Но как описать другим Алеф, чья беспредельность непостижима и для моего робкого разума? Мистики в подобных случаях пользуются эмблемами: перс, чтобы обозначить божество, говорит о птице, которая каким-то образом есть все птицы сразу; Аланус де Инсулис – о сфере, центр которой находится всюду, а окружность нигде; Иезекииль – об ангеле с четырьмя лицами, который одновременно обращается к Востоку и Западу, к Северу и Югу.

Хорхе Луис Борхес, «Алеф»

Квартира №50 в шестиэтажном доме на Садовой носила если не дурную, то, во всяком случае, весьма странную репутацию. Владелец этой квартиры – человек с творческим псевдонимом Улисс в конце каждого календарного месяца выпускал в свет по одному художественному произведению в виде романа или же какой-нибудь крупной повести. Публикации этого автора расходились со сверхзвуковой скоростью по разным издательствам самых разных стран, а круг почитателей таланта этого писателя состоял из людей различных национальностей, взглядов и ориентаций. Но эта гиперактивная сверхпродуктивность автора была лишь самой крайней точкой вершины айсберга. То, что я впоследствии узнал об этом человеке, не входило, извините, ни в какие рамки бытия.

Короче, познакомился я с этим писателем, работая редактором в одном издательстве в центре города. Улисс сотрудничал с этим издательством уже давно, а вот я работал в нём совсем недавно, и никогда прежде этого человека здесь не видел. В тот день я познакомился с этим автором, и вскоре мы разговорились, я рассказал ему о том, что у меня уже есть несколько своих произведений, что они уже опубликованы в разных интернет-магазинах, но продажи идут плохо, а точнее, не идут совсем, и я хотел у него спросить, как стать таким же мегараскрученным писателем, как он.

И на весь поток этих вопросительных предложений он мне ответил очень кратко:

– Пойдём со мной! Я тебе кое-что покажу.

И он отвёл меня в свою квартиру №50 в шестиэтажном здании на улице Садовой.

– У меня на балконе есть одна вещь, да только имеется одна проблема. В светлое время суток эту вещь разглядеть невозможно. Она видна только ночью. И тогда она светится. Приятным фосфоресцирующим светом.

– Что это за вещь? – спросил я.

– Не будем предвосхищать события. Расскажу, когда увидишь.

За окном был уже вечер, и солнце уже клонилось к закату, так что до наступления темноты осталось ждать не так уж и много. Мы решили скоротать время, играя в шахматы. После двух партий вничью темнота за окном уже наступила и пришёл, наконец, тот долгожданный момент.

– Пора! Добро пожаловать на балкон!

Оказавшись на балконе, я увидел на подоконнике маленькую светящуюся сферу всего около двух сантиметров в диаметре.

– Что это? – спросил я.

– Это Алеф – место, где соединяются все точки Вселенной.

– Потрясающе!! Не думал, что в реальной жизни смогу увидеть Алеф. Я думал, что Алеф – это всего лишь на всего плод воображения Хорхе Луиса Борхеса.

– Нет, он реально существует в моей квартире. Именно поэтому моя квартира носит такую странную репутацию. Раз ты читал рассказ Хорхе Луиса Борхеса «Алеф», то ты должен знать, как устроен этот маленький шарик.

– Для каких целей вы его используете?

– Сугубо для литературных целей. С помощью Алефа я могу переместиться в любую точку пространства, не выходя из пределов собственной квартиры. Но что более поразительно, я могу с таким же успехом путешествовать и во времени!

– ???!!!???

– Понимаю, что ты сейчас испытываешь. То же самое испытывал и я сам, впервые столкнувшись с Алефом.

– И как вы с ним столкнулись?

– Это отдельная история, о которой я расскажу после. А сейчас я отвечу тебе на вопрос, за которым ты, собственно говоря, и пришёл сюда – как стать суперзнаменитым мегараскрученным писателем, как я. Для начала я поведаю тебе о существовании четырёх сфер мировой литературы по Солженицыну. Достань с полки второй том книги «Архипелаг ГУЛАГ». Открой страницу, где лежит закладка с надписью «глава 18 «Музы ГУЛАГа». Открыл? Прочитай выделенные карандашом места.

Я начал читать:

«Сколько ни стоит мир, до сих пор всегда были два несливаемых слоя общества: верхний и нижний, правящий и подчинённый […]

И тогда мы можем ожидать существования четырёх сфер мировой литературы (и искусства вообще, и мысли вообще). Сфера первая: когда верхние изображают (описывают, обдумывают) верхних же, то есть себя, своих. Сфера вторая: когда верхние изображают, обдумывают нижних, "младшего брата". Сфера третья: когда нижние изображают верхних. Сфера четвёртая: нижние – нижних, себя».

Но существует ещё пятая сфера, которую придумал я, и в которую входят авторы, одновременно присутствующие во всём гипертекстуальном пространстве в целом. И насколько я знаю, я являюсь единственным в своём роде автором, которого вы можете смело отнести именно к пятой сфере. Для таких авторов не существует границ, ни пространственных, ни временных, они имеют доступ к любой информации, содержащейся в огромном пространстве гипертекста, и владея таким доступом, скорость создания нового произведения возрастает в десятки, сотни, а в некоторых случаях, и в тысячи раз. Но тут, конечно, не следует забывать об ограниченной скорости обработки информации самим мозгом. Поэтому, для более быстрой и более эффективной обработки полученных в результате очередной интертекстуальной экспедиции данных необходима разработка новейших супермощных квантовых электронно-вычислительных систем, работающих на кубитах, чем, собственно говоря, и занимаются мои коллеги в Сколково и Силиконовой Долине. Таким образом, скорость создания нового уникального произведения возрастёт не то, чтобы в миллиарды – в триллионы раз! Если подключить такой квантовый компьютер к Алефу, представь, какими возможностями мы будем обладать. Машина будет в состоянии генерировать по нескольку миллиардов уникальных произведений в сутки. Но пока это только в планах. В общем, моя, скажем так, популярность – хотя это слово здесь абсолютно неуместно (как ты и сам уже давно, наверное, понял) – обеспечивается вот этим самым двухсантиметровым в диаметре шариком. О том, как он у меня здесь появился, я расскажу тебе в другой раз. На сегодня ты и так получил достаточно впечатлений, как я могу полагать.

2018