Рита Вайцель
Алоэ

Улица неожиданно ворвалась в мои мысли. Всюду сновали встревоженные люди, голуби короткими перелётами спасались от спешащих ног, утопающих в снежно-грязевой каше. Где-то в отдалении сигналили машины и урчали недовольно моторы. Со всех сторон лилась звуковая реклама, сливаясь в какофонию и действуя раздражающе. Я направилась к остановке, предвкушая адскую поездку в переполненном автобусе. И угораздило же меня снять квартиру так далеко от метро!

«Отчёт по «Востоку», отчёт по «Полёту», статистику по повторным обращениям за квартал. Купить корм для рыбок, поменять воду в аквариуме»– я мысленно определяла задачи на этот вечер, когда передо мной возникла скрюченная старушка. Она протянула чахлый зелёный кустик с зубчиками по краям мясистых листьев, завалившийся на бок в импровизированном горшке – банке из-под майонеза.

–Девочка, возьми цветочек, – проблеяла старушка.

–Спасибо, мне цветы не нужны, – отмахнулась я и попыталась обойти преграду, но пенсионерка снова стояла на пути.

–Это алоэ, – не унималась она и упиралась горшком мне в грудь. Она начинала меня раздражать.

–Мне всё равно! – вскрикнула я и, демонстративно отвернувшись, направилась в другую сторону, решив обогнуть станцию метро, а там прошмыгнуть по подземному переходу, пропахшему табаком и продаваемому всесезонным сквозняком, и выскочить к остановке.

–Девочка, тебе нужен алоэ! – бабуля шла по пятам. Вид у нее был нездоровый и отталкивающий: покрытые белой пленкой глаза, пальцы с распухшими суставами, желтые ногти. Трясущиеся руки протягивали совершенно не нужный мне куст.

Навстречу шли мужчины, женщины, школьники и студенты, а я расталкивала всех плечами и упорно продиралась вперёд. Лица мелькали перед глазами, перемешиваясь и перегружая воспалённый за долгий день мозг.

–Куда прешь?! – возмутилась зрелая женщина с ярким макияжем. На ее лице была громадная волосатая бородавка, настолько противная, что я отпрянула в сторону.

–Аккуратнее можно? – прозвучал мужской голос, и из-под моих ног что-то выдернули, рассыпаясь в проклятьях.

–Ты что, накурилась?! – крикнул кто-то и толкнул меня в спину.

Я остановилась, прижав локтем сумку. Недовольные горожане окружали меня со всех сторон. Они злились, пихали меня локтями и плечами, что-то выговаривали, а некоторые даже плевались под ноги.

–Девочка, возьми алоэ. Тебе пригодится – Сгорбленная пенсионерка всучила мне горшок. Я машинально потянулась в карман, сгребла несколько купюр и мелочь и высыпала в ладонь бабули. Она сжала деньги крючковатыми пальцами, перекрестила мою спину. Я с трудом оторвала взгляд от жалкого растеньица.

–Но мне не нужен цветок, – неуверенно произнесла я в пустоту и, оглядевшись по сторонам, поняла, старушки уже и след простыл.

«Да ну и чёрт с тобой!» – отмахнулась я, и плотным людским потоком меня понесло к автобусам. Вскоре я уже одной рукой держалась за поручень, поддерживаемая со всех сторон человеческими телами.

Тело человека – довольно страный инструмент, не замечали? Оно словно дикий необьезженный конь, и схватка с ним порой стоит жизни. Оно может неожиданно ломаться в таких местах, о которых ты никогда бы не подумал, а если бы и подумал, то не стал бы говорить вслух, потому что стыдно. Оно может издавать звуки и запахи в самые неподходящие моменты, и ты никогда не докажешь, что это оно, а не ты как сознательный член общества. И если ты не можешь обуздать твоё тело, тебе придется его стыдиться. Да-да, тут иного не дано – либо оно, либо ты.

Увы, лишь единицам удается быть с телом в гармонии. И как назло, эти счастливчики не оказались пассажирами автобуса, в котором я стремительно удалялась по шоссе от конечной станции метро. Десятки запахом и звуков, начиная от шмыганья носом, почесывания густо усыпанных перхотью волос, смешков и вздохов, и заканчивая душными, сдерживаемыми силой воли потоками где-то в области ног – десятки проявлений незнакомых, неприятных мне людей – окружили меня. Гнусавые голоса, истеричный смех, хриплое бурчание перемешивались с гудками машин, неровными рядами стоящими под окнами автобуса. С одной стороны я оказалась прижата к полной, пропитанной жирным чебуречным запахом, женщине. С другого бока приходилось тереться о высокого прыщавого студента в толстых очках с нереальными диоптриями и жиденькими почти бесцветными усиками. В руке сиротливо болтался из стороны в сторону жалкий кустик в пластиковом ведерке. Мне стало его жаль, и я бережно опустила страдальца в сумку.

«Нет, дружок, – решила я про себя, глядя на измученное растение, – в таком «домике» я тебя к себе домой не пущу! Надо приобрести тебе приличный горшок»

Чебуреки смешались с табаком, вобрали в себя липкий запах трудового пота обрюзгшего работяги, и вскоре эта горючая смесь достигла моего носа. На счастье, автобус остановился и открыл дверь, впустив свежий прогазованный воздух промышленных окраин. Протиснувшись сквозь добрую половину салона, я смогла вздохнуть полной грудью. За моей спиной со скрипом сомкнулись двери, отсекая обратный путь в человеческий ад.

Гипермаркет строительных материалов радостно распахнул стеклянные двери и встретил меня приветливой лёгкой музыкой. Просторный холл перед линией касс был практически пуст. Несколько семейных пар бродили с тележками между рядами. Казалось бы, можно по пальцам сосчитать всех, кто был вокруг, но я всё равно не заметила, что из автобуса вышла не одна: крепкий взъерошенный мужчина выскочил через задние двери и тоже направился к магазину.

Я плутала между рядами краски, обоев и инструментов, пока не увидела под потолком вывеску: «Сад и огород». Если алоэ не растет в огороде, то наверняка горшки для него можно раздобыть в разделе сада! Мужчина искоса поглядывал на меня, раскручивая рулон обоев и любуясь игрой света на глянцевой бумаге. Следом за мной, он двинул в мир дачников и увлечённых ботаникой.

Я и не думала, что существует такое разнообразие цветочных горшков! Разноцветные, однотонные, гладкие, рифлёные – я проводила пальцами по пузатым и ребристым бокам, разглядывала глиняные кашпо, выполненные в греческом стиле. Стоя у высоких полок, заставленных горшками так, что приходилось запрокидывать голову, чтоб разглядеть верхние ряды, я поймала на себе взгляд. Мужчина был слегка взбудоражен, беспокойно переставлял крохотные земляные капсулы с кактусами.

Я рассеяно улыбнулась в ответ и вновь принялась искать новый домик для своего неожиданного зелёного питомца. Передвинула пару горшков и снова поймала на себе взгляд. Мужчина наблюдал за мной уже с нескрываемым интересом. Переходя от стеллажа к стеллажу, он медленно приближался ко мне. Наконец, нас отделяли лишь пара шагов. Внезапно я растерялась и схватила в руки первый попавшийся горшок. Мужчина слегка наклонился ко мне и негромко произнес:

–Хороший выбор, – он кивнул на керамическую тару в моих руках.

Горшок оказался на удивление тяжёлым – толстостенное керамическое недоразумение терракотового цвета. Для моего цветочка он огромен, но было неудобно признаваться перед незнакомцем, что я запаниковала из-за его приближения, и горшок отправился в мою тележку.

–Что будете садить в него: фикус или герань? – спросил мужчина.

–Алоэ, – чуть слышно ответила я и почувствовала, что щеки горят огнём.

–Алоэ! Это просто замечательное растение! – рассказывал он мне, когда мы ходили от полки к полке, собирая остальные покупки. – Вы знаете, что сок этого растения ещё издавна использовался для приготовления лекарств и целебных мазей, а сейчас на его основе делают косметические средства, в том числе и те, что поддерживают красоту. Хотя, – усмехнулся он и мягко улыбнулся, – такая юная и милая девушка ещё не пользуется ничем подобным, так ведь?

Я смутилась и кокетливо заметила: «Пусть это будет секретом юной и милой девушки»

–Вам больше подошли бы розы: капризные, нежные и прекрасные, – обольстительно улыбался он.

–А вы специалист по цветам?

–Я ценитель красоты – хорошая музыка, цветы, красивые девушки…

В его глазах вспыхнули и тут же погасли огоньки. Мы ходили между стеллажей и болтали о всякой ерунде. Мужчина сказал, что его зовут Кирилл, но для друзей просто Кир. Я отшутилась, что, наверное, за час невозможно стать друзьями, но он серьезно посмотрел на меня и сказал:

–За час можно ощутить, будто знаешь человека всю жизнь. Я вот ощутил.

Честно признаюсь, он меня очень смутил: у меня давно не было свиданий, да и с парнями я почти не умела общаться. Было тревожно и интересно. Я выбрала пакет с песком, круглый коричневый керамзит и небольшую упаковку питательного грунта. Кирилл много шутил и не отставал ни на шаг.

–Ты ничего не покупаешь? – спросила я, выгружая покупки на ленту транспортёра.

Руки наши соприкоснулись, когда он доставал очередной пакет из моей тележки. Я стыдливо разглядывала покупки и не заметила, как его ноздри напряжённо расширились, глаза на миг округлились и с каким вожделением он окинул меня взглядом. Потом он приблизился ко мне и быстро зашептал:

«Я шел за тобой от метро. Ты очень мне понравилась, Таня»

От его речей шел такой жар, что я испугалась – за мной от метро тащился какой-то тип, а я не заметила его?! Не помню, как прошла кассу, оплатила картой покупки и принялась стремительно закидывать всё в пакет. Кирилл топтался так близко, что наши куртки шуршали, касаясь друг друга. Охранник оценивающе поглядывал в нашу сторону, но промолчал, а в моем горле застрял неведомый кусок размером с Луну, и я была не способна произнести даже слово. Только бешеными глазами искала выход.

–Ты такая хорошая, Таня. Позволь мне тебя проводить, ты мне так понравилась, – нашёптывал Кирилл, наклонившись к моему уху. Я чувствовала его дыхание на шее и внутри меня всё холодело.

–Не надо, пожалуйста, – еле выдавила я из себя. Веселая музыка, льющаяся из динамиков над кассой, вдруг стала слишком громкой, режущей слух, а мои движения – похожими на кадры в замедленной киносъёмки. Как бы я ни торопилась, всё было слишком медленно! Наконец, я добралась до двери и почти побежала к остановке через полупустую парковку, видя подъезжающий к остановке автобус. Я успела заскочить на ступеньки. За моей спиной сомкнулись и ухнули, крепко сцепившись, двери. Я выдохнула, но в этот момент автобус заскрипел и разлёгся на подвеске. Двери распахнулись. Несколько запыхавшихся пассажиров влетели и протолкнули меня вперёд по проходу. Едва удержавшись на ногах, я почти растянулась на грязном полу, но крепкие руки подхватили меня в последний момент.

–Полегче, чуть девушку не уронили! – Кирилл усадил меня на сиденье. Я прижала к груди горшок в хрустящем пакете и обмерла.

Салон пустел. Один за одним выходили наши попутчики. Прижимая локтями сумки, они тяжело спускались по ступеням и растворялись в темноте. Кирилл в напряжении сидел рядом, хотя я старалась отползти от него подальше, и буквально вдавила себя в холодное окно.

Кондуктор поддался утомлению и задремал, укачиваемый мерным колыханием. За стеклом отражались пустые сиденья соседнего ряда. Последний поворот, остановка. Автобус крякнул и остановился. Кондуктор встрепенулся и сонно пролепетал: «Конечная. Дальше автобус не идёт, и слаба Богу.»

Кирилл встал и учтиво протянул мне руку, но я не воспользовалась предложением. Быстро прошмыгнула мимо него и рванула к дому. Он вышел из автобуса, поднял воротник куртки и закурил. В ушах эхом отдавались мои шаги и стук сердца, словно стучали в набат. Ещё одна пара шагов нагоняла меня. Наша окраина и днём нелюдима, а с наступлением темноты становится просто необитаема.

Я слышала его уверенные шаги и проклинала тот день, когда согласилась здесь жить. Хоть бы один собачник попался, хоть бы какой бездомный пёс залаял! По спине текли холодные струйки, прячась в тепле белья. Невдалеке замаячил мой подъезд, освещенный зарешетчатым фонарём, но меня вдруг с такой силой швырнуло в сторону, что я проломила стену хрустких голых кустов сирени и упала в сугроб. Кирилл прошёл мимо торчащих веток и наклонился надо мной.

–Говорил же, что провожу. Я тебя давно приметил, всю дорогу шел за тобой, Танюша…

Я поползла самой вперёд, пока не упёрлась в железный гараж. Быстро перебирая руками по холодной стене, поднялась на ноги. Кирилл стоял передо мною.

–Если ты будешь хорошей девочкой, то пойдешь домой. Ты ведь хочешь домой? Хочешь вернуться к своему фикусу?

–Алоэ, – собравшись с духом, поправила я, сжимая кулаки. Испуг прошел. Я поняла, что без боя ему не сдамся.

–Что? – переспросил он, опешив.

–У меня алоэ! – воскликнула я и со всей силы обрушила хрустящий пакет с тяжеленным горшком на голову Кириллу. Он охнул и сел в снег, а я бросилась прочь, не обращая внимания на царапающие лицо и руки ветки сирени. В себя я пришла уже дома, когда обнаружила, что сижу у закрытой на все замки двери и прижимаю к себе жалкий кустик в банке из-под майонеза.

Теперь я снимаю квартиру у метро, а на окне в кухне стоит мясистый куст с колючими иголками по краям листьев в самом красивом горшке. Заведите и вы себе такой: кто знает, возможно, и вам поможет?