Сценарий работал отлично. Вселенная, миновав нулевую точку, вырвалась на свободу. Пульсары, галактики, протозвёзды и туманности заполняли пространство, всё разворачивалось в штатном режиме, и Артур не сидел без работы. За всем нужно было следить, и при необходимости вмешиваться. Энергия, теперь уже ничем не сдерживаемая была направлена на самое главное – сотворение.

В одном измерении она сворачивалась в струны, в другом струны сплетались в каналы и сетью охватывали пространство, в следующем она уже сгущалась в вещество, так появлялись протозвёзды и звёзды, а затем и целые галактики. Вселенная расцветала во всём своём великолепии, но Артур не замечал этого, он знал, что так будет всегда, и что Вселенная будет расширяться до тех пор, пока не охватит всё пространство и энергия полностью не перераспределится, а затем начнется обратный процесс, он приведет к новой нулевой точке и всё повторится снова. Ничто не могло остановить этого движения, всё было предрешено.

Артур взглянул в журнал – иногда система сбоила и нуждалась в наладке, в таких случаях выручал журнал, он хранил в себе возможные варианты событий.

– Возможен сбой системы, – прочитал он, – так, строка, код, подробнее, вот – нашёл: «Возможен сбой системы в поле NNN, причина – отсутствие углового момента вращения протозвёздного диска. Требуется участие оператора». Хорошо, проверим.

***

Эфир был пуст, ничего, чтобы могло хоть как-то объяснить остановку сценария в этом районе. Сверхновая не хотела рождаться, не хватало энергии, а без этой звезды вся система не хотела работать. Артур поменял орбиту, сузил, где смог горизонт событий и перезагрузил поля – безрезультатно. Сверхновая молчала, а вслед за ней молчала и вся система. Не хватало энергии. Тогда он направил на звезду несколько ближайших комет и даже метеоритный поток, но и этого оказалось мало, нужно было что-то посущественней. Существенной бы оказалась подпитка от одного из центральных каналов, но канал требовал опоры, а опереться поблизости было не на что.

– Как у тебя, по-прежнему тихо? – подключился Сильвестр.

– Тихо, – подтвердил Артур, – диск почти застыл, нужен канал, а крепить его не к чему.

– Сколько не хватает?

– Почти пол-единицы.

– Ты поищи пока, – предложил Сильвестр, – тут недалеко, в седьмой фазе, сценарий внахлест пошёл, я поправлю и вернусь. Как вариант – соседние галактики раскачаем.

– Хорошо, – согласился Артур, – удачи.

Раскачивать соседние галактики ему не хотелось, они могли поглотить эту галактику, а без неё район мог оказаться неустойчив в будущем.

– Итак, точка опоры, нужна точка опоры… – задумался Артур.

Он посмотрел, как были устроены соседние галактики – они были типичные, всё было просто и понятно, а откуда взялась эта протозвезда, было непонятно. Откололась ли она от кого-то из соседей, собралась из остатков – нет, это было маловероятно, по всем расчетам здесь должна была быть отдельная галактика.

– Тихо? – опять подключился Сильвестр.

– Тихо, – подтвердил Артур.

– Я тоже послушаю.

– Послушай, – согласился Артур.

Они слушали вместе, все уровни, прощупывали пульсары и туманности, звёзды и галактики, но безрезультатно, затем от бездействия растянулся код на шапке сценария и Сильвестр снова отключился.

Артур снова открыл журнал, его интересовала эволюция этого района, он создал его модель и принялся просматривать события в обратном порядке. Галактики медленно съеживались и сворачивались, звёзды затухали и исчезали в пространстве, затем всё уходило к ранним этапам и проваливалось в темноту. Артур заинтересовался каналами, они расплетались, сплетались, но должен был быть ещё один, на это указывало количество и направленность струн. Вскоре обнаружился и он. Стоп… Артур почувствовал, что разгадка где-то рядом, теперь он запустил модель в правильном направлении и подключился к этому каналу. Канал провисал, провисал, опасно провисал и обрывался… Удивительно, но, скорее всего, канал уходил именно в пустоту, ведь не может же ничего просто так оборваться… «Хорошо, – подумал Артур, – очень интересно, а что же с каркасом струн?». В семи измерениях струны оказались закреплены, а вот в ещё трёх – свободно плавали, образовывая тем самым «карман» – подпространство в пространстве.

Артур удовлетворённо выдохнул, теперь понятно куда ушёл канал, но вот для чего он там понадобился – на этот вопрос ещё предстояло ответить. Он заглянул туда, куда уходил канал, и всё понял. Он понял, что ему повезло, там, среди множества галактик, словно в колыбели притаилась ещё одна, не похожая на все остальные – она несла в себе жизнь. Это было одно из чудес вселенной. Чудо потому, что возникало случайно, а случайности эти подчинялись чему-то другому, чего Артур не знал. Он знал, что жизнь, точнее говоря, её элементы, разбросаны по всей вселенной, но они собираются вместе, и принимают разные формы.

– Приветствую тебя жизнь, – сказал Артур, внося в журнал необходимые записи, и не смог удержаться, чтобы не взглянуть на неё поближе.

Жизнь возникла в удивительной звездной системе, где все объекты находились на своих местах с потрясающей точностью.

Центром системы была довольно небольшая звезда, она являлась и основным источником энергии, а платформой для жизни являлась крохотная голубая планета. Остальные же космические тела удивительно чётко выполняли свою роль в этом звёздном механизме, они регулировали внутренние процессы на голубой планете, защищали её от внешних угроз, стабилизировали всё систему в целом и т.д. Он быстро просмотрел химический состав системы, карту магнитных, гравитационных и энергетических полей, но Артура интересовала сама жизнь, эта хрупкая, важная и удивительная часть вселенной. И подобрав наиболее подходящий для осмотра спектр, он сосредоточился на крохотном голубом шарике.

Жизнь была повсюду. Она буйно цвела по всей планете, принимая самые причудливые, хрупкие и нестабильные формы. Эволюция постепенно, шаг за шагом выводила новые, устойчивые виды живых существ и организмов.

Вселенная не переставала удивлять бесконечными вариантами космических сценариев и законами развития…

Артур прислушался, и уловил частоту, с которой ритмично развивалась жизнь на этой планете. Он слушал её, слушал, и чувствовал, насколько она совпадает с его внутренней частотой. Частотой, которая пронизывает всё пространство во вселенной. Частотой, на которую откликается всё живое, и что делает вселенную живой. И он ещё раз подивился той силе, которая всем этим управляла – Гармонии…

– Я прошу тебя, укройся.

– Мне не холодно.

– С моря дует холодный ветер.

– А песок ещё теплый.

– Песок как раз уже остыл.

– Мам, а почему звёзд не видно днём?

Был поздний час, но на пляже у самой кромки моря сидела женщина с маленьким сыном, лето только начиналось, и морской воздух был пропитан запахом цветов и ночной свежестью.

– Днём светит солнце, и свет звёзд растворяется в небе.

– Как вкусно пахнет морем.

– Пахнет морем и цветами, ветер собрал все эти запахи и принес нам.

– А где он их собирал?

– По всей планете, в Африке, в Азии, над океаном.

– Расскажи мне про звёзды.

– Ну, например видишь в небе такой символ? Женщина начертила на песке «W».

– Да, вижу.

– Это созвездие «Кассиопея», ближайшая к нам галактика, а самая близкая к нам звезда в этой галактике, называется «Альфа Центавра».

– Там тоже есть жизнь?

– Нет, похоже, что на всех звездах, которые мы видим, жизни нет.

– А может быть она такая, что мы её просто не замечаем?

– Может быть и так.

– Может быть она просто везде, а мы её часть?

– Ого, – засмеялась женщина, – может быть ты инопланетянин?

– Да нет, просто это папа рассказал.

– Ах, папа…

– Мама, а кто мы такие?

– Ну, как кто – люди.

– Да нет, зачем мы здесь, для чего мы живем.

Женщина задумалась.

– Ты что, не знаешь что сказать? Ты никогда об этом не думала?

– Да нет, просто это серьезный вопрос. Жизнь это как ожидание, я ждала твоего папу, потом тебя, мы всё время чего-то ждем. Большие ожидания сотканы из множества ожиданий поменьше.

– Похоже, никто не знает ответа на мой вопрос.

– Почему? – удивилась мама.

– Папа тоже думал-думал, и ничего простого не сказал.

– Значит, ты сам себе должен ответить на этот вопрос, папа объяснил, как он понимает, я объяснила, как я понимаю, а ты вырастишь, и сам что-нибудь придумаешь.

– А вон видишь, огонёк моргает в небе?

– Это самолет. А ещё есть огоньки, которые не моргают, а светят и медленно затухают, это спутники.

– Давай считать кого больше?

– Давай.

– Пока что один и один. Мам, а почему все не могут быть добрыми?

– Добро и зло не живут сами по себе, они живут в людях, а люди это одни сплошные противоречия.

– Мама, ну а любовь что это такое? Я люблю вас с папой, но может быть, я это не до конца делаю?

Женщина снова рассмеялась.

– Это ты тоже сам должен понять, моя любовь это ты, папа, люди, природа. Любовь она здесь и сейчас, рядом с нами, она в прошлом, в будущем, любовь это всё из чего состоит мир.

– Любовь это добро?

– Это гораздо больше, чем добро, это и терпение, и труд, самопожертвование и много чего ещё. Любовь она здесь и сейчас. Любовь – это гармония. Садись, вон папа термос с чаем несет.

Артур открыл глаза.

– Сильвестр, я нашел точку опоры, открывай канал, начинаем!

Сверхновая вздрогнула, съежилась и вспыхнула ослепительным светом, система собралась вокруг сверхновой и провернулась, затем сверхновая оттолкнула планеты, разворачивая систему, и они заняли свои орбиты, сценарий запустился, и система заработала.

***

– Папа, папа, а я видел, как звезда зажглась!

– Как же тебе повезло! – улыбнулся папа разливая чай по стаканчикам, и добавил – Если звёзды зажигают, значит это кому-то нужно.

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора