Дина Варламова
Ловушка для одинокой девушки

Я сидела в своём кабинете и грызла от обиды карандаш. Во мне всё кипело. Несколько минут назад случайно в коридоре наблюдала прелюбопытную картину. Лебедев мило беседовал с новенькой секретаршей нашего начальника. Андрей что-то увлечённо ей рассказывал, а девица глупо хихикала и строила ему глазки. Решив не отвлекать парочку, я тихо проскользнула к себе в кабинет. Не знаю почему, но меня это задело. Если бы я любила Лебедева, можно было бы подумать, что это банальная ревность. Но я люблю, и буду любить другого человека. А с Андреем мы были друзья. Да, я провела с ним ночь. Но это было всего один раз и то в минуту слабости, когда ни я, ни он не контролировали себя. На следующий день после этого между нами состоялся разговор, в ходе которого мы решили остаться просто друзьями. Во всяком случае, до того, пока я не приду в себя после гибели моего жениха. Тогда почему сейчас я сижу и не нахожу себе места из-за того, что какая-то девица флиртует с Лебедевым. В конце концов, он свободный человек. Он не клялся мне в вечной любви и может общаться с кем хочет.

Я встала, прошлась по кабинету, достала сигареты и закурила. Посмотрев на часы, решила собираться домой. Я пыталась привести в порядок содержимое своей сумки, когда в кабинете возник Лебедев. Я сделала вид, что не заметила его вторжения. Он сел напротив меня и несколько минут молча наблюдал за мной. Я достала косметичку, пригладила волосы и накрасила губы. Убрав всё в сумку, я вопросительно посмотрела на Андрея.

– И всё-таки ты обиделась, – улыбнулся он.

– С чего ты взял? – спросила я, стараясь казаться равнодушной.

– Тебе не понравилось, что я разговаривал с Мариной.

Я удивлённо изогнула бровь.

– Честно говоря, я подумал, что ты ревнуешь, – продолжил он.

– Ты слишком высокого о себе мнения, – улыбнулась я, – мне всё равно, с кем ты общаешься, так что ни о какой ревности речи быть не может.

Я отвернулась к окну.

– Лера, ты можешь определиться кто мы, друзья или что-то большее? – резко спросил он.

– Ты обещал не давить на меня, – повысила я голос.

– Я на тебя пока не давлю, – заметил Лебедев.

– А, что ты сейчас делаешь? – не выдержала я.

– Пытаюсь разобраться в наших отношениях.

– Зря тратишь время. Нельзя разобраться в том, чего нет, – отрезала я.

– Знаешь, какие у тебя были глаза, когда ты нас увидела? – спросил он. – Как у ребёнка, у которого отняли любимую игрушку!

Продолжать разговор я больше не хотела, схватила сумку со стола и направилась к двери. Андрей резко встал и преградил мне дорогу. Он обнял меня и попытался поцеловать. Я вырвалась из его объятий и вылетела в коридор. Лебедев вышел за мной. Я свернула к лестнице.

– Лера! – крикнул он.

– Пошёл к чёрту! – рявкнула я и ушла, громко стуча каблуками.

Оказавшись в машине, я бросила взгляд в зеркало и поправила макияж. Вспомнив, отключила мобильный и, подумав, решила не ехать домой. Ещё одного разговора с Лебедевым я бы не выдержала. Я окончательно запуталась и не хочу с ним встречаться, пока не разберусь в своих чувствах сама. Хотя, о каких чувствах может идти речь, когда я люблю, и буду любить только Игоря.

Я свернула на набережную, припарковала машину и спустилась к реке. В последнее время я часто здесь бываю. Вода успокаивает меня. Я сижу здесь вечерами, курю и думаю. Вот и сейчас я присела на корточки, достала сигареты и погрузилась в размышления о смысле жизни, наблюдая за неспешным течением воды. Река в нашем городе небольшая и для судоходства не используется. Летом по ней ходят небольшие прогулочные катера, а желающие могут покататься на лодке или катамаране. В этот вечер на набережной было пустынно. Всё-таки начало рабочей недели.

Я почувствовала, что кто-то наблюдает за мной, встала и обернулась. В нескольких метрах от меня стоял парень лет двадцати семи и неотрывно смотрел в мою сторону. "Мечта девятиклассницы!" – подумала я, бросив взгляд на незнакомца – выше среднего роста, симпатичный блондин с голубыми глазами. Я выбросила окурок в воду и вопросительно уставилась на него. Он улыбнулся.

– Что ты здесь делаешь одна? – спросил он, сразу перейдя на «ты».

– Пытаюсь отыскать смысл в жизни, – ответила я.

– Не самое лучшее занятие для такой красивой девушки, – заметил он.

– Зато полезное, – улыбнулась я.

– Меня зовут Кирилл, – представился он. – А тебя?

– Лера, – отозвалась я.

– Хочешь покататься на лодке? – предложил он.

– Давай, – неожиданно согласилась я.

Мы медленно удалялись от берега. Кирилл сосредоточенно работал вёслами, а я глазела по сторонам.

– У тебя что-то случилось? – спросил он, когда мы остановились на середине реки.

– С чего ты так решил?

– Просто ты всё время о чём-то думаешь. Такое ощущение, что ты не здесь, а где-то далеко.

– Наверное, ты прав, – улыбнулась я.

– Так, что же у тебя случилось? – снова спросил Кирилл.

– Поругалась с одним субъектом, – неожиданно разоткровенничалась я.

– Любимый человек? – продолжил расспросы Кирилл.

– Пока сама не понимаю, поэтому и разругались.

– Как всё запущено, – сделал вывод мой собеседник.

– Вот и я про это, – согласилась я с ним.

Мы замолчали. Я достала сигареты и закурила.

– Ты его любишь? – неожиданно спросил Кирилл.

– Кого? – не поняла я.

– Того, с кем поругалась, – уточнил он.

– Я же сказала, что сама не могу понять. Знаешь, я очень любила одного человека. Мы собирались пожениться, но полтора месяца назад он погиб.

– Как? – проявил интерес Кирилл.

– Его убили. Пожалуйста, не спрашивай меня почему. А Андрей его лучший друг. Он очень помог мне, но обстоятельства сложились так, что мы оказались в одной постели. И теперь я не могу разобраться в своих чувствах. Я запуталась и не знаю, что делать, – закончила я.

– А ты не пыталась с ним поговорить? – предложил Кирилл.

– Пыталась, но безуспешно. А сегодня я увидела, как он разговаривает с другой девушкой, и меня это задело. Но я не люблю его, я это точно знаю.

Ну вот, «синдром попутчика» во всей красе – выложила совершенно незнакомому человеку все свои проблемы и, кажется, стало легче.

– Пожалуй, вам лучше некоторое время не общаться, – заметил Кирилл после долгой паузы.

– Легко сказать, мы же вместе работаем.

– Да, тяжёлый случай.

– Прости, свалила на тебя свои проблемы.

– Зато тебе стало легче, – улыбнулся Кирилл.

Мы приблизились к берегу. Кирилл помог мне выбраться из лодки. Мы около часа просто бродили вдоль набережной, болтая о всякой ерунде. Я узнала, что он неплохой программист и работает в крупной компьютерной фирме, родился в Самаре и переехал с родителями в наш город, когда ему было пять лет. Я рассказала ему немного о себе, правда, умолчав о своём месте работы. Как показывал мой опыт общения с противоположным полом, молодые люди с подозрением относятся к девушкам в форме. Потом мы решили отправиться в ночной клуб, так что расстались далеко за полночь, обменявшись телефонами.

Дома меня ждал переполненный автоответчик. Лебедев зря время не терял и надиктовал целую кассету на тему, что он думает обо мне и наших отношениях. Прослушав пару сообщений, я не выдержала и всё стёрла. Потом приняла душ и завалилась спать в гостиной на диване.

Через несколько дней я как всегда скучала на работе. Интересных дел для такого серьёзного специалиста как я не было, с текущими разобралась быстро, и поэтому гроза преступного мира изнывала от безделья, сидя в своём кабинете и мучая ни в чём не повинный компьютер. Как советовал Кирилл, я максимально ограничила своё общение с Лебедевым. Андрей как-то тоже обходил меня стороной. Может, решил оставить меня в покое, может, опять что-то задумал. Как бы там ни было, но меня удивило, когда ближе к полудню он, загадочно улыбаясь, нарисовался в моём кабинете.

– Танцуйте, Валерия Сергеевна, – громко заявил он с порога.

– Мне письмо, – поддержала я Лебедева.

– Лучше, – ухмыльнулся он. – Труп.

– Давай, – отозвалась я.

– Что? – не понял он.

– Как что? Дело, – вспыхнула я.

– Так его ещё нет, – продолжал веселиться Лебедев.

– Тогда можешь быть свободен! – рявкнула я.

– Логинова, не тормози, – наконец успокоился он. – Поехали, только тебя все ждут.

Наконец до меня дошёл смысл его выступления. Я схватила сумку и понеслась на стоянку. Лебедев последовал моему примеру.

– Ну вот, пока ты собиралась, все уехали, – обиженно сказал он, когда мы вышли из управления.

– Куда ехать? – спросила я, садясь в машину.

Андрей назвал адрес.

– Захватишь меня? – с надеждой в голосе спросил он.

– Может тебе лучше поехать на троллейбусе? – съязвила я.

– Издеваешься, на другой конец города, через центр и все пробки я доберусь туда только к вечеру.

– Ладно, садись, но одно лишнее слово и пойдёшь пешком, – предупредила я.

Лебедев страшно довольный собой расположился на переднем сидении.

– Пристегнись, – сказала я и завела мотор.

Я медленно выехала со стоянки, краем глаза наблюдая за Лебедевым. После гибели Игоря Андрей занял его место в отделе, так что, как бы мне того не хотелось, нам теперь придётся работать вместе. За три года мы с Игорем создали неплохой дуэт, которому доверяли расследование самых сложных дел. Теперь я осталась одна, и начальство выделило мне в помощники Лебедева. И всё бы было нормально, если бы не наши странные взаимоотношения, определение которым я до сих пор не найду… Чёрт, но в его присутствии я начинаю нервничать, а руки предательски дрожат. Я попыталась сосредоточиться на дороге. Хотя я поехала в объезд центра, до места мы добрались через полчаса. Припарковав машину во дворе девятиэтажки, мы вошли в подъезд.

– Какой этаж? – спросила я, вызывая лифт.

– Кажется шестой, – отозвался Лебедев.

Дверь в нужную нам квартиру была открыта. Ещё в коридоре я услышала голос Руслана, который громко что-то диктовал. Руслан Сергеевич Кузнецов – наш эксперт-криминалист и мой очень хороший друг. Он был старше меня на три года, но, несмотря на молодость, был неплохим специалистом. Когда я поступила на службу в Управление, он какое-то время пытался за мной ухаживать, но потом отступил, поняв, что мои мысли занимает только майор Медведев. Тем не менее, мы остались друзьями, и он часто бывал в гостях у нас с Игорем. Странно, но подавляющее большинство моих друзей мужского пола. Ещё с детства помню, что всегда общалась с мальчишками, причём не как девушка, а как обычный пацан. Также было и в институте. Девушки избегали общения со мной, видимо видя во мне серьёзную соперницу, которая с лёгкостью кружила головы всем парням курса. Но меня это особо не расстраивало. Я продолжала просто общаться с молодыми людьми, с лёгкостью увиливая от особо настойчивых ухаживаний, которые, как правило, сразу же пресекала. Так прошли первые двадцать два года моей жизни. Единственным человеком, который смог разбудить во мне женщину, был Игорь. Но сейчас его рядом не было, и я снова вернулась к своим юношеским принципам. Может этим и объясняются мои проблемы с Лебедевым?

От странных мыслей меня отвлёк Руслан, который появился в коридоре, снимая окровавленные перчатки. При виде меня на его лице растеклась улыбка.

– Кого я вижу! Привет, Принцесса! – громко сказал он и запечатлел дружеский поцелуй на моей щеке.

Кстати, Принцесса – моё прозвище в Управлении. Его когда-то дал мне сам Руслан. И я знала, что многие за глаза называют меня именно так. Возможно, это связано с моим отцом, точнее с должностью, которую он занимает. Поэтому меня это раздражало, и Руслан был единственным, кто мог назвать меня так в лицо без вреда для собственного здоровья.

– Прекрасно выглядишь, – продолжил Руслан.

– Ты мне льстишь, – улыбнулась я.

– Тебе я всегда говорю только чистую правду, – попытался приобнять меня дорогой друг.

Андрей молча наблюдал за нами, стоя в стороне. Судя по выражению лица, происходящее ему не очень нравилось.

– Чем обрадуешь? – прервала я поток комплиментов, которые расточал Руслан в мой адрес.

– Труп девушки с признаками насильственной смерти.

– А поконкретнее?

– Конкретнее после экспертизы. Хочешь взглянуть? – спросил Руслан.

– А как же, – отозвалась я.

Он открыл дверь в гостиную. Наш фотограф Саша махнул мне рукой и продолжил делать свою работу.

– Ух, ты, – присвистнула я, бросив взгляд на комнату. Похоже, здесь прошёл ураган. В комнате царил страшный беспорядок. Всюду валялись диски, разбитые рамочки и статуэтки. Кое-где виднелись бурые пятна крови. На диване я увидела труп девушки лет двадцати. Одежда на ней была разрезана на части. Всё тело было в синяках и мелких порезах с запёкшейся кровью. Завершал невесёлую картину шрам от уха до уха. Девушке перерезали горло.

– Впечатляет? – возник за моей спиной Руслан.

– Даже очень, – кивнула я. – Что скажешь?

– Замок не взломан. Значит, в квартиру пустила сама. Скорее всего, кто-то знакомый. На кухне две чашки. Пальчиков не меряно. Пили кофе, потом парень, скорее всего, начал приставать. Девушка ответила отказом, завязалась драка, отсюда и беспорядок. Барышня пыталась защищаться, в ход пошло холодное оружие. Кстати, нож не найден. Результат перед тобой.

– И всё? – спросила я.

– Остальное после экспертизы. Труп можно увозить?

– Да, ты здесь всё закончил?

Руслан кивнул.

– Тогда я завтра к тебе зайду.

– Буду с нетерпением ждать, – сказал он и снова поцеловал меня в щёку.

Я вышла в коридор и направилась в кухню. Лебедев о чём-то разговаривал с участковым. Заметив меня, он подошёл ко мне.

– Что узнал? – спросила я, доставая сигареты.

– Максимова Наталья Вячеславовна, двадцать два года, проживает в данной квартире одна.

– Кто обнаружил тело?

– Соседка утром вышла с собакой погулять, увидела, что дверь приоткрыта. Зашла, позвала девушку, никто не откликнулся. Прошла в гостиную, увидела труп и вызвала милицию.

– Номер квартиры соседки не подскажешь? – поинтересовалась я.

– Иди прямо, – отозвался Лебедев. – Не ошибёшься.

– Спасибо, – бросила я и поспешила покинуть квартиру.

Медленно пересекла площадку и уже хотела нажать на кнопку звонка, когда заметила, что дверь не закрыта. Слегка толкнув её, я оказалась в уютной чистенькой прихожей. Мне навстречу, заливисто лая, откуда-то вылетел светло-бежевый мопс. От неожиданности я присела на корточки. Собака, с трудом неся своё десятикилограммовое тельце на коротеньких лапках, остановилась около меня и ткнула мокрым чёрным носом в мою ладонь.

– Привет, – тихо сказала я и погладила мопса. Сколько себя помню, я всегда мечтала о собаке. Но мама говорила, что подарит мне собаку, когда я немного подрасту, а Жанна была категорически против, каких бы то ни было животных в доме. Потом были пять лет в студенческом общежитии, и о собаке вообще речи не шло. А когда я, наконец, стала самостоятельной, обрела независимость и отдельное жильё, то поняла, что при моей работе бедное животное будет обречено целыми днями сидеть в четырёх стенах в ожидании, когда же его любимая хозяйка переловит всех преступников и уделит ему немного своего драгоценного времени…

От размышлений меня отвлекла хозяйка, миловидная женщина лет пятидесяти в халате и домашних тапочках. Со стаканом воды в одной руке и открытым флаконом валокордина в другой, она появилась в прихожей.

– Лялечка, девочка моя, что случилось? – обеспокоено спросила она. Тут женщина заметила меня. – Девушка, а вы кто?

– Валерия Логинова, – представилась я, пытаясь отыскать на дне сумки служебное удостоверение, – следователь по особо важным делам.

Я, наконец, смогла отрыть бордовые «корочки» и продемонстрировала их хозяйке. Женщина не без интереса изучила их.

– Пойдёмте в кухню, – предложила она после недолгой паузы. – Можете не разуваться.

Получив соизволение остаться в уличной обуви, я последовала за хозяйкой в направлении кухни. Лялечка неспешно засеменила за нами. Я расположилась за столом, открыла папку с документами и достала бланк протокола.

– Представьтесь, пожалуйста, – попросила я хозяйку.

– Ларина Лидия Сергеевна, – отозвалась она.

– Может кратко изложить о событиях сегодняшнего утра?

– Да, что там рассказывать, – пожала плечами Лидия Сергеевна. – Встала часов в восемь, умылась, потом вот пошла с Лялей гулять. Выхожу, смотрю, у Наташи дверь приоткрыта, ну я заглянула, вдруг что случилось, а там ужас такой…

– Наталья давно здесь проживает?

– Где-то около года. Хорошая девочка, всегда поздоровается, дежурство соблюдает, компании шумные не водит…

– Значит, гости у неё нечасто бывали? – уточнила я.

– Никогда, – кивнула Лидия Сергеевна.

– А молодой человек?

– Не видела.

Больше у меня вопросов не было. Воспользовавшись гостеприимством хозяйки, я занялась заполнением документов, на радость Ляле, которая недолго думая водрузила своё упитанное тельце мне на колени.

– А вы ей понравились, – заметила Лидия Сергеевна.

– По-моему, у нас это взаимно, – улыбнулась я.

Сложившуюся идиллию нарушил Лебедев, неожиданно появившийся на пороге кухни.

– А что это у вас двери нараспашку, заходи, кто хочет, бери, что хочешь, – усмехнулся он. – Валерия Сергеевна, мы, в общем-то, всё, квартиру можно опечатывать.

– Уже иду, – отозвалась я, к великому сожалению Ляли встала и направилась в сторону прихожей.

– Ну, что есть какие-нибудь мысли? – спросил Андрей, когда я закончила возиться с дверью.

– Никаких, – честно ответила я. – Будем ждать результатов экспертизы, а там посмотрим. Что ещё соседи говорят?

– Как всегда, никто ничего не видел, о личной жизни ничего не знают.

– Понятно, – погрустнела я. – О месте работы гражданки Максимовой что-нибудь известно?

– Пока нет, но скоро узнаем.

Я посмотрела на часы. Пожалуй, можно ехать домой. Кстати, у меня пустой холодильник, так что не плохо бы было заехать в супермаркет. Я направилась к лифту.

– Лера, – позвал меня Андрей.

Я обернулась.

– Ты сейчас на работу? – спросил он.

– Нет, сначала в Прокуратуру, потом в магазин и домой, – ответила я.

– Тогда до завтра, – улыбнулся он.

На следующий день, предварительно отчитавшись перед начальством, я отправилась к Руслану. Он сидел за столом и что-то печатал на компьютере, яростно стуча по клавишам. Увидев меня, он улыбнулся.

– Заходи, подожди пять минут, я сейчас закончу, – сказал он и погрузился в работу.

Я села на стул и молча наблюдала за ним. Взъерошенные светлые волосы делали Руслана похожим на школьника, всю ночь готовившегося к важному экзамену. Дополняли образ «ботаника» очки в тонкой оправе. В Руслане было почти два метра роста, и вообще он был очень симпатичным парнем с отличным чувством юмора. А большие серые глаза в обрамлении слишком длинных для молодого человека ресниц сводили девушек с ума. Но больше двух-трёх месяцев его романы не продолжались. Девушки, как правило, сами сбегали от него, причём мотивируя свой поступок тем, что Руслан уж слишком идеальный для них. Я не могла с ними не согласиться. Ещё иногда мне казалось, что Руслан может читать мысли и видит человека насквозь. Так что скрывать от него что-то было бесполезно. Я уже к этому привыкла, а вот девушки наверное не выдерживали, когда понимали, что под пристальным взглядом Кузнецова, сами того не осознавая, выкладывали все свои тайны. Но как друг Руслан был действительно идеальным. Он мог внимательно выслушать и всегда давал ценные советы.

Ожидание уже начало напрягать, и я достала сигареты.

– Снова куришь? – поморщился Руслан.

– Как видишь, – пожала я плечами.

– Распустилась, – улыбнулся он. – Ну, вот и всё.

Руслан протянул мне увесистую папку.

– А если в общих чертах? – спросила я.

– Смерть наступила где-то между одиннадцатью и двенадцатью часами ночи от ножевого ранения в горло. Перед этим девушка была изнасилована. Отпечатки пальцев в квартире принадлежат хозяйке и её гостю. Он даже не пытался их стереть.

– В нашей базе пальчиков нет?

Руслан отрицательно помотал головой.

– А ДНК? – зацепилась я за последнюю соломинку.

– Откуда такая роскошь?

– Но ты же сам сказал, что девушка была изнасилована.

– Не хочу тебя разочаровывать, Принцесса, но преступники в наше время выбирают безопасный секс, – отозвался Руслан.

– Чего и тебе советую, – заметила я. – Презерватив он, конечно, забрал с собой?

– Ты как всегда права, – кивнул Кузнецов. – Я там даже мусорное ведро перевернул и под окнами всё пролазил.

Я невольно хихикнула, представив дорогого друга за таким неблаговидным занятием.

– Из чего следует вывод, что преступление не было совершено в состоянии аффекта. Он действовал спокойно, продуманно. Да, негусто, – приуныла я.

– Хочешь чаю? – предложил Кузнецов.

– Давай, – согласилась я.

– У меня и тортик есть, – сказал Руслан, включая электрический чайник.

– Меня ждал?

– А как же, – улыбнулся он. – Тебе зелёный?

Я кивнула. Руслан принёс мне тарелку с тортом. Мы молча пили чай, когда Кузнецов неожиданно сказал:

– А он в тебя влюблён.

– Кто? – не поняла я.

– Лебедев, – уточнил Руслан.

– С чего ты взял?

– Достаточно было увидеть его лицо, когда мы с тобой вчера обнимались. Он готов был разорвать меня на мелкие части.

– Не бери это себе в голову, – попыталась отмахнуться я.

– Принцесса, ты что-то темнишь. Что у вас с Лебедевым?

– Ничего, – отрезала я. Мне совершенно не хотелось обсуждать свои отношения с Андреем.

– Но он тебя ревнует, – не сдавался Руслан.

– Не всё же ему доводить меня беседами с Мариной, – сказала я и замолчала, поняв, что проговорилась.

Руслан удивлённо изогнул бровь. Я покраснела.

– А вот с этого места поподробнее, – заметил он.

– Андрей очень помог мне после гибели Игоря, – сказала я.

– И всё? Тогда к чему эти вспышки ревности? Ты спала с ним?

Я отвернулась. Отпираться было бесполезно.

– Один раз, – тихо сказала я.

Руслан присвистнул:

– Когда это вы успели?

– После моего похищения.

– Я что-то слышал об этом. Кстати, Воронова не нашли?

– Нет, он исчез из города и, скорее всего, из страны.

– Ещё одна жертва твоих чар, – заметил Руслан.

– Кто? Никита?

Он кивнул.

– Ты уж из меня роковую женщину-то не делай! – воскликнула я.

– А что? Мужики из-за тебя уже стрелять начали. Только я не понимаю, что ты нашла в Лебедеве?

– Ты его глаза видел?

Руслан задумался.

– Медведев?

Я кивнула.

– Я никогда не встречала людей, которые были бы так похожи. Я разговариваю с Андреем и вижу перед собой Игоря. Я запуталась и не знаю, что мне делать.

– Может это судьба?

– Что-то я раньше не замечала у тебя склонности к фатализму, – заметила я.

– С тобой пообщаешься, и не на такое потянет, – улыбнулся Руслан. – Ты должна сама решить, что делать дальше.

– Единственное, в чём я уверена, что я по-прежнему люблю Игоря.

– Но при этом спишь с Лебедевым. Ты просто боишься.

– Чего?

– Начинать новые отношения.

– Пожалуй, ты прав, – согласилась я. – Я не хочу, чтобы из-за меня погибали близкие мне люди.

– Ну, вот и разобрались, пока Воронов на свободе, ты не сможешь жить нормально. Ты всё время будешь оглядываться назад.

– Что-то мы заболтались, – перебила я Руслана. – Мне надо работать. Кстати, поможешь Андрею освоиться в отделе?

Он кивнул. Я встала и медленно направилась к двери.

– Принцесса, ты ничего не забыла? – спросил Руслан.

Я вспомнила о папке и вернулась. Руслан подошёл ко мне и поцеловал на прощание.

– Ты сильная, и знаешь, что делать, – сказал он.

– Почаще мне об этом напоминай, – улыбнулась я.

Я помахала ему рукой и ушла. Разговор с Русланом немного помог мне привести мысли в порядок. Я решила пока полностью погрузиться в работу. На данный момент это лучшее, что я могу сделать. Я шла по коридору, медленно листая папку, и остановилась у кабинета Лебедева. Прислушалась и вошла без стука.

– Привет, – сказала я, открывая дверь.

Андрей вздрогнул от неожиданности.

– Привет, – улыбнулся он. – Как дела?

– Нормально, только что была у Руслана, – ответила я и показала папку с результатами экспертизы.

При упоминании Руслана Лебедев на мгновение нахмурился, но тут же взял себя в руки. Я с интересом наблюдала за ним. Может Руслан и прав. Я выкинула эту мысль из головы. Кто-то пять минут назад решил посвятить себя только работе. И здесь я нахожусь исключительно в интересах дела.

– Узнал что-нибудь новое о Максимовой? – спросила я.

– Да. В прошлом году окончила экономический институт по специальности «Менеджмент организации», в настоящее время работает в крупной фирме по продаже недвижимости. Замужем не была, детей нет. Родители живут в соседней области. Квартира досталась в наследство от бабушки.

– Понятно – сказала я. – Адрес места работы можешь мне дать?

– Конечно, – отозвался Лебедев и протянул мне несколько листков.

Быстро просмотрев бумаги, я положила их в папку, которую принесла от Руслана. Ну вот, все необходимые сведения собраны, теперь можно приступать к расследованию. Я собралась уходить, но Лебедев остановил меня.

– Лера, а почему Руслан называет тебя Принцессой? – неожиданно спросил он.

– Потому что мой папа – король, – съязвила я.

– А если серьёзно?

– Спроси это лучше у него самого, – не выдержала я.

– Кстати, тебя здесь многие так называют, – заметил он.

– Не вздумай следовать их примеру, если тебе дорога твоя физиономия.

– Почему? – не понял он.

– Потому что я бью без предупреждения. Мне не нравится, когда меня так называют. Руслан – исключение, потому что с ним бороться бесполезно. Это с его лёгкой руки я получила такое прозвище. Ещё вопросы есть? – поинтересовалась я.

Лебедев, явно не ожидавший такого всплеска агрессии, предпочёл замолчать. Я воспользовалась ситуацией и покинула его кабинет. Остаток рабочего дня я провела, изучая документы. Ближе к вечеру позвонил Кирилл.

– Привет. Как дела? – спросил он.

– Лучше, чем в прошлый раз, – ответила я.

– Надеюсь, в этом есть и моя заслуга?

– Может быть, – уклончиво отозвалась я.

– Какие планы на вечер? – спросил Кирилл.

– Пока никаких. Хочешь что-нибудь предложить?

– А как же, посидеть в кафе, потом поиграть в боулинг.

– Звучит заманчиво.

– Так ты согласна? – с надеждой в голосе спросил Кирилл.

Пожалуй, я заслужила провести вечер в хорошей компании.

– Конечно, – ответила я.

Мы договорились о том, где и во сколько встретимся. Я посмотрела на часы. У меня есть немного времени, чтобы привести себя в порядок.

Вечер прошёл прекрасно, и домой я вернулась достаточно поздно. Кирилл бесконечно шутил и даже не пытался приставать, что меня порадовало. Приятно было просто общаться с интересным человеком, зная, что между вами нет ничего иного, кроме дружбы. На следующий день я в прекрасном настроении, что в последнее время бывало со мной нечасто, отправилась в компанию, где работала Наталья Максимова. Офис располагался в центре города. Я оставила машину и немного прогулялась пешком, наслаждаясь ярким солнышком, которое наконец-то появилось из-за туч, ознаменовав тем самым начало бабьего лета. Люди спешили по своим делам. Я шла, рассматривая витрины, ветер развивал мои волосы. Как бы мне хотелось, чтобы Игорь был сейчас со мной. Мы обожали совместные прогулки и устраивали их каждые выходные.

Так, кажется, я пришла. Я поднялась на второй этаж. На двери красовалась табличка с названием фирмы. Я вошла. Приёмная поразила меня. Стены бежевого цвета украшали симпатичные постеры с изображением новостроек, по углам были расставлены кадки с цветами. Посреди комнаты красовался огромный аквариум. Миловидная девушка за столом, заметив меня, встала и направилась в мою сторону.

– Чем я могу вам помочь? – прощебетала она.

Я предъявила удостоверение и представилась:

– Логинова Валерия Сергеевна, следователь по особо важным делам Главного управления внутренних дел города.

Девушка погрустнела, поняв, что я не очередная клиентка, но всё же предложила мне присесть. Я расположилась напротив неё и решила сразу перейти к делу.

– Я бы хотела поговорить с вами о Наталье Максимовой, – начала я.

– С ней что-то случилось? – перебила меня девушка. – Она уже два дня не появлялась на работе.

– Её убили, – ответила я.

Девушка побледнела. Я подумала, что она сейчас упадёт в обморок, но постепенно она стала приходить в себя.

– Как вас зовут? – спросила я.

– Алла, – ответила моя собеседница.

– Наталья давно у вас работает? – начала я допрос.

– Около двух лет. Она ещё училась в институте, когда устроилась в нашу фирму.

– В чём заключались её обязанности?

– Работа с клиентами, оформление документов, выезды на объекты. Наташа была очень хорошим работником. В компании её очень любили и ценили.

– Могли быть у неё завистники? – высказала предположение я.

– Ну что вы, Наташа просто ангел, всегда придёт на помощь, если что, – сказала Алла и замолчала.

"Только крылышки этому ангелу кто-то подрезал", – с грустью подумала я.

– А что у неё было с личной жизнью? – спросила я.

– Наташа как-то об этом не особо распространялась, – ответила Алла. – Хотя в последнее время, мне кажется, у неё появился поклонник.

– С чего вы это взяли? – напряглась я, почувствовав, что близка к разгадке.

– Счастливая она ходила. Прямо светилась вся. И по телефону постоянно с кем-то болтала. Явно не с подружкой.

– Она что-нибудь рассказывала о своём молодом человеке? – спросила я.

– Нет, мы с девчонками за обедом обычно всем мужикам кости перемоем, а Наташа только сидит и улыбается.

Поняв, что больше мне здесь ловить нечего, я решила сворачивать беседу.

– Можно узнать ваш телефон? – спросила я, доставая блокнот.

Алла без возражений продиктовала номер.

– Если что-то ещё вспомните, позвоните мне, пожалуйста, – я достала визитку и положила на стол рядом с Аллой.

– Обязательно, – сказала она и спрятала визитку в сумку.

Я встала и покинула приёмную. Оказавшись на улице, я взглянула на часы, достала мобильный и набрала номер Лебедева.

– Да, – ответил Андрей после второго гудка.

– Ты где? – спросила я.

– Где и полагается быть, на рабочем месте. А тебя где черти носят? – не очень вежливо отозвался он.

– Только что вышла из офиса фирмы, где работала Максимова, – отчиталась я.

– Что-нибудь узнала? – проявил он интерес.

– Ничего особенного, мне нужно попасть в её квартиру. Можешь достать ключи? – спросила я.

– Запросто, – ответил Андрей.

– Тогда жду тебя через двадцать минут у Филармонии.

– Не слишком ли быстро? – попытался возмутиться Лебедев.

– За это время пешком успеешь дойти, – съязвила я и отключилась.

Завернув по дороге в магазин и присмотрев себе новый зонтик, я вернулась к своей машине. Бросив взгляд в зеркало, и оставшись довольная своим внешним видом, медленно выехала со стоянки и влилась в бесконечный поток автомобилей. Ещё издалека я увидела Лебедева. Попав в пробку, я приехала немного позже назначенного времени. Андрей нервно мерил шагами площадь перед Филармонией. Я припарковалась и посигналила, он наконец-то заметил меня и направился в мою сторону. Расположившись на переднем сидении, он бросил мне ключи от квартиры.

– Поедешь со мной? – всё же решила спросить я.

– Только если обещаешь поделиться своими мыслями, – улыбнулся он.

– Обязательно, но не сейчас, – я завела мотор. – Кстати, мне нужны данные обо всех разговорах Максимовой по мобильному и домашнему телефонам за последнее время.

– Больше тебе ничего не надо? – недовольно спросил Лебедев.

– К чему такая агрессия? – вспыхнула я.

– Надоело чувствовать себя мальчиком на побегушках, Андрей мне нужно то, Андрей достань мне это. В конце концов, я старше тебя по званию.

– Если тебя что-то не устраивает, высказывай свои претензии Жукову, я вполне могла бы и сама справиться, без твоей помощи.

– На что это ты намекаешь? – спросил он.

– На то, что я всегда работала в паре с Игорем, а так как теперь ты занимаешь его место в отделе, то автоматически становишься моей правой рукой, – выпалила я на одном дыхании.

– Спасибо, что просветили, Валерия Сергеевна.

– Не за что, – ответила я.

Он отвернулся к окну и тихо сказал:

– Принцесса.

Я резко нажала на тормоза. Лебедев, забыв пристегнуться, чуть не ударился о лобовое стекло.

– С ума сошла! – заорал он.

– Не смей меня так называть! – прошипела я.

Машины, ехавшие сзади, нервно засигналили. Я медленно тронулась с места.

– Ты опасна для окружающих, – заметил Лебедев. – Взяла и создала аварийную ситуацию.

– Не надо меня доводить! – рявкнула я и попыталась сосредоточиться на дороге, сжав руль так, что на ладонях появились красные полумесяцы от ногтей.

Лебедев тоже предпочёл замолчать, поэтому остаток пути прошёл в полной тишине. Оказавшись на месте, я оставила машину во дворе и поднялась на нужный этаж. Андрей всё же решил сопровождать меня. Я на несколько секунд застыла у нужной двери, потом аккуратно оторвала печать. Воспользовавшись ключом, мы оказались в квартире. После нашего прошлого визита здесь ничего не изменилось, и только тонкий слой пыли напоминал об отсутствии хозяйки. Стараясь не обращать внимание на бурые пятна крови на ковре и диване, я начала проверять содержимое шкафов и полок. В основном мне попадались диски и глянцевые журналы. Обшарив напоследок письменный стол и не найдя ничего интересного, я рухнула в кресло и выругалась. Лебедев с интересом наблюдал за моими действиями, видимо, пытаясь понять, что со мной происходит. Я достала сигареты и закурила.

– Что ты искала? – наконец решился спросить Андрей.

– Записную книжку, дневник или что-то в этом роде, – ответила я.

– Зачем это тебе?

– Понимаешь, на работе считают, что у Максимовой появился молодой человек. Должно же быть хоть какое-то напоминание о нём? Открытки, подарки. Кстати, а где её мобильный? – неожиданно вспомнила я.

– Его не нашли, – сказал Лебедев. – Думаешь убийца её возлюбленный?

– Почти уверена. Ну что ж, здесь нам делать больше нечего, поехали в Управление.

Мы покинули квартиру и без приключений добрались до места работы.

Я сидела в своём кабинете, пытаясь привести мысли в порядок. В том, что Максимову убил её молодой человек, я не сомневалась. Но где его искать? Это уже другая проблема. Ближе к вечеру ко мне заглянул Лебедев и положил мне на стол распечатку звонков с телефонной станции. Я в благодарность угостила его чаем.

– А за что можно убить любимую девушку? – задумчиво спросила я.

– Ну, это смотря, какая девушка, – отозвался Лебедев. – Если такая, как ты, то за что угодно.

– Ты это на что намекаешь? – насторожилась я.

– Например, Воронов клялся, что любит тебя, а сам оставил на растерзание своим парням, опоздай мы на полчаса, нашли бы твоё бездыханное тело.

При упоминании Никиты я поёжилась.

– А появись вы на полчаса раньше, Воронов бы сейчас сидел в тюрьме, – не осталась я в долгу. – А ты смог бы убить?

– Тебя? Пожалуй, да, – ответил Лебедев.

– За что? – округлила я глаза.

– Да хотя бы за твою сегодняшнюю выходку.

Я уставилась на него, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно. Но лицо Андрея не выражало никаких эмоций.

– Вообще-то я не твоя девушка, если на то пошло, – заметила я.

– Я на твоём месте не был бы так в этом уверен, – сказал он, встал и ушёл.

О чём это он? Об убийстве или о любимой девушке? От странных мыслей меня отвлёк мобильный. Я посмотрела на дисплей. Час от часу не легче. Со мной жаждал пообщаться отец. Первая мысль была сбросить звонок, но потом я всё-таки решила ответить.

– Ты ещё не забыла, что у тебя есть отец? – услышала я знакомый голос. Вот это в репертуаре моего папочки. Ни тебе здравствуй, ни тебе до свидания. Сразу начинает с упрёков.

– Нет, а что?

– Приезжай сегодня к нам на ужин, – сменил он гнев на милость.

– К вам или к тебе? – уточнила я.

– Ну, хорошо, ко мне. У Жанны сегодня какая-то встреча с подругами. Приедешь? – с надеждой в голосе спросил отец.

– Давай лучше ты ко мне, я салат сделаю, твой любимый.

– Хорошо, буду в восемь, – согласился он.

– Жду, – сказала я и отключилась.

Ему от меня что надо? Или они сговорились довести меня сегодня. Проклиная всех мужчин на свете, я поплелась на стоянку. Заехав в супермаркет и закупив продукты, я вскоре добралась до дома. Приготовив ужин, я решила накрыть стол в гостиной. Включила две настольные лампы и села на диван, прикидывая, как расставить тарелки на журнальном столике. Для начала было бы неплохо его освободить. Потому что в данный момент на нём возвышалась гора газет и журналов, пачка бумаги, ноутбук и наша фотография с Игорем, которая после многочисленных полётов по квартире во время моей депрессии снова заняла своё привычное место, правда в новой рамке, так как старую я окончательно разбила.

– Ну что им всем от меня надо? – спросила я улыбающегося мне с фотографии Игоря. – Не знаешь? Вот и я не знаю. И Лебедев твой тоже хорош, – продолжила жаловаться я. – Нет, чтобы помочь. Всё ходит вокруг да около. Сегодня заявил, что может меня убить. Подумаешь, попросила достать телефонные разговоры Максимовой. Даже про моё звание вспомнил, видите ли, не царское это дело товарищу майору для старшего лейтенанта сведения собирать. Вот ты мне никогда ни в чём не отказывал. Наверно, потому что любил. Любил по-настоящему. И я тебя любила. Хотя, почему любила? Я тебя и сейчас люблю. Очень сильно… Так, Валерия Сергеевна, хватит сходить с ума, – сказала я сама себе, резко встала с дивана и поставила фотографию на полку.

Стрелки часов медленно подползали к восьми. У меня всё было готово. Ровно в восемь в дверь позвонили. Я пошла открывать. На пороге стоял отец с тортом и пятью розами нежно-персикового цвета.

– Извини, но красных не было, – сказал он, вручая мне букет и целуя меня в лоб. Неужели он ещё помнит, какие у меня любимые цветы. Что-то он сегодня выглядит уставшим.

– Проходи в гостиную, – сказала я, а сама направилась в кухню. Когда я вернулась, отец сидел на диване и рассматривал комнату.

– А здесь ничего не изменилось, – заметил он. – Даже фотография на месте.

– Почему здесь должно что-то меняться? – спросила я, протягивая отцу тарелку.

– По-моему, не мешало бы сделать в твоей квартире ремонт, – продолжил он. – Сменить обстановку.

– Меня и эта вполне устраивает.

– Как ты? – спросил он.

– Нормально, – попыталась улыбнуться я. – Работаю.

– Что сейчас расследуешь? – проявил он интерес.

– Убийство молодой девушки, – ответила я.

Он взял мои руки и несколько минут рассматривал их. Заметив кольцо на безымянном пальце, он побледнел.

– Ты до сих пор его носишь? – спросил он.

– Что? – не поняла я.

– Кольцо, которое тебе подарил Игорь, – уточнил папа.

– Конечно, это же его последний подарок…

– Ты так и не можешь его забыть?

– Забыть его – значит выбросить три года моей жизни, – погрустнела я.

Что-то этот разговор начал меня напрягать. Мы замолчали и поужинали в полной тишине.

– Ты с каждым годом всё больше становишься похожей на маму, – сказал отец, когда мы допивали чай.

– Правда? А мне кажется не очень, – улыбнулась я.

– Она была такой, когда мы только познакомились, – грустно сказал он.

– Ты её очень любил? – спросила я.

– Да, – кажется, искренне ответил он. – В последнее время я часто думаю, что если бы она не погибла тогда, всё было бы по-другому, и твоя жизнь сложилась лучше.

– Меня и эта вполне устраивает…

– Не притворяйся, я вижу, что тебе плохо.

– Но я ничего не могу с этим сделать, – не выдержала я. – Извини, но я не хочу продолжать этот разговор.

– Прости, я пойду. Проводи меня, пожалуйста.

Пока отец одевался, я рассматривала своё отражение в зеркале. Действительно ли я похожа на маму? Я попыталась вспомнить, какой она была, но с каждым годом это становится всё труднее. Я тогда ещё была слишком мала и теперь могу представить маму только по фотографиям, которые у меня были. Когда за отцом закрылась дверь, я вернулась в гостиную. Разговор с ним окончательно меня расстроил. Я легла на диван и разревелась…

Следующее утро я посвятила изучению телефонных разговоров Максимовой. Работа хоть немного отвлекала меня от грустных мыслей. Сегодня я провела бессонную ночь. Видела во сне Игоря и маму. Я бежала, а они всё куда-то удалялись в темноту. Проснулась в холодном поту. Потом часа два бродила по квартире, выкурила полпачки сигарет и задремала только под утро, в результате чего проснулась с жуткой головной болью.

Выделив для себя несколько наиболее часто попадающихся номеров, я решила узнать, кому они принадлежат. От кипучей деятельности меня отвлёк телефонный звонок. Я нехотя сняла трубку.

– Лера, – услышала я голос Жукова. – Бери всё, что у тебя есть по убийству Максимовой и чтобы через пять минут была у меня в кабинете.

– Слушаюсь, – грустно ответила я, чувствуя, что сейчас получу нагоняй от начальства.

– Да, и Лебедева захвати, – сказал он и отключился.

"Лучше бы дело о его убийстве", – усмехнулась я. Кстати, нужно будет поговорить с Виктором Юрьевичем об Андрее и моём нежелании работать с ним в паре.

Лебедев как всегда сидел за столом. Он вообще хоть что-нибудь делает? Я ношусь целыми днями по городу как сумасшедшая, а он сидит в потолок плюёт да ещё возмущается, стоит мне о чём-нибудь его попросить.

– Хватит спать, – громко сказала я. – Жуков вызывает.

Лебедев медленно встал из-за стола, всем своим видом показывая, что не торопится на ковёр к начальству. Как он меня в последнее время раздражает. Заметив моё недовольное выражение лица, Андрей улыбнулся.

– Неважно выглядишь, – заметил он.

А то я без него не знаю. Я молча вышла в коридор и направилась в кабинет Жукова. Постояв несколько секунд у двери, мы всё же решили войти.

– Виктор Юрьевич, – хором начали мы с порога. – Я не хочу больше работать с этим человеком.

Жуков, явно не ожидая такого развития событий, удивлённо посмотрел на нас.

– Что это с вами сегодня? – подозрительно спросил он.

– Я прошу отстранить Лебедева от расследования убийства Максимовой, – начала я.

– Может, для начала присядете, – предложил Жуков.

Мы с Андреем устроились за столом, недовольно сверля друг друга глазами.

– Сначала по убийству, а потом ваши личные разборки, – не терпящим возражения голосом заявил Виктор Юрьевич. – Лера, начинай.

– Максимова Наталья по месту работы характеризуется как очень ответственный и положительный человек. В последнее время ни с кем не конфликтовала. О своей личной жизни на работе особо не распространялась, но коллеги считают, что у неё недавно появился молодой человек. Я была в квартире Максимовой, но ничего, что могло бы пролить свет на её возлюбленного, не нашла. Кстати, пропал мобильный телефон Натальи. Я считаю, что Максимову убил её молодой человек. По какой причине затрудняюсь ответить. Сейчас отрабатываю телефонные разговоры Максимовой. Может, выйду на кого-то из её близких подруг, которые смогут рассказать что-нибудь о её личной жизни. У меня всё.

– А был ли у неё вообще молодой человек? – задумчиво спросил Жуков. – Андрей, есть что добавить?

– Молодой человек действительно был, – сразу перешёл к делу Лебедев. – Я связался с родителями Максимовой. Они вспомнили, что в одном из последних телефонных разговоров дочь упоминала, что познакомилась с парнем. Что касается её телефонных разговоров, то наиболее часто встречающийся номер в данный момент не отвечает. Скорее всего, сим-карту просто выбросили. Номер был зарегистрирован полгода назад на имя Киреева Дмитрия Николаевича. Я встречался с ним. Максимову он никогда не знал, а в день совершения убийства находился в командировке в Санкт-Петербурге. Все необходимые документы, подтверждающие алиби, он предоставил. Кстати, эту сим-карту он потерял три месяца назад вместе с телефоном. В милицию обращаться не стал и карту не заблокировал. Так что нашедший мог вполне ей воспользоваться.

Лебедев замолчал. "Ну что, съела!" – читалось на его довольной физиономии. Ну и гад! Во мне всё кипело. Я так и знала, что он что-то мутит за моей спиной. Выставил меня полной дурой! Я ему доверяла! И как меня угораздило переспать с таким подлецом? Вспомнив о той ночи, которую мы провели вместе, я покраснела. Словно прочитав мои мысли, Лебедев усмехнулся. Ненавижу! Пусть только попробует приблизиться ко мне хоть на метр! Пристрелю!

– Продолжайте работать, – сказал Жуков, не обращая на меня внимание. – И держите меня в курсе. А что касается ваших конфликтов, то они не должны отражаться на ходе расследования. Вы будете работать вместе и точка.

– Мне не нужна нянька, – наконец смогла выдавить я из себя. – Я вполне могу работать одна.

– Лера, ты прекрасный специалист, – начал Жуков.

– Но за мной надо приглядывать, – вспыхнула я.

– Никто об этом не говорит, – продолжил Виктор Юрьевич. – Но ты иногда можешь наломать дров. Ты забываешь об опасности и с головой погружаешься в дело.

– То есть, как я понимаю, Лебедев так и будет работать со мной? – уже спокойнее спросила я.

Жуков кивнул.

– Тогда я увольняюсь. Через десять минут рапорт будет у вас на столе, – громко заявила я и попыталась уйти.

– Старший лейтенант Логинова, вас никто не отпускал! – рявкнул Жуков.

Я застыла у двери и повернулась к Виктору Юрьевичу. Лебедев молча наблюдал, что будет дальше.

– Я здесь больше не работаю, – напомнила я.

– Пока ещё не подписан рапорт о вашем увольнении, вы являетесь нашим сотрудником! А ваша выходка может быть расценена как неповиновение приказам начальства!

Жуков перешёл на "вы". Похоже, мне действительно удалось вывести его из себя. И всё из-за Лебедева. Я попыталась что-то возразить, но раздался телефонный звонок. Жуков снял трубку и пару минут с кем-то беседовал. По обрывкам разговора я поняла, что произошло что-то серьёзное.

– Кажется, в городе объявился маньяк, – заявил Виктор Юрьевич. – Найден ещё один труп девушки.

– Чёрт! – выругалась я. – Где?

– На улице Терешковой. Быстро с Лебедевым туда.

Я открыла рот, но по взгляду Жукова поняла, что слушать меня он не собирается.

– Вы всё ещё здесь? – спросил он.

Я понеслась в свой кабинет, чтобы взять сумку. Когда я выходила в коридор, то столкнулась с Лебедевым, который видимо, направлялся ко мне. Сама не понимая как, я оказалась в его объятиях. Андрей прижал меня к стене и посмотрел в глаза.

– Ну что, Валерия Сергеевна, ваш бунт не удался? – усмехнулся он.

– Отпусти меня, – прошипела я.

– И не подумаю, – тихо сказал он. – Запомни на будущее, у тебя всё написано на лице.

– О чём это ты? – не поняла я.

– О твоих мыслях.

– Мало мне Руслана, так ещё ты решил покопаться в моей голове, – вспыхнула я.

– Я предупредил, – заметил Лебедев и поцеловал меня в губы. Я попыталась сопротивляться, но это было бесполезно. Он действовал на меня как удав на кролика. Мне ничего не оставалось, как подчиниться.

– А теперь поехали, – сказал он и наконец-то отпустил меня.

Я не могла сосредоточиться на дороге. Меня трясло мелкой дрожью. Лебедев, сидя рядом, спокойно любовался пейзажем за окном. Оставив машину у подъезда, мы поднялись на нужный этаж. Руслан ждал нас у двери в квартиру и курил.

– Мы с Тамарой ходим парой, – громко заявил он, когда мы вышли из лифта.

– Заткнись! – рявкнула я.

– У неё сегодня плохое настроение, – заметил Лебедев, здороваясь с Русланом.

– И кто же обидел нашу Принцессу? – спросил Кузнецов, целуя меня в щёку.

– Этот гад выставил меня полной идиоткой перед начальством, – пожаловалась я.

– Видел бы ты, какой она там концерт устроила, – улыбнулся Лебедев.

– Зная нашу Принцессу, представляю, – подмигнул ему Руслан.

– А вы уже скорешились за моей спиной, – обиженно сказала я.

– Да, а кто просил меня помочь Андрюхе освоиться в отделе? – сдал меня с потрохами Руслан.

Я покраснела, а эти два придурка ржали надо мной во всё горло.

– Успокоились? – спросила я. – Так что тут произошло?

– Проходи, – сказал Руслан. – Увидишь.

– Надеюсь, ты не проболтался Лебедеву, что знаешь, что между нами было? – тихо спросила я Кузнецова, оттащив его в сторону и убедившись, что Андрей не слышит наш разговор.

– Я буду нем как рыба, – заверил меня Руслан.

– Смотри у меня, – пригрозила я.

Я прошла в гостиную. Ничего нового я не увидела. Представшая картина один в один напоминала ту, что я наблюдала в квартире Максимовой. Тот же беспорядок, пятна крови на ковре и труп девушки, на этот раз брюнетки, с перерезанным горлом на диване. Похоже, Жуков прав. В городе объявился маньяк.

Девушка, несомненно, была красавицей и тщательно следила за собой. Длинные прямые чёрные волосы придавали ей особую восточную загадочность. На левом плече красовалась татуировка в виде кошки. Тут взгляд мой привлекло что-то лежащее за диваном. Я подошла и увидела женскую сумку, по-видимому, принадлежавшую убитой девушке. Не рискнув копаться в ней голыми руками, я выглянула в коридор.

– Руслан, дай перчатки, – крикнула я.

Кузнецов появился из кухни.

– Держи, – сказал он и бросил мне пару резиновых перчаток. – Они тебе зачем? – всё же решил спросить он.

– Надо! – рявкнула я. Сегодня не желаю общаться ни с Русланом, ни тем более с Лебедевым. Эта парочка уже достала меня своими шутками. – Понятых позови и Сашу, – продолжила я раздавать указания. Кузнецов кивнул и скрылся из виду. Через пару минут в комнате появилась пожилая пара, судя по внешнему виду, скорее всего соседи погибшей девушки, и вечно улыбающийся Саша с фотоаппаратом.

С мастерством хирурга натянув перчатки и громко комментирую свои действия, я извлекла из-за дивана объемную бордовую кожаную сумку и прямо на полу начала разбирать её содержимое. Пара внимательно следила за моими манипуляциями, старательно отводя глаза от трупа на диване. Через пять минут я знала, что девушку звали Шаронова Елена Николаевна, она являлась студенткой четвёртого курса факультета психологии педагогического университета. Девушка родилась в нашем городе и прописана в этой квартире. Больше ничего интересного мне узнать не удалось. Я не нашла ни мобильного, ни записной книжки. Не выдержав, я вывалила содержимое сумки на пол. Стандартный женский набор: пудра, губная помада, пачка бумажных носовых платков, несколько разноцветных ручек, кошелёк, визитница с множеством дисконтных карточек, пилочка и лак для ногтей.

Я приуныла, кивком отпустила Сашу, а соседей попросила подождать в прихожей для подписания протокола. Когда все удалились, я расположилась в кресле и занялась заполнением документов. Услышав шорох за дверью, я подняла голову. Лебедев и Кузнецов с интересом наблюдали за мной.

– Валерия Сергеевна, вам тут с трупом не скучно сидеть? – усмехнулся Андрей.

– Он, в отличие от вас, хотя бы молчит, – огрызнулась я. В ответ мне послышался дружный хохот. – Придурки, – сделала я вывод и продолжила работу.

Ещё раз осмотрев комнату, я решила, что мне здесь делать больше нечего. Будем ждать результатов экспертизы. Я вышла в коридор, подписала протоколы, раздала последние указания. Кажется все, теперь в Прокуратуру.

– Я ушла, – крикнула я и громко закрыла за собой дверь.

Закончив бюрократические формальности в Прокуратуре и, наконец, вновь оказавшись в машине, я взглянула на часы. Стрелки медленно приближались к шести. Надо же, ещё один день прошёл, а я и не заметила. Проигнорировав поворот к дому, я отправилась на набережную. Часа два бесцельно мерила шагами аллею вдоль реки. Мысли как тараканы разбегались в разные стороны. Я достала сигареты и закурила. С наслаждением выпустив струю дыма, я села на скамейку и осмотрелась по сторонам. На набережной было пустынно. На город спустились сумерки. Подул холодный ветер. Я поёжилась и подняла воротник ветровки. Пожалуй, пора переходить на более тёплые вещи. Всё-таки осень на дворе. Я медленно побрела к машине. Когда до неё оставалось метров двадцать, полил дождь. Я прибавила скорость и вскоре оказалась в тёплом салоне. Несколько минут рассматривала своё отражение в зеркале, прикидывая, куда мне сейчас податься. Домой ехать совершенно не хотелось. Внезапно начавшийся дождь быстро закончился.

Я вышла из машины, решив погулять ещё немного. Но после дождя стало ещё холоднее, и я направилась в ночной клуб, находившийся рядом. Расположившись у барной стойки и заказав себе кофе, я попыталась собрать мысли в кучу. У меня есть два трупа и не одного подозреваемого. В том, что девушек убил один и тот же человек, я почти не сомневалась. Слишком уж были схожи картины преступлений.

Я закурила и осмотрела зал. Он был небольшим и достаточно уютным. Большую часть пространства занимал танцпол, в углу располагались несколько бильярдных столов. Я уже здесь была один раз с Кириллом. Кстати, что-то он давно не звонил. Хотя у такого симпатичного молодого человека есть более интересные занятия, чем выслушивать жалобы двадцатипятилетней неудачницы.

В последнее время, что меня не особо радовала, я стала испытывать к себе такое всегда ненавистное мне чувство как жалость. Жизнь всегда любила подкидывать мне сюрпризы. Но я поднималась с колен и шла вперёд, высоко подняв голову. Последний удар оказался слишком жестоким. Я упала и больше не смогла встать. Депрессия стала моей постоянной спутницей. Я стала показывать свои чувства окружающим, что мне всегда было несвойственно. Чего только стоят истерики, невольными свидетелями которых стали Никита и Лебедев. Я даже пыталась покончить с собой. Зачем Андрей остановил меня тогда? Зачем? Чтобы я начала своё расследование и узнала страшную правду о том, что стала причиной гибели человека, которого любила больше жизни? Это Игорь во всём виноват. Он три года пытался переделать меня. Он внушал мне, что я, в первую очередь, женщина, а уже потом сотрудник правоохранительных органов, дочь Министра внутренних дел с кучей детских комплексов, которая до сих пор пытается что-то доказать отцу и всем окружающим. Чего он добился? Его нет рядом, и я осталась одна против всего мира. Убийца Игоря ходит на свободе и в любой момент может вернуться за мной. Мне страшно. Я боюсь оставаться одна в пустой квартире. У меня начались проблемы на службе. Я не могу сосредоточиться. Если я провалю это дело, мне придётся уволиться, несмотря на все протесты Жукова.

Я резко затушила сигарету и отогнала от себя грустные мысли. Бармен молча поменял мне пепельницу. Я уставилась на танцпол. Людей заметно прибавилось, и это в разгар рабочей недели. Моё внимание привлекла девушка с огромной копной ярко-рыжих волос. Она так зажигательно танцевала, что я невольно залюбовалась. В ней было столько жизни. Девушка была не одна, с ней был молодой человек. Я не видела его лица, так как он стоял ко мне спиной. Но что-то в его фигуре мне показалось знакомым. Я присмотрелась. Парень повернулся ко мне. Это был Кирилл. Он обнимал девушку и что-то шептал ей на ушко. Она, в свою очередь, смотрела на него влюблёнными глазами и задорно смеялась над его шутками. Я решила уйти. Если Кирилл заметит меня, девушке это может не понравиться, а я не хочу портить чьи-то взаимоотношения. Я расплатилась и незаметно выскользнула на улицу. Дождь лил как из ведра. Я быстрым шагом дошла до стоянки, где оставила машину, но всё равно промокла до нитки.

Улицы были пустынны, давно наступила ночь, а я всё наворачивала круги по городу, глотая слёзы. Внезапно ожил мобильный. Не посмотрев, кто звонит, я ответила:

– Да.

– Лера, ты где? – услышала я голос Лебедева.

– Катаюсь по ночному городу, – отозвалась я.

– С тобой всё в порядке? – спросил он.

– Да, а что?

– Я хотел извиниться, – неожиданно сказал он.

– И для этого решил позвонить мне среди ночи? – попыталась съязвить я. – Всё нормально. Зря беспокоился.

– С тобой что-то не так? – обеспокоено спросил он. – У тебя странный голос. Ты плачешь?

– Андрей, можешь оставить меня в покое!? – не выдержала я.

– Только обещай мне, что сейчас же поедешь домой, – не успокаивался Лебедев.

– Хорошо.

– Может мне приехать? – спросил он.

– Нет, – ответила я и отключилась.

Я притормозила, пытаясь понять, где нахожусь. Определив своё местонахождение, я повернула к дому и призадумалась. Лебедев решил извиниться? Что это на него нашло? Совесть замучила? Какой-то странный он в последнее время. Может, действительно влюблён? Только этого мне не хватало. Хотя может я тут ни при чём? Мало ли что Руслану показалось? А если нет? Нет, это какой-то бред. Некстати вспомнила сегодняшний поцелуй в коридоре. Что он хотел этим сказать? Я попыталась выбросить мысли об Андрее из головы.

Квартира как всегда встретила меня пугающей тишиной. Я включила в гостиной настольную лампу и расположилась на диване, завернувшись в плед. Надоедливый дождь всё стучал по окнам. Часы показывали два часа ночи, а я сидела и изучала потолок. Сама не заметив как, я заснула…

Будильник разбудил меня в семь. Я с трудом открыла глаза и осмотрелась. В осенних сумерках не сразу узнала свою гостиную. Чёрт, я вырубилась на диване, забыв раздеться. Я встала и медленно побрела в ванную. Тёплый душ немного помог мне прийти в себя. Что со мной происходит? Второе утро просыпаюсь совершенно разбитой. Простояв минут десять перед зеркалом, решила сегодня обойтись без косметики. Всё равно настроения не было никакого.

С трудом позавтракав, я ровно в половине девятого была на работе. На столе меня ждали результаты экспертизы. Я погрузилась в изучение документов. Ничего нового я не узнала. Экспертиза подтвердила мои догадки. В квартире Шароновой были найдены те же отпечатки пальцев, что и у Максимовой. Значит, их действительно убил один и тот же человек. Но кто он? Почему девушки запросто впустили его в квартиру?

От размышлений меня отвлёк Лебедев, неожиданно появившись в моём кабинете.

– Привет, – сказал он с порога. – Можно войти?

Я кивнула. Он расположился напротив меня и несколько секунд неотрывно смотрел мне в глаза. Не выдержав, я отвела взгляд.

– Что с тобой происходит? – наконец спросил он.

– Наверное, осенняя депрессия, – попыталась улыбнуться я.

– Или приступ одиночества, – заметил Андрей.

Я пожала плечами. Снова повисло молчание. Пауза явно затянулась.

– Ты уже видела результаты экспертизы? – перевёл разговор на другую тему Лебедев.

Я кивнула.

– Ну, и что будем делать? – спросил он.

– Не знаю, – честно ответила я. – Сейчас поеду в университет, где училась девушка. Может, что и узнаю.

– У тебя усталый вид. Давай лучше я?

Я отрицательно покачала головой, встала из-за стола и уставилась в окно. Лебедев молча наблюдал за моими передвижениями. Сама не понимая почему, я вдруг разревелась.

– Так, Логинова, это уже серьёзно, – сказал Андрей, встал и закрыл дверь изнутри, чтобы никто не смог войти. Потом подошёл ко мне и обнял. Я уткнулась ему в плечо и продолжала всхлипывать.

– Ну, всё. Хватит плакать, – сказал он и погладил меня по голове.

Не знаю, сколько прошло времени, а мы всё стояли, обнявшись, у окна. В его объятиях было так тепло и уютно. Я постепенно стала приходить в себя.

– Успокоилась? – спросил он, отпуская меня.

Я кивнула, взяла сумку, достала зеркало и посмотрела на своё отражение. Хорошо, что сегодня решила обойтись без косметики. Только растёкшейся туши мне не хватало.

– У тебя завтра выходной? – вдруг спросил Андрей.

– Да, – ответила я.

– Тогда сейчас ты приводишь себя в порядок и едешь в университет. А вечером жди меня в гости.

– Зачем? – насторожилась я.

– Будем вместе бороться с твоим плохим настроением, – улыбнулся он и ушёл.

Я ещё немного полюбовалась на свою физиономию в зеркало. Потом всё-таки достала косметичку и немного подкрасила лицо. Включила чайник и, когда он закипел, заварила себе чай. После двух чашек ароматного напитка жизнь показалась не такой уж серой. Я взяла сумку и вышла из кабинета, закрыв дверь на ключ.

Из-за туч выглянуло солнце и на улице немного потеплело. Я подмигнула своему отражению в зеркале, завела мотор и медленно выехала со стоянки. Педагогический университет располагался недалеко от моего дома. Его когда-то закончила моя мама. Оставив машину у парка, я немного прошлась пешком. На территории университета располагалось несколько корпусов. Я понятия не имела, где находится факультет психологии, поэтому пришлось обратиться с этим вопросом к проходящей мимо девушке. Молча кивнув мне на кирпичную серую пятиэтажку, девушка заспешила по своим делам, а я пошла в указанном направлении. В фойе было немноголюдно. Наверное, шли занятия. Женщина на вахте сообщила мне, что факультет психологии располагается на втором этаже. Я неспеша поднялась по довольно узкой лестнице и остановилась, прикидывая, куда идти дальше. Слева от меня находилась дверь, над которой я заметила надпись «Факультет социологии и социальной работы». Так значит мне направо. Пройдя расписание, я оказалась в довольно длинном коридоре, выкрашенном розовой краской. Деканат находился в самом конце. Я постучала и вошла.

– Справки выдаются на большой перемене, – весьма грубо сказала девица лет двадцати трёх, видимо секретарь.

– Она мне, в общем-то, ни к чему, – пожала я плечами.

– Тогда что стоишь? – рявкнула она.

Тут до меня наконец-то дошло, что девица приняла меня за студентку. Оказывается я, в свои двадцать пять, ещё неплохо сохранилась. Я достала из сумки удостоверение и сунула под нос девушке. Она непонимающе подняла на меня слишком накрашенные глаза.

– Логинова Валерия Сергеевна, – представилась я. – Следователь по особо важным делам Главного управления внутренних дел города.

– Присаживайтесь, – сменила гнев на милость девица. – Чем могу помочь?

– Вчера в собственной квартире был обнаружен труп Шароновой Елены Николаевны. По нашим сведениям она обучалась на вашем факультете. Мне бы хотелось узнать в какой группе?

Девушка уткнулась в компьютер и защёлкала мышкой. Я молча наблюдала за её действиями.

– ПС-41, – наконец сообщила она.

– А где у них сейчас занятия? – поинтересовалась я.

– Понятия не имею, – пожала плечами девица. – Посмотрите по расписанию.

– Спасибо, – сказала я, выдала свою самую милую улыбку и покинула кабинет.

Вернувшись к расписанию, я внимательно его изучила. Потом нашла нужную аудиторию и встала возле неё, прислонившись к стене и ожидая окончания пары. Судя по моим часам, оставалось минут десять. Наконец-то раздался звонок. Дверь открылась и первыми из аудитории вышли три девушки, что-то увлечённо обсуждая. Я направилась к ним, представилась и предъявила удостоверение.

– Что-то случилось? – проявила интерес симпатичная шатенка.

– Шаронова Елена Николаевна в вашей группе учится? – спросила я.

– Ленка? – включилась в наш разговор блондинка с сумкой в виде собачки. – В нашей. Только она два дня в универе не появлялась. Я у неё лекции брала, всё никак отдать не могу.

– Можете оставить их себе, – вздохнула я. – Её убили.

– Кто? – хором спросили девушки.

– Вот это мы и пытаемся выяснить. Где мы можем поговорить? – спросила я.

– Ой, а пойдёмте в столовку. А то нам здесь ещё две пары торчать, – предложила третья девушка с короткой стрижкой.

Я кивнула, и мы направились на первый этаж, где располагался столовая. По дороге я узнала, что блондинку зовут Оля, шатенку – Юля, а третью девушку – Маша. Странно, но сообщение о смерти подруги не отбило у девушек аппетит. Мы разместились за столом у окна, взяли кофе с булочками и начали беседу.

– Какой была Лена? – спросила я.

– Нормальной девчонкой, – сказала Маша. – Отличница, красавица. Староста группы. В студвесне всегда участвовала. Пела офигенно.

– Она одна жила? – задала я следующий вопрос.

– Да, – ответила Юля. – Ей родичи квартиру на восемнадцатилетие подарили, мы у неё всегда на все праздники собирались.

– А о своей личной жизни она вам что-нибудь рассказывала? – подобралась я к интересующей меня теме.

Девушки переглянулись.

– Ну, не знаю, – начала Оля. – Ленка была красивая девчонка, и парни вокруг неё всегда увивались.

– Кто именно? – проявила я интерес.

– Толик из нашей группы за ней ухаживал, потом Пашка с эконома, но Ленка их всех отшила.

– Почему? – спросила я.

– Ленка говорила, маленькие они для неё, – вмешалась в разговор Юля. – А после каникул пришла, прямо светится вся. Ну, мы к ней что случилось. А она говорит, что недавно с таким классным парнем познакомилась.

– Лена о нём что-нибудь рассказывала? – напряглась я.

– Ни слова из неё не вытащили, – возмутилась Маша. – Мы её и так и эдак уламывали, чтобы рассказала, а она молчит и улыбается.

– А Настьке, небось, всё выболтала, – заметила Оля.

– Кто такая Настя? – спросила я.

– Настя Соколова – наша одногруппница, она с Ленкой больше всего общалась, – пояснила Юля.

– А где она сейчас? – снова спросила я.

– Домой сегодня уехала. Она из области. Подружка у неё замуж выходит, её свидетельницей позвала. Вот Настя отпросилась и махнула домой.

– А телефон этой Насти можно? – спросила я, доставая блокнот.

Девушки полезли в сумки за мобильниками. Через минуту я уже знала телефон Насти Соколовой. Внезапно прозвенел звонок.

– Ой, а можно мы пойдём, а то нас на лекцию не пустят? – забеспокоились девчонки.

– Конечно, – кивнула я. – Только оставьте мне свои номера телефонов и запишите мой на всякий случай, вдруг, что ещё вспомните.

Мы обменялись номерами, и девушки отправились на занятия. Я посидела ещё немного, допила свой кофе и решила ехать на работу. По дороге к машине я достала мобильный и набрала номер Насти.

– Да, – сразу же ответили мне.

– Настя Соколова? – уточнила я.

– Да, а вы кто? – спросила девушка.

– Валерия Логинова, следователь. Я бы хотела поговорить с вами о вашей подруге Лене Шароновой. Когда мы можем встретиться?

– Ой, вы знаете, меня сейчас нет в городе. Я только в понедельник утром приеду.

– Хорошо, я могу подождать.

– Тогда давайте в понедельник в пиццерии у фонтана. Часа в два вас устроит?

– Вполне, – согласилась я.

– А что случилось? – всё же решилась спросить Настя.

– Лену убили, – ответила я.

– Какой кошмар! – воскликнула девушка.

– Значит, в понедельник в два часа, – повторила я.

– Да, конечно. До встречи, – сказала Настя и отключилась.

Я захлопнула крышку телефона и спрятала его в сумку.

– Пожалуй, на сегодня хватит, – оказавшись в машине, решила я и поехала в Управление, посвятив остаток дня привычной бумажной работе.

Стрелки часов медленно приближались к девяти. Я лежала на диване и пыталась привести мысли в порядок. Но в преддверии выходного дня моя голова категорически отказывалась работать. Я подошла к окну. На улице был дождь. Несколько минут наблюдала, как капли стекают по стеклу. «А ведь я жду его», – поймала себя на мысли. Честно говоря, мне было просто интересно, какими методами Лебедев собрался выводить меня из депрессии. Я снова села на диван и посмотрела на часы. Вдруг в дверь позвонили, я пошла открывать. На пороге стоял Андрей, держа в руках несколько пакетов и мокрый зонт.

– Привет, – весело сказал он. – Готова?

– Смотря к чему, – насторожилась я.

Лебедев потряс пакетами. Судя по звукам, там были бутылки. Отлично, могла бы догадаться, что для моего излечения он выберет именно такой способ.

– Когда-то мы с тобой уже хотели напиться, но тебе срочно понадобилось сводить счёты с жизнью. Вот я и подумал, почему бы нам не сделать это сейчас, – пояснил он, заметив мой удивлённый взгляд.

– Ну, тогда проходи, – кивнула я и направилась в гостиную, по ходу пытаясь привести комнату в порядок. Тут взгляд мой упал на нашу фотографию с Игорем.

– Пожалуй, тебе это лучше не видеть, – тихо сказала я и убрала её в шкаф.

Лебедев материализовался в гостиной.

– Как насчёт стаканов? – спросил он, стал извлекать из пакета бутылки и выставлять их на стол.

Я направилась в кухню.

– Такие подойдут? – спросила я, показывая ему две небольшие рюмки.

– А больше ничего нет? – поморщился он.

Я взяла бокалы для коньяка и вернулась в гостиную.

– Ты решил меня споить, – присвистнула я, обозрев батарею бутылок, стоящих на столе.

– По-моему, для твоей депрессии в самый раз, – улыбнулся он.

– Ну, не знаю, – покачала я головой и поставила среди бутылок стаканы и пепельницу. Ничего хорошего от этой затеи я не ждала, но всё же покорно уселась на диване. Лебедев придвинул кресло и устроился напротив меня.

– Ты затарился только водкой? – поинтересовалась я, изучая ассортимент.

– А ты хотела напиться шампанским? – усмехнулся он.

– А как насчёт закуски? Может, я что-нибудь приготовлю? – предложила я. Странно, почему я раньше не подумала об этом. Всё равно весь вечер просидела без дела.

– Пьём просто так, – решил Андрей.

– Мама дорогая, что со мной будет!? – воскликнула я.

– А вот это мы и посмотрим, – улыбнулся Лебедев, достал пистолет и положил его на стол. – Кстати, если под градусом я начну приставать, что мне, в общем-то, несвойственно, можешь смело меня пристрелить. Но я никогда не пил с такой красивой девушкой, мало ли, что мне взбредёт в голову.

Я кивнула, достала из сейфа свой пистолет и положила рядом с оружием Лебедева.

– Взаимно, – улыбнулась я в ответ и заметила, – право на постоянное ношение оружия – зло.

Мы рассмеялись. Лебедев разлил водку по стаканам. Мы молча выпили. Странно, но я совершенно не почувствовала вкуса. Следом за первой последовала и вторая.

– Ну, что ты узнала в университете? – спросил Андрей, доставая сигарету.

– Ничего интересного, Шаронова у нас отличница, красавица. Кстати, староста группы, – начала я выкладывать информацию. – Живёт одна. Квартиру ей родители подарили на совершеннолетие. В группе её все обожают. Недавно рассказывала подружкам, что познакомилась с потрясающим парнем.

– Опять какой-то парень, – нахмурился Лебедев. – Я встречался сегодня с её родителями. Дочь им вообще ничего не рассказывала. Появлялась раз в месяц за деньгами и всё.

– Странно, Шаронова показалась мне положительной девушкой, – заметила я. – А с родителями не контактировала.

– Можно подумать, что ты со своим отцом много общаешься, – усмехнулся Лебедев.

– У меня есть на то причины, – сказала я.

– Вот и у неё были. Её родители давно в разводе. У каждого новая семья, дети. Теперь понимаешь?

Я кивнула. Ещё бы. Сама спала и видела тот день, когда смогу наконец-то покинуть отчий дом.

– Короче, надо искать её молодого человека, – сделала я вывод. – В понедельник я встречаюсь с её лучшей подругой. Может Шаронова ей побольше рассказала о своём новом бойфренде. И хватит о делах, в конце концов, у меня выходной.

Лебедев кивнул. Посиделки продолжились в полном молчании. Вопреки моим ожиданиям, хотя пили мы почти наравне, Андрея развезло первым. Он сидел в кресле напротив меня и неотрывно смотрел в мою сторону. Его карие глаза при неярком свете лампы казались почти чёрными.

– Со мной что-то не так? – спросила я, заметив его взгляд.

– Просто пытаюсь понять, кто ты, – неожиданно ответил он.

– По-моему, тебе хватит, – усмехнулась я и помахала ему рукой. – Эй, я Логинова. Помнишь такую.

Улыбка растеклась по его лицу.

– Я не это имел в виду.

– А что? – проявила я интерес.

– Я не знаю о тебе ничего, – пояснил он. – Только то, что ты была невестой моего друга.

– А, ты об этом. Тогда слушай, – я принялась перечислять избранные факты своей биографии: – Мне двадцать пять лет. У меня папа Министр внутренних дел области. Я окончила юридический институт МВД, неплохо стреляю и вожу машину. На работе меня считают неплохим специалистом, но в последнее время я сдала. Ещё я любила и собиралась замуж за Игоря Медведева. Но это ты и без меня знаешь. У меня скверный характер, нет подруг, но есть куча друзей…

– Одним из которых, надеюсь, являюсь я, – перебил меня Лебедев.

– Твой статус я пока определить не могу.

– Это ещё почему? – удивился он.

– Знаешь, у меня есть принцип, я не сплю с друзьями, – объяснила я.

– А ты у нас оказывается девушка принципиальная, – заметил он.

– Какая есть, – пожала я плечами.

Тема была исчерпана. Мы снова замолчали. Как окончился вечер, я помню смутно. Мы ещё какое-то время пили, потом орали песни. В конце концов, возмущённые соседи стали стучать по батареи. Короче, успокоились мы ближе к утру.

Я проснулась где-то около десяти, с трудом открыла глаза. Болело всё тело и, конечно же, голова. Тут до меня дошло, что спала я сидя. Лебедев устроился более комфортно. Я посмотрела на него и улыбнулась. Он растянулся на диване, а в качестве подушки использовал мои колени. Андрей крепко спал, улыбка застыла на его губах. Я убрала непослушную прядь волос с его лица. Внезапно он открыл глаза.

– Доброе утро, – тихо сказал он.

– Если его можно назвать добрым, – почти шёпотом ответила я.

Лебедев посмотрел на меня снизу вверх и улыбнулся.

– Тебе удобно? – усмехнулась я.

– Да, а что?

– Ничего, но у меня уже ноги затекли.

Он сделал вид, что не слышал мои последние слова, и закрыл глаза.

– Ты ведёшь себя как ребёнок, – заметила я и погладила его по голове.

– Значит, в тебе я пробуждаю материнский инстинкт, – усмехнулся он.

– Может быть, – кивнула я.

– Очень жаль. Честно говоря, я рассчитывал на другое.

– На что? – спросила я.

– Ну, хотя бы на инстинкт размножения.

– Ещё чего, – хмыкнула я и попыталась встать. Лебедев нехотя отпустил меня. – Поспи ещё. А я в душ, – сказала я и бросила ему подушку.

Андрей послушно закрыл глаза. Я улыбнулась и отправилась в ванную. Несмотря на головную боль, оптимизма в моей жизни заметно прибавилось. А тёплый душ заставил меня поверить, что всё не так плохо как казалось. Когда я вышла из ванной, Лебедев сидел в гостиной на диване и, нахмурившись, рассматривал пустые бутылки.

– Что здоровье нечем поправить? – усмехнулась я.

– В общем-то, да, – ответил он.

Я села на диван и окинула взглядом место вчерашнего пиршества.

– Неужели мы всё это выпили? – удивилась я.

– А кто-то говорил много, – заметил Лебедев и спросил с надеждой: – У тебя ничего нет?

– У меня где-то была бутылка красного вина, – вспомнила я.

Лебедев поморщился.

– Тогда сейчас сварю тебе кофе и дам болеутоляющее, – заявила я. – В душ пойдёшь?

Он кивнул. Я принесла ему полотенце и отправилась на кухню готовить завтрак. Андрей вернулся минут через пятнадцать, загадочно улыбаясь. Мокрые волосы смешно топорщились в разные стороны. Я почувствовала запах одеколона Игоря.

– Я немного похозяйничал в твоей ванной, воспользовался гелем для душа и станком для бритья.

– Это Игоря, – объяснила я.

– Ты до сих пор хранишь его вещи? – спросил Лебедев, располагаясь за столом.

– А что в этом такого? – пожала я плечами и придвинула ему чашку кофе и бутерброды. – Косметика в ванной, одежда в шкафу. Иногда мне кажется, что он просто уехал и скоро вернётся. Мне так легче.

Я смахнула подступившие слёзы. Лебедев молча жевал бутерброд.

– Сегодня его день рождения, – внезапно вспомнил он.

– Чёрт, я совсем забыла. Спасибо, что напомнил… А ещё сегодня должна была состояться наша свадьба, – грустно улыбнулась я и попыталась сосредоточиться на кофе.

– Какие планы на день? – поинтересовался Андрей после недолгой паузы.

– Надо бы съездить на кладбище, а потом небольшой шоппинг, – задумчиво сказала я.

– Составить тебе компанию? – предложил он.

– У тебя наверно свои дела, а тут ещё я со своими проблемами.

– Ну что ты, – возмутился он. – Всё равно весь день буду дурака валять.

– Тогда поехали, – сказала я и посмотрела на часы. – Я буду готова через пятнадцать минут.

– Хоть через двадцать, – улыбнулся он и добавил: – Я готов ждать тебя целую вечность.

– Ловлю на слове, – бросила я и отправилась переодеваться. Натянув джинсы и тонкий свитер, я немного подкрасила лицо и собрала волосы в хвост. Оставшись довольна своим внешним видом, я заглянула в гостиную.

– Ты идёшь? – спросила я.

Через минуту Лебедев появился в прихожей.

– Кажется, дождь собирается, надо бы зонт взять, – сказал он.

– Он у меня сломался, а новый я всё никак не куплю, – пожаловалась я, доставая из шкафчика под вешалкой кроссовки.

– А где мой? – спросил Лебедев.

– Где-то здесь. Посмотри на комоде

Через десять минут мы наконец-то покинули квартиру. Мой красный автомобильчик скучал у подъезда.

– Неплохо бы было тебя помыть, – пробормотала я, осмотрев машину. Это было моё первое транспортное средство, хотя права я получила, едва мне исполнилось восемнадцать. А впервые за руль села ещё задолго до своего отъезда на учёбу. Но приобрести автомобиль бедной студентке было не на что, да и когда я начала работать, то поняла, что машина, скорее всего так и останется моей несбывшейся мечтой. Но тут, как всегда, вмешался мой отец и презентовал мне на двадцатипятилетие симпатичный красный Шевроле с моими инициалами и возрастом в номере. Сколько стоил автомобиль, я примерно знала, а вот во что папочке обошёлся «блатной» номер осталось для меня тайной. Так что почти год я являюсь счастливой обладательницей собственной машины, что особенно удобно, учитывая мою профессию. Теперь я с ужасом вспоминаю, как раньше носилась по всему городу, используя общественный транспорт.

Заехав в цветочный магазин, мы направились в сторону кладбища. Лебедев смотрел в окно, а я внимательно следила за дорогой, что-то тихо напевая.

Начался дождь. Я стояла рядом с Андреем под его огромным зонтом и неотрывно смотрела на лицо Игоря, изображённое на памятнике. Капли дождя как слёзы стекали по его щекам.

– Пойдём, – тихо сказала я Лебедеву, смахнув слёзы.

В машине я достала косметичку и подправила растёкшуюся тушь.

– Не могу поверить, что его больше нет, – сказала я и завела мотор.

– Я тебя понимаю, – откликнулся Лебедев. – Ну, что у нас дальше? – перевёл он разговор на другую тему.

– Сначала торговый центр, а потом в супермаркет за продуктами, – огласила я программу.

– Отлично, – кивнул он.

В торговом центре в связи с выходным днём было многолюдно. Лебедев терпеливо обошёл со мной десяток магазинов женской одежды. В одном из них мне приглянулась симпатичная голубая туника. Хотя для таких вещей уже прохладно, я всё же решила её примерить. Когда я вышла из примерочной, Андрей с тоской в глазах рассматривал вешалки с одеждой.

– Молодой человек, ну посмотрите, какая у вас красавица жена, – воскликнула продавщица.

Лебедев повернулся в мою сторону, а я покраснела и поспешила скрыться в примерочной.

– Пожалуй, я её возьму, – сказала я, когда вернулась.

Андрей ждал у выхода, пока я расплачивалась за покупку.

– Ну что, дорогая, пошли дальше, – усмехнулся он, когда я подошла к нему.

– Очень смешно, – буркнула я. – И с чего она взяла, что мы муж и жена?

– Ну, то, что мужчина не носит обручальное кольцо, этим никого не удивишь. А ты-то у нас барышня окольцованная, – заметил он.

Я молча взглянула на свою правую руку. На безымянном пальце красовалось золотое колечко, подаренное Игорем. Лебедев продолжал отпускать какие-то шуточки по этому поводу, когда я обратила внимание на блондинку, выходившую их обувного магазина в сопровождении подруги.

– О, чёрт! – выругалась я, узнав Жанну, и попыталась спрятаться за Андреем.

– Что с тобой? – спросил он, с интересом наблюдая за моими действиями. – Ты как будто привидение увидела.

– Почти, – согласилась я. – Видишь там симпатичную блондинку в тёмных очках?

Лебедев повернул голову и кивнул.

– Ты её знаешь? Может, познакомишь? – заинтересовался он незнакомкой.

– Лебедев, я от тебя такого не ожидала, – усмехнулась я. – Это Жанна. Моя мачеха.

– Твоя кто? – переспросил он, с удвоенным интересом рассматривая Жанну.

– Ма-че-ха, – по слогам повторила я.

– Ничего себе, – присвистнул он. – Сколько же ей лет?

– Тридцать пять, – буркнула я. – Ты долго будешь на неё пялиться? Пошли, пока она нас не заметила, – потянула я его к выходу.

Мы вышли из торгового центра и направились на стоянку.

– Где твой папочка нашёл такое сокровище? – поинтересовался Лебедев, когда мы вновь оказались в машине.

– В университете, где когда-то преподавал. Что за нездоровый интерес к моим родственникам? – поинтересовалась я.

– Хочу увести жену у твоего папочки, – серьёзно ответил он.

– Флаг тебе в руки, – усмехнулась я. – Она же старая.

– Подумаешь, на два года старше меня. Ну, ладно, раз тебе не нравится такой расклад, должен же я знать, что за стерва моя будущая тёща.

– Лебедев, ты неисправим, – рассмеялась я.

– Что я такого смешного сказал? – обиженно спросил он.

Я посмотрела на него. Весёлые чёртики мелькали в его глазах. Не выдержав моего взгляда, он расхохотался.

– Ты меня до инфаркта доведёшь, – заметила я, немного успокоившись.

Перебрасываясь шутками, мы доехали до супермаркета, где закупили продукты.

– Ну, всё, мне пора, – сказал Лебедев, занося многочисленные пакеты в мою квартиру.

– Ты разве не останешься на ужин? – удивилась я.

– У меня важное дело, – неумело соврал Андрей. – Если что, звони, – бросил он и поспешил смыться.

Я разбирала покупки в кухне и думала о странном поведении Лебедева. Вроде бы всё было нормально. Тогда чем объясняется его неожиданное бегство? Я бы приготовила что-нибудь поесть, и могли бы спокойно поужинать. А что потом? А потом вечер закончился бы в одной постели. И вся психотерапия насмарку. И всё бы началось сначала. Истерики, депрессия, взаимные упрёки и скандалы на работе. Лебедев как всегда оказался прав. Он предвидел такое развитие событий и поспешил исчезнуть. В какой-то степени я была ему благодарна, что он удержал меня от очередной глупости.

Я неспеша разложила продукты, примерила новую кофточку и несколько минут провертелась возле зеркала, улыбаясь своему отражению. Потом навела порядок в гостиной, убрав со стола и выбросив пустые бутылки. Интересно, чтобы сказала мама, если бы узнала, в каком количестве употребляет алкоголь её единственная дочь. Честно говоря, я от себя сама такого не ожидала. Конечно, в студенческие годы было выпито немало, но всё же не в таком количестве, особенно за один раз. Я усмехнулась. А ведь с утра я чувствовала себя намного лучше, чем Лебедев, хотя пили мы наравне. Вот наверно он удивился. Опять я думаю о нём. Я выбросила ненужные мысли из головы и отправилась в ванную, напевая что-то себе под нос. Включила горячую воду, вылила полбутылки пены для ванны и начала раздеваться. На полочке стояла куча баночек и бутылочек с шампунями и гелями. Большая часть из них принадлежала мне, но кое-где попадались и вещи Игоря. Я извлекла из общей массы его любимый одеколон, тот самый, которым веяло сегодня от Лебедева. Лёгкое ароматное облачко мгновенно распространилось по комнате. Я вдохнула до боли знакомый запах и разревелась. Я лежала в пушистой пене и глотала слёзы, вспоминая о том событии, которое произошло в моей жизни три года назад.

…Ночь была тёплая, совсем как летом. Небо усыпано звёздами. Я бежала по мосту, раскинув руки в стороны. Голова кружилась не понятно от чего: или от спиртного, или от счастья. Я остановилась и крикнула:

– Я люблю тебя!

Я повернулась к нему. Он стоял, прижавшись к перилам, и, улыбаясь, наблюдал за мной. Я подбежала к нему и повисла у него на шее.

– Я люблю тебя, – снова повторила я.

– Лера, ты выпила лишнего, – улыбнулся он, пытаясь освободиться из моих объятий. – Что ты несёшь? Завтра ты пожалеешь о своих словах.

Я отрицательно покачала головой.

– Но я старше тебя на восемь лет, – попытался возразить он.

– Ну, и что? – пожала я плечами.

– Тебе нужен кто-то помоложе. Присмотрись, например, к Руслану. Ты ему нравишься.

– А мне нужен только ты, – тряхнула я волосами и закрыла ладонями уши, давая тем самым понять, что возражения не принимаются.

– Лера, ты маленький глупый котёнок, который выгибает спинку и показывает коготки, хотя на самом деле мягкий и пушистый и хочет, чтобы его погладили, – улыбнулся он.

– А ты, значит, старый мудрый кот, который должен научить жизни маленького котёнка, – не осталась я в долгу.

Он рассмеялся и обнял меня.

– Может быть, – кивнул он. – И я ничего не могу с собой сделать, потому что тоже очень люблю этого котёнка.

– Правда? – спросила я, заглянув в его глаза.

– Я люблю тебя, – тихо сказал он и поцеловал меня в губы.

Мы целовались под звёздным небом. И я была счастлива. Он любит меня! А я люблю его!

– Пошли, – сказал он, отпуская меня. – Уже поздно. Завтра с утра на работу.

– Ты хотел сказать сегодня, – поправила я, взглянув на часы.

Мы шли пустынными улицами. Город спал. До моего дома оставалось совсем немного, когда неожиданно пошёл дождь. Укрыться было негде, поэтому вскоре мы промокли до нитки. Мы забежали в мой подъезд и остановились, пытаясь отдышаться.

– После такой прогулки можно заполучить воспаление лёгких, – усмехнулся он.

– Это точно, – кивнула я. – Поднимемся ко мне. Напою тебя горячим чаем, а потом вызовем тебе такси, – предложила я.

– Твоему отцу может не понравиться, что ты приводишь в дом гостей в такое позднее время, – заметил он.

– Я живу одна, так что могу приглашать в гости кого хочу и когда хочу.

– Ладно. Уговорила, – сдался он.

Я улыбнулась и вызвала лифт. Я долго возилась с ключами, наконец, дверь открылась.

– Ну, вот здесь я живу, – сказала я. – Проходи. Чувствуйте себя как дома.

– Но не забывайте, что в гостях, – усмехнулся он.

Я улыбнулась и направилась в ванную, чтобы переодеться. Когда я вернулась, он сидел на диване в гостиной. Я прошла на кухню, поставила чайник и достала из шкафчика две большие чашки. Заварив ароматный чай с мятой и мёдом, которым всегда поила меня моя мама, я вернулась в гостиную.

– Давно ты здесь живёшь? – спросил он.

– Два месяца, – ответила я. – С тех пор как вернулась после учёбы, я хотела остаться там, но отец настоял и даже купил мне эту квартиру.

– У тебя с ним не очень хорошие отношения?

– Это с детства, я тебе как-нибудь расскажу.

– Договорились, – кивнул он. – Мне пора, уже поздно.

Я придвинулась к нему и попыталась обнять.

– Не уходи, пожалуйста, – прошептала я и поцеловала его в губы. Он ответил на мой поцелуй. Время шло, а мы всё не могли вырваться из объятий друг друга. Он начал медленно снимать с меня одежду, потом взял на руки и понёс в спальню…

Я лежала, уткнувшись лицом в подушку, и улыбалась. Лёгкая боль иногда напоминала о себе, но я была счастлива. Он провёл ладонью по моей спине.

– Почему ты не сказала мне? – тихо спросил он.

– О чём? – не поняла я.

– О том, что ты девушка.

Я повернулась к нему лицом и посмотрела в его глаза.

– А разве это так важно? – спросила я.

– В первую очередь это важно для тебя.

– Я ни о чём не жалею, всё равно когда-то это должно было произойти. Мне кажется, я и так уже припозднилась.

– Лера, ты удивительная девушка, – улыбнулся он и обнял меня. – Только обещай мне, что больше не будешь от меня ничего скрывать.

Я кивнула.

– Переезжай ко мне, – неожиданно предложила я.

– А почему бы и нет, – усмехнулся он.

– Как же я люблю тебя, – прошептала я. – Я умру в тот день, когда ты меня оставишь.

– А вот это уже лишнее, – сказал он. – И я сделаю всё, чтобы этого не случилось. Ты должна жить.

Мы проговорили всю ночь, а утром пришли на работу вместе…

Я вынырнула из воспоминаний. Господи, я вспомнила всё до мельчайших подробностей, хотя уже прошло три года. «Ты должна жить», – кажется, снова услышала я его голос.

– Я должна жить, – повторила я, глядя на своё отражение в зеркале, а потом утащила флакон в спальню, легла на кровать и тут же заснула, ощущая себя снова в объятиях Игоря.

Сергей Валерьевич сидел в кресле перед камином, пил коньяк и придавался воспоминаниям, рассматривая фотоальбом. Со старых снимков ему улыбалась его покойная жена Софья. Вот день их свадьбы, затем снимки с медового месяца, который они провели на море. Он перевернул страницу. Вот уже счастливые родители на пороге роддома, сияющий отец держит на руках новорожденную дочь. Дальше пошли фотографии Валерии: первые шаги, первый день рождения, первый раз в первый класс с букварём и огромным букетом гладиолусов, за которым дочь почти не видно. Логинов улыбнулся, глядя на неё в белом фартуке и с бантиками. Следующий снимок был сделан уже десять лет спустя. Выпускной вечер, Валерия в золотистом платье с кринолином и букетом алых роз в руках. Настоящая принцесса. Вроде бы улыбается, а глаза грустные. Мог ли Сергей Валерьевич представить тогда, что на следующий день она навсегда покинет его дом, практически сбежав в другую область, чтобы, вопреки его желанию, поступать в институт МВД. Он всегда мечтал о другой профессии для дочери, настаивал, чтобы она поступала в педагогический университет на факультет иностранных языков, который когда-то закончила его жена. Но у Валерии были свои планы, после гибели матери она стала слишком самостоятельна. Далее следовали фотографии с присяги и получения диплома. На этом альбом заканчивался. Дочь вернулась в родной город, встретила свою вторую половинку и ещё больше отдалилась от отца. Он знал, что она страдает после гибели возлюбленного, но пропасть, разделившая отца и дочь, была слишком глубока.

Сергей Валерьевич достал сигареты и закурил. Кто-то постучал в дверь, он вздрогнул и поспешил убрать альбом.

– Можно к тебе? – заглянула в кабинет Жанна.

– Да, проходи, – кивнул он.

– Предаёшься воспоминаниям? – недовольно спросила она, заметив альбом. – Кстати, сегодня видела в торговом центре твою дочь.

– Как она? – поинтересовался Логинов.

– Цветёт и пахнет, – съязвила Жанна. – Сделала вид, что не заметила меня.

– Она была одна или с подругой? – спросил Сергей Валерьевич.

– С подругой? – хмыкнула она. – Что-то за пятнадцать лет, что я живу с тобой, я не заметила у твоей дочери ни одной подруги. Одни друзья. Кстати, и на этот раз она была с молодым человеком.

– Что ещё за субъект? – насторожился он.

– Не знаю. Симпатичный такой. На Игоря чем-то похож.

– А, это Лебедев.

– Лебедев? – переспросила Жанна. – У Валерии новый бойфренд, а я как всегда узнаю всё последней.

– Он её коллега по работе.

– С коллегой по работе не ходят по магазинам в выходной день, – съязвила Жанна. – Да, не ожидала я такого от нашей новоявленной вдовушки. Сколько прошло с тех пор, как похоронили Игоря? Полтора месяца? А она уже с другим любовь крутит.

– Жанна, ты забываешься, – повысил голос Логинов. – Ты сейчас не с подружкой болтаешь. И речь, между прочим, идёт о моей дочери.

– Твоя дочь не ангел, – продолжила она. – Знаешь, что-то я не очень верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Её просто нет, это я тебе точно говорю. А теперь вспомни, сколько друзей у твоей дочери. И я готова поспорить, что каждый из них побывал в её постели. Так что, дорогой, тебе придётся смириться с тем, что твоя ненаглядная доченька обыкновенная шлюха.

– Замолчи! – заорал Сергей Валерьевич. – Мне уже надоели ваши постоянные конфликты с Валерией! Ты и так смогла добиться того, что дочь практически не общается со мной! Но я закрыл на это глаза! Но сегодня ты перегнула палку! – он резко подошёл к жене, схватил её за плечи и встряхнул. – Ещё раз ты позволишь отозваться о ней в таком тоне, я буду вынужден принять меры! Ты меня поняла?

– Всё равно я окажусь права. Вот увидишь, – сказала Жанна и ушла, громко хлопнув дверью.

Логинов схватил со стола стакан и запустил его в стену…

В воскресенье я проснулась ближе к обеду, и остаток дня посвятила уборке своего жилища. Лебедев не звонил, но я и не очень на это рассчитывала. В понедельник я в прекрасном настроении и готовая к трудовым подвигам отправилась на работу.

Я шла по коридору, когда навстречу мне попался Руслан.

– Прекрасно выглядишь, – заявил он, как всегда целуя меня в щёку.

– Ты тоже, – ответила я.

– Что, с Лебедевым помирились?

– А мы и не ссорились.

– А кто на прошлой недели метал гром и молнии? Я что ли?

– У нас временное перемирие, – улыбнулась я. – По крайней мере, до конца расследования.

– И как же вам удалось этого добиться? – проявил интерес Руслан.

– Тебе лучше этого не знать, – усмехнулась я.

– Ну, почему? – обиделся он.

– Потому что придётся разрушить мой идеальный образ, который у тебя сложился.

Руслан задумался. Внезапно его лицо озарила улыбка.

– Только не говори, что вы с Лебедевым, – он выразительно посмотрел на меня. – И где заключали перемирие? У тебя дома или обошлись столом в его кабинете?

Тут только до меня дошло, на что он намекает.

– Фу, какие пошлые мысли рождаются в твоей голове, – сказала я и слегка ударила Руслана в живот. – Мы просто напились вместе.

– И всё? – спросил он.

– А тебе этого мало? – усмехнулась я. – Я и не представляла, что могу выпить такое количество спиртного.

– А что много было?

– Очень.

– Что же не позвали в гости? – обиделся Руслан.

– Как-нибудь в следующий раз, – улыбнулась я. – Хотя надеюсь, что следующего раза не будет, а то я превращусь в алкоголичку.

– Ну, тебе это точно не грозит, а я бы на твоём месте всё-таки присмотрелся к нему.

– К кому? – не поняла я. Всегда поражалась способности Руслана перескакивать с одной темы разговора на другую, в результате чего я оказывалась в тупике и чувствовала себя неуютно. Данная ситуация была именно такой.

– К Андрею, – пояснил он, заметив моё замешательство.

– Он же тебе не нравился, – попыталась возразить я.

– Все могут ошибаться, – пожал Руслан плечами. – И я не исключение. Лебедев хороший парень, и я буду рад, если у вас что-то получится.

– Я же сказала, что не собираюсь начинать новые отношения. Что у тебя за мания? Ты спишь и видишь, как бы сбагрить меня замуж.

– Просто я хочу, чтобы ты была счастлива.

– Твои слова, да Богу в уши, – усмехнулась я. – Руслан, я не создана для счастья…

– Почему ты так в этом уверена? – возмутился он.

– Потому что люди, которых я люблю, умирают, – отрезала я.

– Нет, Принцесса, ты ошибаешься, – сказал он. – Ты лучшая девушка в мире. Ты заслуживаешь счастья и любви. Ты будешь хорошей женой и прекрасной матерью. Это я тебе точно говорю.

– О, как тебя далеко занесло. Уж, не в мужья ли ты мне набиваешься? – попыталась разрядить я обстановку.

– Я не тот человек, который тебе нужен, – погрустнел он.

– А Лебедев, по-твоему, тот? – поинтересовалась я.

– Не знаю, – ответил он. – Тебе решать.

– Ну, мне пора, – сказала я, взглянув на часы. – У меня назначена встреча.

– Помни, о чём я тебе говорил, – сказал Руслан и ушёл.

Я зашла в свой кабинет, взяла сумку и отправилась на встречу с Настей Соколовой. Без четверти два я уже была в пиццерии. Народу было не очень много. Я заняла свободный столик у окна, взяла себе зелёный чай и стала ждать, рассматривая прохожих на улице.

В два десять в кафе зашла девушка лет двадцати с волосами цвета спелой вишни. На ней были узкие джинсы, лёгкий плащ и сапоги на тонкой шпильке. Девушка осмотрелась и прошла к кассе. Через пару минут она вернулась с подносом в руках и расположилась за соседним столом. Девушка кого-то ждала и явно нервничала. Вот она достала мобильный и набрала номер. Неожиданно ожил мой телефон, я достала его из сумки. Девушка повернулась на звонок и посмотрела на меня.

– Настя? – догадалась я. Она кивнула. – Это я вам звонила.

– Ой, извините, – улыбнулась она и перебралась за мой столик. – В жизни не приняла бы вас за следователя.

– Не вы одна, – улыбнулась я в ответ и показала ей удостоверение.

Внимательно изучив «корочки», Настя кивнула.

– Так, о чём вы хотели поговорить? – спросила она.

– Я думаю, девушки из группы вас уже просветили. В прошлую среду убили вашу подругу Лену Шаронову. Недавно у неё появился молодой человек. Вы что-нибудь знаете о нём?

– Вы считаете, что это он её убил?

– Почти уверена, – кивнула я. – Недавно убили ещё одну девушку. На месте преступления обнаружены те же отпечатки пальцев, что и в квартире Елены. Скорее всего, мы имеем дело с обычным маньяком. Постарайтесь вспомнить всё, что знаете о возлюбленном Елены.

– Она практически ничего о нём не рассказывала, – начала Настя. – Я знаю, что они познакомились в ночном клубе в конце августа. Она говорила, что он старше её и очень красиво ухаживает.

– А имя его она не называла? – спросила я.

– Нет. Я ещё удивилась. Обычно, Ленка сразу всё о своём новом бойфренде выбалтывала, а тут вдруг молчит. Может, и правда влюбилась. Она при мне один раз с ним разговаривала, но имени не называла.

– Когда это было? – проявила я интерес.

– На прошлой неделе. Мы сидели после университета в кафе, потом у неё зазвонил мобильный, она ответила. Я услышала, что звонил парень. Она тепло с ним поздоровалась и ушла в туалет. Потом вернулась и сказала, что ей нужно идти. Я спросила, что случилось, а она улыбнулась и сказала, что её пригласили на свидание. Она расплатилась и ушла, а я ещё немного посидела в кафе и отправилась домой.

– Можете точнее вспомнить день? – спросила я.

– Кажется в среду. В четверг Лена не пришла в университет. Ну, я подумала, хорошо видимо свидание прошло. Я ей в тот день вечером звонила, но мобильный был отключён. А в пятницу я с утра уехала, а потом вы позвонили.

– Значит, вы одна из последних, кто видел Лену живой, – сделала я вывод. – Потому что её убили в среду вечером.

– Какой ужас, – воскликнула Настя и спросила. – Вы найдёте его?

– Мы сделаем всё, что сможем, – заверила я и посмотрела на часы. – Мне пора идти. Если ещё что-то вспомните, мой телефон вы знаете.

Настя кивнула, я встала и вышла из кафе. Я села в машину и задумалась. Я хожу по замкнутому кругу. Таинственный молодой человек знакомится с молодыми девушками и убивает их. За что? Почему? Я завела мотор и поехала в Управление.

Через несколько дней я ехала на очередную встречу, связанную с расследованием, когда ожил мой мобильный. Звонил Лебедев. Не предчувствуя ничего хорошего, я ответила.

– Лера, ты где? – услышала я его взволнованный голос.

– На проспекте, еду на встречу, – ответила я. – А что?

– Разворачивайся и лети на улицу Калинина. Адрес сейчас скину смс-кой.

– Зачем? – поинтересовалась я.

– Труп у нас снова, – недовольно отозвался он.

– О, чёрт! – выругалась я. – Сейчас приеду, – сказала я и отключилась.

Я осмотрелась по сторонам, прикидывая, скоро ли будет поворот. Наплевав на правила, я перестроилась в третий ряд и, воспользовавшись отсутствием машин, вывернула на встречную полосу. Автомобили, ехавшие сзади, явно не ожидали моего внезапного появления и нервно засигналили. Я прибавила скорость, но тут, словно чёрт из табакерки, возник сотрудник ГИБДД и замахал жезлом, призывая меня остановиться. Выругавшись про себя, я притормозила недалеко от него, прикидывая, во что мне обойдётся мой недавний манёвр. Страж дороги неспеша подошёл ко мне, я опустила стекло и навесила на лицо свою самую милую улыбку.

– Старший инспектор Дубов. Что же вы, девушка, правила нарушаете? – укоризненно сказал он. – Документики предъявите, пожалуйста.

– Понимаете, я очень спешу, – начала я, но он перебил меня.

– Все сейчас спешат, но это не повод создавать аварийную ситуацию на дороге, – поучительно продолжил он. – И куда может спешить такая красивая девушка? Только на свидание. А по вашей милости могли люди пострадать. Я дождусь от вас документов, или вы ещё и без прав ездите?

Я молча протянула права. Он стал внимательно их изучать. Я начала уже нервничать.

– Так, Логинова Валерия Сергеевна, права придётся у вас изъять, – спокойно сказал он, – сейчас протокольчик составим.

– За что? – вспыхнула я.

– За нарушение правил дорожного движения, – как ни в чём не бывало, продолжил он.

– Да вы что. Меня там труп ждёт, – ляпнула я.

Лицо гаишника вытянулось.

– Выходите из машины, – скомандовал он, достал рацию и сказал кому-то. – Петрович, давай сюда. У меня тут девица про какой-то труп болтает.

Я нехотя вышла. Минут через пять возле нас остановилась машина ГИБДД. Я молча наблюдала, как мужики о чём-то шептались. Наконец один из них подошёл ко мне.

– Можно вашу сумку? – спросил он.

– Не имеете права без понятых, – попыталась возразить я.

– Какие мы умные, – усмехнулся Дубов.

– Я, между прочим, сотрудник правоохранительных органов, – заметила я.

– Кому ты заливаешь? – усмехнулся Петрович. – Что мы мента не отличим.

– Ну, как хотите, – пожала я плечами и отдала им сумку.

Мужики внимательно принялись изучать её содержимое, раскладывая его на капоте своей машины. Я наблюдала за их действиями. Извлекли удостоверение и долго пытались понять, настоящее ли оно. Затем на свет появилось моё табельное оружие, но и это их не убедило.

– Откуда у вас удостоверение и пистолет? – обратился ко мне Дубов.

– На работе выдали, – съязвила я, поняв, что они категорически отказываются верить, что я милиционер.

Внезапно зазвонил мой телефон.

– Ответить дадите или не положено? – спросила я.

Дубов протянул мне телефон. Снова звонил Лебедев.

– Да, – ответила я.

– Ты куда пропала? – недовольно спросил он. – За это время можно пять раз доехать. Тебя, между прочим, люди ждут.

– Андрей, звони Жукову. Меня тут гаишники тормознули, грозятся права отобрать.

– Ну, ты, Логинова, даёшь, – развеселился он.

– Ничего смешного, – буркнула я и отключилась.

Через пять минут мобильный снова зазвонил.

– Что у тебя там опять случилось? – услышала я голос Жукова.

– Меня подозревают в подделке документов и незаконном хранении оружия, – пожаловалась я.

Жуков выругался.

– Дай, мне кого-нибудь из этих.

Я протянула телефон Дубову:

– Тут с вами хотят поговорить.

– Да. Старший инспектор Дубов, – представился он.

Я слышала только обрывки разговора. Но чем дольше он продолжался, тем Дубов становился бледнее. Я не сомневалась, что Виктор Юрьевич уже успел вспомнить всё начальство, включая моего папочку. Так что теперь Дубов стоял и проклинал ту минуту, когда остановил мою машину.

– Извините, – сказал он, возвращая мне сумку и документы.

– Ну что, убедились? – не удержалась я. – Делайте выводы. Не стоит судить о человеке по внешности, – сказала я, села в машину и уехала под удивлёнными взглядами сотрудников ГИБДД.

Припарковавшись у подъезда, я почти влетела на третий этаж. Лебедев и Руслан молча курили на лестнице. При моём появлении их лица озарила радостная улыбка. Я стояла перед ними, опустив глаза, и изучала носы собственных ботинок. Не в силах себя сдерживать, они расхохотались. Я молча достала сигареты, закурила и стала ждать, когда они, наконец, успокоятся. Приступ прошёл минут через пять.

– Ну, объясни мне, как тебя угораздило? – спросил Руслан, обнимая меня. – Ты что, правила не учила?

– Я просто спешила. Сами же сказали быстрее.

– Это кто тебе такое сказал? – усмехнулся Кузнецов.

– Он, – указала я на Лебедева.

– Ах, он какой гад, – продолжил веселиться Руслан. – А своей головы у тебя нет и, что бывает за нарушение правил дорожного движения, ты не знаешь?

Они снова рассмеялись.

– Может, всё-таки расскажете, зачем я сюда так спешила! – не выдержала я.

Лица обоих сразу стали серьёзнее.

– Проходи, – кивнул Руслан, открывая дверь в квартиру.

– Где? – спросила я.

– В гостиной, – отозвался Лебедев.

Я толкнула дверь и замерла на пороге. Где-то я это уже видела. Похоже, маньяк разошёлся не на шутку. Третий труп за две недели.

– Знакомься, Принцесса, – возник за моей спиной Руслан. – Егерева Ирина Андреевна, двадцать один год, студентка училища культуры и искусств.

Я перевела взгляд на диван, залитый кровью. Девушка лежала вниз лицом, копна ярко-рыжих волос стыдливо прикрывала обнажённые плечи.

– Можно её перевернуть? – спросила я.

Руслан надел перчатки и выполнил мою просьбу. Я несколько минут рассматривала лицо девушки. Где-то я её видела, но где? К тому же сейчас оно было обезображено несколькими глубокими шрамами, так что было практически неузнаваемо. Я бросила взгляд на руки девушки. Аккуратные ноготки украшал французский маникюр. Но что это? Я присмотрелась. Под ногтями на правой руке я заметила кровь. Хотя её здесь было предостаточно, я всё же позвала Руслана.

– Что случилось? – спросил он, подходя ко мне.

– Посмотри на её правую руку.

– Ну и что? – пожал плечами Руслан. – Обычная кровь.

– Что-то мне подсказывает, что это его кровь, – высказала я предположение.

– Хочешь сказать, что она его оцарапала? – с сомнением спросил он. Я кивнула. – Это может быть её собственная кровь. Хотя экспертиза покажет.

– Тогда будем ждать результаты экспертизы, – грустно сказала я и занялась привычной бумажной работой.

Когда труп увезли, мы молча расположились на скамейке во дворе и закурили. Настроение было не к чёрту. Руслан как-то пытался разрядить обстановку, но, поняв, что мы с Лебедевым не настроены на веселье, замолчал. Андрей что-то сосредоточенно чертил носком ботинка на земле, а я глазела по сторонам.

– Чего расселись тут? – рявкнула женщина лет пятидесяти с очаровательной девчушкой, которая тут же направилась в песочницу, оставив недовольную бабушку выяснять отношения с нами. – Наплюют, накурят. С ребёнком невозможно на улицу выйти. Сейчас милицию вызову.

– Вызывайте, – устало сказала я.

– И вызову, – разозлилась женщина. – Ещё будет тут какая-то пигалица указывать, что мне делать. Да я тебе в матери гожусь.

– Не дай Бог, – буркнула я. Кузнецов и Лебедев молча наблюдали за нашей перепалкой.

– Тоже мне фифа нашлась! – разошлась женщина. – Нет, чтобы работать как все нормальные люди, а она сидит перед мужиками хвостом крутит.

Первым не выдержал Лебедев. Он достал удостоверение и молча сунул его под нос моей собеседнице.

– Вы, кажется, собирались вызывать милицию? – усмехнулся он. – Так мы уже здесь.

Мы с Русланом тоже предъявили удостоверения. Женщина непонимающе посмотрела на нас.

– Извинитесь перед девушкой? – спросил Лебедев. – Или сочтём это оскорблением сотрудника правоохранительных органов при исполнении.

– Ещё чего! Наберут всяких свиристелок в милицию! Извинений на всех не напасёшься!

Женщина продолжала что-то ворчать, а мы молча встали и отошли немного в сторону.

– Ну что, поехали? – предложила я.

– Куда? – оживился Руслан.

– Пиво пить, – съязвила я. – В Управление, куда ещё.

– Лучше бы пиво пить, – вздохнул Лебедев и направился к машине.

– Вот маньяка поймаем и напьёмся на радостях, – сказала я, сомневаясь сама в своих словах. – И Руслана с собой возьмём…

Следующее утро началось в кабинете Жукова. Он молча сидел в кресле, бросая на нас недовольные взгляды. Лебедев сидел за столом и что-то рисовал в блокноте. Я стояла у окна, практически усевшись на подоконник. О причинах плохого настроения начальника я догадывалась, но ничего не могла сделать, чтобы его улучшить. Я посмотрела на часы. Мы здесь уже двадцать минут, но ещё ничего не произошло.

– Мы кого-то ждём? – не выдержав, спросила я.

– Кузнецова, – бросил Жуков и снова замолчал.

Я кивнула и попыталась отвлечься, рассматривая свои руки. «Не мешало бы сделать маникюр», – подумала я. Страшно захотелось курить. Я достала сигареты, но под грозным взглядом Виктора Юрьевича убрала их обратно. Тишина уже начала напрягать. Я взяла бутылку с водой и полила цветы, с которыми сейчас делила подоконник. Жуков исподлобья наблюдал за моими действиями.

– Может, всё-таки оторвёшь свою пятую точку от подоконника, – недовольно сказал он.

Я нехотя покинула казавшееся мне безопасным окно, села напротив Лебедева и от нечего делать стала строить ему глазки. Андрей сегодня явно был не настроен на флирт и даже не улыбнулся, поэтому это мне скоро надоело. Я снова встала и прошлась по кабинету.

– Ты сядешь или нет! – рявкнул Жуков.

Я заняла своё место. Где носит Руслана? Ещё пять минут и эти двое пристрелят меня, потому что уже сейчас мне так и хотелось заорать и что-нибудь разбить. Словно услышав мои молитвы, в кабинет вошёл Кузнецов.

– Ну что скажешь? – спросили мы.

– Ничего нового, – пожал он плечами и расположился рядом со мной за столом, отдав папку Жукову.

– А кровь под ногтями? – тихо спросить я.

– Твоё предчувствие тебя не подвело, – ответил мне Руслан.

– О чём это вы? – спросил Жуков, прислушавшись к нашему разговору.

– Под ногтями гражданки Егеревой были обнаружены частички кожи и кровь, – начал Руслан. – Скорее всего, она принадлежит маньяку. Группа крови не совпадает с группой крови Егеревой.

– И что нам от этого? – спросил Жуков.

– Ровным счётом ничего, – ответил Руслан. – Но кровь достаточно редкая. Четвёртая, резус отрицательный.

Жуков закрыл папку и бросил её мне.

– Так, господа сыщики, – обратился он к нам. – Министр дал нам неделю на поимку преступника, я вчера разговаривал с ним, и он явно был не в духе.

– Это его нормальное состояние, – буркнула я.

– Кстати, вас, мадмуазель, он просил отстранить от расследования, – заметил Жуков.

– Ещё чего, – хмыкнула я. – Я начинала это дело и должна его закончить. Так ему и передайте.

– Лучше сообщи ему об этом сама, – посоветовал Виктор Юрьевич.

– Мы здесь собрались, чтобы обсуждать мои отношения с отцом? – вскипела я.

– А теперь серьёзно, делом заинтересовались в столице, не сегодня-завтра может нагрянуть комиссия с проверкой, так что опасения Сергея Валерьевича вполне обоснованы.

– То есть он пытается вывести меня из-под удара, подставляя остальных? – фыркнула я. – Нет уж, получать нагоняй, так со всеми вместе. Неужели вы сомневаетесь в моих профессиональных способностях?

– Я даже не думал об этом, – возмутился Виктор Юрьевич и продолжил, – в общем, приводим в порядок бумаги и пытаемся любыми путями выйти на след подозреваемого. У меня все. Идите, работайте.

Мы молча вышли из кабинета.

– Чёрт! – заорала я, когда мы немного отошли. – Что за привычка лезть в мою жизнь? Чаю хотите? – предложила я. Руслан и Андрей кивнули. – Тогда пошли ко мне. Заодно поболтаем о нашем неуловимом маньяке.

Я открыла кабинет, включила чайник и стала доставать чашки из шкафа. Во мне всё кипело. Какое право имеет отец вмешивать в мою работу и решать, чем мне можно заниматься, а чем нельзя? Со злости я бросила чашку в стену. Она разлетелась на мелкие кусочки.

– Эй, Логинова, прекращай боевые действия, – попытался вразумить меня Лебедев. – Ты всё-таки здесь не одна.

– Извините, – буркнула я.

– Так садись, – скомандовал Руслан. – А мы с Андрюхой за тобой немного поухаживаем.

– Дождёшься от вас, – усмехнулась я, но всё же села.

После двух чашек чая я уже была настроена на дружескую беседу.

– Ну, и какие мысли у вас? – спросил Руслан. – Кто с таким завидным постоянством подкидывает нам работу?

– Знали бы кто, давно бы посадили, – заметил Лебедев.

– Это точно, – кивнула я. – Что у нас получается? Молодой человек знакомится с симпатичными девушками. Девушки вполне самостоятельные и живут одни.

– Ну, прямо как ты у нас, – заметил Руслан.

– Не совсем, возраст девушек двадцать-двадцать два года, а теперь вспомни, сколько стукнуло мне. Ну, ладно. Что-то мы отвлеклись, – продолжила я рассуждения. – Значит, знакомятся. Пошли ухаживания, букеты, конфеты.

– И в один прекрасный момент девушка приглашает его в гости, – перебил меня Лебедев.

– И что дальше? – поинтересовался Руслан.

– А дальше труп с признаками насильственной смерти, – закончила я.

– Понятно, Принцесса, не води незнакомых мужиков домой, – наставительно изрёк Руслан.

– Да я и знакомых не вожу, – съязвила я, чем вызвала улыбку присутствующих.

– Но самое интересное в этой истории то, что обычно болтливые девушки практически ничего не рассказывают подругам о своём новом знакомом, – заметил Лебедев.

– А ты от этой пытался что-нибудь добиться? – кивнул Руслан в мою сторону. – Ведь молчит как партизан.

Я запустила в него печеньем.

– Что вы всё переводите на меня? – обиделась я.

– А кто молчал о том, что встречается с Вороновым, – поставил меня в тупик Руслан.

– Он-то здесь при чём? – спросила я.

– При том, дорогая моя, что если бы я тогда случайно не увидел тебя, мило беседующую с ним у Управления, отгадай с трёх раз, где бы ты сейчас была? – заметил Лебедев.

– Я тебе не дорогая, – буркнула я.

– Нет, ну вы посмотрите на неё, – воскликнул Руслан. – Ей про одно, а она совсем не по теме.

– А вы что, в подружки мне набиваетесь? – съязвила я.

– Почему? – хором спросили они.

– Слишком нездоровый интерес к моей личной жизни, – отрезала я.

Дискуссию прервал звонок телефона.

– Логинова, – отозвалась я, выслушала сообщение дежурного и вернула трубку на место. – Брат Егеревой объявился, поднимается, – пояснила я, заметив немой вопрос в глазах парней.

– Пойду к себе, – лениво поднимаясь, отозвался Руслан, – попробую покопаться в базах доноров. Вдруг, что интересное попадётся.

– Я могу остаться? – спросил Андрей. Я кивнула.

Руслан распрощался и вскоре уже покинул мой кабинет. Мы с Лебедевым быстро убрали следы недавнего чаепития, после чего я снова расположилась за столом, а Андрей отошел к окну, на ходу доставая неизменный блокнот, и замер у подоконника.

В дверь постучали.

– Да, – громко отозвалась я.

Дверь открылась, и в кабинет заглянул парень лет двадцати. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что передо мной действительно брат Ирины, такой же рыжеволосый. Высокий, нескладный, курносый нос с веснушками, светлые глаза, клетчатая рубашка, потертые джинсы и кеды. Парень водворился в кабинет и нерешительно застыл на пороге.

– Меня к вам направили, – тихо начал он, – Егерев Дмитрий Андреевич, я брат Ирины.

– Проходите, присаживайтесь, – кивнула я на стул напротив меня. – Логинова Валерия Сергеевна, – представилась я, – майор Лебедев Андрей Александрович, мы ведём дело об убийстве Ирины.

– Что произошло? Я только сегодня вернулся, а квартира опечатана, я к соседям, они и рассказали, что Иришки больше нет, – голос парня дрогнул.

– А где вы были? – поинтересовалась я.

– Мы с ребятами уезжали на фестиваль на несколько дней, я в группе музыкальной играю.

– Когда вы уехали? – задала я следующий вопрос.

– В понедельник. У меня и билеты на поезд остались, – парень полез по карманам и вскоре уже продемонстрировал нам помятые проездные документы.

– Эта квартира, она ваша?

– Нет, мы её с Иркой на двоих арендовали, – отозвался Дима, – мы из области, здесь в училище культуры учимся, с общежитием туго, вот и приходится снимать.

– А чем Ирина занималась помимо учёбы? – спросила я.

– Работала в клубе, – Дмитрий сказал название, которое смутно было мне знакомо. – Танцевала.

– Стриптиз? – на всякий случай уточнила я.

– Нет, что вы, – кажется обиделся Дима, – гоу-гоу, хотя родители и этого не одобряли, но как-то жить надо. Мы с ребятами выступаем на вечеринках, Ира танцевала.

– А что-нибудь о личной жизни Ирины вам известно?

– С нашими ни с кем Ирка не встречалась, говорила мелкие ещё, а так может кто-то и был у неё, в клубе полно народу ошивается. Но со мной она таким не делилась.

Я понимающе кивнула.

– Знаете, Дмитрий, – осторожно начала я, – убийство Ирины не первое, подобным образом убиты ещё две девушки и их знакомые утверждают, что совсем недавно у них появился молодой человек. Поэтому, если кому-то из ваших друзей или сокурсников что-то известно о парне Ирины, попросите их связаться с нами, – я протянула ему свою визитку.

– Вы найдёте его? – нерешительно спросил парень. – Понимаете, мы с Ирой двойняшки, всегда вместе, и теперь я потерял часть себя.

– Мы сделаем все возможное, – заверила его я.

Дмитрий ответил ещё на несколько вопросов, подписал бумаги и вскоре мы распрощались.

– Что будешь делать? – спросил Андрей, отлипаясь от подоконника и занимая стул, на котором совсем недавно сидел Дмитрий.

Я бросила взгляд на часы:

– Пожалуй, поеду в клуб, где работала Егерева.

– Давай лучше я, – неожиданно предложил Лебедев.

– Не стоит, – попыталась отмахнуться я.

– Тогда я поеду с тобой, – не унимался он.

– С чего это такой приступ трудоголизма? – не удержалась и съязвила я.

Андрей перегнулся через стол и посмотрел мне в глаза:

– Не хочу отпускать тебя одну в стан врага, – тихо сказал он. Я вопросительно уставилась на него. – Этот клуб принадлежит Воронову, – наконец пояснил Лебедев.

При упоминании Никиты я непроизвольно поежилась. Честно говоря, с тусовочной жизнью города я была мало знакома. Под яркими вывесками, как правило, действовали несколько юридических лиц, а об истинных владельцах увеселительных заведений можно было только догадываться. Так что появление Никиты в этой истории стало весьма неприятным сюрпризом. Пожалуй, Андрей прав, и лучше нам поехать туда вместе.

– Хорошо, – сдалась я, встретимся внизу минут через десять.

Где находится клуб, я примерно знала, не раз проезжала мимо, но внутри никогда бывать не приходилось. Хотя правильнее было бы назвать это заведение развлекательным центром. Помимо клуба здесь располагалось несколько баров и ресторанов, боулинг, казино и даже небольшая гостиница. Я оставила машину на ещё пустой парковке и в сопровождении Лебедева направилась к входу. В просторном холле было пустынно, я застыла на пороге, рассматривая шикарный интерьер. Откуда-то материализовался охранник – высокий бритый парень в строгом костюме.

– Мы ещё закрыты, – буркнул он, смерив нас оценивающим взглядом.

Я растерянно молчала. Андрей сориентировался быстрее, достал из кармана служебное удостоверение и сунул под нос парню:

– Начальника охраны позови.

Парень внимательно изучил «корочки» и отошел в сторону, на ходу доставая рацию, с кем-то поговорил и вскоре исчез за дверью с надписью «Вход только для персонала». Через несколько минут дверь снова открылась, и в холле появился мужчина лет сорока пяти в сером дорогом костюме, белоснежной рубашке и наспех завязанном галстуке.

– Андрей Александрович, какими судьбами? – расплылся он в улыбке, завидев нас.

– Служебные дела, – буркнул Лебедев, неохотно пожимая протянутую руку.

Похоже, его тут неплохо знали, что не удивительно. Андрей занимался делом Никиты, и, я думаю, ему неоднократно приходилось здесь бывать. А вот я себя чувствовала не в своей тарелке. Оказаться на территории, принадлежащей Никите Воронову, стало серьёзным испытанием для моей нервной системы, и я, едва переступив порог, уже пожалела о своем решении приехать сюда.

Наконец мужчина обратил свой взор на меня:

– Рокотов Николай Алексеевич, – представился он, – начальник охраны этого прекрасного заведения.

– Старший лейтенант Логинова, – отозвалась я.

– Валерия Сергеевна?! – расцвел в улыбке мужчина и попытался приложиться к моей руке, которую я поспешила отдернуть. – Рад знакомству, столько слышал о вас, – ничуть не смутившись, продолжил он, с интересом рассматривая меня.

Я мысленно закатила глаза, представив, что данный человек мог слышать обо мне, учитывая, кто был его работодателем, да и то, что он не знает меня в лицо, было весьма сомнительно для начальника охраны. Ну, что ж, посмотрим, что получится из этого спектакля?

– Прошу, прошу в мой кабинет.

Николай Алексеевич проследовал к двери для персонала, и нам ничего не оставалось, как направиться за ним. Пройдя длинный коридор, мы наконец оказались в просторном кабинете начальника охраны, хотя обстановка здесь была достаточно спартанской, то есть необходимый минимум: стол, несколько стульев, шкаф для документов.

– Чай, кофе? – продолжал демонстрировать гостеприимство Рокотов.

Мы отрицательно покачали головой.

– Ну что ж, – приуныл Николай Алексеевич, – чем обязан столь неожиданному визиту?

– Нас интересует Егерева Ирина Андреевна, – начал Лебедев, – она работала у вас.

– Егерева, Егерева, – задумался Рокотов. – А, девочка из подтанцовки, рыженькая такая. А что собственно случилось?

– Её убили в ночь со среды на четверг.

Андрей кратко обрисовал обстоятельства гибели Ирины, а я, всецело отдав инициативу Лебедеву, лишь изредка кивала.

– Дела, – покачал головой Рокотов и защелкал мышкой, – так, в среду она как раз работала, сами понимаете, середина недели, народу немного, поэтому девочки закончили раньше обычного и около двенадцати уже разъехались по домам.

– В тот вечер Ирина ушла с работы одна?

– Вот этого точно сказать не могу, мы вообще-то оплачиваем девушкам такси до дома или кто-то из водителей клуба развозит, сами понимаете, безопасность прежде всего, нам лишние проблемы не нужны, но как в тот вечер добиралась Ира, наверное, лучше у девушек уточнить, сегодня как раз их смена.

– А поклонники у Ирины были?

– Может и были, – пожал плечами Рокотов. – Но только за пределами клуба.

– Почему? – заинтересовалась я.

– У нас запрещены романтические отношения между сотрудниками, – пояснил Николай Алексеевич, – в противном случае увольнение.

– А клиенты? – не унималась я.

– Клиенты у проституток, а у нас гости, – с улыбкой поправил меня Рокотов. Я залилась краской. – В общем-то, тоже касается и гостей, особенно постоянных. Клуб лучший в городе, и мы заботимся о своей репутации.

Я мысленно скривилась. О да, не клуб, а институт благородных девиц. Что-то не очень верится. Впрочем, в данный момент меня больше интересовало убийство Ирины и других девушек, а с темными сторонами этого заведения пусть разбираются коллеги из других отделов.

– Тем не менее, не исключено, что в тот вечер Егерева могла покинуть клуб не одна, – вмешался в нашу дискуссию Лебедев. – Записи с камер наблюдения мы можем посмотреть?

– Конечно, – кивнул Николай Алексеевич, – но без соответствующего постановления я не имею права, – тут же заюлил он.

– А с девушками хотя бы можно поговорить? – продолжил Андрей.

– Вот это, пожалуйста, сколько угодно.

Сопровождаемые Рокотовым, мы покинули его кабинет и направились в гримерку, где несколько девушек уже вовсю готовились к вечернему выступлению. Задав им стандартные вопросы и получив не менее стандартные ответы, мы так и не смогли разжиться хоть какими-то сведениями о парне Ирины. Ясно стало только одно, в тот вечер Егерева действительно задержалась в клубе и не поехала с остальными по домам. Вся надежда была на камеры.

Николай Алексеевич внимательно следил за нашей беседой с девушками, после чего препроводил нас к выходу. Оказавшись на улице, я с облегчением вздохнула.

– Пренеприятный тип, – заметила я, направляясь к стоянке. Андрей тихо выругался и я мысленно с ним согласилась.

Я села в машину, но трогаться не спешила. Просто откинулась на спинку кресла, пытаясь прийти в себя. Потом достала сигареты, чиркнула зажигалкой, раз-другой, но чёртова штука так и не заработала. Видя мои мучения, Андрей отобрал её у меня и помог мне прикурить. После пары затяжек я смогла унять дрожь в руках.

– Ты в порядке? – спросил Лебедев, внимательно наблюдая за мной.

– Да, – кивнула я. – Ты сейчас домой?

– Нет, в Управление, – отозвался Андрей, – у меня ночное дежурство.

– Ясно, пожалуй, я тоже вернусь, подготовлю запрос об изъятии записей с камер.

– А смысл? – возмутился он. – Завтра все равно выходной, кто тебе его согласует?

– Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, – наставительно изрекла я, завела мотор и направилась в сторону родного Управления.

Домой я вернулась достаточно поздно, долго стояла под горячим душем, пытаясь смыть с себя этот день, а потом, не без помощи медикаментов, заснула на диване в гостиной.

Субботу я посвятила наведению порядка. Лебедев не звонил, хотя с чего я вдруг решила, что он непременно должен это сделать, зато ближе к обеду объявился Кирилл. Я уже думала, что он давно стёр мой телефон, поэтому удивилась, увидев его номер на определителе.

– Да, – ответила я.

– Привет, – сказал он. – Как дела?

– Нормально, а ты куда пропал?

– Ездил в командировку. Давай встретимся сегодня вечером? – предложил он.

– Куда пойдём на этот раз? – проявила я интерес.

– Парк культуры и отдыха подойдёт?

– Сто лет там не была.

– Тогда в шесть у центрального входа.

– Отлично.

Мы попрощались. Я посмотрела на часы и стала собираться. Осень сжалилась над горожанами и после непрерывных дождей послала нам тёплый, почти летний денёк. Я минут двадцать стояла перед шкафом, решая, что надеть. Потом всё-таки достала кофточку, которую приобрела в прошлую субботу, и узкие джинсы. Так, осталось только подобрать обувь. Кроссовки отметаются сразу, впрочем, ботинки тоже. Придётся надевать туфли на каблуках. Я оделась, немного подкрасила глаза и губы. Потом причесалась, взглянула в зеркало и осталась довольна своим внешним видом. Взяла ветровку и вышла на улицу. До парка от моего дома идти минут пять, поэтому я оставила машину скучать у подъезда.

Кирилл уже ждал меня у входа в парк.

– Прекрасно выглядишь, – заметил он, когда я подошла к нему.

– Ты тоже. Что у тебя с лицом? – спросила я, заметив чуть затянувшиеся царапины на его щеке.

– Порезался, когда брился, – объяснил он. – Так торопился на встречу с тобой. Ну что, с чего начнём?

– Давай просто погуляем, – предложила я.

Он согласно кивнул. Около часа мы бродили по аллеям парка, болтая о всякой ерунде. Кирилл вдохновенно рассказывал мне о своей поездке. Я внимательно слушала и собирала жёлтые листья, падавшие с деревьев. Мне ужасно захотелось пить, и я купила бутылку минералки. Кирилл вызвался помочь мне её открыть. Крышка долго не поддавалась, а когда, наконец, открылась, нас окатил фонтан брызг. Больше всего досталось Кириллу, потому что его куртка была совершенно мокрая. Глядя на него, я невольно рассмеялась.

– Пойдём ко мне, – предложила я. – Куртку необходимо высушить, не то ты замерзнешь. Я здесь недалеко живу.

– Пошли, – согласился Кирилл, снял ветровку и понёс её в руках.

– Прошу, – сказала я, открывая дверь в квартиру.

– Ты одна живёшь? – спросил Кирилл, оглядываясь.

– До недавнего времени вместе с Игорем, а теперь одна. Кофе хочешь? – предложила я.

– Не откажусь, – ответил он и разместился в гостиной на диване.

Я отправилась в кухню и начала варить кофе.

– У тебя много юридической литературы, – заметил он. – Хобби?

– Почему? Я окончила юридический институт МВД, – пояснила я.

– Ничего себе, – удивился он. – А по тебе и не скажешь. Работаешь по специальности?

– Конечно.

– И где? – поинтересовался Кирилл.

– Следователем в главке, – как ни в чём не бывало, ответила я.

Кирилл замолчал, я доварила кофе и разлила его по чашкам. Вернулась в гостиную и села на диван напротив него. Мы молча пили кофе, а я наблюдала за Кириллом. Внезапно меня озарило. Последняя девушка! Я вспомнила, где я её видела. Это она была тогда в клубе с Кириллом. Значит, царапины на его щеке вовсе не порезы от бритвы. От этих мыслей стало не по себе. Но выходило, что убийца Ирины сейчас сидит передо мной в моей собственной квартире. Мозг заработал с удвоенной силой. Что мне делать? Конечно, это может быть только плодом моей больной фантазии. Но я уверена, что тогда в клубе я видела Кирилла именно с Ириной. И если он действительно убил её, значит убийство Натальи и Елены тоже его рук дело. Отпускать его сейчас нельзя. Узнав, что я следователь, он навряд ли захочет со мной встретиться ещё раз. Я посмотрела на чашку в его руках. По крайней мере, у меня теперь есть его отпечатки пальцев.

– Что-то случилось? – спросил он. – Ты побледнела.

– Ничего, – вынырнула я из своих размышлений. – Всё в полном порядке, – попыталась улыбнуться я.

Надо срочно звонить Лебедеву. А вдруг я не права? Опять у них с Русланом будет повод посмеяться надо мной. В голове моментально созрел план.

– Хочешь ещё кофе? – спросила я.

Кирилл кивнул. Я отправилась в кухню. Сделав вид, что ищу что-то в шкафу, я достала снотворное. Хорошо догадалась купить новую упаковку вместо той, которую у меня изъял Лебедев после моей попытки свести счёты с жизнью. План был очень прост. Сейчас напою Кирилла кофе со снотворным, а потом, когда он заснёт, звоню Лебедеву. Даже если он не имеет отношения к убийствам, может, расскажет что-нибудь об Ирине. Хотя, учитывая, какими влюблёнными глазами она смотрела на него, сомневаюсь, что у неё был кто-то ещё. Стоп! Когда я видела их в клубе, Кирилл, по его словам, был в командировке. Значит, он меня обманул. Только если у него нет брата-близнеца…

Навесив улыбку, я вернулась в гостиную. Кирилл наблюдал за мной и, когда я отвернулась, сделал вид, что случайно уронил чашку. Я посмотрела на ковёр. Коричневая жидкость моментально впиталась в него. Чёрт! У меня больше не будет возможности подсыпать снотворное. Я нагнулась, чтобы поднять чашку. Чем я думала в этот момент, я не знаю. Но Кирилл моментально воспользовался ситуацией. Он легко намотал мои волосы на руку и дёрнул на себя. Я упала на колени.

– Что, дрянь, думала обвести меня вокруг пальца, – прошипел он.

– Ты о чём? – хлопнула я глазами. – Пусти меня.

– Ещё чего захотела. Строила из себя невинную овечку, а сама ментом оказалась.

– А что ты имеешь против моей профессии? – спросила я.

– Дуру из себя не строй, – усмехнулся он.

– Значит, это ты убил этих девушек? – всё же решила спросить я.

– Я, – согласился он. – А сейчас я убью тебя.

– Меня-то за что? – проявила я интерес. – Насколько я помню, мы познакомились ещё до первого убийства. И я до сегодняшнего дня не имела понятия, кто ты.

– Зато теперь ты знаешь обо мне всё.

Я не удержалась и рассмеялась. Кирилл с интересом наблюдал за мной, не понимая, почему известие о скорой кончине вызывает во мне столь бурную радость.

– Что с тобой? – с подозрением спросил он.

– Черт, какие же фокусы проделывает с нами жизнь. Я искала маньяка по всему городу, а оказывается, что хорошо его знала. Это дело поручили мне, – продолжала веселиться я.

– Считайте, что это ваше последнее дело, Валерия Сергеевна, – усмехнулся Кирилл.

Я заметила, как в его руках блеснул нож. Я попыталась вырваться, но вскоре пожалела об этом. Кирилл, заметив мою попытку, легко скользнул лезвием по моей щеке. Я взвыла от боли и почувствовала вкус крови. Он повалил меня на диван и начал срывать одежду, легко орудуя ножом и оставляя многочисленные порезы на моём теле. Когда он немного ослабил захват, я поняла, что надо действовать. Я собралась и со всей силы ударила его коленом в живот. От неожиданности он отлетел в сторону. Я вскочила с дивана и бросилась в коридор. Мне бы только добраться до двери, всполошить соседей, оружие, к сожалению, было в сейфе, и в данный момент воспользоваться им я не могла. Словно прочитав мои мысли, Кирилл одним прыжком преградил мне дорогу. Я отступила, пытаясь взглядом отыскать что-нибудь для самообороны. В ход пошло всё, что попадалось под руку. Битва с переменным успехом продолжалась минут десять. Кирилл в очередной раз ударил меня, но я смогла удержаться на ногах. Я вытерла кровь с лица, пытаясь отдышаться и понять, что он намерен делать дальше. Он подошёл ко мне, снова схватил за волосы и ударил по лицу. Я упала на пол.

Всё. Я больше не могу. Я лежала на животе, жадно глотая воздух, не в силах даже повернуться к нему лицом. Почувствовала, как он приблизился ко мне и попытался снять с меня джинсы. Я повернула голову, на расстоянии вытянутой руки от меня лежала рамка с фотографией. Я попыталась достать её. Вскоре мне это удалось. Кирилл, занятый молнией, не заметил моего маневра.

– Игорь, помоги мне, – прошептала я, резко повернулась и со всей силы ударила его рамкой по голове. На мгновение он замер, а потом рухнул, придавив меня к полу.

Я осторожно выбралась из-под него. Надо что-то делать. Он скоро придёт в себя. Чёрт, у меня даже наручников нет. Я начала проверять содержимое шкафов, пытаясь отыскать хоть что-то, чем можно было бы его связать. Скотч! На прошлой неделе я купила два рулона. Я принесла их и на мгновение застыла, прикидывая, с чего начать. Потом размотала немного, и связала Кириллу руки. Дальше дело пошло веселее. Я умудрилась дотащить его до стойки, разделявшей кухню и гостиную и, вдохновенно орудуя зубами, чтобы разорвать скотч, примотала Кирилла к ней. Когда оба рулона кончились, я удовлетворённо осмотрела получившийся кокон. Что-то он не приходит в себя. Не могла же я его убить. Я положила руку на его шею и нащупала пульс. Нет, жив. Так, что делать дальше?

– Надо позвонить Лебедеву, – пробормотала я и отправилась на поиски телефона.

Дрожащими руками я нашла в телефонной книге номер Андрея и нажала «Вызов». Послышались длинные гудки. Один, второй, третий…

– Ответь, ну, пожалуйста, – взмолилась я.

– Да, – наконец услышала я сонный голос Лебедева.

– Андрей! – заорала я. – Я поймала его!

– Кого? – не понял он.

– Маньяка!

– Где ты? – спросил он, всё ещё слабо соображая.

– У себя дома, – отозвалась я и кратко обрисовала сложившуюся ситуацию.

Лебедев грязно выругался. Конечно, наивно с моей стороны было полагать, что взрослый мужчина не знаком с ненормативной лексикой. Но такого количества, причём в мой адрес, я уж точно не ожидала.

– Я сейчас приеду! – рявкнул он, закончив речь, в которой, по словам какого-то юмориста, приличными словами были только предлоги, и отключился.

Я вышла в коридор, прикрыв дверь в гостиную, и стала ждать. Кажется, прошло всего несколько минут, и я услышала звонок в дверь. Я пошла открывать. Двое парней из нашего отдела застыли на пороге. Сзади мелькнуло бледное лицо Лебедева. Я бросила взгляд в зеркало и поняла, что ввело парней в такой ступор. Мама дорогая, где-то я уже видела эту картину, причём не один раз. Забыв о гостях, я принялась рассматривать своё отражение. Видок у меня был ещё тот. Если описать в двух словах, то выглядела я примерно как трупы девушек, которые с завидным постоянством попадались мне в последнее время. Только не хватало перерезанного горла. А в остальном абсолютное сходство: порванная одежда, многочисленные кровоточащие раны по всему телу, а ещё огромные бешеные зелёные глаза на белом как мел лице. Про волосы я вообще молчу. Но, кажется, сегодня я лишилась доброй части своей золотисто-русой шевелюры.

– Он там, – прошептала я, указывая на дверь в гостиную, прижалась к стене и начала медленно сползать на пол. Я уже собралась лишиться чувств, но чьи-то сильные руки подхватили меня и помогли принять вертикальное положение. Справившись с головокружением, я открыла глаза.

– Ну, и чем ты хотела меня порадовать? – улыбнулся Лебедев, обнял меня за плечи и повёл в гостиную.

Парни молча стояли вокруг Кирилла и с недоумением смотрели на него, прикидывая как освободить его от скотча.

– Ничего себе! – присвистнул Лебедев, окинув взглядом представшую картину. – Ребята, он хотя бы живой?

– Живой. Что с ним сделается? – ответил один из парней, а другой обратился ко мне:

– Валерия Сергеевна, а где у вас ножницы можно взять?

– Не знаю, – пожала я плечами.

– На кухне, где ножи, – вмешался Лебедев и спросил меня. – А ты чем же скотч разрезала?

– Зубами, – выдавила из себя я.

Парни дружно улыбнулись. Кирилл начал приходить в себя и открыл глаза. Ребята, наконец, отвязали его от стойки и поставили на ноги. Он посмотрел на меня ненавидящим взглядом и прошипел:

– Убью, сука!

– Сначала выйди из тюрьмы, а потом посмотрим, – кивнула я.

– С Логиновой лучше не связываться, – заметил один из парней. – Себе дороже будет.

– Ладно, забирайте его к нам, – чертыхнувшись, сказал Андрей, – Пока на сутки до выяснения личности, а завтра оформим, как положено. Я пока остаюсь здесь.

Парни кивнули и вскоре уже вывели Кирилла из комнаты. Через пару секунд хлопнула входная дверь…

– Логинова, ты идиотка! – набросился на меня Лебедев. – Ну, можешь ты мне объяснить, как ты умудряешься с таким постоянством влипать в истории?! За месяц тебе два раза чуть не свернули шею! Где ты его отрыла?! Вчера только был разговор на эту тему! Расскажу Руслану, он не поверит!

Андрей продолжал на меня орать, нервно меряя шагами комнату, а я стояла и молча рассматривала ковёр. Конечно, надо было что-то сказать в своё оправдание, но голова совершенно отказывалась соображать.

– Не ори на меня! – наконец не выдержала я.

– Да тебя убить мало! – буркнул Лебедев, но всё же замолчал.

Он сел на диван и несколько минут неотрывно смотрел на меня.

– Надо обработать раны, – уже спокойным тоном сказал он. – Где у тебя аптечка?

– На кухне в шкафу, – отозвалась я.

Лебедев встал и направился в кухню. Через пару минут он вернулся с аптечкой и чистым полотенцем.

– Раздевайся, – скомандовал он.

– Ещё чего, – возмутилась я, но он подошёл ко мне и уверенным движением стащил с меня тунику и джинсы, точнее то, что от них осталось.

– Хорошая была кофточка, – заметил Лебедев. – Со следующей зарплаты куплю тебе такую же.

С чего это такой приступ щедрости? Хотя о чём это я? Стресс действительно сказывается на мне отрицательно. Стою перед мужчиной в одном белье и думаю о всякой ерунде…

Пытка длилась около часа. Я сидела на диване, изредка постанывая от боли, и наблюдала за действиями Андрея. Пикантная на первый взгляд ситуация не вызывала у него никаких эмоций. Он сосредоточенно обрабатывал мои раны йодом и накладывал повязки. Я в очередной раз завыла.

– Терпи, Логинова, – тихо сказал он. – Сама виновата. Хотя твоя самодеятельность вполне может потянуть на новую звёздочку. Тебе когда очередное звание получать?

– Через полгода, – отозвалась я.

– Ставлю ящик пива, что в следующем месяце тебе дадут капитана, – сказал он.

– Идёт, – согласилась я. – Если не дают, то пиво получается с меня?

– С тебя оно в любом случае. Кажется всё. Но шрамы могут остаться, – заметил он, осматривая результаты своей работы.

– Ну и что? – пожала я плечами.

– Шрамы – украшение мужчины, а такой симпатичной девушке они не к чему, – отозвался он.

– А я буду исключением. Можно одеваться, доктор? – съязвила я.

– Если хочешь, оставайся так, – усмехнулся он, чмокнул меня в плечо и отправился мыть руки.

Я пошла в спальню, чтобы одеться. Неожиданно в дверь позвонили.

– Андрей, открой, – крикнула я.

– И ты здесь? – услышала я недовольный голос отца.

О, чёрт! Ему уже доложили!

– Где эта ненормальная?! – продолжил он.

– Если ты обо мне, то я здесь, – громко сказала я, появляясь в прихожей.

Отец в два шага приблизился ко мне. Его лицо пылало гневом, а в глазах мелькнул недобрый огонёк. Он был в ярости. Несколько секунд он неотрывно смотрел на меня, а потом залепил пощёчину. От неожиданности я отлетела в сторону и взвыла от боли, потому что удар пришёлся как раз по той щеке, которая в неравной битве с ножом Кирилла пострадала первой. Повязка слетела, и я почувствовала вкус крови на губах. Лебедев удивлённо наблюдал за происходящим, прикидывая, стоит ли ему вмешаться или позволить нам с отцом самим выяснить отношения.

– Приведи себя в порядок. Нам надо серьёзно поговорить, – бросил папочка и направился в гостиную. – Тебя это тоже касается, – сказал он, проходя мимо Андрея.

Воспользовавшись ситуацией, я скрылась в ванной. Взглянув в зеркало, включила воду и стала умываться. Рана продолжала кровоточить. Сама не понимая почему, я разревелась. Хотя причина была вполне очевидна. Сегодня отец превзошёл самого себя. Он ударил меня в присутствии постороннего человека. Конечно, в пору моей бурной юности мне иногда приходилось получать затрещины от дорогого родителя за мои выкрутасы. Но, как правило, это происходило без свидетелей, и даже Жанна предпочитала скрываться в другой комнате, если видела, что отец не в духе.

Я сидела на краю ванны, глотая слёзы, когда кто-то постучал в дверь. Через пару секунд в ванную заглянул Лебедев. Я поспешно вытерла глаза и попыталась улыбнуться. Он приблизился ко мне и помог заклеить рану. Я заглянула ему в глаза. Они выражали такую боль, как будто он, а не я получил сейчас по лицу. Андрей обнял меня и минут пять не отпускал.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Да, – кивнула я. – Извини, что стал свидетелем такой неприятной сцены.

– И часто у вас такое бывает? – поинтересовался он.

– Не очень, не знаю, что на него нашло. Где он сейчас?

– В гостиной пьёт таблетки, мне кажется, он очень переживает.

– Но это не мешает ему давать мне по физиономии. Ну что, пошли на расстрел?! – усмехнулась я, причесалась, собрала волосы в хвост и вышла из ванной.

Отец сидел в гостиной на диване. Весь его облик не предвещал ничего хорошего. Он набросился на нас ещё с порога.

– Вы что, с ума сошли?! И чья это была идея?! Додумались ловить маньяка на живца! Ладно, у моей дочери с головой проблемы, но ты, Лебедев, о чём думал? Как ты позволил ей рисковать собственной жизнью?!

Мы стояли как провинившиеся школьники в кабинете директора, а отец вдохновенно нас отчитывал. Через пять минут его пламенной речи мне стало понятно, в чём нас обвиняют. В общих чертах смысл был в том, что моя сегодняшняя встреча с Кириллом была не случайной, а часть какого-то плана, который мы с Лебедевым якобы разработали для поимки маньяка.

– Уволю обоих! – закончил отец. – Завтра же лично подпишу приказ!

– Андрей здесь ни при чём, – наконец смогла я вставить слово. – Я познакомилась с Кириллом случайно и до сегодняшнего вечера понятия не имела, кто он такой.

Отец переменился в лице. Я сжалась, подумав, что сейчас он снова меня ударит.

– Ты смерти моей хочешь?! Ну, где ты находишь этих отморозков? Сначала Воронов, потом этот Кирилл. Или у тебя после смерти Медведева крышу окончательно снесло?

– При чём здесь Игорь? – побледнела я.

– Когда вы были вместе, ты хотя бы не знакомилась со всеми подряд. И не лезла, куда тебя не просят. Почему ты ослушалась моего приказа? Я же сказал Жукову, чтобы он отстранил тебя от расследования. Только не говори мне, что он тебе это не сообщал. Он передал мне твои слова.

– Раз ты об этом вспомнил, – повысила голос я, – не смей больше вмешиваться в мою работу. У меня есть непосредственный начальник, который решает, чем мне заниматься, а чем нет. Так что прошу тебя не портить мою репутацию в отделе. А то и так многие считают меня папенькиной дочкой. Я уже вполне самостоятельна и не хочу, чтобы из-за тебя мне делали какие-то поблажки. А теперь я прошу тебя уйти.

– Значит, ты меня выгоняешь? – спросил отец.

– Можешь считать, что это так, – кивнула я.

– Ну, хорошо, – бросил он и, совершенно неожиданно для меня, ушёл.

Когда за отцом захлопнулась входная дверь, я села на диван и расхохоталась. Лебедев удивлённо посмотрел на меня.

– Что с тобой? – спросил он.

– С меня пиво, – громко объявила я. – Внеочередное звание отменяется. Может, сходишь в магазин сам, а то у меня такой вид. Заодно отметим наше увольнение. Извини, не хотела тебя вмешивать, но если папа сказал, значит, завтра нас уволят. Хотя нет, завтра воскресение. Но в понедельник точно. Чёрт, куда же мне теперь податься? Я же ничего не умею делать. Стрелять и водить машину не в счёт. О, пойду телохранителем. Как думаешь, возьмут?

– С тобой точно всё в порядке? – снова спросил Лебедев. – Что ты несёшь?!

Я замолчала, поняв, что действительно несу всякую чушь. Андрей уже должно быть усомнился в моём психическом здоровье.

– Я хочу есть, – сменила я тему и отправилась в кухню. – Составишь мне компанию? – спросила я Андрея, изучая содержимое своего холодильника.

– Я могу считать это приглашением на ужин? – усмехнулся он.

– Ага. Как насчёт спагетти под грибным соусом? – спросил я, извлекая пакет замороженных шампиньонов из морозилки.

– Съем всё, что приготовлено женскими руками, – отозвался Лебедев. – Честно говоря, уже надоело питаться пельменями и бутербродами.

– Ты что, не умеешь готовить? – удивилась я.

– Почему, умею. Я, между прочим, с двадцати лет живу один, так что уж готовить научился, да только некогда всё.

– Понятно, – кивнула я и занялась приготовлением ужина.

Лебедев в это время немного привёл в порядок гостиную, убрав разбросанные вещи и осколки. Когда я вернулась с двумя дымящимися тарелками, он сидел на диване и с интересом рассматривал нашу фотографию с Игорем.

– Ты этим его ударила? – спросил он, показывая мне разбитую рамку, испачканную кровью.

– Чёрт, опять разбила, – сказала я и замолчала.

Лебедев отложил фотографию в сторону. Мы молча поужинали.

– Сколько лет этой фотографии? – неожиданно спросил Андрей.

– Три года, – спокойно ответила я. – Эту фотографию сделал Руслан, когда мы праздновали тридцатилетие Игоря.

– Ты изменилась, – заметил он.

– Конечно, – согласилась я. – Я же постарела на три года.

– Я не это имел в виду.

– А что? – поинтересовалась я.

– Ты действительно повзрослела. Стала, как бы это сказать, более женственной. Здесь ты больше похожа на подростка.

– Я знаю. В том, какая я есть сейчас, очень большая заслуга Игоря. Ради него я менялась.

– Вы только начинали встречаться? – спросил Андрей.

– Мы были на финишной прямой, – усмехнулась я.

– К чему? – не понял Лебедев.

– К моей постели, – неожиданно разоткровенничалась я.

– Вы ещё не были любовниками?

– Нет, только в тот вечер после праздника я стала женщиной.

– Игорь был у тебя первым? – не поверил Лебедев.

– А что здесь такого? – пожала я плечами. – А ты вторым.

– А как же Воронов? – спросил Андрей.

– С Никитой у меня ничего не было. Да и как меня угораздило переспать с тобой, я сама до сих пор не понимаю.

Не знаю, что со мной произошло. Или это последствия стресса, или обаяние Лебедева, а может два бокала вина, которые я выпила за ужином, но сейчас я свободно могла общаться с ним на достаточно интимные темы, касающиеся моей личной жизни. Раньше на подобную откровенность меня мог спровоцировать только Руслан.

– Ты уникальная девушка, – заметил Лебедев. – Игорю очень повезло с тобой. Вы были бы идеальной парой.

– Да, только судьба распорядилась по-своему, – загрустила я. – А твоя жена разве не была уникальной?

– Почему ты так решила?

– Ну, что-то же заставило тебя жениться на ней, – пояснила я свою мысль.

– Да я и сам не понимаю, – отозвался он. – Наверно, я когда-то её любил, потом ненавидел, а теперь мне всё равно… Кстати, Лиля до меня встречалась с Игорем, и именно он нас познакомил.

– Ты увёл девушку у лучшего друга? – удивилась я.

– Нет, она сама от него ушла. Игорь собирался после окончания института вернуться в свой город, а Лиля не хотела бросать учёбу и уезжать с ним. Через пару лет мы случайно встретились с ней на улице, и началось…

– Вы достаточно долго прожили вместе. Почему у вас не было детей? – спросил я.

– Лиля не хотела, говорила, что на мою зарплату ребёнка воспитать невозможно. Знаешь, иногда мне кажется, что она сама была ребёнком, глупым и избалованным ребёнком. Извини, я больше не хочу говорить на эту тему, – отрезал Андрей. – Уже поздно. У тебя сегодня был трудный день. Тебе нужно отдохнуть, а я пойду домой.

Он резко встал и вышел в коридор. Я последовала за ним, привалилась к стене и молча ждала, когда он обуется и наденет куртку. Он открыл дверь и посмотрел на меня. Наши глаза встретились, и он улыбнулся.

– Ты не хочешь, чтобы я уходил? – неожиданно спросил он.

– Не знаю, – пожала я плечами.

– Одно твоё слово и я останусь.

Я молчала. Он закрыл дверь и приблизился ко мне.

– Я жду, – тихо сказал он.

– Чего? – не поняла я.

– Твоего решения.

Он стоял рядом и неотрывно смотрел мне в глаза. В глубине души я уже знала ответ, но не могла произнести ни слова. Молчание затянулось.

– Ты же говорил, что у меня всё написано на лице, – вспомнила я.

Он кивнул, обнял меня и запечатлел на моих губах долгий поцелуй. Он всё понял правильно. Сегодня я хотела быть с ним. Я знала, что совершаю очередную глупость, что потом пожалею об этом. Но его глаза заставляли забыть обо всём на свете. О том, что я сегодня едва не рассталась с жизнью, о ранах по всему телу, причинявших нестерпимую боль при каждом движении, о ссоре с отцом и даже об Игоре… Хотя о нём я помнила всегда, ведь на меня снова смотрели его глаза, карие и немного грустные, странным образом оказавшиеся на лице другого человека…

Коварный соблазнитель Лебедев как всегда блестяще провернул свою афёру. Ему снова удалось затащить меня в постель, обставив дело так, как будто я сама этого захотела. Примерно такие мысли посещали мою голову, когда я лежала на собственной кровати, уткнувшись лицом в подушку, и пыталась восстановить дыхание. Приступ самобичевания начался даже раньше, чем я предполагала.

– Логинова, ты извращенка, – заявил Лебедев, рассматривая шикарный комплект постельного белья, усыпанный алыми розами.

Как я уже успела заметить, после близости его просто распирает поговорить. Причём на такие темы, которые мой обалдевший от только что произошедшего организм воспринимать совершенно отказывается. Вот и сейчас, с трудом оторвавшись от подушки, я уставилась на него непонимающими глазами.

– Как можно спать в такой клумбе? – как ни в чём не бывало, продолжил он.

Наконец сообразив, о чём он говорит, я снова рухнула на подушку.

– Все вы, мужики, одинаковые, – проворчала я. – Игорь сказал то же самое, когда я похвасталась ему своим приобретением. Между прочим, у меня их два, и мне они очень нравятся.

В своё время я, случайно зайдя в магазин, отдала за этот комплект внушительную часть своего бюджета. А через пару дней, когда получила зарплату, приобрела второй точно такой же.

– У меня скоро выработается комплекс, – сказала я после недолгой паузы.

– По какому поводу? – поинтересовался Лебедев.

– Потому что в последнее время я привлекаю мужчин исключительно с синяками по всему телу и разбитой физиономией, – пояснила я.

– Просто так ты более доступна, – усмехнулся он.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.

– Ты сильная девушка, – пояснил он. – Очень сильная. И даже в такие моменты не показываешь свою слабость. И это отпугивает людей, которые слабее тебя. Вспомни хотя бы Воронова, он, сам того не осознавая, боялся тебя… И только, человек, который сильнее тебя, всегда может понять, что происходит с тобой на самом деле, как это было у вас с Игорем. Ты подсознательно выбираешь мужчин, которые сильнее тебя…

– Хочешь сказать, что ты сильнее меня? – спросила я.

Он кивнул, а я набросилась на него и принялась щекотать. Он рассмеялся. Когда ему это надоело, он с лёгкостью отбросил меня на кровать и, навалившись сверху, спросил:

– Ну что, Валерия Сергеевна, сдаётесь?

– Не дождётесь, Андрей Александрович, – улыбнулась я и попыталась ещё что-то возразить, но он предусмотрительно закрыл мне рот поцелуем…

Я открыла глаза и посмотрела на часы. Два часа ночи. Андрея рядом не было, но примятая подушка и простынь ещё хранили тепло его тела. Я встала, набросила халат и отправилась на поиски Лебедева. Пропажа нашлась в кухне. Андрей стоял у окна и задумчиво курил. Услышав мои шаги, он обернулся, взял меня за руку и притянул к себе. Он обнял меня сзади, скрестив руки у меня на животе, зарылся лицом в мои волосы и поцеловал в затылок. Я немного повернула голову, пытаясь заполучить поцелуй в губы…

– Лера, я люблю тебя, – тихо сказал он.

– А я люблю Игоря, – честно призналась я.

Похоже, Лебедев ожидал услышать что-то другое, и мой ответ ему не очень понравился. Он резко выпустил меня из объятий и вышел из комнаты. Я осталась на месте, пытаясь понять, что вызвало у него такую реакцию. Я слышала, как он ходит по квартире, видимо, пытаясь найти свою одежду. Потом хлопнула входная дверь. Он ушёл…

Я закурила и вышла на балкон. Было холодно, и шёл дождь. Несмотря на поздний час, из студенческого общежития по соседству доносились голоса и громкая музыка. Я стояла и смотрела в темноту, не чувствуя холода. Чёрт дёрнул его объясняться мне в любви. И что я могла ответить? Ничего. Я вернулась в спальню, выключила ночник, легла на кровать и натянула одеяло до подбородка.

Хорошо, что он ушёл… Так будет лучше и для него, и для меня. Завтра мы забудем об этом, и всё будет как раньше. Нет, теперь уже не будет… Он любит меня. А я? А я не хочу этого. Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось… Поэтому я буду одна… Одна…

Буду рада видеть Вас:

https://www.litres.ru/dina-varlamova/

https://t.me/dina_varlamova

https://vk.com/dinavarlamova