Александр Суворов
Наука побеждать

© Издание, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2021

Автобиография

Местечко Максимени в Молдавии.

1790 г. октября 28

Ко изготовлению повеленного диплома и герба на пожалование меня в графское Российской империи достоинство с наименованием граф Суворов Рымникский, по востребованию от меня о употребляемом мною гербе и отличностях предков моих и собственно моих заслугах, имею сообщить следующее.

В 1622 году, при жизни царя Михаила Федоровича, выехали из Швеции Наум и Сувор и по их челобитью приняты в российское подданство, именуемы «честные мужи» разделились на разные поколения и по Сувору стали называться Суворовы. Сим и других их поколениев за крымские и иные походы жалованы были поместья до государствования императора Петра Первого. Его величество отцу моему, Василью Ивановичу, был восприемником. При сем государе он начал службу в должности денщика и переводчика и по кончине его императрицею Екатериною Первою выпущен был лейб-гвардии от бомбардир сержантом и вскоре пожалован прапорщиком в Преображенской полк, где он службу продолжал до капитана и потом в разных званиях, а при императрице Елисавете Петровне употреблен был бригадиром и генерал-майором по Военной коллегии, генерал-поручиком и кавалером Св. Анны и Св. Александра, в войне с прусским королем – в армии главным при Провиантском департаменте и губернатором Прусского королевства. Ныне в потомственные роды славно державствующею мудрою и великою императрицею произведен он был лейб-гвардии в Преображенский полк премьер-майором, лейб-гвардии в Измайловский подполковником, генерал-аншефом и сенатором и употребляем был в разных важных препорученностях, которые до моего сведения не доходили.

В службу я вступил 15 лет, в 1742 году, лейб-гвардии Семеновского полку мушкетером, произведен был капралом и состоял в унтер-офицерских чинах, с исправлением разных должностей и трудных посылок, а в 1754 году выпущен был из сержантов в полевые полки поручиком, в 1756 году произведен был обер-провиантмейстером, генерал-аудитор лейтенантом, а потом переименован в премьер-майоры, в котором звании в 1758 году был при формировании третьих батальонов в Лифляндии и Курляндии и имел оных в своей команде семнадцать, которые препроводил в Пруссию, и был комендантом в Мемеле; в том же году пожалован подполковником, был при занятии Кроссена, в Силезии, под командою генерала князя Михайла Никитича Волконского; отправлял должность генерального и дивизионного дежурного при генерале графе Вилиме Вилимовиче Фермере, был на франкфуртской баталии и в разных партиях; в 1761 состоял в легком корпусе при генерале Берге и был под Бригом, при сражении бреславльском с генералом Кноблохом и разных шармицелях, на сражении близ Штригау, при Грос- и Клейн-Вандриссе, где предводил крылом, и две тысячи российского войска четыре силезских миль противоборствовали армии под королем прусским целой день, а к ночи сбили их форпосты и одержали место своими; на другой день сими войсками чинено было сильное нападение на левое прусское крыло, против монастыря Вальдштатт; потом был в разных неважных акциях и шармицелях.

Приближаясь к Швейдницу и окопу тамо прусского короля, атаковал в деревне N прусскую заставу с малым числом казаков и за нею, на высоте, сильный прусской пикет, которым местом по троекратном нападении овладел и держал оное несколько часов, доколе от генерала Берга прислано было два полка казачьих, которые стоящих близ подошвы высоты прусских два полка гусарских с подкреплением двух полков драгунских сбили с места в лагерь; отсюда весь прусской лагерь был вскрыт, и тут утверждена легкого корпуса главная квартира, соединением форпостов, вправо – к российской, влево – к австрийским армиям; происходили потом здесь непрестанные шармицели, и сверх разных примечательных единожды под королевскими шатрами разбиты были драгунские полки при моем нахождении – Финкенштейнов и Голштейн, гусарские – Лосов и Малаховский, с великим их уроном.

Когда генерал Платен пошел через Польшу к Кольбергу, легкий корпус вскоре последовал за ним; достигши оный, часто с ним сражался с фланков и при Костянах напал на его лагерь сквозь лес, сзади, ночью, причинил знатный урон [и] принудил к маршу, а я был впереди, при всем происшествии, как дни два после того почти подобное сему в день случилось. Платен, следуя против Ландсберга, взял с собою слабый, во сте конех, Туроверова казачий полк; переплыли через Нец и в той же ночи, шесть миль от Дризена, поспели к Ландсбергу, противным берегом Варты, немедля чрез ров вломились в городовые ворота, и передовыми казаками супренированы и пленены две прусские команды с их офицерами; потом с помощию обывателей сожжен ландсбергской большой мост.

Прибывшее противное войско на другом берегу остановилось, но, за нескорым прибытием нашего легкого корпуса, переправилось потом на понтонах и держа свой путь к Кольбергу; отряжен я был от генерала Берга с казачьими полками и несколькими гусарскими для подкрепления; встретился я с противным корпусом под Фридебергом. Оный, маршируя на высоте, отозвался против меня всею своею артиллериею, под которою я разбил его фланковые эскадроны, и забрано было в полон от оных знатное число. Остановлял я Платена в марше елико возможно, доколе пришел в черту генерала князь Василья Михайловича Долгорукова, который потом прежде его прибыл к Кольбергу; наш легкой корпус под Штаргардом остановился; по некотором времени выступил оный к Регенвальду, в которой стороне было нападение на майора Подчарли, где я предводил часть легких войск; взят сей майор с его деташементом в полон; но, как г. Курбьер с сильным войском при нашем обратном походе спешил ударить в наш зад, где я обретался, принужден я был его передовые пять эскадронов с пушками брускировать с имеющимися у меня в виду меньше ста гусар и казаков, которыми действительно сии эскадроны опровержены были и оставили нам много пленных; успех от того был, что Курбьер ретировался.

Под Наугартом, предводя одну колонну легкого корпуса, деревню N атаковал я – команды моей Тверским драгунским полком слабой драгунской полк Гольштейн, что после Поменского, баталион гренадерской Арним и два баталиона принца Фердинанда; Тверской полк, около двухсот пятидесяти человек, врубился в пехоту на неровном месте и сбил драгун; урон прусской в убитых и пленных был велик, и взята часть артиллерии; подо мною расстреляна лошадь и другая ранена. Знатная часть прусского войска выступила от Кольберга, по военным потребностям, к стороне Штетина; к нашему легкому корпусу на походе соединился генерал князь Михайло Никитич Волконской с кирасирскими полками; передовые наши отряды к стороне Регенвальда встретились с прусским авангардом; при моем нахождении четыре эскадрона конных гренадер атаковали пехоту на палашах; гусары сразились с гусарами; весь сей сильный авангард под полковником Курбьером взят был в плен, и его артиллерия досталась в наши руки; впоследи я напал с ближним легким отрядом, в расстоянии малой мили, на прусских фуражиров, под самым их корпусом, где також, сверх убитых, много взято в плен; в ночи прусский корпус стал за Гольнов, оставя в городе гарнизон.

Генерал граф Петр Иванович Панин прибыл к нам с некоторою пехотою; я одним гренадерским баталионом атаковал вороты, и, по сильном сопротивлении, вломились мы в калитку, гнали прусской отряд штыками чрез весь город за противные вороты и мост до их лагеря, где побито и взято было много в плен; я поврежден был контузиею – в ногу и в грудь – картечами; одна лошадь ранена подо мной.

В поле, пред взятьем Кольберга, при действиях принца Виртембергского, находился я при легком корпусе с Тверским драгунским полком. При возвратном походе оттуда прусского войска к Штетину имел я, с Тверским драгунским полком, сильное сражение с одним от оного деташементом из пехоты и конницы, под Штетином, при деревне Визенштейн, в которой стороне прусской корпус несколько дней отдыхал; последствие сего было то, что в ту же ночь весь реченной корпус к Штетину поспешно ретировался.

Осенью, в мокрое время, около Регенвальда генерал Берг с корпусом выступил в поход; регулярная конница его просила идти окружною, гладкою дорогою; он взял при себе эскадрона три гусар и два полка казаков и закрывал корпус одаль справа; выходя из лесу, вдруг увидели мы на нескольких шагах весь прусской корпус, стоящий в его линиях; мы фланкировали его влево; возвратившийся офицер донес, что впереди, в большой версте, незанятая болотная переправа мелка; мы стремились на нее; погнались за нами первее прусские драгуны на палашах, за ними – гусары; достигши до переправы, приятель и неприятель, смешавшись, погрузли в ней почти по луку; нашим надлежало прежде насухо выйти; за ними вмиг – несколько прусских эскадронов, кои вмиг построились; генерал приказал их сломить. Ближний эскадрон был слабой желтой Свацеков; я его пустил; он опроверг все прусские эскадроны обратно, опять в болото; чрез оное между тем нашли они влеве от нас суше переправу; первой их полк перешел драгунской Финкенштейнов, весьма комплектной; при ближних тут высотах было отверстие на эскадрон, против которого один Финкенштейнов стал; не можно было время тратить; я велел ударить стремглав на полк одному нашему сербскому эскадрону; оного капитан Жандр бросился в отверстие на саблях; Финкенштейновы дали залп из карабинов; ни один человек наших не упал; но Финкенштейновы пять эскадронов в мгновенье были опровержены, рублены, потоптаны и перебежали чрез переправу назад.

Сербской эскадрон был подкрепляем одним венгерским, который в деле не был; Финкенштейновы были подкрепляемы, кроме конницы, баталионами десятью пехоты; вся сия пехота – прекрасное зрелище – с противной черты, на полувыстреле, давала на нас ружейные залпы; мы почти ничего не потеряли, от них же, сверх убитых, получили знатное число пленников; при сих действиях находились их лучшие партизаны, и Финкенштейновым полком командовал подполковник и кавалер Реценштейн, весьма храброй и отличной офицер; потом оставили они нас в покое.

В 1762 году отправлен я был к высочайшему двору с депешами от генерала графа Петра Ивановича Панина и ее императорским величеством произведен в полковники следующим собственноручным указом: «…подполковника Александра Суворова жалуем мы в наши полковники в Астраханской пехотной полк».

В 1768 году пожалован я бригадиром при Суздальском пехотном полку и, командуя бригадою, отряжен был с оным и двумя эскадронами командующим корпусом генералом Нумерсом от стороны Смоленска в Литву, к Орше, откуда, как корпус прибыл, выступил дале, к литовскому Минску, где корпус со мною соединился; оттуда с реченным отрядом войск предписано мне было следовать поспешно к Варшаве, разделя сей отряд на разные части и две колонны; во время разных волнованиев в Литве был мой марш на Брест Литовской, где, соединясь, прибыл я к жмудскому Минску, под Варшавою пять миль, – здесь примечу, что одна колонна была в пути до ста двадцати, другая, со мною, до ста тридцати тамошних миль; но марш был кончен ровно в две недели, без умерших и больных, с подмогою обывательских подвод, – и потом прибыл на Прагу, к Варшаве; оттуда разогнал я незнатную партию, под варшавским маршалком Котлубовским. Чрезвычайный посол, князь Михайла Никитич Волконской, отправил меня в Литву, для усмирения мятежей; я взял половину реченного деташемента и прибыл к Брест-Литовскому, где я услышал, что мятежники не в дальности и что близ их обращаются разные наши начальники с достаточными деташементами.

В сем пункте я оставил людей большое число, сам же взял с собою, не мешкая нимало, суздальских шестьдесят гренадеров, сто мушкетеров, более ста стрелков, при двух пушках, и тридцать шесть воронежских драгун; повстречался я с графом Кастелли при тридцати карабинерах и толиком числе казаков и взял его с собою. Маршировавши ночь, против полден, повстречались мы с мятежниками под Ореховым; их число возвышалось близ десяти тысяч, что была неправда; я их полагал от двух до трех тысяч; начальники их были маршалки и иные, – достойной Ксавиер Пулавской, который здесь убит, брат его Казимир, пинской – Орешко, Мальчевской, Заремба, числом девять. Я их ведал быть беспечными, в худой позиции, т. е. стесненными на лугу, в лесу, под деревней; как скоро мы франшировали три тесные дефилеи, где терпели малой урон, началась атака, но продолжалась от четырех до пяти часов; деревня позади их зажжена гранатою; кратко сказать, мы их побили; они стремительно бежали, урон их был знатен; в числе пленных обретался Пинской драгунской полк с его офицерами, но очень малосильной; потом с отрядом прибыл я в Люблин, где, по важности поста, учинил мой капиталь.

Разбит был главной полковник N близ Климонтова, в Сендомирском воеводстве, малым отрядом под моим предводительством и потерял несколько сот с пятью пушками; атаковали мы Ланцкорону, за Краковым, овладели городом, кроме замка, и разбили противного генерала N, пришедшего на выручку. В местечке Уржендове, на Висле, супренировал я ночью войски маршалков Пулавского и Саввы; тут, при великой потере, достались нам в руки драгуны сего последнего, и он был так ранен, что, по бессилию, скоро после погиб; их самих прогнали из под Красника. Разбит был в лесах, к стороне Владимира, полковник Новицкий и той же ночи в деревне N вовсе разрушен. По многим действиям, так называемою Главною конфедерациею город Краков так был стеснен, что нашим тамо войскам недостаток в субсистенции наступал; я дал моим отрядам рандеву на реке Сане, отбил прежде преграду их на реке Дунайце и, по некоторых ночных и денных битвах, достиг до Кракова, откуда мятежников прогнал; в той же ночи, противу рассвету, напал неподалеку Кракова на их тыницкие укрепления, где сверх многих побитых, в том числе штыками, забрали мы много в плен их лучшей пехоты из распущенных саксонцов с немецкими офицерами и артиллериею.

На другой день было славное происшествие под Ланцкороною, где собранные множественные мятежники были вконец разбиты; погибли несколько французских офицеров с пехотою, на их образ учрежденною; убито два маршалка, пинской – Орешко и князь Сапега; при многих пленных мне достались в руки маршалки: краковской – Миончинской и варшавской – Лясоцкой. Едва сие кончено, как я извещен о сильной диверсии мятежников к стороне Замостья и Люблина; надлежало мне спешно туда обратиться. Побита была прежде их достаточно собравшаяся из рассеянных часть, при реке Сане; в числе пленных были некоторые иностранные офицеры; потом мятежники сильно были разбиты, рассеяны под Замостьем и из крепости деложированы. Сраженьев сих было много, но примечательных было девять, которых планы я отправил к генералу Веймарну. Французский бригадир Мезьер, обретавшийся при мятежниках поверенным в делах, но сей скоро отозван к своему двору, и на его место прибыл Виомениль, генерал и кавалер ордена Св. Людовика Большого Креста.

Возмутилась вся Литва; регулярная ее из полков немецкого штата и компутовых хоронг армия, с достаточною артиллериею и всем к войне надлежащим снабденная, собралась, как и довольно из регулярных войск, под предводительством их великого гетмана, графа Огинского, который сперва и получил некоторые авантажи. Собрал я всего войска до семисот человек и две пушки; тут были и легионные, которые прежде нечто от г. Огинского пострадали; но имел я храбрых офицеров, привыкших часто сражаться вблизи. Шли мы чрез Брест Литовской и прямым трактом, но поспешным маршем, сближались с армиею г. Огинского, который дневал под Столовичами; пойманы фуражировавшие уланы; принявши их ласково, сведал я от них нужное о их расположении; остерегал его генерал Беляк; но он не верил; в туже ночь пошли мы на атаку, продолжали марш без малейшего шума, целя на его огни.

Ночь была темная, и к утру пал туман; пехоту я поставил в первой линии, артиллерия в середине; вторая линия была вся из кавалерии; позади артиллерии был пехотной резерв, позади второй был особой резерв, из пехоты, и конницы; казаки были рассеяны с крыл и сзади; нападение наше на литовцов было со спины; мы к ним приближились нечто до рассвета, так тихо, что деташированные с г. Паткулем порубили несколько их часовых и, по данному сигналу, встречены были от них из местечка сильною стрельбою, ружейною и из артиллерии. Перед нами было болото и чрез оное плотина, по которой майор Киселев с суздальскими гренадерами пошел на штыках, пробил и дал место нашей коннице, которой предводитель подполковник Рылеев все встречающееся в местечке порубил и потоптал. Между тем майор Киселев пошел прямо на квартиру г. Огинского; его подкрепила часть пехоты; прочая под майором Фергиным с Нарвскими гренадерами, капитанами Шлисселем [и] Ганнибалом, управясь с засевшею в местечке противною пехотою, с ним соединилась; вся пехота и резервы выстроились и пошли атаковать линии г. Огинского в поле, с которыми наша конница уже в дело вступила; литовское войско оборонялось храбро: легионные, гренадеры себя весьма отличили, и когда дошло до штыков, то от рот мушкетерских г. Маслов с легионною первой ударил.

Победа уже была в наших руках, как стоявший в полмили от места баталии генерал Беляк, правда, поопоздавши, с двумя сильными полками лучших уланов, своим и Карицкого, отрезал и окружил наших три эскадрона; те не один раз сквозь них прорубались, чем и кончено сражение. Вся артиллерия, обозы, канцелярия и клейноды великого гетмана достались нам в руки, то ж все драгунские лошади с убором; компутовые с уланами знатною частью спаслись; плен наш наше число превосходил; от драгунских и пехотных полков почти все, кроме убитых штаб- и обер-офицеров, были в нашем плену; из наших офицеров старшие почти все были переранены; из нижних чинов убито было мало, но переранено около осьмой доли. Сражение продолжалось от трех до четырех часов, и вся Литва успокоилась; вся ж сия литовская армия состояла не более тогда в собрании, как до трех тысяч человек, кроме улан и нескольких иррегулярных. После сего последовало происшествие краковское.

Я обращался в Литве; французские офицеры вошли в замок ночью чрез скважину в стене, где истекали нечистоты при мятежничьих войсках, сею сурпризою пленили тамошний гарнизон и ввели туда от стороны Тынца более тысячи человек особо лучшей, из распущенных саксонцов и уволенных австрийцев, при немецких офицерах, пехоты; от нашего стоящего в городе войска были разные тщетные покушения; чрез несколько дней я прибыл туда с отрядом, как, от своей стороны, польские королевские генералы – граф Браницкой и Грабовской; самой тот почти час учинили мятежники, на рассвете, из замка генеральную вылазку для овладения городом; конница их ударила прямо на гауптвахте, но была расстреляна и отрезана; пехота шла великою густотою, но скоро картечами обращена назад; наши, по диспозиции до меня и малочислию на месте, за нею не погнались.

Тотчас мы облегли замок, – королевских войск квартира основалась за Вислою, – учредили коммуникации мостами и шанцами, по обеим сторонам Вислы заняли посты в приличных местах пехотою, на которые от противников чинены были разные вылазки, особливо в полночь и полдни, всегда с их уроном; нашей всей пехоты было до семисот человек, мы ж почти сами в городе от разных деташементов мятежничьих блокированы, и хотя я больше пяти тысяч человек по разным местам в дирекции имел, но их невозможно было опорожнить, кроме Сендомирского воеводства. Г. майор Нагель покупал и провозил скрытыми маршами с его отрядом военную аммуницию, из Шлезского Козеля. Майор Михельсон более всех, по его искусству, отряжаем был противу мятежников в поле и от успехов его получил себе великую славу. Мятежники в замке имели много провианта; недоставало им других съестных припасов, чего ради употребляли себе в пищу своих лошадей. Оказавшаяся литовская, давно по Польше странствующая, маршалка Коссаковского партия разбита была мною при Смерзонце, между Кракова и Тынца, и потоплена в Висле; от всех стран замок был стеснен; но один генеральной штурм нам не удался, хотя уже одни ворота одержаны были, в чем мятежничей урон наш превосходил и отчего потом у них скоро оказался недостаток в порохе и кремнях.

Артиллерия наша была незнатна, но искусством г. Такса в разных местах испортила коммуникации, часто в замке зажигала, и бреш в стене на шесть рядов был готов; две мины с обеих сторон Вислы, одна королевского офицера N, другая – инженер капитана Потапова, приходили галлереями к концу пунктов, и уже ни один человек из замку прокрасться не мог, как вышел ко мне из замка ночью бригадир Галиберт и, по многим переговорам, капитулировал. Можно отдать честь французам, что они в замке королевских гробниц, ниже что из драгоценных клейнодов нимало не повредили, но свято польским чиновникам возвратили; гарнизон объявлен был пленным, – но титла «военнопленного» не акордовано, сколько о том меня французские начальники ни просили, – вышел в восьмистах человеках здоровых, прочие больные или погибли; пехоты его оставалось еще больше нашей, чего ради положили ружье дежурному при мне майору князю Сонцову; в замке при нем штаб-и обер-офицеров разных наук было около пятидесяти человек; французские были: бригадиры и святого Людовика кавалеры – Шуази и Галиберт, капитаны: Виомениль, племянник генеральской, который первой в замок вошел, Салиньяк и других два, кавалеры военного ордена; из них были в походах в Индиях и действиях в Корсике еще некоторые французские обер- и унтер-офицеры. Всем сим господам я подарил их шпаги, как мне бригадир Шуази свою вручал, и, по трактаменте, в ту же ночь, при возможных выгодах и учтивстве, отправлены реченные господа с прочими и гарнизоном, при эскорте, на Люблин, оттуда ж нижние чины – в Россию, офицеры, прибывшие с генералом Виоменилем, – во Львов; что прежде прибыли с бригадиром Мезьером – в литовскую крепость Бялу, польские – в Смоленск.

Далее я о моих политических операциях к Тынцу, Ланцкороне и иные места не описываю, как о стоящих паки нового пространства. Г. Виомениль распрощался со мною учтивым благодарным письмом и отбыл во Францию с человеками тремя оставшихся своих офицеров и уволенным от меня N, знатного отца, который вверен был мне от г. Шуази из замка, для излечения его смертных ран, от которых получил свободу. Начиная от радзивильцов, большая часть мятежничьих партиев мне – вооруженные – сдались и распущены; потом и кончились все польские возмущения.

Пожалован я в 1770 году генерал-майором и в 1774-м генерал поручиком; в 1772-м генерал Эльмпт и я, по переменившемуся правлению в Швеции, обращены с полками из Польши к Финляндии. По прибытии моем в Санкт Петербург определен был я временно к тамошней дивизии, осматривал российский с Швециею рубеж, с примечанием политических обстоятельств, и имел иные препоручения.

Как обстоятельства с Швециею переменились, отправлен был я в первую армию, где от генерал-фельдмаршала графа Петра Александровича Румянцева помещен был в стоящий в Валахии корпус. Командующий оным генерал граф Иван Петрович Салтыков поручил мне отряд войск на реке Аржише, против черты Туртукая, куда прибыв нашел я близ двадцати переправных косных лодок, от войска выбрал и приучил к ним надлежащих гребцов и сделал половинной скрытой марш для приближения к Дунаю; на рассвете были мы окружены турецкою конницею, вконец ее разбили и прогнали за Дунай; с пленными был их командующий паша. Тем мы вскрылись и в следующую ночь переправились за Дунай благополучно, пятьсот человек пехоты Астраханского, сто карабинер, при полковнике князь Мещерском, Астраханского ж полков – лошади вплавь – и сто казаков.

Турки на противном берегу, свыше пяти тысяч, почли нас за неважную партию, но сильно из их пушек по нас стреляли, как и в устье Аржиша, откуда выходили лодки; мы одержали под ними известную победу. Второе действие мое под Туртукаем, во время происшествия при Силистрии, тако ж частию из реляциев известно; объясню только, что, по слабости от болезни, я без помощи ходить не мог; что, по овладении нами турецким ретраншементом, ночью варвары, превосходством почти вдесятеро нас в нем сильно обступили; тут был и вышереченной князь Мещерский, которым, как [и] г. Шемякиным, прибывшим ко мне с конным отрядом и легкою пушкою, довольно нахвалиться не могу, и они всегда в моей памяти пребудут. Карабинеры ж Мещерского вооружены были ружьями с штыками по недостатку пехоты; ночь и к полудням сражались мы непрестанно, и военная аммуниция знатно уменьшилась; поражен был пулею Фейзулла, командующий паша, предатель египетского Али Бея, и сколот Сенюткиными казаками. Против полдня капитан Братцов учинил вылазку с шестишереножною колонною в вороты на янычар, холодным ружьем поразил и сам смертельно ранен; тогда все войско выступило из ретраншемента, и одержана была полная победа; вся турецкая артиллерия нижнего и верхнего лагеря с их флотилиею досталась в наши руки.

Первый раз под Туртукаем перебита у меня нога от разрыва пушки; о разных прежде мне неважных контузиях я не упоминаю; после того определен я был начальником гирсовского корпуса. Сей задунайский пост надлежало соблюсти; я починил крепость, прибавил к ней земляные строения и сделал разные фельдшанцы; перед наступлением турецким перевел я мой резерв из за Дунаю – два полка пехоты на остров, в близости Гирсова, в закрытии за речкой N, на которой были понтоны. Турки оказались рано днем, около одиннадцати тысяч; велел я делать разные притворные виды нашей слабости; но, с моей стороны, особливо из крепости, начали рано стрелять, вместо картечь ядрами. Они фланкировали наши шанцы; шармицирование продолжалось до полден и не имело конца; приказал я всем своим очистить поле. Приятно было видеть: варвары, при пяти пашах бунчужных, построились в три линии; в первых двух – пехота, в середине конницы; по флангам – пушки, в их местах, по европейскому, в третьей – что резерв – было разное войско и некоторые обозы; с довольною стройностию приблизились они к нашему московскому ретраншементу, где мы молчали, заняли высоту, начали бомбами и ядрами безответно и, впрочем, весьма храбро, под предводительством их байрактаров, бросились с разных стран на ретраншемент; наша стрельба открылась вблизи; ретраншемент был очень крепок.

Из закрытия князь Мачабелов с Севским полком и барон Розен с тремя эскадронами гусар взошли на наши высоты, с превеликим их поражением, и князь Гагарин, другого полку, с кареем наступил на их левой фланг, из ретраншемента; они крайне пострадали. Недолго тут дело продолжалось, и едва от одного до двух часов; ударились они в бегство, претерпели великой урон, оставили на месте всю их артиллерию; победа была совершенная; мы их гнали тридцать верст; прочее известно по реляции. Последнюю баталию в турецкой войне выиграл я при Козлуджи, пред заключением мира. Резервной корпус команды моей соединился с Измаильским. Турецкая армия, около пятидесяти тысяч, была под командою Реззак эфендия и главного янычарского аги, была на походе чрез лес и встречена нашею конницею, которая захватила их квартирмейстеров, с генеральным, и принуждена была уступить силе; от моего авангарда три баталиона гренадер и егерей с их пушками, под командою гг. Трейдена, Ферзена, Река, остановили в лесу противной авангард, восемь тысяч албанцов, и сражение начали; скоро усилены были команды генерала Озерова кареем двуполковым, Суздальского и Севского, под Мачебеловым, но почти уже предуспели сломить албанцов, соблюдая весьма свой огонь.

Сие поражение продолжалось близ двух часов около полден; люди наши шли во всю ночь и не успели принять пищу, как и строевые лошади напоены не были. Лес прочистился; мы вступили в марш вперед; на нашем тракте брошено несколько сот телег с турецким лучшим шанцовым инструментом; происходили неважные стычки в лесу; конница закрывала малосилие пехоты нашей; ее было до четырех тысяч; старший – генерал Левис, которого поступками я весьма одолжен; я оставляю прочее примечание. Шли мы лесом девять верст, и по выходе из оного упал сильной дождь, который наше войско ободрил, противному ж мокротою причинил вред. При дебушировании встречены мы сильными выстрелами трех батарей на высотах, от артиллерии барона Тотта, и карей, взяв свою дистанцию, их одержали и все взяли; хотя разные покушения от варварской армии на нас были, но без успеха; а паче препобеждены быстротою нашего марша и перекрестными пушечными выстрелами, как и ружейною пальбою, с соблюдением огня; здесь ранен был внутри карея князь Ратиев, подполковник: ялынкылыджи, по их обычаю, в оные внедриваются.

Полем был наш марш, большею частью терновником, паки девять верст, и при исходе его прибыл к нам артиллерии капитан Базин и с ним близ десяти больших орудиев, которыми открыл пальбу в лощину, внутрь турецкого лагеря. Уже турки всюду бежали; но еще дело кончено не было – за их лагерем усмотрел я высоту, которую одержать надлежало; пошел я сквозь оную с подполковником Любимовым и его эскадронами, карей ж оную обходили и тем нечто замешкались; по занятию мною той высоты произошла с турецкой стороны вдруг на нас сильная стрельба из больших пушек, и, по продолжению, приметил я, что их немного, то приказал от себя майору Парфентьеву взять поспешнее и скорее три Суздальских роты, их отбить, что он с крайнею быстротою марша и учинил; все наше войско расположилось на сих высотах, против наступающей ночи, и прибыл к нам г. бригадир Заборовский с его кареем комплектного Черниговского полку; таким образом окончена совершенная победа при Козлуджи, последняя прошлой турецкой войны. Был я на лошади часто в огне и грудном бою; тогдашняя моя болезнь столько умножилась, что я отбыл лечиться за Дунай, почему я за реляцию, ниже за донесение мое, в слабости моего здоровья, не отвечаю, но доволен в душе моей о известных следствиях от сего происшествия.

В силу именного высочайшего повеления, где прописано ехать мне в Москву, в помощь генералу князю Михаиле Никитичу Волконскому, отбыл я тотчас из Молдавии и прибыл в Москву, где усмотрел, что мне делать нечего, и поехал далее внутрь, к генералу графу Петру Ивановичу Панину, который при свидании паки мне высочайшее повеление объявил о содействии с ним в замешательствах и дал мне открытой лист о послушании меня в губерниях воинским и гражданским начальникам. Правда, я спешил к передовым командам и не мог иметь большого конвоя – так и не иначе надлежало, – но известно ли, с какою опасностью бесчеловечной и бесчестной смерти? Сумасбродные толпы везде шатались; на дороге множество от них тирански умерщвленных, и не стыдно мне сказать, что я на себя принимал иногда злодейское имя; сам не чинил нигде, ниже чинить повелевал, ни малейшей казни, разве гражданскую, и то одним безнравным зачинщикам, но усмирял человеколюбивною ласковостию, обещанием высочайшего императорского милосердия.

По прибытии моем в Дмитриевском сведал я, что известной разбойник – в близости одной за Волгою слободы; несмотря на его неважную силу, желал я, переправясь, с моими малыми людьми на него тотчас ударить; но лошади все выбраны были, чего ради я пустился вплавь, на судне, в Царицын, где я встретился с г. Михельсоном. Из Царицына взял себе разного войска конвой на конях и обратился в обширность уральской степи за разбойником, отстоящим от меня верстах в четырех. Прибавить должно, что я, по недостатку, провианта почти с собою не имел, но употреблял место того рогатую скотину, засушением на огне мяса с солью; в степи я соединился с гг. Иловайским и Бородиным; держались следов и чрез несколько дней догнали разбойника, шедшего в Уральск. Посему доказательно, что не так он был легок и быстрота марша – первое искусство. Сие было среди Большого Узеня. Я тотчас разделил партии, чтоб его ловить, но известился, что его уральцы, усмотря сближения наши, от страху его связали и бросились с ним, на моем челе, стремглав в Уральск, куда я в те же сутки прибыл.

Чего ж ради они его прежде не связали, почто не отдали мне, то я был им неприятель, и весь разумной свет скажет, что в Уральске уральцы имели больше приятелей, как и на форпостах оного. Наших передовые здесь нечто сбились на киргизские следы, и, чтоб пустыми обрядами не продолжить дело, немедленно принял я его в мои руки, пошел с ним чрез уральскую степь назад, при непрестанном во все то время беспокойствии от киргизцов, которые одного ближнего при мне убили и адъютанта ранили, и отдал его генералу графу Петру Ивановичу Панину, в Симбирске. В следующее время моими политическими распоряжениями и военными маневрами буйства башкирцов и иных без кровопролития сокращены, императорским милосердием. Высочайшим императорским соизволением в 1776 году был я определен к полкам московской дивизии, в Крым, где около Карасу Базара собравшиеся противные Шагин Гирей хану партии я рассеял одними движениями и, по прибытии его из Тамани, объявил его в сем достоинстве и, по продолжающейся болезни, отъезжал в Полтаву для излечения.

В следующем году и в 1778-м командовал я корпусом Кубанским, где по реке Кубани учредил я линиею крепости и фельдшанцы, от Черного моря до Ставрополя, и тем сократил неспокойствия закубанских и нагайских народов: один тот год не произошло никакого нагайского за Кубань побега. Того ж года обращен я в Крым и командовал корпусами Крымским, Кубанским, на Днепре и иными войсками, вывел христиан из Крыма в Россию без остатку, вытеснил турецкую флотилию из Ахтиарской гавани, великого адмирала Гассан пашу и Али бея анатольского со всем оттоманским флотом и транспортными с войском судами, коих всех по счету было больше ста семидесяти, от крымских берегов обратил назад к Константинополю, вспрещеньем свежей воды и дров, и выступил из Крыма с войсками в 1779 году. Потом обращался я в разных местах и комиссиях, командуя казанскою дивизиею; до заключения конвенции с турками командовал я кубанским корпусом, в 1783 году привел нагайские орды ко всеподданической Ее Императорского Величества присяге, и как они, учиня мятеж, знатною частью ушли за Кубань, то имел я туда на них поход с регулярным и сильным иррегулярным войском; были они нами за Кубанью и на реке Лабе на рассвете при Керменчике так супренированы, что потеряли множество народа и всех своих мурз, и того ж числа другой раз их и иные поколения равно сему разбиты были; одни сутки кончили все дело.

В 1784 году определен я к Владимирской дивизии, а в 1785 году повелено мне быть при Санкт Петербургской дивизии.

1786 года, сентября 22 дня, в произвождение по старшинству, всемилостивейше я пожалован генерал аншефом и отправлен в Екатеринеславскую армию; во время высочайшего Ее Императорского Величества в 1787 году путешествия в полуденные край находился в Киеве, при ее присутствии, и, как их императорские величества изволили следовать в Таврическую область, я сформировал лагерь между Херсона и Кременчуга, во ста двадцати верстах от оного, при Бланкитной; по возвращении их величеств и по отбытии из полуденного края я находился в Кременчуге.

С открытия настоящей с Оттоманскою Портою войны определен я в Кинбурн и сей важнейший пост, к сохранению всероссийских границ, хранил я от Черного моря и, по лиману, от Очакова неусыпным бдением, с сентября 1787 года по 1789 год, и как того 1787 года сентября 13 дня из флота очаковского все канонерные суда, приближась к кинбурнскому фарватеру, открыли жестокую канонаду и бомбардираду, оною в крепости причиняли, в строении и людях повреждение, я из Кинбурна тотчас соответствовал тем же с таким успехом, что их людям и фрегату причинило повреждение и линейной их корабль взорвало со всем экипажем, а 14 числа, верстах в осьми от Кинбурна, подплыли турки до семисот человек на мелких судах к берегу, но были встречены командою моею и отбиты; они покушались и на 15 число, но прогнаны из отряженных из эскадры на Глубокой – два фрегата и четыре галеры – к Кинбурну.

Галера «Десна», под начальством мичмана Ломбарда, хорошо вооруженная, пустилась на бомбардирующие Кинбурн суда, отделившиеся от своего флота, и принудила их к ретираде к своему флоту; но ею преследованы, и вступила с ними и, по разнообразным движениям, и с левым флангом флота в сражение, открыв ружейную стрельбу скрытых им до того гренадер, [и], продолжая более двух часов, причинил немалой урон неприятелю, где и очаковские батареи действовать принуждены были. Возвратилась под крепость кинбурнскую так благополучно, что, кроме мичмана Ломбарда, никто не ранен и не убит, а он ранен пулею в ухо. 30 числа того ж сентября неприятель сблизил свои суда к Кинбурну, производил сильную пальбу и бросал бомбы до глубокой ночи, а первого числа октября, на рассвете, возобновил свою пальбу с большею жестокостию и так причинял внутри крепости, в земляном вале и лагере палаткам и войску повреждения, а в девять часов в 12 верстах от Кинбурна по лиману пять судов с вооруженными людьми показались, кои, сколько ни старались выйти на берег, отбиты с уроном.

В то же утро неприятель, в числе пяти тысяч отборного войска, предпринял на Кинбурн сделать поражение, перевозя с своих кораблей на мыс Кинбурнской косы с большею поспешностью, и работали они в земле, приближаясь к крепости. Я, в небольшом числе имев войска [и] учредя в боевой порядок, встретил их и атаковал; неприятель упорно и храбро защищался в своих укреплениях. Генерал майор Рек выбил их из десяти ложементов, но был при том ранен в ногу, а майор Булгаков убит, Мунцель и Мамкин – ранены. Флот неприятельский, подвигнувся к берегу, наносил великой вред своими бомбами, ядрами и картечами, и войски наши не могши преодолеть умножающиеся силы неприятельские, принуждены были отступать; я, будучи в передних рядах, остановил отступающих, исправя фронт возобновил сражение и неприятеля выгнал из многих ложементов.

Между тем галера «Десна» на левом крыле неприятельского флота несколько судов сбила с места, крепостная артиллерия потопила два канонерские судна, полевая артиллерия истребила две шебеки. Неприятель свежими войсками принудил наши войски ко отступлению, тем наиболее, что чрезвычайная пальба с неприятельского флота немалой вред наносила; я ранен легко картечью в левой бок; пехотные полки ретировались порядочно в крепость, а на место сражения прибыли вновь пехотные – баталион и три роты, с бригадою легкой конницы; я начал бой в третий раз. Пехота, подкрепляемая легкоконными и казачьими полками, наступила отважно на неприятеля; неприятель не возмог уже держаться в 15 своих окопах; выбиты из всех укреплений, претерпели крайнее поражение, и остатки сброшены в воду, за сделанный ими эстакад, где бедствовали они до утра.

Я при конце сего поражения еще ранен в левую руку пулею навылет. Сим одержана совершенная победа, и Кинбурнская коса и воды, окружающие оную, покрыты их телами. Потеря неприятельская – во всем высаженном на береге войске, кроме малого числа спасшихся в воде, за эстакадой; с нашей стороны – убитых: майор, подпоручиков [и] нижних чинов – 136; раненых: я и Рек, майоров – три, обер-офицеров – 14, нижних чинов – 283. В сию настоящую войну я первой имел случай с турецким войском сражение, и хоть раны мои ослабевали силы мои, но усердие мое меня подкрепляло, и я, не отступая от моей должности, мало по малу выздоравливая, всю зиму старался о извлечении языков из Очакова.

В 1788 году устроил на стрелке Кинбурнской косы батареи, со оных во время сражения на лимане многочисленного турецкого флота, под командою капитан паши, с нашими лиманскими парусною и гребною флотилиями, июня 7 и 17 числ и последующих потом, сильное поражение неприятельскому флоту причинил и, по истреблении всего турецкого на лимане и под (Знаковым флота, я находился в линии очаковской блокады, на левом фланге. Неприятель 27 июля показался в 50 конных, открывающих путь своей пехоте, пробираясь лощинами к моему левому флангу, и содержащий пикет из наших бугских казаков атаковал; я подкреплял оных двумя баталионами пехотных гренадер. Сражение произошло весьма кровопролитное; турок умножилось до трех тысяч. Неудобность мест, наполненных рвами, способствовала неприятелю держаться; но при ударе в штыки неприятель совершенно опрокинут и прогнан в ретраншемент.

При истреблении превосходного числа неприятеля, отчаянно сражавшегося, наш урон состоял: убитых: обер-офицеров – 4, гренадер – 138, казаков – 12; при сем я ранен в шею не тяжело; майор, три капитана, два подпоручика, 200 гренадер и 4 казака ранены. И как 29 и 31 го числ того июля турецкой флот показался на море от Березани, то я отправлен в Кинбурн, где имел наблюдение в непропуске в лиман неприятельского флота.

По взятии Очакова, в 1789 году, я, для принесения Ее Императорскому Величеству за высочайшее пожалование мне ордена Св. Апостола Андрея всеподданнейшего благодарения, прибыл в Санкт Петербург и находился там по 25 число апреля того года, а оного числа, получа высочайшее Ее Императорского Величества повеление ехать в Молдавию для принятия в мое начальство передового корпуса против неприятеля, того ж числа из Санкт Петербурга отправился и, прибыв, принял состоящей армии корпус между рек Серета и Прута. 16 июля того ж года я, с моим корпусом перешел реку Серет. 17 числа соединился с союзным корпусом римско императорских войск, под начальством генерала от кавалерии принца Саксен Кобургского, продолжая поход к Фокшанам, против собравшегося там турецкого из 30 тысяч состоящего корпуса; в числе оных пятая часть была пехоты под командою сераскира трехбунчужного, Мустафы паши. Того июля 20 числа, при осмотре реки Путны, встретившаяся турецких войск конница с нашим легким войском сражалась; двоекратно неприятеля сломили и прогнали. Двухбунчужный Осман паша с тремя тысячами отборной конницы старался усилиться против наших войск; но с помощью римско императорских гусар и цесарских арнаут неприятель опрокинут и прогнан, с великим его уроном. И, наведя понтоны [и] 21 числа перешед реку Путну, на сем походе к Фокшанам турецких войск толпы в разных местах имели сражение с легкими нашими войсками, но всюду были отбиты с уроном.

Приближаясь к Фокшанам, по многим сражениям, генерал поручик Дерфельден с пехотою соединенных войск атаковал неприятельские окопы и овладел оными. Часть турецкой пехоты заперлась в крепком фокшанском монастыре Святого Самуила, внутри их земляных укреплений, которые тотчас облегли с левой стороны российские войски, а с правой, под предводительством принца Саксен-Кобургского, – союзные войски. Турки жестоко оборонялись ружейным огнем; но, соединенною артиллериею отбив ворота и калитку, наши с союзными войсками, вошед внутрь стен, поражали неприятеля штыками, и, по продолжении сражения, чрез 9 часов, помощию Божиею достигнута нами совершенная победа. По овладении Фокшанами остаток разбитых турок искал спасения в монастыре Св. Иоанна, в полутора версте лежащем; но посланной от принца Саксен-Кобургского команде с артиллериею, по отчаянной обороне, принуждены были оставшиеся] от истребления ага и 52 человека сдаться военнопленными. Неприятельской урон – до 1500 человек; в плен взято 100, пушек 10, знамен – 16; весь их лагерь с палатками с разными военными припасами достался в добычу победителям.

Рассеянные турки побежали по дорогам браиловской и к Букаресту. Наши легкие войски, догоняя, их поражали и на обеих дорогах получили в добычу несколько сот повозок с военною аммунициею и прочим багажом. С нашей стороны, российских убито рядовых – 15, ранено всех чинов – 79; из римско-императорских войск урон весьма мал.

Того же году, сентября 6 и 7 числ, по сообщению мне от генерала от кавалерии принца Саксен-Кобургского, командующего союзными римско императорскими войсками, о приближении верховного визиря с главными турецкими силами, во ста тысячах состоящими и расположившимися лагерем при Мартинешти, в расстоянии от него не более 4 часов, ожидая от него атаки, просил меня поспешать соединиться с ним; я, соображая столь важные обстоятельства, немедленно из Пуцени выступил в поход, взяв с собою корпус, составленный из двух гусарских, 4 гренадерских, 4 мушкетерских баталионов и одного легкого баталиона, сформированного из мушкетер, устроя на 6 кареев, в две линии, под начальством: первую – генерал майора Познякова, а вторую – бригадира Вестфалена, 12 карабинерных эскадронов – при бригадире Бурнашове, два казачьих полка и арнаутов, с их начальниками, и хотя разлитием реки Серета в переправе делано великое затруднение, но, превозмогая все препятствия, перешед Серет, следовал чрез Путну, а римско-императорские войски, перешед реку Берлад по мосту, при Текуче, обратились, против Никорешт, к понтонным своим мостам и со оными близ Фокшан, при реке Милкове, я соединился 10 того сентября поутру.

Осмотрев положение неприятеля, распорядил поход двумя колоннами; правую вел я, прибавя к ней римско-императорских войск два дивизиона и Барковых гусар, под командою подполковника барона Гревена и майора Матяшковского, а левую вел принц – Саксен-Кобургской. И того 10 числа, при захождении солнца, выступили, переходя Милков вброд и продолжая марш в совершенной тишине, приспев к Рымне, перешли оную вброд, пехота вправо, а кавалерия влево. Соверша переход, на рассвете построил войски в боевой порядок и повел в атаку; в семи верстах, при деревне Тыргокукули, стояло турецкое войско лагерем на выгодных высотах, в двенадцати тысячах, под командою двухбунчужного паша Хаджи Сойтари. Вскоре начался шармицель и пушечная с обеих сторон стрельба; первая линия начала наступать на неприятельскую батарею; но дефиле долго задержал, проходя в порядке, а тем временем неприятель с половиною его войска, с большею частию обозов, ушел к местечку Рымнику, другою половиною конницы и пехоты – ударил весьма сильно на каре правого фланга.

Храброй отпор и крестные огни егерского каре, действие ружей и штыков в полчаса опровергнули турок с великим уроном; карабинер два эскадрона и дивизион римско-императорских гусар, врубясь в неприятеля, отняли знамя, и легкие войски овладели неприятельским лагерем, и общекарабинеры, донские казаки и арнауты истребили множество турок; остальные побежали по букарестской дороге, к местечку Рымнику. Принц Саксен-Кобургской, имея далее путь, перешел чрез Рымну позже меня, и, едва успел построиться, неприятель, в двадцати тысячах состоявший, напал сильно на оба крыла, но поражаем был с чувствительною гибелью; в то же самое время от Мартинешти, из главного неприятельского лагеря при реке Рымне, до шести тысяч турков быстро наскакали на каре Смоленского полка. Я приказал каре Ростовского полку той же второй линии принять вправо, сближась косою чертою, чтобы неприятеля поставить между крестных огней; тут сражение продолжалось целый час, с непрерывным огнем, а в войсках принца Саксен-Кобургского – более двух. Неприятель отчаянно сражался, но, наконец, уступил мужеству, оставя окружность полевую покрытою мертвыми телами: турецкая конница действовала с крайнею отвагою, а особливо отчаянно нападали янычары и арабы. Турки отступили к лесу Крынгумейлор, где обреталось пеших до 5 тысяч янычар, имея там ретраншемент, хотя не оконченный; я одержал место сражения, выстроил линии, собрал карей и несколько отдыхал.

По прошествии сего принц Саксен-Кобургской был паки сильно атакован сорока тысячью конных турков, кои окружили тесно его левое крыло; конница его врубалась в турок несколько раз, а пред моим фронтом начался шармицель; я пошел с войском, отражая неприятеля пушечною пальбою, которой открыл свои батареи; под выстрелами их союзные войски, входя на пологое возвышение, стремились овладеть; неприятель, видя наше усилие, два раза покушался увозить свою артиллерию. По трех верстах маршу открылся ретраншемент под лесом Крынгумейлор; я приказал карабинерам и, на их флангах, гусарам стать среди кареев первой линии и сим дать интервал; легкие войска заняли крылья, и в ту же линию кавалерии присоединились влево – прочие дивизионы гусар принца Саксен-Кобургского; за нею Левенерова полку легкая конница составляла резерв; оное все произведено в действо на полном марше.

Я просил принца Саксен-Кобургского, дабы он приказал сильно идти вперед своим кареям; канонада кареев наших в лес и ретраншемент привела в молчание турецкие пушки; пораженное и приведенное в замешательство пешее и конное турецкое войско начало отступать в лес; я их велел остановить; линия наша, при беспрерывной пальбе с крыльев и кареев крестными выстрелами, приближившись, пустилась быстро в атаку, кавалерия, перескоча невозвышенной ретраншемент, врубилась в неприятеля; овладели четырьмя орудиями, истребя великое число турков, кои тут отчаянно сражались; наконец, сии многолюдные толпы выгнаны из лесу; разбитые турецкие толпы бежали к главному своему лагерю, при реке Рымнике, в шести верстах от сего места сражения отстоящему; достигавшие их наши карей, эскадроны и легкие войски обратили их дирекцию на юг; каре, генерал майором Карачаем предводимы, были с нашими кареями впереди, поражали янычар и прочие неприятельские войски, где казаки и арнауты истребляли врага.

При захождении солнца победители перервали погоню на рымникской черте; река сия запружена была тысячами повозок аммуничных и прочих и великим числом потопленных мертвых тел неприятельских и скота. Во время баталии верховный визирь находился особою своею под лесом Крынгумейлор, до самого его оттуда изгнания к рымникскому лагерю, где он не возмог ни увещанием, ни принуждением остановить бегущие свои войски, и сам поспешно удалился по браиловской дороге. В сем сражении неприятель потерял на месте убитыми более пяти тысяч; в добычу получено нами знамен сто, мортир – шесть, пушек осадных – семь, полевых – 67 и с их ящиками и амуничными фурами, несколько тысяч повозок с припасами и вещами, множество лошадей, буйволов, верблюдов, мулов, и, сверх того, лишился он трех лагерей с палатками и всем экипажем; по совершении победы войски отдыхали на месте баталии спокойно.

На другой день партиями легких наших войск стоящий за Рымником верстах в четырех верховного визиря особый его лагерь открыт и взят с разною добычею, причем немалое число турок побито; принц Саксен-Кобургской посланным баталионом к лесу Крынгумейлор укрывшихся турок истребил. В сих преследованиях после баталии турок побито не меньше двух тысяч. Армия турецкая [бежала] до реки Бузео. Достигши оную, верховный визирь с передовыми успел переехать мост и тотчас оный поднял; конница турецкая пустилась вплавь, где из нее немало потонуло, а оставшаяся на левом берегу конница и пехота рассеялась всюду без остатка. Ушедшие с места баталии обозы разграблены волошскими поселянами. На здешнем берегу лежало смертельно раненных, умирающих и умерших множество; визирь уклонился в Браилов, потеряв из армии своей более десяти тысяч человек; с нашей стороны убито всех чинов 46, ранено 133; римско-императорских войск урон немного больше нашего.

В чувствительной моей благодарности не могу умолчать о излиянных на меня благосоизволениев Ее Императорского Величества всемилостивейшей монархини нашей, Великой Государыни, Милосердой Матери Отечества, проницающей службу и усердие наше. Всемилостивейше пожалован я 1770 году сентября 31 (?) дня, по соизволению Ее Величества, от Его Императорского Высочества Государя Цесаревича кавалером голштинского ордена Св. Анны, 1771 года августа 19 дня за одержанные победы в 1770 и 1771 годах над польскими возмутителями – орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия 3-го класса, того ж года декабря 20 дня за совершенное разбитие войск литовского гетмана, графа Огинского – орден Св. Александра Невского, 1772 года мая 12 дня за освобождение краковского замка из рук мятежнических – с изображением в высочайшем рескрипте монаршего благоволения пожаловано мне тысяча червонных, 1773 года июля 30 дня, за одержанную победу при атаке на Туртукае – орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия 2-го класса, 1774 года сентября 3 дня, за скороспешной мой приезд в низовой край налегке, на поражение врагов империи, – со изъяснением в милостивейшем рескрипте монаршего благоволения всемилостивейше пожаловано мне две тысячи червонцов; 1775 года июля 10 дня, при торжестве утвержденного с Оттоманскою Портою мира, – шпага золотая, украшенная бриллиантами, в 1778 году за вытеснение турецкого флота из ахтиарской гавани и от крымских берегов, воспрещением свежей воды и дров, – золотая табакерка с высочайшим Ее Императорского Величества портретом, украшенная бриллиантами; 1780 года декабря 24 дня с собственной Ее Императорского Величества одежды бриллиантовая ордена Св. Александра Невского звезда, 1783 года июля 28 дня за присоединение разных кубанских народов ко всероссийской империи – орден Св. Равноапостольного князя Владимира большого креста 1-й степени. 1787 года июня 11 дня, при возвращении Ее Императорского Величества из полуденного краю – всемилостивейшим благоволением табакерка золотая с вензелем Ее Императорского Величества, украшенная бриллиантами, 1787 года ноября 9 дня – за одержанную победу, октября 1 числа того года, при защищении Кинбурна, атакованного отборными турецкими войсками с помощию флота их, и совершенное их разбитие и поражение на кинбурнской косе – орден Св. Апостола Андрея Первозванного, со всемилостивейшим в высочайшем рескрипте изречением: «Вы оное заслужили верою и верностию»; 1789 года ноября 3 дня за разбитие и победу собравшихся многочисленных турецких войск под Фокшанами – к ордену Св. Апостола Андрея, крест и звезда бриллиантовые, того же 1789 года за разбитие и знаменитую победу сентября 11 дня сего года многочисленной турецкой армии, предводимой верховным визирем, на реке Рымнике, – шпага золотая, богато украшенная бриллиантами, с надписью дела, а 3 октября того же года за оную же победу верховного визиря на реке Рымнике – всемилостивейше возвышен я с рожденными от меня детьми в графское российской империи достоинство, указав именоваться: граф Суворов Рымникский; того ж октября 18 дня за оную же совершенную победу верховного визиря, со изъяснением в высочайшем рескрипте долговременной моей службы, – сопровождаемой со особливым усердием и точным предложенного исполнением, – неутомимых трудов, предприимчивости, превосходного искусства, отличного мужества во всяком случае, всемилостивейше пожалован кавалером ордена Св. Великомученика и Победоносца Георгия большого креста 1-го класса.

Его величество император Римской, покойной Иосиф, всемилостивейше благоволил высочайшим письмом своим 13 августа 1789 года ко мне уважить одержанную мною с принцем Саксен Кобургским победу под Фокшанами, – наименовав оную «славною победою», соизволил пожаловать мне золотую табакерку с вензелевым Его Величества именем, богато украшенную бриллиантами, а за одержанную при реке Рымнике над верховным визирем победу всемилостивейше пожаловал меня рейхсграфом Священной Римской империи и, при высочайшем своем письме 9 октября 1789 года ко мне, пожаловал мне на то рейхсграфское достоинство грамоту, октября 6 числа немецкого счисления того 1789 году, за высочайшим своим подписанием, с привешенною императорскою печатью, и при том герб с графскою короною, с которых у сего следуют копии; оные я принял по высочайшему Ее Императорского Величества дозволению от 26 сентября того 1789 года.

Употребляемой мною до сего герб принял я от покойного отца моего, какой он употреблял, т. е.: щит разделен в длину надвое; в белом поле – грудные латы, а в красном поле – шпага и стрела, накрест сложенные, с дворянскою короною, а над оною – обращенная направо рука с плечом в латах, держащая саблю. Подлинное подписано тако:

генерал граф Александр Суворов Рымникский

Наука побеждать

Вахт-парад.

(Ученье разводное, или пред разводом)

От оного главное влияние на обучение.

Исправься! Бей сбор!

Ученье будет: приемы и повороты. По команде, по флигельману[1], по барабану. Плутонгами[2], полудивизионами, дивизионами.

Пальба будет! Заряжай ружье!

(При заряжении приклада на землю отнюдь не ставить. Отскакивает шомпол, пуля некрепко прибита.)

Наблюдать косой ряд[3]: приклад крепко упереть в сгиб правого плеча, ствол бросить на левую ладонь; пуля бьет в полчеловека[4].

Примерно можно и с порохом[5]; ружья чистить между часов[6]; выстрелять между одного и двух патронов.

Наступление плутонгами начинай!

Отбою нет. Сигнал барабана – поход, выстрелять от одного до двух патронов.

Атакуй первую неприятельскую линию в штыки! Ура!

Взводные командиры [кричат]: коли, коли! Рядовые: ура! Громогласно. Краткой отбой!

Неприятельская кавалерия скачет на выручку своей пехоте: атакуй!

Здесь держать штык в брюхо человеку. (Случится, что попадет штык в морду, в шею, особливо в грудь лошади.)

Краткой отбой!

Атакуй вторую неприятельскую линию или атакуй неприятельские резервы!

Отбой сим кончится. Третья – сквозная атака.

Линия равняется вмиг; вперед! Никто не смеет пятиться назад ни четверти шага.

Марш!

Повзводно, полудивизионами или дивизионами!

На походе плутонги вздваивают в полудивизионы, или сии ломаются на плутонги.

Солдатский шаг аршин, в захождении полтора аршина. Начинает барабан, бьет свои три колена[7], его сменяет музыка, играет полный марш; паки[8] барабан. Так сменяются между собою. Бить и играть скорее: от того скорее шаг. Интервалы между взводом весьма соблюдать, дабы, пришед на прежнее место, команда: стой! – все взводы вдруг стояли и заходили в линию.

Вторая или первая половина линии по рядам, налево или направо.

У сей [команды], барабан – фельдмарш[9]. Заходит против части, стоящей на месте, из картечного выстрела вон[10].

Ступай в атаку! Ступай!

Поход во все барабаны. На 80 саженях от противного фронта бежит от 10-ти до 15-ти шагов чрез картечную черту полевой артиллерии[11], на 60-ти саженях то ж чрез картечную черту полковой артиллерии[12], а в 60-ти шагах верной черты пуль[13].

Ступай, ступай! в штыки, ура!

Противная линия встречает пальбою на сей последней дистанции, а на 30-ти шагах ударит сама в штыки; с обеих сторон сквозная атака.

Равно сему другая линейная атака, обе части на прежних местах.

Також отделенная часть заходит колонною для деплояды[14] фронта, ежели есть место.

Обе части делают колонны.

По числу людей в разводе, в одну или две колонны.

Атака будет! Колонны ступай!

Барабан бьет марш на 60-ти шагах одни от других.

Ступай! Ступай! атакуй в штыки! ура!

Мушкет в правой руке наперевес. Колонны между собою насквозь быстро, примерно колют.

Колонны, строй карей. Стрелки, стреляй в ранжире![15] Плутонгами, зачинай![16] Ступай, ступай, атакуй в штыки! ура!

Здесь карей на месте. Стрелки бьют наездников и набегающих турков[17], особливо чиновников[18]. Плутонги палят в их толпы; пальба должна быть кратка, ибо тут дело больше картечь.

Потом бросаются колоть, что воображается сквозною карейною атакою.

Стрелки, вперед!

На оставшихся басурман между кареев.

Докалывай, достреливай, бери в полон!

Барабан, краткой сбор. Стрелки, в свои места!

Карей! Строй колонны!

Исполнение то ж, как выше о колоннах.

Колонны строй, карей, карей, марш.

Здесь без пальбы, атака ж прежняя.

Ступай! Ступай! Атакуй в штыки, ура! Карей, строй линейный фронт!

А заходившей части, по рассмотрению[19], вместо линии строиться в колонну или по четыре ряда. Команда оной: по рядам или по четыре, направо или налево.

Ступай на прежнее место! Строй фронт.

Барабан – фельдмарш.

Сии основательные[20] маневры, марши и эволюции равны в батальонных, полковых и корпусных экзерцициях.

Начальник может требовать баталионного[21]огня.

Исправный приклад[22] правит пальбою. Здесь он расстраивается по неминуемой торопливости; но во взводной пальбе он виден. Одиночка пальбы на баталии выйдет сама собою. Для сбережения пули тут на каждом выстреле всякой своего противника должен целить, чтоб его убить.

Залп.

В разводе, коли с пальбою, для очищения ружей. В ином строю – только для исправности приклада. Против неприятеля не годится: оный может сколоть и порубить, пока опять заряжают.

Наступные плутонги только для движения, но против неприятеля сия ломаная линия не годится, особливо он ее и малою кавалериею изрубить может.

Может начальник спросить отступных плутонгов[23].

Лучше об них не помышлять. Инфлюенция их солдату весьма опасна. Ниже о каких ретирадах[24]в пехоте и кавалерии [не мыслить].

Разговор с солдатами их языком

После сего разводного учения, когда оное будет учинено по приходе развода в главную квартиру, куда оный приходит до рассвета, а на рассвете выходит уже на площадь, – штаб-офицер того полку, чей развод, командует: под курок[25] и начинает в присутствии всего генералитета, штаб- и обер-офицеров говорить к солдатам их наречием наизусть следующее.

Каблуки сомкнуты, подколенки стянуты; солдат стоит стрелкой: четвертого вижу, пятого не вижу.

Военный шаг – аршин, в захождении – полтора аршина; береги интервал.

Солдат во фронте, на шагу, строится по локтю; шеренга от шеренги три шага; в марше – два. Барабан, не мешай!

Береги пулю на три дня, а иногда и на целую кампанию, как негде взять. Стреляй редко, да метко. Штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля – дура, штык – молодец. Коли один раз, бросай басурмана с штыка: мёртв на штыке, царапает саблей шею. Сабля на шею – отскокни шаг, ударь. Коли другого, коли третьего; богатырь заколет полдюжины, больше. Береги пулю в дуле. Трое наскачут: первого заколи, второго застрели, третьему штыком карачун[26]. Это редко, а заряжать неколи. В атаке не задерживай.

Для пальбы стреляй сильно в мишень; на человека пуль 20; купи свинцу из экономии – немного стоит. Мы стреляем цельно: у нас пропадает 30-я пуля, а по полевой и полковой артиллерии разве меньше десятого заряда.

Фитиль на картечь – бросься на картечь: летит сверх головы. Пушки твои, люди твои, вали на месте, гони, коли, остальным давай пощаду, они такие ж люди: грех напрасно убить.

Умирай за дом Богородицы, за Матушку[27], за пресветлейший дом. Церковь Бога молит. Кто остался жив, тому честь и слава!

Обывателя не обижай: он нас поит и кормит; солдат – не разбойник. Святая добычь! Возьми лагерь – все ваше. Возьми крепость – все ваше. В Измаиле, кроме иного, делили золото и серебро пригоршнями. Так и во многих местах. Без приказа отнюдь не ходи на добычь.

Баталия полевая. Три атаки: в крыло, которое слабее; крепкое крыло закрыто лесом, это немудрено: солдат проберется и болотом; тяжелее [через] реку – без мосту не перебежишь. Шанцы всякие перескочишь; атака в середину невыгодна, разве кавалерия хорошо рубить будет, иначе самих сожмут. Атака в тыл очень хороша, только для небольшого корпуса, а армиею заходить тяжело.

Баталия в поле: линиею против регулярных, кареями против басурман, колонн нет. А может случитца, и против турков, что пятисотному карею надлежать будет прорвать 5- или 7- тысячную толпу с помощию фланговых кареев; на тот случай бросится он в колонну; но в том до сего нужды не бывало. Есть безбожные, ветреные, сумасбродные французишки. Они воюют на немцев и иных колоннами. Естьли бы нам случилось против их, то надобно нам их бить колоннами-ж.

Баталия, штурм. Ломи чрез засеки, бросай плетни чрез волчьи ямы[28], быстро беги, прыгай чрез полисады[29], бросай фашины, спускайся в ров, ставь лестницы. Стрелки, очищай колонны, стреляй по головам. Колонны, лети чрез стену на вал, скалывай на валу, вытягивай линию, караул к пороховым погребам, отворяй вороты коннице. Неприятель бежит в город, его пушки обороти по нем, стреляй сильно в улицы, бомбардируй живо. Недосуг за этим ходить. Приказ: спускайся в город, режь неприятеля на улицах. Конница руби. В домы не ходи, бей на площадях; штурмуй, где неприятель засел. Занимай площадь, ставь гаубтвахт[30], расставляй вмиг пикеты к [во]ротам, погребам, магазейнам. Неприятель сдался, пощада. Стена занята, на добычь.

Баталия на окопы – на основании полевой. Ров не глубок, вал не высок – бросься в ров, скачи чрез вал. Ударь в штыки, коли, гони, бери в полон. Помни: отрезывать тут подручнее коннице. В Праге[31] отрезала пехота, да тут были тройные и большие окопы и целая крепость, для того атаковали колоннами.

Три воинские искусства:

Первое – глазомер: как в лагерь стать, как маршировать, где атаковать, гнать и бить.

Второе – быстрота. Поход: полевой артиллерии от полу до версты впереди, чтобы спускам [и] подъемам не мешала. Колонна сближится – оная опять выиграет свое место; под гору, на равнине – на рысях; марш по рядам или по четыре: для тесной дороги или улицы, для узкого мосту, для водяных и болотных мест по тропинкам; и только когда атаковать неприятеля, то взводами, чтобы хвост сократить. У взводов двойные интервалы на шаг. Не останавливайся, гуляй, играй, пой песни, бей барабан. Десяток отломал – первой взвод, снимай ветры[32], ложись. За ним второй взвод, и так взвод за взводом. Первые задних не жди. Линия в колонне на марше растянется. Коли по 4, то в полтора [раза], а по рядам – вдвое. Стояла на шагу – идет на двух. Стояла на версте – растянется на четыре; то досталось бы первым взводам ждать последних полчаса по-пустому. На первом десятке отдыху час. Первый взвод, вспрыгнув, надел ветры, бежит вперед 10–15 шагов (а на марше, прошед узкое место, на гору или под гору, от 15 до 50-ти шагов). Так взвод за взводом, чтоб задние, между тем, отдыхали. Второй десяток – отбой, отдыху час и больше; коли третий переход мал, то оба пополам, и тут отдых три четверти часа, полчаса и четверть часа, чтобы ребятам поспеть скорее к каше. Это для пехоты.

Кавалерия своим маршем вперед; с коней долой, отдыхать мало и свыше десятка [верст], чтоб дать коням в лагере выстояться.

Кашеварные повозки впереди с палаточными ящиками. Братцы пришли – к каше поспели. Артельный староста[33]: «к кашам». На завтраке отдых 4 часа; то ж самое к ночлегу, отдых 6 часов и до 8-ми, какова дорога. А сближаясь к неприятелю, котлы с припасом сноровлены к палаточным ящикам. Дрова запасены на оных.

При сей быстроте и люди не устали. Неприятель нас не чает, щитает нас за 100 верст, а коли издалека, на двух, трехстах и больше. Вдруг мы на него как снег на голову. Закружится у него голова; атакуй, с чем пришли, с чем Бог послал. Конница, начинай! руби, коли, гони, отрезывай, не упускай!

Третье – натиск. Нога ногу подкрепляет, рука руку усиляет. В пальбе много людей гибнет. У неприятеля те же руки, да русского штыка не знает. Вытяни линию, тотчас атакуй холодным ружьем. Недосуг вытягивать линии – подвиг[34] из закрытого, из тесного места. Пехота, коли в штыки, кавалерия тут и есть. Ущелья на версту нет, картечи чрез голову – пушки твои. Обыкновенно кавалерия врубается прежде, пехота за ней бежит – только везде строй. Кавалерия должна действовать всюду, как пехота, исключая зыби; там кони на поводах. Казаки везде пролезут. В окончательной победе, кавалерия, гони, руби. Кавалерия займется, пехота не отстает. В двух шеренгах сила, в трех – полторы силы: передняя рвет, вторая валит, третья довершает.

Бойся богадельни[35]. Немецкие лекарствица издалека, тухлые, всплошь бессильны и вредны. Русской солдат к ним не привык. У вас есть в артелях корешки, травушки, муравушки. Солдат дорог, береги здоровье, чисти желудок коли засорился; голод – лучшее лекарство. Кто не бережет людей – офицеру арест, унтер-офицеру и ефрейтору палочки, да и самому палочки, кто себя не бережет. Жидок желудок, есть хочется – по закате солнышка немного пустой кашки с хлебцом, а в крепком желудке – буквица[36] в теплой воде или корень коневьего щавеля[37].

Помните, господа! полевой лечебник штаб-лекаря Белопольского[38]. В горячке ничего не ешь, хоть до 12 дней, а пей солдатский квасок, то и лекарство, а в лихорадке не пей, не ешь. Штраф, за что себя не берег: лишь бы Бог дал здоровья. Богадельни: первой день мягкая постель, второй день французская похлёбка, третий день её, братец, домовище к себе и тащит. Один умирает, десятеро хлебают его смертельный дух. В лагере больные, слабые, хворые в шалашах, не в деревнях: воздух чище. Хоть без лазарету и вовсе быть нельзя, тут не надобно жалеть денег на хорошие лекарства, коли есть где купить сверх своих и на протчие выгоды без прихотей. Да всё это неважно: мы умеем себя беречь; где умирает от ста один человек, у нас и от 500 в месяц меньше умрет. Здоровому – питьё, еда, больному – воздух, питьё, еда.

Богатыри! неприятель от вас дрожит; да есть неприятель больше богадельни: проклятая немогузнайка! Намёка, загадка, лживка, лукавка, краснословка, краткомолвка, двуличка, вежливка, бестолковка. От немогузнайки было много беды. Хличка, чтоб бестолково и выговаривать: хрой, прихах, афах, войлих[39] и проч. Стыдно сказать. За немогузнайку офицеру – арест, а штаб-офицеру от старшего штаба – квартирной арест.

Солдату надлежит быть здорову, храбру, тверду, решиму, прав диву, благочестиву. Молись Богу! от него победа. Чудо богатыри! Бог нас водит, он нам генерал!

Ученье – свет, а неученье – тьма. Дело мастера боится. И крестьянин не умеет сохою владеть – хлеб не родится. За ученого трех неученых дают; нам мало трех, давай нам 6; нам мало 6-ти, давай нам 10 на одного; всех побьем, повалим, в полон возьмем. [В] последнюю кампанию[40] неприятель потерял счетных[41] 75 000, только что не 100 000. Он искусно и отчаянно дрался, а мы и одной полной тысячи не потеряли. Вот братцы! Воинское обучение! Господа офицеры! Какой восторг!

По окончании сего разговора фельдмаршал сам командует:

К паролю! С флангов часовые вперед, ступай на караул!

По отдаче генералитету или иным пароля, лозунга[42] и сигнала, [следует] похвала или в чём хула вахт-параду. И громогласно:

Субординация!

Послушание!

Дисциплина!

Обучение!

Ордер воинский!

Порядок воинский!

Чистота!

Опрятность!

Здоровье!

Бодрость!

Смелость!

Храбрость!

Экзерциция!

Победа и слава!

Полковое учреждение[43]

Глава I. О караулах

§ I. О построении караулов на месте

1

Караул строитца по числу людей своих и рота, как то ей положено в описании 1763 году полкового строю главы 2 в 1-м пункте части I.

2

Команды строятца: от 40 до 24-х рядовых, разумея при фронте остающихся, в 3 шеренги. От 24 до 12 – в две. От 12 до самых малейших постов в 1 шеренгу.

3

Офицеры: буде два при команде старшей в середине команды, от передней шеренги в 8 шагах, младший на правом крыле между четвертым и пятым рядом, от рядовых в 4 шагах.

4

Унтер-офицеры: становятца по старшинству на крыльях в передней и задней шеренгах. А буде их только два, то в одной передней на обоих крыльях.

5

Капралы: в задних шеренгах на крыльях. А буде в задней унтер-офицеры, то капралам стоять во второй.

6

Где при офицере один сержант и капрал, то сержант на правом, капрал на левом крыле передней шеренги; то же когда сержант на карауле начальником, то он на правом крыле, а его капрал на левом передней шеренги; когда в карауле капрал начальником, то он на правом також крыле, тоже и ефрейтор. Разве сержант главным на карауле за офицера, тогда стоит там, где офицер.

7

Барабанщики: при офицерах, буде в три или в две шеренги, между первой и второй за офицером; в одну шеренгу перед шеренгой. При унтер-офицере на правом у него крыле.

§ II. Как быть караулам в маршировании

1

В маршировании караулы разделять: от 48 до 36 рядовых на два взвода, а ниже 36 до 24 – в один взвод, в три шеренги. Ниже 24 до 8 – в две шеренги, от 8 ниже – в одну шеренгу.

2

Офицеров: буде два – начальной перед командой, а подчиненной в замке.

3

Унтер-офицеры: первой ведет второй взвод, последние по фланкам взводов, також и капралы, как выше назначено на месте. При одном офицере: старшей унтер-офицер замыкает, а по нем следующий ведет второй взвод.

4

Буде же команда состоит в одном взводе, то старшей унтер-офицер замыкает, как выше показано, на месте по крыльям шеренг.

5

Начальникам караула: сержант, капрал или ефрейтер перед командой в 4 шагах.

6

Барабанщик в 1-м взводе, между первой и второй шеренги, в одну шеренгу – перед шеренгой, между оной и предводителя команды.

§ III. О смене караулов

1

Когда новая смена к старому караулу приближитца шагов до 50, а по обстоятельству места и ближе, командует стоящей на оном офицер «на караул» и прикажет бить поход. А пришедшей, заведя фронт в расстояние рядовой от рядовой шеренги 16 шагов, разве в необходимости по обстоятельству места и ближе, и средина против средины, взаимно делает то же; потом барабанщики обоих караулов тотчас бить перестанут. Где не офицерской пост, там начальник караула из нижних чинов заводит новую смену против средины старого караула в расстояние не 16, но токмо 8 шагов, и, как скоро скажет «заходи», отходит проворно на свое место, то есть на крыло правое своей команды, а барабанщик, буде есть, також проворно отходит ему на правое крыло; старого караула начальник из нижних чинов прежде новой смене «на караул» не командует, пока оная против помянутого не заведена будет, потом командует «на караул», оба вдруг и ударят в барабан поход. Где при команде два офицера, там новый начальник, буде место дозволит, заводит свою команду в расстояние 24 шагов.

2

По отдании чести оба офицера, подняв свое ружье в правую руку, зделав по три шага, так что между ими останетца два шага, подходят друг к другу на средину и, поставя ружье к ноге, сняв шляпы (а унтер-офицеры, капралы и ефрейтеры делают между собою ружьем, имея оное на плече, «на караул», то же всегда, когда друг другу ружьем оба рапортуют, шляп никогда не снимают). Пришедшей сказывает о себе стоявшему, что на смену пришел, что приказу; на сие стоящей препоручает ему все, что на том карауле сохранять приказано, и притом весьма тихо. А буде без дозволения смену производить не велено, то отправляет мелд-ефрейтеров для истребования на то дозволения.

Понеже в том случае не получа дозволения, к смене вовсе пристойности нет приказу отдавать; и потом оба офицера, здав друг другу приказ, поднимают ружье в правую руку (а буде из нижних чинов, на плечо), направо поворотя, идут к их командам на свои места и командуют: 1-е. «На плечо» (а ежели пришедшей от стоящего приказу еще не получил, то, дождавшись мелд-ефрейтеров, сходятца на средину в другой раз и один другому приказ отдает). 2-е. «Унтер-офицеры и капралы к смене», по которой команде обоих караулов унтер-офицеры и капралы поворачиваютца направо и налево, идут по старшинству позади передней шеренги, строятца позади ее против правого крыла старого караула и, поворотясь вдруг во фронт, выходят вдруг же из-за шеренги и строятца на средине караульного промежутка и, зделав вдруг «на караул», требуют пришедшие от стоящих осведомления о постах, колико их есть двойных или одинаких, и впротчем, что к их должности при карауле приказано, посему: старой: «зачем пришел»; новой: «вас сменить, что сдачи и приказу, сколько постов»; старой: «буде особливых приказов нет, содержать караул бодро и осторожно, сдача будет по смене, постов столько»; что получа, оборачиваютца направо кругом и идут в свои места; из пришедших унтер-офицер рапортует своего офицера о числе постов, и по приказу его разнумерить караульных на перевязках карандашем смены, то есть: первая, вторая, третья.

Ежели разводит один капрал, то разнумеривает с правого крыла, чтоб ранжир испорчен не был, а буде разводят два или четыре капрала, то уже с обоих крыл; что исполня, рапортует своего офицера.

Ежели команда более нежели из одного офицера состоит, то старшей, токмо чтобы на сие место дозволяло, становитца от фронта в 8 шагах, протчие в 4 шагах. А буде два, то как предписано в 3 пункте 1-го отделения сей главы.

3

Потом пришедшей офицер командует: «первая смена направо»; буде же расчет был с обоих крыл, то «направо и налево»; «ступай»; «стой»; тогда капралы к назначенным на часы приступят, новые станут по правую, а старые у них по левую руку, новая командует во фронт, старые капралы, сказывая новым, в которую сторону разводить; «право или лево заходи»; «стой»; «ступай»; потом более на поворотах по малости их команд не командует для проворного развода, и разводят весьма скоро, и команда должна сама за ними ходить, разве для упреждения какого замешательства давать им иногда знак рукою. Между тем офицер нового караула приказывает оставшимся] на месте строитца, наблюдая ранжир, в две или одну шеренгу, по числу людей, потому как положено о построении на месте, или ровняет, приказавши принять вправо против средины старого караула буде развод был с одного правого крыла; то же и водящей на часы капралы в построении шеренг на походе из трех, где из двух в одну всегда наблюдают, как сказано в 1-м пункте 2-го отделения сей главы.

4

Когда новая смена часовых к старым прибудет, новый капрал против посту, который он сменять должен, не дошедши 6 шагов, командует: «стой, на караул, перед себя»; вся сменная команда то же исполняет, и по сей сойдет новой против старого часового и, приближась к нему, старый новому: «зачем пришел»; новой: «вас сменить, что сдачи и приказу»; старый: «содержать караул бодро и осторожно, а особливого приказу и сдачи нет», а буде есть, то сдачу капрал знает; а ежели есть капра[лу] особливый приказ, то старый часовой сдает оный новому так тихо, чтоб капрал слышать мог; потом новый, на его месте ставший, с первым для повороту налево кругом, темпом, то есть поставя правый каблук к левой щиколотке, а старый, дошедши до сменной команды, заступя его место, станет на нем с первым же темпом.

Для повороту налево кругом капрал командует: 1-е. «Во фронт»; делают оба вдруг в остальные два темпа налево во фронт. 2-е. «На плечо»; по сем капралы, ежели есть сдача, новый у старого до малейшей вещи осторожно осматривает и принимает, и буде где деньги и вещи, коли счетом, то счесть, а за печатью – печать и обвязку, не разрезана ли, осмотреть; и ежели сдача не мала, то капралы могут, по положении командой на плечо, их ружья сдавать на время рядовым. Новый капрал, принимая сдачу, в то ж время препоручает оную в сохранение новому часовому, подтверждает ему о хранении всех вещей и отданном на посту приказе. Потом маршируют.

Где двойные часовые, там ставит всегда равных людей, буде нет, то капрал ставит большего на правое крыло. По команде: «ступай», новый часовой сделает сам на караул и кладет на плечо, когда сменная команда от него 6 шагов отойдет; то же буде на том посту держать у ноги, то, поставя к ноге, отделить ружье и по миновании 6-ти шагов поставить к ноге. Капрал же по команде «ступай» для разверстания шеренг по числу людей, как выше сказано, строит оных на походе командою из трех в две шеренги или из двух в одну шеренгу, стройся на походе. По смене всех часовых старого караула капралы берут у новых правую руку и командуют.

5

По смене всех постов капралы рапортуют унтер-офицерам, а унтер-офицеры своим офицерам, что: сдан или принят караул благополучно; сдача коли есть сходна; приказ генеральной, особливые, коли есть, на постах часовым объявлены, о чем офицеры кого надлежит посылают рапортовать мелд-ефрейтеров, и старого караула начальник приказывает при том своему мелд-ефрейтеру доложитца об отпуске старой команды в полк или роту. По возвращении их, получивши от них рапорты,

6

обоих караулов офицеры командуют: 1-е: «направо»; 2-е: «ступай»; рядовые, не теряя своей линии, на том месте заходят, где первой ряд зашел, обоюдно шеренги между собою свое расстояние хранят, и старого караула шеренги становятца у самых сошек; и как каждой в своем месте станет, то 3-е: «во фронт», упоминаетца, что всякому караулу всегда стоять в столько шеренг, во сколько ему на месте против 2 пункта 1-го отделения сей главы быть положено. Чего ради, верстая оные по числу приводимых капралами команд, сменившихся с часов, начальник старого караула строит шеренги до получения от его подчиненного о всей смене рапорта.

7

Когда оба караула во фронт станут, командует отходящей: 1-е: «на караул», и прикажет ударить в барабан одно колено поход; 2-е: «в правую руку»; 3-е: «сомкнись»: отобьет; 4-е: «право или лево заходи»; а буде не один взвод, то первой взвод стой, протчие направо; а с одним взводом зашедши: 5-е: «стой»; 6-е: «ступай»; ударит и бьет с поля, пока из виду у настоящего караула отойдет.

8

При команде: «ступай»: настоящего караула офицер командует: 1-е: «на караул», и бьет поход, доколе старой караул его минует до 50 шагов; 2-е: «на плечо»; 3-е: «к ноге»; 4-е: «приставь ружье», буде к сошкам, а буде к стене, то, 4-е: «направо кругом», потом 5-е: «приставь».

9

Обоим караулам во время разводу на часы командовать к ноге; а когда из разводящих смену последний капрал приближитца к которому ни есть крылу до 50 шагов, приказано класть на плечо; буде все посты часовых не далее 50 шагов, то к ноге не ставить.

10

Кроме как на постах у знамен и у генералитета, где часовые держат ружье у ноги, нигде часовым ружья к ноге не ставить, но иметь всегда на плече, а для отдохновения могут держать под курок и ходить на своем посту во все стороны по 6-ти шагов; а как скоро часовой кого усмотрит, кому честь должно отдать, стать и исполнять то бодро и добрым видом, коль паче часовой сидеть или ружье из рук выпускать отважитца не может.

§ IV. Как поступать старшему на карауле офицеру, сержанту, капралу и ефрейтеру

1

Караул содержать весьма строго, по силе военных правил, артикулов и полкового учреждения, и протчих на нем повелениев недреманно и осторожно, дабы из добрых солдат не сделать худых и за такую оплошность не подвергнуть себя к раннему взысканию.

2

Когда утреннею зорю пробьют, всем быть исправно одетым, обутым, вычищенным и бело напудренным, до пробития вечерней зори, а по пробитии оной в ненапудренных буклях; токмо перед утренней зорей оные переделывать или, когда не испортит, сверху гребнем чесать, то же протчие волосы на голове, и косу переделать, снова бело, с водою, припудритца, только чтоб букля на сосульку не походила, и исправно вычиститца. А ежели пост у самой знатной особы, то быть всем исправно прибранным, пока оная почивать пойдет.

3

Где фронт, а сошек не было, то по вступлении в караул приказать оные тотчас сделать.

4

Иметь от фронта вестовых в настоящих местах без излишества. Когда вестовой, для отдания какой особе чести, или часовой, усмотрят оную прежде вестового, по способности своего места, и чтоб поспеть караулу в ружье стать, громко скажет: «к ружью», то сие того ж мгновения подтвердит громко ж стоящей у фронта часовой; караул выходит и становища к ружью поспешно, однако без замешательства. Буде ж та особа скоро проедет, или нечаянно вдруг из переулка выдет, так что караул ему чести отдать не поспеет, но для того не торопитца, и командовать порядочно: «ступай в ружье, к ноге, на плечо, на караул», сколько командир поспеет, а кто от торопливости, дабы поспеть честь отдать, за ружье для делания еще не повеленного хвататца будет и произведет во фронте замешательство, того неослабно наказывать. Сие самое в отдании чести наблюдает всякой часовой, а за свою торопливость, в каком ни есть темпе, как только усмотрен будет, наказан быть должен без упущения.

5

Идущему с командою мимо караула: офицеру офицер приступит к ружью; унтер-офицер офицеру отдает фронтом честь, а унтер-офицеру и всякой команде приступает к ружью. Всем штаб-офицерам и других полков по узаконенному в лагере и в квартирах отдавать честь фронтом.

6

Ежели усмотритца, что особа, которой честь принадлежит, пойдет или поедет, или команда пойдет позади фронта, фронту, положа на плечо, оборачиватца направо кругом и честь отдавать. То же исполнять и часовому.

7

Для разводу на часы становитца караулу во фронт. На знатные посты назначивать лутчих людей. Во время разводу на часы командовать, как выше сказано, «к ноге»; ежели весьма много постов, как то в столичном городе, и скоро развесть не можно по отдалению их, то и «приставь»: капралы, заведя свои сменившиеся команды во фронт, тоже ружье приставляют, кроме последнего; при приближении последнего капрала к фронту до 50-ти шагов, все станут во фронт, и на плечо; потом ранжировать; при всех случаях рядовые сами собою шеренги дополнят, буде на карауле у военноначальника, и оный, когда развод на часы смотрит в окно, то хотя не близко ко фронту, без его приказу к ноге не становить.

8

Капралам разводить на часы скоро и бодро, сомкнутыми рядами, какая бы грязь ни была, и подтверждать часовым, чтоб стояли осторожно и неоплошно, держали на плече и под курок, как выше сказано, а когда дождь, то держали бы от дождя, токмо как скоро увидит кому честь отдать, клали бы порядочно на плечо.

9

С караула командир никуда не отлучаетца. Ежели часовые близко, или не очень далеко, то в половине развода осматривают их капралы. А буде далеко, как то в столичном городе, то имеют капралы нарочно командированных для того без ружья к каждому по одному рядовому, за ефрейтеров, яко своих субалтернов.

10

За нуждами больше одного рядового с караула не отпускать.

11

Все, что рядовому на карауле исполнить должно, часто им подтверживать, дабы свою должность не забывали.

12

Караулу в хорошую погоду входить в караульню или палатку не дозволять, також и самому ходить и сидеть перед караульней или палаткой.

13

В караулах, как при всяких случаях, нижним чинам с господскими людьми, чьи бы они ни были, никакого сообщения не иметь.

14

Ежели рядовые в непристойные его должности работы употреблены будут, об оном той особе, у кого на карауле стоит, учтивым образом представлять и по возвращении в полк о том рапортовать.

15

Когда караул командирован к какой знатной особе, то по прибытии оного на его пост, буде то первый караул, спрашивать его адъютанта, ежели адъютанта не имеет, докладывать его самого о приказе, смене, сколько часовых и где расставить, где фронту быть или не быть, кому честь отдавать. Коли фронту быть повелено будет, то иметь вестовых и отдавать честь кому надлежит. А ежели не первой караул, то начальник получает наставление о всем, кого рапортовать и докладывать, от состоящего на старом карауле.

16

Караульным при боях утреннем и вечернем держать ружье у ноги до время молитвы, а перед молитвой подымать на плечо. При обоих сих боях, как и при сборе, где будет бой не на месте бить, выходить с обоих крыл при капрале или ефрейтере по два рядовых, а где мало барабанщиков, то есть не свыше трех в одну шеренгу, то при капрале или ефрейтере с обоих же фланков по одному рядовому, коим в битье последней повестки самим ружье на плечо поднять, а к сбору изготовлены уже перед битьем; по прибытии на прежнее место оные сами собою поставят правой каблук к левой щиколотке и по знаку капрала, с которым ходили, в остальные два темпа сделают налево во фронт и поставя ружье к ноге. Все бои барабанные бить весьма крепко и скоро. В ту сторону, в которую барабанщики с битьем в барабан маршируют, должно им не ближе ходить как на 50 шагов. Учрежденные в полку молитвы читает наизусть по очереди рядовой, унтер-офицер, капрал или, ежели желает, и сам офицер. А к сбору прежде битья в барабан караул делает на плечо.

17

В средине времяни между вступления к будущей смены в суточном, двое-, трое- и четверосуточном карауле начальник оного делает всем караульным краткое свидетельство в экзерциции один раз, в недельном один раз, краткое, другой раз полное первое свидетельство. В двунедельном против сего вдвое, в месячном вчетверо. И так поелику караул долговременен. Описание сим свидетельствам смотри пункты 12, 13 гл. II.

18

Караулу по смене сходить с посту порядочно, однако без медленности и поворотливо.

19

Начальник, приведши старой караул обратно в лагерь порядочно, и ежели был барабан, с барабанным боем, поставит оный против баталионной улицы на полковых линейках, сделает и с правой руки на плечо и посылает мелд-ефрейтера доложить майора о распущении команды; и сержант, капрал и ефрейтер посылает о том докладывать адъютанта, а тот уже докладывает о том майора; получа приказ, командует «поротно сомкнись»; буде от одной роты, то просто «сомкнись, направо кругом, ступай в лагерь». В квартирах в столичном городе, доведши до полковых квартир или до ротных, откомандовавши «ступай по квартирам» и распустивши свою команду, рапортует сам офицер майора, нижней начальник адъютанта, и сей майора.

А в квартирах по деревням команда прежде распускаетца поротно, потом по обширности как способно по капральствам, определя к каждому отделению по ефрейтеру, буде иных чинов нет, которые свои команды, как бы они малы ни были, представляют своим капралам, а оные уже их в квартиры распускают; капралы о их прибытии чрез мелд-ефрейтеров при обыкновенном суточном рапорте старшего сержанта рапортуют.

Глава II. О экзерцировании

Понеже праздность корень всему злу, особливо военному человеку, напротив того, постоянное трудолюбие ведет каждого к знанию его должности в ее совершенстве, ничто же так не приводит в исправность солдата, как его искусство в экзерциции, в чем ему для побеждения неприятеля необходимая нужда. Для того надлежит ему оной обучену быть в тонкость, и в начале господам обер-офицерам должно оную весьма знать и уметь показать, дабы, убегая праздности, подчиненных своих в надлежащее время и часы, чтобы ее не забывали, в ней свидетельствовать и без изнурения подробно обучать могли, так, чтоб оное упражнение вообще всем забавою служило.

Экзерциция состоит: 1-е – в хождении и захождении, дабы солдат ко всякому движению и постановлению фронта против неприятеля искусен был.

2-е – [в] скорой и исправной пальбе. И сие первое обучение движению ног столь паче нужно, как обучение в действии рук, что без него и исправнейшее действие в руках и штыком, как бы кто храбр ни был, бесполезно.

Довольно изъяснено в изданном 1763 года описании полкового строю в части I, главе 8, что при обучении приемам, в части II, главе 13 в движениях, обращениях и маршировании, в части III, главе 7, что при всякой пальбе и заряжании примечать надлежит.

Здесь прежде яко весьма важное назначить должно, как рекрут из новоопределенных, не поверставши с старыми рядовыми, надлежит обучать экзерциции.

1

Чтобы оные имели на себе смелой и военной вид. Головы вниз не опускали, стояли станом прямо и всегда грудь вон, брюхо в себя, колени вытягивали и носки розно, а каблуки сомкнуты в прямоугольник держали, глядели бодро и осанисто, говорили со всякою особою и с вышним и нижним начальником смело, и когда он о чем спросит, чтобы громко отзывался, прямо голову держал, глядел в глаза, станом не шевелился, ногами не переступал, коленей не сгибал, и отучать весьма от подлого виду и речей крестьянских, и тако обуча как стоять во фронте.

2

Потом обучать поворотам: поодиначке, по-шестакам, по-шереножно и всею командою в три шеренги.

3

После приступить к хождению. Полной военной шаг аршин, больший шаг полтора аршина. Обучать сначала весьма тихим гусиным шагом, наблюдая прямизну стана в голове, груди, брюхе, коленях, носках и каблуках, как пред сим в 1-м пункте сказано. Потом делать шаг скорее; и наконец обучать сперва тихо, потом скорому шагу в полтора аршина. 1-е – поодиначке: обоими шагами вперед; косым аршинным шагом; в принимании в бок на линии вправо и влево; в принимании в бок вперед, вправо и влево; к отступанию назад. 2-е – шестаками: сведя в шестаки, а по недостатку примешавши старых, тихо и скоро сперва гусиным, потом вперед аршинным и полуторааршинным; после того косым шагом на линии и вперед в обе стороны, отступанию назад; и после всего захождению, наблюдая прямизну линии вправо и влево; первозаходящей на крыле делает шаг в полтора аршина, протчие при наблюдении прямизны линии потолику сей шаг убавляют, а последней шагу никакого не делает для соблюдения места незаходящего крыла, но токмо малое движение, надобно помнить обращение головы в сторону захождения, а в косых шагах в сторону принимания, и чтобы всякому рекруту, а особливо в захождении, досталось быть на крыле, против сего перемешавши старыми. 3-е – большою шеренгою. 4-е – командою в три шеренги, и притом отступанию и приступанию задних и передних шеренг. 5-е – сдваиванию рядов, взводов и шеренг, после сего обучать:

4

сниманию шляпы на месте одним темпом левою рукою во всю руку, в мимоходе на 24 шагах, то есть: 12 в шляпе сделать без всех темпов фронт в правую сторону, а с оным поворотом вдруг левою рукою снять шляпу и, несколько на месте постоявши, надеть шляпу, и с тем вместе вдруг и без темпов влево поворотитца и отойти 12 шагов; против сего и с поворотом влево в обходе на 24-х же шагах, 6 в шляпе, не останавливаясь, не дошедши 6, снять и пройти без шляпы на голове еще 6, итого 12 шагов, потом, не останавливаясь же, надеть шляпу и пройти еще 6 шагов.

5

Дать им ружье в руки и 1-е – научить, как оное держать и с ним во фронте стоять, 2-е – подтвердить с ним повороты, 3-е – все хождения, описанные в 3-м пункте.

6

Таким образом новоопределенных рекрут обуча сполна движению ног, надлежит обучать действию рук, прежде приемов поодиначке, по шестакам, большею шеренгою и целою командою в три шеренги. Счет между темпами сперва одиннадцать, потом девять, напоследок семь, когда одиначкою обучитца, приказывать каждому по окончанию приемов отдать честь и громко спросить: «господин капитан, сержант, капрал, ефрейтер, то есть тот, кто обучает, что приказу», дабы заблаговремянно к мелд-ефрейтерству привыкали.

7

После приемов скорому заряжанию с примерною пальбою: 1-е – просто поодиначке с оказанием всех темпов и приемов стоя. 2-е – с знаками[44]по-шестакам и большою шеренгою. 3-е – скорому четверократному заряжанию с примерною пальбою, то есть: стоя, сидя на колене, причем особливо садитца на колено твердо обучать, вставши, и с заряжанием на левой стороне по-одиначке, и с знаками по-шестакам и большою шеренгою. 4-е – с сим последним на левой стороне заряжанием для наступания с пальбою на фронт неприятельской, с хождением вперед, то ж поодиначке, с знаками шестаками и шеренгою. 5-е – сведя всех, а по недостатку примешав старых, в три шеренги с приступлением задних на месте и передние садясь на колени по одному ряду, потом по два с искошением оных, и залпом с знаками, все тихо, потом с знаками для примерных выстрелов скорострелков. 6-е – сие все обучение подтвердить в заряжании, где надлежит с знаками в примерной пальбе и в одиначке с командою, и в прибавок к тому отступную пальбу и в марше по рядам батальонов огонь.

8

Напоследок приступить к пальбе. Сему обучению 4 пункт во всем точным примером и основанием; то же действию ружьем, как и там, кроме того, что здесь уже все действия с патроном. При сем весьма наблюдать, чтоб оный из сумы скоро вынут был, исправно скушен, тряхнув один раз на полку, скоро опущен в дуло одним разом и крепко шомполом прибит.

9

Наконец обучать рекрута, как поступать при смене на часы и с часов, как содержать пост часового, как окликать рунд и дозор, исполнениям на молитву и на плечо с снятием и надеванием шляпы в пять приемов. Потом мелд-ефрейтерству, как в оном образе рапортовать, принять приказ и оный исправно отдать. Тем рекрут свое экзерцирование окончит и войдет в ротной строй с старыми рядовыми. В капральстве своем обучаем он бывает учрежденным при полку молитвам и содержитца во всегдашнем свидетельстве и подтверждении экзерциции.

10

Когда мушкетер в суме, то ни перед кем не останавливаетца, шляпы не снимает и идет своею дорогою бодро, то же когда с ружьем, но только держит его на плече круто. Когда мушкетер без ружья и сумы и должен своему вышнему отдать поклон, то, не доходя до него 6-ти шагов, поворотясь к нему лицом в лицо, без всякого темпа весьма проворно снимает шляпу левою рукою за пристяжку в левом углу и спускает вниз во всю руку по правую сторону тесака; а ежели что оный ему приказывать или говорить с ним станет, стоит до окончания без шляпы, а когда будет в отдалении шести шагов от своего начальника и офицера, опять надевает шляпу и идет дале, поворотясь, куда ему дорога, проворно без всякого темпа; ежели для скорости ему надлежит обойти офицера по той же дороге, то идет не останавливаясь и, поравнявшись так, чтоб ему на 6 шагов обойти его можно, снимает шляпу и, обошед, идет еще ненакрытой 6 шагов и наденет шляпу.

Буде же начальник, его пропустя, к себе позовет, прикажет куда идти или что делать, а он уже шляпу надел, то другой раз шляпы перед ним не снимает и говорит с ним накрытой, хотя бы он сам без шляпы был. Мушкетер також снимает шляпу перед его нижним начальником, яко то: унтер-офицером, капралом, ефрейтером, токмо в мимоходе не останавливаема и по трех шагах опять надевает, а на месте немедленно по снятии, разве сделает поворот к нему в лицо, когда он его позовет или что приказывать станет, в ту пору он до окончания без шляпы; напротив того, тот его начальник шляпы перед ним не снимает.

Других полков нижним начальникам токмо тогда делать снятием шляпы поклон, когда он командиром, а хотя и нет, однако для оказания его чину почтения, то же делать, когда он говорить или приказывать будет. Для оказания почтения старшему сержанту той роты, которой он, все унтер-офицеры, капралы и ефрейтеры против сего при встрече и мимоходе снимают шляпу, он им тем же соответствует, ежели успеет. Между собою ж унтер-офицеры, капралы и ефрейтеры то ж левою рукою отрывно и вдруг снимают шляпы, младшие перед старшими токмо при рапортовании без ружья и сумы, и тотчас опять надевают, в других случаях, також кроме принимания приказу, как они, так и рядовые, между собою сошедшись, шляп никогда не снимают, но имеют исправно надетые на голове.

11

Буде нижние чины в отлучке или в карауле свыше недели при начальнике от полку, и когда оные в роту прибудут, ежели по свидетельству ротного командира явитца, в которой части экзерциции кто не исправен, то коли его роты начальник, взыщет сам на нем по его изволению, а ежели другой роты, тогда рапортует о бывшем слабом смотрении за его одним или несколькими подчиненными полкового командира, и хотя бы тот ротной командир ни одним классом ниже чином был прибывшего из отлучки начальника, кроме того, что иногда таковых прибывших в полк полковой командир сам или по его приказу кто свидетельствует. Наблюдение сего пункта тем важно, что таковой начальник, будучи в отлучке, не попустит впасть в ослабление его подчиненным и нарекание полку не наведет.

12

Свидетельство в частях экзерциции в роте, в капральстве и отдельной команде есть следующее. 1-е – в хождении, имянно: вперед тихим аршинным шагом тридцать шагов, скорым аршинным шагом тридцать шагов, тихим в полтора аршина тридцать шагов, скорым в полтора аршина тридцать шагов, в принимании аршинным шагом в бок на линии вправо и влево по тридцать шагов и в принимании вперед вправо и влево по тридцать шагов, отступание назад шесть шагов и гусиной шаг. 2-е – в приемах полковых и ротных между ими счет семь и поворотам. Гранодерам сверх того бросание шлаг. 3-е – четверократное скорое заряжание с примерною пальбою, имянно: стоя, сидя на колене, вставши и зарядя на левой стороне по одному разу. 4-е – снимание шляп на месте, в мимоходе и обходе.

Против сих четырех примечаниев свидетельствовать и обучать: Первое – одиначкою, разумеется, что тут гусиного шагу нет. Второе – шестаками. Третье – большею шеренгою, против первого примечания, причем крыльные, то есть фланковые, надлежаще наблюдать; потом захождению четвероугольником вправо и влево, где особливо крыльные их должность порядочно наблюдать, а в шестаках в три перемены, чтобы всем досталось крыльными быть, и гусиным шагом; против второго и третьего примечаниев четыре флигельмана в отдалении от фронта в четырех шагах; против четвертого

примечания в мимоходе, с захождением шестака и шеренги на обе стороны, в обходе с приниманием шести шагов вперед полных вправо и шести влево без шляпы, потом то же напротив для обходу с левой стороны.

Четвертое – капральством и отсутственною командою, против первого примечания, в три шеренги, приступанию и отступанию задних и передних шереног, причем заднюю шеренгу очередовать: прежде без приступания, после с приступанием шеренг, а потом захождению направо и налево в четвероугольник и гусиным шагом; против второго примечания, с четырьмя флигельманами от фронта в четырех шагах; 2-е – с командными словами и где барабан, то третья по барабану; против третьего примечания и четвертого – как сказано о шеренгах и шестаках; в гранодерском капральстве делить капральство для бросания шлаг на два взвода и отсутственную команду, буде столько в ней людей есть. Пятое – то же исполнять целою ротою, что и капральством, токмо при бросании шлаг делить гранодерскую роту на 4 взвода.

Второе: ротной командир разделит роту на 4 части, как то в ней взводы, 1-ю поставит одинакими часовыми, вблизости вторую на пост и назовет старым караулом, третью и четвертую назовет новым караулом и, назнача к сим караулам начальников, со всем порядком против I главы, произведет караулам смену, часовых сменит правое крыло нового караула, то есть третью часть. А как оба караула сменятца и старой отойдет в некоторое расстояние, то 4-ю часть, что будет на месте старого караула, назовет старым караулом и, возвратя 1-ю и 2-ю, назовет оные новым и против реченного учинит часовым от первой, а караулу от второй части смену.

Потом в третей назовет старым караулом 2-ю часть, что на месте, а 3-ю и 4-ю поворотя, исправит при смене караулов смену часовым от 4-й части, и в четвертой раз третья часть будет старым караулом, ее сменит 1-я с левого ж крыла, вторая сменит часовых. То же самое исполнять начальнику в отсутственной команде по числу в ней людей, и буде столько та команда мала, что нельзя исправить смены караульной, довольно ежели исправит смену часовых, на что довольно и трех человек, то есть: один за ефрейтера, другой на часах, третей сменяет, а два, то сам командует во образе ефрейтера. То же наблюдать и командирам в капральствах. Против помянутого делать еще 4 смены караулам и часовым, расставя двойных часовых.

После чего одна половина роты станет на караульный пост, другая половина станет на часовые одинакие посты розно. Каждой офицер ходит по часовым, примерным рундом, и ротной командир их свидетельствует в принимании и пропускании рунда; в небытность их отправляют то унтер-офицеры, потом приходят к караулу, причем исполнять то как в 5-й главе 9-го отделения предписано; после того, той половины каждой унтер-офицер, капрал и ефрейтер ходит с двумя рядовыми по часовым дозором и подходит к фронту, в чем ротный командир свидетельствует и обучает против 9-го отделения 5-й же главы. Окончавши сие, другая половина станет на часы, а первая свидетельствуетца в сем упомянутом для рундов и дозоров. Самое сие исполняет начальник в отсутственной команде по числу его команды, как бы оная малочисленна ни была, и ежели при нем других нижних начальников или в той должности нет, то во образе рунда и дозора сам и обучает каждого поставленного часового окликанию, остановлению, позволению приступить и пропусканию рунда и окликанию и пропусканию дозора. Начальники в капральствах то же чинят.

13

В карауле начальник караула делает своим подчиненным против 12-го пункта первое свидетельство. В недельном – два раза: один раз полное, сколько ему на то число его команды дозволит, другой раз краткое, то есть поодиначке, с прибавлением шеренгою гусиного шагу, в двунедельном – вдвое и так далее. В маловремянном же только краткое один раз, как то повелено в 14-м пункте 4-го отделения I главы.

14

Обучение же полной роте, капральству или отсутственной команде, сколь далеко оная числом своим дозволит, производить во всем точно против описания полкового строю 1763 года и из оного в полку сокращенного строевого устава.

15

При церковном параде наблюдать весьма исправность в хождении и захождении взводов и поступать по нижеследующему: взводы, роты, капральство, команда или часть капральства, дошедши до церковных дверей, начальник командует: 1-е – «стой» и построить с командным словом, 2-е – как надлежит фронт, 3-е – «шапки, колпаки или шляпы долой», 4-е – «справа ступай»: входят в церковь и кладут шляпы, колпаки или шапки в один угол, а особливо шляпы подмышкою и в руках мять не дерзать. По окончании Божией службы разбирают оные, по выходе из церкви сами надевают и по командному слову: 1-е – «стройся» – весь фронт порядочно построить, 2-е – по-взводно, или по капральствам, или по частям капральства, или просто, ежели один взвод, – «сомкнись», 3-е – буде повзводно, то «право стой, лево заходи, или лево стой, право заходи, или первой взвод стой, протчие направо» и 4-е – «ступай», почем тоже порядочно отходят.

Глава III. О убранстве и чистоте

§ I. Как по сему поступать

1

Надевать шапки гранодерские так, чтоб передней край шапки был на самых бровях, мало нечто искося на правую сторону. Медь так чистить, чтоб от нее был блеск. Шапок, кроме караула, не носить, но ходить в колпаках, колпак тако ж на правую сторону искошать.

2

Мушкетерам надевать шляпы, чтобы был передней угол против левого глаза, тульи край на правой стороне на самой брови, а против левой стороны выше брови на два пальца. Полям у шляп быть на два с половиною вершка, бант и обшивка весьма бело вымытые и кисточки крепко пристроены. Шляп под мышку отнюдь не класть и в руках не мять, но всегда оная выправлена, чисто вычищена, исправно и крепко связана и поля ни мало не погнуты. Кроме караула и большого полкового строю шляпы носить старые с бантами без обшивок и кистей, токмо исправно связанные и не погнутые поля.

Пришиты к шляпе в 6-ю долю вершка черные ремешки, один длинной под срединою заднего поля скважиной, другой короткой под срединою левого угла с пуговкою, на которую длинной ремешок застегивать, пропустя под косу.

3

Косы на проволоке в длину по нижней край портупеи, крепко привиты к затылку вверх от волосов на один палец, сверху и книзу выгнутые, и снизу выгибка в кружок на один палец выше верхнего краю портупеи, так чтоб чуть сумы не доставало; вверху комель, в окружении с волосами и лентою в два вершка с половиною, спустя вниз в размер. Вверху волосяной бант внизу на вершок волосов. Ленте быть довольной длины, применяясь сколько по размеру каждого стана надлежит, чтобы ее для крепкой и частой увивки довольно стать могло, и отнюдь бы лента грязна не была, но всегда чиста.

4

У волосов с темя на средине завивать волосяную косу, которую ввязывать спустя в лентошную косу. Тупеев не иметь. Виски оправлять всем одинако, как и ныне в полку учреждено, в длинную одну буклю, но расчесанную и зачесанную порядочно, чтоб на сосульку не походила, в мороз делать оную шире, чтоб закрыла ухо. В большем полковом строю, в церковных строях, на караулах и во всяком городе, когда по улице идти, быть бело с водою напудренным, однако так чисто, чтоб не было виду, будто букля прежде водою не напрыскана, но облита и пудрою не навеена, но обмазана. На квартирах внутри лагеря, в деревне, в малом полковом строю, в ротных строях и по капральствам завивать виски – каждой висок ровно и хорошо в три бумажки в длину, а сзади завивать волосяную тройную косу и, перегнувши, привязывать у затылка и в том месте черной бант, кроме того как на квартире и в палатке.

5

Галстук шириною в вершок: один волосяной черной с тонкою кожаною черною обшивкою на 6-ю долю вершка, другой красной камлотовой против того ж, с тонкою белою полотняною обшивкою. Обтянут около шеи крепко, чтоб от манишки или рубашки воротника из-под нево не видно было, и без морщин. Пряшка назади против косы. Красный носить только в карауле, в большем полковом строю и церковных строях.

6

У рубашки или манишки в скважины ворота продевать тесьму, тою тесьмою обернувши около шеи, завязывать сзади, а потом заворотить обшивку на тесьму, чтоб обшивка из-под галстука не выбилась. Обшивкам у рукавов быть у самого сгиба кисти руки, манжетам быть тонкого полотна в вершок. Во всяком карауле, большем полковом и церковных строях быть всегда в белой рубашке или манишке, в протчее время хотя не в белой, однако чистой. Сверх того иметь белую рубашку или манишку в запасе.

7

Портупею иметь повязанную нижним краем к самому лифу, всякому по своему стану – ни туго, ни слабко. Пряжка против самых пуговиц. Лопасти тесачные пришиты к левой бедре столько назад, чтоб только ружье свободно на плече держать можно и в экзерциции ефес бы не мешал. Портупея всегда бело выбелена и зубком крепко вылощена. Пряшка на портупее и ефес с крючком у тесака так всегда вычищены, чтобы от них был блеск.

8

Верхнему краю суме на перевязи против верхнего краю портупеи. Пристегивать суму прорезанным ремнем на пуговицу, пристроенную на портупею, или когда в кафтане, а портупея по камзолу, на кафтанную фалдинную. Концы у перевязи крепко к суме пришиты и чтобы нимало не сжимали. На плече пристегивать перевязь кафтанным погоном. Перевязь бело выбелена и зубком вылощена, кожа на суме воском натерта с лоском и герб с блеском вычищен. Погон всегда выправлен и вычищен, носить оный в караулах, в большем полковом и церковных строях и только в городах. Гранодеру фитильную трубку чистить с блеском.

9

Штанам сидеть гладко длиною за колено ниже чашки на один палец и вдернутым снурком завязывать и под коленом крепко, чтоб вверх не подымались и из-под штиблет не выбились. На поясу сидеть крепко, чтоб рубашка не выбивалась.

10

Чулок вытягивать крепко и подвязывать за коленом.

11

Штибель-манжетам быть длиною в 4 вершка, чтоб можно их было четыре раза надевать, складывая их пополам и выворачивая из-под штиблетных раструбов или из-за сапожных голенищ, более бы их не видно было как на один палец.

12

Башмакам быть по размеру каждого, не широким и не узким, чтоб можно было в морозы в них соломки или охлопочков положить, а паче не коротким, дабы в ходьбе ног и пальцев не обтирали, отчего солдат в походе часто не может за прыткими следовать, но прямо бы на ноге сидели. Клюшам у оных лежать на самом сгибе плюсны. Задку на пяте быть от каблука два вершка.

Каблукам в полку одинаковой вышины. Застегивать башмаки не пряжками, но снурками, проколовши на каждом клюше по скважине – одну против другой, в кои продернуть снурок, клюшу одну на другую положить, стянув снурок, завязать и концы спрятать. Всегда им быть исправно вычиненным, вычищенным и намазанным, ежедневно переменять их с одной ноги на другую, чтоб не сносились и в походе и ходьбе ног бы не портили.

13

У штиблет внизу помочам по сторонам ноги быть в такой мере, чтоб их не больше половины вершка видно было. Стрелка столько близка к башмашному носку, чтоб из-подысподи ее и с боков клюш совершенно не видно было. В средине икор свободнее, чтоб не морщились. Первая подвязка узкая сверх штиблета возле краю штанов, другая подвязка шире под штанами, для холстины, пришитой сысподи штиблет, под первой подвязкой, которой холстине быть за коленом три вершка, а вытягивать ее и штиблет и подвязывать крепко. В средину у раструб против боков выемка на один палец, раструбной выемке сидеть на самом сгибе колена. Штиблетам быть крепко ваксою смазанным и вычищенным, пуговицы на них вычищены с блеском, також и пряжки у раструбов. В сухую погоду надевать штиблеты и башмаки, а сапоги в одну грязь, в походе же как приказано будет.

14

Сапоги вытягивать и подвязывать крепко за уши под коленом. Голенищи хотя длиннее, однако их у краю штанов порядочным сгибом напустить, так чтоб край выемки был на самой чашке колена, а выемке быть в самой средине спереди и сзади, против боков, не свыше одного пальца. Каблуки в полку в один размер. Сапоги чистить и крепко ваксою смазывать, носить и в грязь и в походе.

15

Гранодерам усы иметь полные, по обрез между верхней и нижней губы, нафабренные, зачесанные вверх и несколько на обе стороны вкось. В средине, под носом, посредине губы выбривать на одну 6-ю долю вершка. Борода у всех всегда чисто исповыбрита.

16

Кафтан и камзол всегда вычинены и вычищены, також и штаны, и когда где надобно положить заплатку, то чтоб совершенно было того ж цвету. Пуговицы на них все нашиты и вычищены с блеском.

17

Плащи свертывать изнанкою внутрь. Носить оные через правое плечо, к нему искося, на белом ремне; тот ремень посреди внутрь свертка пропущен, с правой стороны оба конца сойдутца, к верхнему пришить из тонкого ремешка кончик с скважиною, а к нижнему пуговица, и застегнут петелькою верхней на нижней край близ самого плаща, только так узко тот ремень был бы застегнут, чтоб свертка самому никак бы надеть не можно было, но застегивает его через плечо товарищ. Края круто сверченного свертка стянуты белыми ж короткими ремнями на пряжечках, коим лежать на свертке снизу и более от спины, чтоб за кафтан не зацепляли. Конец свертка приведен книзу и чтоб оный был не виден. Сверток в ширину 9 вершков. Ремни в ширину полвершка. Стягивательные ремни лежат от краев плаща на вершок. Ремням быть всегда бело выбеленным с лоском и пряжечкам с блеском вычищеным.

18

Белить перевязи, портупеи и плащные ремни следующим образом: прежде вымыть весьма чисто и выскоблить ножем, потом, разваривши клей в самой чистой воде не очень густо, оным вымазать и, наскобля ножем мелкого сухого мелу, поманивая палец в клей, растирать мел по ремню, потом, поманивая руку в чистой воде, растирать, чтоб везде ровно было, после высушить весьма сухо, а как высохнет, то лощить крепко ремень свиным зубком.

19

Ружье столько вычищено, чтоб от железа был блеск. Курок и шурупы смазаны, чтоб не заржавели, а в карауле сухо вытирать, чтоб кафтан не марался. Скобки крепко привинчены. Ружье везде вычинено и в исправности, кремень ввернут доброй и ложа всегда вычернена.

20

Когда кто командирован на караул или отпущен в город и в штаб, то хотя по осмотру оный отпущен был в полном убранстве и чистоте, однако по приближении к тому месту ему, ©становясь, снова вычиститца, прибратца и припудритца.

21

Господам обер-офицерам для уравнения иметь черные коженые штиблеты с раструбами, медными у раструбов пряжками и кожеными пуговицами всюду в размер. У шляп поля в 2 Уг вершка, на них кисточки с углов, чтоб не висели, но в половину краю пришиты были. Косы такой же меры, как у рядовых, на них банты волосяные черные, галстуки волосяные черные шириною в вершок, с белою обшивкою шириною на 6-ю долю вершка. Манжеты длиною в вершок. Шпаги носить круто под самой боковой располок. Перчатки небольшие лосиные. Знаки на черных ленточках. Сие служит для парадов, однако и в протчие дни офицеру носить то, что солдацкому виду прилично.

§ II. Что к сему потребно

1

Суконной пинсгоф, в котором не менее 12 добрых обваренных кремней, и для твердой привертки обогнутых в свинце по верхнему краю свинца вырезать мелкие зубочки, чтоб глаже на кремне свинец сидел; для смазывания у ружья винтов и шурупов в бумажке или тряпичке кусочик ветчинного сала.

2

Отвертку, пыжевник и трещетку всегда иметь в исправности и несколько спичек, проволоки для прочистки затравки и для того щеточку из щетины.

3

Для убирания волосов гребень, кусочик вакс-помады, то есть свешного сала, слитого с воском, токмо в нем столь мало воску, чтоб вакс-помад был больше слаб, нежели крепок, и пудры четверть фунта с кисточкою в мешечке.

4

Для починки мундира несколько игол в игольнике или на суконке и ниток в узолке с кусочком воску. Большие иглы и нитки служат для буклей у волосов, а воск для натирания сумы и вакс-помады.

5

Для починки обуви сума с шильцами, несколько вервяных концов или щетины и кусочик смолы и лоскуток кожицы.

6

Для чищенья ремней ножик, мелу полфунта, клею мездрильного четверть фунта и для натирания и лощения ремней и сумной кожи зубок свиной. И для перетирания щеточку из щетины.

7

Для усов ступочка фарбы с гребенкою.

8

Для чищенья обуви щеточка и ступочка ваксы.

9

Для чищенья железа и меди терку и мелкого песку маленькой мешечик и лоскуток суконца и жженой глины кусочик с щеточкою для меди.

10

Для всякого мытья мыла полфунта. Командированному в отлучку и в караул свыше недели нижнему чину строевому все вышеописанное иметь с собою в ранце. А командированному в недельной и маловремянной караул только гребень с вакс-помадом, пудрою и кистью, игол и ниток для буклей, щетку с ваксою для чищенья обуви, лоскуток суконца для отирания ружья, и гранодеру фарбу с гребенкою для усов. В палебной экзерциции иметь каждому при себе отвертку с проволокою и два кремня в кармане.

С 1 апреля портупеи по камзолу, у кафтанов застегнуты лацканы, а отворочены от лацканов по две петли вверху, с 15 апреля у кафтанов лацканы расстегнуты, а только вверху застегнуты первые два крючка, и в белых штанах; с 1 мая до 15 августа в камзолах и белых штанах. С 15 августа до 1 сентября кафтаны надеты. Лацканы расстегнуты и грудь на двух крючках. С 15 сентября в красных штанах. Лацканы застегнуты и края на две пуговицы отворочены. А с 1 сентября портупеи по кафтану.

Глава IV. О воинском послушании, распорядке и должностях

§ I. О должности ротного командира

1

Вся твердость воинского правления основана на послушании, которое должно быть содержано свято. Того ради никакой подчиненной пред своим вышним на отдаваемый какой приказ да не дерзает не токмо спорить или прекословить, но и рассуждать, а паче оный опорачивать после в каком бы месте то ни было, но токмо повеленное неукоснительно исполнять. Иное есть представление, которое всюду в пристойное время, какого бы чину кто ни был, пред своим начальником к лутчему и кратко чинить похвально, однако и то чинить с великим рассмотрением, дабы не имело виду какого непослушания. От послушания родитца попечительное и непринужденное наблюдение каждого своей должности из его честолюбия в ее совершенстве; а в сем замыкается весь воинский распорядок.

2

Ротной командир, яко глава роты, за всякое в ней неустройство, самовольство и ослабление ответствует полковому командиру один.

3

Без его дозволения, кроме узаконенного, никто в роте ничего не предпринимает.

4

К своим подчиненным имеет истинную любовь, печется о их успокоении и удовольствии, содержит их в строгом воинском послушании и научает их во всем, что до их должности принадлежащем.

5

Имеет всегда при себе: 1-е – описание полкового строю 1763 году[45]; 2-е – сокращенной строевой устав[46]; 3-е – полковое сие учреждение с принадлежащим при нем; 4-е – списки: ротной, послужной по капральствам, ранжирной и краткой перекличкой с своею отметкою, кто куда командирован, дабы полковому командиру без дальних справок о каждом отвечать мог; наблюдает, чтоб один перед другим в лишнюю очередь командирован не был, разве за доброе состояние кого облехчит, а другого за наказание в лишнюю очередь командировать старшему сержанту прикажет; також буде в квартирах по деревням имеет в перекличном отметку, кто в которой деревне стоит; 5-е – семидневный рапорт с расходом; 6-е – ротную о вещах табель с их сроками. И когда в квартирах: 7-е – ведомость о квартирах по капральствам.

6

Знает имянно всех в своей роте нижних чинов, дабы о каждом пред своим командиром ответствовать мог, и, будучи сведущ о способностях каждого, исправнейшего от других отличает. Ежели кто из новоопределенных в роту имеет какой порок, яко то: склонен к пьянству или иному злому обращению, неприличному честному солдату, то стараетца оного увещеваниями, потом умеренными наказаниями от того отвращать. Умеренное военное наказание, смешенное с ясным и кратким истолкованием погрешности, более тронет честолюбивого солдата, нежели жестокость, приводящая оного в отчаяние.

7

Ежели из унтер-офицеров или капралов кто в поступках испортитца, так что трудно будет его поправить, о таком представляет полковому командиру: оный по обстоятельству лишен будет своего начальнического чина.

8

Старшего сержанта от роты не отлучать и не командировать. Ежели провинитца, то капитан его ставит под ружье. А ежели старшей сержант испортитца и ослабеет, то по представлению капитанскому, что его должности править не может, от полкового командира лишен будет сего чина.

9

Военные правилы, полковое учреждение и времянные полковые приказы накрепко наблюдает и по должности каждого в роте за оные взыскивает и наказывает без послабления.

10

В лагере всякой воскресной день и праздник три или четыре часа перед обедней приказывает перед ротою читать: военных артикулов одну или две главы, из описания полкового строю 1763 году одну главу из следующих: части I главу 8-ю, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю и полкового учреждения одну главу, а сей главы третью часть, список о ротных вышних и нижних в полку начальниках, дабы имянно об них каждой яко случающихся командирах известен был. То же делает в квартирах, когда собирает роту, прибавляя к тому список его роты в отделенных от капральств частях рядовых за ефрейтеров, сколько их случитца, кои в тех деревнях над сими частьми начальствуют. Затем ежели будут полученные в роту публикации с указов и ордеров.

11

С своими субалтерн-офицерами поступает благопристойно и того репримантует без суровости, которой нерадетелен в его должности и исполнении его приказа явитца.

12

Наблюдает хозяйство в роте и попечительное за всеми вещами смотрение. И часто посещает ротной цейхгауз.

13

За капралами и командирами капральств имеет строгое надзирание, чтоб они их должность неослабно наблюдали (в чем их должность, сказано будет ниже), за рядовыми накрепко смотрели, чтоб они не делали какой отвычки в содержании самих себя в приборе и опрятности, в хранении в целости и чистоте их вещей, и нимало в чем в которой ни есть части экзерциции до забвения не допускали. Також строго взыскивает на правящих должности каптенармусе и фурьере за какую в ней оплошность.

14

Командирам капральств о оружейных, мундирных и амуничных состоящих в их капральстве вещах дает табель за своего рукою, дабы они об них сведомы были, которую в случае их смен они друг другу сдают.

15

Получает, кроме что о роте от старшего сержанта, ежедневно рапорты от капральств чрез мелд-ефрейтеров от капралов. Сверх того, в обширных квартирах от ефрейтеров, начальствующих в отдаленных деревнях частями капральств, как о том сказано в главе VI 5-м пункте I отделения.

16

В лагере поутру и ввечеру сам ежедневно рапортует майора. В квартирах полкового командира и майора в месяц один раз, и когда в штабе.

17

Обыкновенно отсылает в полк за своею рукою семидневные и месячные рапорты, упоминая внизу, кто из нижних чинов его роты чем неудовольствован, во всяком. С прибылью и убылью табель о вещах по третям года. Месячную о провиянте ведомость.

18

Во всякой караул или команду ротной командир наряженных нижних чинов прежде отпуску в штаб в чистоте и исправности всех вещей осматривает сам, и буде же с ружьем, то приказывает делать к заряду: «открой полки», и осматривает, полка чиста ли, потом «закрой полку», «обороти ружье», «вынимай шомпол», «прибей заряд», ежели конец шомпола найдется чист, то доказывает, что и в стволу чисто.

19

Против сего ротной командир осматривает командированных в отлучку нижних чинов и имеют ли они против 2-го отделения главы III надлежащие в ранце вещи (то же чинит в осмотре сих вещей командированных в караул свыше недельного, а в маловремянной – как сказано в конце помянутого отделения), а буде начальником наряженной от полку команды его роты, то имеет ли он (разве неграмотной) при себе: полковое учреждение, сокращенной строевой устав и из описания полкового строю 1763 года 3-й главы, то есть части I главу 8-ю, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю; напоминает им кратко, чтобы они, будучи в отлучке, хранили их должность, наблюдали военную исправность и бодрость, подлых поступок были чужды, всех частей экзерциции не забывали и содержали себя в учрежденных при полку убранстве, опрятности и чистоте. Потом приказывает старшему сержанту отпустить команду в штаб.

20

Когда из нижних чинов кто из отлучки или с караула свыше недельного в роту прибудет, ротной командир осмотрит на нем все его вещи до малейших мелкостей, и когда на нем что исправить и починить следует, то прикажет оное ему в капральстве немедленно исправить и о том себя капралу рапортовать, а ежели что попорчено в ружье и тесаке, то приказывает сие немедленно ж каптенармусу исправить и себе показать, на срок.

21

Что ж принадлежит до свидетельства в экзерциции, таковых возвратно в роту прибывших из отлучки или с караула свыше недельного, на другой день оных собравши, с помощию старшего сержанта и ротного экзерцирмейстера делает им против 12-го пункта II главы первое и второе свидетельство поодиначке, а ежели их столько будет, то против первого також шестаками и шеренгою.

22

При собрании роты для экзерцирования имеет на себе шарф и командует с ружьем или шпагою в руках.

23

В лагере: ротной командир по получении рекрут в свою роту прикажет того ж числа их каптенармусу обмундировать и надлежащими вещами удовольствовать. Потом приказывает старшему сержанту их распределить по капральствам, назнача в которое имянно и в которую артель. Капрал определяет к каждому одного старого рядового, ради обучения его в экзерциции, должности, соблюдении в целости и чистоте вещей и содержании самого себя. В будни ежедневно рано по утрам и пополудни с их учителями собираютца они для экзерцирования к старшему сержанту, который имеет в том себе помощника ротного экзерцирмейстера. Старшей сержант им несколько часов в день дает для отдохновения и приучения описанного сей главы 5-го отделения в 9-м пункте в должности капрала.

Ротной командир ежедневно, когда при роте, сам по сему пункту надзирает. И имеет времяни для совершенного обучения рекрут целой месяц. К сему сроку прикажет каптенармусу их запасти вещами против 2-го отделения III главы из их собственного, а по недостатку из ротной экономии заимообразно. В обучении зкзерциции и протчего наблюдать, чтоб поступаемо было без жестокости и торопливости, с подробным растолкованием всех частей особо и показанием одного за другим. Что одно за другим в экзерциции обучать, узаконяют 9 первые пунктов второй главы.

Когда во всем, что до его должности рекрут будет исправно обучен, ротной командир, не ожидая приказу, к сроку или прежде срока представит его полковому командиру. После употребляет его в ротной караул три недели не меньше шести суточных смен; а потом и в полковой караул три недели не меньше трех смен. После чего очередует с старыми в караулы и иногда в ближнюю ротную и полковую отлучку токмо при старых от причисления его в роту до полугоду. Напоследок и в дальнюю отлучку, токмо в первой раз не одного, но вместе с старыми рядовыми. Определенного из других полков и военной команды чрез старшего сержанта и сам свидетельствует и исправляет во всем, на сие имеет сроку от трех дней до недели, по окончании которого представляет полковому командиру. А определенной из команды невоенной – тот же рекрут.

24

В обширных квартирах по деревням в обучении рекрут ротной командир поступает против сегож; токмо с тем различием, что оных в капральствы прежде не распускает, но содержит в той деревне, где его квартира, пока всему обучены будут. Для чего к каждому рекруту определяет одного старого рядового по его усмотрению, который своего ученика по отпуске от экзерциции обучает поведенному в 9-м пункте 5-го отделения сей главы. Також, что и до определенного из другой военной команды, пока во всем исправлен будет. Что же до употребления рекрута в полковой караул в три недели не менее трех раз, так ежели в то время от роты столько раз наряду не будет, представляет его от роты в штабную квартиру, для отправления гауптвахте сего караула при команде от другой роты.

25

Определенного в роту унтер-офицера или капрала из других полков и корпусов ротной командир свидетельствует и в незнании каком исправляет. Но как случаетца, что такой определен бывает из писарей и других нестроевых и невоенных чинов, так хотя бы он был сержант и старее протчих, поступает с ним как с рекрутом. А когда с помощию старшего сержанта он его должности рядового к убранству, содержанию и чищенью вещей и себя в опрятности и приборе, всем частям экзерциции стоянию и смене на карауле и на часах, в принадлежащем окликании и протчем до рунда и дозора, собственным его опытом и напоследок с прибавлением частей унтер-офицерской экзерциции при себе обучит, отправляет его в капральство, где он правит должность ефрейтера того капральства, когда, по свидетельству ротного командира, он правление капральством довольно знать будет; обучает его при роте всей капральской должности в карауле; а как уже во всем принадлежащем до должности капрала искусен будет, обучает его содержанию караула как унтер-офицера и определяет его командиром в капральстве яко унтер-офицера.

На сие ротной командир имеет сроку восемь недель, а для капрала шесть недель; по прошествии коего, или буде поспеет прежде, представляет его полковому командиру. Потом не прежде того он наряжаетца от полку исправлять три недели не менее трех раз полковой караул; напоследок он командируема и в отсутственные от полку караулы, также и ближние от роты и полку отлучки, но не прежде главным, пока отправит по одной как подчиненной, в дальнюю же отлучку до полугоду от его прибытия в роту не посылаетца, и в первую подчиненным. Наконец будет с протчими старыми в полку очередован и по случаю начальником. Против сего как приучать дворянина, сказано сей главы в 7-м отделении ниже о подпрапорщике.

26

Ослабевшего рядового берет под собственной свой присмотр и препоручает исправлять старшему сержанту.

27

Учрежденные при полку молитвы суть: 1-е – «Господи Иисусе Христе Боже паситель мой», 2-е – «Символ Веры», «Верую во Единого Бога», 3-е – «Отче Наш», 4-е – «Богородице Дево радуйся». Оные всем нижним чинам твердо знать и ежедневно поутру и ввечеру по оным Господу Богу молитца, читая их каждой вслух и наизусть.

28

В лагере, також и в квартирах где случитца, ротному командиру в артелях наблюдать доброй порядок и крайне надзирать, чтоб рядовым в провиянте, когда по неумеренному или порочному употреблению оного не случилось недостатка, хлебы гораздо бы выпекали, сколько им их содержание дозволит, всякой день ели теплое варение; ежели что в медном котле варено, то варить столько, чтоб на один завтрак стать могло, дабы не отмеденело, а на ужин варить свежее, а когда выедят, того ж часу котел чисто песком вычистить; каша бы доварена и не сыра была; сие весьма служит для соблюдения здоровья. Староста артельной должен быть честной и благочестивой человек, довольно признанной таким от ротного командира и от всей артели содержан быть в почтении.

29

Нижним чинам вино и протчее пить не запрещаетца, однако не на кабаке, где выключая что ссоры и драки бывают и военной человек случаетца во оные быть примешен; по крайней мере через сообщение тамо с подлыми людьми он подлым поступкам, речам и ухватке навыкнуть может и потеряет его от них отменность. Чего ради, вшедши в кабак и купя пива или вина, идти немедленно из него вон и выпить оное с артелью или одному в лагере ж или в квартире, однако и таким образом входить в кабак с дозволения своего начальника, а на кабаке пьют профосы.

30

Когда капитан командирован будет от роты в отлучку и отсутственную команду, в коей не меньше месяца должен пробыть, тогда сдает роту старшему по нем в роте офицеру, людей по спискам и вещи по табели, и дает ему письменное наставление, как до него роту содержать и его когда и где рапортовать. Однако как по подобному же командованию тот командир ротной переменитца может, а иногда по большим отлучкам и из оной роты времянным начальником в его роту офицер прикомандирован бывает, то по прибытии своем возвратном в роту в исправности всего порядка правления и хозяйства в роте взыскивает паче на старшем сержанте. В сих случаях должна рота собрана быть в полном параде.

Також принимающий роту офицер должен оную весьма исправно в людях, вещах и экономии принять, о всем надлежащем до роты исправно осведомитца и, имея при себе списки, рапорт, табель и в квартирах ведомость (против 5-го пункта сего отделения), знать о всем, что до роты, пред своим полковым командиром ответствовать по прошествии одной недели. Во всякой отлучке капитан, а по ваканции оного старший в роте офицер, имеет при себе со всего в помянутом 5-м пункте назначенного копии, кроме семидневного рапорта, который только служит на одну неделю, дабы по возвращении его в роту ничего [не] забыть и того ж часу обо всем осведомитца мог. Буде же ротному командиру отлучка свыше недели, а меньше месяца, тогда таким же образом роту сдает, кроме того, что оную не собирает. А на неделю вовсе роты не сдает старшему по нем в роте офицеру и старшему сержанту, что в его отсутствие исполнять.

§ II. О протчих в роте субалтерн-офицерах

1

Все военные правилы и полковые учреждения наблюдает и исполняет по приказам своего капитана или ротного командира неукоснительно.

2

Примером благородного своего поведения, полным знанием службы и попечительным исполнением оных ободряет и поощряет всякого из своих подчиненных к наблюдению своей должности, содержанию себя в непорочных поступках и делает вообще всех на себя надежными.

3

Когда капитан от роты командирован и ему роту сдал в правление, имея от него сверх полкового учреждения письменное наставление, как до возвращения его в роту поступать, оное весьма наблюдает, дабы по обратном в его роту прибытии ни в чем перед ним ответствовать не мог, но заслужил бы себе похвалу. Рапортует тогда своего капитана, или по ваканции его другого старшего ротного офицера, письменно о всем происходящем в роте и примечания достойном один раз в неделю, в две или в месяц по обстоятельству его дальней или ближней отлучки и как он приказал. Те рапорты для пересылки к нему отсылает к полковым письменным делам.

4

По определению ротного командира собственно для своего упражднения и охоты к начальничеству, когда при роте командует одним капральством.

5

Когда капитан от роты куда хотя на малое время отлучитца, то самое то же чинит, что и он, чего ради ему о должности ротного командира на всякой час весьма сведущу быть должно и по прибытии его о происходящем в роте тот час рапортует. В обширных квартирах буде капитан отъехал от роты за нуждою или по приказу на малое время, то с своей квартиры не перебираетца, а приезжает в ротную квартиру времянно: буде его квартира, понеже он имеет свою квартиру при капральстве, которым командует, не далее двух верст от ротной, то получает рапорты от самого старшего сержанта и отдает ему приказ в своей квартире, ежели далее того, то чрез мелд-ефрейтера, ибо старшей сержант должен быть при роте безотлучен. А когда капитан отлучитца от роты не менее как на одну неделю, то того ж числа переезжает на квартиру в ту деревню, где ротная квартира.

6

Имеет всегда при себе: 1-е – полковое учреждение; 2-е – сокращенной строевой устав; 3-е – из описания 1763 году полкового строю три следующие главы: части I главу 8-ю, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю; 4-е – списки о своем капральстве: послужной, ранжирной и перекличкой с отметкою, кто куда командирован, а в обширных квартирах и то, кто в которой деревне стоит; 5-е – табель о вещах в капральстве за рукою ротного командира, кою при смене сдает.

§ III. О должности старшего сержанта

1

Старшему сержанту быть о правлении роты весьма знающу, в поступках благонравну, в исправлении своей должности повелениев полковых и его ротного командира неутомленну и от оного содержану быть в отличности против протчих нижних начальников.

2

Как его капитан ответствует о своей роте полковому командиру, так ему ответствовать о роте своему капитану. По его многоделию капральством не правит.

3

Поверяет во всех частях экзерциции младших сержантов, капралов и экзерцирмейстеров.

4

В пунктах 23-м, 24-м и 25-м первого отделения сей главы изъяснено в подробности, как ему поступать при обучении экзерциции рекрут и новоприверстанных, имея помощником ротного экзерцирмейстера против первых 9 пунктов 2-й главы. И надзирает во обучении их содержанию в целости, чистоте вещей и убранству против 9-го пункта 5-го отделения сей главы, в лагере по капральствам, а в квартирах при роте, и как после обучения того их в службу употреблять. Что ж до определенного в роту дворянина, о том смотри главы сей 7-е отделение.

5

Вообще за всеми в роте нижними чинами наблюдает в целом соблюдении и чищении всех их вещей, самих себя в приборе и чистом убранстве, в знании незабвенном всех частей экзерциции, в содержании себя в бодрости, смелости, неленостной службе и непорочных поступках. Дает им самим собою пример и за оплошное в том смотрение за рядовыми взыскивает на капралах.

6

Приказы, наряды и протчие исполнения по получении их весьма поспешно чинит и исправляет.

7

В строях и протчих случаях сам всегда порядочно прибран и одет против III главы.

8

Когда пред командира позван будет, имеет шляпу во всю левую руку, а не под мышкой, говорит с ним смело.

9

В строю, в лагере, к паролю и в походе с ружьем, то же и при экзерцировании всегда и трость на пуговице. В протчих случаях иногда команду представляет без ружья и в знак начальства трость.

10

Ежедневно чрез мелд-ефрейтера с ружьем, а в лагере чрез них и капралов без ружья получает по утрам о капральствах и о всем в них происходящем, також от каптенармуса и фурьера по их должностям рапорты, и сверх того от капралов одних по вечерам. Против сего поутру и ввечеру рапортует о роте и о протчем своего капитана и при роте субалтерн-офицеров, поутру представляет капитану мелд-ефрейтеров от капральств, коим дает его прежде себя рапортовать.

Ввечеру, получивши от капитана при пароле приказ, отдает оный унтер-офицерам и капралам, кои к нему собратца должны. В квартирах в столичном городе рапортует сам субалтерн-офицеров о роте один раз в неделю, тогда ежели кого дома не застанет, оставляет ему краткой рапорт, протчие дни рапортует и сообщает приказы цыдулками чрез мелд-ефрейтеров. В непременных и обширных квартирах, понеже субалтерн-офицеры там стоят при своих капральствах, рапортует их словесно и письменно о происшедшем в роте каждую неделю в субботу чрез мелд-ефрейтеров.

Когда капитан на малое время куда от роты отъедет, на те дни получает от него пароли и лозонги и ежедневно поутру и ввечеру старшего тогда при роте офицера рапортует, когда он не в ротной квартире, чрез мелд-ефрейтера, и получает от него приказ, буде же его квартира от ротной квартиры не далее двух верст, то рапортует его поутру сам. Лозонг отдает стоящему в ротном карауле за ефрейтера. В обширных квартирах получает рапорты о капральствах чрез мелд-ефрейтеров, но тот капрал его сам рапортует и получает при пароле приказ, который в той деревне при капральстве, где он.

11

Наряды делает поспешно во все места, куда повелено, а имянно, кого куда нарядить, рапортует своего капитана. В квартирах посылает имянной наряд по капральствам. В недостатке сержантов наряжает место их капралов. Экзерцирмейстеров очередует всюду с капралами. Каптенармус и фурьер всегда при роте при их должностях, разве чрезвычайно куда от полку наряжены будут, и в строю не при плутонгах. Ибо в недостатке сержантов и капралов во взводах и плутонгах место их экзерцирмейстеры, а когда их в строю довольно, то экзерцирмейстеры как рядовые.

12

В квартирах от каждого капральства в ротной квартире по одному вестовому. Всякой вестовой должен быть с ружьем без штыка, то есть мелд-ефрейтером, кроме одного караула. Чрез оных старшей сержант в субботу рапортует о роте субалтерн-офицеров и посылает к капралам наряды и приказы цидулками; токмо смотрит, чтобы им излишних частых и пустых переходов не было. Ежели вестовому до капрала взад и вперед больше 10 верст, то волен капрал место его прислать обратно другого. В протчем капралы своих вестовых в ротной квартире сменяют по очереди через неделю. Коли вестовому дела нет, приставляет ружье к стене, а как позван будет, кладет оное на плечо круто.

13

В квартирах от каждой роты в штабе по одному вестовому. Старшей сержант, коли вестовому до него взад и вперед больше 10 верст, когда оный из штабу к нему будет с нарядом или приказом, посылает место его обратно в штаб другого, коему прикажет о получении и исполнении рапортовать, буде меньше, то посылает его обратно. Сменяет вестового без наряду в штабной квартире понедельно.

14

По вступлении наряженных на караулы на вахт-парадное ротное место, старшей сержант их неукоснительно во всем осмотрит против 18-го пункта первого отделения сей главы и дает знать, что команда готова чрез мелд-ефрейтера капитану, чего ради ему весьма прежде его к команде приходить должно. А когда при сей команде командирован его роты субалтерн-офицер, то по окончании своего смотра, когда оный к команде прибудет прежде ротного командира, приказывает нижнему при команде наряженному начальнику ему ею честь отдать, причем его о числе в ней людей рапортует, тогда он только с тростью. А какой осмотр с прибавлением против реченного 18-го пункта командированным в отлучку или в караул свыше недели чинить, упомянуто в 19-м пункте 1-го отделения сей главы. По прибытии и осмотре командированных капитаном команду с своим субалтерн-офицером он отправляет сам, а с урядником прикажет отправить старшему сержанту, который ему скажет громко: ступай в штабную квартиру, или ступай куда наряжен, буде велено прямо куда от роты отправить.

15

Прибывших из отлучки нижних чинов против 20-го пункта 1-го отделения сей главы також должен осмотреть прежде капитана и, получа от него о исправлении чего на ком приказ, кому предписано в том пункте, отдает и взыскивает исполнения, а потом в принадлежащем до экзерциции поступает против упомянутого в 21-м пункте того ж отделения 12-го пункта II главы. Буде при той команде был обер-офицер той роты, старшей сержант прежде капитана осмотру команде не делает, но когда ее осматривает он, от него в близости для принятия приказа. Все сии осмотры чинить точно всегда в повеленном порядке, хотя бы выведет по наряду один человек. Правило сие строго наблюдать, дабы чрез послабление того из добрых солдат не сделать ленивых, нечестолюбивых к их должности, нерадетельных и напоследок распутное их состояние от отчаяния бешеною дракою не поправлять.

16

Ведает ротные письменные дела и правит ими один. Табель о вещах у каптенармуса; провиантская ведомость у фурьера. В лагере поверяет оные с полковым писарем, и хотя бы нечего, казалось, иногда поверять, однако являетца к нему, коли не большой праздник, то в субботу, еженедельно на самое краткое время. А в квартирах, с дозволения ротного командира, посылает к полковому писарю оные поверять, особливо каптенармуса для выправки по табели или фурьера и фурьерского помощника к 15 числу каждого месяца. Оный должен пробыть в штабе только одни сутки, разве воскресной день помешает.

17

Имеет всегда при себе: 1-е – из описания 1763 году полкового строю 3-й главы, то есть части I главу 8-ю, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю; 2-е – сокращенной строевой устав; 3-е – полковое учреждение с принадлежащим; 4-е – списки имянные: ротной, послужной, по капральствам, краткой перекличкой с отметкою, кто куда командирован, а когда в непременных квартирах, то кто в которой деревне на квартире и кто в них из рядовых времянные начальники, и ранжирной; 5-е – еженедельной семидневной рапорт с расходом; 6-е – ротную о вещах с их сроками табель; 7-е – когда в обширных квартирах, то квартирную ведомость по капральствам, а в столичном городе – в которых улицах и на чьих дворах.

18

О всяком ответствует ротному командиру по роте наизусть, кто где обретаетца, в какой отлучке, на работе, в карауле, в лазарете или налицо. В лагере без докладу ротного командира никого из роты никуда не отпускает, а ему отпускных на смотр представляет. Також и капралы без его докладу того не чинят и отпускаемых для нужд представляют к нему на смотр, а по возвращении должны они к нему прежде явитца, потом у капралов против сего отпуски чинить, при столичном городе, в лагере и в квартирах с тем различием, что собирает от всех капральств в ротную одну команду не более двух раз в неделе, и как при отпуске, так и при возвращении, наблюдая при том, не пробыли ли лишних часов сверх дозволенных, представляет ротному командиру, разве его за нуждою дома не будет и он в том ему поверит. Что же отпускной команде наблюдать, сказано в 16-м пункте 5-го отделения сей главы.

19

Взыскивает над командующими капральствами унтер-офицерами и правящими оными капралами и ефрейтерами, також над унтер-офицерами при должностях строго наблюдение их должности и в том их исправляет, не допуская до ротного командира. Капралов репримандует и по вине умеренно наказывает сам, а унтер-офицеров репримандует без жестокости, буде ж больше по вине их заслужили, рапортует ротного командира. Ежели командир капральства офицер, то как он токмо ведает наружность правления, а внутренность оного в капральстве капралу принадлежит, не должен он в каком на нем взыскании или за вину наказании старшему сержанту препятствовать.

20

В принадлежащем до молитв, до надзирания над артелями и не питья на кабаке поступает против 27, 28 и 29-го пунктов 1-го отделения сей главы о должности капитана.

21

По устроению своего капитана наблюдает хозяйство в роте и имеет попечительное за вещами смотрение. Часто посещает с каптенармусом ротной цехгауз и что надлежит в нем исправляет.

22

Когда капитан будет куда командирован и роту примет у него другой офицер, то хотя бы тот офицер не первой случай и его роты был, однако как також и тот потом откомандирован быть может, и ротою напоследок по недостатку в ней офицеров будет командовать офицер другой роты, того ради старшей сержант, как он при роте всегда без отлучен, с отсутствия своего капитана должен наблюдать весь порядок правления роты и хозяйства, как было при капитане, дабы когда оный в роту возвратитца, во всем на нем не токмо за какое ослабление порядка, но и за различие в правлении роты (разве по обстоятельству времени та перемена учинена будет полковым командиром) строго не взыскал.

§ IV. О должности младшего сержанта

1

Оный всюду ходит на караул. В непременных квартирах по недостатку иногда кроме ротного командира при роте субалтерн-офицеров, отправляет на гауптвахте караул за офицера и командируетца во всякую отсутственную команду и отлучки. О должности старшего сержанта весьма сведущ, дабы по произведении того в офицеры или по какой чрезвычайной отлучке он тотчас в его должность вступить мог.

2

Протчие обыкновенные военные правилы, всякое строевое дело, все части экзерциции и содержания полкового учреждения знает твердо и не забывает.

3

Хотя по неуповательному случаю, ибо кажетца как ему без того в сержанты произведену быть можно, при определении его в полк он российской грамоте не обучен, однако попечением ротного командира оный сколько надлежит обучен быть может. Сожалетельно бы было, ежели он своею неохотою к сему просвещению будет сам себе препятствием к произвождению его впредь в офицеры, чего ради как грамотной.

4

Имеет всегда при себе: 1-е – полковое учреждение; 2-е – из описания полкового строю 1763 году три главы, имянно: части I главу 8-ю, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю; 3-е – сокращенной строевой устав; 4-е – имянные списки о капральстве: послужной, ранжирной и краткой перекличной, с отметкою, кто куда командирован, и ежели на квартирах, то кто, где и в какой деревне стоит; 5-е – полученную за рукою ротного командира табель о вещах в капральстве, а буде капральством командует офицер, то с оной копию. Подлинную, ежели у себя имеет, коли случитца командированному быть от капральства свыше недели, отдает капралу.

5

Командует капральством, как о том сказано ниже в 21-м пункте 5-го отделения сей главы.

6

Ежели он неграмотной, то на ваканцию старшего сержанта: грамотный из капралов, который ту должность исправить может, и иногда и той роты, в коей и он по его исправности поступить может.

7

В знак начальства имеет всегда трость в руках, а когда с ружьем, то на пуговице.

8

Всегда порядочно одет, обут и прибран. Все свои вещи содержит в целости, исправно их чистит и, кои надлежит, смазывает и белит. Смел, проворен и поворотлив.

9

Исполняет повеления ротного командира, отдаваемые чрез старшего сержанта, неукоснительно; и когда надлежит, старшему сержанту в экзерцировании над ротным экзерцирмейстером помощник.

10

Как на караулах поступать, значит в I главе.

§ V. О должности капрала и командиров в капральствах

1

Правление капральства уподобляетца правлению роты, так как сие последнее правление полковому. Чрез сие очевидно капралу, какому достойному человеку и сколько ему в знании военного дела искусну, в поступках же его во образец своим подчиненным благочестиву, трезву, постоянну, честолюбиву, порядочку, трудолюбиву и хозяйственну быть надлежит. Посему можно ли в сие звание определять людей по прихотям и не имеющих сих дарованиев, а дабы те достойные люди по их охоте к повелению для незабвения состояния его всегда им довольствовались, то по произведении кого из них в унтер-офицерской чин не отнимать у него капральства, но оставить при нем командиром, или по изволению ротного командира поручить ему в команду оное капральство. Один старшей сержант, по многодельной его должности сравниваемой с полковым адъютантством, командовать особо капральством времяни иметь не может. Сверх того ротной командир дает в смотрение капральство. И его субалтерн, для примеру их взяв одно капральство, в командовании сам.

Воспитывающиеся отрасли в капральской чин суть: экзерцирмейстеры, их в роте один ротной и по одному в капральстве. Они кроме строю, ежели когда при роте довольно будет сержантов и капралов и им за них места не будет и крайней необходимости, всегда в должностях капральских. Грамотной из них имеет преимущество к произведению в капралы. Сколь же вредно порядку, ежели ротной командир слабым каким смотрением попустит экзерцирмейстера впасть в какую распутность.

2

Капрал ежедневно рапортует о капральстве, о происходящем в нем и о исполнении отданного какого приказа или наряда поутру старшего сержанта и капитана, токмо сего последнего кратко о благополучном обстоянии капральства чрез мелд-ефрейтера, и получает чрез него приказ, в лагере сверх того рапортует сам старшего сержанта поутру и ввечеру, також и в квартирах, ежели стоит в той деревне, где старшей сержант, и в столичном городе по утрам делает обход капральству по квартирам до побудка, а ввечеру после тапты, причем повещает, что кому надлежит, а в обширных квартирах обходит только тех, кои с ним в одной деревне стоят, протчих же, буде капральство не в одном месте, рядовые за ефрейтеров, кои начальствуют над всякою отделенною частью капральства.

3

От капральства своего безотлучен, разве куда позван или командирован будет.

4

Весьма сведущ о учреждении полковом. Должен пред своим старшим сержантом и ротным командиром о каждом рядовом его капральства, на лице ли или где имянно в отлучке, всегда знать ответствовать. Получаемые наряды и приказы чрез старшего сержанта и ротного командира исправляет весьма поспешно, получает оные чрез своего вестового из ротной квартиры, коего сменяет без наряду сам, поочереди еженедельно, а ежели взад и вперед до его квартиры вестовому ходьба далее 10 верст, то когда он с чем к нему прислан будет, место его обратно посылает другого, которому прикажет о исполнении рапортовать. При себе вестового не держит, а буде какой полученной от старшего сержанта наряд или приказ ему следовать будет отдать ефрейтерам отделенных частей его капральства, наряжает тогда вестового от себя, токмо всегда с ружьем без штыка, мелд-ефрейтером, которому после время командирования его навести в ротную квартиру несколько облегчает, однако с тем примечанием, чтоб ни един рядовой его капральства в зимних квартирах нарядом навести в ротную квартиру вовсе обойден не был.

5

Наряженная команда собирается на парад-плац, и хотя бы командирован был один человек от его капральства, однако також к нему явитца должен, разве старшей сержант по приказу ротного командира кому для чрезвычайной скорости, что редко случаетца, прикажет прямо к себе явитца, но после даст о том знать капралу, не представляя старшем сержанту, он его во всем осмотрит и освидетельствует, и буде с ружьем, то для осмотра его исправности командует к заряду: «открой полку», смотрит, чиста ли затравка и замок, «закрой полку», «обороти ружье», «вынимай шомпол», «прибей заряд», ежели конец шомпола найдетца чист, то и в стволу чисто.

И буде надобно что поправить, исправляет, то есть: чтоб порядочно шляпа была связана и шапка надеты и вычищены, волосы хорошо убраны, у гранодера усы зачесаны, коса крепко привита, галстук неслабкой без морщин завязан, мундир исправен, вычинен и пуговицы вычищены, плащ порядочно связан и ремни выбелены, белье чистое и белое, исправно обут и обувь хорошо смазана, шурупы у ружья чисто смазаны и ложа черна, железо на ружье, ефес с крючком и пряжки вычищены с блеском, ремни очень белы и с крышкою на суме вылощены, от герба блеск, и всюду все вещи в размер; имеют ли також принадлежащие для убранства и чистоты при себе вещи против конца третьей главы.

6

Коли команда, сколь велика бы или мала ни была, наряженных в отлучку или в караул свыше недели свидетельствует при протчем, имеет ли всякой при себе в ранце такие ж все с прибавлением вещи против отделения 2-го главы III, как во окончании оного упомянуто. Перед отводом или отпуском к старшему сержанту напоминает наряженному, чтобы себя порядочно в отсутствии от капральства содержали и не навели бы себе бесславия.

7

Ежели есть налице командующие капральством офицер и унтер-офицер, должен унтер-офицер прежде офицера сии команды на парад-плаце капральства против реченного в 5-м и 6-м пунктах осматривать. Как скоро капрал даст знать чрез мелд-ефрейтера, что команда готова, по [о] смотре унтер-офицер дает знать чрез мелд-ефрейтеров офицеру, который, пришед сам на парад-плац, також подробно осмотрит и прикажет капралу отвесть или отправить команду в ротную квартиру. Капрал ее порядочно к ротной квартире на ротной парад-плац отводит и по прибытии даст знать чрез мелд-ефрейтера старшему сержанту, а буде надлежит только отправить, то, определяя к ней за ефрейтера рядового, скажет ему громко: «ступай к ротной квартире», а оный потом: «сомкнись», «право или лево заходи» или просто: «ступай как дорога». Понеже капрал при команде без ружья, только с палкою, то отдает командующему капральством офицеру честь определенной от капрала за ефрейтера рядовой. Три человека выходят на парад-плац, два и один могут осмотрены быть на квартире.

8

По отдаленности квартир, ежели капралу от деревни, где старшей сержант, больше двух верст, тогда он малой команды старшему сержанту не представляет сам, но старшей при команде за ефрейтера рядовой, разве старшей сержант прикажет ему при том особливо к себе быть, а в лагере хотя одного всегда сам. Буде же команда состоит более четверти капральства, то есть свыше 9 гренадер или 7 мушкетер, представляет оную сам старшему сержанту или прикажет то учинить своего капральства ефрейтеру. Ежели он по вышереченному случаю в ротной квартире которую неделю не был, то должен сам собою в неделю один раз в ней явитца и при разводе на ротном вахт-парад-плаце старшего сержанта о капральстве рапортовать и доложитца о приказе; в его отсутствии правит в капральстве ефрейтер. А буде его квартира отстоит от ротной далее 10 верст, то в две недели один раз.

9

В лагере, когда капрал от старшего сержанта получит свое капральство рекрут и поместит в которую он прикажет артель, то определяет к каждому в учители одного старого рядового, который с ним для экзерцирования ходит к старшему сержанту, а по отпущении его ученика от экзерциции приказывает ему, надзирая по случаю, сам его обучить одно за другим показывать и затверживать в следующем: 1-е – развертыванию и чищению ружья, чтоб от ствола, замка, штыка и оправы был блеск, чернить ложу, винты и шурупы отвертывать, завертывать и смазывать, ввертывать доброй кремень, как привязывать ремень и вообще как разобрать и опять собрать ружье; 2-е – рассказывать ему, в чем чистота состоит, и обучать, как обуватца, одеватца, подвязывать крепко галстук, как содержать в бережении и чистить и починивать кафтан, камзол и штаны, плащ как складывать, свертывать, связывать и как приноравливать к нему ремни, как связывать, чистить и выправлять шляпу, нашивать на нее обшивку и накладывать бант, а гранодеру как чистить и выправлять колпак, как чистить, смазывать и починивать обувь; 3-е – содержать в бережении аммуницию, и как чистить пуговицы, ефес с крючком и наконечником у тесака, на шапке гранодеру герб и медные обручи, герб на суме, пряжки галстушную, портупейную, раструбные, гранодеру фитильную трубку, чтоб от всей меди был блеск, натирать воском и лощить зубком крышку на суме и чистить тесачной клинок; 4-е – как мыть, чистить, белить и натирать зубком лоск у перевязи портупеи и плащных ремней, как оные и пристяжные ремешки на суме и большем плащевом ремне пришивать, застегивать и надевать, и как застегивать и содержать кафтанный погон; 5-е – как волосы чесать, завивать в бумажки, делать букли, тонко напрыскать водою и пудритца, завивать косы лентошную и волосяную тройную и зашпиливать бант; 6-е – чтоб чисто умели мыть рубашку, манишки, штибель-манжеты, обшивку на красном галстуке, шляпную обшивку и бант, содержать кисточки в исправности; 7-е – обучать учрежденным при полку молитвам, и на первой случай «Отче Наш» и «Богородице Дево радуйся». При этом в сем обучении говорить с рекрутом громко и смело, тоже и самому ему тихо говорить не дозволять, и поступать с ним весьма ласково и неторопливо.

10

В квартирах: капрал не токмо определенного из других полков, но и рекрут получает от старшего сержанта також поодиначке чрез старых рядовых экзерциции и повеленного в прежде реченном пункте уже обученных, токмо не оставляет от времяни до времяни оных во всем свидетельствовать и подробно затверживать.

11

Самое сие, что сказано о рекруте, весьма наблюдает и на старом рядовом, дабы оный не обленился и старшей сержант на нем бы того строго не взыскал. Паче в том надзирает над прибывшим из отлучки, особливо ежели в ней долго состоял, и хотя таковой от старшего сержанта как должно свидетельствован, однако должен сам его еще свидетельствовать.

12

Сверх того что рядовой по наряду должен изготовитца выступить пред своего капрала в повеленном убранстве и чистоте, но еще как скоро который рядовой с караула или из команды домой возвратитца, немедленно ему свое ружье, тесак и протчую медь с блеском вычистить и у ружья шурупы смазать, перевязь, портупею и плащевые ремни с лоском выбелить, и что в них отпоролось, також где распоролось в мундирных вещах и обуви, зашить и починить, гранодеру шапку, а мушкетеру шляпу вычистить и крышку на суме с лоском натереть. Дабы, ежели нечаянно будет куда вдруг наряжен, тотчас во всем был исправен. Капрал сего строго на рядовом взыскивает и в противном случае в самом малом мешкании без взыскания от старшего сержанта остатца не должен.

13

Наблюдает за рядовым, чтоб оные ежедневно мыли водою лицо и руки, чесали волосы, оправляли косу, переделывали на висках на каждом положение три бумажки, башмаки или сапоги переменяли с одной ноги на другую, чтоб они не сносились и в ходьбе ног не потерли, и, богу поутру одевшись и спать ложась, молились по учрежденным при полку молитвам.

14

Сам всегда хорошо прибран и одет против III главы, с своим командиром говорит громко и смело и держит шляпу, опустя в левой руке. Для знаку начальства ходит с тростью, а когда с ружьем, то есть в карауле и строю, имеет оную на пуговице.

15

Ежели в экзерциции или каким ни есть случаем рядовой ружье или тесак испортит так, что его самому починить не можно, капрал отсылает оное к старшему сержанту, который прикажет его исправить каптенармусу. Буде же то учинено от небрежения, то капрал рядового неослабно наказывает. Каптенармус на перемену дает тотчас в капральство другую вещь с убылых и отлучных.

16

Без его дозволения ни один рядовой от капральства отлучитца не может. При столичном городе, в лагере и в квартирах не больше двух раз в неделе, когда старшей сержант назначит, представя их прежде командующему капральством унтер-офицеру, и при оном офицеру, ежели при капральстве есть и квартира его не далее версты, представляет отпускных на смотр к старшему сержанту, а оный ротному командиру, и по возвращении их должны они прежде у старшего сержанта явитца, который их також представит к ротному командиру, потом отпустит к нему. Отпущенные, идучи по городу по знатным улицам и мимо караула, двора знатного начальника и командирского, маршируют хотя без ружья порядочно в рядах и шеренгах, как бы велика и мала команда ни была.

В других лагерях исполнять против сего ж; а в непременных или обширных квартирах не токмо капралы, но и ефрейтеры отделенных частей капральства те отпуски хотя не часто чинят на малое время и несколько часов, смотря по близости деревень, чтоб ежели отпущенные будут опрошены от старшего сержанта, а у ефрейтера от капрала, их тотчас можно назад отозвать, о протчих отпусках за нуждами в город и штаб капрал докладывает старшего сержанта, а ефрейтер капрала чрез мелд-ефрейтеров, и без дозволения его как сам не пускает, так и ефрейтеру отпускать не позволяет. Докладывает об отпускаемых командира над капральством унтер-офицеpa, а сей офицера, також отпущенных осмотря прежде в своей квартире в убранстве и чистоте им прежде отпуску представляет.

Отпускать же не меньше двух или трех вместе, из них один за ефрейтера, мимо караула, командирского или начальнического двора и по большой городской улице наблюдать всегда порядок в шеренге, и явились бы на срок. Приближась к городу или штабной квартире, должны вычиститца, прибратца и опять припудритца, також осматривают посланного от себя в ротную квартиру или иное место, чтоб он порядочно прибран был.

17

В принадлежащем 1-е – до молитв, 2-е – до артелей в капральстве, 3-е – о непитье на кабаке: поступает, как о том в 27-м, 28-м и 29-м пунктах I отделения сей главы в должности ротного командира назначено.

18

Грамотной капрал имеет всегда при себе: 1-е – полковое учреждение: 2-е – из описания полкового строю три главы: части I главу 8, части II главу 13, части III главу 7; 3-е – сокращенной строевой устав; 4-е – имянные списки о капральстве: послужной, ранжирной и краткой перекличной с отметкою, кто куда командирован, и ежели в квартирах – в которой кто деревне; 5-е – копию с табели о вещах в капральстве данной от ротного командира, и буде сам командир, то и подлинную табель.

19

Ефрейтер у капрала всегда его капральства экзерцирмейстер. Того ради экзерцирмейстеру, дабы, особливо когда он грамоте умеет, по его достоинству получал убылой в полку капральской чин, о всей капральской должности, ее правилах и правлении надлежит быть заблаговременно знающу и искусну. Всюду очередует с капралами, токмо не в отлучку свыше недели, а в караул свыше месяца. Старшей сержант наблюдает, чтоб при командированиях всегда при капральстве один из них, то есть капрал или его ефрейтер, при капральстве оставался. Ротной экзерцирмейстер, коли грамотен и исправно себя поведет, имеет линию к произвождению перед экзерцирмейстерами в капральствах и по классам достигнуть может в старшие сержанты; он всегда при старшем сержанте, а в отлучке кроме маловремянного в очередь с капралами караула от роты не командируетца, и то когда в нем дела нет, ибо по всегдашней почти в нем нужды он и в капральстве не правит; для употребления ж в мелд-ефрейтеры надлежит, чтоб каждой при капральстве рядовой к тому званию искусен был, в чем старшему сержанту и ротному командиру капрал ответствовать должен. Экзерцирмейстер також всегда с тростью.

20

Мелд-ефрейтер всегда с ружьем без штыка. Должность его состоит в том, чтоб он, зделавши ружьем на караул, умел смело и громко рапортовать, исправно принять приказ, потом сделать на плечо, направо, налево или направо кругом, а более нигде по темпам поворотов не делать, итти, куда надлежит. И когда есть данной ему какой приказ, то кому следует чтоб знал исправно отдать. К той особе, кого рапортует, подходит на три шага. В день после побудка, сделав на караул, рапортует о карауле, роте, капральстве и команде. Ввечеру после тапты имеет ружье на плече круто и только требует в те места приказу. Мелд-ефрейтер с билетом, рапортом или приказом письменным, имея оный за левым обшлагом, подошедши до той особы, которой его отдать следует, близко, прежде оный подает правою рукою, потом отступит от него, ежели места нет, на три шага, делает на караул и ожидает отпуску и приказу. Когда мелд-ефрейтер рапортует сержанта, капрала и ефрейтера, имеет ружье круто на плече, а ежели они с ружьем, то делает на караул и оный вдруг с ним взаимно делают ему тоже на караул, то ж и оные между собою чинят; разве когда фронт держит у ноги, и не на плече, тогда и мелд-ефрейтер на караул не делает.

21

Командующей капральством унтер-офицер ежедневно поутру и ввечеру о всем происходящем в капральстве получает рапорты от самого капрала, а в небытность его от ефрейтера без ружья, и отдает ему приказ, какой за благо рассудит. Получаемые чрез старшего сержанта наряды и приказы для поспешности капрал или ефрейтер исправляет без докладу, токмо унтер-офицера о исполнении рапортует. Представляемые от капрала команды, как выше в 5-м, 6-м и 70-м пунктах сего отделения оказано, осматривает прежде обер-офицер, буде при капральстве есть, тоже и отпущенных против 16-го пункта сего же отделения как капрал его, так он обер-офицера о всем происходящем в капральстве ежедневно рапортует поутру и ввечеру и получает от него приказы, имеет табель о вещах в капральстве за рукою ротного командира и протчее, как сказано в 4-м пункте 4-го отделения сей главы, а ежели у офицера, то с нее копию, обер-офицер, унтер-офицер, капрал и ефрейтер в непременных квартирах от ротного командира все при их капральстве в одной деревне расположены. Главное дело командующих капральством обер-офицера и унтер-офицера состоит в том, чтоб иметь смотрение в капральстве, дабы в нем недреманно, рачительно и подробно наблюдаемо было все повеленное в главах сего учреждения. В небытность унтер-офицера рапортует офицера капрал, а в небытность того ефрейтер.

§ VI. О правящем должность каптенармусе

1

Имеет всегда при себе: 1-е – о ротных вещах исправную табель и так по ней сведущ, что о сроке всякой вещи старшему сержанту и ротному командиру всегда безошибочно ответствовать бы мог; 2- е – арматурной список, для знания, какая на ком вещь, с прибавлением внизу о вещах в ротном цейхгаузе с убылых и отлучных, с кого имянно; 3- е – ради общего знания полковое учреждение.

2

С убылых и отлучных вещи содержит в крайнем бережении, целости и чистоте. В квартирах оные в ротном цейхгаузе разобраны по званиям с ерлыками – чья всякая вещь. Ружья и тесаки на приделанных подполках разложены, при них привешены портупеи, перевязи с сумами, мундирные вещи, чтоб особливо сии последние моль не поела, и шляпы хранит от сырости, остерегаясь взыскания от ротного командира и старшего сержанта при посещении от них цейхгауза и вещей.

3

По получении от старшего сержанта попорченное ружье или тесак, буде оное ему исправить при роте неможно, отправляет для починки к полковому казначею. А место той вещи отдает на время в капральство другую такую вещь с убылых и отлучных.

4

Капральством не командует. На караул не ходит. Помощника при роте, кроме правящего, должность фурьера не имеет. И когда ему какие вещи починить, исправить и вычистить следует, требует людей в помощь от старшего сержанта. В случае его болезни или чрезвычайной отлучки старший сержант, ведая по его табели сам все, может на время определить место его правящего должность фурьера, который на его убылое место, ежели того достоин, повышаетца. А дабы иногда в праздности не был, может с дозволения ротного командира ему старший сержант что ни есть во внутреннем правлении роты препоручить и в квартирах для поверки письменных дел и его табели в штаб командировать.

5

В строю он плутонгом не командует и взвода не ведет, но токмо в своем месте оный замыкает. Чего ради строевого знания, кроме его места в строю, ротной командир и старшей сержант на нем не взыскивают. Однако всегда приборен, опрятен, смел и поворотлив.

6

При роте всегда безотлучен, разве особливо зачем в штаб позван будет. Когда позван будет к полковому казначею, то с дозволения ротного командира и старшего сержанта немедленно к нему явитца.

7

Рапортует по своей должности всякое утро старшего сержанта и ротного командира и получает от них приказ.

§ VII. О подпрапорщике

Безграмотной дворянин отличность в полку имеет против протчих разночинцов только в том, что его за вину штрафуют фуктелем, как и всех в полку в нижних чинах дворян, а не палкою. Ни в чин никакой не производитца, пока по-российски читать и писать довольно [не] обучитца. В протчем дворянин, умеющий читать и писать и благородных поступков, как скоро от полкового командира в которую роту прислан будет и той роты у ротного командира явитца, оный его берет под свой собственной присмотр, прикажет ему описать и отдать полковое учреждение и при себе с помощью старшего сержанта обучает ласково и исподволь.

1

Во всем принадлежащем до частей экзерциции, убранства и чистоты, содержанию в целости, исправности и чищению вещей, точно как рекруту, дабы после, будучи начальником, сам тому других без дальных справок обучать мог.

2

Как рядового: стоянию на карауле и на часах, и что при том в сих случаях наблюдать и исправлять.

3

Определяет его в капральство, коим сам командует, и отдает своему ефрейтеру на руки для приучения к той должности. И когда по его свидетельству найдетца он до правления капральством знающим, то поручает ему капральство за капрала. После наряжает его в ротной караул за капрала при том же ефрейтере, причем он от него должен обучаем быть всем правилам должности при всех случаях караульного капрала.

5

При том же ефрейтере обучаетца содержанию караула как унтер-офицер.

6

Поручает ему командовать своим капральством как унтер-офицеру, ефрейтер будет при нем за капрала, а капралу, ежели будет при капральстве, поручает пока иное какое при роте дело или определяет капрала на время в другое капральство, при котором командовании он впредь всегда когда при роте остатца имеет. Тогда имеет всегда при себе все повеленное в 4-м пункте 4-го отделения сей главы.

7

Посылает его сперва субалтерном, потом главным командиром в ближние при роте отлучки.

8

Не отлучая его от командования капральства, приучает его к правлению должности каптенармусской, сочинению табели и знанию по ней вещей и их сроков, також что и до арматурного списка и ротного цейхгауза.

9

Приучает его к знанию и правлению фурьерской должности, сочинению ведомостей о провианте и удовольствию им нижних чинов.

10

Когда оный попечением своего ротного командира всему предписанному обучен будет, тогда оный его под надзиранием того ж ефрейтера командирует в полковой караул несколько раз, вторично за рядового, причем он стоит на часах как рядовой и отправляет мелд-ефрейтерство, потом за капрала, напоследок за унтер-офицера.

11

А как всему вышереченному обучит, особливо иногда по его нежности и молодости потребно довольное время, то на сие имеет ротной командир сроку полгода, по прошествии которого времяни и ежели поспеет прежде, представляет того дворянина, яко во всем принадлежащем до исправного унтер-офицера обученного, полковому командиру, который его, по свидетельству усмотря таковым,

12

повышает прямо в подпрапорщики.

13

Сей подпрапорщик потом командируетца от полку с младшими сержантами в очередь, а в отлучку свыше недели и в караул свыше месячного не прежде году. Потом первую дальную отлучку отправит при обер-офицере как подчиненный, который тогда в содержании его в военных правилах особливо о нем попечение иметь должен, после и сам начальником. А ежели весьма молод, то до тех пор ни в какую отлучку начальником не командируетца, пока ту должность снести может.

14

Между тем, понеже он командует капральством своего ротного командира, имея по обыкновенному своего капрала и ефрейтера, и тако когда при роте хотя и в квартирах всегда при нем и при старшем сержанте безотлучен, того ради ротной командир препоручает его при том иногда на неделю, на две или как изволит старшему сержанту в субалтерны, чтоб он к его многодельной должности привыкнул и обстоятельства течения разных по роте дел узнавал, хотя он и без того к той должности всегда присматриватца должен, дабы в отлучке старшего сержанта, что редко случитца может, по недостатку иногда младших при роте сержантов и ежели ротной командир за благо усмотрит, он яко воспитанной в военном знании им самим его должность отправлять способен был.

15

В непременных квартирах, по недостатку иногда при роте кроме ротного командира субалтерн-офицера, содержит на гауптвахте караул за обер-офицера один из младших сержантов. Ротной командир тоже такого подпрапорщика за обер-офицера от роты командует, тако он содержанию караула и по обер-офицерскому заблаговременно искуситца.

16

Ежели дворянин по особливому случаю, недовольно еще обучась сим должностям, произведен будет в подпрапорщики или и в сержанты или тем чином в роту прислан малознающ или вовсе незнающ, как то случаетца из невоенной службы, однако он всю сию школу пройти и служить за рядового и капрала должен, пока попечением ротного командира он во всех тех званиях усмотрен будет искусным, и до тех пор он от полку и роты не командируема.

§ VIII. О правящем должность фурьере

1

Сей, как каптенармус, кроме чрезвычайного случая при роте безотлучен, на караул не ходит, капральством не командует или куда, выключая что по его должности, не командируетца.

2

Поступает в каптенармусы на его ваканцию, ежели того достоин. Чего ради благовремянно к его должности привыкает, и служит ему не всегда, но когда старшей сержант по повелению ротного командира прикажет, помощником.

3

Сам помощника имеет токмо того, которого ротной командир впредь по себе в фурьеры на убылое его место намеряет. Сему последнему быть грамотному из старых рядовых не из дворян, дабы впредь сей чин за его давную и беспорочную службу получить мог, по нужде же и способности из грамотных капралов, которому потому в роте состоять до будущей фурьерской ваканции в числе рядовых и капральством уже не править, ибо непременно должно всякое капральство иметь своего капрала, помощник фурьерской ходит только в строй и ротной караул, а в лагере и в полковой караул.

4

Кроме его мест в строю, ротной командир и старшей сержант довольного строевого знания на нем не взыскивают. Плутонгом и взводом не командует. Но всегда опрятен и приборен, смел и поворотлив.

5

Когда ему досуг, старшей сержант по приказу ротного командира для внутреннего при роте исправления может его к себе в помощники брать, також в квартирах послать в штаб для поверки по письменным делам. По чрезвычайной отлучке каптенармуса правит его должность.

6

Имеет при себе краткую о провиянте ведомость и для знания полковое учреждение, знает, как занимать полковой лагерь, разделять и располагать по квартирам, с одной квартиры на другую без приказу старшего сержанта и ротного командира, хотя бы ему и полковой квартирмейстер то приказал, так как и капралы без его ведома, не переводит и имеет при себе квартирную ведомость по капральствам ежели в квартирах. Принимает и раздает провиянт, ведомость к его требованию исправную сочинить умеет и ведет неошибочную о его расходе записку. Ежедневно по утрам рапортует по своей должности старшего сержанта и ротного командира и получает от них приказы.

7

Служит помощником у полкового квартирмейстера, к которому по его приказу, с дозволения старшего сержанта и ротного командира, немедленно явитца должен и его повеление исполнять. Еженедельно подает старшему сержанту о провиянте краткую рапортицию, которую он в подлиннике отсылает к полковому квартирмейстеру при семидневном к полку рапорте.

§ IX. Как поступать обер-офицеру, сержанту, капралу и ефрейтеру, начальствующему при отлучной от полку и роты команде

1

Имея полковое учреждение при себе в принадлежащем до военного послушания и распорядка, убранства и чистоты, с своими подчиненными поступает порядочно, строго непременно и без упущения. На меди и железе блеск, на ремнях и сумной крышке лоск, мундирные вещи вычинены и вычищены, обувь вычинена и вычищена и смазана, шурупы у ружья с бережением от ржавы смазаны, шляпа не помята, белье белое и чистое, в деревне и за городом в тройной волосяной косе, по три исправных бумажки на висках, в праздник напудрены в лентошной косе с бантом и красном галстуке, в знатном городе когда сойти с квартиры всегда в лентошной косе, бело напудрен, погон на кафтане, шляпа и кафтан выправлены, шляпа без обшивки и кистей с белым чистым бантом, и всегда порядочно прибран, обут и одет.

2

В походе чрез столичной или иной знатной город весьма в приборе и чистоте против 1-го пункта сего отделения и по всем улицам в рядах и шеренгах; сам команду ведет, офицер может ехать верхом, токмо не в коляске, и с лошади сойти, когда знатной военной начальник навстречу попадетца.

3

В походе и по прибытии в повеленное место подчиненных своих ни в какую слабость по их должности, в порочные поступки и невоздержания впасть не допускает и жалоб опасаетца, в обиды не дает с благорассудностью и крайне печетца, чтоб им ни в чем не было недостатка. По состоянию его отлучки имеет команде о жалованье и провиянте аттестаты от полку.

4

Команду свою, как бы она мала и [ли] велика ни была, собирает поблизости своей квартиры поутру два раза в неделю и по числу ее делает оной свидительство против 12-го пункта II главы. Первой раз в среду первое краткое свидетельство поодиначке с прибавлением гусиного шагу. Другой раз в субботу. Первое свидетельство сполна; обучает команду против сокращенного строевого устава примерною пальбою на месте, отступною и наступною, построению и движению колонн; разгибанию из них фронта с пальбой и батальным огнем, на походе порядкам и в дождливую погоду и морозы обучает шагом, хождению, строению колонн и фронтов в епанчах и в морозы в рукавицах, а приемам всегда без рукавиц в избе и крытом строении; свидетельствует в учрежденных при полку молитвах и тем окончит полное экзерцирование.

Потом читает: 1-е – одну главу из полкового учреждения, от 4-й главы 3 части; 2-е – из описания полкового строю одну из трех глав: части I главу 8, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю; 3-е – список ротным вышним и нижним начальникам; буде для публикования по указам и ордерам, и у кого есть военных артикулов одну или две главы; коли в среду или субботу случится большой праздник, то день назад, коли сряду два праздника, то два дня назад. Когда самому в те дни к порученному делу необходимо куда от команды отлучитца следует, приказывает то же исполнять старшему по себе. Ежели команде нечего делать, то во избежание праздности, как крайнего зла, может по своему изволению краткое свидетельство сделать в неделе два раза, чрез день, два дни сряду; 4-е – отдых и полное экзерцирование всегда в конце недели один раз, протчие хотя часто, однако на другую неделю без зачету; на экзерцирование везде в бумажках.

5

В воскресенье и большие праздничные дни отводит команду в церковь к обедне и приводит обратно в полном церковном параде против 15-го пункта II главы. Також когда похочет и ко всенощной. В Великой пост всякой из команды говеет неделю.

6

С квартиры отлучитца без спросу не дозволять. Отпуск чинить не поодиначке, [а] по два или три вместе, один из них за ефретера, осмотря, хорошо ли прибраны, как где надлежит.

7

По прибытии от экзерцирования, буде никуда не послан и не отпущен, всякой волен раздетца, как кто хочет.

8

Мимо лагеря, генералитецкого или иного какого знатного офицера двора и караула всегда маршировать и итти порядочно в рядах и шеренгах: в походе ли то или по прибытии в назначенное команде место.

9

Исправность, бодрость, смелость и поворотливость всем за всеми при всяких случаях наблюдать и с подлыми людьми в сообщение не входить.

10

Когда какой знатной военной начальник, кому караул принадлежит, в то место, где команда, прибудет, посылать к нему караул полной и не против числа людей в команде и, явясь, самому подать о числе команды краткой рапорт (то же исполняет и на квартирах ротной командир, командир капральства и ефрейтер в отделенной части капральства), как скоро сведает о прибытии такой особы в деревню, где он в квартирах, то есть отправит, а нижней начальник сам отведет, сколько надлежит и сколько число квартирующих с ним дозволит на караул, где меньше 6-ти рядовых, то только одного вестового по обыкновенному с ружьем; сам к нему явитца и рапортует, что такова-то полку, такой роты, такого капральства, такого номеру части обстоит благополучно.

11

Рапортует в полк еженедельно один раз, как бы далеко от полку ни был, что при команде обстоит благополучно, оный состоит в исправности, кратко экзерцирована таких-то числ, полно экзерцирована такого-то числа, причем читано то и то, в церковном параде была такого числа. Потом о успехе порученного ему дела объясняет. Для пересылки сих рапортов во всех городах почта.

12

Всякой офицер и нижней начальник рассудит, когда он свою команду строго, порядочно и исправно во всякой отлучке содержать будет, какую честь и славу особливо себе и вообще полку заслуживает; напротив того, за ослабное, кроме опасности неминуемого по возвращении в полк достойного взыскания, а унтер-офицеру по обстоятельству и лишения чина, какое бесславие себе и полку учинить.

Глава V. О лагере

§ I. О утренней зоре

1

Побудок начинать бить по рассвете или где по сигналу, перед знаменами обоих баталионов вдруг. Во всяком барабанщики ходят в обе стороны до фланков. Как скоро смена дается или барабанщики ударят в барабан, всем часовым вдруг кто как поспеет сказать весьма громко, к зоре; тогда в ротах всем нижним чинам становитца в улицах при тесаках в плащах и гранодерам в колпаках.

2

При начинании музыкантами играть первой штуки строятца на ротном плацдарме, с обеих сторон сходят в средину, от каждой сочиняют ряды; первой становитца впереди, второй за первым, третей за вторым, четвертой опять вперед, за ним пятой и так далее до последних, ряд возле ряду, чем сочинят целой фронт, лице в поле к редантам, и равняютца; задней шеренги крылья, миновавши пирамиды, три шага вперед, передние в своем расстоянии, дежурной при роте субалтерн-офицер 4 шага от передней шеренги, унтер-офицер и капралы в своих местах. При первой от барабанщиков повестке караульные в редантах, начиная всегда в первом баталионе и на палочном, становятца в ружье и поднимают к ноге; при последней музыкальной штуке кладут на плечо.

3

Как музыканты станут играть последнюю штуку, роты выходят на полковой плацдарм передними шеренгами на последнюю линейку, задние берут их надлежащее на три шага расстояние. Унтер-офицеры, капралы в их местах, дежурные офицеры перед ротами 4 шага, выходят вдруг из перед пирамид, начиная из средины, то есть: 5, 6; 4, 7; 3, 8; 2, 9; 1, 10; 1 и 2-я гранодерские и смыкаютца во фронт полковой косыми большими шагами так поспешно, что при окончании последней музыкальной штуки были бы все в своих местах, делая в баталионах пушечные промежутки, в коих становища вдруг с ротами канонеры и фузелеры, и в то ж время выходит против первого ряду правого крыла из первой гранодерской роты полковой флигельман в такое расстояние, чтоб ему последней ряд левого полкового крыла был отверсто виден. Пикеты, палочной караул и все часовые делают ружье на молитву по барабану.

4

По пробитии в барабаны на молитву снимают по флигельману все вдруг колпаки и шляпы. В каждой роте один рядовой по очереди читает громко положенные в полку молитвы, но на пикетах и на палочном карауле скорее, дабы поспеть вместе с полком скончать. Как учинитца по полку тихо, полковой барабанщик прикажет отбить, с последним ударом по флигельману весь полк вдруг накрываетца. Караульные по команде и часовые смотря на их правое крыло делают на плечо.

5

Потом дежурные офицеры, начиная с обоих крыл в средину, командуют ротам все вдруг «направо кругом»; пришедши на прежнее место перед пирамиды, «стой, ступай в улицу», идут с обоих крыл ряд за рядом, и первые, дошедши до конца улицы, останавливаютца во фронт; тогда капралы в их капральствах скоро учинят перекличку, рапортуют старшего сержанта и командиров их капральств; старшие сержанты, получа рапорты от капралов, також от каптенармуса и фурьера по их должностям, рапортуют дежурного офицера. Оный по сем командует «направо кругом, ступай в палатки».

6

После того у первых знамен рапортуют дежурные офицеры штаб-офицера или дежурного при полку капитана; старшие сержанты, сержант артиллерийской, капельмейстер, полковой барабанщик, с пикетов капралы, с палочного караула капрал или ефрейтер и базарной рапортуют адъютанта. Полковой профос не в отдалении, и когда дежурной капитан пойдет по лагерю, должен о чистоте около оного весьма ответствовать.

7

Ротного командира рапортует дежурной офицер, мелд-ефрейторы от капральств и пирамидного караула, старшей сержант, каптенармус и фурьер, прежде нежели он исправит по роте, должен майора рапортовать.

8

Ротные командиры рапортуют майора [за] два часа перед сбором.

§ II. Что после побудка исполнять

1

Все нижние чины по распущении должны того ж часу волосы перечесать, волосяную тройную косу и бумажки на висках переправить, буде нехорошо поспели прежде обутца, переобутца, одетца, умытца и прибрать себя по-лагерному, как значит в 1-м отделении III главы.

2

Ежели прежде не повещено полкового или ротного строю, как скоро старшей сержант усмотрит, что все убрались, с докладу своего дежурного офицера прикажет всем нижним чинам, кроме наряженных на караул, стать в улицы при ружьях и сумах в три шеренги и, положа ружье на плечо, в первом баталионе «лево заходи», во втором – «право заходи», заведут роты на ротной плацдарм, не смотря один на другого, и разводят оные на некоторое расстояние от фронта, кому на которое крыло способно, чтоб одна другой не мешала. Потом прикажут сомкнутца по капральствам и распускают капральствы, кои по команде их командиров займут свои места, разделятца поодиначке и всякой про себя кратко экзерцируетца, при чем старшей сержант, також дежурной офицер, ежели ему досуг.

Окончавши не мешкая, без торопости краткое экзерцирование против первого свидетельства 12 пункта II главы одиначкою, и старшей сержант то усмотря, с докладу дежурного офицера, ежели тут, командует: «рота на прежнем месте стройся», капралы сводят порядочно их капральствы на то место, где были распущены, построя оные прежде по команде: «капральство стройся», старшей сержант отводит обратно роту направо кругом на ротной плацдарм, приказывает ружья и сумы под пирамиды и распускает по обыкновенному. При сем ежели ружья от росы поотсырели или нечаянно малым дождем вспрыснуты, как нижние чины их кладут под пирамиды, обтирают их поспешно везде и герб на суме суконками сухо, и старшей сержант дает им исправитца. Он також в день один раз должен себя в экзерциции кратко свидетельствовать, где хочет.

3

Сверх того один раз в неделе по таком распущении капральств их командиры с капралами и экзерцирмейстерами должны против сего каждого прежде одиначкою свидетельствовать, после полно исполнить первое и второе свидетельство против 12-го пункта II главы. При сем они сами не экзерцируются, но командуют, и по окончании всякой отводит свое капральство обратно внутрь лагеря и старшего сержанта по распущении его собою самим рапортуют. Старшей сержант и дежурной офицер, ежели им есть иное дело, при сем не присутствуют.

4

Ротной командир с помощию его субалтернов свидетельствует роту в две недели один раз полно по обоим свидетельствам и в молитвах, что и в капральствах при полном свидетельстве чинить должно, и один раз кратко поодиначке одно за другим, не обходя и старшего сержанта. При сих случаях по окончании рапортует майора.

5

Полные и краткие свидетельствы в ведреной день. Для междоусобного поодиначке с утра старшему сержанту пережидать дождь, и ежели тогда дождь во весь день, свидетельствоватца в плащах без ружья.

§ III. О сборе

1

Сбор бить пополуночи в 9 часов. По пробитии оного караульных выводить перед баталионы и смыкать посреди полку фронтом – средина против баталионной улицы. Смена полковым караулам ежедневно.

2

При разводе все штаб- и обер-офицеры, все старшие сержанты и младшие сержанты, подпрапорщики, капралы и ефрейтеры – те, коих капральств рядовые. Нижние начальники все с тростьми, первого баталиона на правом, второго на левом крыле, майор во всякой надлежащей подробности строго каждого осматривает и за нечистоту, небодрость или в чем неисправность взыскивает неослабно на ротном командире, и ни до кого больше дела нет, потом экзерцирует несколько, в чем похочет. На сие майору час.

3

В десять часов пополуночи адъютант разделяет команды по постам, разделя, объявляет о том наряженным в реданты, на пикеты офицерам и уряднику на палочной караул и рапортует о том майора; майор приказывает им команды принять, на кои они с ними порядочно и отходят. Сам с офицерами и нижними начальниками отходит к редантам и наблюет строго порядок смены, адъютанта для сего посылает на палочной караул. Во время развода майор и адъютант в шарфах.

4

Сменившиеся команды приводит на то же место, где был развод, и сделать на плечо. При отдании от них чести майор их распускает, они, сделав в правую руку, расходятся поротно.

5

Музыка перед первыми знаменами. Начинают играть тогда, как наряженные команды на посты с места маршировать станут, и продолжают до возвращения сменившихся на то же место и распущения их поротно.

6

Наряженные на караул по приказу старшего сержанта из-под пирамид берут ружья и надевают сумы в 8½ часов пополуночи, строятца с ротной улицы крылом к пирамидам первого баталиона правым, второго левым. На их осмотр в роту полчаса. Как скоро с караулу в роту прибудут, тотчас всю амуницию и все вещи исправить и вычистить.

7

Так скоро как к сбору палки на барабан, капитан с своими офицерами делают порядочную смену пирамидному караулу, которому состоять при рядовом за ефрейтера и четырех рядовых. Часовые под пирамидами сменяются всегда порядочно вместе с протчими в полку, фронт выходит и кладет на плечо. Фронт спиною к палаткам, крылом на палатошной линейке в первом баталионе правым, второго левым. В ведреную погоду ружья воткнуты, а не на сошках.

8

Наряженных в команду, хотя бы был один человек, ротной командир выводит на плацдарм полковой в то ж самое мгновение, как приказано, причем старшей сержант того капральства, капрал, ефрейтер и командир. Так скоро наряженных майор осматривает во всем как надлежит, получа осведомление от ротного командира чрез мелд-ефрейтера той команды, а буде один человек, чрез урядника, ежели сам не хочет.

§ IV. О должности дежурных при ротах субалтерн-офицеров

1

В роте дежурство отправляет один субалтерн-офицер сутки, очередь между ими знает капитан. Он в шарфе и напудрен, при побудке рапортует дежурного капитана у первых знамен или, кто случитца штаб-офицер, – о роте, при роте безотлучен, ночью ходит по ней и отвращает от всех непорядков. По наряду майора ходит иногда рундом. От полку сменяетца после тапты.

2

После побудка осматривает в пирамидах чистоты, чтоб у ружья и сумы на железе и меди был блеск, на крышке сумной и ремнях лоск и оные чисты и белы. Приказывает чисто выметать улицу его роты, между солдатских и офицерских палаток, в обозе и около кухонь, а в гранодерских ротах и по крылам до ящиков улицу усыпать песком, ежели которая палатка покривилась, приказывает поравнять, наблюдая во все стороны, как и в обозе, прямизну линии, ибо во всем оном ответствует своему капитану он один, потом, убравшись порядочно, приходит капитана о роте и о протчем рапортовать.

3

Час перед сбором, то есть в 8 часов пополуночи, ежели ведреная погода, приказывает ружья и сумы открыть, оборотить курки в поле и порядочно пирамиды убрать, кои до того времени так открыты, как часовые к вечерней зоре громко повестят, тогда тотчас курки внутрь и опустить пирамиды. В ненастье и как скоро дождь курки внутрь и пирамиды опустить.

4

Наблюдает, чтоб рядовые не выходили в день на ротную улицу в рубашках, но в плащах, камзолах или кафтанах, имели бы в простые дни внутри лагеря волосы висок в три бумажки вдоль, тройную волосяную перегнутою к затылку косу и нигде не растрепаны.

5

Как скоро нижние чины из команды караула или от экзерцирования в роту прибудут, чтоб тотчас ружье, суму с перевязью, тесак с портупеей, мундир и протчие вещи сполна или сколько надлежит вычистили и исправили.

6

Как каши варят, смотрит, чтоб их варили порядочно и не дымили, лишних дров не тратили, а подкладывали их под котлы сколько надлежит, котлы ввешены в горны и горны не больше размеру, на печках вверху никто варить бы не дерзал. В протчем что до сего весьма наблюдает 28-й пункт 1-го отделения IV главы.

7

В воскресные и табельные празднишные дни роты в полном убранстве по приказу дежурных офицеров в том часу, как им приказали их капитаны накануне, сходятца крыльями первого баталиона правым, второго левым к пирамидам на ротной улице и смыкаютца в круг, внутри которого дежурной офицер прикажет читать повеленное ему от капитана против 1-го пункта 1-го отделения 4-й главы. Потом роты, начиная с полковых крыл, в средину выходят на их плацдармы, а с оных из средины полку на крылья косыми шагами, оставляя для канонеров и фузелеров, кои в то ж время там и становятца, пушечные промежутки на полковой плацдарм, и маршируют всем полком порядочно взводами, роты под роту, к церкве к обедне. В сем порядке по отпуске возвращаютца на плацдарм полковой, с него направо кругом на ротной и распускаютца. При сем хотя при дежурных офицерах не штаб-офицер, а дежурной полковой, но рассчитают в баталионах мушкетерские взводы всегда адъютанты.

Буде церковь не при самом полку, тогда майор для отводу к ней наряжает особливого капитана, а к дежурному полковому, который останетца при лагере, прибавит еще по одному офицеру с каждого баталиона, и тот капитан в шарфе. Протчим офицерам в большие праздники быть в шарфах от зори до зори. Ежели ненастье, то выходят роты в улицу в бумажках несколько поранее, чтоб успеть волосы убрать и напудритца, как читать окончают, а коли в то время как читают нечаянно перед обедней припрыснет дождем и пудра помокнет, то перед выводом на ротной плацдарм опять припудритца. Також по сему в мокрое время все в плащах.

§ V. О должности полкового дежурного

1

При полку дежурство отправляет один капитан посуточно. Очередь между ими наблюдает майор.

Он всегда при шарфе и напудрен, мундира во весь день не снимает. Сменяетца после тапты. Ходит главным рундом. В небытность при лагере майора место его отправляет, и буде от кого какой приказ получен, адъютант объявить ему должен и с позволения его исполнять.

2

При утренней зоре отбирает от ротных дежурных офицеров рапорты, а буде при том сам майор, тогда в то не вступаетца, а только о хождении рундов и дозоров его рапортует, что и без того он поутру чинить должен, однако выходит всегда к утренней зоре. После оной обходит весь лагерь, осматривает, нет ли где какого непорядка и нечистоты; внутри лагеря, в которой роте не чисто, приказывает тотчас выместь. Вокруг церквы, на полковом плацдарме, в редантах, на пикетах и около оных и на палочном карауле выместь профосам при рассвете оконцевая плацдармом, о чем ему полковой профос доносит и при осмотре не в дальности за ним ходит так, чтоб при его осмотре везде чисто было. О наблюдении чистоты в обозах и при кухнях приказывает дежурным субалтерн-офицерам, а у маркитантов определенному базарному; базарной в ведомстве у адъютанта.

3

В нужниках осматривает, чтоб за каждым баталионом вырыто было по три ямы в назначенной размер, переменять оные чрез три дни и вырывать другие на свежих местах, кроме назначенных тех ям вкруг оных или вдаль нет ли нечистоты, но очищают ли везде младшие два профоса, кои должны тут быть и вдаль круг тех ям ходить, и который день те ямы не переменять, в тот рано поутру посыпать оные сверху землей, где не чисто, прикажет немедленно исправить.

4

В небытность при лагере майора наблюдает, чтоб сменившихся из отсутственных мест с караулов и из разных команд приходящие рядовые командирами их поставлены были на полковой плацдарм, где развод полковой против баталионной улицы чинитца, и оных в чистоте, порядке и военном виде осматривает, о чем, как и о усмотренном в ком в чем хотя мало каком недостатке, рапортует потом без упущения майора. После того приказывает распускать в роты, а без дозволения майорского или дежурного роспуску никому не чинить.

Прибывших из отлучки и караула, где были свыше недели, майор может свидетельствовать в некоторых частях экзерциции, також в его небытность дежурной капитан. Но, невзирая на то, ротные командиры на другой день их сами во всем сполна свидетельствуют против 12-го пункта II главы, как упомянуто в 21-м пункте 1-го отделения главы IV.

5

На пикетах и на палочном карауле в ведреную погоду имели бы ружье на сошках, на пирамидных караулах порядочно воткнуты, а в ненастье везде класть под пирамиды. В воскресные и табельные праздничные дни, буде церковь в лагере, отводить к оной полк исправно с плацдарма, как значит в 7-м пункте 1-го отделения сей главы.

6

Во всем надзирает и наблюдает неослабно, что и о должности ротных дежурных сказано, и о всем обстоятельно своего майора рапортует, который сам должен все оное подробно осматривать и строго наблюдать.

§ VI. О выводе рот для полкового или ротного ученья

1

Буде приказ дан и в нем час назначен о выводе рот на плацдарм для полкового ученья, полчаса до того ставить рядовых в ротных улицах в должной чистоте по ранжиру в три шеренги, в первом баталионе правыми, во втором левыми крыльями, примыкая к солдацкой палатошной линейке близ пирамид. Капитанам осматривать всего убранства и чистоты строго и недостаточное приказывать тотчас исправлять; ежели ученье будет с пальбою, чтоб в ружьях ввернуты были исправные кремни, запасных имели бы в кармане по два новых с отверткою и проволокою, дабы в действии когда ружье не выпалит, в мгновение кремень переменить и заправку прочистить.

2

Как скоро ударят сбор или по команде, выводить роты на ротные плацдармы вдруг, начиная с правого и левого крыл полку в средину.

3

Как скоро сбор пробьют, выводить роты начиная из средины полку, то есть с пятой и шестой рот до крыл на полковой плацдарм вдруг линиею, оставляя пушечные интервалы. При осмотре майорском или полкового командира в убранстве и чистоте в самой мелкости подвержен строгому взысканию ротной командир.

4

По роспуске с ученья капитан, приведя роту направо кругом на ротной плацдарм, приказывает расходитца в ротную улицу с фланков, как значит в 5-м пункте 1-го отделения сей главы. Потом командует фронт, к ноге, шомпол в дуло, и осматривает, у всех ли выпалено, каптенармус идет за ним и собирает оставшиеся] патроны, капралы осведомляютца в своих капральствах, не изломано ли чего во время строю, и рапортуют по чинам; капралы старшего сержанта и своих командиров, старшей сержант и каптенармус капитана, а он майора. Буде которые не выпалили, капитан приказывает им заряд вывернуть, а кои во время приемов или пальбы в чем ошибались и замечены, тех тогда по своему рассуждению штрафует. После того распускает в палатки и приказывает ружья и протчее чистить.

5

То ж и для ротного строю, кроме того, что сбору не бьют и роты сами собою по способности места обучаютца.

6

Ежели ученье без пальбы не в полном убранстве и бумажках, то как скоро сбор ударят, роты строить в улицах весьма поспешно, и по пробитии сбора выводить на ротной, потом на полковой плацдармы хотя скоро, но порядочно, против упомянутого во 2-м и 3-м пунктах (коли иногда ударят тревогу, то роты, взяв из-под пирамид ружья и надевши сумы, разом, но порядочно без шуму, и только краткой командной голос слышен был, строятца на ротном плацдарме, и маршируют как скоро пробьют на полковой плацдарм из средины полку по обыкновенному). После ученья командир роты, приведя ее направо кругом на ротной плацдарм, командует: «ружье под пирамиды», рядовые с фланков по одному ряду, обойдя несколько пирамиду вкруг, чтоб просторнее один от другого отделились, делают к ноге, отмыкают у ружья штык, ставят ружье к пирамиде, снимают сумы, привешивают их под пирамиду, в то время капралы справляютца с ними, не изломало ли чего, поставя ружье и сняв сумы, идут в ротную улицу по обыкновенному, а тогда, сказавши во фронт, распускать.

§ VII. О приказе и пароле

1

Когда у первых знамен в барабан ударят к приказу, то есть: одни палки с отбоем, старшим сержантам с одними тростьми приходить поспешно от всех рот и становитца на правую сторону знамен, неподалеку, в одну шеренгу, рота под роту, гранодерские по крыльям; сняв вдруг шляпы, принимать приказ, записывать оный в книжку очень верно и чрез кого отдан, потом расходитца, как приходили просто.

2

Буде в барабан ударят к паролю, то есть: трои палки с отбоем, тогда старшим сержантам, надевши на себя сумы и взявши ружье, выходить на последнюю линейку плацдарма полкового прямо каждому против своей роты, сглядываяся друг с другом, как будто на линейке, сделать вдруг поворот 1-й гранодерской, 1-й и 2-й мушкатерским налево, протчим направо, соединятца против первых знамен, с правого крыла столько тихо, чтоб с левого большими шагами всякой свой шаг по тому размеряя, в одно время сойтитца и остановитца, и делают фронт; тогда ж приходят с пикетов сержанты и становятся по крыльям у мушкатерских старших сержантов, между ими и гранодерскими.

Сделавши фронт по команде адъютантской, который с шпагою в руках, оный по сем командует: «на караул», мушкетерские снимают шляпы и 1-й гранодерской, приняв от адъютанта пароль и лозонг на ухо тихо, отдает возле его стоящему и так далее. 2-й гранодерской отдает адъютанту обратно. В оном случае старшим сержантам и караульным унтер-офицерам поступать весьма осторожно. Верно принимать и не забывать, ибо в противном случае за неосторожность необходимо чина лишитца может. С палочного караула по третьим палкам отправить капрала или ефрейтера, который позади первых знамен поставит ружье к ноге, а как адъютант отдаст пароль и мушкетерские шляпы наденут и кладут на плечо, приходит большими шагами к адъютанту, делает на караул и принимает, не снимая шляпы, лозонг, потом на плечо и для принятия с протчими приказу становитца между унтер-офицера из реданта второго баталиона и старшего сержанта 2-й гранодерской роты.

Когда он в то место станет, вся шеренга делает опять на караул для принятия генерального приказу; по отдании того адъютант командует: «на плечо, направо и налево», а с палочного караула кто прислан, делает направо кругом, «ступай в роты и караулы»: старшие сержанты поворачиваютца вдруг наоборот, откуда кто шел, каждой размеряя свой шаг, сглядываясь с протчими, доходят до своей роты, вдруг останавливаютца, делают фронт, смотря на правое крыло направо кругом, приходят в роты, а караульные прямо к своим постам, и объявляют в ротах и на пикетах пароль и лозонг, а на палочном один лозонг, и приказ своим командирам.

3

Для отдания после генерального полкового приказу адъютант, сказавши: «на плечо», командует: «караульные, ступай, старшие сержанты, вынимай книжки», караульные от палочного сделают направо кругом, потом пикетные с оным вдруг пойдут на свои посты, а старшие сержанты сомкнутца, делают шеренгою к ноге, вынимают книжки и записывают, потом адъютант скажет: «исправься», «на плечо», исполняетца, как описано во 2-м пункте.

Примечание. Буде генерал-лейтенант в лагерь в день нечаянно прибудет, то ставить людей в ротных улицах в камзолах при тесаках и развернуть на месте одно белое знамя, а для шефа или фельдмаршала выводить перед фронт, равняя заднею шеренгою против пирамид, а протчие на один шаг, и снимать шляпы вдруг по флигельману 1-й гранодерской роты. А буде заблаговременно о прибытии сказано, тогда велеть убратца порядочно. Для генерал-майора снимать с значков чехлы.

§ VIII. О вечерней зоре

1

Тапту начинать бить следующим образом. По сигналу часовые громко везде скажут: «к зоре», где сигнала нет, то полковой командир или кому от него приказано скажет которому ни есть часовому: «к зоре», того ж мгновения все часовые сие слово весьма громко вдруг как кто поспеет повторят. По сему роты выходят на ротные улицы, барабанщики и флейтщики перед баталионы, музыканты перед первые знамена, как только палки на барабан, капралам при старшем сержанте делать в их капральствах весьма скоро перекличку наизусть, дабы при окончании битья тапты перекличка была окончена (когда музыканты будут играть первую штуку, выводить роту на ротные плацдармы, а как музыканты заиграют последнюю штуку, выводить роты на последнюю линейку полкового плацдарма, ежели хорошая погода – в камзолах при тесаках, а худая – то в плащах). Господа капитаны в 8 шагах от рядовых, субалтерн-офицеры – в 4 шагах. Что до снимания и надевания колпаков и шляп, до молитв, после тапты до распускания рот и протчего, поступать в подробности против означенного в 1-м отделении сей главы при побудке.

2

Капитаны, зачав с 1-й гранодерской, рота под роту у первых знамен, снимая шляпы, сами о своих ротах рапортуют майора. Потом приносит ему рапорт, получа от упомянутых в 6-м пункте 1-го отделения сей главы, адъютант о всем полку. Майор рапортует старшего над ним, и так до полкового командира. С пикетов и палочного караула сверх того полковой командир получает рапорты чрез мелд-ефрейтеров, как и поутру.

3

Сигнал пускать чрез четверть часа внутри лагеря всем часовым, как и на палочном карауле, а не в редантах, где все тихо и нет повестки и на часы. Начинать оный часовому у полковничей палатки, принимать у первых знамен, итти вправо, кругом позади лагеря до левого крыла, с левого крыла доходит вдоль фронта и кончитца у первых знамен. Пускать оный часовым весьма ясно и громко, на часы повещать часовым всем вдруг, кто как поспеет весьма громко; також к зорям.

§ IX. О рунде и дозоре

1

Рунд отправляет штаб- или обер-офицер при 4-х рядовых и капрале, может и без того один.

Когда оный мимо посту идет, где офицер есть, то окликать часовому, при фронте стоящему, следующим образом: не допуская до себя близ 50 шагов: 1-е – «кто идет», не делая при том никакого движения; 2-е – «кто идет», с словом вдруг взвесть у ружья курок и держать на взводе; 3-е – «кто идет, говори, убью», в то же время приложитца ружьем в идущего, а по ответе рунд, часовой спрашивает «который рунд», услышав, сказывает: «рунд стой», примечая, чтоб рунд был от фронта в 24-х шагах, «к ружью, идет главной (утренней или средней) рунд».

На карауле рядовые должны очень скоро стать в ружье и по команде сделать на плечо. Офицер посылает к рунду за лозонгом унтер-офицера с двумя рядовыми с того крыла, с которого рунд идет; который, к оному пришед, своим рядовым командует: «взводи курки», «прикладывайся», и сам, приступя к особе, кто рундом правит, не делая ничего, спрашивает, что лозонг, отобравши лозонг, сказывает рядовым: «на плечо», приходит к своему офицеру, объявляет ему тот лозонг, а рядовые становятца в прежнее их место. Офицер, усмотря, что лозонг исправен, приказывает часовому сказать, чтоб рунд приступил, часовой объявляет громко: «рунд, приступи» и кладет на плечо. Как оный только поровняетца, офицер командует фронту: «на караул», пришедшие с рундом рядовые по тому ж делают для почтения пароля, а правящей рундом в то время подходит к стоящему на карауле офицеру и, снявши оба шляпы, буде главной или утренней рунд, то пароль принимает, а средней сам пароль отдает. После того стоящей на посту офицер рунда рапортует о всем, что случилось на карауле после вечерней зори. Потом объявляет часовому об отпуске рунда, и оный сказывает громко: «рунд, ступай мимо».

Коли правящей рундом едет верхом на лошади, то хотя бы он генерал был, но для принятия пароля спешитца должен, а иначе караульной офицер пароля ему отдавать или от него принимать не должен.

Ежели унтер-офицер, лозонг отобрав у рунда, принесет офицеру неверен, офицер, усмотря оное, приказывает часовому объявить, чтоб рунд приступил, и, не делая фронтом на караул во уверение, подходит к рунду и спрашивает о лозонге сам; когда также неверен, в таком случае караульной офицер имеет рунда взять за арест, объявя ему, что за то, что лозонг неверен, притом опрашивает его, откуда тот лозонг ему отдан, которого он полку, чин, имя и прозванье, и по приходе другого рунда обстоятельно того о том рапортует и поутру по своей команде. А буде пароль явитца по тому ж караульному офицеру, брать рунда за арест. А ежели рунд у караульного офицера найдет пароль неверен, то, объявя ему подлинной и справясь обстоятельно, точно ли так и откуда оный получен, поутру рапортует о том по команде.

Унтер-офицер, стоящей на посту без офицера в своем звании, пароля не имеет, а идущего рунда потому ж часовой останавливает, и унтер-офицер, пришед, сам лозонг требует у рунда и по отобрании рапортует о своем карауле. В противном случае имеет право поступать против вышеписанного и брать за арест, но того ж часу рапортовать о том того, от кого тот караул зависит. Только знать надобно, верно ли свой лозонг принят, и для того в том надлежит весьма осторожно унтер-офицерам поступать. Буде же унтер-офицер стоит на посту за офицера, так и поступать ему точно как надлежит офицеру.

Протчие часовые: когда стоит один особливо, а не при фронте, всегда рунд по три раза окликает, но не останавливает и по отзыве: «рунд», положит ружье на плечо и скажет громко: «рунд, ступай мимо».

В лагере отправляют рунды: главный дежурный капитан берет людей из своей роты. Два субалтерн-офицера и лутче из дежурных при ротах по майорскому наряду, один средним, старшей утренним, берут також людей из их рот. Начинают из баталионной улицы, обходят прежде кругом лагеря и палочной караул, потом обойдут реданты. Поутру до побудка о рунде и дозорах рапортуют средней утреннего, а оной главного рунда.

2

Дозор отправляет унтер-офицер или капрал с двумя рядовыми. Когда оной мимо караула идет, то часовым, при фронте стоящим, также остановлен быть должен, как и рунд. Офицер караульной тотчас имеет всех рядовых поставить в ружье и сделать на плечо, а чрез посланного унтер-офицера, у дозора отобрав лозонг, часовому приказать отпустить. В противном же случае поступать, как о рунде изображено. Дозор часовой при фронте начинает окликать в 30 шагах и по третичном: «кто идет, говори, убью», получа отзыв, сказать: «дозор, стой, к ружью, идет дозор».

Протчие часовые, как выше о рунде сказано, кои не при фронте, дозор не останавливают, а по отзыве: «дозор», положа на плечо, скажет громко: «дозор, ступай мимо».

Дозоры отправляют тех рот урядники с рядовыми, которых рунды, и по небольшой ночи каждой один раз между хождения рундов, в коих часах им главной рунд назначит. По окончании утреннего рунда, правившего средним рундом, о исправности рапортуют.

О протчем, что до лагеря, изображено в прежних главах.

Глава VI. О непременных квартирах

§ I. Что в них вообще наблюдать должно

1

Ротная квартира – самая большая деревня. В протчих деревнях, назначенных для ротных квартир, располагать капральствы без разбивки всех номеров. Ежели много деревень, в том числе малые, то сии последние разделять на капральствы с уравнением, чтоб одно перед другим в больших деревнях недостатка не имело; буде же малых деревень весьма немного, то оные и вовсе обойти, убегая сколько можно, чтоб людей в капральстве меньше разбивать. Ежели капральство стоит в разных деревнях, то по числу имянной о них ведомости и частей называть части в капральствах кратко по номерам.

2

Командиры капральства: офицер, младшей сержант или подпрапорщик, правящей им капрал и его субалтерн, экзерцирмейстер и ефрейтер. Оные всегда в большой деревне при их капральстве первого номера.

3

В протчих номерах частей в капральстве ротной командир определяет во всякую деревню начальниками исправнейших рядовых за времянных ефрейтеров. Оные ефрейтеры на работу ходят с своею частью, а сами не работают, на караул, в штаб и роту и ни в какую отсутственную команду, кроме как со своей частью, начальником ли то или просто рядовым, буде при команде старее кто есть, не командируетца. Ежели был в команде просто рядовым, по отпуске оный и по прибытии на прежние квартиры сам без приказу по прежнему, за ефрейтера. Ему надлежит весьма знающу быть о всех частях экзерциции, о положенных рядовому по штату вещах и сохранении их в целости и чистоте, в положенных правилах полкового учреждения, протчие военные порядки и артикулы, особливо иметь над его подчиненными строго наблюдать послушание, распорядок и предпочтение, сей начальник может поступать на ваканцию экзерцирмейстера.

4

Старшей сержант получает [рапорт] ежедневно по утрам от капральств чрез мелд-ефрейтеров и правящих должности унтер-офицеров, каптенармуса и фурьера; сверх того капрал его сам рапортует, который с ним в одной деревне стоит; а в субботу от ефрейтеров в частях чрез мелд-ефрейтеров же. Старшей сержант прежде рапортут о роте, представляет ротному командиру, от их мелд-ефрейтеров, кои при сем чрез старшего сержанта и самого ротного командира получают отправление и приказ в их капральствы и части; после сего рапортуют ротного командира каптенармус и фурьер по их должности. Капрал обыкновенно сам при разводе на ротном вахт-парад-плаце, буде в иной день, то на квартире, после чего явитца к ротному командиру для получения от него какого особливого приказу, рапортует о капральстве старшего сержанта в одну или две недели один раз, как о том, також о представлении команд и ежедневном осмотре, сказано в 8-м пункте 5-го отделения 4-й главы. А в небытность капрала экзерцирмейстер – его ефрейтер.

5

Ефрейтеры частей капральства рапортуют своих капралов по утрам чрез мелд-ефрейтеров, кои от них получают отпуск и приказ, в небытность их экзерцирмейстера, ежели в его части свыше 12 человек ежедневно, от 12 до 8 чрез день, от 8 до 6 чрез два, от 6 до 4 чрез три дни, а ниже того в неделю один раз. Где бы случилось два рядовых, старшей – ефрейтером, а другой посылаетца от него мелд-ефрейтером одну субботу к ротному командиру и, коли близко, то к капралу, а далеко, рапортуют о части капрала на другой неделе в субботу. Сам ефрейтер рапортует капрала или в его небытность ефрейтера в капральстве при собрании или осмотре капральства, а старшего сержанта и ротного командира при собрании роты и осмотре их его части. В протчее время всегда, когда случитца быть вместе.

6

По расположении в квартиры ротной командир, спустя одну неделю, объезжает всю роту по ее квартирам, каждого квартиру и в ней квартирующего посещает и осматривает, все ли оружейные, мундирные, аммуничные и годовые вещи в целости и чистоте и все ли есть по означенному во 2-м отделении 3-й главы. Как и где их хранит и свой провиянт, в чистоте ли себя содержат, для благочестия прослушивает в повеленных при полку молитвах, утверждает доброе согласие с обывателями, и с каждым рядовым что ни есть говорит, дабы усмотреть, не привыкают ли они к крестьянским речам, виду, рассуждению и ухваткам и не отвыкают ли от военной смелости; кто в чем попортился, обленился, опустился и обробел, берет его под собственной свой присмотр на время и не самого его, но его начальника строго за то наказывает.

Сии осмотры ротной командир чинит еще дважды, то есть второй среди зимы и третей не меньше месяца под выступлением в лагерь, о чем по прибытии в штаб сам рапортует полкового командира и майора. А когда поедет, уведомит о том в штаб чрез мелд-ефрейтера цидулкою и между тем дает полное наставление старшему сержанту, как в его отсутствие при роте по нарядам и приказам полковым и протчим поступать; все то без него исправляет старшей сержант.

7

Таковые посещения и подробные осмотры чинят командующие капральствами капрал, его экзерцирмейстер и ефрейтер по капральству в месяц один раз, не тогда как капральству достанетца на караул, в штаб или когда будет ротной строй, то есть: офицер когда сам изволит, токмо давши знать о том ротному командиру, унтер-офицеру, капралу и экзерцирмейстеру, каждому особливо, когда кому назначит ротной командир. Ежели при том осмотре случитца экзерцирование в которой части их капральства, то при сем присутствует и дадут оное окончить. Начальствующие в частях времянные ефрейтеры осматривают им порученных в разстах, против сего ж один раз в неделю, о чем своих капралов при обыкновенном рапорте чрез мелд-ефрейтера рапортуют, о сих посещениях в капральствах в отделенных частях, имянно в которой, с названием номера и коих чисел происходили, подписывать ротному командиру под семидневными рапортами всякую неделю.

8

Сии осмотры в роте, капральствах и частях всегда так чинить, как бы много или мало людей налицо ни было. Також что принадлежит до экзерцирования, как описано в 3-м отделении сей главы.

9

Обыкновенно ротной командир, прибыв в штаб, в месяц один раз, ежели чаще не желает и при роте недосуг, рапортует майора и полкового командира о роте, выправляетца и исправляет по ротным делам, посещает в лазарете своей роты больных и что к их лутчему представляет майору. На другой или на третей день возвращаетца опять в свою роту, при которой, как глава, сколько можно, должен быть безотлучен.

10

В грязное время для способного сообщения между деревень в роте, к соседним ротам и к штабу перемостки для пеших в болотных местах всякой части для себя переправлять.

11

Для воспоминовения военного случая и место поблизости ротной квартиры маяк и при нем иногда часового от ротного караула или пикет, как о том в 1-м пункте 2-го отделения сей главы.

12

С караула, из команды, от экзерцирования, когда рядовой от своего начальника отпущен будет на квартиру, то, пришед во оную, раздеваетца по его изволению, скидает белую рубашку или манишку, буде затем есть чистая, кафтан, камзол, ходит в плаще или, у кого есть, в собственном платье, в старой своей солдацкой обуви, кладет виски вдоль, в три бумажки, и отдыхает.

13

Ежедневно рядовой на квартире поутру умываетца, чешет волосы, переправливает плетеную волосяную тройную косу и бумажки на висках и пришпиливает на косу бант, надевает чистую рубашку или манишку с манжетами, буде та, в коей спал, черна, повязывает черной галстук, вычистя обувь, обуваетца исправно, в сухое время в башмаки и штиблеты с штибель-манжетами, в грязь – в штибель-манжеты и сапоги, и протчее все почистит, молитца Богу вслух по повеленным в полку молитвам и ежели поспело, то может завтракать. Потом, когда время придет итти к его начальнику на экзерцицию, надевает мундир, подпоясывает тесак, надевает суму, мушкетер старую, но исправно связанную шляпу с чистым бантом, а гранодер – колпак, берет ружье, в мокрую погоду надевает плащ, ружье от дождя под плащ и отходит к квартире своего начальника. А когда праздник, то убираетца и пудритца для церковного параду. В разстах по строевому надеваетца, токмо в причесанных волосах, переправленных бумажках и косе, умывшись и помолясь в протчем так, как в 12-м пункте сего отделения.

14

Ежели случитца, от чего Боже сохрани, где в квартирах пожар, собравшись к квартире своего командира итти поспешно оный тушить. Те части, кои в близости той деревни, где пожар, собираютца туда поспешно. Для охранения от насильства пятую часть рядовых с ружьем, коих ежедневно начальнику в части своей назначивать и при них одного за ефрейтера, сходятца в самой близости пожарного места; которая часть прибудет прежде на пожар, той ефрейтер ведает всю сию команду и от протчих частей.

15

Хотя рядовому с крестьянами, кроме тех, кои из них в пьяных и иных мотовских подлых, грубых и беспокойных поступках обращаютца, на квартирах сообщение иметь не воспрещаетца, но совсем военным правилам противно, что к их виду, образу, ухваткам, рассуждению и речам хотя мало солдату привыкать. Однако при том обходитца с ними ласково и ни в чем их ни словом ни делом не обижать, за что по вине не допуская до штаба наказывать, а буде какие жалобы в штаб произойдут, за те ротной командир сам ответствовать должен.

16

При приближении времяни к выступлению в лагерь, при последнем на квартирах ротном строю, прибавя на то день, поставить каждого рядового босиком смерить рост, осмотреть каблуки, чтоб были ни мало меньше или больше против положенной в полку меры, чего ради никто из нижних чинов отнюдь не должен никогда осмеливатца каблукам у сапогов или башмаков меры прибавить или убавить. И при вступлении в лагерь по роспуске рот ротному командиру того ж часу подать за своею рукою полковому командиру о его роте ранжирной список.

О протчем изображено в первых 4-х главах.

§ II. О караулах

1

Ротной пекет близ цейхгауза и правиянтского магазейна состоять имеет, ежели много людей при роте, чтоб на смены стало при ефрейтере 6 рядовых, один часовой при фронте, другой у маяка; коли маяк от фронта близ версты, то особой при нем отведенной пикет без сошек и ружья воткнуты, при ефрейтере 4-х рядовых; ежели людей налицо мало, тогда при ефрейтере 4-х рядовых и один часовой, который должен от фронта ходить не в отдалении и иметь в смотрении цейхгауз и провиянтской магазейн и, буде виден, маяк. При сем карауле ефрейтер от старшего сержанта получает лозонг, стоит на карауле как капрал и разводит на всякие часы, при чем фронт всегда кладет на плечо и посылает мелд-ефрейтера ротного командира поутру рапортовать, ввечеру принимать приказ, который прежде явитца у старшего сержанта.

Сей пикет имеет фронт и сошки и становитца коли случитца для отдания кому надлежит чести, а ротному командиру поднимает на плечо. При фронте барабанщик бьет ежедневно побудок и тапту, сбор чрез двои сутки в 10 часов пополуночи. Смена караула чрез двои сутки, производит оную новой караул с старым и исполняет точно во всем протчем, что и до содержания караула против 1-й главы. Новой караул выходит на вахт-парад-плац час до сбора, то есть в 9 часов пополуночи, старшей сержант и ротной командир его порядочно осматривают. Ротной караул наряжать с одного капральства, токмо не с того, которому достанетца содержать караул в штабной квартире. Ежели приедет кто из генералитета или штаб-офицер в ротную квартиру, то на первой случай ему от пикета тотчас часовой, в протчем, что той особе до караула, поступать против 10-го пункта 9-го отделения IV главы.

2

Караул в штаб наряжает майор. Смена чрез двои сутки. Час перед битьем осматривает караул майор с адъютантом и в чем ни есть экзерцирует, при сем они в шарфах. Караул новой приходит на полковой вахт-парад-плац пополуночи в 9 часов. Знаменной, обыкновенной от гранодер от одного только капральства сержант, капрал, в недостатке капрал за сержанта, экзерцирмейстер за капрала, по чрезвычайности в недостатке обоих экзерцирмейстеров того капральства за сержанта, за ефрейтера рядовой и 12 рядовых.

На гауптвахт: от мушкатер целое капральство, сколько налице оное на то время от ротного караула уволено и вестовой спущен. Командующие им офицер, сержант или подпрапорщик, капрал, где нет офицера при капральстве унтер-офицер за офицера, капрал за сержанта, экзерцирмейстер за капрала. В недостатке унтер-офицера уже будет на гауптвахте пост унтер-офицерской и нового караула офицер с ним не сменяетца, а унтер-офицер сменяетца в своем звании, однако офицер вступает по смене в караул и ежели ему на смену придет тоже не сержант или подпрапорщик, то смену с караула приказывает при себе производить по унтер-офицерскому. Тогда капрал за сержанта, экзерцирмейстер за капрала. По чрезвычайности в недостатке при капральстве унтер-офицера и капрала содержит пост экзерцирмейстер за сержанта, имеет рядового ефрейтером, который разводит на часы; мушкетер сколько есть при капральстве и до 12 человек, старшей подает при разводе майору о капральстве рапорт с расходом за рукою ротного командира.

3

Караул в штаб как и протчие команды на ротном парад-плаце прежде свидетельствованы должны быть от старшего сержанта и ротного командира, как сказано в 18-м и 19-м пунктах l-ro отделения IV главы, и прежде того в капральствах на парад-плаце, как сказано в 5-м пункте 5-го отделения IV главы. Всякие команды из отсутствия свыше недели должны прежде явитца в ротную квартиру на парад-плаце к старшему сержанту и ротному командиру, а командированная на караул и в отлучку на малое время ниже недели и на неделю явитца прямо в капральстве к своим капралам.

4

Командированной на караул в штаб офицер, или в его должности унтер-офицер, или кто будет при капральстве старшей, по отдании своего посту осмотрит в полковом лазарете своей роты больных, також исправит по ротным делам, что ему от его ротного командира приказано, того ж дня отправитца в ротную квартиру и по прибытии рапортовать о всем ротного командира, а команду отвесть препоручит порядочно старшему своему подчиненному. А от гранодерских рот осматривать больных в месяц два раза.

§ III. О экзерцировании частей, капральств и роты

1

Времянные ефрейтеры в частях капральства собирают своих подчиненных поблизости своей квартиры, как упомянуто в 13-м пункте 1-го отделения сей главы, около поздних обеден, то есть в 9 часов пополуночи в понедельник, вторник, и, осмотря их в порядочном приборе скоро и подробно, делают им при себе краткое свидетельство в экзерциции без команды, то есть по-одиначке, имянно: 1-е – в шагах: тихо, скоро, аршинным шагом; тихо, скоро, полуторааршинным; косым аршинным вправо, влево, на линии; вправо, влево, вперед, отступанию; гусиной шаг целою шеренгою с захождением вправо и влево; 2-е – приемы полковые и ротные: с прибавлением на молитву и на плечо, с снятием и надеванием шляп и колпаков и повороты; 3-е – скорому четверократному заряжанию с примерною пальбою; 4-е – снявши на время сумы, сниманию шляпы на месте, в мимоходе и обходе, против 4-го пункта II главы. По сим четырем примечаниям объяснено в 12-м пункте II главы. И распускает на квартиры.

В среду разстах.

В четверток такое ж краткое свидетельство, как в понедельник и вторник.

В пятницу делает полное свидетельство против первого и второго свидетельства во 12-м пункте II главы и экзерцирование с командными словами, знаками и флигельманами; выводит свою часть ранее протчих дней: 1-е – в хождении против 1 примечания всею шеренгою во всех шагах, примерному шереножному отступанию и приступанию по 6 шагов и по 3 шага, и потом захождению вправо и влево в четвероугольник с переменою каждого на крыльях, головы в надлежащей стороне; примерному сдваиванию рядов вправо и влево, задние на полуторааршинном шаге, и построению из одной в две и в три шеренги косым шагом всегда вправо, задние на трех шагах, из трех в две, из двух в одну, наблюдая всегда ранжир; 2-е – приемы шеренгою, для того два флигельмана, но с переменою; ежели команда из четырех человек, то для освидетельства в примечании знаков и довольно с поворотами, где ежели мала команда – флигельманов не надобно, крылья без того видны; 3-е – четверократное заряжание с примерною пальбою, два крыльных; ежели команда из трех только человек, то между собою по одному разу сменяютца, третей делает протчие для знаков, потом також с наступанием и переносом ружья на левую сторону; впереди два флигельмана, с отступанием с пальбою назад, батальной огонь с хождением гусиного шагу с захождением вправо и влево и залп; 4-е – сниманию шляп на месте, в мимоходе и обходе с переменою крыльных, при чем снимают сумы; 5-е – смене одинаких часовых и потом двойных, кои держат у ноги, при чем ефрейтер разводит порядочно и сменяет со всеми командными громкими словами и чтоб всякой сменою с часов и на часы обошелся; 6-е – окликанию, остановлению, позволению приступать и пропусканию рунда, окликанию, остановлению и пропусканию дозора двоеобразно, то есть: по часовому у фронта и по часовому на других отводных постах против главы V отделения 9; 7-е – потом ефрейтер, поговоря что ни есть со всяким с военным видом и голосом, распускает по квартирам, ружье в правой руке.

В субботу разстах.

В морозы и всякой дождь приемам обучать в избах и крытых строениях, а хождению в плащах и в морозы в рукавицах, однако дождь пережидать.

Ежели в которые дни в неделе случатца праздники, оные зачитать в разстахи той же недели, а не на другую.

В воскресенье и большой праздник приводит свою часть, хотя бы был один человек, поблизости к церкве Божией, в полном и исправном с командными словами параде к обедне, и по окончании службы Божией, також порядочно опять в квартиру приводит, против 15-го пункта II главы, а в самые большие праздники, как в Рождество и Пасху, ко всенощной, и ежели похочет в иные дни, в бумажках, токмо наблюдая порядок в вождении и командных слов.

2

Каждое капральство экзерцируетца в месяц только один раз[47], как для того ротной командир числы назначит. Довольно на сие двух дней сряду. А трех дней много, как бы много в нем налице людей ни было, ежели хорошо обучены, то есть: пятница и суббота, дабы воскресенье капральству при своих начальниках иметь церковной парад; разве иные два дни ротной командир назначить похочет перед иным большим праздником.

Накануне первого назначенного для экзерцирования от ротного командира числа соберетца капральство в ту деревню, где квартира командующих им, где, расположась по квартирам, на другой день поутру рано выходит на его парад-плац, на котором начинаетца и производитца свидетельство в экзерциции и обучение во всех ее частях.

Оное в капральстве во всем исполнять на основании первого пункта сего отделения, с тем различием, что приступание и отступание передних и задних шеренг, сдваивание рядов и построение шеренг не примерное, но истинное, а прибавить еще к тому: разделя капральство на два взвода примерно, для чего и четырех рядов довольно, в пальбе очередовать плутонги с искошением рядов, и произвесть плутоножную и всю протчую примерную пальбу и обращения против сокращенного строевого устава; хождение повзводно вправо и влево с построением фронтов, сдваивание рядов и построение попрежнему на походе, принимание взводов на походе ж вправо и влево при захождении в четвероугольник; при чем головы в надлежащей стороне.

Троекратное, то есть на месте, в мимоходе и обходе, снимание шляп; одною, двумя и тремя шеренгами. При смене часовых одинаких и двойных с прибавлением примерной смены караулов, и что до рундов и дозоров також по караульному, на что командующему капральством иметь примерной пароль и лозонг. Упоминаетца, что главным сего пункта правилом 12-й пункт II главы. По окончании экзерциции читать одну главу из полкового учреждения, а IV главы третью часть, из описания полкового строю одну из трех глав: части I главу 8-ю, части II главу 13-ю, части III главу 7-ю, список ротным вышним и нижним начальникам и своей роты ефрейтерам в отделенных частях, и коли командует капральством офицер, то по случаю и военные артикулы. Сожалетельно, ежели при капральстве грамотного бы не было.

Итако окончавши на другой день, то есть в воскресенье или по определению ротного командира, как в начале сего пункта сказано, в иной праздничной день, капральству при их начальниках полно и исправно с командными словами против 15-го пункта II главы церковной парад; и ежели похочет командир, то и ко всенощной в бумажках. А по выходе из церкви сомкнутца по частям и начальник каждой отводит оную порядочно уже прямо в ее квартиры. Для чего, коли некоторым заходить в квартиру капральства за ружьями излишней бы был переход, то те части в церковном параде с ружьем и по разному числу рядов у протчих на крыльях и ружье по погону, а безоружейные в средине. По прибытии к церкве командир капральства прикажет им прежде ружья воткнуть или в мокрую и сырую погоду где приставить к стене, поблизости церкви, остановясь порядочно в мимоходе и к ним привесить сумы, и оставя при них в суме одного часового, построитца опять порядочно, итти до надлежащего места, снять шляпы или колпаки для входу в церковь, справа ступай, и класть колпаки или шляпы в один угол, а по выходе из церквы построясь порядочно итти к ружью, разбирать ружье без торопости поспешно и надевать сумы, и построя фронт, приказать сомкнутца и маршировать исправно по частям, куда которой дорога лежит.

Которое капральство стоит все в одной деревне, то экзерцируетца в упомянутые в 1-м пункте дни також кратко и полно, как значит о части; сверх того в месяц один раз гораздо подробнее, как значит в сем пункте, причем також, как выше сказано, и читать.

Не надлежит забыть при собрании капральства по окончании всей экзерциции, прослушивания учрежденных в полку молитв, и со всяким что ни есть говорить.

В большей части капральства, квартирующей при ее начальниках, исполнять как в протчих частях, токмо что при собрании капральства, которое чинить, хотя бы в нем было три или два номера, командир в своей части кратко и иного свидетельства не повторяет, но экзерцирует оную в большем фронте.

Целое ли капральство в одной деревне или часть, 1-го номера когда не экзерцируетца хотя кратко, при том все командиры и правящие им присутствуют, так и для церковного параду. Разве уволняетца от того ротной командир, когда ему по роте недосуг, однако редко.

О исполнении всего вышеписанного, как и о том, что имянно читано, командир капральства рапортует на другой день ротного командира цидулкою или словесно чрез мелд-ефрейтера, который прежде к старшему сержанту явитца должен.

3

Рота экзерцируетца в месяц один раз. Для чего оную командир ротной собирает и определяет на то три или четыре дни, в те дни дает ей ночлег в своей деревне, токмо чтоб по окончании был праздник, дабы можно было целою ротою сделать церковной парад. Не тогда экзерцировать, когда одному капральству назначено на караул в штаб. Для экзерцирования рота собираетца рано на ротном парад-плаце.

Ротному экзерцированию основанием первые два пункта сего отделения и особливо 12-й пункт II главы, а для церковного параду 15-й пункт II же главы, для читания 10-й пункт IV главы (токмо для экзерцирования с надлежащим увеличиванием роты против капральства, то есть что уже в роте не меньше четырех взводов). Ротной командир ни мало не торопитца, начавши с одиначки, делает одно за другим, то есть экзерцирует с подошвы до головы, прибавя все обращения и действия большего фронта против строевого устава. Своему ж капральству, понеже оное яко его командир особливой в одиначке, шестаках или шеренге довольно прежде свидетельствовал, не повторяет, но выводит в большой ротный фронт. Також прослушивает в молитвах и говорит с кем ни есть что хочет.

В которые числы рота кратко и полно экзерцирована была, каждое капральство и отделенная часть по номеру ее кратко и полно экзерцированы были, что имянно при роте и при котором капральстве читано, когда и чему был церковной парад, ротной командир при семидневном рапорте к полку всякую неделю прилагает рапортицию.

* * *

Посему все члены части и корпус ротной будучи во всегдашнем упражднении экзерциции: праздность и леность навсегда убегать привыкнут. Суетно бы то было, ежели ротному командиру роту свою только к лагерю на экзерцирование готовить, но чрез сие не токмо готова всякой час на смотр, кто бы ни спросил, но и на сражение со всяким неприятелем. Всякой при всяком случае будет бодр, смел, мужествен и на себя надежен.

Наконец всякой служащей в полку в военном чине рассудить может: только благоустроенное согласие всех частей полку содержит его твердость непоколебиму и неослабное наблюдение нужных военных правилов, яко душа оное матерое тело просвещает. В противном же случае каждой ясно может понять, что малейшее от них отпадение и в сохранении их незаботливость приключает забвение и учиняет в должности несведущим, оттого в исправлении оной робким и от подчиненных внутренно, кроме как по принуждению о должности непочтенным. Так хотя некоторые части в сию распутность впадут, но от того во всех частях последует расстроение, твердость полку разрушитца, и будет оный как грубое тело без души, отчего в службе при таком полку в военном звании столь почтенном можно ли вкушать истинную сладость. Не надлежит мыслить, что слепая храбрость дает над неприятелем победу, но единственно смешенное с оною военное искусство. Чего ради не должно ли пещися единожды в нем полученное знание не токмо содержать в незабвенной памяти, но к тому ежедневными опытами нечто присовокуплять?

Учреждение сие служит к согласному знанию общей должности и каждого особо. Оно его затверждением ничью память [не] отяготит, а исполнением его пунктов ничью должность в излишнее попечение о ее исправлении привесть не может.

Не можно забыть высочайшую монаршую милость, которою сей полк недавно удостоен был. Отличность, каковою не один полк по прошествии многих лет славитца не может: всем протчим во образец! Но всегда о том воспоминая, содержать себя во всегдашней исправности, наблюдать свою должность в тонкость, жертвовать мнимым леностным успокоением истинному успокоению духа, состоящем в трудолюбивой охоте к военной службе, и заслужить тем себе бессмертную славу.

Афоризмы

Благомудрое великодушие часто полезнее, нежели стремглавый военный меч.

Ближайшая к действию цель лучше дальней.

Баба бьет задом, передом, а дело идет чередом.

Вежлив бывает и палач.

Великие приключения происходят от малых причин.

Властвуй счастьем, быстротой Цезаря, столь хорошо умевшего захватывать врасплох врагов даже днем.

Вольность и равенство не могут стоять долго против веры и властительства.

Вот мои мысли о людях: вывеска дураков – гордость, людей посредственного ума – подлость, а человека истинных достоинств – возвышенность чувств, прикрытая скромностью.

Мужественные подвиги достовернее слов.

Время драгоценнее всего.

Вся земля не стоит даже одной капли бесполезно пролитой крови.

Выше денег время страшно.

Где меньше войска, там больше храбрых.

Где тревога, туда и дорога; где ура – туда и пора; голова хвоста не ждет.

Геройство побеждает храбрость, терпение – скорость, рассудок – ум, труд – лень, история – газеты…

Главное дарование великого человека – уметь избирать особ по их талантам.

Голова хвоста не ожидает, оный всегда в свое время поспеет.

Голод – лучшее лекарство.

Гражданские доблести не заменят бесполезную жестокость в войсках.

Два хозяина в одном дому быть не могут.

Дело мастера боится. И крестьянин не умеет сохой владеть – хлеб не родится.

Деньгам по-пустому лежать не надлежит.

Деньги дороги, жизнь человеческая еще дороже, а время дороже всего.

Дипломатичный слог – обманчивая двуличность.

Единство дает согласие. Смотри на дело в целом.

Если любишь горячее, будь способен и к холодному.

Жалко подражание, похвально соревнование. Подражание есть признание в недостатке собственных своих способностей. Соревнование – порыв благородной души, которая хочет выказать оспариваемое у нее преимущество.

Загребающий жар чужими руками после свои пережжет.

Идя вперед, знай, как воротиться.

Знаешь ли ты трех сестер? Вера, Любовь и Надежда. С ними слава и победа. С ними Бог.

Искренность отношений, правда в общении – вот дружба.

Искусство не может терпеть порабощения.

Истина благосклонна одному достоинству.

Истинная слава не может быть оценена: она есть следствие пожертвования самим собою в пользу общего блага.

Как тягостно равнодушие к самому себе!

Крестьянин богатеет не деньгами, а детьми. От детей ему и деньги.

Кто удивил, тот победил.

Кто хорош для первой роли, не годен для второй.

Люби истинную славу.

Лень рождается от изобилия. Ближайший повод к лени – безначалие.

Лесть похожа на пирог: надобно умеючи испечь, всем нужно начинить в меру, не пересолить и не переперчить.

Льстец гордый и безнаказанный – величайший злодей.

Милосердие покрывает строгость. При строгости надобна милость, а иначе строгость – тиранство.

Мудрый и кроткий владыка не в крепостных оградах, но в сердцах своих подданных заключает свою безопасность.

Мудрый не дерется нечаянно.

На себя надежность – основание храбрости.

Не бросайте никогда апельсина, пока в нем есть еще содержимое.

Не льститесь на блистание, но на постоянство.

Невинность не терпит оправданий.

Недорубленный лес опять вырастает.

Ненависть затмевает рассудок.

Непрестанная наука из чтениев!

Нет земли на свете, которая так была бы усеяна крепостями, как Италия. И нет также земли, которая бы была так часто завоевана.

Нет ничего страшнее отчаянных.

Нога ногу подкрепляет, рука руку усиляет.

Ноша службы легка, когда дружно подымают ее многие.

Нужнее неприятное известие для преодолевания, нежели приятное – для утешения.

Опасности лучше идти навстречу, чем ожидать на месте.

Отличай честолюбие от гордости и кичливости.

Победителю прилично великодушие.

Повелевай счастьем, ибо одна минута решает победу.

Подозрение – мать премудрости.

Предположения и предрассудки все расстраивают.

Предположенное не окончить – Божий гнев!

Приучайся к неутомимой деятельности.

Раз счастье, два раза счастье – помилуй Бог! Надо же когда-нибудь и немножко умения.

Скорость нужна, а поспешность вредна.

Самоблюдение и самолюбие суть различны: первое повелено Богом, второе – в начале испорчено гордостью.

Самолюбие утопает в неведении жребия своего, однако имеет желания.

Служба и дружба – две параллельные линии – не сходятся.

Собственностью своею во всякое время жертвовать – правило высочайшей службы.

Стоянием города не берут.

Счастье зависит от правил, фортуна – от случайностей.

Таинство одно твердой связи достойных друзей – уметь прощать недоразумения и просвещать неотложно в недостатках.

Тактика и дипломатика без светильника истории – ничто.

Твердый дуб падает не от ветра или сам, но от секиры.

Теория без практики мертва.

Тот не велик еще, кого таковым почитают. Тот не тонок, кто слывет тонким. Тот уже не хитрый, о ком все говорят, что он хитер.

Три главных достоинства вождя: мужество, ум, здоровье (телесное и душевное).

Трудолюбивая душа должна быть занята своим ремеслом, и частые упражнения для нее столь же живительны, как обычные упражнения для тела.

Удивительно, право, что у нас хитрость предпочитают рассудку и конец берут за начало! Прилично так поступать с одними шутами придворными.

Удивить – победить.

Ученые мужи своим бессмертием больше, чем кто-либо, уподобляются богам: это они увлекают нас к вершинам добродетели. Их гений указует нам, сколь сладостно посвятить жизнь общественному благу. Они наставляют нас не пещись о собственной нашей персоне, презирать превратности фортуны и жертвовать собой для блага Отечества и человечества.

Ученье – свет, а неученье – тьма.

Фамильярное обращение порождает пренебрежение.

Фортуна вертит счастьем, как колесо спицами.

Фортуна имеет глаза на затылке, власы короткие, полет ее молниеносен: упустишь раз – не поймаешь[48].

Хотя храбрость, бодрость и мужество всюду и при всех случаях потребны, только тщетны они, если не будут истекать от искусства, которое возрастает от испытаний, при внушениях и затвержениях каждому должности его.

Чем больше удобств, тем меньше храбрости.

Чистому – все чисто.

О добродетели

Без добродетели нет ни славы, ни чести.

Безбожие поглощает государства и государей, веру, права и нравы.

Благость и милосердие потребны героям.

Зрите ад, над которым царствует безумие еще сильнее в исходе века. Сей ад, распростя челюсти свои до гор Альпийских, воздвигает новый Рим, основание которого близ бездны.

Добро делать спешить должно.

Добродетель всегда гонима.

С юных лет приучайся прощать недостатки ближнего и никогда не прощай своих собственных.

О родине

Велик Бог русский! Мы пойдем с ним по стезям древней славы!

Всемогущий Боже! Даруй, чтоб зло для России не открылось прежде 100 лет, но и тогда основание к сему будет вредно.

Крепость сильна, гарнизон – целая армия. Но ничто не устоит против русского оружия – мы сильны и уверены в себе.

Кто любит свое Отечество, тот подает лучший пример любви к человечеству.

Легкие победы не льстят сердцу русскому.

Медленность наша умножит силы неприятеля. Быстрота и внезапность расстроят его и поразят. Широта реки не сузится, высота берегов не понизится. Русский Бог силен. С Ним перелетим полетом богатырским, с Ним победим!

Мы русские, мы все одолеем.

От храброго русского гренадера никакое войско в свете устоять не может.

Природа произвела Россию только одну. Она соперниц не имеет[49].

Попробуйте сдвинуть этот камень. Не можете? Так и русские не могут отступать.

Покажи на деле, что ты русский!

Россиянин отличается верой, верностью и рассудком.

Русак не трусак.

Русские прусских всегда бивали, что ж тут перенять?

Русский Бог велик! Охают французы, усмиряются цесарцы!

Русскому должно все испытать.

Смерть или плен – все одно!

Там, где пройдет олень, там пройдет и русский солдат. Там, где не пройдет олень, все равно пройдет русский солдат.

Тщетно двинется на Россию вся Европа: она найдет там Фермопилы, Леонида[50] и свой гроб.

Умирай за Дом Богородицы, за Матушку-Царицу, за Пресветлейший дом. Церковь Бога молит. Кто остался жив, тому честь и слава!

Штык, быстрота, внезапность – это вожди россиян.

В сущности, нет ничего вреднее, и даже более – никто не может быть так жесток, как вредны и жестоки по результатам своих действий сентиментальные люди. Человек, любящий своих ближних, человек, ненавидящий войну, должен добить врага, чтобы вслед за одной войной не началась другая.

Готовься в войне к миру, а в мире – к войне.

Победа – враг войны.

Солдат и в мирное время на войне.

О военной науке

Атакуй с чем пришел! Коли, руби, гони, отрезывай, не упускай! Ура! – чудеса творит, братцы!

Береги пулю в дуле.

Береги пулю на три дня, а иногда и на целую кампанию, когда негде взять.

Будь терпелив в военных трудах, не поддавайся унынию от неудач.

Братцы! Бей штыком, колоти прикладом! Не задерживайся: шибко иди вперед! Ух, махни! Головой тряхни, вперед, братцы! Чудо-богатыри, вперед! Мы русские!

Будь прозорлив, осторожен. Имей цель определенную. Умей предупреждать обстоятельства ложные и сомнительные, но не увлекайся местной горячностью.

В кабинете врут, а в поле бьют.

Быстрота и внезапность заменяют число. Натиски и удары решают битву.

Быстрота и натиск – душа настоящей войны.

В баталии в полевой три атаки: первая в крыло, которое послабее. В середину нехорошо – самого сожмут. Атака всеми силами в обход хороша только для малого корпуса.

В осадах времени не терять… Всего лучше открытый штурм. Тут меньше потери.

Взор! Быстрота! Победа!

Воевать не числом, а умением.

Военная наука – наука побеждать.

Военной науке должно учиться на войне. Каждый театр войны есть новый.

Военные добродетели: для солдата – отважность, для офицера – храбрость, для генерала – мужество, руководствуемое началами порядка и дисциплины, управляемое бдительностью и предусмотрительностью.

В случае возникновения препятствий нельзя много отвлекаться ими, время дороже всего – нужно уметь беречь его. Часто наши предыдущие победы оставались безрезультатными из-за недостатка людей. Самым ложным правилом является убеждение, что после поражения врага все закончено, в то время как нужно стремиться к более крупным успехам.

Выше всего глазомер, т. е. пользование положением места, трудолюбие, бдение и постижение.

Делай на войне то, что противник почитает за невозможное.

Деятельность есть важнейшее из всех достоинств воинских.

Дисциплина – мать победы.

Должно стремиться к одной главной точке и забывать о ретираде. Натиск и удары решают битву, и приступ предпочтительнее осады.

За ученого трех неученых дают. Нам мало трех, давай нам шесть, давай нам десять на одного – всех побьем, повалим, в полон возьмем…

Если желать умереть на войне, то надобно желать умереть в деле со славою, как Тюренн.

Идешь бить неприятеля – умножай войска, опорожняй посты, снимай коммуникации. Побив неприятеля, обновляй по обстоятельствам, но гони его до сокрушения.

Исправная стрельба в мишень – великой важности: умножает гибель неприятеля и отвращает в действии лишнюю трату патронам.

Истинное правило военного искусства – прямо напасть на противника с самой чувствительной для него стороны, а не сходиться, робко пробираясь окольными дорогами, через что самая атака делается многосложною, тогда как дело может быть решено только прямым, смелым наступлением.

Кто испуган, тот побежден наполовину. У страха глаза велики, один за десятерых покажется.

Кто отважен и смело идет прямо на неприятеля, тот одержал уже половину победы.

Местный (житель) в его близости по обстоятельствам лучше судит.

Мы обязаны всеми подвигами соединению двух первых армий в Европе в непобидимую российско-австрийскую армию. И если снова начинать кампанию, то необходимо сблизиться в системах[51]. Иначе не может быть ни спасения для человечества, ни восстановления угнетенных государей и религии.

На войне деньги дороги, жизнь человеческая еще дороже, время дороже всего.

Надо бить умением, а не числом.

Не нужно методизма, а верный взгляд военный.

Неутомимость солдат и решимость офицера – вот вожди к славе!

Ни одного поста не должно считать крепостью… нет стыда уступить пост превосходному в числе неприятелю. Напротив того, в том и состоит военное искусство, чтобы вовремя отступить без потери. Уступленный пост можно снова занять, а потеря людей невозвратима: нередко один человек дороже самого поста.

Никакой баталии в кабинете выиграть не можно.

Никогда сил не раздроблять для занятия пунктов. Обошел неприятель – тем лучше: он сам идет на поражение.

Ничего, кроме наступательного.

Обывателя не обижать: он нас поит и кормит. Солдат – не разбойник. Святая добыча: возьми лагерь – все ваше, возьми крепость – все ваше. Без приказа отнюдь не ходить на добычу.

Пальбой не должна пехота много заниматься, но только идти в штыки и брать в полон.

План операционный в корпус, в колонну. Ясное распределение полков. Везде расчет времени. В переписке между начальниками войск следует излагать дело ясно и кратко, в виде записок, без больших титулов. Будущие же предприятия определять вперед на сутки или на двое.

Победа зависит от ног, а руки только орудие победы.

Полк – подвижная крепость, дружно, плечом к плечу, и зубом не возьмешь!

При всяком случае наивреднее неприятелю страшный наш штык, которым наш солдат исправнее всех на свете работает.

Ров не глубок, вал не высок. Бросься в ров, скачи через вал. Ударь в штыки, коли, гони, бери в полон!!!

Ружье, сухарь и ноги береги пуще глаза!

С пленными поступать человеколюбиво, стыдиться варварства.

Сикурс (помощь), опасность и прочие слова служат бабам, кои боятся с печи слезть.

Смерть бежит от штыка и сабли храброго. Счастье венчает смелость и отвагу.

Субординация, экзерциция, дисциплина, чистота, опрятность, здоровье, бодрость, смелость, храбрость, победа, слава, слава, слава!

Смерть на постели – не солдатская смерть.

Стреляй редко, да метко. Штыком коли крепко.

Пуля дура, штык молодец.

Субординация или послушание – мать дисциплины или военному искусству.

Твердость, предусмотрительность, глазомер, время, смелость, натиск, поменьше деталей и подробностей в речах солдатам.

Три воинских искусства: первое – глазомер, второе – быстрота, третье – натиск.

Трое наскочат: первого заколи, второго застрели, третьему штыком карачун. В атаке не задерживай.

Тяжело в учении – легко в походе, легко на учении – тяжело в походе.

Умный военный человек не должен действовать на авось, без крайности.

Хотя храбрость, бодрость и мужество всюду и при всех случаях потребны, токмо тщетны они, ежели не будут истекать из искусства.

Шаг назад – смерть. Вперед два, три и десяток – позволяю.

Штыки, быстрота, внезапность!.. Неприятель думает, что ты за сто, за двести верст, а ты, удвоив шаг богатырский, нагрянь быстро, внезапно. Неприятель поет, гуляет, ждет тебя с чистого поля, а ты из-за гор крутых, из лесов дремучих налети на него как снег на голову. Рази, стесни, опрокинь, бей, гони, не давай опомниться.

Штыком может один человек заколоть троих, где и четверых, а сотня пуль летит на воздух.

О неприятелях

Бегущего неприятеля истребляет одно преследование.

Бей неприятеля, не щадя ни его, ни себя самого, держись зло, дерись до смерти, побеждает тот, кто меньше себя жалеет.

Беспрерывное изучение врага сделает тебя великим полководцем. Никакой баталии в кабинете выиграть невозможно. Умей пользоваться местностью, управляй счастьем.

Богатыри, неприятель от вас дрожит, да есть неприятель больше: проклятая немогузнайка, намека, загадка, лживка, лукавка, краснословка, кратко-молвка, двуличка, вежливка… от немогузнайки было много беды.

Не меньше оружия поражать противника человеколюбием.

Неприятелю времени давать не должно, пользоваться сколько можно его ошибкой и брать его всего смело со слабейшей стороны.

Нет вшивее пруссаков. Лаузер или вшивень назывался их плащ. В шильдгаузе[52] и возле будки без заразы не пройдешь, а головною их вошью вам подарят обморок.

Никогда не презирайте вашего неприятеля, каков бы он ни был, и хорошо узнавайте его оружие, его образ действовать и сражаться. Знай, в чем его сила и в чем слабость врага.

О, как шагает этот юный Бонапарт! Он герой, он чудо-богатырь, он колдун! Он побеждает и природу и людей. Он обошел Альпы, как будто их и не было вовсе. Он спрятал в карман грозные их вершины, а войско свое затаил в правом рукаве своего мундира. Казалось, что неприятель тогда только замечал его солдат, когда он их устремлял, словно Юпитер свою молнию, сея всюду страх и поражая рассеянные толпы австрийцев и пиемонтцев.

О, как он шагает! Лишь только вступил на путь военачальства, как уж он разрубил Гордиев узел тактики. Не заботясь о числе, он везде нападает на неприятеля и разбивает его начисто. Ему ведома неодолимая сила натиска – более не надобно. Сопротивники его будут упорствовать в вялой своей тактике, подчиненной перьям кабинетным, а у него военный совет в голове. В действиях свободен он как воздух, которым дышит. Он движет полки свои, бьется и побеждает по воле своей!

Вот мое заключение: пока генерал Бонапарт будет сохранять присутствие духа, он будет победителем. Великие таланты военные достались ему в удел. Но ежели, на несчастье свое, бросится он в вихрь политический, ежели изменит единству мысли, он погибнет.

Остальным сдающимся давай пощаду: грех напрасно убивать. Они такие же люди.

Оттеснен враг – неудача. Отрезан, окружен, рассеян – удача.

Победителю прилично великодушие.

У неприятеля те же руки, да русского штыка не знают.

Французам, а особливо неаполитанской коннице кричать «Пардон», чтобы оная к нам переходила.

Французы горячи, им жарко: побили их много, сберечь трудно.

Французы – нарушители общей тишины и враги общего спокойствия. Французы отвергли Христа Спасителя, они попрали законное правительство. Страшитесь их разврата… Вы были счастливы верой – храните ее. Дорожите совестью своей: да не упрекнет она вас в том, что вы были сопутниками утеснителей веры и прав народных. Бегите от лжеучетелей.

О командирах

Бдение начальника – лучшее спокойствие подчиненных. Прозорливость оного побеждает нечаянности.

Генералу необходимо образовывать себя науками.

Жалок тот полководец, который по газетам ведет войну. Есть и другие вещи, которые знать ему надобно.

Командиру необходимо непрерывное образование себя науками с помощью чтения.

Необходимо, чтобы войска предводителя своего разумели.

Научись повиноваться, прежде чем повелевать другими.

Начальник на войне не должен себя ничем связывать, а поступать соответственно обстоятельствам и всегда быстро.

Не употребляйте команды «стой». А в сражении: «нападай», «руби», «коли», «ура», «барабаны», «музыка».

Непрестанное изощрение глазомера сделает тебя великим полководцем.

Ночные поражения противников доказывают умение вождя пользоваться победой не для блистания, но для постоянства.

Обучение нужно, лишь бы с толком и кратко. Солдаты его любят.

От строгости до жестокости полсажени, пол-аршина, полвершка, полполвершка.

Полная мочь избранному полководцу.

Свой пай съедай, а солдатский солдату отдавай.

Тщательно обучай подчиненных тебе солдат и подавай им пример.

Храни в памяти имена великих людей и в своих походах и действиях с благоразумием следуй их примеру.

Последуй Аристиду в правоте, Фабрициану – в умеренности, Эпаминоду – в нелживости, Катону – в лаконизме, Юлию Цезарю – в быстроте, Тюренну – в постоянстве, Лаудону – в нравах[53].

О солдатах

Без честолюбия, послушания и благонравия нет исправного солдата.

Зри в части – семью, в начальнике – отца, в товарище – родного брата.

Каждый воин должен понимать свой маневр. Тайна есть только предлог, больше вредный, чем полезный. Болтун и без того будет наказан.

Нужное солдату полезно, а излишнее вводит в роскошь – мать своеволия.

Сам погибай, а товарища выручай. За убитых Церковь Бога молит!

Солдат дорог. Береги здоровье, чисти желудок, коли засорился. Голод – лучшее лекарство.

Солдату надлежит быть здорову, храбру, тверду, решиму, правдиву, благочестиву.

Ты присягал. Умирай за веру, царя и Отечество. Знамя защищай до последней капли крови.

* * *

Баталия мне покойнее, нежели лопатка извести и пирамида кирпичей.

Богатство мое состоит в жалованных бриллиантах и наделанных в Санкт-Петербурге мундирах да серебряных ложках, выписанных недавно из Москвы.

В письме Вашем… употреблено на мой счет слово «отступление». Отвечаю, что не знал его во всю мою жизнь, как не знал и оборонительной войны, стоившей в начале кампании только в Тироле жизни свыше 10 000 человек, чего мы за всю итальянскую кампанию не потеряли…

Горжусь тем, что я россиянин!

Возьми себе в образец героя древних времен. Наблюдай его. Иди за ним вслед. Поравняйся. Обгони. Слава тебе! Я выбрал Цезаря. Альпийские горы за нами. Бог перед нами. Ура! Орлы российские облетели орлов римских.

Да я ж служил за дьячка, пел басом, а теперь поеду петь Марсом.

Доброе имя должно быть у каждого честного человека, лично я видел это доброе имя в славе своего Отечества. Мои успехи имели исключительной целью его благоденствие.

Ищите истинной славы, идите по следам добродетели. Последней я предан, а первую замыкаю в службе Отечеству.

Если б я не был полководцем, то был бы писателем.

Кабинет мне предписал более крепостей не брать.

Каменский знает воинское дело, но оно его не знает, Суворов не знает воинского дела, да оно его знает, а Салтыков ни военного дела не знает, ни оно его не знает.

Лучше голова долой, нежели утратить свою честь. Смертями пятьюстами научился смерти не бояться.

Мою тактику прусские принимают, а свою протухлую оставляют.

Между тем, покуда мир европейский и тактика обновляются, я цепенею в постыдном бездействии, я изнемогаю под бременем жизни праздной и бесполезной.

Мне солдат дороже себя.

Моя тактика: отвага, мужество, проницательность, предусмотрительность, порядок, умеренность, устав, глазомер, быстрота, натиск, гуманность, умиротворение, забвение…

Никогда самолюбие, чаще всего порождаемое мгновенным порывом, не управляло моими действиями, и я забывал себя, когда дело шло о пользе Отечества.

О матушке Екатерине может говорить Репнин – всегда, Суворов – иногда, а Каменский – не должен говорить никогда.

Одна минута решает исход битвы, один час – успех кампании, один день – судьбы империи. Я действую не часами, а минутами.

Почитая и любя нелицемерно Бога, а в нем и братий моих, человеков, никогда не соблазняясь приманчивым пением сирен роскошной и беспечной жизни, обращался я всегда с драгоценнейшим на земле сокровищем – временем – бережливо и деятельно, в обширном поле и в тихом уединении, которое я везде себе доставлял. Намерения, с великим трудом обдуманные и еще с большим исполненные, с настойчивостью и часто с крайнею скоростью и неупущением непостоянного времени. Все сие, образованное по свойственной мне форме, часто доставляло мне победу над своенравной Фортуной. Вот что я могу сказать про себя, оставляя современникам моим и потомству думать и говорить обо мне что они думают и говорить желают.

Правда, я не много общался с женщинами. Но, забавляясь в их обществе, я соблюдал всегда почтение. Мне недоставало времени заниматься с ними, и я страшился их. Женщины управляют здешней страной, как и везде. Но я не чувствовал в себе достаточной твердости защищаться от их прелестей.

При дворе язык с намеками, догадками, недомолвками, двусмыслием. Я – грубый солдат – вовсе не отгадчик.

Природа не одарила меня беспечностью, перемениться поздно, буду всегда тот же.

Пришел в Беллинцон… нет лошаков, нет лошадей, а есть Тугут, и горы, и пропасти… но я не живописец: пошел и прошел.

Пудра не порох, букли не пушка, коса не тесак, а я не немец, а настоящий русак.

Семьдесят лет гонялся я за славой. Стою у гроба и узнаю мечту ее: покой души у Престола Всемогущего.

Титулы мне не для меня, но для публики потребны.

Увы, мне с любовью моей к Отечеству – интриги препятствуют мне ее выказать.

Честь моя мне всего дороже. Покровитель ей Бог.

Я живу в непрестанной мечте.

Чувствую ныне и прежние мои раны, но доколе жив – служить, хотя иногда и отдыхать. Таков долг христианина! Чистый рассудок без узлов. Мой стиль не фигуральный, но натуральный – при твердости моего духа!

Штыки, холодное оружие, атаки, удар – вот мои рекогносцировки.

Я бы законно желал быть иногда на публике в иностранном мундире: Великому Императору это слава, что его подданный их достойно заслужил.

Я был счастлив, потому что повелевал счастьем.

Я как раб умираю за Отечество и как космополит[54] – за свет. Жду увольненья от балтийских мирских сует.

Я лучше прусского покойного короля. Я милостью Божией баталий не проигрывал[55].

Я люблю правду без украшениев.

Я не любитель Демосфеновой болтовни, не люблю ни академиков, кои только вносят путаницу в здравые суждения, ни сената Ганнибалова. Я не люблю соперничества, демонстраций, контрмаршей. Вместо этих ребячеств глазомер, быстрота, натиск – вот мои руководители.

Я не могу оставить 50-летнюю привычку к беспокойной жизни и моих солдатских приобретенных талантов.

Я солдат, не знаю ни племени, ни рода. Поле – один мой элемент.

Я тот же, дух не потерял. Обманет меня всякий в своем интересе, надобна кому моя последняя рубашка, ему ее отдам, останусь нагой. Чрез то я еще не мал.

Материалы, принадлежащие к истории моих военных действий, столь тесно сплетены с историей моей жизни, что оригинальный человек и оригинальный воин должны быть между собой нераздельны, чтобы изображение того или другого сохраняло существенный свой вид.

Примечания

1

Флигельман – солдат или унтер-офицер, выполнявший перед строем ружейные приемы, которые повторял весь строй.

Вернуться

2

Плутонг – низшее подразделение в строю и боевом порядке русской пехоты XVIII в., соответствовавшее современному взводу.

Вернуться

3

Для удобства в стрельбе задние шеренги становились против интервалов впереди стоявшей шеренги и тем самым образовывали как бы косые ряды.

Вернуться

4

В то время правила прицельной стрельбы требовали целиться в середину человеческой фигуры.

Вернуться

5

Т. е. холостыми или боевыми зарядами.

Вернуться

6

Между сменами караула, в свободное время.

Вернуться

7

Три колена барабана: дробь, палки, дробь с палками.

Вернуться

8

Паки – опять.

Вернуться

9

Фельдмарш – один из сигналов для движения части; выполнялся на трубе или боем барабана; подавался непосредственно перед началом движения.

Вернуться

10

Т. е. из зоны, обстреливаемой картечью.

Вернуться

11

Т. е. граница обстрела полевой артиллерии крупнокалиберными пушками.

Вернуться

12

Т. е. граница обстрела полковой артиллерии пушками мелкого калибра, бывшими при полках.

Вернуться

13

Граница обстрела ружейным огнем.

Вернуться

14

Деплояда – развертывание.

Вернуться

15

Т. е. на своем месте в строю.

Вернуться

16

При стрельбе плутонгами, пока один ряд заряжал, а другой, стоя, стрелял.

Вернуться

17

Турков – в смысле неприятелей.

Вернуться

18

Т. е. имеющих чин офицеров.

Вернуться

19

По усмотрению командира.

Вернуться

20

Основные, важнейшие.

Вернуться

21

Имеется в виду «батального».

Вернуться

22

Т. е. прикладка и прицеливание.

Вернуться

23

Способ стрельбы при отступлении, когда один плутонг, стоя на месте, стреляет, в то время как другой отступает.

Вернуться

24

Ретирада – отступление.

Вернуться

25

Команда для ружейного приема в положении «смирно»: ружье бралось рукою за шейку приклада под курок и держалось отвесно у правого плеча.

Вернуться

26

Смерть.

Вернуться

27

Императрицу Екатерину II.

Вернуться

28

Заградительные ямы с заостренными кольями на дне.

Вернуться

29

Заграждение в виде сплошного забора из заостренных бревен.

Вернуться

30

Главный караул.

Вернуться

31

Имеется в виду крепость в предместье Варшавы, взятая Суворовым штурмом 24 октября 1794 года.

Вернуться

32

Ранцы.

Вернуться

33

Артельный староста – выборный руководитель солдатской артели из числа грамотных солдат.

Вернуться

34

Подвиг – выдвижение.

Вернуться

35

В данном случае – госпиталя, лазарета.

Вернуться

36

Буквица (бетоника) – многолетнее растение, корни, листья и цветы которого употреблялись как слабительное средство.

Вернуться

37

Употреблялся как слабительное средство.

Вернуться

38

Белопольский Ефим Тимофеевич (1752-ок. 1799) – штаб-лекарь, один из основателей военно-санитарной медицины в России.

Вернуться

39

Приведенные восклицания в разных текстах передаются и комментируются по-разному. Ясно, что Суворов этими восклицаниями высмеивает немогузнайство, нерешительность, робость, растерянность как качества, не подобающие солдату.

Вернуться

40

Речь идет о Польской кампании 1794 г.

Вернуться

41

Т. е. считанных.

Вернуться

42

Лозунг – то же, что пароль.

Вернуться

43

Печатается с сохранением некоторых особенностей авторской орфографии и пунктуации.

Вернуться

44

То есть с обозначением выстрела.

Вернуться

45

Пехотный строевой устав 1763 г.

Вернуться

46

Сокращенный вариант того же устава, составленный в Суздальском полку.

Вернуться

47

Речь идет о подготовке капральства в присутствии командира роты.

Вернуться

48

Есть иной вариант: Фортуна имеет голый затылок, а на лбу – длинные висячие волосы: не схватил… уже не возвратиться!

Вернуться

49

Суворов цитирует высказывание Петра Великого.

Вернуться

50

Леонид – царь спартанский, павший вместе со своим отрядом из 300 спартанцев в бою в Фермопильском ущелье в 480 г. до н. э.

Вернуться

51

Имеется в виду выработка стратегии и тактики.

Вернуться

52

Караульное помещение.

Вернуться

53

Аристид (540–467 до н. э.) – афинский полководец и государственный деятель; Фабрициан (III век до н. э.) – римский полководец; Эпаминод (411–362 до н. э.) – знаменитый греческий полководец; Катон (234–149 до н. э.) – римский государственный деятель; Юлий Цезарь (100-44 до н. э.) – великий полководец, римский государственный деятель, оратор и писатель; Лаудон барон Эрнст-Гедеон (1717–1789) – австрийский генералиссимус.

Вернуться

54

Слово «космополит» в то время употреблялось в значении «человек высокой гражданственности».

Вернуться

55

Речь идет о прусском короле Фридрихе II.

Вернуться