерявыми волосами и синими глазами. Несчастная тяжело дышала.

Сантери медленно погладил белоснежную шею, а затем резко схватил девушку за волосы, ударив головой о стену.

– Ах, этот аромат страха и боли, – вдыхая жадно воздух, сказал страстно монстр. – Люблю, когда стонут от страха. Давай, моли о пощаде. Быть может, спасешь свою поганенькую душу. Либо придется познать тебе, что значит перестать быть невинной, вкусить мужское тело…

– Прошу, не надо. Убейте сразу, только не пятнайте мою честь. – закрыв глаза и тяжело дыша, шептала красавица, подвешенная за руки. Ганнибал усмехнулся, что страшно разозлило Джуну.

Парень сильно схватил девушку за подбородок, продырявив фарфоровую кожу острыми когтями, а затем облизал раны и злостно добавил:

– Так не пойдет. – указательным пальцем левой руки Джуна коснулся глаза девушки, затем проткнул ногтем, вытащив глаз.

Жертва заорала, начав молиться. Ганнибал облизнулся и кивнул. Сантери улыбнулся, после чего вонзил острые клыки в шею девушки, разорвав плоть до костей. От диких воплей остальные жертвы, которые были уже иссушены и покалечены, закрыли глаза и с содроганьем застонали. У меня побежали мурашки от увиденного, даже руки отнялись. Казалось, что это все плод больной фантазии.

– Прикончите уже девку! – с диким огнем в глазах приказал Ганнибал. Хозяин кивнул и достал ту трость с черепом. Нажав на глазницу главного черепа, Сантери извлек катану. Отойдя немного от пострадавшей, Джуна немного наклонился и изогнулся, словно волк, готовящийся к атаке.

– Нет! – вырвалось у меня с губ. На мгновение, глаза парня застыли от непонимания. Однако, Сантери вновь сделался демоном. Как бы я не старалась, видимо, передо мной открылось прошлое капитана Синей Звезды. То, за что он должен расплатиться. Грех Сантери – убийства.

Ганнибал застыл от предвкушения, а затем хлопнул в ладоши: Джуна, словно молния ринулся к девушке, занеся лезвие меча, в воздухе сделав z–образное движение. Тело девушки сначала застыло от ужаса, затем развалилось на несколько кусков. Будто порезал хлеб … Кровь хлынула на лицо демона, заляпав и белые одеяния. Джуна подошел к ученику и похлопал по плечу, а затем ушел прочь, облизав языком кровь вокруг рта.

– Прости, что пришлось это увидеть… – послышался другой, более знакомый голос Джуны. Страшная картина сменилась на сад с красными розами, посреди которых стоял Сантери, мерцающий при солнечном свете. Любимый держал в руках розу, которая засыхала с каждой секундой. Парень был одет в форму СИРИУСа. В форму Синей Звезды. Одиноко посмотрев вдаль, Сантери повернул взгляд, полный боли и раскаяния, на меня. Что же делать? Как теперь смотреть в эти жестокие глаза?

– Прошлое не скроешь, как ни старайся…, – присев на чугунную черную скамью, сказал печально Джуна. – То, что человек не видит души другого, не делает его безобразным. Наоборот, лишь оберегает от разочарований. От того, что не видел, и не хотелось бы видеть.

Немного придя в себя и почувствовавтело, я медленно шагнула к лавке. Однако, каждый шаг давался так больно… Похоже на то, как игла приближается к вене…

– Столько боли принесло мое присутствие твоей хрупкой душе… Потребовалось много реинкарнаций, прежде, чем стать таким спокойным. Из жестокого чудовища превратился в бесчувственного монстра. Парадоксально, как ни посмотри.

– Ты…, ты не бесчувственный…, – сжав правую руку в кулак, лежавшую около сердца, сказала осторожно я, немного не поверив в собственные слова. – Со мной Джуна Сантери был нежен и тактичен. Защищал ото всего злого, несмотря на сдержанность и хладнокровие, которые трещали по швам. Хладнокровность и имитация бесчувствия – это лишь защита нашего сердца от боли.

Сантери грустно улыбнулся и посмотрел на землю, трещавшую под ногами.

– Да, честно, это воспоминание немного шокировало. Но не стоит судить человека по тому, что было в прошлой жизни. Тем более, если не помнишь свою… – сказала осторожно я, присев рядом с любимым. – Даже если кто-то совершил неоправданную и жестокую вещь, тебя все равно будет необъяснимо тянуть к нему. Есть на свете такая связь, которую невозможно объяснить, а тем более понять. Однако, если не знаешь человека, увидев раз, попадаешь под чары и тянешься изо всех сил, следуя через огонь и воду. Что-то невидимое не позволяет отойти далеко, исчезнуть из его жизни и потерять этого человека. Но когда теряешь, понимаешь, что жизнь – это мелкая сошка, в которой нет места ни тебе, ни твоей любви. Исчезает земля из-под ног, перестаешь верить во все глупости и доверять людям, угнетаешь себя и душу, разочаровываешься в эмоциях и чувствах, становясь механизмом, выполняющим ежедневные команды и приказы. Что может быть страшнее этого? Скажи, со мной ты тоже потерял чувства?

Джуна положил правую руку на спинку скамьи, после чего дотронулся холодными пальцами до моих волос, бережно и аккуратно теребя локон. Парень молча разглядывал черты моего лица, после чего сказал спокойно:

– Разумеется, нет, Айли. Только за эту небольшую жизнь, если так можно назвать, я понял цену настоящему теплу в груди, что заставляет следовать за тобой через все преграды и парадоксы мира. Благодаря отважной девочке с храбрым сердцем, повторюсь: и сердце мертвого человека забилось как у живого. Спасибо, Айли. Дорогая моя.

Слезы хлынули из глаз, и я резко прижалась к груди Джуны. Боже, этот аромат яблока… почему он так злостно щекочет ноздри? Почему заставляет содрогаться тело? Вдруг, я вспомнила, что должна передать Сантери то, что просил отец. Но поняла, что это не телесная оболочка, и даже не духовная, поэтому не подействует. Подняв глаза, серьезным тоном заявила:

– Я найду тебя! Слышишь? Найду, чего бы это ни стоило!

Темно-красные глаза на мгновение засияли, но потом потухли. Джуна заправил мой каштановый локон за ухо и с грустью в голосе произнес:

– Любовь моя, не делай того, что уже не изменить. Прошу, не ищи меня. И даже не пытайся… Часы уже пробили время смерти. Душа уже перешла почти через Врата Люцифера, а мой хранитель почти поглотил ее. Поэтому пришел попрощаться, в последний раз взглянуть в эти прекрасные и добрые глаза…

Затем холодное дыхание коснулось моих шершавых и исцарапанных губ, заставив сердце замереть и от восторга, и от вселенской боли. Сантери раскрыл лепестки губ своими прекрасными губами, задув другой воздух в мои легкие. Затем крепко обнял и прошептал на ухо:

– Вся вечность была бы в тягость без тебя…

Не дождавшись, пока любимый исчезнет, я резко достала катану и порезала руку парня. Джуна непонимающе уставился, а затем взволнованно уставился на то, как я слизываю кровь с лезвия и налаживаю контакт с хранителем-ягуаром, передавая информацию. Однако, ответил не ягуар. Послышался властный и веселый голос:

– Так точно, Мива. Сигнал получен. Информация обрабатывается Далией. Как только узнаем о точном расположении Джуны Сантери, заберем тебя и других. Ждите.

Это был Амор. И понятия не имею, как так получилось… Хотя…, мой локон, когда-то оторвал Блэйк…

– Айли, не делай этого! – закричал Джуна, но я холодно посмотрела на парня, прошептала, что обязательно спасу, и проснулась в той же грязной и темной комнате, где мигал свет от лампы, панически бегали силуэты и трещали стены, от которых сыпались искры. Это марево прервал резкий захват руки доктором.

– Рыцари нашли убежище! Дара – сообщи всем, что пора наступать на Лорда, пусть соберут артефакты, боевые оружия и людей. Коул – приготовь транспорт, – крикнул доктор, резко взяв меня на руки и побежав в сторону темного угла. – Девушка поедет со мной. Боюсь, самой Айли будет тяжело еще передвигаться.

Перестав понимать, что вообще происходит, просто переложила все проблемы на человека, в чьих руках пока находилась. Однако, «паучье чутье» Питера Паркера подсказывало, что началось что-то весьма интригующее и мощное. Возможно, дворцовый переворот. Может, война между демократами и либералами… Кто знает!

Обхватив ногами торс доктора, пересела на спину и достала катану.

– Тебе нельзя… – взволнованно сказал док.

Я сверкнула глазами и показала пальцами на межпространственную щель (это типо пробоины в защитном поле), из которой роем полетели плазменные пули с магическим ядром (внутри пули есть вещество, распространяющее какую-либо магию). Выставив лезвие катаны перед побледневшим лицом защитника, создала несколько таких оружий и соединила лезвия вокруг нас, преобразовав в пуленепробиваемый барьер. Пора выкладываться по полной. Это будет репетиция перед финальным боем.

– Замолчи и поторопись, – холодно произнесла я, ощутив распространение магии из пуль на теле: раны открывались. – Вытащи нас на улицу и быстрее! В запасе лишь три дня! Нужно спешить!

– Какие три дня? Ты о чем? – не понял доктор, доставая крест с лезвиями. Что за фигня? Такое ощущение, что это оружие где-то совсем недавно видела. Да, и запах крови…

Поняв, что чуть не выдала себя, прикусила язык и еще раз поторопила парня. Как раз в момент диалога в убежище успешно ворвались металлические динозавры в рыцарских доспехах, на которых сидели сами рыцари, махавшие мини-моргенштернами. Типо, большой моргенштерн дается лишь старшим по званию?

– Могу попросить кое о чем тебя? – повернув голову ко мне, спросил Док. – Дара сказала, что ты являешься некромагом…, так что помоги и объедини какую-нибудь силу со мной.

– Какую именно?! Ай! – один из динозавров приблизился сзади и развеял магию защиты, задев острым когтем спину.

– Пока враги будут в онемении, просто сделай что-нибудь. – поднеся крест ко лбу и начав читать молитву, сказал каким-то новым ехидным голосом парень.

Затем Док поднял голову и снял очки. Именно в этот момент разглядела невидимую белую пелену, плывущую к рыцарям. Немного сосредоточившись на инородной магии, прикоснулась к вуали и добавила немного розового оттенка. Свою силу. Пелена сначала сопротивлялась, но затем, резко помчалась к рыцарям, окутав ауры и пропитав тело, и заползла в рот. Враги замерли, а динозавры недоуменно пыхтели и смотрели на хозяев.

– Отведите нас во дворец к Лорду и защищайте по пути. – безо всяких колебаний произнесла строго я, слезая со спины парня и создавая стрелы. Направив наконечники в каждого из динозавров, отдала команду стрелять. Несколько десятков стрел вонзились в громоздкие тела созданий, рухнувших на пол и исчезнувших под ногами зачарованных врагов. Как знала, что это просто магия голограммы.

– Вот это интересно, – надев обратно очки, сказал удовлетворенно парень. – Зачет, Айли. Думаю, теперь безо всяких проблем доберемся до Лорда.

С недоумением и строгостью я посмотрела свысока на парня и хмуро добавила:

– Не думаю, что все будет так просто… Где-то здесь есть подвох, который сильно тревожит.

Закончив болтать, подошла к одному из рыцарей и попыталась войти в сознание. Вспышка! Сильный выброс магии заставил отлететь на пару метров. Ударившись головой обо что-то твердое, оглянулась и поняла, что налетела на лиса. Лицо парня выражало и удовольствие, и боль. В общем, я случайно приземлилась пятой точкой на грудь Коула.

– Это же роботы, ты так просто не сможешь войти в сознание… – довольно и ехидно сказал лис, лежа под моим весом.

Ах, если бы Далия была здесь. Встав с Коула, я вызвала ягуара.

– Приказываю: даруй силу Джуны, – поднеся ключ к губам, затем направив в потолок и нарисовав три кольца, прошептала я. – Долго сдерживаться от магии бесполезно, пора разнести город ко всем Чертям!

Знаю, что Арн будет немного недоволен, но этот человек может и города восстанавливать, как однажды сам и сказал. Черная дымка обволокла тело, заползла в ноздри и позволила почувствовать то самое ледяное дыхание Смерти. Мысленно приказав дымке окутать партнеров по борьбе, достала свою черную катану и стукнула рукояткой по земле. От удара создались маленькие клубы дыма. Черного дыма. Они расползлись к лисам, заползли в рот и сделали живых неживыми. Отлично! Только лисам далось тяжело перевоплощение, в отличии от одного существа. Того врача.

– Слушайте сюда! Ваши тела теперь мертвы, но не души! Не знаю сколько продлиться этот эффект, но настоятельно рекомендую быть на чеку, – серьезным тоном произнесла я, завязывая волосы лентой. – Когда скажу «Бегите», немедленно направляйтесь в сторону замка, не оглядываясь. Моя же задача – расчистить проход, поэтому первой пойду я. Никаких возражений…

Краем глаза заметила, как враги начинают отходить от онемения, шевеля понемногу конечностями.

«Создай такое оружие, чтобы пробить магическое поле, ослепить противников и не навредить людям» – отдала мысленный приказ ягуару, размножив катаны.

– Это магия Ивера. Позаимствую пока…, – послышался голос помощника.

Через несколько минут из ничего начало появляться нечто: огромный гранатомет (метров пять и шириной в два метра), сверху прикреплено было что-то, напоминающее фотовспышку; ко всему прилагались очки «Ocolus». Очки мгновенно сели на нос, предложив с помощью программы создать для гражданских поле, защищаемое от магии и других видов физических повреждений. Подтвердив, я мгновенно приказала программе заняться вопросом безопасности.

– Помочь с пушкой? – предложил врач.

Я перевела недовольный взгляд на стену, на которой красовалась антимагическая ловушка, поглощающая любой всплеск магии в этом направлении, а затем покачала головой, легко поместив гранатомет на искалеченное плечо.

– Что это за…? – только и услышала от врагов. Потом я нажала на курок. Немедля, я выпустила сферу белого цвета, в которой виднелись потрескивающие золотистые молнии. Ба-бах! Вспышка накрыла всю комнату, стена превратилась в маленькие камешки, а рыцари покатились на пол.

– Бежим! – подала сигнал я и резко устремилась навстречу потоку воздуха, вырвавшегося из дыры.

К слову, я думала, что при касании стены, сфера раствориться… Однако, она полетела дальше, разрушая все на своем пути… Само покрытие города пыталось оттолкнуть магией это явление, но шар лишь изменил траекторию, начав прыгать как гигантский фитбол… Такой своеобразный пинбол в реальном мире и реальном времени.

– Садись! Бегом! – откуда ни возьмись появился Док на воздушном байке, резко развернувшись ко мне спиной.

– Но…, – растерялась я, нервно оглянувшись назад, дабы не потерять Коула и Дару. Но ребята кивнули. Резко сев на заднее сиденье байка, я приказала гнать как можно быстрее. Не успели проехать несколько метров, за нами погнался полк охраны и рыцарей, мешавшие здраво смыслить.

– Езжай дальше, – спрыгнув с приличной высоты, сказала в полете я. – Сейчас вся стража здесь, будет нетрудно добраться до Лорда. Скоро догоню.

Остановившись в полете, я создала воздушную сферу под ногами и оглядела город. Хотела заодно найти своих, но ни сигнала, ни ауры присутствия не нашла. Казалось, будто совсем с лица земли исчезли. Это дело рук Лорда…

Стукнув от злости по ближайшему дому, почувствовала, как слой защиты потрескался… Вот это да! Магия не работает, а обычный удар способен пробоину сделать. Или это не совсем обычный удар…? Удар мертвеца. Закрутившись по кругу, я резко начала опускаться вниз. Это напоминало торнадо. Коснувшись ногами земли, непонимая как, создала огромную трещину в защите города и образовала волну из осколков, отлетавших от стекол, стен, земли и даже воздуха. Все рыцари встали в ступоре, а потом были сбиты волной. Краска со зданий начала падать, обнажая истинный облик Ниши: золото, везде золото, все из золота и драгоценных камней. Ну, современное правительство от золота далеко не ушло, сделав город из металла. Но так Ниши смотрится куда грандиознее и роскошнее.

Перестав очарованно смотреть на картину, я побежала к самой богатой постройке. К замку, украшенному миллиардом алмазов, словно небо, усыпанное звездами (сделан из черного золота). Стражи, естественно не было. А ворота были, на удивление, гостеприимно раскрыты. Поднявшись быстро по ступеням, выточенным из белого мрамора, я осторожно выглянула из-за врат. Холл оказался очень уютным и небольшим, мягкий солнечный свет лениво ложился на разноцветный пол и отражался на персиковой стене. По факту внутри стоял лишь небольшой фонтанчик, окруженный кучей лестниц разных форм.

– Прошу, не-е-ет! – послышался голос Дары, раздавшийся с правой стороны.

Недолго думая, я интуитивно побежала по винтовой лестнице, ударяясь о «зубастые» перила. Вышла в темный и сырой холл, где стены напоминали листы металла, в которые были вмонтированы сапфиры. На полу виднелось изображение компаса, где стороны света написали на латинском языке. Сколько было сторон света, столько было и арок. Что за головоломка? Если город западный, значит, нужно выбрать именно эту сторону света. Но я оказалась не права, когда забежала в тупик, выбрав западную арку. Хотя, пройдя остальные, наткнулась на аналогичную картину. «SWEN», есть ли такое слово? Почему именно это сочетание букв бродило в голове.

– Насколько мне известно, «SWEN» на креольском языке обозначает «уход», – подсказал ягуар.

– Уход? – удивилась я, поняв, что зашла в еще больший тупик. – Хорошо, но, получается, что здесь просто нет входа и нужно уходить?

– Возможно, – согласился хранитель. – Но разве вы не чувствуете колебания, которые разливаются по полу?

Если прислушаться, то столько можно услышать. Однако, человеческий слух всегда обманывает и мешает слышать не то, что хочется, а то, что есть на самом деле. Приложив ладонь к полу, почувствовала те самые импульсы и волны, исходившие со всех сторон.

– Сердце. Нужно снять мертвую кожу…, – поняла я. – SWEN – неправильное слово. Тут нужно исходить из букв латинских названий сторон света: aquilonem – север, austri – юг, west – запад, east – восток. Если сложить, то получиться «WEAA». На слух похоже на японский… На заимствованное слово из английского языка «wear» …, переводится как «носить, изношенный». Вот в чем дело, магия некроманта не пускает меня дальше.

– Если отмените магию, то на остальных это тоже скажется, – предупредил ягуар, готовый тотчас же исполнить приказ.

Помедлив немного, точно ответила:

– Если пульс есть, то все будут живы и невредимы.

Ягуар принялся обращать некромагию, превращая кожу из мертвенно-бледного оттенка в естественный для живых людей телесный цвет. Компас начал сиять синим светом. Письмена расползлись от картинки к аркам, заполнив каждый уголок комнат. Послышался громкий стук сердца, пульс начал ускоряться, пока не застыл совсем. Мгновение, пластины металлических стен опустились. Будто исчезла новая и появилась другая, хотя оказалось, что это лишь была небольшая часть другой комнаты. Своеобразная матрешка из комнат, только наоборот.

– Весьма впечатляет, принцесса Мива. Правительница Минами. – послышался в дальнем конце огромного зала юный мужской голос.

Однако, во тьме показался достаточно зрелый и мужественный силуэт, разодетый в самую роскошную черную мантию, которую носят судьи. Только на вороте поблескивали серебряные греческие узоры. Белые, словно снег, волосы аккуратно были собраны в мелкий, как щетина, хвост. С правой стороны поблескивали синие и голубые бусины, болтавшиеся на тонкой косе до плеча.

Грациозно встав, юноша сделал жест рукой, когда приглашают сесть. Через несколько секунд массивный стул из черного дерева дорогой породы силой усадил меня, а потом понесся к столу судьи. Стул, резко остановившись на расстоянии 30 сантиметров от вражеского лица, закрытого маской, охватил мои руки ножками (превратились в ветви), тщательно огибая каждый кусочек кожи. Меня словно превратили в фигурку из дерева, которой не успели вырезать ноги и руки. Последняя ветвь зарыла рот, дав намек, что будет говорить юноша в мантии.

– Разговоры вести долгие – не имеет смысла, – обойдя стол и приблизившись ко мне, резко и точно отчеканил Судья. – Изменники должны понести наказание. Двое жителей города были схвачены под стражу и отправлены в Платиновый лес к остальным нарушителям порядка. Мой долг, как правителя, обеспечить мир путем соблюдения законов. После того, как последний правитель из рода Эйлертов прогневил богов, пришлось многое восстанавливать. Как материальные составляющие, так и духовные. Самым сложным было вернуть людям свободу и веру в свободу. После закрепощения и обращения мирного населения в рабов, лисьи существа перестали кого-либо почитать и уважать. Лишь золото затмевало взор, побуждая добрые сердца к злодеяниям и преступным деяниям.

Схватив черными перчатками больно мой подбородок, человек с голубыми бусинами вдумчиво оглядел с головы до ног, а затем вздернул брови.

– Думаю, пора перейти к самой сути, – оперевшись о столешницу, сложив руки на груди и блеснув глазами (которых не было видно), сказал спокойно Лорд. – Если сможете выбраться из Платинового леса, то дарую свободу и пощаду. Однако, это лишь один процент из ста. Что есть шанс выбраться. Так, что Айли Мива, вперед. Покажи мощь правительницы Минами.

Лорд щелкнул пальцем. Из правого угла вышел рыцарь в перламутровых доспехах и достал молот.

– Подручный перенесет тебя в лес. – пояснил блондин.

Рыцарь кивнул и занес за спину молот, после чего молниеносным движением ударил по полу, проделав огромную дыру, из которой зияла темнота и влага.

– Прибереги Ангет. Ценный артефакт может пригодиться, если выживешь. – ухмыльнувшись, сказал Лорд, оказавшийся наверху, над дырой, в которую перенес меня рыцарь. Через мгновение свет от отверстия пропал. Наступила кромешная тьма. Та самая, что жила со мной очень давно. Которая скрывала воспоминания и создавала новые.

Глава 22

Голоса, голоса, голоса… Шепот, шепот, мольба, шепот… Шелест, скрип, дыхание, холод, озноб…

– Не-е-ет! – прокричала я, сдавив руками виски.

Столько слов в голове, невозможно расслышать хоть один. Нужно бежать! Точно, чем дальше от этого места, тем эхо станет меньше. Побежав туда, куда даже не знала, я начала спотыкаться. Руками, водя в пространстве, я пыталась хотя бы что-нибудь нащупать. Все мимо… Пусто… Если точно, слишком свободно.

Откуда ни возьмись, послышалось шарканье ног и хлюпанье от подошвы резиновых сапог, перемещавшихся по грязи. Странно, но грязи или мокрой земли под ногами не было. По крайней мере, я не чувствовала. Однако, размышляя о грязи, почувствовала, будто что-то изменилось. Голоса утихли. Тьма поглотила все звуки, кроме собственного дыхания, которое то и дело прерывалось.

– Отдай это! – резко обхватили холодные и скользкие руки мое горло. От неожиданности и испуга сердце остановилось. Я даже не смогла сопротивляться. Тело оцепенело от ужаса.

– Отдай это! – повторило огромное количество голосов, после чего столько же рук, холодных и гнилых, схватили за руки, ноги, лицо…

Чей-то острый ноготь продавил то место, где располагалось сердце, резко вонзив остальные когти. И без того холодной, из моей плоти вылился горячий фонтан терпкой жидкости, услащающей и опьяняющей. Багровое пятно упало на опаленную мертвую руку, закрывающую рот. Послышался нетерпеливый стон.

– Еще чуть-чуть! – запустив в мое тело что-то похожее на червя, кряхтело нечто.

– Покажи ей остальных падших! – просвистел другой голос.

Перед туманным взором в сырости и тьме едва замерцал синий огонь, освещавший истерзанное тело, насаженное и пронизанное прутьями деревьев. Будто кого-то пришили сучки деревьев, сделав несколько громадных стежков. Это было мужское крепкое тело, на которое падали фиолетовые локоны волос. На всей нижней части лица виднелся огромный шрам. Нет, скорее ожег. Именно ту часть когда-то скрывала маска, чтобы никто не видел, что человек вечно улыбается из-за такого уродства. Именно, шрам шел с уголков губ, словно зловещая, но грустная улыбка, полная раскаяния.

– Деон Грей, – прошептала в агонии страсти и боли я. С одной стороны, червь, что все лазил внутри, причинял огромную и нестерпимую боль… Но руки, державшие тело, опьяняли и заводили. Так что было не понятно, что же я чувствовала на самом деле. Если соединить, то выходит, сладкую боль…

– Деон…, ах… Подними глаза…, м-м…, – пытаясь выбраться из адских оков, сказала прерывисто я. – Не смей умирать. Ради Соры-сан! Ради того, кого любил! Живо подними голову и спаси душу…

Но в ответ на слова, ветви усохшего и корявого дерева запустили в Грея еще несколько ветвей. Однако, дерево еще больше почернело, даже прогнило. Думаю, если дерево питается жизненной силой Деона, то должно быть куда оживленнее…

Внезапно, сучки, торчавшие из рук парня, засветились золотым светом, а потом и совсем покрылись огнем и сгорели. Грудь Грея немного приподнялась, а сухие губы задрожали.

– А-а-а! – вырвался звук, словно рык тигра, из Деона Грея.

Это был крик жизни, которая протягивала руки к парню. Тело Грея сжалось, мускулы напряглись. Мгновение, парень сжал спину, и все дерево превратилось в щепки. Истощенный друг, сверкнув серыми глазами, тяжело упал на землю, но все же поднял голову и даже приподнялся на одно колено.

– Твоя очередь, дорогая Айли. – все еще глотая мертвый воздух, тяжело проговорил Деон.

Изнемогая от боли и желания, я закрыла глаза и проговорила себе, что если не освобожусь сейчас, то дам и остальным умереть. Нужно забыть о том, что я сейчас хочу… Хочу быть в объятиях этих рук, наслаждаясь сладострастием. Сила воли больше, чем грех!

«Так вот, каким был мой грех, который нужно искупить было. Сладострастие» – подумала я, вспомнив, как брат Акиры сказал про феромоны, запах; как вампиры начинают приклоняться предо мной, стоит только коснуться; почему полюбил так просто Джуна, не способный любить.

Прислушавшись к тиканью часов с двенадцатью стрелками и к сердцу, к которому, очевидно, полз червь, мысленно закрыла вход к нему. Червь бешено задергался. А я мысленно нанесла удары по рукам, как делала это в обучающей комнате СИРИУСа впервые.

«Зря этой силой не пользовалась. Глупая» – подумала я, ощутив, как тело освобождается от липких и гнилых оков.

– Нет! Не теряйте контроль над некромантами! Убейте тех, кто находится у озера! – прошипело нечто, из последних сил нанося телу раны.

– Тело лишь оболочка. Ваши усилия не стоят того. Даже сердце не имеет такой цены, как душа. Наши часы жизни. – открыв глаза и посмотрев в чернильные глазницы существа, похожему на мертвеца с крыльями моли. Затем я моргнула, и существо обратилось в пепел с помощью огненной сферы. Забыв о ранах, я подбежала к Деону, который плакал.

– Как же так получилось, что галлюцинации, которыми сам умею управлять, взяли надо мной верх? – едва слышно произнес Грей, прикрыв уродливый шрам от меня. – Прошу, не смотри…

Но мне было все равно на то, как выглядел парень.

– Видишь ли, шрам, что ты так усердно прячешь, не так ужасен, как ты думаешь, – подняв подбородок парня и посмотрев в заплаканные глаза, сказала ласково я. – Самый ужасный шрам не тот, что на теле, а тот, что на душе. Ели будешь и дальше винить себя в смерти Соры-сан, то станешь по-настоящему страшным и убогим, вернувшись во Тьму, в которой сейчас находимся… Давай выберемся и начнем все заново, без сожалений? Сожаления лишь сжирают настоящих нас, наше время. Пока мы думаем, что бы было, если не поступили так или сделали бы это, настоящее уходит. Бесследно исчезают те, кто действительно делает каждый наш день счастливым. Заметь помощь, которая исходит от других и прими этот факт. Прошу…

Не удержавшись от жалости и горечи, взяла и крепко обняла друга, погладив по голове, а затем вновь посмотрела в глаза цвета серебра. И улыбнулась.

– Смотри, все не так страшно…, твоя кожа нежная, как и сердце, что ты закопал куда-то на дно.

Деон кивнул и помог мне встать, аккуратно придерживая за плечи. А потом два искалеченных тела пошли в ту сторону, откуда чувствовался запах воды, а не сырости. В ту сторону, где ждало более жесткое сражение, чем было до этого.

– Здесь есть расщелина галлюцинаций, нужно найти ее. – пройдя около часа по темноте, резко и спокойно произнес Деон.

– Хочешь сказать: место, где мы сейчас находимся ненастоящее? – задумчиво спросила я.

Грей уверенно покачал головой и добавил:

– Я бы так не сказал. Если здесь ты умрешь, значит, умрешь и в реальности. По сути, это параллельный мир из фантазий и страхов.

– Я уже в таком была…, – вспомнила дар Ханга я. – Но, думаю, это не то же самое. Аура другая.

– Именно поэтому, Айли, мне придется пойти и найти брешь в этом мире. – сказал неуверенно Грей, положив широкие ладони мне на плечи. – Ступай одна и спаси остальных. Уверен, моя помощь только помешает. Когда найду выход, найду и тебя. По запаху…

После этого Грей скрылся во Тьме. А я даже и ответит ничего не смогла.

Аккуратно делая шаги по бездне без сопровождающего, я услышала сильные пульсации. И запах странный уловила. Такой… металлический. Неужели это место пропитано кровью настолько, что та сгнила и напоминает по запаху ржавчину? Или недостаток кислорода уже путает не только мысли, но и органы чувств… Внезапно, спереди раздался скрежет. Звук напоминал то, как точат ржавые и тупые ножи. А затем смех, крики и кряхтение. Откуда ни возьмись из-под земли вылез червь, который лениво пополз в сторону звуков. Ненавижу этих «полезных земле» созданий! Какие же они мерзкие и вонючие. Особенно, когда разлагаются на сырой земле в осеннюю непогоду! Этот смрад…

– Хочешь узнать правду? Иди вперед… – шелестел ласковый женский голос, направивший мой взор на слабый серый свет, откуда исходили странные и ужасающие скрипы. И что за «правда»? Разве я недостаточно знаю? Прежде, чем идти, нужно было обработать раны, но времени не было. Как всегда.

Достав из воздуха вакидзаси и катану и опираясь на рукоятку последнего, побрела так скоро, как могло позволить здоровье. Черт! Да, я же склерозная! Проведя по дыре в теле правой рукой, медленно исцелила плоть. Разумеется, сразу рана не могла затянуться, но кровь остановилась и начала неприятно запекаться внутри. Сколько же я за время становления некромантом крови и сил потратила, а? Ха, да тут и не сосчитаешь… А скрежет становился все сильнее и сильнее, пока совсем уши не начало закладывать от раздражения. Однако, ступив в полосу чуть ярче, чем прежде находилась, поняла, что звук исчез.

– Справа! Пригнись! – сказала сама себе, но уходить от острых как жало шипов не стала.

Легким ударом левой руки, разрубила несколько ядовитых шипов вакидзаси. Затем подпрыгнула вверх и замерла, оценивая ситуацию. В полу марке разглядела платиновые отблески гладкой, как зеркало, территории. Но запах воды намекнул на то, что поверхность не обладает твердыми свойствами. Плюс, на плечи что-то капнуло. Такое жидкое и плавкое. Сначала, подумала, что это кровь. Ведь тут все именно ей было пропитано. Но потерев ладонь, увидела лишь серебряный осадок на коже. Углубившись в изучение вещества, не почувствовала, что кто-то приблизился сзади и несколько миллиардов раз коснулся кожи, разукрасив в древние письмена. Руны! Это же магия Ивера, с помощью которой некромаг может влезть в голову и причинить невообразимый урон. Именно с помощью письмен Райль подпитывает сверхсилу! Запах пороха разлился по горлу…

Руки резко сами по себе связались за моей спиной, а подбородок сместился на ключицу. Колени подогнулись, а стопы потеряли контроль, заставив тело рухнуть. Косым взглядом заметила густую шерсть кроваво-красного оттенка и черные, как нефть, глаза, полные злости и непоколебимости. Этот зверь…, нет, оборотень, несся на меня, чтобы разорвать тело ко всем чертям… Справа, сидел на липкой стене снайпер, обладающий неимоверной защитой и меткостью. Слева, наблюдала самая умная и ловкая девушка, способная создавать из собственной крови копию умершего человека. «Борющиеся со смертью». Истинные некроманты изо всего СИРИУСа. Отряд Красная Звезда.

Поняв, что что-то велит друзьям поступать именно так, начала сильно волноваться: не могу же я их покалечить. Тем временем клыки Ивера почти достали до кожи. Мысленно дав команду разрубить руны, поняла, что очень сильно попала. Как можно предотвратить оборотня? Пули серебряные? Серебро…

Все еще находившись на приличном расстоянии от воды, подвешенная в воздухе, отменила воздушную поддержку магией и бомбочкой упала в теплое вещество. В серебряное вещество.

– Есть металл, способный плавиться при температуре 29, 8°C, – всплыл в памяти голос учителя по химии. – Это галлий. Даже в руке при нормальной температуре человека может расплавиться, представляете?

Вот только глупо я поступила, войдя в галлиевое озеро… Эрнеста – некромаг, который умеет создавать любые созидательные вещи из металла. За ногу резко что-то схватило в озере: созидательная металлическая рука, созданная Асдис. Это конец! Достав громадной лапой мое серебряное тело, оборотень подкинул меня в воздух и ногой ударил под ребра так, что улетела в направление Эрно. Парень сидел наготове, вооружившись перчатками и броней из металлических шипов, распахнув объятия для «последнего прикосновения» к теплому существу. Ну, уж нет! Идите в Тартар!

Если все члены отряда Красная Звезда теперь на иной стороне, стороне нечисти, то нужно вбить в мозги больше чистых и светлых воспоминаний.

– Слушай меня! Отбрось оружие! – обрывисто выкрикнула я, глядя прямо в отупевшие и злобные глаза Эрно, заполненные темно-красным цветом. Однако, Регнер лишь принял еще более опасную позу для нападения.

– Эрно Регнер! Отдаешь тело! – стрела, вылетевшая из арбалета Эрнесты, проткнуло шею. – От… даю… душу…!

Спазмы сдавили дыхательные пути. Алая кровь хлынула из носа, а затем из глотки. Но сдаваться не входило в планы!

Понимая, что ягуара нет в этом мире, достала стрелу из шеи и заглотила наконечник внутрь. В этот момент Регнер, из глаз которого хлынули человеческие слезы, поймал меня, заключив в «смертельные» объятия. Фонтан уже гниющей плоти окрасил лицо друга, дразня и сползая неторопливо с лица. Оборотень молниеносно примчался к остаткам тела, проверив, жива или нет. А затем поднял морду и победоносно завыл. Однако, по горячим рукам Эрно пробежала сильная вибрация и пульсация. Через мгновение, аккуратно положив меня на выступ, Регнер, вопя, разбил морду Иверу перчаткой с металлическими шипами. Острые клыки Райля упали вниз. Оборотень сплюнул и яростно уставился на подчиненного, который один за одним наносил удар по предводителю, забивая до состояния фарша.

– Глубоко сожалею, что здесь вы такие! – розовое сияние окрасило и так бордовые стены, напоминающие человеческие внутренности, а затем аромат вишни разлился по смрадному обителю зла. Все три члена Красной Звезды повернули головы на голос и замерли: под розовой пеленой крылся черный велюр, исцелявший темную и алчную душу.

– Айли…? – сорвалось с высохших губ Регнера.

Располосовав черную дымку, темная бабочка с дымчатыми крыльями вырвалась наружу. Та сила, что заставила убить лже-ёкаев, вырвалась наружу благодаря чувству самосохранения в тот момент, когда наконечник почти достиг часов жизни.

Схватив рукоятку с черепами, направила громоздкую катану прямо между глаз оборотня, а затем коснулась кончиком меча кончика носа Райля. Оборотень зашипел.

– Да, небольшое количество галлия тебе не вредит…, – проведя ладонью, на которой была горстка металла, по лезвию, резко воткнула меч между глаз. – Однако, как только металл попадает вовнутрь, ты теряешь контроль над сверхсилой, возвращаясь к исходному состоянию.

Ивер заскулил и начал шататься, словно лодка, попавшая в шторм. А затем упал на кровавый выступ и превратился в полуголого Ивера Райля. Интересно, а штаны…, вообще не снимаются? Ну, то есть оборотень рвет одежду при превращении… А тут, такое ощущение, что они срослись с парнем…

Эрнеста было ринулась на меня, однако, черная дымка кинулась на девушку и заползла в ноздри. Асдис заорала, схватившись за голову. Скидывая руки то вниз, то вверх, девушка сначала заморозила металл, а потом резко создала чуть ли не целый город. Так отчаянно боролась с дымкой.

Поняв, что бороться с такой силой бесполезно, блондинка обмякла и сдалась. Все трое были спасены. Ведь Эрно благодаря силе воли выбрался из оков тьмы.

– Вы как? – приземлившись на городской пол спросила я у уставших бренных тел.

Чуть отдышавшись, Эрнеста печально и виновато произнесла:

– Жить будем… Прости, Айли… То, что тьма окутала разум, нас не оправдывает… Из-за того, что я не смогла совладать со всем, не оправдывает меня… Прости…

– Не одна ты оказалась слаба духом…, – поднявшись с холодного металлического пола, ухмыльнулся Ивер. – Эрно оказался сильнее из нас трех… Молодец парень! И Мива, прости…

Я покачала головой и слабым голосом произнесла:

– Думаете, что слабы, да? За что извиняетесь? То, что здесь творится… Разве, даже самому сильному и спокойному человеку или не человеку под силу бороться со страхами и ужасом? Не понимаете… Я не сдалась благодаря тому, что должна не только одному человеку, но и всем вам… Когда зрение вернулось, я погрузилась в настоящую тьму, утонув в крови нечисти и товарищей; вы поддержали меня. Так и стремитесь поддерживать друг друга, иначе некому будет и вспомнить о вас. Я менее опытная в СИРИУСе, так научите тому, что знаете и чувствуете. И хватит себя жалеть… У каждого есть свои шрамы, да, Деон?

В тени появился приближающийся силуэт Грея, покрытого потом. Однако, на лице не было ни страха, ни усталости. Деон был абсолютно счастлив и спокоен.

– Да, Айли, – подбежав ближе, сказал уверенно парень. – А еще шрам или трещина есть в этой замысловатой системе. Правда, последний пункт будет весьма несамым приятным: вместо стен и полов – человеческие внутренние ткани. В общем, выход через пасть одного из демонов Люцифера. Не из С5. А того самого Люцифера. Или Азазеля. Или Сатаны. Называйте, как хотите. А еще мне удалось разузнать, что мир, в котором мы сейчас находимся, это соседний мир самой Преисподней. Там, откуда по окончанию соглашения титанов и демонов вырвутся пожиратели душ. Так что нужно быть чуточку тише, иначе Самаэль пробудится, и мы уже не выйдем никогда из Платинового леса. Если выйдем через правый глаз демона, то вернемся туда, где лежат наши тела…

– Стойте, разве мы всех спасли? – раздался тревожный голос Эрно. И правда, что кого-то забыли.

Сердце резко екнуло.

– Арн! – с болью и ужасом в голосе произнесли все одновременно.

– Черт, где этого седого блондина искать? – потерев виски любимым револьвером с ручкой из красного дерева, возникал Ивер.

– Есть тут одно место, как раз по пути к выходу…, – сглотнул Деон. – Туда только женщины пройти смогут… Я пробовал… Это сердце Самаэля, сердце данного мира… Если разрушить его, то все уничтожится, включая нас. А вот Самаэль потом переродится.

– Что за место? – встав с металлической поверхности, спросила настороженно Эрнеста, убрав арбалет в чехол за спину.

– По ауре напоминает кладбище вдов… – перекрестившись, сказал с комком в горле Грей.

– Тогда идем. Нечего откладывать. – командовала Эрнеста по своей привычке.

Пройдя через галлиевые строения, мимо затхлого леса, команда очутилась возле места, действительно похожего на кладбище. Причем, монастырского храма. Женский монастырь со своим собственным кладбищем. Зеленые от плесени белокаменные стены, крошились при каждом движении.

– Вход через арку с падшими девами… – Грей указал на красивые черные ворота, которые повисли на одной петле.

По бокам стояли две статуи женщин: одна была в монашеском одеянии и держала на руках младенца, а другая висела на кресте в разорванных одеждах. А на шее висела табличка с надписью: «Без чести не входи странник». За воротами стояла так же маленькая часовня. Правда стены были разнесены и покрыты кустами с засохшими розами и бесцветными флоксами. Туман нежно-желтоватого оттенка покрывал белые усыпальницы. Тишина вновь окутала все вокруг.

– Нас всех держали в разных местах…, но выбраться мы могли с помощью друг друга, – констатировал Деон. – Однако, Арна будет вытащить не очень просто. Ведь войти и выйти могут только женщины …

Волна пота пробежала по спине.

– Все правильно. Охоту же ведут на потомка Эйлертов. Поэтому парнишке не повезло больше всех. Но Эрнеста кое-что может сделать с внешностью. Просто нужно будет позаимствовать чью-то женскую плоть…, – уверенным и диким тоном произнес Ивер, закурив сигариллу. – А душ и плоти женской здесь хоть отбавляй. Девушки, рассчитываем на вас.

Эрнеста кивнула и первой прошла через неприятные по ауре врата, достав короткий меч. Я чуть было не ринулась за девушкой, но чуткое и нежное прикосновение остановило. Эрно, уставившийся на землю, устало вздохнул, а затем, посмотрев мне в глаза, взволнованно произнес:

– Будь аккуратней… И еще…, не позволяй духам дотронуться до ключа от Врат…

На этих словах друг крепко прижал меня к себе. Да, так, что сердце чуть не подпрыгнуло от радости. Дыхание Регнера успокаивало. Теперь нужно идти.

Поблагодарив парня за поддержку, ринулась к черным и скрипучим воротам в никуда. Там, где души и днем, и ночью рыдают по утраченной жизни.

Ступив за калитку, в желтоватом тумане пыталась найти взглядом Эрнесту, которая не понятно в каком направлении унеслась. Там вдалеке темный силуэт, покрытый чем-то красным. Это точно Асдис. Медленно прыгая по мелким камешкам, чтобы не упасть в болото, которое скрывал туман, приближалась к силуэту. Но чем ближе я подходила, тем меньше была уверена, что силуэт принадлежал блондинке. Рост Эрнесты, ну, явно был не два метра с половиной. Соорудив вокруг себя защитный барьер из воздуха, запрыгнула на небольшую могильную плиту, ибо камни почему-то закончились. Да. Сейчас бы зрение Аин… Но силуэт куда-то успел деться, пока я пыталась нащупать взглядом фигуры, которым принадлежали шорохи. Внезапно взгляд упал на болотце, похлюпывающее под плитой. Потом болото успокоилось, а сверху, откуда ни возьмись, упала капелька. Это был мой пот… Капля заставила вибрировать гладкую поверхность, рисуя на жиже круги. Фух…, а мне-то показалось…

– О-о-о… – раздался гул под ногами.

– Хи-хи-хи… –подхватил другой голос.

И тогда поверхность болота стала вновь рябить, пока из гущи не вылезли уродливые головы: женские сальные и покрытые грязью и кровью волосы; у кого-то половина головы почти без волос; глазницы без яблок, заполненные гнилью; из голов и различных частей тела торчали различные металлические предметы, что-то вроде топоров, разделочных ножей; одежда изорвана, грудь исцарапана, мясо свисало с костей. И эти уродливые улыбки, просящие наполнить глотки человечиной.

– Эти девушки погибли насильственной смертью… – закрыв рот от ужаса, я услышала знакомый голос вдали. Скорее, с кроны дерева, на засохших ветках которого ютились летучие мыши, пожирающие развешенные головы.

– …монах, что заправлял этим местом… насиловал девушек, а потом расправлялся с помощью подручных средств. Жадный демон, – эхом раскатывался голос Эйлерта, услащающий духов. – Поэтому его предали анафеме и перенесли в сердце Самаэля вместе с падшими девушками, чьи души никак не могут обрести покой. Знаешь, а ведь монах напоминает меня: жадный, алчный.

Спрыгнув с темного дерева, Арн подлетел ко мне и, сильно сдавив руки и ноги, прижал спиной к каменному гробу. Пепельные волосы были распущены и окрашены в бардовый оттенок. Однако, глаза не были такого же цвета: черные и беснующие. Да, алчность и порочность прожигали душу и сердце друга.

Расстегнув помятую рубашку, Эйлерт зажал рот одной рукой, другой схватил мою ладонь и провел ей по обнаженному торсу, а затем грубо наклонился и прошептал на ухо:

– Всякий раз, когда этот кретин касался тебя, я пылал от ревности. Как можно было довериться жалкому и ни на что не способному падшему? В отличие от нас, Джуна всегда был выше, несмотря на то, что небеса свергли Сантери так же, как и Люцифера. Но ничего…, теперь Айли моя…

– Отпусти Миву, – громко приказала Эрнеста, показавшаяся вдали. – Немедленно!

Арн ухмыльнулся, а затем свистнул и впился холодными губами в мои губы. Асдис же схватила за руки та статуя с табличкой, что стояла у входа. Вскинув ладони вверх, статуя тяжелыми шагами подошла к блондинке и неторопливо проломила кости правой ноги. Эрнеста застонала, упав в жижу.

Эйлерт создал из камня оковы, чтобы остановить мои побои руками и ногами, а затем вожделенно произнес, прочертив пальцем мои ключицы:

– Не стоит так вести себя. Иначе девушки с монастыря заберут и твою душу. Пока ты со мной, тебе нечего бояться. А сейчас закрой глаза, доверься мне. Скоро тебя накроет волной удовольствия и боли…

Дрожащими руками Эйлерт расстегнул молнию моей изорванной кофты, а затем и штанов.

Тем временем Асдис каталась по мху и сырой земле, собирая кочки и плиты. Черные и красные души все больше замыкали кольцо вокруг девушки… Глубоко вздохнув, Эрнеста встала на одно колено, и с большим трудом вытащила арбалет. Неохотно прицелившись в голову статуи, словно пьяная качнулась в сторону и выстрелила. Стрела попала точно в цель, только вот отлетела. Другие стрелы, направленные на души, просто проходили сквозь.

Пьянея от ласковых с одной стороны, но в тоже время и грубых рук Арна, я вспомнила, что души жалеют о чем-то… Жалеют…

Закрыв глаза и медленно проникнув в разум девушек, увидела слишком печальные картины. Настолько жестокие, что словами не опишешь. Почувствовав боль от физических и душевных ран, начала дрожать. Слезы хлынули из глаз, опережая кровь изо рта.

Эйлерт неодобрительно зыркнул, а затем отошел от меня, озираясь по сторонам. Затем направил руки на Эрнесту, глаза которой распухли от многочисленных ран. Девушка замерла как вкопанная.

– Возьми меч и проткни себя лезвием. Желательно в то место, где сердце. – подняв подбородок, высокомерно сказал Арн. Девушка дрожащими руками схватила меч и выставила лезвие перед собой.

– Отдаешь тело, отдаю душу. – быстро прошептала я, направив взор на уродливых женщин, которые замыкали Эрнесту в кольцо, нервно похрипывая.

Красные и проженные силуэту остановились, а затем резко перевели взгляды на меня. По остаткам от щек призраков скатились слезинки. Эйлерт озадаченно посмотрел на неподчиняющихся неживых существ.

– Я знаю вашу боль… мне так жаль… – с комом в горле, будто виновата сама, произнесла тихо я, пытаясь выдернуть руки из ослабших оков. – Там, куда я собираюсь отправить ваши неупокоенные души, больше не будет места для сожалений и мучений…

Уродливые рты, полные гнили, раскрылись, издав чуть ли не вой; силуэты целым роем ринулись в мою сторону, проходя через Арна, полного злобы.

– …поэтому, прошу: даруйте силы, чтобы очистить от скверны ваши разумы и разум дорогого мне человека. – затем, почувствовав силу за спиной, закрыла глаза и нарисовала нелепо пальцами в воздухе три кольца.

Ключ на шее засветился, придав сил. Я резко разорвала каменные оковы и поднесла кулон к верху. Увидев ключ, души жадно ринулись к моей шее, однако, было поздно: ключ впитал силу. Черная дымка окутала меня вновь. Только на этот раз оттенок черного перетек плавно в золотистый, разлившись по всей территории и озарив самые темные уголки кладбища.

– Эрнеста, пора! – направив дымку на Арна и схватив, крикнула полуживой блондинке. Девушка кивнула и, соединив ладони, создала красную дымчатую сферу. Не раскрывая глаз, Эрнеста указательным и средним пальцем правой руки направила на Арна. Через мгновение, перед нами стоял не представитель рода Эйлертов, а представительница. С весьма недурными формами пепельная блондинка. Туповато хлопая громадными ресницами, не понимая, что происходит.

Закончив возиться с магией контроля над душами, я подошла к Арну и сказала:

– Побудешь пока в этом теле. Мисс Эйлерт…

И вдруг земля под ногами начала ходить ходуном, а плиты вместе со стенами храма стали рушаться.

– Бежим! – крикнула Эрнеста. – Похоже, Самаэль почувствовал, что в хаосе появилась доля света. Если не выберемся до пробуждения, точно погибнем.

Схватив ничего не понимающего Арна за тонкую кисть, резко рванула под летящими во все стороны камнями, умело разрубая лезвием катаны булыжники. Когда достигли врат, меня резко что-то остановило: Арн не мог пройти. Выпучив глаза и придеживая юбку, парень-девушка вцепился больно ногтями в мою ладонь.

– Как это понять?! – на автомате спросила парней, которые на время миссии стояли у врат.

– Похоже, Самаэль усилил защитный барьер… – почесав затылок, сказал хладнокровно Ивер. Я кинула испепеляющий взгляд на парня с красным полу эракезом.

Арн отпустил мою руку и прикоснулся своей ладонью к невидимой пленке барьера. Закрыв глаза, друг начал сбивать частое дыхание, тем самым успокаиваясь и концентрируясь.

– Нечего сложного…, – спокойно и тихо прошептал Арн, нарисовав руну защиты «Эиваз». – …это словно лабиринт, из которого нужно найти выход.

Притронувшись обеими руками к полю, пальцы некромага сразу просочились. Затем Арн коленом ударил по невидимой пелене, которая тотчас же превратилась в осколки льда и упала. Земля вновь задрожала, но на этот раз еще сильней. Деон сразу же кринул, чтобы не медлили и следовали за ним. Все больше и больше какая-то черная жидкость стала просачиваться через землю и темное покрытие, по которому неестественно шли. Тьма все больше и больше застилала небольшой серый просвет, пока красный огонь не разбавил оттенок. Было сложно подбираться к данному месту, так как ноги скользили по чему-то противному и, судя по запаху, затхлому.

– Мы подобрались к глазу Самаэля, как я и сказал. Сейчас будем двигаться по органам и внутренностям, – тут Деон сглотнул. – …и полуразложившимся трупам…

В итоге, кое-как поднявшись, как оказалось, по гнили и свернувшейся крови трупов, которые сидели около стен или плавали в периорбитальном глазном жире…, протягивая облгоданые руки, мы дошли до роговицы. Пробираясь сквозь зрительные нервы, запутываясь почти в каждом, поняла, что сейчас стану слезой демона… Это шутка… Ну, хоть такие положительные мысли после всего перенесенного уже являются верным направление к свету. Арн снял последний барьер и тогда всем скопом мы упали в черную дыру…

Глава 23

Что же для человека есть правда? То, что «честно» говорит другой? Или, быть может, подсказки внутреннего «я»? Знаете, правды нет. Для каждого правда своя. Если ты будешь доказывать собеседнику точку зрения, ссылаясь на научные или исторические источники, не факт, что этот человек примет все за правду. Это то же самое, что человек слышит то, что хочет услышить. Все именно так.

– Просыпайся, Мива. – послышался где-то вдалеке знакомый голос. Дернувшись, словно, душа с огромной скоростью влетело в тело, я ртом пыталась поглатить кислород.

Упав на ледяной пол, похожий на шахматную доску, перевела взгляд на источник звука. На юношу с белыми, как снег, волосами в форме каре. Возле правого виска блестели при тусклом свете бусины голубого цвета, нежно и легко колыхаясь от дыхания вместе на косичке до плеча. Глаза перламутрового цвета пристально изучали мое бренное тело, ловящее кислород. С правой стороны показался силуэт, вышедший из тени: одна половина волос была длинной и черной, а другая – короткой и белой. На глазах веделялась красная повязка, как мне показалось, не особо мешавшая парню видеть. С другой стороны вышла девушка в черном плаще, скрывавшем лицо. Одним касанием изящных белых пальцев незнакомка скинула капюшон, из-под которого вырвались медно-оранжевые змейки волос, раскинувшиеся по плечам словно искры. Карие глаза хладнокровно смотрели вдаль.

– Вы же из… – едва не умерев одновременно и от счастья, и от презрения, заговорила на полу я.

– Что здесь делает Белая Звезда? – крикнул недоуменно Эрно, выбежавший из ниоткуда, размахивая щитом.

– Да, предатели объявились… – шаркая ногами, сказал лениво Ивер.

Белокурый парень с бусиной выставил ладонь перед собой и повернул кисть, словно открывал ключом замок. И так равнодушно и спокойно смотрел. Бессчувственный какой…

– Боль и покладистость. – монотонно сказал «бусинка», сверкнув платиновыми глазами.

Виски сдавило… сердце стало колоть… А еще внезапное онемение.

– Отряд Белой Звезды никогда не испытывает на своих магию… Однако, по просьбе владыки пришлось пойти против правил, которые мы так чтим. Мы – есть закон для мира мертвых, – кратко и холодно отчеканил «бусинка». – Прошу, Лоркан, объясни детям о ситуации. А ты, Лилит, приведи Святых, иначе придется применить уже грубую силу, если Люцифер не увидит Айли Миву.

Подручный с правой стороны сделал шаг вперед, словно солдат, а затем надел кожаные перчатки и начал спокойным, но более мягким тоном говорить:

– Благодарю, Рэшн. То, что происходило с вами ранее – это плод ваших страхов. Мир, созданный мной благодаря вашим тайным углокам. Хотя, они не настолько сильны и личны, как могли быть. Однако, испытание увенчалось успехом. Теперь Айли, – Лоркан повернулся ко мне и слегка нагнулся. – Дорогая Айли. Ты можешь идти смело за тем, кого собралась спасти. От дизертира Джуны Сантери зависит равновесие Врат Азазеля. Несмотря на то, что враг скоро до них доберется, есть шанс сделать шаг первым и перекрыть кислород. Это испытание доказало, что юная госпожа способна использовать около 60,99% своей силы, не используя опекуна-хранителя. Своими собственными силами смогла спасти других членов отряда СИРИУС…

– Теперь можно и тайну открыть, господа. – нетерпеливым голом кто-то вдалеке произнес. Да, так, словно давно хотел встретиться, но не мог. А теперь трепет встречи захватывает дух и дыхание.

Волосы цвета угля первыми распростерлись по полу, словно нити, ищущие клубок. Вороньи глаза черного цвета без зрачков отчаянно и благоговенно впились в меня взглядом.

– Дарк Соул…? – привставая, спросила неуверенно я.

Но брат быстро подлетел и схватил меня на руки, закружив в вальсе. Черные глаза были полны любви и страдания.

– Дорогая сестра…, я так скучал… – начал прижимать меня к себе Дарк. Приставив лезвие вакидзаси к горлу Дарк Соула, я аккуратно спрыгнула с рук и прошептала, оскалившись, словно волк:

– Не смей меня трогать… Как ты с Белой Звездой могли поступить с солдатами и членами отряда? Как?!!! – дрожащим и злобным голосом крикнула я, не меняя положение меча. – Столько погибло людей… Столько…! А как же суд над Арном?!!! Что это за исчезновение?! Почему вы спокойно ушли, когда вокруг царил Ад?!!!

Дарк Соул укрыл печальную гриммасу рукавом от шелкового кимоно.

– Сейчас расскажу все то, о чем тебе не успел рассказать Джуна Сантери. Это касается нашей семьи. Тех, кто отвечал в этом мире за воспитание. Есть особая корпорация, которая давно занимается разработкой оружия против нечисти. Это корпорация «Мива», которую основали отец и мать. Секретный козырь СИРИУСа. С самой первой реинкорнации Айли Альфа и Бэта (имя отца и матери) стали искать такой артефакт, который способен объединить все неизведанные магу силы в одну массу. Много веков прошло, и вот, наконец, Бета случайно обнаружила кое-что весьма ценное… Есть лишь только одно вещество, которое может объединить несколько сил в одну. Как тебе известно, у нас намного больше хромосом… И кровь мутированная. Можно сказать, что мы «ходячие» мертвецы. Но есть пособность регенирироваться, которая схожа с беспозвоночными животными… Да, это странно, но все же… У каждого некромага рано или поздно наступает «анемия» магии. Есть небольшой участок в организме, похожий на «мешок» с ситом. Называется «Ула» (кельсткое женское имя, означающее драгоценный камень). Оно находится в сердце, поэтому, когда кровь поступает в сердце, то проходит и через ситечко в «мешок», очищаясь почти до совершенства. Тогда и выделяется магическая сила. Так к чему это я? – Дарк сделал паузу и еще пристальнее впился взглядом в меня. – Чтобы излечить магов от «анемии» нужна была особая кровь, помогающая чистить не только организм, но и Улу. Когда Айли была маленькой, Бета нечаянно обожгла дочь чайником: забрав в лабораторию, женщина принялась обрабатывать рану, как вдруг неугомонная дочь обрезалась образцом клинка, созданного для данного опыта. Расстекшись по немного недоделанномуого клинку, кровь достигла столешницы и упала на засохший кактус. Мгновение, и растение не только в размерах увеличилось, но и полностью восстановилось. Бета срочно позвала мужа и приказала собрать кровь со стола и попробовать на объектах исследования. Результаты оказались настолько впечатляющими, что почти потерявшие жизнь некроманты могли через день снова воевать без физических потерь. Альфа провел исследование на монстрах и выяснил, что твоя кровь является отравой для нечисти. Но самым страшным оказалось то, что, если хозяйка крови пожелает зла некроманту или живому существу со «взаимствованной» кровью – состав крови меняется и наступает мгновенная смерть. Об этом прознали враги и сразу же начали охоту за Айли… Ведь если твари завладеют кровью, то можно убить почти всех врагом одним щелчком… Ведь все члены отряда СИРИУС пропитанны твоей кровью… Если сорвешься – род некромантов закончится. После создания вакцины, Альфа и Бета смогли после долгого времени, веков, создать розовые сапфиры, объединяющие силы. Именно те сапфиры, что висят и растут в пещерах перед входом в Минами. Лезвие каждого члена сириус посыпано сапфировой крошкой. И боевая форма тоже обработана сапфировой пылью…

– К чему эта странная история? – спросила хладнокровно я, но в душе все перевернулось, появилось ощущение утраты. Утраты воспоминаний. Дарк Соул все помнит, а я – ничего… Обидно, если честно… Наверное, это ревность.

Дарк опустил рукав кимоно и, прищурив слегка глаза, словно хитрый лис, а затем достал косу из-под одежды, треснул сапфировой рукоятной плиту. Послышался скрежет, и оружие, которое достигало всего лишь 50 см, стало около 2 метров… Острое, как монокристальный инструмент, лезвие сверкнуло «смертельной» чернотой. На ручке и рукоятке из осмия (блестящий металл серебристо-белого цвета с голубым оттенком) были вырезаны различные кельтские рисунки (лабиринт, спирали, змеи, священное дерево, листья, Бригантию), в том числе и кельсткий крест. Укольнув большой палец правой руки, Дарк пустил кровь по лезвию, на котором была вырезана набольшая полоса. Кровь заполнила небольшую пустоту на лезвии, а затем превратилась в дымок, который двинулся ко мне, но остановился в метре от лица. Затем Соул вновь стукнул кончиком рукоятки о пол, а дымок превратился в сферу из невидимых душ, обретая очертание земного шара. А потом появилась карта с материками и с шестью разноцветными пульсирующими точками.

– Вы думали, что мы так просто взяли и исчезли… Да, это было похоже на побег, – Дарк коснулся Синей пульсирующей точки, расположенной на вымышленной середине Евразии (Непал). – Чтобы сохранить наследие некромагов, пришлось разбить СИРИУС по отрядам и разместить на всех материках. Теперь у каждого отряда отдельные цитадели и места расположения. Там сидят старосты.

У Ивера впервые за все время вылезли глаза из орбит.

– Конечно то, что СИРИУС не распался очень хорошо…, но…, – Райль тупо уставился на револьвер. – Как же единство? Что же теперь будет? Разве нормально то, что отряды будут далеко друг от друга располагаться?

Дарк Соул увеличил изображение на фантомной карте. Это Сагарматха – национальный парк Непала. Там, в горах, возвышалось темно-синее здание, похожее на замок.

– Видите ли, сейчас единство не играет большой роли. Если захотят, найдут любого и уничтожат. Амор и Черная Звезда выяснили расположения самых благоприятных точек для блокировки Врат Азазеля и подпитки энергии. Пока Титаны не встряли в дело, нужно сдерживать хоть как-то мир мертвых. Но самое главное…, Айли…, – Дарк опустил голову, а потом пристально заглянул и посмотрел черными глазами в мои. – …Далия нашла, где прячут Джуну… И собственно, обитель врагов.

После произнесенного имени в висках зашумело; кровь прилила и не отпускала, а щеки с трепетом пунцовели. Каждый кусочек внутри дрожал, готовый выпрыгнуть из иссохшего тела. Вот-вот я думала, что внутри все затянуло черной дымкой, но внезапно раздался звон колокольчика, после чего загорелся керасиновый фонарь и сконцентрировал тьму вокруг себя. Но тьма не поглотила свет, лишь окружила, шипя и давясь. Надежда вырывалась из груди, разрушая преграды на своем пути. Дыхание перехватило. Ноги стали подкашиваться, хотя по щелчку готовы были бежать туда, где хранятся все те чувства, которые еще не успела познать. К тому, кто должен подарить самые ценные воспоминания. Это было не просто желание. Это был не просто инстинкт. Это был зов прошлого: нити судьбы, что натягивались с первой встречи и по сей день. И никто не сможет их разрушить. Ни тогда… Ни сейчас. Никогда!

– Айли… Не время уходить в свои мысли…, – грустно произнес Дарк, покачав головой. – Благодаря точкам, расположенным в Северной Америке, Южной Америке, Евразии, Африке, Австралии, Антарктиде образовалось нивидимое поле, подавляющее мощь Лорда Люцифера. Дьявола. Несмотря на то, что уговор скоро подойдет к исполнению, демоны не теряют времени зря, как и ангелы, впрочем. Чувствуя, что 12-ая реинкарнация обернется неудачей, князь Ада решил начать наступление. А в этом помогает нежить высокого уровня или псевдобоги под руководством Вельзевула. Только он сидит в Преисподней со всеми остальными… Это наемники и последователи, возможно, и дети, рожденные от людей, суккубов или еще непонятно от кого. Пока ясно лишь то, что один из них однажды совершил теранию: убил Арна, Джуну и покусился на род Мива, неговоря уже о том, что проник в СИРИУС. Немногие знают, но ее звали Агата.

– Агата?! – воспроительно крикнули все стоящие в холле, кроме Белой Звезды и Дарка.

Соул неодобрительно кивнул.

– Арн… Где Арн и два жителя Ниши? – переклинило меня.

– Ах, не переживай. Восстанавливают город. – знакомым голосом пропел Лоркан.

– Неужели ты был доктором из…? – рассеяно спросила я. Лоркан подмигнул и вновь приянл выражение статуи.

– А где эти тупицы из С5? – нехотя произнес Райль, но видно было, что он переживал.

– Как раз об этом, – словно совсем забыв, наигранно стукнул по лбу себя Дарк Соул. – Отправились в новый штаб, который теперь входит в СИРИУС: то, что хотели, святые получили. Нет необходимости бегать за нами…

Я удивленно приподняла бровь, однако, не поняла, с каких пор Люцифер подчиняется кому-то кроме себя любимому?

– И где же их штаб? – спокойно спросила я.

– Возле Врат Азазеля. – стальным тоном отчеканил Рэшн.

Мне на мгновение показалось, что глаз Рэшна дернулся. Почему мне все время кажется, что СИРИУС – отряд обманщиков, скрывающих больше, чем есть? И тут сердце резко забилось, осознав, что произошло. Последнее, где я видела Люцифера и остальных там, где разделились на площади. Если подумать, что все произошедшее только шоу с проверкой, выходит…, разделение было специально подстроено. Я верю в то, что Дарк рассказал про прошлое, про восстановление СИРИУСА и даже поиск координат места расположения Джуны. Но поверить в то, что С5, которых терпеть некроманты не могут, присоединился к Дарку, а тем более охраняет по приказу врата с падшими…

– Вот, как. Ясно, надеюсь, ребята справятся, – спокойно произнесла я, заметив ненависть в глазах Лилит. – Скажите координаты Джуны. Пора уже идти и спасать дорогого капитана нашей команды…

Дарк одобрительно кивнул и попросил Лилит поднести мешок с прахом, по которому Арн сможет считать координаты. Однако, когда рыжеволосая подошла, я резко схватила девушку за голову правой рукой, развернула спиной к себе и левой рукой приставила лезвие катаны к сердцу Лилит. Шепнув, чтобы та не дергалась, углубилась в воспоминания.

Впервые тоннель, по которому я пробиралась в чужую голову был не темный, а красный. Дойдя до конца, смутно увидела наши тела, которые лежали на плитке и переодически дергались. Это момент, когда мы находились в параллельной вселенной.

– Нет! Никогда! – за красными шторами послышался грубый голос Люцифера. Презрительно сверкнув глазами, Лилит прошла за кулисы. То, что я увидела, вызвало тошнотворный рефлекс.

На белой плитке с зелеными пятнами плесени и гнили, которая бывает в душевых комнатах, всплывали красные разводы, брызжа в разные стороны. На плесневелом полу, скованном рунами и цепями, трепыхался златовласый парень, обнаженный по нижнее белье. Черно-белые крылья гибло повисли над головой. Казалось, будто сейчас совсем оторвутся. Могучая и нежная спина превратилась в гору.

– Именем закона, пади! – грубо сказал парень с бусиной и занес огромный крест с лезвиями по бокам над головой Люцифера. Рэшн раскрыл книгу и стал что-то бормотать. Лилит раздраженно и брезгливо надела белые перчатки, схватила копну золотисто-красных волос, резко подняла и облизнула кровь со щеки.

Там, где прошел язык девушки, кожа стала плавиться, оставляя ожеги. Затем рыжая запустила перчатки в волосы ангела и раскрыла рот, вожделенно дыша, после чего прокусила губу Люцифера. Ангел застонал, раскрыв рот и тяжело дыша. Лилит одобрительно застонала, а затем засунула язык в рот златовласого и страстно поцеловала. Я заметила, как по уголкам губ потекли капельки крови. Остановившись, девушка встала и поправила волосы, а потом брезгливо выбросила перчатки. Первое время архангел замер, а затем начал биться в конвульсиях. Затем появилась странно-знакомая дымка. Только не говорите, что это Хенг…

Но это был старый знакомый в шляпе и маске, с рыжими пружинами по бокам.

Парень довольно улыбнулся и спросил:

– Сколько крови Айли падший получил?

– Сколько нужно. Теперь исполняй договор, – спокойно произнес Рэшн, опуская крест. – Все архангелы теперь твои; отдай теперь душу Джуны.

Кровь в венах застыла.

Хенг цокнул языком, а потом указательным пальцем демонстративно подвигал из стороны в сторону, мол «Подождите». Выкурив трубку, враг присел на корточки и посмотрел из-под шляпы на Лилит, оценивая каждый миллиметр тела.

– А барышня-то горячая…, – проведя пальцем по ноге Лилит, сказал парень в шляпе. Однако, мисс Лаван спокойно стояла и молча смотрела на истекавшего кровью Люцифера. Увидев безразличие на лице девушки, Хенг резко встал и притянул за талию Лаван к себе, жадно заглянув в глаза, а затем прошептал:

– Не думал, что СИРИУС – продажная организация. Интересно, знает ли Дарк Соул, чем вы тут занимаетесь…? А, дорогуша? Неужели, мелкий Титан так доверяет Белой Звезде, что даже не проверяет каждый шаг?

Лилит открыла было рот, чтобы что-то сказать, но передумала, опустив холодный взгляд на пол.

Хенг ухмыльнулся, погладив внешнюю сторону бедра девушки ладонью.

– Твоя любовь к боли и крови, и к Дарку тебя погубит… – мурлыкал Хенг, расстегивая пуговицы на платье белого цвета, обнажая кружевное белье красного цвета на груди Лилит.

– Довольно. Убирайся, раз получил, что хотел. – устало произнес Рэшн.

– Хорошо, капитанчик.

Парень в маске отпустил Лаван, которая разочарованно вздохнула, и последовал к Люциферу.

– Теперь силы для открытия Врат точно хватит. Вы же знаете, что несколько тысяч ангелов могут вполне заменить один ключ от Врат Азазеля? – выдерая перья из крыльев ангела, сказал довольно Хенг. – У нас есть только тысяча. Однако, и людишек хватит. Сколько пришлось убить за месяц, вы бы знали…

Лоркан оскалился, отвернувшись в сторону. А затем, закрыв книгу в кожаном переплете, ушел. Ханг ухмыльнулся и порицательно добавил:

– Вы бы смотрели за парнем, ему это не по душе. Гляди, так и расскажет Дарку из-за чувства справедливости или чувства привязанности к его сестрице. О, может, убьем Айли, пока есть возможность? Эта дрянь мне испоганила весь план! Хотел бы получить ее чистоту, но боюсь, не справлюсь. Все-таки кровь отравленная.

– Когда душа будет переправлена? – безэмоционально спросил Рэшн.

Тогда Хенг сел на корточки, взял Люцифера за волосы и улыбнулся:

– Никогда!

А затем исчез, оставив после себя пепел. Лицо Лилит побледнело, а на гладком лице Фолами поползла морщина, словно земля треснула. После, красное пятно затянуло, а я вернулась обратно, чувствуя на руках приятное тепло, но мокрое. Кровь.

Глава 24

Еще бы мгновение и ядовитый бумеранг Лилит прожжег часы жизни. Однако, электрические волны, бегущие по пепельным волосам с черными прядями, успели пройти через металл и ударили рыжеволосую током. А черные пряди мягко обвили мой живот, потянув назад. Проженное тело упало в руки Амора, всего запотевшего и задыхавшегося.

Перед глазами начало все ползти, звуки исчезли. Все, что я могла, это только видеть: Белая Звезда мощно наступала на Дарка, Красную Звезду и меня. Куча суккубов и тварей заполонили землю Ниши. Арн, в расстегнутой рубашке носится из стороны в сторону, стреляя из лука слишком быстро… Дарк без особого удивления смотрит на Лилит и Рэшна, отмахиваясь косой. Чувство скорби на лице Лоркана сменяется гневом. Потолки рушатся, стены падают. Так похоже на то, как громили здание СИРИУСа. Те же разруха, дым и вакханалия. Не выдержав боли, сердце начало щемить. А в голове лишь мелькала фраза, что моя кровь отравлена. Мысленно я пожелала, чтобы все замерли. Но прежде чем успела подумать, Лилит и Рэшн встали, как вкопаные и начали чернеть. Из глаз полилась кровь, прожигая все те участки кожи, которых касалась. Мгновение, и перед нами лежали два обгоревших тела, дымящиеся, словно уголь. Суккубы исчезли, а Лоркан упал на колени и заплакал.

– Придется набирать новых членов отряда Белая Звезда. – раскрыв веер, сказал грустно Дарк. Взмахнув веером, Соул развеял остатки от двух предателей. Арн сел в центр зала и направил конец стрелы в поток. Серебряная дымка покрыла разрушунные стены и потолок, собирая каждый кусочек, словно магнит. А потом по щелчку все вернулось в исходное состояние.

– Как такое произошло?! – выкрикнул Амор, все еще держа меня в объятиях. Парень был явно впечатлен. Причем, не самым приятным способом.

Подбежав к уставшему и напуганному Лоркану, Далия связала руки парню и ударила током. Уалтар сжал челюсти, но не издал ни звука. Тогда мисс Рэд прикоснулась к спине Лоркана и просунула руку, схватив сердце и сжав до тех пор, пока парень не побледнел и не стал потеть.

– Рэшн с самого начала не верил Титанам. Он всегда хотел занять место Дарка, поэтому тщательно продумывал детали, как можно все легко устроить. Глава считал Дарка – ничтожеством, привязанным к четырем приемникам, который несправедливо помогает и светым, и темным душам. После того, как наивный Сантери воскресил душу Арна и спас Айли, стерев память, Рэшн столкнулся с проблемой. Тот факт, что два хранителя Врат вошли в СИРИУС, безумно расстроил главу. Все планы были разрушены. И тогда, будучи в сговоре с Хенгом, Рэшн попросил кого-нибудь притвориться третьим членом Синей Звезды, хоть Джуна и ждал все это время Айли и не давал никому занять ее место. Из-за чувства вины, – хрипло проговорил Лоркан, прервавшись, чтобы набрать воздуха в легкие. – И на горизонте появилась Агата. С помощью наших с Лилит сил она проникла без особого труда в штаб. Джуна сопротивлялся, но сила Агаты затуманила разум парня, правда ненадолго. Но было поздно, когда Тоириса поработила душу Сантери. Владытчица Преисподней заключила сделку с Джуной…

Прийдя в чувства, я поднялась с колен и подошла, пошатываясь, к Лоркану. Когда присела рядом, посмотрела на повязку, скрывавшую глаза. Аккуратно приподняв красное полотно, увидела, красные глаза. Все вокруг глаз было располасовано и прожжено. А хрусталик и зрачек выглядили ужасно: словно корни дерева, красные капиляры трескались один за другим. Сочувственно посмотрев на предателя, попросила Далию отпустить парня. Затем я приложила ладонь к глазам Лоркана и мысленно залечила раны. Похлопав глазами, Уалтар грустно улыбнулся. Следы от ожегов и прочих ран исчезли. Глаза цвета серебра благодарно уставились на меня.

– Понимаю, ты все время нес груз лжи на своих плечах…, – склонив голову, сказала хрипло я. – Прошу, помоги найти Джуну и вернуть его… Расскажи о договоре между Сантери и Тоирисой. Прошу…

Слезы готовы были выбраться наружу, но я прикусила губу, чтобы сконцентрироваться на физической боли.

– Его душа в обмен на твою… – аккуратно и взволнованно произнес Лоркан, отведя взгляд в сторону.

В горле застрял огромный ком. Если сместить или проглотить этот ком, то отчаянный крик вырвется наружу и заполонит весь Ниши.

– У Тоирисы было то, что принадлежало тебе, – продолжал Уалтар. – Грех. Тот грех, который ты должна была искупить. Без него миссия была бы провалена. Грех был заложен в ваши реинкарнации, как одна из главных шестеренок часов жизни. Если эта шестеренка отсутствует, то и часы не работают. Джуна не мог допустить твоей смерти и отдал душу Тоирисе. Поэтому Джуна постоянно сотрудничал с нами, чтобы развалить СИРИУС. Именно благодаря Белой Звезде и Сантери вспыхнула кровопролитная борьба некромантов и нежити. Однако, старейшины и Дарк предвидели подобное сражение и создали систему безопасности, разбив СИРИУС на отдельные корпуса на разных континентах. Несмотря на то, что сделка была завершена, Хенг потребовал архангелов в качестве последнего условия, чтобы открыть Врата Азазеля. Но Рэшн выдвинул условия, чтобы Джуну вернули: он хотел тем самым добиться полного уничтожения личности Мивы, чтобы через нее пробраться к власти и свергнуть Дарка. Но Ханг не стал выполнять данное обещание и забрал архангелов безо всякого обмена. Теперь Рэшн и Лилит поплатились за предательство. К слову, Лилит по обещанию Рэшна должна была получить Дарка и держать в клетке, чтобы… любить его. Это была извращенная фантазия бедной девушки… теперь и мне нужно поплатиться за предательство…

Я помотала головой и спокойно произнесла:

– Нет, это будет слишком просто для тебя отделаться от последствий. Будешь возглавлять Белую Звезду. И будешь состоять в ней пока один.

Дарк улыбнулся и кивнул, проведя веером по кончику носа. И тут я вспомнила кое-что из сказанного Лорканом.

– Так ты Титан? – изумленно и осторожно спросила я, посмотрев в бездонные черные глаза. Брат ласково улыбнулся, прищурив глаза.

– Да, дорогая Айли. Я – титан, – поклонившись, сказал мягко Дарк. – Один из тех, кто заключил договор с Люцифером, властителем Ада.

– Но… тогда… Почему ты встал во главе СИРИУСа и помогал нам? – спросила я, чувствуя, как мурашки бегут по спине.

Дарк Соул закрыл глаза и прикоснулся к тому месту, где располагалось сердце. Глубоко вздохнув и выдохнув, улыбнулся и нежно произнес:

– Слишком сильно полюбил дорогую Айли Миву. Прекрасный цветок всей моей жизни.

Сердце дрогнуло. Я почувствовала волну смущения и вины за то, что все реинкарнации этот Титан присматривал за мной. А я полюбила Джуну. Не Дарка. Судя по всему, Соул не был мне никаким братом. Я – человек, который совершил в первой жизни ужасный грех. Дарк Соул – титан, который был одним из творцов Вселенной и Космоса, прародителем. Но именно Соул дал шанс искупить грех и закончить мучения в Аду. Он вытащил мою грязную душу, пытаясь перевести в более спокойное и чистое место.

– Не стоит грустить, Айли. – заключив меня в теплые объятия, сказал спокойно Дарк. Не заметила даже, как он подошел. Слезы предательски упали на шелковый рукав кимоно брата. Слишком много печали за такой короткий день. Горечь разрывала легкие и сердце, наполняя ядом. Глаза жгло от соли. Дарк положил огромную ладонь мне на макушку и нежно и крепко прижал к себе. Положив подбородок на мой лоб, Дарк произнес тихо:

– Не время плакать, девочка моя. Сейчас куда более важно остановить Тоирису и вернуть твоего возлюбленного… Как бы я тебя не любил, ты будешь любить Джуну. Это было тогда и будет сейчас. Ваши души и сердца неразрывно связаны. Хочу, чтобы в последней жизни, Айли Мива и Джуна Сантери наконец-то стали связаны воедино теми узами, что соединили вас тогда. Стали единым целым. Именно поэтому у тебя есть то, что необходимо передать Джуне… Ступай с Черной Звездой… и береги себя. А мне пора на подготовку к вашему Суду. Боюсь, остальные Титаны не простят мне, если я стану помогать магам.

Поцеловав меня в лоб, Дарк стукнул несколько раз косой о пол и исчез.

Брат прав – это не война Титанов. Это война людей. Если некромантов можно таковыми назвать.

Глава 25

После разработки плана, Рэд стала звонить Зеленой Звезде, чтобы те присоединились к нам. Целительство Филамель очень бы пригодилось.

Выйдя из храма, я обнаружила город чистым и прекрасным. Ниши больше не покрывал металл. Теперь город выглядел как современный мегаполис из кирпича и стекла. Зеленые лужайки переливались не хуже золота. Золото заменила изумрудная трава. Голубая вода окружала город. Легкий ветерок трепал мои каштановые волосы, которые переливались красным на солнце. Розовая прядь игриво выделялась среди натурального цвета. Стало легко дышать. Это прекрасно: Арн переделал город под себя. Под жизнь на Земле.

– Жителям долго придется привыкать. – устало потянулся Арн и прищурил один глаз, обнажив белоснежные зубы. Я улыбнулась и кивнула.

– Корабль ждет в нашем мире. Стоит поспешить. – серьезным тоном сказала Далия, нажимая на наручные часы-компьютер.

Амор шлепнул прядью волос по заднице Рэд, словно кнутом, и игриво пожал плечами. Девушка закатила глаза и попросила Эрно пробить самодовольное лицо капитана. Ренгер воспринял шутку в серьез и полетел с кулаками на Блэйка, но не успел сделать и шага, как был отправлен пинком Эрнесты в полет. Закурив сигариллу, Ивер Райль положил под голову руки и зажмурился от попадания солнечных лучей в глаза, лениво лежа на траве. Деон, укрывшись в тени под деревом, задумчиво смотрел на солнце и периодически то улыбался, то вздыхал, наверняка думая о Соре-сан. Лоркан же учавствовал в споре с Эрнестой, поучая, что пинать просто так никого нельзя. На что блондинка напоминала о предательстве парня. Все выглядело таким знакомым и родным. Все эти ссоры, веселые смешки, спокойствие. Было так хорошо… Но через сутки станет все по-другому. Поэтому я попыталась сохранить в памяти улыбки друзей и их подколы. Никто не знает, что нас ждет там, где творится хаос и рыщут голодные души. Там внизу, где спрятнаны самые жестокие преступники… И невинные души.

– Не думала, что придется спустится в Преисподнею, – выдавила смешок я, чувствуя некоторую жалость к самой себе. – Можно сказать, что возвращаемся туда, откуда пришли, восстав из пепла. Надеюсь, в этой битве не будет жертв… Молю Бога, чтобы никто из клана СИРИУС не пострадал…

Тяжелая и крепкая рука упала на мое плечо. Я повернула голову и увидела ослепительную улыбку Регнера, вернувшегося из полета. Да, парень выглядел самонадеянным и вполне уверенным, но по прерывистому пульсу поняла, насколько друг боиться. Несмотря на то, что Регнер – чистокровный некромаг – в Аду точно не бывал и бывать не собирался. Мысль о потере кого-либо больно прожгла сердце… Однако, без потерь в бою не бывает. И теперь моя цель – потери среди противников и защита друзей. Отряды вновь в сборе!

Наконец-то, дождавшись отряд Зеленой Звезды, мы спустились в город. Лоркану пришлось покинуть нас. У него была важная миссия – найти старейшин. Когда я проходила сквозь улицу по каменной дорожке между стеклянными высотками, увидела насколько стала избитой и потрепанной. Черные кровоподтеки, огромные круги под глазами, свежие раны по всему телу, синяки, ушибы, порезы, ожеги. Растрепаные волосы, похожие на солому. Треснутые губы. Изорванная одежда. Только взгляд стал намного ярче. Пелена забытия и горечи исчезла, оставив за собой искру надежды. То, что не хватало Джуне. Воля к жизни. И я должна вернуть возлюбленному волю к жизни, во что бы то ни стало.

– Что там с горной мятой, которую обнаружили на Падших Островах в отражении Крита? – спросил вольяжно Амор у Флориана, а потом потеребил локон. – Удалось хоть на какое-то время отодвинуть время?

Хэния замедлил шаг, доставая из сумки-почтальонки стеклянную пробирку для опытов. За стеклом росла та самая мята, которую я видела, когда упала с моста перед часовней. Той самой, где крылся вход в Минами.

– Да, дорогой Амор, есть успех. Пусть даже незначительный, – сказал мягко, но грустно зеленоволосый Флориан, а затем повернулся ко мне. – Стрелку часов жизни удалось с помощью мятного сока повернуть на полоборота. Но самое интересное, что горная мята с Падших Островов может на неопределенное время очистить кровь некромагов от крови Айли. Мне кажется, если враг завладеет ситуацией, и наша прелестная девочка выйдет из состояния равновесия, то никто не пострадает из членов СИРИУСа. В том числе и Джуна, хотя даже собственной крови в теле Сантери осталось очень мало… Поэтому отвар из мяты должен будет попасть в его тело до того, как начнется бойня. Амор постарается с помощью волос влить лекарство внутрь Сантери.

Глаза цвета лайма ласково прищурились, внимательно изучая меня. Впрочем, как и глаза Фэлана.

– Ранения незначительные, но нужны мази и лекарства. – эмоционально произнес Шервуд, кивнув Филамэль.

– Дар Фэлана – рентген-зрение и обращение слов в материальные вещи. – мягко пояснил Флориан. – На корабле мистер Шервуд проведет осмотр, а Филамель залатает обнаруженные повреждения.

Внезапно сердце стало громко стучать. Так, словно к барабанной установке поднесли около сотен микрофонов. Кровь в венах забурлила, чуть ли не шипя. В голове появились какие-то цифры. С каждым шагом шел обратный отсчет, если поварачивалась, словно в ненужную сторону, кровь в венах начинала замерзать.

– Сюда, иди сюда, любовь моя. – шептал знакомый голос в голове. И тогда раздавался знакомый стук сердца. Точно не мой. Сердцебиение Джуны.

– Я нашла его с точностью до миллиметра… – растерянно произнесла я, будто отходя от наркоза и витая все еще в облаках.

«Пока не увидела то, что может повергнуть в ужас, хочу, чтобы ты посмотрела в окно» – прозвучал ласковый голос, возвращая мысли к начальной точке.

Да, тогда Джуна хотел, чтобы я не меняла выражение лица и оставалась такой же впечатлительной. Но жестокость и потери сделали из меня безжалостного воина.

– То место, где находилась моя прежняя школа. Нам нужно лететь туда. – крикнула возбужденно я.

Далия растерянно коснулась компьютера и внимательно изучила сведения.

– Но полученные ранее координаты совершенно на другое место указывают… – в голосе девушки было смятение.

– Не могу объяснить точно, но я так чувствую. Я слышу голос Сантери. – закрыв глаза и коснувшись левых ребер, сказала спокойно я.

– Это может быть ловушка. – предположил Ивер, размахивая сигариллой. Парень говорит вполне очевидную и логичную вещь, несомненно.

– Да, и если это и правда ловушка, то мы можем потерять время, – почесав подбородок, сказал игриво Амор. – Но я верю Айли, и собираюсь рискнуть. Все-таки эти голубки связаны… Если враги устроят облаву, то сможем хоть получить точные координаты. И немного плюсов к карме.

Парень улыбнулся, оскалив острые зубы. Этот хитрый лис всегда был на моей стороне. Я благодарственно кивнула и улыбнулась. Рэд недоверчиво прищурилась, а потом устало выдохнула, закрыв глаза и кивнув.

Покинув город, команда СИРИУСа спустилась к главным воротам, где находился портал. Небольшая арка, вмонтированная в скалу, была украшена золотыми лавровыми листьями, вьющимися по спирали. Изумруды аккуратно блестели под позолоченными листьями, словно роса на солнце. Над аркой была надпись на древнем языке: «Всех благ вам, путники».

Арн подошел к арке и коснулся ладонью. Через мгновение золото с листьев переместилось в черную бездну, окрасив теплым и приятным цветом. Черная дымка, вываливающаяся из арки, словно туман, превратилась в золотую, приветливо маня к себе.

– Проходите, я пойду последним. – улыбнулся Арн, держа ладонь на арке. Ребята из СИРИУСа стали немедленно проходить во врата и исчезать.

– Айли, – остановил аккуратно меня Эйлерт, когда наступила моя очередь. – Хочу, чтобы ты знала: я буду всегда на твоей стороне.

Парень ласково посмотрел серыми глазами на меня и улыбнулся. А потом резко притянул к себе и крепко обнял одной рукой. Пальцы больно впились в мой бок. Я поняла, что чувствовал в тот момент друг: страх потери и боль. Арн боялся так сильно потерять меня из-за того, что не смог тогда защитить. Не выполнил долг и просьбу родителей. А еще потому, что сильно любил меня. Любви Эйлерта я не заслуживаю, но и не принять не могу. Это Божий дар, от которого было бы непростительно отказаться. Пусть хоть Арн греет так сильно мою душу и ублажает эгоизм.

Отпрянув медленно от тела парня, я заглянула в полные боли глаза.

– Хей, все будет в полном порядке, – погладив ладонью щеку друга, сказала тихо я. – Просто не сдавайся, будь собой. Нам нужен Арн Эйлерт, а не жалкий парень, который боится потерять друзей. Мы все боимся, но идем предотвращать Хаос как бы. Лучше лишиться одного воина, чем сотни тысяч невинных душ. Для справедливого рыцаря и защитника Мира, человека, который совершил самый страшный грех…, прими то, что может произойти во искупление греха. Ради спасения душ. И держись плана, Арн. И тогда прорвемся!

После этих слов я немедля прошла в портал и очутилась на золотом песке. Это был какой-то мелкий островок, который окружала бирюзовая вода. Всю сушу заняли корабли Зеленой Звезды и Красной Звезды.

– Так, Айли и Арн, залезайте в Красную Звезду… – не успел договорить Амор, как, откуда ни возьмись, протелел огненный шар, который чуть не попал по кораблю Зеленой Звезды.

– Откуда эти твари узнали наше местоположение?! – крикнула Эрнеста, выпрыгнувшая из люка Зеленой Звезды и приготовившись к атаке. Я обернулась и замерла: небольшое поселение, находившееся в тридцати метрах от нас, горело яростным огнем. Около пятисот тысяч тварей пробиралось сквозь огненное кольцо, окружившее островок.

– Хотел бы и я знать! – выглянув из люка Красной Звезды и нашпиговав револьверы патронами, сказал без особого удивления Райль. Зажав сигариллу зубами, парень возбуженно собирал новое оружие.

– Брешь в защите не могла возникнуть без применения особой магии, – сканируя урон, нанесенный невидимому магическому полю, сказал Фэлан. – Тут нужны силы святых.

И тут у всех пронеслась одна мысль в голове:

– Скопление сил архангелов.

Еще один залп огненных шаров пролетел сквозь защитный купол и протаранил нос корабля Зеленой Звезды.

– Я залатаю корабль, после чего Айли и Эрнеста должны образовать стальной купол, пока будем прорываться через кольцо, – крикнул Арн и кинулся к кораблю. – Нужно как можно скорее добраться до Врат, а заодно туда всю эту дружную компанию привести, чтобы уберечь людей.

Мы с Эрнестой кивнули. Я создала огромное количество мечей и разных видов холодного оружия, чтобы Эрнеста смогла заняться созиданием металла. Без моего металла девушка не смогла бы смастерить огромный шар, который накрыл весь островок и погрузил во тьму. Словно ковш, сфера зачерпнула и воду, и землю, и песок, и воздух, и нас. Мы находились в огромном шаре и не видели куда лететь.

– Я выгляну из сферы, а Айли будет мне подсказывать, – сказал Амор. – Далия подсоби.

Рэд коснулась руки Блэйка, после чего парень просунул голову сквозь металл и передал мысленно, чтобы поторапливались, иначе голову Амора отрежут.

– Свет, – произнес Фэлан. И бледный свет окрасил сферу изнутри могильным цветом. Теперь Эрно и Флориан могли спокойно вести корабль. Сфера же одновременно двигалась с кораблями, которую поддерживала Эрнеста

Пока мы летели, металл то и дело вибрировал от нападений, в одном месте даже брешь образовалась. Скоро мы прибыли к школе-интернату, где когда-то Тьма была моей спутницей.

– Я чувствую убийственную воронку тьмы, – прокричал Эрно. – Причем, не просто воронку – вход в потусторонний Мир.

Значит, там большое…, нет, бесчисленное количество тварей…

– Стоп! А люди…? – застыл на моих губах вопрос.

Никто не ответил, лишь Амор простонал.

– Ребята, лучше вам это не видеть… – задержав дыхание, сказал через силу Блэйк.

Внезапный толчек заставил всю команду разлететься в разные стороны. Купол треснул, как и концентрация Эрнесты. Металл превратился в щепки, которые словно дождь полетели на землю.

Хрипение и плачь слышался ото всюду. Гортанные звуки и чавканье окружали те звуки, создавая кольцо вокруг и пожирая. Протерев глаза от большой концентрации смога, я раскрыла глаза и почувствовала, что вот-вот вырвет. Остатки человеческой плоти: отрубленные головы; висевшие на сгоревших деревьях кишки и почки; обглоданные кости; выпавшие глаза… Все люди, которые когда-то учились со мной были истерзаны и съедены под покровом аллого света от огня. Кровь орошала каждый кусок земли, жадно проникая в щели. Здание было разрушено, а на стенах мрачно растекались кровавые разводы и прилипшая плоть.

– Не-е-ет, прошу!!! – послышался детский вопль в нескольких метрах от меня. Я резко встала и побежала на звук, обнажив мечи. По ходу движения заметила, какая орава движется в сторону здания.

– Айли, берегись! – крикнул Фэлан. Я пригнулась в тот момент, когда сверху прыгнул суккуб с красными от вожделения глазами, а булава Фэлана проломила голову твари. Одним мечом я проткнула остаток от чудовища и откинула в сторону.

– Спасибо! – улыбнулась я и кивнула, не сбавляя скорости. Парень сделал поклон и призвал булаву обратно.

Вопль становился все тише. Тогда я обогнула разрушенную подсобку и приготовилась к атаке, но потом остановилась как вкопанная: в лужи из крови стоял знакомый в шляпе и смотрел на голову ребенка пяти лет, которую держал в руках. Желтые глаза бездумно наблюдали за каплями крови, которые спадали с головы погибшего человека в лужу.

– Ханг! – прошипела я.

Рыжеволосый обернулся и замер с улыбкой чеширского кота. Перекинув голову за спину, парень начал вращать головой из стороны в сторону, словно готовился к нападению.

– Ох, так это же та стерва, которая теперь не покидает мои мысли, – пропел ласково Ханг. – Знаешь, как я хочу тебя наказать… Даже специально пришел сюда, чтобы лично заняться этим… Конечно, госпожа будет недовольна… Ну, и черт с ней! Один раз ослушаюсь приказа…

– Ты, долбанный ублюдок! Думаешь я позволю тебе выйти сухим из воды?! – выплюнула я, пока мысленно искала слабое место в теле Ханга. Однако, это был уже не человек, а суккуб высшего ранга.

Хенг улыбнулся и показал пальцем в небо.

– Небеса уже за нас, Преисподня за нас, – Ханг подошел по мне и коснулся перчаткой моего локона. – Как ты думаешь, детка, у простых смертных есть шанс?

Парень понюхал локон и улыбнулся, указав на монстров.

– Учитель в тебя верил. Все верили. – прошептала я. Сама тихо создала небольшой дротик, пропитанный моей кровью, и мысленно направляла к спине чужака.

Желтые глаза вспыхнули ненавистью. Хенг взял меня за волосы на лбу и прижал к стене. Столкновение затылка и стенызаставили потерять концентрацию над дротиком, который упал на землю. Парень обратил внимание на дротик, поднял резко с земли и вогнал мне в кожу, прямо в область рядом с сердцем.

– Тупая тварь, человеческое отродье! – прошипел Ханг, создавая курительной трубкой дым вокруг моей шеи. – Не смей напоминать о столь бесполезной жизни! Вейж, старый придурок, вечно лез не в свои дела и командовал. Но что я с ним сделал? Правильно, убил! Старый проходимец искупил свой грех и поплатился за столь непозволительное поведение.

Дымка стала вплоную подступать к горлу, тогда я приказала ягуару поменять мою сущность. Черная дымка покрыла мое тело. Хенг растерянно оступил. Глаза налились чернотой.

– Не может быть…! – раскрыл рот Ханг и вызвал демона из трубы. Ну, как вам сказать… Какой-то дымок в форме феникса против демона высшего ранга…

Я начала вдыхать воздух, заглатывая постепенно и демона парня. Хенг с ужасом трес трубку, но оттуда уже ничего не выходило. Схватив за рукоятку нодачи, размахнулась и аттаковала Хенга. Острое и толстое лезвие коснулось горла парня, который упал на землю, барахтаясь в крови. Подлетев на черных дымчатых крыльях, встала рядом с мечом и отпустила рукоятку, управляя оружием с помощью силы мысли.

– Я обещала мастеру Вейжу не убивать тебя и спасти душу, – каким-то космическим голосом произнесла я. Ханг нервно улыбнулся и медленно рукой потянулся за камнем. – Однако, твою душу не спасти, Лиу Хенг. Так покойся с Миром! Отдаешь тело, отдаю душу!

С этими словами я позволила возбуженной стали коснуться плоти падшего, слиться с кровью воедино и выйти из плоти обратно. Желтые глаза с ужасом замерли, а кожа покрылась пеплом. Я сохранила душу прежде, чем парализовать тело. Этот сосуд должен быть уничтожен, чтобы душе некуда было возвращаться. А если уничтожено тело, то уничтожен сосуд. В сознании человеческом останется лишь память об оболочке, а не о душе. Заботиться о памяти души – это дело некромантов.

Сердце вновь запульсировало в сторону холма, где когда-то стоял колодец. Портал. Я взлетела на крыльях вверх и крикнула:

– СИРИУС! Немедленно в сторону восточного холма! Я задержу тварей!

Члены отряда немедленно бросили сражаться и побежали к холму. Я создала магнитное поле и заключила большинство суккубов в кольцо, а потом провела ладонью по лезвию нодачи. Клинок воспарил к небу.

– Вы хотели крови, так получайте! – сказала я и позволила клинку подать кровь суккубам, которые восторженно шипели. Капли коснулись тварей, которые обратились сию минуту в прах. Затем с помощью силы копировать силы, воспользовалась даром Сакуры и создала ветер, отбросил остатки орды на метров пятьсядесят. Потом быстро направилась в сторону портала.

– Твою дивизию! – выругался Эрно, который пробил колодец и активировал портал. Ворота в неизвестно куда выглядели, как воронка из лавы и дыма, которая пожирала все, что находилось рядом. И расширялась с каждой секундой.

– Врата к Вратам Азазеля! – поэтично сказал Фэлан.

Филамэль закатила глаза, а Эрнеста стукнула ладонью по голове.

– Нет, дорогие мои. Это воронка Фауста, – спокойно произнес Флориан. – Просто изначальную магию видоизменили для того, чтобы не просто телепортироваться в одно место. Этот портал оставляет за собой разрушения в радусе пятидесяти километров. Как бонус, вы можете выбирать, куда телепортироваться. Это изобретение Вельзевула. Правда, у того более губительная сила. Поэтому можно надеяться, что сил у врага не так уж и много.

– Тут нечего уже терять, можно спокойно портануться. – сказал Амор, на лице которого горело нетерпение.

Далия покачала головой, сканируя что-то на своем компьютере.

– Тут поселение в пятнадцати километрах отсюда. И вроде, нетронутое нежитью. Странно.

Арн улыбнулся и нежно произнес:

– Сантери, черт его дери! Джуна был слишком обеспокоен судьбой Айли, вот и понаставил защиты вдоль и поперек.

– А если магия еще где-то действует, значит, Сантери живой! – чуть ли не плача произнесла Эрнеста.

«Любовь моя, я с тобой» – произнес едва слышно голос в голове.

Я рванула в воронку. Словно пловец нырнул в воду. Только эта вода обжигала, пробираясь до костей. И только четкие звуки спадавших капель воды очистили разум от тумана. И глаза заметили то, за что теперь и жизни отдать не жалко было: к циферблату из золотого дутого стекла и коваными стрелками был прикован Джуна. Его остаток, покрытый стигматами.

Глава 26

Когда любишь, то не можешь насладиться отпущенным временем. Если один человек ждет другого, то время как нарочно тянется, словно тягучая резина. Когда с каждым миллиметром расстояние уменьшается между влюбленными, то время ускоряется, сокрушая все на своем пути. Часто, расстояние стирает в голове многие воспоминания. Но человек обладает особой памятью и вспоминает лишь тогда, когда объект возвращается обратно.

Мокрые черные волосы, небрежно спадающие на мерцающее бледное лицо, изувеченное стигматами, выглядели обессиленными и безжизненными, как и хозяин. Вздувшиеся черные вены сухо проглядывались через потрескавшуюся кожу, угрожая вылезти наружу. Из огромной раны, проходящей от правого плеча к сердцу, сочилось золото. Нет, что-то похожее меньше на кровь. Что-то нематериальное. Дымка. Золотая дымка.

12 стрелка часов нервно дернулась, совершая последний оборот. Осталось одно деление, и стрелка достигнет исхода. Сердце невольно дрогнуло.

Джуна был прибыт к циферблату так, что правая рука была прикована к 12 стрелке, а ноги к цифрам «4» и «8». Торс был прибит к часовому колесу.

– Кха… – едва слышно выдавил от боли Сантери, когда стрелка повернулась.

– Джуна… – прошептала я, стоя на четвереньках и пытаясь отогнать пелену с глаз.

Словно по мановению, парень поднял голову на голос. Некогда глаза цвета темно-красной вишни стали абсолютно белыми, без зрачков. Джуна страдальчески улыбнулся, а потом обвис.

Резко мои мышцы стали наливаться тяжестью, а дыхание перехватывать. Едва заметная красная дымка окутала и почти душила. Я потрясла головой, чтобы прогнать чары, а потом увидела, что стою по центру небольшого зала округлой формы. С одной стороны, напоминало канализационный тоннель: затхлая вода, стекающая по серым и сырым стенам из кирпича. А с другой-дервний храм, так как на расстоянии пяти метров тускнели с каждой минутой когда-то яркие краски витражных круглых окошек небольшого размера. Крыша явно был куполообразной, а на потолке виднелась облупившаяся фреска с опечаленными ангелами, которых изгоняют демоны. Внезапно красная капля упала с потолка прямо на лоб. Приглядевшись, я различила Люцифера. Оборванные крылья уродливо торчали в разные стороны, а черная цепь обвивала шею, руки и ноги. Ангел был подвешен к потолку, словно люстра, которую распяли. Золотистые волосы потемнели, окрасившись в грязный коричневый цвет запекшейся крови. На лбу, как и у Джуны, пробивался стигмат в форме «Н» (Hagalaz – руна разрушения, деструкции), из него сочилась кровь прямо на меня. Прямо в центр. Только потом дошло, что круг, на котором я сижу – портал. Чугунная ребристая поверхность, на которой вырезаны линии, спадаюшие к границам. Рисунок в центре напоминал замысловатую снежинку. Нет, это не просто рисунок. Паника и страх сковали меня. «Шлем ужаса» или «Агисхьяльм» – древний кельсткий рисунок, обозначающий символ внушения ужаса. В голове вспыхнуло четкое воспоминание прошлой жизни: тот рисунок, стоит на Вратах Азазеля… Кто-то здесь есть помимо парней.

Холод прикав к чугунной поверхности. Стало так одиноко. Все чувства куда-то испарились, оставив за собой лишь горечь и смятение. Лоб начал жутко гореть.

– Нет! – крикнула я и достала меч. Рубящим движением создала поток воздуха, который почти попал в цель.

Прямо напротив Джуны, позади меня, сидело нечто, напоминающее засохшее дерево со множеством отростков и корней. Такое белое и пепельно-серое.

– Ха, – выдухнуло дерево столетней пылью. А потом пыль обратилась в белых мотыльков, уродливых и сухих.

Корни дерева стали шевелиться, словно клубок змей, а потом белый цвет превратился в телесный. Нет, скорее серо-коричневый. На глазах алела повязка, грубо обволакивая гладкую кожу. Черные шелковые волосы распустились до пола, словно цветки на дереве. Только корявые пальцы и когти портили столь прекрасный облик. Женщина щелкнула пальцем и нарисовала «purisaz», руну черта. Корни сгорели.

Теперь девушка в тонком белом платье из шифона грациозно сидела на золотом троне. Только вот незнакомка была прикована к тому самому трону. Ах, я поняла кто передо мной явился.

– Дитя мое, склонись перед Тоирисой, – произнесла старым голосом жница, сорвав с языка имя. – Теперь, когда ключи от Врат у меня, можем приступать к обряду.

Это она мне сказала? И ключи-то не все здесь! Арн не отдавал ключ.

– Мои слуги успели достать ключ от Ниши, – сладостно улыбнулась Тоириса. – Остался ключик от Минами, который сам и пришел ко мне. И друзья вряд ли помогут. Портал сломан.

Оцепенение. Боль. Страх. Позади.

– Думаешь, это что-то изменит? Глупая старуха…, – закрыв глаза и выравнивая дыхание, яростно произнесла я. – Никогда люди не проиграют таким жалким демонам. Или кто ты там?

Тоириса лишь усмехнулась и кивнула в левую сторону. Увиденное вызвало приступ тошноты: вся стена была сделана из людей без скальпа. Мертвецы жалобно стонали и тянули руки, клацая челюстями. Воронка красного цвета засасывала мертвецов очень медленно, а из воронки по полу текла струйка крови прямо в «Hagalaz», заполняя сухие отсеки рисунка.

– Знаешь сколько людей ушло на заполнение руны? – Тоириса прищурилась под красной лентой, покрывавшей глаза, и сладко втянула воздух. – Почти шестьсот шестьдесят шесть тысяч. Благодаря ангелам, люди перестали быть нужными. И ты хочешь сказать, что сможешь как-то предотвратить открытие врат, маленькая и слабенькая девчушка?

Я не знала, что сказать… Все мысли и слова вылетели из головы.

– Правда прекрасно наблюдать смерть дорогого тебе человека, Айли? – кивнула в сторону Сантери жница и ртом втянула воздух. Золотая дымка стремительно проникла в рот ведьмы. Тоириса жадко закусила губу и ухмыльнулась. Джуна застонал, а стигматов на теле стало больше. Стрелка нервно дернулась от конвульсий парня.

Что делать? Прошу, подскажите, как этот кошмар остановить?! Я не могла смотреть никуда, кроме часов с прибитым Джуной. О, Титаны!

Внезапно послышались хрипы и жадное почмокивание: нечисть заполонила все пространство.

– Дорогие мои, заберите с шеи Мивы волшебный ключик, – пропела жница, а потом добавила. – Потом можете разорвать в клочья и пировать девчонкой.

Суккубы зашипели и нервно и активно прыгали из стороны в сторону. Вампиры холодно посмотрели на меня и вольяжно уступили дорогу тупенькой нечести.

Достав катану, я ринулась в бой, прямо в толпу возбужденных суккубов.

Проткнув лезвием около сотни нечисти, даже не сумела разглядеть то, как Тоириса переместилась к Джуне. Увидев замешательство и остсутствие концентрации, вампиры ловкими движениями рук схватили меня. Несколько тысяч когтей впились в кожу. Один вампир ударил меня твердыми руками по коленной чашечке со всей силы, посадив на колени. Другой схватил цепочку, на которой весел ключ, и дернул, оставив на шее глубокую царапину. Статный и древний вампир ухмыльнулся и стремглав передал ключ от Врат жнице. Тоириса обнажила белоснежные зубы и кивнула.

– Твою ж мать! – прошипела я, пытаясь сдвинуться с места. Но как только попыталась сделать рывок, тысячи когтей впились в плоть еще глубже.

«Черт! Эта нечисть – это мелочи, если сравнить с тем, что я вынесла. Что вынесли товарищи. Из-за руны блокировки магии я не могу принять облик демона… Портал из людей! Его надо уничтожить. Тогда воронка, что высасывает силы изменит направление или вовсе исчезнет. А если смогла катану создать, значит не все потеряно…»

Но я не успела сосредоточиться на создании оболочки из клинков, как пепельные волосы с черными прядями обвили шеи и кисти рук нечести и оттащили от меня в то время, когда стальной кулак брюнета с голубыми глазами раскрошил кости и останки вампиров, а туман цвета вороньего пера покрыл каждого врага, которые рассыпались в прах.

– Детка, неужели решила умереть в одиночестве? – вызывающе спросил Флориан и размахнулся хлыстом, сбив с ног пару глупеньких суккубов.

– Это нечестно, Мива! Ох, как нечестно! – ослепительно улыбнулась блондинка в облегающем костюме достав арбалет и нашпиговав стрелами мертвецов.

– Айли, не смей рисковать собой! Ведь мы все на твоей стороне! И готовы помочь в любую минуту. – протянула руку Далия и помогла встать. Затем девушка достала нунчаки и уложила на лопатки монтикор.

Я почувствовала холодок, а потом легкое прикосновение.

– Не сомневайся в дружбе и любви к тебе, Айли. – монотонно произнесла Филамэль и принялась осматривать раны. Один мертвый волк хотел прыгнуть на нас, но Ивер застрелил существо. Потом парень с бешеными от радости глазами удалился кромсать все и вся из своих любимых револьверов.

– Повреждены кости. – сказала спокойно Филамэль подлетевшему Фэлану, а потом ринулась в бой, заехав пяткой по уродливой физианомии суккуба.

Ничего не произнеся, поэт положил ладонь на мою чашечку и закрыл глаза. А потом дернул меня за руку и толкнул в правую сторону в обьятия знакомого и любимого друга. На том месте, где я недавно сидела, образовалась дыра. Фэлан нас спас от ядовитой слюны гидры.

– Мива, о чем же ты думала… – слабым и хриплым голосом прошептал Арн, сжимая в объятиях.

Я вздрогнула, волна грусти и облегчения накатила на меня. Все члены СИРИУСа здесь. Со мной! Пришли помочь! Стою ли я этого…?

– Это дело каждого. Общее дело. –прошептал Арн и достал лук из-за плеча. – Поэтому не взваливай общее дело только на себя, иначе эти зазнайки будут ворчать, что не смогли поучаствовать в бою века.

– Арн, все ключи…, – ком встал в горле. – Все ключи у Тоирисы.

Эйлерт покосился недоверчиво на меня, но потом просунул руку под свою рубашку и встал в оцепенении.

– Как…?! – тень гнева промелькнула на лице друга. – Этот мелкий суккуб… На поле боя возле нашей бывшей школы… Один мелкий суккуб вечно лез мне на шею… Черт! Я даже не почувствовал…!

Тоириса властно наблюдала за тем, как люди бьються с нечистью и равнодушно шептала что-то тому вампиру, который принес жнице мой ключ. Вампир лишь поддакивал и кивал. Единственное, что настораживало: нескончаемость нечисти и то, что золотая дымка из тела Джуны перестала сочиться.

– Джуна, мне надо вернуть ему… – в ужасе выдохнула я, насадив суккуба на лезвие своего меча.

Я не могу продвинуться. Сколько бы не двигалась вперед, срубая головы врагов на пути, я не приблизилась ни на миллиметр к Джуне. Отвлекающий маневр. Жница решила занять вражков до того, как произойдет кульминация. Но тогда, где же Врата? Разве не должны появиться где-нибудь по близости? Взгляд упал на тот самый круг на чугунной поверхности. Он слабо замерцал. А главный вампир как раз сидел и просовывал ключи в уродливые отвестия, напоминавшие ноздри скелета. Последний шелчок! Бам! Волна жара стерла всех слабых суккубов с лица земли. Кожа Амора и Ивера превратилась в корочку, ведь те двое стояли ближе всего к центру. Земля под ногами заходила ходуном. Но я не обращала на колебания внимания. Даже жар был не особо ощутим. Сантери безжизненно повис на циферблате. Тоириса схватила за волосы парня и подняла голову вверх. Острые пальцы жницы сделали движение, как при игре на фортепиано. Стены здания, в котором происходил весь этот Ад, рухнули. Подвешаный Люцифер упал в круг. Вампир недовольно скинул тело с себя и принялся открывать люк. Да, круг оказался люком. Самый главный ужас был даже не в мешанине из тел, плоти, праха и развалин. Ужас заключался в том, что вокруг оказались люди. Самые обычные люди.

– Собор Парижской Богоматери…? – слабо прошептал голос Далии, чьи ноги были придавлены обломками.

Мы не в параллельном мире. Мы на Земле!!!

Прохожие негодовали. Страх смешивался с ужасом и недопониманием.

– Н-н-надо эвакуировать гражданских, кха… – плевался кровью Ивер, потирая обгорелую кожу.

Щелк. Люк открылся. Небо окрасилось в алый цвет. Город окрасился в алый цвет. Из-под земли вырвался в одно время как прекрасный внешности бог, так и пугающей мощи демон. Золотые волосы пятиметрового гиганта разлетелись во все стороны, элегантно обнажив могущественные плечи. Белая кожа, ровные черты лица, карие глаза.

– Ваше величество! – поклонилась Тоириса и приняла столь же могущественный облик пятиметрого гиганта.

– Прекрасная работа, Тоириса. – бассом, который, казалось, стал слышен на самом дальнем конце Космоса, прогремел демон. Люди замерли и лишь смотрели на происходящее. Сатана оценивающе смотрел с явным интересом на людей.

– Титаны теперь не смогут противостоять нам! – зашипела жница, окидывая людей жадным взглядом.

– Да, дорогая, Титаны теперь оказались в ловушке. Поэтому нужно поторопиться и собрать как можно больше душ… – сладко пропел Сатана. Но я медленно ползла через хаос к Джуне, которого придавило циферблатом.

– Джуна, любимый… – дрожащим голосом прошептала я. Руки тряслись так, что все мои стремления поднять циферблат сводились к нулю. Но все же преподнять тяжелый круг смогла, а потом подперла камнем, чтобы вытащить парня.

– Прошу, не умирай…! Я здесь! Джуна…, – слезы, что копились так давно, мешали дымать, видеть, чувствовать. – Я принесла тебе кое-что очень важное, слышишь…? Проснись…! Ну же… Твой отец, твой отец передал тебе… Надежду… Волю к жизни…

Затем я хлопнула в ладони, и маленькая сфера белого цвета проникла в рот Сантери. Но ничего не произошло. Глаза от беспомощности закрылись, а потом поднялись к небу. Да, вокруг начнется настоящий Ад скоро, но в душе бездна. Последняя надежда пропала… Я не успела.

– Айли, мы сделали, что могли…, – поднял за локоть меня Эрно, аккуратно заправив розовую прядь за ухо. – …но битва только начинается. Битва за человечество… Уверен, Сантери сейчас не стал разводить сопли и собрал всю волю в кулак. От нас зависят миллиарды жизней. Это прозвучало ужасно, но…

– Ты прав, друг…, – завязав волосы лоскутом от одежды, сказала я. – Время кромсать.

Что же от жизни мы на самом деле хотим? Счастья? Любви? Успеха? А что, если из одного вытекает другое? Если у нас есть то, чего нет у другого, почему мы несчастливы? Как узнать, чего не хватает для полной жизни? Может быть, система делает из нас моральных уродов. А может быть, мы делаемся такими сами. По собственной вине, благодаря собственным мыслям. Чувствам. Эмоциям. Достаточно немного времени, как мысли другого человека становятся твоими собственными мыслями, образом жизни. Как стать независимым от этого, никто не скажет. Глупое «Ищи ответы в твоем сердце» уже не работает. Люди стали настолько расчетливыми, что бояться лишний раз вздохнуть. Однако, надежда умирает последней с последним вздохом человека. И если мы не будем верить в людей, то кто? Кто будет верить в людей и оправдывать их?

Глава 27

«Бегите! Спасайтесь!!!» – звучали крики в голове еле стоявших на ногах борцов со смертью. Но люди, словно были загипноитизированы, стояли на местах и хлопали глазами.

– Видите, господин, ту девушку с розовой прядью? – прошептала Тоириса Сатане. – Если заполучим ее кровь, то сможем наделить людей огромной мощью. И тогда ряды армии будут восполнены, а души автоматически будут принадлежать нам.

Король демонов довольно улыбнулся и кивнул.

– Ха-ха! А вот хренушки мы отдадим драгоценную Миву в лапы таких уродов. – возбужденно крикнул Эрно.

– Хотите миллионы жертв за одну девушку отдать? – почесав подбородок, ехидно произнес бывший архангел и сверкнул глазами.

– Кхе, спорим, что жертв столько не будет? – измученнно спросил Амор, волосы которого были покромсаны и еле горели.

Сатана ухмыльнулся и кивнул Тоирисе. Жница закрыла глаза и вытащила из волос перья стервятника, а затем резко кинула во все стороны. Во время полета, перья превратились в пергаментные лоскуты, на которых были нарисованы древние руны. Странно, а почему руны летели в сторону зданий, а не людей? Каждый из СИРИУСа мог подумать, что демоны хотят завладеть человеческим разумом или наложить магию чумы, например.

– Люци-фер…, должны… оживить… его… – внезапно коснулось прохладное дыхание моего уха.

Обернувшись, я замерла: Джуна едва шевелил ртом, медленно глотая воздух. Моя жизнь будто перевернулась наизнанку. Внутри меня прокатилась волна, нет, буря, после которой наступила тишина. Немедля, я подлетела к Сантери и впилась поцелуем. Жар и холод объяли тело, окутав истомой. Дрожащие пальцы заплелись в черные шелковистые волосы. Влажный лоб прислонился к бледному лбу. Черные густые ресницы сплелись с едва заметными каштановыми. Оба тела покрыла корочка льда, а потом пронесся жар, как лава из кратера. Соленые слезы смешались с горячими. А губы, боясь потерять этот момент, нервно и жадно соединялись и разоединялись. Два сердца теперь бились, как одно. Чувственные руки, огрубевшие от горечи и крови, аккуратно скользили по мужественным скулам. Крепкие и шершавые мужские руки притягивали к когда-то неподвижному телу тело возлюбленной. Дыхание было едва слышно, ведь в этот момент, именно сейчас тьма, которая наполнила душу, рассеялась, обнажив потерянную боль. Хотело кричать от боли, которую я похоронила или отложила в дальний угол. Это как шкатулка Пандоры: когда открываешь, то первым делом впускаешь в жизнь всю боль, горечь, плохие воспоминания. А потом на дне окажется все то, от чего ты отказался: любовь, сила, надежда.

Джуна замер и произнес горячими губами:

– Земля дрожит… Это не очень хорошо, – затем Сантери взял мое лицо в ладони и пристально посмотрел в глаза. – Скажи отряду Флориана, чтобы успели излечить Люцифера. Этот наглый архангел еще жив, косвенно. Душа Люцифера еще не отделена от тела, пока врата окончательно не открыты. Как только Тоириса и Сатана соберут чистые души, Врата Азазеля будут окончательно сломаны. Миры поменяются местами. Само действие Врат заключается из нескольких этапов: открытие с помощью ключей – первые четыре, использование чистых душ и принесение в жертву вратам – пятые, шестые врата – преодоление богов стихий, седьмые – жизнь через смерть. Восьмые – Рай. Девятые – Ад. Чтобы освободить зверушек из клеток, Сатане нужны верные воины, чтобы архангелов низвергнуть. Но святые не будут нападать на творения Бога. На человека. Иначе прямиком в Ад направяться, как святоши из С5. Их низвергли с неба за то, что святые стали нападать на обманщиков, убийц, маньяков, чтобы защитить людской мир от зла. Но были низвергнуты в пучину Дьявола. Лишь с помощью особого дара, вся их пятерка не успела упасть в пучину Дьявола и выбралась из промежуточного мира спустя много веков. Но сейчас не об этом. Пока что-то открыты лишь четыре из девяти Врат Азазеля. Нужно отвлечь противника не только от людепй, но и от воскрешения Люцифера…

Джуна громко застонал, но продолжил:

– Как только архангел очухается, пусть поглотит Сатану…

Я вопросительно посмотрела.

– Да, в прямом смысле, – тяжело вздохнув, произнес Джуна. – Пусть съесть сердце Сатаны.

Рвотный рефлекс не оставил себя долго ждать. Лицо преобрело оттенок а-ля «цвет стен в больницах». Но Сантери крепко обнял меня и прошептал нежно:

– Отныне, нас никто не разлучит. Эта наша последняя жизнь. Давай проживем ее вместе? А теперь беги, помоги человечеству.

Я довольно кивнула и поцеловала Джуну. Этому парню нужно было время, чтобы восстановиться. Быстро отыскав раненую Зеленую Звезду, повела друзей к подобию человека. Люцифер выглядел, как подбитый ястреб, у которого оторвали крылья и перья.

– Мы займемся восстановлением, душа еще цела на пятнадцать процентов. Есть за что зацепиться, – улыбнулся Флориан, сканируя душу ангела. – Но мне нужно много растений.

Хэния вольяжно встал и возвел руки к небу, которое стало менять цветовую гамму из алого и красного на серый и синий. Гигантские тучи лениво опустились над нами, а затем резко полил дождь. Из-под завалов начали пробиваться зеленые ростки, которые тут же созревали и распускались. Много разных цветов облепило тело Люцифера. Тайная магия Флориана – вызывать дождь. Филамэль резко сорвала цветы и с помощью своей силы поглотила целебные свойства растений кожей. Прикоснувшись ладонями с целебными свойствами к груди архангела, девушка начала шептать старо-скандинавские слова. Зеленый свет обволок тело Люцифера. Фэлан присоединился к подруге, начал восстанавливать костную и хрящевую системы. Кожа и мышцы мертвоего тела стали куда более выглядить живо.

– Теперь я, – добро сказал Хэния, достав трость в виде отшлифованной палки из черного дерева. Затем командир Зеленой Звезды прикоснулся палкой к ключице. Тело Люцифера начали расписывать вьюны, пока совсем не покрыли ангела, превратив в мумию из растений. – На восстановление нужно немного времени.

Топ. Топ-топ. Земля начала ходить ходуном, а человеческие крики резать уши.

Я оглянулась и увидела во что превратились руны Тоирисы: трансформеры из зданий, гигантские и квадратные фигуры из камня, роботы из квартир. Можно назвать, как угодно. Но это гаргульи.

Едва в этом хаосе можно было разобрать перемещния Деона, который пытался спасти как можно больше людей, пока его песочный легион создавал кольцо по периметру площади, чтобы огородить смертных от бессметрных. Амор помогал Деону, подкрепляя периодически парня энергией оставшихся волос, и пытался нанести урон чудовищам из камня. Медлительные и нерасторопные гиганты давили людей и не замечали слабеньких атак некромага. На одном из уцелевших зданий можно было увидеть Арна, который стрелял из лука в горгульи и одновременно пытался внедриться в сознание людей, чтобы те не создавали давку и ненужные кровопролития между собой. Но парень так ослаб, что вены на лице вздулись, и кожа приобрела несетественно бледный оттенок. Под глазами появились огромные синяки. Но друг непереставая стрелял из лука и влезал в сознания людей. Конечно, я считаю, бесполезно успокаивать людей, когда по площади летает огромный оборотень в лице Ивера. Райль беспрестанно прыгал и атаковал каменные глыбы, но даже его огромный рост волка был мелковат по сравнению с высотой глыбы. Копии Эрнесты, которые создала блондинка, единой армией наносили большие уроны по гаргульям, но так только казалось мне, монстры злобно ухмылялись и раскидывали копии по всей площади. И вроде бы надежда была на руки Эрно, которые пробивали все, что угодно. Но нет. Парень каждый раз корчился от боли при столкновении кулака с камнем.

– Посмотрите, господин. Как жалко выглядят эти некроманты. Обычный камень не могут раскромсать, – сказала довольно жница. – Камень же неживой.

Подсказка, о которой даже не подозревает Тоириса. Жница дала подсказку. Некромаги могут оживлять живых, ну, бред, но так. То есть одушевленные вещи. Так проще сказать будет. Даже нечисть – это одушевленные предметы. Но только несколько некромагов могут делать нечто с неодушевленными. Они просто используют неправильно магию. Слишком много побочной магии. Надо сконцентрироваться.

Я подбежала к Амору и попросила соединить мой разум с разумом всех членов отряда СИРИУС.

– Арн! Прекрати стрелять и возиться с людьми; тебе нужно использовать магию восстановления предметов, но сначала сними защиту с них. Амор! Ты должен усилить магию Арна. Деон! Создай туман, чтобы снизить воздействие силы Тоирисы. Направь туман на жницу! Ивер! Начерти руны защиты на городе! А я буду отвлекать Сатану и Тоирису! Все живо поменяйтесь! Кто не задействован, охраняйте людей дальше! И себя!

Но ту я почувствовала еще несколько новых включений в «общее соединение».

– А мне что делать? – спросил немного язвительно любимый голос.

На самом высоком здании – гиганте стоял прекрасный воин, волосы которого изящно струились по ветру. Серебряный отлив шелковистых волос ослеплял, а глаза темно-красной вишни довольно и задорно смотрели на меня.

– Звезда Давида и призвание старейшин, – колебалась я, однако, была уверена, что если существует связь между древними и могущественными некромантами, то только Джуна может наладить связь. – Нам нужно поймать Сатану в капкан.

Сантери игриво ухмыльнулся и развернулся спиной ко мне, раскинув руки. Порыв ветра, холодного, но и горячего одновременно, пропитанного кровью, потом и гарью, подхватил парня, как ветер подхватывает осенний лист: Джуна потелел вниз.

Я уверена, что с такого расстояния любимому ничего не будет, поэтому создала вокруг себя невидимый барьер и побежала в сторону гигантской парочки демонов. Тоириса, почувствовав мою кровь, ухмыльнулась, прошипев:

– Решила сдаться? Или ваша жалкая муравьиная группировка что-то замышляет? Ну, да все равно. Как бы там ни было, ничего не получится. – жница указала крючкообрабным пальцем на небо. В темных тучах виденелись вспышки. – Все демоны, которые находятся не в Аду, а между параллельными мирами, летят поклониться своему господину. Каждое покланение имеет ритуал подношения. Угадай, что демоны могут приподнести самому главному и великому демону всех времен?

– Людские души… – непроизвольно произнесла я.

Приглядевшись внимательно, заметила, как через облака прорываются ужасные и уродливые твари, по сравнению с которыми суккубы, вампиры и зомби кажутся прекрасными созданиями: несколько десятков глаз, острые рога на лбу, острые черные гнилые зубы, отсутствие носа, огромные крылья с когтями, массивные лапы как у грифонов, несколько кожаных длинных хвостов, вместо живота еще одна ротовая полость. А рост был приблезительно, как у Сатаны. Эти огромные твари с молниеностной скоростью летели на Землю, держа в лапах клетки с бледными от страха и все еще живыми людьми.

Я разбежалась и рассекла ногу Тоирисы мечом, но та лишь неохотно фыркнула и стряхнула меня с ноги. Я полетела в одного из каменных гигантов и прошибла голову. Только мои страния были напрасными, кожа жницы ничуть не поцарапалась. Проведя по ране рукой, попыталась исцелить себя, только вот рана очень медленно начала затягиваться. Надо превратиться в демона, иначе мне никак не победить.

«Хозяйка, я всегда с вами» – проговорил мой ягуар-фомильяр. Черная дымка заползла мне в рот, выпустив черные дымчате крылья наружу.

«Что за…?» – послышались многочисленные голоса в уме, однако, я потрясла головой и избавилась от лишней энергии.

– От лица клана Мива, я – Айли Мива последняя принцесса Минами вызываю Тоирису на равный и честный бой! – мои глаза застелила дымка, теперь весь Мир стал черным, красным и белым.

Земля содрогнулась. Сатана неистово смеялся и одобрительно кивал, несмотря на возмущение и неприязнь Тоирисы.

– Браво! Смертные такие забавные, – с нотой восторга произнес Сатана. – Тори, услужи. Порадуй своего господина.

Прежнее обожание сменилось раздражением и тоской. Жница кивнула и щелкнула пальцами. Тотчас же поравнялась со мной. Затем наклонилась к мертвому человеку и вцепилась в глотку зубами, жадно поедая человеческую плоть.

«Спокойно» – пыталась не обращать внимания на ритуал Тори. Хоть и подступила рвота.

Наевшись вдоволь, Тоириса сплюнула кровь на землю и ловким движением развязала повязку, которая скрывала ее глаза. Черные без глаз глазниц. А внутри красные огоньки.

Рефлекторно я опустила глаза вниз. А затем и вовсе закрыла. Дымка стала и глазами, и ушами, и носом. Подчинившись полностью власти неизвестной пока силе дымки, почувствовала, как время застыло. Концентрация и гармония подружились друг с другом, заставив сердце равномерно биться в груди, а легкие наполниться воздухом, о котором забыла очень давно. Теперь я полагалась только на одну из имеющихся сил, невдомую и неизведанную, но такую родную. Прежде, чем окончательно поглотить свою человеческую сущность и приступить к атаке, передала мысленное сообщение Джуне: «Сейчас я кину отвар мяты, который приготовила Зелёная Звезда. Прими его, ибо это защитит тебя от того, что проследует дальше».

Зная, что Сантери ловок и прекрасно услышал меня, я с высоты кинула пробирку вниз, резко втянув носом воздух.

– Сладкая моя, чего медлишь? – гнусно прошипела жрица, проведя острыми когтями по металлическому куску от собора. Я невольно поежилась.

– Стук сердец. Колебание земли. Запах крови. – подумала я и резво ринулась на другой запах, самый отвратительный на земле и других вселенных. На запах смерти.

Проскользув под ногами Тоирисы, я нанесла рубящий удар по голени чёрной катаной. Краем уха я уловила звук рвущихся связок, поэтому развернулась и кинулась с мечом на спину. Меч пронзил что-то. Открыв глаза, я застыла на месте. Вплотную стоя перед ничего не понимающем Эрно, почувствовала, как кровь падает на мою руку, державшую рукоять катаны. Но это не все. Эрнеста стояла с противоположной стороны Регнера находилась в аналогичной ситуации, как и я. Парень был проколот с двух сторон верными товарищами, членами СИРИУС. Мной и Эрнестой. Регнер издал давящийся звук и побелел, а потом обмяк и рухнул на землю. Асдис и я стояли без движения.

– О, смотрите господин, как эти смертные убили своего товарища… Разве это не весело? – промурлыкала Тори, стоявшая на макушке трансформера и держа за горло Деона.

Люцифер одобрительно кивнул и начал читать какие-то древние текста наизусть. Под ногами Сатаны пробежала едва заметная волна. Я почувствовала, что силы покинули меня. Однако, это отошло на задний план. Регнер! Исцелить Эрно! Отойдя от оцепенения и не заметив, что тело стало прежним, кинулась исцелять друга. Но…

– Ах, да. Кажется, я забыла сказать: демоны не играли, не играют и никогда не будут играть в честные игры, – пропела жница. – Господин развеял любую магию на вашей планете. Теперь вы точно все умрете, ха-ха-ха.

– Эрно!!! – закричал Ивер в двух метрах от нас. Предводитель был бледен и сам не похож на себя. Из глаз текли слезы.

Регнер лежал на моих коленях и едва дышал. О нет, прошу, нет…

Тепло тела покидало Эрно. Слабо схватившись за мою израненную руку, парень едва улыбнуля и произнёс:

– Ми-фа… Не плачь… Проффууу. Сейчас не фремя, рефеть. Я знаю, кха, ты фсех спафешь. Обещай, фто спафешь.

Я сквозь слезы часто закивала. Эрнеста сжала кулак Эрно и прошептала:

– Нет… Не уходи, брат. Пожалуйста, не уходи…

Но Эрно уже не слышал. С открытыми лучезарными глазами парень уснул навсегда.

– Черт!!! – Ивер в агонии ударил со всей силой кулаком в пол, но лишь сломал запястье. Слезы и горе душили командира Красной Звезды.

– Да, дитя моё, я здесь. – откликнулся с усмешкой Сатана. Райль гневно посмотрел ему в глаза.

Заклинание подмены. Вот, что использовала Тоириса. Будто услышав мою догадку, жница улыбнулась и кинула Деона в сторону забора со штыками. От страха округлив глаза, я понеслась навстречу Грею. Однако, молниеностным движением Амор перехватил падающего Деона, плотно обняв парня. Ребята приземлились за забор, но на спину Амора, чьи кости раскрошились в порошок. Падение с двадцать девятого этажа и на такой скорости для людей смертельно… Однако, Блэйк дышал, истошно похрипывая. Грей отключился и прибывал в бессознательном состоянии. Слава небесам, хоть живы.

– Нееет! Нееет! Ненавижу! – громко кричала Далия, пытаясь нанести хоть малейший вред горгулии. Но тварь лишь ехидно улыбалась. Потом твари надоела «щекотка». Горгулья схватила за руки Рэд и откусила ноги девушке. Арн успел выхватить Далию из рук твари. Но девушка уже потеряла слишком много крови. Арн опечаленно и тяжело дыша, склонил голову и стёр пот. Затем друг посмотрел на меня и покачал головой, смахнув слезы.

«Ангет». Где мой минотавр? Где Лоркан?

Стоя неподвижно в пепле, крови, дыму и криках, я закрыла уши и глаза. Не могу больше. Так больно. Мои друзья!

– Флориан, ты нужен нам. Прошу! – слышалось сквозь тишину. Фэлан умолял капитана не жертвовать собой. Но Хэния, чтобы Филамэль и Фэлан смогли завершить дело даже без магии, вызвался отвлечь суккубов, которые окружили Зелёную Звезду. Теперь Флориан скрылся далеко из виду, и мы больше не увидим его никогда. Нить капитана Зелёной Звезды оборвана. И все это из-за того, что нет этих чертовых сил…

«Ангет», Иэрос, Лоркан.

Тудум. Тудум. Ту-дум…

Розовый свет разлился по моему телу, оставив за собой приятное тепло.

«Госпожа, у нас есть всего десять минут, чтобы воспользоваться силой кристалла» – едва слышло сказал ягуар. Разумеется, спасти умерших товарищей уже не получится. Зато есть шанс сохранить жизни тем, кто жив сейчас.

«Десять». Взмыв высоко над землёй, я порывами ветра пустила пыль в глаза демонов и переместила оставшихся членов СИРИУС в одно место.

«Девять». Создала магическую сферу из огня, воды, земли и воздуха.

«Восемь». Накрыла протестующих друзей этой сферой и встала перед ней сама. Извне. И приказала сфере не исчезать в любом случае.

«Семь». Дала Фэлану и Филамэль силы для исцеления ангела и мысленно разрешила падшему выйти за пределы сферы, в случае исцеления.

«Шесть». Зарядила мощной волной чистой энергии по нечести. Большая часть сгорела или превратилась в прах.

«Пять». Огородила людей от Тоирисы, Люцифера и нечести защитной стеной из собственной крови.

«Четыре, три, два, один…». Стояла и отражала удары разгневанной жницы и её подручных зверей.

«Десять секунд…». Царапины, раны и порезы покрыли все моё тело, и я упала в собственную лужу крови.

– Прощай верный фомильяр. Спасибо, что служил мне. – едва шевеля губами, произнесла я. Бом! Стук часов. Моё время… Оно истекло…

Я уже собиралась сдастся, как почувствовала под ладонями тепло. Открыв опухшие глаза, увидела мягкий перламутровый свет, который ровной линией тянулся в сторону Люцифера. Такие же четыре линии изумрудного, алого, тёмного и синего цветов протянулись с других сторон, заключив Сатану в звезду.

Демон удивлённо заморгал, а потом начал сильно злиться.

Тоириса было ринулась к хозяину, но огромная двуручная секира разрубила грудь жницы. Тоириса закричала, а потом загорелась синем пламенем.

– Это за семью Мива! – прогремел голос Иэроса. Тогда жница ещё раз завизжала и исчезла из Вселенной.

Я держалась из последних сил, чтобы понимать происходящее. Меня начало клонить в сон. Но я заметила пятерых людей в идентичных цветам линий мантиях, которые подошли в углам звезды. Это были старейшины. Я признала пропавших членов отряда СИРИУС по сферам и оружию. И запаху нашей Сакуры.

Сатана пытался пробить защитную магию звезды, но ничего не выходило. Его космическое тело было ещё в Аду. На земле лишь оболочка. После того, как Сатана покрылся письменами, падший ангел Азазель восстал и проткнул сердце Дьявола. Однако, не поглотив силу владыки Преисподней, Азазель передал сердце Лоркану. Юноша стоял в стороне все это время, держа в руках куб, куда и положили сердце.

– Я заберу с собой все то, за что вы боролись! – прогремел Сатана.

После всего происходящего землю охватил сильный вихрь, и демон ушёл туда, где ему и было самое место. Четыре ключа упали на землю, устало звякнув.

Сегодня был длинный день. Такой длинный, словно целая Вселенная. Меня обнимала Тьма, обжигало Солнце, затягивало в Чёрную Дыру. Но я осталась дышать… Но ценой чужих жизней. Так вдруг пусто на душе стало. И холодно…

Пролог

Во дворе главного здания СИРИУС на Аляске лежал снег. Много снега. Но сегодня белый цвет был разбавлен зелёным, красным, чёрным. Под стать мертвым воинам. Под стать их отрядам. Некроманты со всех стран собрались почтить память отважных юношей и девушки, исполнив траурную арию. После прощания с Эрно, Фэланом и Далией, гости возложили цветы лотоса к могилам и проследовали на одно из важнейших собраний некромантов.

В большом зале золотого цвета сидели все некроманты мира и вселенной. Оживленные голоса прервал чёткий звук каблуков лаковых сапог. На сцену вышла женщина в кожаном кремовом костюме и длинной белой косой. Ей было столько же, как и титанам.

– Уважаемые маги. В связи с гибелью членов самого сильного отряда СИРИУС, принимаю решение о наборе новых членов команды. Старые члены отряда СИРИУС считаются дискредитированы, но могут подать прошение о рассмотрении их в качестве кандидатов в Собрание Старейшин. Через месяц начнутся боевые игры некромантов, в ходе которых мы и выберем новых воинов, – она сделала паузу и пристально окинула взглядом зал. – К слову, сейчас я назначу все же одного некроманта капитаном Синей Звезды.