# Самый страшный волк

Кирилл Валентинович Чупров

Смертельный диагноз всегда приговор. Особенно, если сил жить дальше и бороться не осталось. Сергей решил, что с него хватит. Скучная жизнь опостылела, а свою ненужность он устал прикрывать напускной бравадой. Но, ожидание смерти внезапно развязало скромному клерку руки и придало неожиданной отваги. Впервые в жизни проявив благородство, он стал убийцей и теперь вынужден участвовать в жестокой игре, где каждый противник неуравновешенный маньяк.Содержит нецензурную брань.

Сергей сидел в удобном, обитом нейтрального серого цвета скотчгардом, кресле и делал вид, что вслушивается в слова, расположившегося напротив мужчины. Худощавый и словно сотканный из того же материала, что и его кресла, с аккуратной стрижкой, будто специально делающей акцент на изящно поседевшие виски, он уперся локтями в отполированную столешницу. Едва прикрывающие глаза стекла очков без оправы все время съезжали вниз по переносице, к кончику острого носа и тот поправлял их, каждый раз взмахивая рукавом белоснежного халата.

Надо же…рак…Сергей перевел отсутствующий взгляд за спину единственного в городе онколога, представляющего в своем лице всю мощь провинциальной медицины, всматриваясь в едва колыхающиеся на слабом ветру листья за окном. Несильный, порывистый ветер подхватывал их пожелтевшие тела и, словно пытаясь вернуть к жизни, подкидывал в воздух, но, те безвольно возвращались на прежнее место, предпочтя объятия холодной грязи. Как красиво…он словно впервые увидел каждый листок, каждую веточку…

– Сергей. Вы…понимаете, о чем я говорю? – Врач, кажется, заметил его отстраненность. – Поймите, в наше время медицина вполне способна бороться даже с самыми сложными заболеваниями. Благодаря новейшим методам химио и лучевой терапии…

– Я понял. – Сергей внезапно перебил собеседника. Он продолжал пялиться в окно, чем вынуждал врача чувствовать себя неуютно. – Так сколько мне осталось?

– Сергей, поймите, сегодня же мы назначим вам лечение и…

– Сколько?

– Если лечение возымеет действие… Поймите, ведь многое будет зависеть от вашего организма, от желания противостоять болезни, от…

– Сколько?

Врач замялся. Пациенты не часто переводили разговор в данное русло. Конечно, все вели себя по-разному. Кто-то встречал новость уверенным стальным взглядом, готовый бороться до последнего. Другие начинали плакать…но, этот мужчина…ему будто действительно все равно.

– Полгода. Может больше, если согласитесь пройти курс лечения и…

– Полгода. Хорошо. – Сергей кивнул и, наконец, взглянул на врача. – Спасибо Виктор Геннадиевич. Я пойду.

– Сергей…Постойте! – Доктор подскочил, словно собрался кинуться к пациенту и силой заставить его остаться. Он даже сжал тонкие пальцы в подобие настоящих кулаков, хотя наверняка, его костяшки ни разу не использовались по прямому назначению. – Позвоните мне. Как только обдумаете все. Но не тяните, прошу вас. Еще не все потеряно.

– Прощайте доктор. – Сергей вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.


Глава 1


Странно, но Сергей не чувствовал…черт, он вообще ничего не чувствовал. Ни сожаления, ни страха, ни желания жить. Ему было все равно. По пути из больницы, где ему вынесли смертный приговор, мужчина привычно завернул в небольшой магазинчик, который еще не вытеснили огромные сети, привычно купил пачку пельменей, привычно улыбнулся дородной продавщице и теперь, привычно кипятил воду в трехлитровой кастрюле, готовя себе привычный обед.

Неужели вот так все и будет? Он прожил свою никому не нужную жизнь и спустя несколько месяцев просто исчезнет? Бросил взгляд на старенький мобильник, с приличной трещиной через весь дисплей. Позвонить маме? Хотя нет…она не переживет такой новости. Да и вообще, зачем кому-то знать, что ему осталось так мало? Большинству будет плевать, а другим,…наверное, тоже.

За стенкой что-то грохнуло. Раздался истошный, детский плачь, а затем неразборчивые мужские ругательства. Сергей опустил голову. Сосед снова избивает домочадцев. Ублюдок. Он не раз замечал свежие синяки и кровоподтеки на лице бледной, забитой супруги домашнего тирана. Видел дикие, затравленные взгляды его маленьких дочерей. Что за подонок станет истязать единственных людей, которых он обязан оберегать?

Сергей открыл дверцу кухонного шкафчика и вынул оттуда половинку черного хлеба. Интересно, сколько этот ломоть уже лежит там? Судя по тому, что в руке он лежит как хороший кирпич, не первый день. Черт с ним. Мужчина взял в руку нож и начал аккуратно отрезать себе толстый ломоть. Тот крошился, но нехотя поддавался движению острого лезвия.

Детские крики за стеной не утихали, а ругательства становились громче и яростнее. Сергей по-прежнему стоял, опустив голову, словно стыдясь своих собственных мыслей. Будь он посмелее…он бы давно вмешался. Просто вошел в квартиру и…что бы он сделал. В мозгу созрел образ соседа. Здоровенного ВДВшника, пьяного и злого. Конечно, он давно не на службе,…но их ведь там учили убивать, верно?

Поднял взгляд и уставился на свое призрачное отражение, обрамленное оконной рамой. Не высокий, с редкой, почти подростковой растительностью на подбородке и пока скромным, но уже наметившимся брюшком. Тот еще защитник слабых и обездоленных.

Снова грохот, а затем звуки глухих ударов. Женский крик…даже не крик, а хрип. Отчаянный и очень пугающий. Может кто-нибудь полицию вызовет? Соседи ведь тоже это слышат. Хотя…все давно привыкли жить по принципу «моя хата с краю». Вдруг Сергея словно осенило. У него ведь чертов рак. Что он теряет? Чем рискует? К черту. Хотя бы теперь, когда жизнь и так просрана, он может попытаться кому-то помочь.

Резко развернувшись и едва не потеряв равновесие, он ухватился ладонью за дверной косяк, немного оцарапав ладонь кусочком облупившейся краски. Сколько раз он давал себе слово, что сделает ремонт? Теперь уже не придется его исполнять. Форс-мажор блин.

Как был босиком, он вынырнул в грязный подъезд и зажал кнопку дверного звонка, подле соседской двери. По ту сторону раздались противные тренькающие звуки, рикошетом разлетевшиеся по всей квартире. И ничего. Прошла секунда, вторая, пятая…наконец, он услышал тяжелый топот. Дверь распахнулась, и взгляд уперся в обтянутую засаленной тельняшкой грудь.

– Чего? – Бешеным медведем взревел сосед, словно его сейчас оторвали от крайне важного занятия. Пахнуло таким амбре перегара, словно здоровяк денно и нощно искал оптимальный аромат, смешивая разные виды дешевого алкоголя, сигарет и нехитрой снеди. Сергей не ответил, то ли испугавшись, то ли просто не представляя, что можно сказать в подобной ситуации.

Через тоненькую щель, оставшуюся не прикрытой тушей соседа, он заметил неподвижно лежащую в коридоре женщину. Она не шевелилась, не пыталась подняться, на стене, сантиметрах в двадцати от тела, расплывалась не аккуратная темно красная клякса. Кровь? Господи, ублюдок так приложил ее головой о стену, что череп несчастной буквально взорвался.

Маленькая девочка прильнула к матери всем трепетным тельцем, обнимая и теребя окровавленный халат, который задрался до неприличия высоко. Одетая в одни только трусики, она буквально являла собой картину жесткости гребанного мира. Через всю спину, разделенную пополам остро очерченным позвоночником, проходила яркая воспаленная полоса. Такие раны Сергей видел только в кино, где несчастных рабов избивали плетьми.

– Пошел вон! – Сосед протянул руку, отталкивая незваного гостя прочь. Его тычка хватило бы, чтоб мужчина кувырком отлетел к противоположной стене, чего уж говорить о ребенке. В следующую секунду тиран отдернул громадную пятерню, сжимая толстые пальцы.

– Агх…– Тяжело зарычав, он начал заваливаться назад. Из его груди торчала рукоятка кухонного ножа, которым Сергей минуту назад намеревался отрезать себе ломоть хлеба. Он даже не понял, как засадил острое лезвие в тело ублюдка…просто сделал это. Бездыханное тело, удивительно тихо рухнуло на пол. Он больше не издавал ни звука, не шевелился. Он был мертв. Надо же…

Сергей отвел взгляд от убитого и посмотрел на девочку. Она не шевелилась, только гладила избитое тело матери и что-то едва слышно шептала. Что же теперь? Сергей вдруг понял, что смотрит на ребенка с идиотской улыбкой и тут же стер ее с лица. Не хватало травмировать бедняжку еще сильнее…

Вернувшись к себе, мужчина вызвал полицию.


Глава 2


Молодой, лет 30-35 лейтенант что-то втолковывал, яростно жестикулируя. Он то кривил злобную мину, то наоборот неискренне улыбался, демонстрируя белые крепкие как у пса резцы. Сергей смотрел на него и в то же время совсем мимо. Полицейский словно вдруг стал бестелесным призраком, сквозь которого можно было разглядеть занятный узор на потемневших от времени обоях.

– Ты идиот? – Лейтенант подошел и с силой тряхнул мужчину за плечи, от чего его голова дернулась. Худощавый, но не худой, а скорее жилистый, он не плохо натренировал мускулы. – Я тебе помочь хочу. А ты? Где витаешь?

– Простите. – Сергей выдавил дебильную заискивающую улыбку, он побаивался представителей власти, как и любой другой законопослушный гражданин. – Просто…просто столько всего случилось…дети кричали…еще и рак этот…

– Ладно…я чего говорю? Этот ублюдок…он младшую дочь насмерть забил. Понимаешь? Там…девочке 4 года…и живого места нет…– Полицейский побледнел и судорожного сглотнул подступивший к горлу ком, похоже, увиденное еще долго не позволит ему нормально спать. – Жену искалечил и…если бы не ты…он и их всех там…

– Я его убил. – Сергей был спокоен. Он старался смотреть прямо в лицо лейтенанта, но взгляд то и дело уводило в сторону.

– Нет. Он сам. Понял? По пьяни, на нож упал. А может совесть замучила, или зоны испугался, там таким мерзавцам не сладко живется.

– Но…– Попытался вяло запротестовать Сергей.

– Вот придурок. Я тебе жизнь спасаю, слышишь? – Лейтенант вытер выступившую на лбу испарину тыльной стороной форменной рубашки, оставив на ткани темное, неаккуратное пятно.

– Слышу. Спасибо. – Мужчине было неинтересно.

– Ничерта ты не слышишь. – Полицейский еще раз тряхнул Сергея за плечи. – Ты услышал крики, пошел проверить, обнаружил труп и вызвал полицию. Все.

– Обнаружил труп. Вызвал полицию. Все. – Как робот повторил Сергей. – Я понял.

– Надеюсь. И не подведи меня, иначе вернусь и…ты понял?

Сергей кивнул. В покрашенную замызганной белой краской дверь, какие раньше были в каждой квартире, постучали.

– Я работаю! Провожу беседу со свидетелем!

– Эксперты закончили. Тела можно забирать?

– Забирайте, раз закончили. – Полицейский открыл дверь и выглянул наружу. – Парня сегодня не трогайте. У него шок и толку все равно не будет. После…я сам с ним переговорю, еще раз.

– Там понятые…бабке поплохело.

– Пусть врач посмотрит! – Лейтенант устало выдохнул, словно все происходящее неимоверно его утомило – Мне вас учить что ли?

Повернулся к Сергею, устало обвел его нескладную фигуру взглядом. Теперь он не выглядел тем же молодым, поджарым парнем, который час назад приехал на вызов. Работа…она сказывается на каждом.

– Ты про рак говорил?

– У меня рак легких, с метастазами. – Сергей наконец сфокусировал взгляд на собеседнике. Вот он, шанс пожаловаться на судьбу и возможно даже получить сочувствие.

– Сколько осталось?

– Доктор сказал полгода, если повезет. – Сергей пожал плечами – Но мне никогда не везет.

– Паршиво. – Лейтенант водрузил на макушку фуражку и ни сказав ни лова вышел прочь, оставив убийцу, ставшего свидетелем в одиночестве.


Глава 3


Дело быстро закрыли, обставив все как пьяную неловкость. Покойный был редкостным гадом, а потому никто не горел желанием, как следует расследовать обстоятельства его смерти. Главное, что он больше никому не причинит вреда. Сергея вызвали в полицию всего однажды, да и то лишь для того, чтоб подписать какие-то бумаги.

Того лейтенанта он больше не видел, да и не за чем. Как только все закончилось, он погрузился в свою привычную, серую и убогую жизнь. Хорошо, что скоро она закончится.

От лечения мужчина отказался категорически, не смотря на частые звонки Евгения Геннадиевича, лечащего врача, обнаружившего уже не скрывающуюся смерть в его легких. Тот по прежнему убеждал, что правильный подход поможет продлить жизнь…но, кому она нужна, такая жизнь?

Примерно через месяц звонки прекратились. Похоже, что доктор смирился с его решением. Так лучше. Хотя, он так привык к постоянным беседам, что начал чувствовать привычное казалось бы одиночество еще острее. И это чувство никуда не исчезало.

Сергей сидел на продавленном, покрытом стареньким, обветшалым от времени пледом диванчике и монотонно переключал телевизионные каналы, то и дело натыкаясь на счастливые возбужденные лица продавцов очередного телемагазина. Они пучили с экрана глаза, старательно демонстрируя всю выгоду покупки незатупляющегося ножа или беспроводного блендера…всего 1999 рублей и в подарок вы получите набор нахрен ненужных подставок.

Скука…Почувствовав легкое прикосновение осеннего ветерка, мужчина прикрыл глаза, он уже пару дней не выходил из квартиры. Сколько можно тухнуть в четырех стенах? Поднялся, напялил вычищенные до блеска ботинки и решительно вышел из квартиры. Он должен отправиться…да наплевать куда. Ему просто нужно пройтись.

Запирая свою дверь он краем глаза скользил по соседской, та все еще была опечатана. Женщина так и не вышла из комы. Травма оказалась слишком серьезной, так что провалявшись без сознания несколько дней, она тихо умерла. Теперь квартира пустует. Единственная оставшаяся в живых девочка будет скитаться по детским домам, покуда ее не примет новая семья. А потом…ее ждут годы ночных кошмаров и алкогольная зависимость. Наверняка так оно и будет, подобные события не могут пройти без последствий.

Едва он вышел на улицу, как мобильный телефон в кармане джинс издал противный звук. С неожиданной даже для самого себя поспешностью, мужчина буквально вырвал его из тесных объятий ткани и уставился на разбитый экран. Он надеялся, что это снова Евгений Геннадиевич, что он решил попытать счастья еще разок и кто знает…быть может на сей раз Сергей будет немного более сговорчив.

Но, на дисплее высветился знакомый номер Тамары Михайловны, его начальницы в банке, где уже 10 лет мужчина работал кассиром. Вот черт! Он же сегодня не вышел на работу. Апатия настолько захватила его разум, что порой не получалось трезво оценивать действительность.

– Слушаю вас, Та…– Начал было Сергей, но его мгновенно прервал противно свистящий голос.

– Сергей Викторович? Вы снова проспали? – Он представил, как трясутся ее обвислые щеки и складка кожи на шее. Опять? Будто за последние 10 лет, он позволил себе проспать хотя бы однажды. Жирная сука.– Думаете это нормально, не прийти на работу, подвести весь коллектив? Вы решили, что вас здесь будут ждать?

– Нет. Думаю, ждать меня никто не станет. – Ему вдруг захотелось выключить телефон. Просто нажать на сброс и послать все к черту. В конце концов, на его счете достаточно, чтобы посвятить последние несколько месяцев себе. Черт. Сергей вдруг в очередной раз осознал, какой убогой жизнью он существовал, если даже той незначительной подачки хватило, чтоб накопить на черный день?

– Тогда какого черта? Сергей, какого черта вы сейчас делаете? – В голове нарисовался образ его начальницы. Как она развалилась в своем модном, изготовленном на заказ, из-за ее избыточного веса, кресле и пытается облокотиться мясистыми локтями на край отполированной столешницы, оставляя на поверхности сальные неопрятные пятна. – Как только придете, немедленно ко мне в кабинет. Похоже, вам необходимо объяснить, что…

– Пошла на хрен.

– …вы всего лишь винтик… – Она осеклась, не сразу сообразив, что этот скучный и безобидный человек, только что послал ее куда подальше. – Что ты сказал?

– Иди на хрен. – Повторил Сергей и почувствовал, что ему вдруг стало неимоверное легко. Наверное, впервые в жизни он ощутил свободу и это чувство ему понравилось. – На хрен, жирная черствая тварь. Иди на хрен.

Не давая ей опомниться, он нажал сброс, а затем вовсе выключил телефон. Говорить сегодня с кем-то еще ему не хотелось.


Впервые в жизни он решился дать кому-то отпор. Решился сознательно, не раздумывая о последствиях. С минуту мужчина оставался на месте, смакуя неведомой ранее чувство. Необходимо сделать еще что-нибудь. Что-то, чего он старательно избегал. Быстрым шагом он двинул вперед и завернул в знакомый магазинчик, пролетел мимо улыбнувшейся ему кассирши и схватил со стойки две бутылки водки. Он не смотрел на название, потому что понятия не имел, как выбирать алкоголь.

Так же быстро вернулся к кассе и выставил перед удивленно вскинувшей бровь продавщицей свою покупку, звонко ударив толстым дном о деревянный прилавок. Женщина не торопилась исполнять свою работу. Она смотрела снизу вверх, словно сам господь сейчас подошел к ней, небрежно позвякивая стекляшками.

– Что-то не так? – Сергей был заметно возбужден. Он широко улыбнулся, демонстрируя полнейшее отсутствие навыков обольщения. Но, давно уже одинокой даме оказалось вполне достаточно и этих крох внимания.

– Нет…просто не думала, что вы выпиваете. Вы же никогда не покупали спиртного. – Миловидная женщина лет сорока все еще не спешила пробивать товар, словно прикоснувшись к стеклянной таре тут же провалится сквозь землюю. – У вас что-то случилось? Вы…такой бледный и сильно похудели.

– Сел на диету. – Сергей мысленно чертыхнулся, не хватало ему жалости от этой тетки. Настроение мгновенно ухудшилось. А ведь он и правда сильно похудел. Но, то ли еще будет. Насколько он знал, рак часто высасывает их больного все соки. На скулах заиграли желваки и он надул впалые щеки. – Запустил себя, знаете ли. Хочу немного брюхо подтянуть.

– Ну да. – Кассирша улыбнулась в ответ. В глубине ее рта скромно сверкнула золотая коронка. Она кокетливо поправила короткие, крашенные волосы. – Мне бы тоже не помешало. А то с этой работой…целый день сижу, да бутерброды кушаю. А что у вас за диета?

Рак легких с метастазами. Интересует? Подумал Сергей, но вслух этого не произнес.

– Вам не понравится. Она…своеобразная. – Женщина, наконец, выбила чек, как вдруг он вспомнил еще кое что. – Дайте пачку сигарет.

Сергей всегда сторонился этой дурной привычки и даже задерживал дыхание, когда проходил мимо наслаждавшегося отравой курильщика. Кто знал, что болезнь не делает различий и порой, словно издеваясь, выбирает именно таких как он. Жестокая ирония поселила в его легкие рак, которого он так опасался, так почему бы теперь не закурить? Теперь-то он что теряет?

– Какие? – Женщина снова удивилась, но на этот раз решила не задавать вопросов.

– Все равно. Какие чаще берут?


Глава 4


Пакет аккуратно оттягивался под весом двух бутылок, совсем не скрывая своего содержимого. К тому же, они звонко позвякивали при каждом его движении, заставляя Сергея заметно смущаться. Он хотел как можно скорее добраться до дома, но затем передумал и вынув из кармана пачку сигарет торопливо вытянул оттуда одну.

Сунул в рот, ощутив губами неприятный на вкус фильт, и…вспомнил, что у него нет ни зажигалки, ни спичек. Черт! Возвращаться обратно, под пристальный, заботливый взгляд продавщицы не хотелось. Довольно и того, что он улыбался ей, как дурак растягивая физиономию. Мужчина огляделся по сторонам и сразу заметил удаляющуюся по другой стороне улицы парочку.

Парень, нежно обнимал свою подругу за талию, кончиками пальцев поглаживая ткань ее короткой кожаной курточки и что-то шептал в искрящееся громадной сережкой ухо, заставляя девушку улыбаться. Решив, попытать счастья, Сергей устремился следом, превратив редкое позвякивание стекляшек в яростный перезвон.

Он шагал быстро, насколько позволяло его состояние, медленно, но неуклонно приближаясь, вглядывался в синхронно покачивающиеся спины и сомневался окликнуть их или все же попытаться догнать. Парочка повернула за угол, за секунду, будто испарившись из виду. Мужчина прекрасно помнил небольшой сквер, скрывающийся за тем поворотом. Местечко то еще, вечерами там часто собиралась местная шпана, шумя и пугая редких прохожих. Сам он всегда обходил это местечко стороной, даже не смотря на то, что из-за этого ему приходилось делать солидный крюк до отделения банка, в котором он работал.

Но, сейчас то бояться нечего. На дворе день, пусть и такой пасмурный. Быстрым шагом Сергей проделал тот же пируэт и едва не врезался в широкую спину. От резкой остановки его качнуло и стекло в пакете едва не раскололось. Обладатель мощной спины, ставшей непреодолимой преградой обернулся и почти нежно оскалился пожелтевшими зубами.

– Не разбил, болезный? – Голос веселый, даже приятный, что никак не вязалось с его внешним видом. Крупный, с гривой давно нечесаных волос и недельной щетиной, он был одним из тех, с которыми стараются не встречаться нормальные люди. Сейчас, глядя на него снизу вверх, Сергей прекрасно понимал, чего так опасался все эти годы.

– Нет. Кажется. – До тошноты мерзко проблеял он не зная, как себя вести. Чутье буквально взвыло в ожидания опасности, ухватило его душу за шкирку и потащило куда-то вниз, наверное в пятки. Но, он, кажется, совсем не интересовал незнакомца. Тот смерил Сергея взглядом, и не найдя егшо интересным добавил.

– Вот и хорошо. Иди, тогда. – Здоровяк отвернулся и только сейчас Сергей увидел скрючившегося на асфальте парня. Тот лежал на боку, прижимая ладони к вспученной на животе куртке. Плотный материал заметно отяжелел и набух, а небесно голубой цвет в том месте стал темно бордовым.

Второй преступник прижимал к стене девушку. Одной рукой он сжимал ее тонкое горло, намеренно делая это сильнее необходимого, а второй орудовал под распахнутой курточкой. Размером он был горадо меньше своего подельника, но выглядел так же неопрятно и опасно. Обритый наголо, с ехидной жестокой ухмылкой, он словно стремился продемонстрировать свое худое жилистое тело, а потому даже в такой холод был одет только в застиранную черную майку. Его спину, шею, руки – все тело покрывали синюшные, потертые временем наколки.

– Понял. – Сергей развернулся, собираясь как можно скорее убраться подальше, как вдруг девушка завизжала.

– Помогите! Не уходите! Пожалуйста… – И тут же получила тяжелый удар в живот, от которого непременно рухнула бы на землю, рядом с кавалером, если бы не твердая хватка бандита.

– Заткнись тварь. – Процедил тот сквозь гнилые зубы, выплевывая каждый звук в миловидное, перепуганное лицо. Из широко раскрытых глаз брызнули слезы, тонкими ручейками скатившись по щекам.

Парень на земле дернулся, словно собираясь с силами для немыслимого рывка, но так и не собрался. Рядом с ним образовалась уже приличных размером багровая лужица. Сергей глубоко втянул ноздрями воздух, вмиг переставший быть приятным и освежающим. Он ощутил запах страха…ужаса, часть которого источало его собственное тело. Робко оглянулся через плечо…громила отвернулся, явно не ожидая угрозы от бледного, исхудавшего недомерка. Девушка тихонько стонала, парень на тротуаре не шевелился…продолжая заливать округу своей кровью. Все вдруг стало каким-то ярким, будто сам господь отыскал таки необходимую кнопку и врубил изображение повышенной четкости.

Сергей вспомнил о телефоне, который так опрометчиво отключил…если попытается достать его из кармана прямо сейчас, он тоже окажется на земле. Об этом не стоит даже думать. Придется уйти как можно дальше, туда где бандиты его не увидят и уже оттуда вызвать помощь. Только вот времени у него совсем нет. Кто знает, что они сделают с девушкой. О боже…ее взгляд прожигал его насквозь, даже не оборачиваясь, он знал куда она смотрит. Да и парень. Он долго не протянет.

Внезапно его затрясло, как бывает при сильном волнении, вызвавшем внезапный всплеск адреналина. Легкие объяло пламя, нет – это не просто волнение, начинается очередной приступ. Евгений Геннадьевич предупреждал, что они начнутся, но почему сейчас? Не дожидаясь, пока болезненный кашель скрутит его тело, превратив в еще один комок грязи на перепачканной земле, Сергей резко развернулся и что есть силы обрушил пакет со всем содержимым на макушку здоровяка.

В кино он часто видел, как подобный удар наглухо вырубал противника. Кино, герою достаточно было лишь легкого тычка и враг валился у его ног, но в жизни все совершенно иначе. Она не похожа на вымысел сценариста. Звон разбитого стекла был странно глухой, осколки порвали тонкий пакет и осыпали голову и плечи бандита, заодно обдав его пахучим душем из дешевого алкоголя.

Издав негромкое горловое мычание, тот повалился на колени и уперся ладонями в усыпанную острыми осколками поверхность, оказавшись на четвереньках, но сознание е потерял. Он мотал головой из стороны в сторону, приводя себя в чувства. Второй бандит резко обернулся, на секунду обескураженный ослабил хватку и девушка сумела вырваться.

Отлично! – Подумал Сергей. Хотя бы ее он сумеет спасти. – Беги скорее! Зови на помощь!

Но, вместо этого она бросилась к едва живому парню, обеими ладонями приподнимая его побледневшее, такое не живое лицо. Прильнув к нему всем телом, она что-то шептала в закрытые глаза.

Дура. – Мысленно ругал ее Сергей. – Беги отсюда. Зови помощь. Идиотка.


Татуированный был уже рядом. Его перекошенная физиономия напоминала маску монстра из старых ужастиков, тонкие губы практически исчезли с лица, оставив лишь ряды острых клыков за которыми прятался по змеиному острый язык. Бешеный взгляд глубоко посаженных колючих глаз обещал скорую жестокую расправу. В правой руке сверкнуло тонкое, острое лезвие. Этот нож бандит сделал сам и очень гордился тем, как здорово научился им орудовать.

Вот и все, решил Сергей. Вот и конец. Но больше всего его поразила не близость смерти и не глупое поведение девушки, он удивился напоследок мелькнувшей в голове мысли о том, что так и не успел закурить.

Приступ дал о себе знать и прежде чем бандит успел воспользоваться ножом, Сергей резко согнулся и задыхаясь от болезненного кашля грохнулся на землю. Прямо в смердящую лужу из водки и крови, которые смешались в гремучий коктейль. Несколько осколков больно впились в тело, разрывая плоть сквозь плотную материю его любимой замшевой куртки рубашки.

Кашель вырывался наружу натужными, дохающими стонами, выплескивая брызги крови, вперемешку с кусочками сгнивших легких. Боль становилась все нестерпимее. Сквозь бьющие тело конвульсии, Сергей видел как замер в нерешительности татуированный бандит, как здоровяк, наконец, переставший мотать разбитой головой, уставился на его извивающееся, исторгающее боль и смерть тело.

Погружаясь во тьму, он ждал, когда они подойдут ближе и перережут его горло. Нет – он жаждал этого, как не хотел еще ничего в своей никчемной жизни. Всего одно умелое движение и…все…мучения будут окончены. Он обретет свободу, покой или вечное забвение. Что угодно будет лучше нескончаемой агонии, в которую его погружала действительность. А затем он потерял сознание.


***


Господи…как темно…но, боли нет. Сергей лежал, прислушиваясь к собственным ощущениям. Впервые, за пару недель, он чувствовал спокойствие и сделал то, чего не удавалось уже очень давно. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как от заполнившего легкие кислорода закружилась голова.

Так вот она…смерть? Ни надсадного кашля, ни боли от каждого, даже небольшого глотка воздуха, ни страха. Как хорошо. Только…что это за звук продирается сквозь тусклую пелену и аккуратно царапает рассудок? Он прислушался, старательно улавливая в обволакивающей его безмятежности мерное попискивание.

ПИП…ПИП…ПИП…

Что это? Он перечитал массу информации о смерти и том что ждет после, когда узнал о своей болезни, но нигде не было ничего об этом звуке. Люди рассуждали о ярком свете, о пении ангелов…а это не было похоже на звуки небесных созданий.

ПИП…ПИП…ПИП…

Звук становился громче. Он будто приближался.

ПИП…ПИП…ПИП…

Мужчина раскрыл глаза и едва не ослеп от резанувшего по сетчатке яркого света. Зажмурился, накрепко стискивая веки, но все еще ощущал терзающий свет. Аккуратно развел ресницы, всего на миллиметр и уставился перед собой, различая белую оштукатуренную поверхность прямо перед собой.

ПИП…ПИП…ПИП…

Повернул голову и едва не зарыдал, он все еще жив. Боль постепенно возвращалась, хотя более щадящая, тупая. Увидел сгорбившийся у окна силуэт. Попытался шевельнуться и с трудом поднял левую руку, с накрепко перемотанными бинтами запястьем. Все прояснилось, он в больнице. Подтверждая это, из его вен тянулись прозрачные трубки, скрываясь где-то позади.

ПИП…ПИП…ПИП…

Звук стал неприятным, раздирающим слух. Услышав его возню, силуэт спешно отделился от окна и поплыв по воздуху оказался рядом.

– Сережа…Почему…почему ты ничего не сказал? – Мама плакала. Он никогда не видел слез на ее лице. Даже когда умер его отец…даже тогда она переживала потерю молча, накрепко стиснув зубы, словно даже намек на слабость превратит ее в обычного человека, которым она конечно же не была. Она в одиночку воспитывала двоих пацанов и не могла позволить себе нытье. Сергей всегда считал ее сильной и даже немного черствой женщиной. А теперь у его постели стояла обыкновенная старушка, тоненькая, напуганная…

– Не знаю… – Собственный голос удивлял, настолько чужим он сейчас был. Пересохшее горло превращало каждый слог в соцветие из хрипа и визга. – Зачем?

– Я…мы бы что-нибудь придумали. Вместе… – Она снова заплакала, нервно теребя пальцами с уже наметившимися шишечками старческого артрита, край своей незаменимой голубой блузки с перламутровыми пуговицами. Насколько Сергей мог вспомнить, она всегда надевала эту блузку на самые важные мероприятия. Свадьбы, дни рождения, похороны…похороны, подумалось вдруг. А к нему она тоже ее наденет? Наверняка.

– Все уже давно придумано…мам.

– Все равно. Ты…не должен проходить через подобное в одиночку. Ведь у тебя же есть семья…есть я…Гриша…

Гриша…младший брат. Успешный, всеми любимый юрист. Он тот, кем можно было гордиться. Мама и гордилась. С Гришей подобное никогда бы не произошло. Нет. Он ведь лидер. Он чемпион. Он…а где он кстати?

– Знаю… – Сергей отвел взгляд и снова уставился в потолок. Он любил брата, но сейчас не хотел даже вспоминать о нем, не говоря уже о том, чтобы увидеть. – Знаю…мам.

– Доктор сказал, ты отказался от лечения? – Она вдруг отпустила край блузки и вмиг стала привычной женщиной, сильной и волевой, не терпящей пререканий и споров.

– Отказался. – Началось, он боялся этого разговора и ждал его, зная, что мама начнет давить, что подключит Гришу и тот придет со своей белоснежной улыбкой. Он будет трепать его за плечи, будет уверять, что «нет ничего невозможного, братишка». Сергей боялся поверить ему.

– Но почему?! Почему ты это делаешь?! – Она протянула руку и положила свою ладонь поверх его, заставив почувствовать свою беспомощность еще острее. Сергей с недовольством заметил, что их ладони практически одного размера, он очень исхудал. – Теперь я рядом. И мы…мы справимся, слышишь?

Он поморщился, показалось, что приступ возвращается. Только не сейчас…только не при ней…пожалуйста. Если она увидит, как его скрутят конвульсии, как он начнет выкашливать собственные внутренности, как обоссыться прямо в кровати, то уже точно не отстанет. А он не сумеет долго ей противиться.

– Уходи…мам.

Женщина беззвучно уставилась на него, словно не веря своим ушам. Она скользила взглядом по знакомому лицу, по впалым щекам и думала, что никогда прежде он не смел говорить с ней таким тоном. Он…изменился. Похудевший, истощенный и измученный…он не сломался, но стал крепче внутри. Как бы парадоксально не звучало это заявление, на фоне пожирающей его тело заразы.

– Сережа…

– Уходи.

Оскорбленная, мать стремительно покинула палату. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы выскочить за дверь, но для сдерживающего приступ мужчины они тянулись слишком долго. Как только женщина вышла за порог он отпустил боль и закашлялся. Пластиковая маска, которая поставляла в его легкие чистый кислород, слетела в сторону, сбитая потоком крови и дурно пахнущих ошметков. Спину выгнуло так, что затрещал позвоночник. Все вернулось на свои места.

Уже через минуту палату заполнили люди в белых халатах. Они что-то кричали друг другу, пронзали бьющееся в агонии тело иглами, вводя какие-то препараты, женщина, в марлевой повязке успокаивающе поглаживала вмиг вспотевший лоб. Он почти ничего не чувствовал. Перед глазами витал образ взбешенной матери и неискренняя улыбка брата. Мы вместе, говорили они, мы справимся.

А затем все исчезло.


Глава 5


В больнице он провел еще двое суток. Приступ повторился всего раз, но теперь он был не таким сильным. Сергей закашлялся, словно заядлый курильщик, но не потерял сознание, не упал на пол. Он лишь виновато посмотрел на молоденькую санитарку, которая стала свидетельницей. К тому же, пара маленьких алых капель все же упала на застиранную, посеревшую простынь.

Врачи пытались убедить его остаться, начать наконец лечение, попытаться противостоять болезни. Он отказался. Так же, как отказался в тот, первый раз, когда только узнал о недуге.

Мать вернулась на следующий день, после их первой за долгое время встречи. Она больше не пыталась давить, не кричала, не повышала голос. Только смотрела на него так тоскливо, что на минуту Сергей даже поверил, будто ей не все равно. Может и так. Не важно. Гриша так и не появился.

Мать уверяла, что он в курсе, что переживает, что навестит его, как только вернется из командировки. Сергею было все равно. Он не хотел видеть брата. Они не были близки и оба придерживались мнения, что родственные связи поддерживать не обязательно.

На второй день, когда держать его в больнице больше не имело смысла, Сергей потребовал вернуть его одежду. Молоденькая медсестра принесла его скомканные, провонявшие кровью и спиртом шмотки. В нескольких местах они были разорваны осколками стекла.

– Вот. Ваша мама…вы можете позвонить, чтобы она принесла чистое. – Она виновато тупила взгляд, словно забыла привести лохмотья в порядок. Позвонить? Нет уж…лучше потерпеть вонь, чем выслушивать очередную порцию нотаций.

Буркнув слова благодарности, Сергей начал натягивать джинсы, чувствуя неприятные прикосновения заскорузлой ткани. Интересно, он не обмочился во время приступа? Черт…а это ведь не самое страшное, что могло произойти.

– Вы не могли бы? – Дождавшись пока девушка выскользнет из палаты, он быстро сунул ладонь в штаны и не обнаружив засохшего дерьма выдохнул.

К тому времени когда он закончил, в палату вошел серьезный мужчина в халате. На шее его болтался стетоскоп, а в руках небольшой деревянный планшет и какие-то бумаги.

– Пока вы не ушли…скажите, вы полностью уверены в своем решении? – Господи…что снова? Сергею осточертели эти разговоры, а потому ответил он несколько резце, чем ожидал.

– Да господи! ДА! Да я уверен! А теперь, можно уйти? – Врач тяжело выдохнул. Складывалось впечатление, что его общество стало тяготить всех подряд. По крайней мере все они реагировали одинаково, стоило покинуть комнату. Глубокий выдох.

У входа его уже поджидал автомобиль. Сергей плохо разбирался в марках и принадлежностях, различая машины по большей части цветом или размером. Едва он появился на крыльце главного входа в больницу, раздался пронзительный, бьющий по нервам сигнал. Старенькая, бежевая легковушка мигнула фарами, призывая удивленного мужчину. Кто это мог быть, если он сам не знал, когда сможет выписаться? Сергей стоял, старательно вглядываясь в тонированные, затем дверь открылась и из глубины салона донесся знакомый голос.

– Садись…герой. – Пожав плечами он втиснулся в душный салон, не сразу прикрыв дверь, наслаждаясь прохладой. Знакомый лейтенант, оказавшийся за рулем, его не торопил. Одетый в повседневную одежду, потертые джинсы, цветастую футболку и легкую ветровку, с двумя ярко белыми полосками на рукавах, он выглядел обычным парнем, который терпеливо ждет, пока приятель вдоволь надышится.

– Здравствуй. – Сергей, наконец, захлопнул дверцу, которая ударилась с громким щелчком и замешкался, не зная стоит ли протянуть руку для приветствия или лучше оставаться отстраненным. Водитель повернул к нему приятное, гладко выбритое лицо и уставился, буравя колючим взглядом. Время замедлилось, пока не превратилось в переваренный кисель.

– Ты какого черта творишь? – Наконец прервал молчание лейтенант. Он был раздражен и казалось с трудом сдерживается, чтоб не сорваться на крик. За это Сергей был ему благодарен, он очень не любил грубость и всегда терялся, при малейших ее проявлениях.

– Домой иду.

– Дурачком не прикидывайся. – Парень не моргая осматривал Сергея, и тот физически чувствовал, как его взгляд проникает сквозь кожу. На лбу выступила испарина. – Долго думаешь на своих двоих передвигаться, если в том же духе продолжишь?

– Месяц…может три. – Пожал плечами Сергей. – Врачи говорят…

– Да срал я на врачей твоих! – Неожиданно рассвирепел собеседник. Он сильно ударил кулаком по рулю, от чего автомобиль издал еще один пронзительный крик. Несколько прохожих обернулись, но не найдя ничего интересного вернулись к своим делам.– Ты какого черта из себя героя строишь? Борец с преступностью да? Доходяга недоделанный! Думаешь если я раз тебя прикрыл, то все, можешь беспредельничать?!

Сергей молчал. Он не чувствовал за собой вины, но лейтенант действительно помог ему в тот раз, а значит имел право на объяснения.

– Что было делать? Мальчишка кровью истекал. А девочка…ее взгляд…как я мог просто уйти?

– 02. Знакомый номер? Нужно было позвонить.

– Телефон разрядился – соврал Сергей. Он смотрел прямо перед собой, боясь, что водитель сразу распознает ложь. – Да и пока бы вы приехали…

– Парень умер. Кровью истек прямо там, в грязи. А девчонку его изнасиловали и все лицо исполосовали. – Голос лейтенанта потускнел, а сам он весь сжался, превратившись изх представителя власти в робкого подростка. Таких перемен Сергей не ожидал, а потому вновь растерялся. – Она в реанимации…черт знает выкарабкается или нет. Телефон у него разрядился.

– Я…– Сергей не знал, что теперь ответить. Похоже он и правда сглупил. Внезапно его охватило сожаление, обида…они сдавили грудь, не позволяя произнести ни слова.

– Ладно. – Неожиданно смягчился лейтенант. – Ты хоть попытался. Любой другой бы мимо прошел, стыдливо глаза опустив. Но…не нужно этого, хорошо?

Это не помогло. Разочарование и злость закипели внутри, перемешивая кишки раскаленной арматурой. Сергей опустил глаза и терзал себя мыслями о том, что все могло быть иначе. Возможно именно он стал невольным соучастником разразившегося зверства. Желудок скрутило и резко распахнув дверцу мужчина вывалился на тротуар, выблевывая остатки пресной больничной еды.

Лейтенант дождался, пока желудок Сергея успокоится, после чего подвез его до дома. Весь путь они проделали в тишине, каждый в тяжких раздумьях о чем-то своем. В тишине машина остановилась, в тишине мужчина покинул пропахший затхлым запахом пота салон. В тишине лейтенант уехал прочь, оставив Сергея наедине со своими мыслями.

– Господи…господи….я действительно убийца. – Мысли о произошедшем с прекрасной молодой парой метались вокруг, снова и снова пронзая его разум остром лезвием сожаления. Странно, но когда он действительно вонзил нож в сердце, своими руками лишив человека жизни, то не испытывал никаких угрызений.

Не поднимая глаз, словно каждый встречный теперь смотрел на него с укоризной и презрением, мужчина медленно зашаркал ногами к входу в знакомый подъезд, единственный, не оборудованный домофоном и железной дверью. Он выглядел как пережиток давно ушедшего времени, когда все было проще, когда не было необходимости прятаться за тяжелыми дверьми. Погруженный в себя, Сергей не обратил внимания на припаркованный поблизости внедорожник, не уловил знакомый приторный аромат дорогого парфюма, не обратил внимания на незапертую входную дверь, когда вошел в свою квартиру, даже не попытавшись нашарить ключи.

Сломленный и раздавленный недобрыми новостями, он скинул запачканную собственной блевотиной обувь и…

– Наконец-то. Ты что, пешком от больницы топал? – Григорий сидел, вольготно развалившись в единственном сохранившем более или менее презентабельный вид кресле. Хотя от глаз не могло ускользнуть, что сиденье он брезгливо застелил найденной в шкафу футболкой. Словно болезнь, поразившая Сергея была чем-то мерзким, заразным.

Сергей посмотрел в широкое, лукаво улыбающееся лицо брата. Нет…только не он. Только не сейчас.

– Откуда вы все знаете, что я сегодня выписался? – Буркнул он вместо приветствия.

– Значит так. – Гриша привычно перешел сразу к делу. Дорогостоящий юрист, он привык ценить время, даже если дело касалось собственной семьи. – Мать рассказала мне, какую глупость ты затеял. Так не пойдет. Мы с тобой не ладили…но, мы семья, так что собирай вещи. Ты сегодня же улетаешь в Японию. Там знают, что делать с твоей болячкой.

Сергей промолчал. Он продолжал смотреть в пол, словно отгораживаясь от брата. Так было легче. Он привык всегда находиться позади, где-то в арьергарде Гришиной свиты и не получать даже толики того обожания, которого удостаивался брат.

Умный, бесстрашный, сильный красавец, он всегда шел напролом и умел грамотно устроится в этой жизни. Он решал любые проблемы и считал, что способен справиться с любыми неприятностями. И справлялся, всегда выходя победителем, даже из самых непростых передряг. Всегда, но…только не сейчас.

– Нет. – Неожиданно жестко ответил Сергей, хотя мысленно уже готов был сдаться и отправиться собирать вещи. Брату удалось заронить в его мозг зерно сомнения всего лишь парой слов. В голове забилась истерическая мысль «А что если он прав? Что если в Японии его действительно вылечат?» Сергей возненавидел себя за эту слабость, за желание молчаливо кивнуть, за мысль о спасении.

– Не глупи Серега. Время еще есть. Собирайся. – Григорий привстал, доставая из кармана шикарный айфон. Наверняка самый крутой и самый новый. И принялся набирать какой-то номер.

Взгляд ткнулся в скомканную футболку, на которой до сих пор покоилась пятая точка Григория. Его любимую футболку. Вот так всегда, стоит Грише появится, как все вокруг начинают плясать перед ним на задних лапках. А он скалится и забирает все, чего пожелает. Разум сигналил о том, что эти мысли глупы и мелочны, но сердце рвалось на части от негодования.

Даже теперь, войдя в дом умирающего брата, он сразу забрал его футболку. И зачем? А чтоб его драгоценный зад, не дай Бог, не заразился раком. Как же он его ненавидел…всегда, а сейчас особенно.

– Я все решил. Убирайся. – Сергей больше не тупил взгляд. Наоборот, он подобрался, словно в любой момент был готов бросится в драку.

– Да, ближайший рейс. – Брат поднял указательный палец, давая понять, что сейчас слишком занят, чтоб отвлекаться на ерунду. – Мне все равно. Вопрос жизни и смерти.

– Ты слышишь! – Сергей пулей оказался рядом и обеими руками ухватился за этот выставленный перед ним палец. – Посмотри на меня! Слушай меня!

Григорий повернулся. На лице читалось непонимание, досада и…страх. Он был напуган, таким поведением всегда покорного и безвольного братишки. Словно почувствовав это, Сергей начал выкручивать палец, старательно выворачивая его из сустава. Ему хотелось причинить брату боль, заставить его страдать, заставить молить о пощаде.

Вскрикнув, Гриша выронил телефон и что есть силы пихнул брата в тощую грудь, освобождаясь от захвата. Сил в тщедушном теле оказалось не так много, и болезнь нещадно лишала его последних. Не удержавшись на ногах, Сергей грохнулся на пол, больно приложившись костлявым задом о деревянную поверхность.

– Ты идиот. – Григорий разминал запястье. – Сдохнуть хочешь? Ну так сдохнешь, даже не сомневайся. Мне плевать. А про Японию я ляпнул, просто чтоб ты подальше отсюда умер. Чтоб мать не видела как ты орешь от боли и гадишь под себя. Там…там за тобой хотя бы приберут.

Он подобрал телефон и быстрым шагом пошел прочь. Эта встреча будет для них последней, сразу понял Сергей. Прощай брат.


Глава 6


Остаток дня и ночь прошли муторно. Мужчина метался по кровати, путаясь в мокрых от пота, скомканных простынях. Все тело горело, а боль в легких кажется перешла на новый уровень. Воздуха не хватало, потому он подошел к окну и настежь распахнул створки, впуская в комнату холодный воздух.

Едва не вываливаясь наружу, он перегнулся через узкий подоконник, огромными глотками глотая саму ночь. Он питался тьмой и та щедро поила его из своей смердящей груди.

А потом пришли они.

Сосед, в окровавленной тельняшке что-то гоготал, прислонившись в дальнем углу его спальни. Он не делал попыток приблизиться или обратиться к Сергею напрямую, иначе мужчина непременно взвыл бы от ужаса.

Сергей отчетливо понимал, что происходящее сейчас невозможно. Это просто образы, галлюцинации, навеянные воспаленным сознанием, но полностью отринуть миражи было невозможно.

– Помогите… – Прошептал кто-то у самого его уха. – Пожалуууйстааа…

Сергей зажмурил глаза, но силуэт несчастной, измученной девушки проступал даже через плотно стиснутые веки.

– Помогииитееее….

– Прости меня. Я думал…думал смогу… – Сергей сдался. Он больше не различал сон и реальность. Для него они сплелись в неразрывный узел, который так плотно затягивался на его шее. – …я думал смогу помочь…

– Ни черта ты не думал. Долбанный мертвец. Ты убил их…ты виноват в их смерти…– Молодой лейтенант зло выцеживал слова из-за платяного шкафа. Как…как он туда протиснулся?

– Я виноват…виноват… – Сергей поддался иллюзии и негромко разрыдался. – Я знаю…простите…я виноват…

– Помогите…пожалуууйстааа….

– Я думал будет как тогда…как с соседом…– Сергей рыдал, утирая слезы тощими, пожелтевшими от истощения ладонями.

– Ты слабак! Недомерок! Неудачник! – Григорий скрывался в коридоре, не решаясь войти в спальню. Он громко сопел и выкрикивал оскорбления, стараясь ужалить брата как можно больнее. – Скоро ты сдохнешь, слышишь? Сдохнеееешшшшшь…

Перед рассветом, они все ушли. Исчезли так же внезапно, как и появились. Сергей лежал в постели, прижимая колени к впалой груди. Он больше не плакал. Слез не осталось. Пережив сегодняшнее посещение, мужчина твердо знал, что нужно делать. Он усвоил свою ошибку. Больше он ее никогда не повторит.

Нужно бить первым. Наверняка. Чтоб у мерзавцев не оставалось ни единого шанса ответить.


Глава 7


Утро пришло неожиданно, Сергей просто понял, что вместо беспроглядной черноты ночи, он различает за окном ветки деревьев с пожухлой, уже едва живой листвой. Неужели ему все же удалось уснуть? Нет, вряд ли, судя по тому, что в глаза будто сыпанули щедрую пригоршню песка.

Перевел взгляд на старенький будильник. Циферблат зловеще подмигивал ему темно красными цифрами.

5:47

Что же, пора подниматься из постели. Если так все еще можно назвать сбитый в сплошной тугой комок ворох белья. Опустив ступни, мужчина почувствовал приятную прохладу. Подошвы его ног горели, словно он босиком преодолел марафон по раскаленной пустыне. Хорошо. Все аккуратный и даже немного повернутый на порядке, он просто поднялся и тяжелой, шатающейся походкой направился в кухню, наплевав на оставшуюся сбитой постель. Там привычно поставил на газ чайник и запустил руку в навесной шкафчик за зубной щеткой. Интересно, как скоро болезнь превратит его рот в беззубую старушечью пасть? Сплюнув в раковину густой комок запекшейся крови, он пришел к выводу, что очень скоро.

Ну и пусть. Все равно, гигиена по прежнему важна. Чистка зубов оставалась для него неким необходимым ритуалом, прервав который, он непременно скатится в пропасть безумия.

Чайник закипел. Сергей сноровисто подхватил начавшую уже нагреваться ручку и…едва не обварился, когда ослабленные пальцы не сумели удержать столь незначительную ношу. Черт…Неужели все произойдет так быстро. Нужно прийти в себя. Оставил пузатый чайник дальше выплескивать кипящее содержимое на линолеум прошел в ванную, собираясь смыть с себя остатки ночного кошмара. Как только первые теплые струйки ударили по макушке, боль отступила, он расслабил затекшие мышцы и просто стоял там, наслаждаясь недолгим периодом блаженства. Так можно забыть о былых неудачах, о смерти, обо всем.

Успокоение продлилось не долго. Как только взгляд скользнул по матовой, запотевшей от пара поверхности большого, в половину стены зеркала напротив, он замер. Даже сквозь заволокшую помещение пелену густого пара, его фигура выглядела пугающе. Впалая грудь, теперь была испещрена паутиной тонких, зеленовато синих вен и бледно красных сосудов. Ребра отчетливо просматривались сквозь бледную, полупрозрачную кожу. Он поднял худые, как конечности паука руки, словно в нелепой надежде защититься от неприятного зрелища, но стало лишь хуже.

Господи…во что он превратился? А ведь будет становится только хуже. Неловко выбрался из скользкой ванны, прислонился к зеркалу лбом, провел по поверхности узкой ладонью, изрядно удивившись, что не разрезал стекло остро выпирающей костью запястья. Уставился на свое лицо…свое ли? Он больше не был похож на того, знакомого человека. Теперь на него смотрела сама смерть.

Он и есть смерть. Смерть, для каждого ублюдка, насильника и убийцы, до которого успеет дотянуться пока…пока силы окончательно не оставили его. Мужчина оскалился, продемонстрировав по прежнему белоснежные зубы. Ему показалось или они действительно стали острее?


***


Когда зазвонил телефон, Сергей находился в единственном, известном ему оружейном магазине города. Разглядывал витражи с ровными рядами ружей, стенды с пистолетами, патронами, ножами и прочей мелочевкой о происхождении которой не имел ни малейшего понятия.

– Говорите. – Быстро приложил трубку к уху, даже не взглянув на дисплей. Какая разница, кто решил ему позвонить.

– Сергей Викторович? – Голос незнакомый.

– Да…кто спрашивает? – Он разглядывал огромного размера револьвер, похожий на тот, которым вершил правосудие Грязный Гарри в одном из любимых фильмов. Вот это пушка…от одного вида, у преступников будут подкашиваться колени.

– Вы, не могли бы приехать в отделение. Необходима ваша помощь в опознании задержанного… – Быстро и по делу отрапортовал звонивший.

– Конечно. – Сергей нажал отбой, не удосужившись дослушать собеседника. Ему было все равно. Он любовался стальным блеском пистолета, как завороженный ребенок смотрит на новую игрушку.

– Понравился ствол, папаша? – Голос возник ниоткуда. Словно сам господь обратил на него внимание и решил немного поговорить. Но, нет. Когда Сергей поднял глаза, рядом стоял мужчина в защитного цвета куртке и штанах цвета хаки. К груди пришпилен небольшой пластиковый прямоугольник с написанным четкими черными буквами именем «Дмитрий»

Высокий с короткой армейской стрижкой и длинными, свисающими в уголках рта усами, он выглядел как ковбой из старых вестернов. И был не на много моложе, чтоб называть его «папашей». Похоже, болезнь постепенно превращает его в дряхлого старика. Хотя, удивляться здесь нечему, он и чувствовал себя лет на сто.

Непроизвольно облизнув пересохшие губы, Сергей ответил

– Как у Грязного Гарри.

– Да вы знаток? – Продавец одобрительно вскинул бровь. – Смит Вессон 29, более известный как «Магнум» 44 калибра. Мощнейшая штука. Красавец верно? Он с любовью осмотрел револьвер. – Хотите подержать?

– Можно? – Сергей почувствовал себя пятилетним сорванцом, которому родители вручили первый в жизни велосипед, или щенка, или что сейчас любят пятилетние сорванцы?

Дмитрий открыл витрину и осторожно достал пистолет. Ловко крутанул его на указательном пальце, после чего протянул рукоятью вперед. Едва взяв револьвер в руки, Сергей почувствовал уверенность в собственных силах. Его жилы будто наполнило сталью, из которой было отлито это прекрасное оружие. Но, так же он ощутил и его тяжесть, слишком серьезную для его ослабевших рук.

– Но, этот парень у нас только для красоты. Как предмет декора. – Дмитрий забрал револьвер и водрузил его на прежнее место. – Он конечно мощный, остановит даже медведя, но для самообороны слишком тяжелый. К тому же отдача… – Он нагнулся, словно собрался поцеловать Сергея и указал пальцем на аккуратный шрам у самой лини роста волос на лбу. – Вот. Это я в первый раз из него стрелял. Ствол увело вверх и…четыре шва пришлось наложить.

– Надо же. – Сергей с сожалением выдохнул, словно уже мысленно купил пистолет. Если уж этот парень не сумел совладать с этим монстром, ему соваться точно не следует. – Что вы посоветуете?

– Секунду…– Собеседник на мгновение задумался. – Вот. Он сделал шаг в сторону и ткнул длинным, увенчанным неровно остриженным ногтем в небольшой, вороненый пистолет. Такие Сергей часто видел в сериалах. – Макаров. Старый добрый, проверенный времен ствол. Не самый презентабельный вид с лихвой компенсируется убойной силой и безотказностью. Топите его в воде, валяйте в грязи, он никогда не подведет.

Сергей рассматривал оружие через толстое, возможно бронированное стекло. Конечно, этот ствол нравился ему меньше…но продавец прав, не слишком удобно будет таскаться по городу с огромной пушкой за поясом.

– Я…хотел бы его купить. – Парень напрягся, но затем растянул губы в дружелюбной улыбке. Он выглядел как человек, привыкший разговаривать с идиотами.

– Папаша, не так все просто. Мы не в Америке и просто так ствол не купишь. Нужно оформить массу документов, пройти медицинскую комиссию, это займет некоторое время.

– Нет у меня времени. – Сергей разочарованно всплеснул руками вызвав очередной болезненный приступ. Когда он откашлялся, старательно пряча заляпанный кровью платок в задний карман, улыбка на лице собеседника стерлась.

– Вижу брат. – Он с сочувствием рассматривал посетителя, от чего у того засосало под ложечкой. Вот он уже не папаша, а брат. Интересно. – Рак?

– Хочу успеть сделать что-то хорошее. – Сергей проигнорировал вопрос о болезни. Но парень не давил. Он ухватил двумя пальцами кончик усов с правой стороны и начал методично скручивать.

– Ты похож на хренова психопата. Это так? – Задумчивый взгляд скользил по сторонам.

– Возможно. Не знаю. Надеюсь, что нет.

Было видно, как парень напрягся и о чем-то серьезно задумался. Он морщил лоб и едва не выдернул ус, пока наконец не заговорил.

– Если узнаю, что ты замочил свою подружку или что-то вроде того, клянусь, выкопаю тебя из могилы и помочусь прямо в лицо. – Развернулся и зашагал прочь. Затем остановился.

– Ну ты идешь? Или передумал?

Сергей быстро двинулся следом, старясь догнать продавца. Они миновали стеллажи с ружьями, прошли мимо стендов с пистолетами и даже не взглянули на ножи, выложенные ровными рядами. Пока не остановились перед дверью в подсобку.

Открыв ее, парень скрылся внутри. Сергей секунду помедлил и вошел следом. Небольшая комнатка встретила их скудной обстановкой, состоящей из старого, продавленного дивана, в нескольких местах прожженного сигаретой, пошарпанного платяного шкафа и заваленного разнообразным хламом верстака.

Знаком приказав Сергею стоять на месте, парень прошел к небольшому сейфу, который был практически не виден с того места. С минуту он стоял согнувшись, после чего вернулся, держа в ладони маленький, словно пластиковый пистолет.

– Вот. Переделал его из травмата. Не самый убойный ствол, так что стрелять придется почти в упор. – Он протянул руку и силой сунул оружие в ладонь Сергея. – Подвести не должен. И…черт…в голову лучше не целься. Кости в черепе слишком толстые, срикошетит и уйдет по касательной. Стреляй сюда. – Он ткнул указательным пальцем туда, где еще несколько месяцев назад находился живот Сергея.


***


Всю дорогу до полицейского участка Сергей проделал пешком, благо, что оружейный магазин открыли неподалеку, словно во избежание каких-то эксцессов. Это расстояние он без труда преодолел бы минут за двадцать но, теперь ему приходилось часто останавливаться, чтоб перевести дыхание. Пораженные болезнью легкие не могли снабжать организм кислородом как раньше, а потому он быстро утомлялся.

Пару раз его рвал на части болезненный кашель, заставляющий редких прохожих оборачиваться со страхом и брезгливостью. Неужели он был таким же? От осознания этой мысли становилось погано. Черт с ними. Черт с ними со всеми.

Еще его мучил страх, что кто-то заметит пистолет, небрежно сунутый за пазуху. Легкий, почти невесомый ствол жег его кожу даже через толстый свитер. А ведь ему еще требовалось побывать в участке, под профессиональным взглядом служителей закона. Они наверняка заметят неладное и…тогда пиши пропало.

– Что-то случилось? – Молодой, с аккуратной щеточкой коротко остриженных усов, сотрудник вперил в него острый взгляд. Сергей не сразу понял, как странно выглядит истощенный, скрюченный парень нерешительно замерший на крыльце полицейского участка, но когда до него это дошло, стало по настоящему не по себе. – Вам помочь?

– Мне позвонили. – Ставший вмиг огромным язык с трудом ворочался в пересохшем рту. – Опознание, вроде какое-то.

Захотелось прикоснуться рукой к пистолету, проверить на месте ли он, не выглядывает ли рукоять. Перебороть навязчивое желание было сложно.

– Понятно. – Полицейский приоткрыл дверь, словно собираясь сопроводить его внутрь – Идемте, я сейчас все узнаю. И точно, он пошел впереди. Сергей прекрасно добрался бы и сам, тем более он был здесь не так давно, но так и не нашел слов, чтоб заставить полицейского исчезнуть. И в самом деле, что он может сказать? «Идите нахер, я сам разберусь»?

Сопровождающий несильно постучал костяшками пальцев по толстому стеклу, за которым скрывался похожий на вахтера в метрополитене, дородный мужчина далеко за пятьдесят. От других представителей этой профессии его отличала разве что форма и наглое выражение лица. Хотя нет, как раз последнее их больше роднило.

Тот с облегчением отвлекся от визгливых жалоб толстой тетки с выкрашенными в пурпурный цвет волосами и уставился на коллегу водянистыми пустыми глазами.

– Сергеич, у нас сегодня опознание какое-то намечалось? – Сергеич недовольно поморщился, словно его в очередной раз спросили, когда он все же решится отказаться от жирной и нездоровой пищи и молча углубился в монитор новенького компьютера. Он щелкам толстыми пальцами по кнопкам клавиатуры с неожиданной ловкостью и через секунду ответил.

– В 12 кабинете. Нилов заждался уже, хотел сам выезжать за свидетелем. – Усатый отстранился от стойки, позволяя толстухе продолжать свои жалобы.

– Второй этаж, налево. – Это он уже наставлял Сергея. – Вас проводить? Вы выглядите неважно.

– Спасибо. Не нужно. Просто не выспался наверное. – Парень сочувствующе покачал головой. Снова его начинают жалеть, как это все достало, глубоко внутри разъярился Сергей. Но вслух произнес только – Спасибо, еще раз. Дальше я сам.

Подъем по лестнице занял целую вечность. А это всего второй этаж. Мимо то и дело пробегали спешащие по делам сотрудники. Мужчины и женщины, они уверены, что делают мир лучше, чище…и даже не понимают, что ни черта у них не получается. Дерьмо можно победить только смыв его в унитаз.

Оказавшись на нужном этаже, Сергей начал судорожно вспоминать где же здесь лево, как вдруг…

– Вот и вы! А я уже хотел отправить наряд к вам домой. – Молодой лейтенант, с которым судьба сводила их уже неоднократно, быстро шел навстречу. Он протянул руку для рукопожатия, на которое Сергей ответил с заметной нерешительностью.

– Да вы весь горите. Пойдемте. – Странно. Вежливый и такой заботливый. Помниться вчера, в машине, он не был так сдержан. Войдя в прокуренный, какой-то серый и неприятный кабинет, лейтенант указал Сергею на один из типовых офисных стульев у стола, которым тот с удовлетворением воспользовался. Налил стакан теплой воды из граненого графина и тут же схватил трубку стационарного телефона, которыми продолжали пользоваться наверное только в подобных государственных учреждениях.

Через несколько минут дверь распахнулась и в помещение втолкнули высоченного амбала, с забинтованной головой. Руки сведены за спиной и закованы в наручники. Объемный живот вздымается при каждом шаге, широкие плечи едва удалось протиснуть в дверной проем. Следом протиснулись двое парней в бронижилетах и с короткими автоматами наперевес.

В комнате сразу стало очень тесно. Здоровяка бесцеремонно усадили в дальнем конце комнаты, подальше от окна, словно опасались, что он может выпорхнуть в него как птица.

– Какого черта господа? – Интонацией здоровяк не плохо подражал Д’Артаньяну из старого советского фильма. По всему он был в отличном расположении духа. – Только я разговорился с уважаемыми людьми…

– Заткнись Киви. – Грубо оборвал его лейтенат и заметив, что все еще сжимает в ладони телефонную трубку со стуком положил ее на место. – Твои уважаемые люди бомжи и алкоголики. Такие же отбросы, как и ты сам. Один еще и…успел зашквариться, родной?

Физиономия здоровяка, названного Киви вмиг вытянулась, а затем приобрела зловещий оскал.

– Не бери на понт, родной. – Но по выражению глаз было видно, что зашквариться он успел…что бы это ни значило.

– Пасть закрой! – Хозяин кабинета не выказывал желания продолжить диалог. – Ты теперь надолго за решетку отправишься. Сука. А там тебя уже не как родного встретят, уж поверь.

Перевел взгляд на Сергея, с интересом наблюдавшего за их диалогом.

– Сергей Викторович, посмотрите внимательно на этого недочеловека. Вы подтверждаете, что это он напал на гражданина Слюсаренко и гражданку Мякину?

Слюсаренко…Мякина…Сергей не сразу сообразил, что говорят об убитом парне и его изнасилованной и изуродованной девушке. Он внимательно посмотрел на притихшего здоровяка. Черт. Конечно же это он.

– Не знаю…– Протянул Сергей, чувствуя, как пистолет почти уже прожег одежду и теперь впивается раскаленным металлом в его плоть. – Я не уверен…

Пронзительный взгляд голубых глаз лейтенанта Нилова едва не свалил его со стула. На скулах заиграли огромные желваки. Такого расклада он не ожидал. С не меньшим удивлением на него взирал Киви, он точно узнал Сергея.

– Посмотрите внимательно. – Начал давить лейтенант. Он уперся обеими руками в стол, нависая над свидетелем.

– Он же сказал, что это не я! – Заорал Киви и подскочил со своего места. Но, тут же грохнулся обратно, получив болезненный удар прикладом автомата под ребра. – Ууу…ссука. – Протянул преступник, но попыток подняться больше не делал.

– Нет. Это не он. Точно. – Сергей поднял глаза и с трудом старался выдержать взгляд лейтенанта. – К тому же, мне тогда было плохо. Приступ свалил.

– Ты ведь его по голове ударил! С десяток осколков вынули из его хренова скальпа! Посмотри! – Нилов уже не сдерживал эмоции. Он подлетел к замершему амбалу и рванул обволакивающую его череп повязку. Присохшая к рани ткань с сухи звуков оторвалась и из глубоких ран начала сочиться кровь. – Видишь?! Ты блядь видишь?!

Он оставил скорчившегося от боли бандита и схватив со стола папку, вывалил на стол стопку цветных фотографий. На них были запечатлены место преступления, асфальт залитый кровью, скорчившееся в агонии тело парня и…девушка. Точнее то, что оставили после себя двое ублюдков, когда в волю натешились с беззащитной жертвой.

Красивое личико превратилось в деформированную маску, вылепленную пьяным скульптором в горячечном бреду. На месте больших, испуганных глаз пучились два огромных кровоподтека, вместо аккуратного, слегка вздернутого носа – мерзкая дыра с остатками хряща и кровь, кровь, кровь…

– Тебе мало? Ты виноват в этом! И теперь хочешь отпустить эту тварь гулять на свободе? – Нилов негодовал и был абсолютно прав в своей ярости. Казалось, он ненавидел Сергея не меньше, чем бандита, совершившего столь жестокое преступление. – Просто кивни. Хорошо? Кивни и вали на все четыре стороны, а об этой мрази я позабочусь.

И Сергей едва не поддался. Он едва не сделал это, но все же не сделал. Нет. Он сам позаботится о мрази. Сам.

– Простите. – Выдавил мужчина. – Я…мне жаль, что не могу вам помочь. Но, мне плохо. У меня начинается приступ и если я не приму лекарства…

– Пошел вон. – Лейтенант рухнул в кресло и зарылся лицом в ладони. – Пошел вон отсюда.


***


Сергей ушел. Сгорбленный словно столетний старик, рассеянно глядя под ноги. Спиной он чувствовал сверлящий, полный ненависти и непонимания взгляд Нилова.

Прости лейтенант. Ты не понимаешь. Но, поймешь…потом…позже. А до тех пор прости.

Вышел на улицу. Снова пошел дождь. Он словно оплакивал его проклятую душу, на которой скоро появится еще одна незаживающая рана. Еще один знак того, что в рай ему путь заказан.

Завернул за угол, подальше от внимательных глаз скучающих на крыльце патрульных. Влага проникала все глубже. Она давно преодолела легкий барьер из тонкой ветровки и свитера, оседала на коже и скользила по острым ребрам, сокрытым под одеждой.

– Черт… – пробормотал в сердцах Сергей, кода понял, что пистолет тоже давно намок. Интересно, не даст ли он из-за этого осечку? Не подведет ли в решительный и самый нужный момент? Надеюсь нет, иначе он зря отпустил убийцу. Иначе…он вновь облажался.

Скрывшись в густой растительности, мужчина принялся выжидать. Он встал так, чтоб в поле зрения оказался небольшой пятачок, подле входа в участок. Так, чтобы не пропустить, когда мерзавец выйдет на улицу. Дождь прекратился. Но в глубине пожухлых, уже начавших желтеть листьев суше не становилось.

Прошло несколько часов…или минут…время будто остановилось, замедлило свой бег и стало течь по иной, непонятной траектории. Силы покидали…Господи…если так пойдет и дальше, то он не сумеет не то что убить подонка, но даже просто пойти за ним следом. Вспомнил об упаковке лекарств, поспешно сунутой ему в руки и пожалел, что так и оставил их дома. Плюнув на удобство, Сергей прислонился спиной к шершавому стволу дерева и медленно съехал на землю. Ткань на заднице тут же пропиталась влагой. К черту.

Наконец, когда он уже потерял надежду, когда решил, что Нилов изобрел какой-то другой способ задержать бандита, тот вышел из здания. Воспаленные от усталости и болезни глаза слезились, но Сергей готов был поклясться, что не ошибся. Это был Киви.

На голове у него вновь белел нелепый тюрбан из старого бинта. Только на сей раз он выглядел нелепо и скомкано, словно преступнику пришлось самостоятельно перевязывать рваные раны на затылке. Скорее всего так оно и было.

Повернувшись лицом к зданию, Киви ехидно улыбнулся и издевательски помахал огромной рукой. Он был в хорошем расположении духа. Не удивительно, ведь сегодня ему довелось обмануть саму судьбу и соскочить с плотно загнанного в трахею крючка. Пока что.

Неторопливо, словно понимая, что теперь ему ничего не грозит, здоровяк зашагал прочь. Сергей дернулся и…вдруг понял, что сил подняться на ноги у него не осталось. Он так и будет сидеть в грязи, наблюдая как убийца, которому он даровал свободу, спокойно удаляется прочь.

В голове застучало от натуги, в глазах потемнело…Сергей перевернулся на четвереньки и пополз следом. Он цеплялся грязными пальцами за промокший, превратившийся в кашу чернозем, словно скалолаз потерявший опору. Словно от этого зависела его жизнь. Грудь сдавил очередной приступ надсадного кашля и его вырвало, как показалось кусками собственных легких. Пистолет вывалился из внутреннего кармана и с глухим звуком упал перед ним.

– С вами все в порядке? – Знакомый голос. Настороженный, внимательный. Только не это…нет…уходи…проваливай прочь…Сергей хотел ответить хоть что-то, но из него вырывались только хриплые стоны. Сильные руки подхватили его подмышки и поставили на ноги. Это был тот молодой полицейский, который так вежливо встретил его на крыльце. Интересно, что движет такими людьми? Готовыми всегда прийти на выручку незнакомцу ползающему в грязи.

Сергей смотрел прямо в его лицо, утопающее в багрово красном сиянии.

Только не смотри в низ. – Мысленно молил он. – Не смотри в низ. Наконец приступ миновал и мужчина смог вдохнуть немного воздуха. Стало легче.

– Все…нормально… – Выдавил он, по-прежнему нависая всем весом на руках полицейского. Тот откровенно не поверил.

– Не похоже, друг. Ты весь в крови. – Сергей поднял перепачканную грязью ладонь и провел ей по подбородку. И правда, крови на этот раз было больше чем обычно.

– У меня рак…это мое обычное состояние…

– Вызвать скорую? – Он потянулся за телефоном, но мужчина остановил его порыв.

– Нет…мне уже лучше…– Словно в доказательство своих слов, он отстранился и пошатываясь выпрямился. – Я пойду…

– Уверен?

– Да…спасибо… – Сергей сделал шаг, затем еще один. Он молил господа, чтоб сил хватило не оступиться. Иначе этот сердобольный юнец точно отправит его в больницу. А тогда…все.

– Берегите себя. – Полицейский отдал честь и быстро пошел прочь. Сергей еще пару секунд смотрел ему в спину, после чего присел и подхватив перепачканный пистолет сунул его на прежнее место.

Так-то лучше. Пошатываясь, он направился следом за Киви, надеясь что тот не слишком торопился уйти подальше.


***


Темнело. Значит время перевалило за восемь вечера. Температура постепенно понижалась и промокшая насквозь одежда совсем не спасала от холода и порывистого, северного ветра. Ноги, и без того едва ковыляющие по разбитому асфальту, совершенно закостенели. Теперь он был похож на неумелого циркового артиста, передвигающегося на деревянных ходулях.

Ну…где же ты? Ты не мог уйти. Не мог…Неужели я такой баран?


Здоровяка нигде не было видно. Отчаявшийся, замерзший и измученный, Сергей ковылял по залившим улицу лужам, даже не раздумывая над тем, чтобы передохнуть, вернуться домой или хотя бы просто остановиться и перевести дух. Он не мог себе этого позволить.

Как вдруг! Быть не может. Киви стоял возле витрины небольшого магазинчика и что-то заинтересованно разглядывал. Что там? Шмотки? Не думал, что этот бандит такой модник. Высоченная фигура загораживала собой почти весь тротуар, от чего немногочисленным прохожим приходилось обходить его, раз за разом ступая в глубокую лужу.

Но, никто не роптал и не пробовал попросить здоровяка подвинуть свою тушу в сторону. Что не удивительно, прошлый Сергей поступил бы точно также. К чему связываться с огромным и явно злобным типом, когда можно проглотить свою гордость и промочить ноги?

Мужчина остановился и сквозь одежду прикоснулся к пистолету. Тот по-прежнему был на месте, дожидаясь своего часа. Скоро приятель. Очень скоро. Сергей задумался. Что если просто подойти и всадить пулю в этого ублюдка? Идея была заманчива, но ему нужен был второй. Разрисованный кустарными татуировками коротышка. Мужчина готов был поклясться, что именно он изрезал лицо той девушки.

Потому он остановился и огляделся в поисках укрытия. Не хорошо, если здоровяк обернется и заметит слежку. Но, тому казалось было все равно. Он повернулся влево и зашагал по своим делам. Очередная молодая парочка безропотно уступила ему дорогу.

Сергей двинулся следом, не решаясь сократить расстояние. Сил оставалось все меньше. Он лишь надеялся, что Киви не решит погулять еще пару часов. Он и не решил.

Метров через 50 здоровяк свернул и пошел по заваленному мусором, поросшему редкой растительностью пустырю. Лет десять тому назад здесь собирались строить новый микрорайон, но застройщик разорился, успев возвести лишь одну пятиэтажку, которая теперь скромно возвышалась над образовавшейся вокруг пустошью. Эти места так и манили бомжей, наркоманов и прочий сброд, а потому распродать квартиры в новостройке так и не удалось. Такое соседство не очень подходит молодым семьям. Именно туда и направился бандит.

Спокойной походкой свободного человека Киви подошел к первому подъезду, темневшему черной, зияющей пастью распахнутой двери и исчез внутри. Сергей не верил своим глазам, вот так все просто? Когда он разделается с ублюдком никто даже не услышит выстрелов. Мужчина напрягся и кинулся следом, побоявшись упустить мерзавца. Вот он, тот момент, которого он так долго ждал.

Не останавливаясь, нырнул в темноту и…оказался в тисках огромных лап бандита. В полутьме провонявшего мочой и нечистотами подъезда, Киви дожидался своего преследователя.

– Здравствуй друг. – Он прижал Сергея к шершавой стене, от чего на пол посыпались хлопья облупившейся зеленой краски. – Думал ты не придешь. Заколебался ждать возле того магазинчика.

Бандит зловеще оскалился. Сергей подумал о пистолете, но положение было совсем не выгодное. При его нынешнем состоянии, преступник окажется проворней и незамедлительно отнимет оружие. Тогда все.

– Извини. – Он поднял перепачканную уже засохшей грязью ладонь и провел пятерней по лицу здоровяка. – Червей копал. Тебе на могилку.

– Гы-ы… – Внезапно взорвался противным глумливым смехом Киви. – Ну ты и кадр…Знаешь…ты мне даже нравишься. Вот, чесслово, нравишься.

– Это у тебя с детства или после того, как с петухом в камере поручкался? – Беззлобно поинтересовался Сергей. – Извини…но я слишком устал, для прелюдий.

– Я ведь тебя голыми руками задушу. Знаешь? – Бандит перестал ухмыляться. В его глазах блестел нездоровый, хищный азарт. Очевидно, что придушит, для этого даже напрягаться не придется. – Да Боня хотел пообщаться. Он нас уже ждет.

Схватив Сергея за шиворот, Киви пихнул его вперед. Запнувшись о ступеньки, мужчина едва не растянулся на заплеванном полу, но преступник удержал его одной рукой, словно перед ним был не взрослый, пусть и весьма истощенный мужчина, а плюшевая игрушка.

– Не падать. Надо же, доходяга, а все туда же…кино что ли насмотрелся?

К счастью, квартира бандитов находилась на первом этаже. Иначе Киви пришлось бы нести Сергея на руках, потому как ноги его уже практически не слушались. По-прежнему крепко стискивая его за шиворот, свободной рукой бандит постучал в дешевую железную дверь. Из тех, которые в забавных роликах открывают с помощью консервного ножа.

– Открывай сова! Медведь пришел! – Он снова противно гыгыкнул. Дверь медленно приоткрылась. Не полностью, лишь обозначив гостям, что вход свободен. В следующее мгновение Сергей почувствовал жестокий удар в спину и влетел в квартиру, головой распахнув дверь настежь.

Улар был такой силы, что Сергей непременно проехался бы по дощатому полу до дальней стены, если бы не покрывавшая поверхность короста из грязи. А потому он растянулся лицом вниз, чувствуя, как вновь вывалившийся пистолет больно врезался в грудь.

– Встречай дорогого гостя Боня! – Прорычал Киви и шагнул следом, прикрыв за собой дверь. Замок щелкнул, выпускать его никто не собирался.

– Чего так долго? – Злобно прошипел подельник. Сергей еще не видел его, но не сомневался, что это тот самый злобный недоросток. – Я что мамочка твоя? Должен ждать и волноваться?

– Ладно, не шипи. – Отмахнулся здоровяк. – Пришлось подождать этого…Сам ведь видишь, он еле ходит.

Словно в подтверждение его слов, Сергей закашлялся.

– Эй! Не сдохни там. Пока что. – Боня сильно пнул носком ботинка по ребрам лежащего мужчины. От удара новые сгустки крови выплеснулись в натекшую из рассеченного лба лужицу крови. Сергей подобрался и, сделав вид, что пытается перевернуться, запихнул пистолет в карман.

– Не сдохну…не раньше чем ты… – Прокашлял он, чем вызвал приступ веселья бандитов.

– Ну? Я же говорил? – Прерывисто забасил Киви. – Я бля хуею с этого фраера. Сергей наконец перевернулся на бок и уперся локтем в пол. Оба преступника теперь нависали над ним, зловеще улыбаясь.

– Хочу тебя разочаровать доходяга, но сдохнешь. Еще как сдохнешь. – Боня сверкнул глазами и вынул знакомый нож. Он провел им из стороны в сторону, словно древний воин, демонстрирующий врагу свой меч. Затем указал в грудь Сергея. – Только сначала, мы с тобой немного поиграем. Согласен?

– Чего бы не поиграть? – Сергей сплюнул запекшуюся кровь. Его била нервная дрожь и…нетерпение, он жаждал действия– Нужно насладиться каждым оставшимся мгновением. С этими словами он выхватил пистолет и направил его на бандита. От неожиданности, тот замер продолжая указывать на него ножом. – Оп-па…кажется я выигрываю.

Он перевел ствол в сторону громилы и нажал на спусковой крючок. Только бы выстрелил. Только бы тот парень не обманул. Он и не обманул. Раздался громкий хлопок, словно кто-то зажег петарду и через секунду промежность Киви словно взорвалась. Черт…а он ведь целился в живот.

Громила взревел и обеими руками ухватил себя между ног. Между толстых, словно волосатые сардельки пальцев засочилась кровь, постепенно принимая вид багрово красного водопада. Он грохнулся на колени, а затем оказался на полу, корчась от боли и вереща во все горло.

– Черт! Он мне в член выстрелил! Он выстрелил мне в член!

Не давая второму опомниться, Сергей перевел ствол на него.

– Как тебе такие игры, мразь?

– Не нужно, ладно? Я…ту девку не трогал…это все он… – Боня опасливо поглядывал на ревущего товарища, старательно перекладывая на него вину. – Да и какое тебе дело?!

– Мне? В общем-то никакого. – Ответил Сергей и пистолет изрыгнул вторую пулю. На этот раз она угодила точно в живот бандита, заставив того согнуться, как от могучего удара боксера тяжеловеса.

– Сука…– Продолжал ныть Киви. – Сука…член мне отстрелил…я чувствую, что он отвалился…бляяя….

Сергей поднялся, приблизился вплотную к здоровяку и вдавил еще теплое дуло ему в левый глаз. Бандит замер, лишь тяжело пыхтя и корча физиономию.

– Не надо…не надо…не надо… – Начал он. Пуля прошила глазное яблоко и застряла где-то в недрах его черепа. Вот и нет больше большого и страшного Киви, подумал Сергей. Теперь это просто груда дерьма, завернутого в мешок из кожи и жира.

Боня пытался подняться, но никак не мог принять устойчивое положение. Из него вытекло столько крови, что конечности постоянно разъезжались в стороны, будто пьяный фигурист пытался выполнить очень сложную программу. Сергей наотмашь ударил рукояткой пистолета ему по затылку, заставив бандита растянуться на полу.

Подобравшись вплотную к умирающему преступнику, Сергей рывком перевернул его на спину и нацелил оружие в мерзкое, злобное и такое смешное на пороге смерти лицо. Он собрался нажать на спуск…как вдруг зацепился взглядом за лежащий в полуметре нож. В голове мелькнула страшная мысль, от которой даже у него самого по спине пробежал холодок.

– Этим ты девчонке нос отпилил? – он поднял нож и острым лезвием ткнул Боне в щеку. Лезвие пронзило плоть на удивление легко. Не потребовалось ни малейшего усилия. Бандит вскрикнул, явно понимая к чему все идет.

– Нет. Нет…я ее не трогал. Прошу…. – Заскулил он, когда Сергей повел рукой рассекая его щеку. Раз и зловонная пасть негодяя стала вдвое шире.

– Все хорошо, приятель. Улыбайся.


Глава 8


Когда Сергей закончил, от лица бандита мало что осталось. Войдя в раж, он резал, колол и отрывал от мерзавца куски плоти, на время даже позабыв о боли. В какой момент ублюдок испустил дух? Мужчина надеялся, что он продержался как можно дольше. Все вокруг было залито кровью. Стены, пол, даже на потолке он заметил несколько бурых пятен. Пошатываясь, мужчина поднялся на ноги.

Что теперь? Интересно, соседи уже вызвали полицию? Хотя…если учесть, что бандиты избрали эту квартирку своим логовом, вряд ли стоит опасаться таких мелочей. А вот о чем стоит задуматься, так это о чистой одежде. За окном давно опустилась тьма, но даже она не скроет насквозь пропитавшегося кровью мясника.

Он прошел по узкому, заканчивающемуся плотно прикрытой дверью, коридору, на ходу стаскивая прилипшую одежду. Ветровка, свитер…все отправилось на пол. Он не раздумывал над тем, чтоб спрятать вещи. Хотелось просто поскорее избавиться от стягивающей движения, пропахшей кровью и смертью ткани.

Стоя абсолютно голый посреди коридора, в метре от разливающейся лужи, в которой смешалась кровь обоих убитых, он осмотрелся в поисках ванной комнаты. Даже сменив одежду, он не избавится от зловония, его можно только смыть. Если конечно бандиты что-то знали о гигиене. По доносившемуся стойкому запаху канализации и дерьма, Сергей определил за которой из дверей санузел. Щелкнул выключателем и прошел внутрь. Помещение представляло собой страшный сон каждого нормального человека. Загаженный, пожелтевший от мочи и испражнений унитаз вряд ли придет в голову назвать фарфоровым троном. Он был просто нужником, толчком…парашей? Кажется, так называют отхожее место преступники. Грязная в разводах и ржавчине ванна выглядела не намного лучше. Но…в нее кажется хотя бы не справляли нужду. И здесь есть душ.

Сергей перебросил левую ногу через край ванны, стараясь не касаться налипших черных волосков, и ступил босыми ногами на шершавую поверхность. Страстно желая не заполучить какую-нибудь разновидность страшного грибка стопы, подобрал дешевую пластиковую лейку, от которой к смесителю тянулся обыкновенный резиновый шланг, скрученный подобием мертвой змеи, пустил воду.

Яркая вспышка ослепительной боли пронзила голову, когда горячая струя ударила в месте ее соприкосновения с дверью. Плевать. Главное, она смоет кровь. Так он провел минут двадцать, периодически намыливаясь найденным здесь же куском мыла.

Закончив, мужчина огляделся в поисках чистого полотенца, которого конечно же не оказалось. Потому, как был, вышел в коридор, позволяя каплям воды медленно скатываться с его изможденного тела прямо на грязный пол.

– Так, так, так… – Протянул он, осматривая расположенную напротив комнату. – Где же вы прячете свой гардероб?

Распахнул ближайшую дверь и начал шарить по стене в поисках выключателя. Как вдруг. Услышал легкий шорох. Словно маленький, перепуганный зверек притаился в темноте. Сердце заколотилось. Неужели здесь кто-то есть? Еще один бандит? Конечно же! С чего он взял, что их должно быть двое?

Первым позывом было броситься назад, за пистолетом. Но…какого черта. Ему очень не хотелось снова перемазаться кровью, а затем обнаружить, что напугал его простой сквозняк. Будь что будет. Рука нашарила выключатель.


На удивление яркий, свет озарил небольшую комнатенку. Тьма разлетелась в клочья, растаяв в теплом сиянии болтающейся под потолком лампочки. Вся скудная обстановка представляла собой тяжелые, плотные шторы, надежно отгораживающие от внешнего мира и ворох тряпья наваленного в дальнем углу. В пол у противоположной стены были ввинчены несколько стальных колец от которых тянулись тяжелые цепи…заканчивающиеся за спиной у трех девочек лет восьми.

Они старались, как можно глубже зарыться в дурно пахнущие тряпки, представляющие импровизированную постель, и уже от туда наблюдали за ним огромными от ужаса глазами.

Что за кошмар здесь происходит?

Одна из девочек пронзительно захныкала. И тут он понял, что стоит абсолютно голый, перед закованными и измученными жертвами насилия. Черт! В панике, он выскочил вон и прижался спиной к стене. На лбу выступила испарина. С минуту молча переводил дыхание и раздумывал, как поступить дальше. Конечно, он не мог оставить несчастных детей здесь…но вызвать полицию все равно, что добровольно надеть на себя наручники.

– Не бойтесь! Я вас не трону. Никто больше не тронет. – Он старался говорить громко, чтоб они хорошо слышали его голос, даже через толстую стену. Ответом ему была тишина. Не удивительно. Можно поспорить, что бедняжкам пришлось пережить дикий ужас, а спасать их явился обтянутый кожей скелет, да еще и с болтающимся между ног хозяйством.

Ему захотелось вернуться и еще раз вонзить нож в трупы Киви и Бони. Жаль, что теперь это бессмысленно.

Секунду помедлив, он высунул голову в дверной проем.

– Теперь все будет хорошо. Я…отведу вас домой, хорошо? – Он попытался улыбнуться, но вышло слишком фальшиво. Что же, лучше чем ничего. – Подождите немножко.

Сергей перерыл вторую комнату в поисках хоть какой-то одежды, но все было тщетно. Не может же он вызволять пленниц голышом. Что же делать? Вернулся к комнате с пленницами и сильно вытянув шею заглянул внутрь, рассматривая кучу тряпок, в которую зарылись девочки.

– Эй…девочки? Там…у вас нет штанов каких-нибудь? – Он надеялся, что не придется проверять самому. Прошло несколько минут, прежде чем в его сторону что-то полетело.

– Спасибо. – Он рассматривал огромного размера брюки, свалившиеся прямо посреди комнаты. – Закройте, пожалуйста глаза, ладно?

Надеясь, что они послушались, Сергей шмыгнул внутрь и схватив брюки за штанину пулей выскочил обратно в коридор.

Измятые, коричневого цвета, все в потеках и дырках, брюки, к тому же, оказались велики настолько, что он мог бы обернуться ими дважды. Ну, хотя бы пуговица на месте. Отыскав небольшую прореху чуть ниже пояса, он сунул в нее пуговицу. Выглядело это жалко. К тому же, брюки все равно в любой момент могли соскользнуть, приходилось то и дело подтягивать их на своих костлявых бедрах. Выдохнул и вошел в комнату.

– Привет. – Помахал девочкам рукой. Как идиот. – Давайте выбираться?

Сделал шаг в сторону пленниц, но те как по команде отпрянули от него, позвякивая тяжелыми оковами. Удивительно, как хрупкие детские шейки до сих пор не переломились под такой тяжестью.

– Не бойтесь. Я помогу. – Как же, он представил, как выглядит сейчас и ненароком улыбнулся. – Вы разве не хотите домой?

– Уходите. Они разозляться. Вам нельзя здесь быть. – Наперебой защебетали перепуганные голоса. – Уходите! Они сделают нам больно! Они станут нас мучить!

Дети находились в весьма скверном состоянии. Они жались друг к дружке, словно их маленькие, хрупкие тела могли послужить защитой от чего бы то ни было.

– Нет. Этого не произойдет. – Сергей присел перед детьми стараясь говорить как можно спокойнее. – Вам больше не нужно бояться. Можно? Он протянул руку и аккуратно провел вдоль цепи до стального ошейника, врезавшегося до крови врезавшегося в кожу одной из девочек. Похитители явно не слишком заботились о комфорте, в месте соприкосновения с шеей кожа была ярко багрового цвета. Вот-вот начнется заражение крови. Если еще каким-то чудом не началось.

– Господи…как же так можно? – Он шарил взглядом в поисках отверстия, которое бы означало существования ключей, от ошейников. Но, те словно были намертво заварены прямо на телах пленниц. Осмотрел вторую, маленькую, голубоглазую с копной давно не мытых каштановых волос. То же самое. Ни единого намека, как их освободить.

– Уходите! Оставьте нас в покое! – Вновь хором заголосили девочки, старательно прячась в зловонном одеянии. Одна несильно пихнула его маленькой ручонкой.

– Черта с два. – Прошептал мужчина поднимаясь. – Если не сумею освободить вас самостоятельно, позвоню в полицию и сдамся. Но, вы здесь ни останетесь. Ясно?

Он отошел и начал изучать вкрученные в пол кольца. На вид прочные, сломать не удастся. Но половицы давно сгнили…Если получится поддеть их чем то…Может получиться. Он бросился переворачивать все вверх дном, в поисках какого-нибудь инструмента или куска арматуры. Хоть что-то должно было быть среди этого хлама.

– Ну же, ну же, ну же… – Тараторил он себе под нос, мечась из комнаты в комнату. Вспомнил о ноже, которым замучил татуированного бандита и кинулся в коридор. Едва не упал, поскользнувшись на начавшей сворачиваться крови, но с трудом устоял на ногах. Вот он! Схватил с пола перемазанный, скользкий и непослушный клинок, вернулся в комнату к девочкам.

Упал на колени и кряхтя вогнал тонкую сталь лезвия в щель между половицами. Эта часть работы прошла на удивление легко. А вот дальше начались трудности. Сил в его иссушенном, истощенном бессонницей и недоеданием теле было недостаточно, чтоб выдернуть даже эту трухлявую доску.

Он наваливался на рукоятку всем своим весом, но ничего не выходило. В исступлении несколько раз ударил по ней раскрытой ладонью и задыхаясь повалился на пол. Не выходит. Ни черта не выходит.

Внезапно цепи зашевелились. Одна из девочек, на четвереньках, словно слепой щенок, подползла к нему и принялась помогать. Она не издавала ни звука, если не считать учащенного дыхания. Естественно, ничего у нее не вышло..

Сергей повернул голову на бок и наблюдал, как отчаянно малышка пытается выбраться на свободу. Как искажается ее лицо в гримасе боли и страха. Как сочиться белесая сукровица из-под разодравшего шею ошейника. Ему стало неимоверно жаль ее. Эта душевная боль оказалась гораздо сильнее той, что ежедневно причинял ему изнуряющий кашель. Он заплакал.

Из коридора раздался звонкий щелчок, словно некто неосторожно взвел курок пистолета. Мужчина поднял залитое слезами лицо и уставился в дверной проем.

– Нет…быть не может… – Он подобрался и осторожно отстранив девочку вытащил тонкое лезвие из пола. Медленно приблизился к выходу, прижался к стене слева от дверного проема, прислушался. Кто-то из бандитов остался жив и теперь поджидает его? Господи…как такое возможно? Он прислушался…тишина. Только чье-то осторожное, сдерживаемое дыхание. Или ему кажется?

Цепь негромко звякнула, когда девочка вернулась на прежнее место. Пленницы сбились в кучку, огромными глазами уставившись на человека, заставившего поверить в скорое освобождение. Только бы не подвести их.

Выставив острое лезвие перед собой, Сергей начал осторожно огибать дверной косяк. Все движения он делал медленно, расчетливо. Выскользнул в коридор и…никого. Оба бандита так и лежали на полу, не подавая признаков жизни. Все как будто было так же, как он оставил. Или…в полуметре от себя он увидел кровавый отпечаток подошвы. Смазанный ребристый рисунок…Что-то черное метнулось к нему из ванной.

Сергей попытался защититься, выбросив лезвие, но на его запястье сомкнулась железная хватка, сильные пальцы увели руку в сторону. Короткий, поставленный апперкот в челюсть отбросил назад. Затылок встретился с шершавой стеной, выплескивая из глаз сноп ярких искр. Следующего удара он уже не почувствовал.


Глава 9


Открыв глаза Сергей не сразу сообразил где именно находится. Боль отступила, оставив лишь легкое отупение в голове. Он лежал на чем-то твердом, неудобном, еще и скрючившись в позе зародыша. Темнота, окутывавшая его тугим, лоскутным одеялом не позволяла сориентироваться. Может быть он мертв? Нет…откуда тогда чувство, будто нечто острое пронзает его спину.

Мужчина завел руку за спину и шарил там, пока ладонь не наткнулась на осколок стекла, заставив вскрикнуть от резкой боли. Отдернул запястье и посмотрел на глубокий порез, пересекающий кожу рядом с большим пальцем, из раны сочилась кровь. Он начал подниматься и каждое движение вызывало неприятный шелест еще сотни осколков стекла, на которых он видимо и лежал. Не самая удобная постель.

Где-то далеко завыла сирена. Пронзив разум вспышкой, она немного разогнала туман в голове. Мертвые бандиты, юные пленницы и незнакомец, отправивший его в нокаут. Теперь он все вспомнил. Где они? Метрах в ста от его лежбища, полыхало пламя. Огонь вырывался из окна первого этажа, освещая загаженный пустырь и даже мусорную кучу, на которой его оставили. Но зачем? В мозгу раздосадованным роем обезумевших пчел метались вопросы, то и дело вонзая жало в его воспаленный мозг. Зачем незнакомец вытащил его из квартиры? Почему не оставил подыхать в раскаленном аду? И где, черт возьми, девочки? Он что, сжег их вместе с трупами похитителей?

– Господи…– Он смотрел как пламя сильными рывками вырывается через лопнувшие стекла окна и не мог поверить. – Бедные девочки…неужели…неужели они все еще там?

Вой сирен становился громче, пожарные приближались, влекомые раскинувшимся заревом, они собирались выполнить свою работу. Значит нужно уходить. Пусть даже огонь уничтожит следы, странный, окровавленный и израненный человек, возле места преступления вызовет подозрения. Это как пить дать. В последний раз бросив обескураженный взгляд на пылающее здание он зашагал прочь.

– Простите меня девочки…я обещал, что больше никто вас не тронет…я снова облажался.

Сколько времени он шел к своему дому? Черт его знает. Стараясь не попадаться на глаза случайным полуночным прохожим, мужчина передвигался исключительно дворами и пустырями, исследуя лишенные света кусочки города.

Дыхание быстро сбилось в прерывистое посвистывание, но он не останавливался, продолжая шагать вперед, как марафонец на последнем издыхании. Ему нужно было добраться до дома. Запереть за спиной дверь, упасть на кровать и забыть об этом кошмаре. Больше он никогда не покинет пределом своей квартиры. Больше он не станет вмешиваться в жизни других людей. Больше он никому не причинит боль.


***


Сергей позволил себе перевести дух только после того, как прижался к запертой позади двери. Вот он и дома. Быстро добравшись до ванной комнаты, он открыл кран и начал жадно топить свою жажду в струйке ледяной проточной воды. Затем набрал полную пригоршню и выплеснул на свое горящее от перенапряжение, покрасневшее неровными багровыми пятнами лицо. Поднял взгляд на расположенное прямо перед ним зеркало и…

– Это еще что?

Его лоб пересекала аккуратная черная надпись.

«Привет!»

И черная стрелка указывающая вниз, она ровной чертой разделяла его нос на две равные половины. На тощей груди еще символы. Кто-то размашисто начертал на его теле некое послание. Он напряг зрение и начал читать ,произнося каждое слово вслух.

Прости, что не дождался пока ты придешь в сознание, но…времени было не так много. Сам понимаешь. Я поражен тем, что ты устроил здесь, это…было неожиданно и прекрасно. Ты весьма интересный человек.

В левом кармане своих огромных штанов ты найдешь телефон. Держи аппарат включенным, ведь я просто мечтаю с тобой пообщаться.

Не прощаюсь. Твой друг.

– Да что за дерьмо происходит!? – В прошептал Сергей одними губами и еще дважды перечитал послание. Он изучал таинственные строки, пока в глазах не начало двоиться от напряжения, потому мужчина плюнул в раковину и сбросив брюки залез в ванну. Второй раз за сутки он яростно надраивал свое тело мочалкой, словно собирался вместе с буквами содрать с себя кожу. Наверное, так оно и было.

Не сразу, но строки начали поддаваться. Намылившись в третий или четвертый раз, он с удовлетворением убедился, что от послания практически ничего не осталось. Вместе с буквами он почти стер с себя последнее напоминание о произошедшем. Лишь тупая боль на изрезанной коже запястья продолжала сигналить о том, что все произошло на самом деле. После чего вышагнул из ванны и направился в спальню, где намеревался пробыть как минимум до следующей недели.

Глаза закрылись еще до того, как голова коснулась подушки. Сергей провалился в сон.

Пронзительная трель вернула его к реальности. К той реальности где люди умирают от жестоких пыток, а дети сидят прикованными в грязной комнатенке. И здесь ему совсем не нравилось.

Поморщившись, не желая открывать глаза и вновь переживать весь этот кошмар, он слушал, как трель становится все громче, будто пробираясь в его голову. Господи…просто позвольте спокойно лежать в мягкой, удобной постели, пока легкие окончательно не перестанут качать кислород по венам.

Трель повторялась. Снова и снова. Казалось, она не прекратится никогда. Нужно подниматься…нужно взять трубку и ответить…нужно наконец разобраться в происходящем.

Все еще лежа, он раскинул руки в поисках нервирующего источника звука. Провел ладонью справа от себя, слева…ничего. Да и звук был какой-то глухой, словно раздавался откуда-то издалека. Может еще один кошмар?

Распахнул непослушные веки, ресницы будто сплелись воедино, не желая расставаться со своими возлюбленными. Но он их разлучил. Поднялся и зашатался вглубь коридора. Яркий свет из приоткрытой двери ванной освещал ему путь раскрытой дорожкой теплого света. За окном рассвело, от темных туч не осталось и следа.

Телефон надрывался там, где он скинул одежду. Конечно же…он ведь заботливо уложен в левый карман его…точнее не его брюк. Аккуратно нагнувшись, Сергей выудил небольшой мобильник и взглянул на дисплей. Естественно, на нем не высветилось ни имя звонившего, ни хотя бы его номер. Нажал на кнопку приема и приложил аппарат к уху.

– Как вы себя чувствуете? – Голос показался смутно знакомым. И в то же время абсолютно чужим. С едва заметной хрипотцой, словно говоривший ежедневно выкуривал по две пачки крепких сигарет.

– Как дерьмо. – Ответил Сергей и ни капли не слукавил. Он действительно чувствовал себя разбитым.

– Какая жалость. – Заботливо протянул незнакомец. – Надеюсь, что сумею немного поднять вам настроение.

– Сомневаюсь.

– Ну же…ну же Сережа. Возьмите себя в руки. Вы еще полны силы.

– Черта с два. Нет у меня больше сил.

– Хм…в таком случае, вам придется стиснуть зубы и отыскать их. Я в вас верю. – Складывалось впечатление, что незнакомец заигрывает с ним. Он плутал вокруг, словно выискивая слабое место, за которое можно будет уцепиться. – Я поражен вашей…хм…работой.

– Ты ошибся. Я безработный. – Сергей потер переносицу внешней стороной запястья. – Какого черта тебе от меня нужно?

– Сразу к делу? Похвально. – Незнакомец протяжно хихикнул. – Я вижу в вас потенциал. И хочу использовать его на полную катушку. Вместе…мы можем здорово повеселиться. Как вам идея?

– Разве я клоун? Повеселись с кем-нибудь еще. – Внезапно, в голове появился образ вчерашнего пожара. Он стиснул зубы. – Что с девочками? Ты…сжег их?

– Господи…Сергей…вы ведь меня совершенно не знаете…но уже считаете сущим дьяволом. – Казалось, говоривший искренне задет. Или просто играет. – Нет же…они живы. И прекрасно себя чувствуют. Я рад, что вы вспомнили о несчастных малышках. Один господь знает, сколько страданий им довелось пережить. Хотите помочь им?

– Помочь? Не ахти из меня помощник. – Сергей злился. В последние дни, это было единственное подвластное ему чувство. Единственное, что он вообще мог чувствовать, помимо апатии.

– Ну…не прибедняйтесь. Вы действовали весьма, весьма ловко. Возможно, немного неаккуратно и порой даже грязно, но ловко. – Незнакомец на пару секунд замолчал, словно собираясь с мыслями. – Я оставил для вас послание, там где вы переродились, где впервые перешагнули через свое естество и выпустили наружу зверя.

– Какое к черту послание? – Но, говоривший то ли не слушал его, то ли просто не желал отвечать.

– Сыграйте со мной и спасете несчастных деток. Или не делайте ни чего и…Но вы ведь так больше не можете, верно? – После этих слов он нажал отбой и телефон умер в ладони Сергея.

Послание…там, где переродился…где перешагнул себя…Что за бред?

В голове мелькнула ясная мысль. Нет, не бред. Сергей вдруг понял, куда ему необходимо идти.


***


Все еще не выпуская мобильника из рук, мужчина направился к соседской квартире, по-прежнему стоящей пустой и опечатанной. Он замер в нерешительности. Вряд ли сюда в ближайшее время вернутся хозяева, черт, вряд ли они вообще когда-нибудь вернутся. Но, входить внутрь очень не хотелось. И только теперь, почувствовав холодную и твердую поверхность лестничной площадки, осознал, что до сих пор так и не удосужился накинуть на себя хоть что-то.

На этаж выше хлопнула дверь и кто-то засеменил по лестнице, бодро отбивая ботинками нехитрую дробь. Не хватало, чтоб в таком виде его заметили соседи. Быстро протянув руку, он легко толкнул дверь, сорвав едва держащуюся в уголке печать и скользнул внутрь. Едва дверь вернулась в прежнее положение, по ту сторону кто-то прошмыгнул. Дождавшись пока шаги утихнут, мужчина развернулся и ахнул от неожиданности. Прямо перед ним распростерлось чье-то тело.

– Господи…– Одними губами прошептал Сергей, вглядываясь в то место на полу, куда упал зарезанный им сосед. Не могли же они забыть труп. Так не бывает.

Потянул ноздрями воздух, рассчитывая услышать вонь разлагающегося тела, гниющей плоти, его испражнений. Но, нет. Ничего, кроме затхлого запаха давно покинутого жилья и легких, едва уловимых ноток перегара. Это его не успокоило. Ведь если труп еще не начал сочиться миазмами, значит он совсем свежий. А значит кто-то положил его сюда.

Мужчина с ужасом отметил, что это не вызывает у него того страха, который несомненно бы испытал нормальный человек. Не уж-то он действительно переродился. Шагнул вперед, не сводя глаз с бледной, какой-то неестественной кожи. Он чувствовал, что что-то не так, и присев на корточки дотронулся до мертвеца. Кожа оказалась странно твердой и холодной. Сергей с облегчением выдохнул воздух из натруженных легких и едва не закашлялся, но с трудом подавил приступ. Это всего лишь манекен.

Стало немного спокойней. Но, в полутьме, за зашторенными намертво шторами, он должен был отыскать некое послание. Можно конечно зажечь свет, но не хотелось привлекать внимание. Соседям нет дела до того, что происходит вокруг, но только если не появляется возможность испортить ближнему жизнь. В такой ситуации они становятся олицетворением внимания. Эх, жаль что у него нет фонарика…хотя…

Мужчина поднес к лицу сжатый во вспотевшей ладони мобильник. Ну конечно! Он произвел несколько действий и телефон вмиг исторг яркий свет, который тут же упал на небольшой белоснежный конверт из плотной бумаги, приколотый кухонным ножом к груди манекена.

– Вот и послание. – Аккуратным движением он вытащил конверт, раздумывая над тем, откуда незнакомцу известны эти подробности, он практически безошибочно угадал место, в которое нанес смертельный удар Сергей. Аккуратно сорвав край плотной бумаги, он заглянул внутрь. Там не было ничего, кроме небольшой, черно-белой фотографии.

На ней был запечатлен молодой мужчина. Он словно не знал, что его снимают. Словно для того, чтоб Сергей не сомневался в своей цели, все окружение было замазано черным цветом, нетронутым оставалось только знакомое лицо с пышными темными усами.

Это же…тот полицейский, что помог Сергею добраться до кабинета Нилова, а потом хотел оказать помощь, когда он едва не умер от внезапного приступа в кустах, за полицейским участком. И какого черта от него хочет незнакомец?

Сергей перевернул фотографию. На обороте было всего несколько предложений, написанных аккуратным почерком.

Жизнь, за жизнь дружище. Убей этого подонка и взамен обрети ребенка. Девочки ждут твоих действий.

И все. Ни пояснений, ни какой-тот информации, ни чего. Только приказ убить.

Телефон издал знакомую трель, от чего Сергей едва не выронил его на пол. Он поднес аппарат к уху.

– Какого черта ты хочешь? Я должен убить этого парня? Я что, киллер? Да у меня сил едва хватает, что бы доковылять до постели. – Он осекся.

– Дяденька…вы сказали, что я пойду домой…вы сказали, что меня больше не обидят…дяденька…дяденька… – Девочка по ту сторону рыдала навзрыд. От этих звуков сдавило нутро и желудок едва не изверг на манекен…а собственно когда он ел в последний раз?

– Малышка…Черт. Хорошо! Хорошо, я сделаю, что ты хочешь! Слышишь? Сделаю. – Теперь девочка плакала где-то в стороне.

– Вот и молодец. Я просто решил, что тебе необходима дополнительная мотивация. И ведь оказался прав. – Незнакомец был доволен, он буквально источал удовлетворение.

– Хорошо…хорошо…но, почему он? Почему этот парень?

– Потому что…это плата за жизнь маленьких ангелочков. Думаешь она слишком велика?

– Нет…я не знаю…нет.

– Ты запутался. Но, это не страшно. Сергей, у тебя сутки, чтобы завершить это задание. Не больше и не меньше. Удачи, друг. – Трубка снова замолкла. Сергей упал на пятую точку, все еще прижимая к уху телефон из которого бил яркий свет портативного фонаря. Как он оказался в таком положении? Почему кто-то решил, что из едва живого, безработного кассира получится отличный наемный убийца?


Глава 10


Включив телевизор, чтобы немного разбавить сковывающую его тишину, Сергей сразу наткнулся на сюжет о пожаре в многоквартирном доме. Как оказалось, жильцов там было не много. Всего пара квартир заселены официально, остальные помещения занимали бомжи, наркоманы и прочие отбросы, превратившие едва построенное здание в рассадник притонов. Потому, никто не был удивлен обнаруженным внутри сожженной квартире трупам. Два тела, обгоревших настолько, что опознать их было теперь невозможно.

– Сутки… – Бормотал мужчина. – Этого мало. Он не успеет подготовиться.

Хотя о какой подготовке может идти речь? До сих пор он действовал инстинктивно и каждый раз едва не поплатился за это жизнью. Своей уже просранной жизнью. Ее остатками. Но, он ведь хотел сделать что-то, что добавит смысла в его гребанное существование.

Сергей привычно сварил пельменей и без аппетита запихивал их себе в рот. Есть не хотелось, но он прекрасно понимал, что без этого его организм откажет гораздо быстрее. Сил и так было мало, терять последние немыслимая роскошь.

Едва закончив, он поднялся из-за стола. Действовать нужно немедленно. За несколько часов, что он обдумывал свое задание, приступы мучили его дважды. То ли из-за нервотрепки, то ли просто пришло время, но они становились чаще и продолжительнее. Черт побери, как он справится с молодым и полным сил мужчиной? Да еще и полицейским. Это ведь не шпана из подворотни, ментов наверняка обучают самообороне. Жаль, что незнакомец не посчитал необходимым снабдить его оружием или вытащить из огня тот самодельный пистолет.

И все-таки, почему именно он? В сегодняшнем мире, где каждый думает только о собственных интересах, этот парень был одним из немногих, кто с готовностью пришел на выручку незнакомому человеку. Он дважды за один день интересовался его здоровьем, дважды…это удивительно. И теперь, Сергей должен лишить жизни последнего чуткого полицейского в городе? От осознания этого факта сосало пол ложечкой.

Но, он сам ввязался в эту игру. Сам поставил жизни девочек на кон. И теперь не имеет права отступить. Поднявшись из-за стола, мужчина вышел из квартиры.


***


По дороге к полицейскому участку его дважды вырвало. Не переваренные пельмени скакали по изгвазданному желудочным соком тротуару. Похоже, этот прием пищи точно не прибавит ему сил.

Нещадно захотелось пить. Сергей заприметил огромную, сверкающую миллионом огней вывеску магазина, одной из известных торговых сетей, что практически полностью выдавили с рынка мелких предпринимателей. Все еще утирая губы, словно опасаясь, что кто-то заметит на них следы бурных выделений. Вошел в широкие стеклянные двери и…замер.

– Да он полную сумку набила! Думал никто не видит! Вор, бля! – Орал как резаный краснолицый здоровяк в униформе охранника. Он крепко вцепился огромной пятерней в ворот поношенного свитера молодого парня. Худощавая фигура пойманного с поличным вора трепыхалась, словно пойманная в силки куропатка, но вырваться на свободу ему не удавалось.

Каждый рывок приводил к тому, что растянутый свитер становился все больше и казалось, что через секунду несчастный просто выскользнет из него. Но, охранник был начеку. Он несильно размахнулся и отвесил парню оплеуху, от которой его голова качнулась в сторону, как у китайского болванчика. На губах выступила кровь.

– Что вы делаете! – Попыталась вступиться за парня какая-то сердобольная женщина, но здоровяк так посмотрел на нее, что потупив глаза она скрылась среди стеллажей с продуктами.

– А ну дай сюда! – Свободной рукой он схватил замызганный рюкзак, который парнишка прижимал к груди и рванул его на себя. Ткань не выдержала и на пол посыпались несколько помидоров, плавленый сырок и пачка печенья. – Ага! – Радостно заревел охранник.

– То же мне, бандита поймал – Не выдержал Сергей. Он все еще стоял чуть в стороне, раздумывая стоит ли вообще вмешиваться. Рассудок подсказывал, что нет, но что-то глубоко внутри, чего раньше там не существовало рвалось наружу. – Помидор и пачка печенья. Вы блин разоритесь конечно.

Он подошел ближе. Охранник с интересом смотрел на сутулого и болезненно бледного недомерка, решившего оспорить его победу. Широкая грудь его вздымалась, словно после длительного марафона, на что намекали и едва заметные темные пятна под мышками. Взгляд глубоко посаженных, злобных глазок собирался прожечь его насквозь. И ни капли интеллекта на мясистом, неприятном лице.

Еще несколько месяцев тому назад, Сергей бы никогда не решился перечить такому. Несколько месяцев…но не теперь. Слишком многое пришлось пережить. Больше он не боялся.

– Ну так что? Герой? Злодея поймал? Молодец! – Сергей остановился в полуметре, в тусклых глазах его блеснула ненависть. – Я видел как в хозтовары бабушка прошла, лет 80-ти. Еще успеешь ее до инфаркта довести.

Охранник замолк, широкий лоб его прорезали глубокие морщины, оповещающие о тяжелой мозговой активности. А вот Сергей ощутил другую активность в своем организме. В груди вновь раздался взрыв и он едва не повалился на пол. Приступ подкатил неожиданно. Э нет…так он точно не успеет выполнить задание.

Еще раз окинув взглядом охранника и схваченного им парня, он мысленно извинился перед последним и развернулся, собираясь выйти на воздух. Ему необходимо срочно подышать. Но уйти ему не удалось. Отбросив в сторону порванный рюкзак, охранник уцепил его за плечо свободной рукой.

– Куда собрался? Ты что, заодно с этим?

– Ага. Помидора ведь два. – Сергей хрипел, постепенно теряя возможность дышать. – А…вот сырок он один стащил…кинул меня…сука.

– Шутник? Ну и я сейчас пошучу… – Прорычал охранник. Что он имел ввиду Сергей так и не понял, потому что его накрыло мутной пеленой, приглушившей все пять чувств одновременно. – Эй! Ты…чего!? Я не трогал его! Я ничего ему не делал!

Охранник продолжал оправдываться, пока Сергей бес чувств валился на пол. Из его горла раздавались тяжелые, хрипящие звуки.


***


– Давай скорее…в машину его. – Тело сковало, он слышал слова словно сквозь толстое ватное одеяло. Сильные руки подхватили его за плечи и поволокли куда-то. – Да помоги ты. Вот…так…

Сергей почувствовал терпкий запах бензина и чего-то еще, когда его аккуратно уложили на мягкое, но какое-то узкое ложе. Где он черт побери?

– …все…закрывай дверь…садись впереди…

Звонко хлопнула дверь и стало тихо. Он в машине, понял Сергей. Какого черта происходит?

Двигатель завелся сразу, похоже что владелец следит за состоянием своего автомобиля. Сергей открыл глаза, но в темноте никак не мог сфокусировать взгляд. Машина начала движение.

– Пристегнись. Вот так, молодец. – Голос знакомый. Но, откуда он его знает? – Сейчас, доставим парня в больницу, потом с тобой решим.

В больницу? Нет…в больницу ему нельзя. Сергей попытался подняться, но сил не хватило. Он застонал.

– Не надо в больницу. Мне…уже лучше… – Он выдавливал из себя каждое слово, каждую букву, но старался делать это уверенно.

– Уверен? – Водитель продолжал следить за дорогой, потому лишь заботливо переспросил. – Давай все же к врачу.

– Нет. – Излишне резко ответил Сергей и, наконец, сумел занять вертикально положение. Откинувшись на мягкую спинку, он повторил.

– Никакой больницы. Они все равно ни черта не могут сделать. Только наркотой обколют. У меня…

– Рак. Я помню. – Из зеркальца заднего вида на Сергея смотрели добрые, чуть лукавые глаза усатого полицейского.

Ну не верю я в такие совпадения, Подумал Сергей.

– Вам покой необходим. А вы… – Он ткнул локтем сжавшегося на пассажирском сиденье парня из магазина. – Воришек всяких защищаете. Если бы я не появился…черт знает, что могло произойти.

Сергей осматривался. Водитель одет в белоснежную, словно из рекламы стирального порошка рубашку и синие джинсы, явно не из дешевых. В ширпотребе Сергей разбирался, сам одевался исключительно в таких магазинах. А этот нет, он видимо любит комфорт и ценит качество.

– Знаю. Спасибо… – Сергей замолк, он даже не знал как зовут человека, которого собирался сегодня убить.

– Михаил. Можно просто Миша.

– Спасибо Миша. Если не сложно, отвезите меня домой. – Мужчина снова откинулся и прикрыл глаза. Все, решил он. Довольно. Извините девочки, но никого я убивать не стану. Не заслуживает этот добрый парень такой смерти.

– Конечно. – Ответил не оборачиваясь Михаил. – Никаких проблем.

Сергей сидел, расслабив каждую мышцу в своем измученном болезнью теле. Порой неровности дороги причиняли ему боль, но она быстро исчезала, утопая в безмерной усталости. Он хотел просто добраться до квартиры, запереть дверь и грохнуться на кровать. Да…так он и пролежит до самой смерти.

Мужчина потерял чувство времени. Прошло минут 15 или 30? А может пара часов, прежде он сообразил, что водитель даже не поинтересовался его адресом. Так куда он его везет?

– Миша…– Он раскрыл глаза и…машина была пуста. Двигатель по-прежнему тарахтел, так что водитель и пассажир не могли уйти далеко. Но, когда они остановились и что это за место?

Сергей прильнул к окну, но не сумел различить ничего, кроме обступавших автомобиль, словно злобные великаны деревьев и небольшой, деревянной хижины. Хижина…такое слово он слышал только из детских сказок или передач по телевизору, и в большинстве случаев оно не предвещало ничего хорошего. Небольшое, деревянное строение, едва ли больше трех метров в диаметре, с покатой крышей и самодельной деревянной дверью не имело морального права называться иначе. Только хижина.

Он вслушался в тишину, нарушаемую только слабыми порывами ветра и мерным мурлыканьем автомобиля, дернул ручку двери. Она не поддалась. Точнее ручка то поддалась и легко отошла в сторону, но дверца осталась запертой. Это что-то вроде детского замка или как там называется чертов фиксатор? Как человек далекий от автопрома, Сергей категорически не знал истинного названия блокиратора.

Он понимал лишь то, что владелец не хотел выпускать его из машины. В сердце противно екнуло. Мужчина просунул голову между передними сиденьями, осмотрелся…и услышал как снаружи хрустнула ветка. Кто-то возвращался.

Быстро протиснувшись на прежнее место, благодаря иссушенной фигуре это далось ему быстро, Сергей откинулся на спинку и обмяк, старательно расслабляя возмущенные мышцы, надеясь что бешено колотящееся сердце не выдаст волнения.

Сергей немного приоткрыл глаза, едва разведя ресницы, и наблюдал смазанным взглядом, как Михаил нервно ерзает на улице. Он, то протягивал ладонь, то резко отдергивал ее назад, словно не в силах решить, как поступить с бесчувственным пассажиром. Его лицо скрывала крыша автомобиля, потому ориентироваться приходилось только на неровное нервное дыхание.

– Очнись. – Сергей почувствовал легкое давление, Миша положил ладонь ему на бедро, привлекая к себе внимание. – Очнись, же. Давление стало сильнее, пока не перешло в тупые тычки, от которых позже наверняка появятся синяки. Сергей издал тихий стон, будто только что пришел в сознание.

– Что? – Он резко отбросил мягкую ладонь, заметив на коже несколько размазанных капель. Кровь? – Миша? Где мы? Ты поранился?

– Идем. Ты должен мне помочь. – Парень отступил на шаг, позволяя мужчине выбраться из салона. Сергей завозился и едва не вывалился прямо на землю, но Михаил успел подхватить его за плечи.

– Куда? Что происходит, Миш? – Сергей выпрямился и попытался стряхнуть со штанины темное пятно, но быстро понял, что это не грязь. Кровь с ладони Михаила уже впиталась в ткань. Перевел взгляд на Михаила и не узнал в этой мрачной, пустой физиономии того улыбчивого парня, что совсем недавно сидел за рулем. Он изменился. Даже его усы казалось стали жестче и теперь напоминали старую сапожную щетку.

– Идем. – Миша повернулся спиной и быстро направился к короткой, в несколько ступеней, деревянной лестнице, которая вела в распахнутый зев мрачной хижины. Он скрылся внутри, оставив дверь распахнутой настежь, словно уверенный, что Сергей последует за ним. Но, тот стоял в нерешительности, пытаясь собраться с мыслями.

– Откуда кровь? И что произошло с его лицом? И где воришка? – Вопросы роились в голове, и самым страшным было то, что каждый из них мог быть ответом на остальные. Из хижины раздался крик. Вопль, оповещающий округу о чем-то страшном, что происходит сейчас за распахнутой дверью. Он не прекращался несколько секунд, а после перешел в тихие рыданья и скулеж. Оставаться на месте и дальше не имеет смысла, необходимо что-то предпринять, либо войти в домишко, либо бежать. Но куда? Сергей проспал всю дорогу и понятия не имел, где теперь находится.

– Скорее, он почти мертв! – Из раздумий его выдернул недовольный оклик, Миша высунулся из хижины и с укоризной смотрел на Сергея. Кажется, он даже покачивал головой из стороны в сторону, как недовольный родитель. Его слова вернули Сергея на землю. Внутри кто-то умирает, ему нужно помочь, вот почему Михаил такой странный. Он просто переживает. Сергей торопливо засеменил к входу. Кто же там, внутри? Черт, он не удивиться, если увидит, как Миша оказывает первую помощь гребаному ежику. Как, кстати, кричат ежики? Нет…там скорее собака или медвежонок…

Сергей поднялся по лесенке и осекся, когда уткнулся взглядом в установленный посреди помещения деревянный верстак, на котором лежал, раскинув руки перепуганный воришка. Каждая его конечность была стянута широким кожаным ремнем, не позволяющим шевельнуться больше чем на пару миллиметров. Срезанная одежда валялась под верстаком, она уже насквозь промокла от стекающей на пол крови. Похоже, что именно для этого ее и туда и поместили.

Михаил согнулся над рассеченной брюшиной парня, не очень ловко орудуя внутри огромными кухонными щипцами. Он приподнимал скользкую кишку парня и с интересом рассматривал ее, прежде чем отложить в сторону. От невыносимой боли воришка вновь закричал, пока голосовые связки не треснули от натуги. С этого момента он мог только громко хрипеть.

Наконец он заметил Сергея и подался к нему всем телом, от чего кишка выскользнула из щипцов и звонко шлепнулась на деревянную столешницу, обдав Михаила снопов кровавых брызг.

– Да успокойся ты! Не дергайся! – Он повернул окровавленное лицо, с кончиков усов стекала кровь, будто за секунду до этого он пил ее прямо из тела жертвы. – Не стой! Он умирает! Ты видишь?

– Я…да…ты же убиваешь его! – Сергей не знал, как вести себя с этим психопатом. Он нерешительно мялся в стороне, не в силах отвести взгляд от посиневшего, страдальческого лица воришки. Только господь знает, что он испытывает сейчас. Михаил вновь ухватился за кишку щипцами.

– Ты ни черта не знаешь. Но, я тебе объясню. Позже. А пока иди сюда и помоги мне! – Он кричал на него, но в то же время голос его был таким уверенным и властным, что на какое-то время Сергею захотелось довериться, он даже сумел увести взгляд от лица парнишки и приблизиться к верстаку. – Вот, режь где я скажу!

Миша сунул ему в руку канцелярский нож, которым, похоже, вспорол живот воришки. Тот едва не выскользнул от залившей его крови, но


Сергею удалось удержать его в руке. Он замер, продолжая наблюдать, как Михаил приподнимает кишки парня, сантиметр за сантиметром разматывая их и выкладывая на столе.

– Черт. Черт! Мы его упустили! – Он в сердцах отбросил перемазанные щипцы в сторону.

– Что упустили? – Сергей в панике смотрел, как губы воришки постепенно синеют, а не моргающий взгляд теряет фокусировку, рассеянно уставившись в пустоту. Несчастный наконец-то умер, не выдержав той экзекуции, которую устроил ему Михаил.

– Не что…Дьявола. Мы его упустили. – В сердцах он ударил кулаком по верстаку, подняв веер кровавых брызг. – Он скрывался внутри. Я давно за ним охочусь, но в одиночку это сложно…никак не могу успеть.

– Давно? То есть этот парень не первый? – Сергей не мог поверить, что на этом верстаке уже побывало несколько жертв. Что всем им пришлось пережить ту же боль, которую испытал несчастный воришка.

– Нет…конечно нет. – Михаил тяжело выдохнул, вновь став прежним, тем улыбчивым и доброжелательным парнем, который так нравился Сергею. Он посмотрел на собеседника пронзительно зелеными глазами, сквозь пышные усы проскользнула короткая, но такая усталая улыбка. – Этот четвертый. И…он должен был стать последним, если бы ты сразу мне помог.

– Я? Помог? – Сергей не мог поверить, что чертов псих пытается переложить на него ответственность.

– Нет…я, конечно, сам виноват. – Миша примирительно поднял перемазанные в крови ладони. – Должен был все тебе рассказать, объяснить, как действовать, но сам понимаешь. Когда я почувствовал дьявола в этом парне, медлить было нельзя. Я мог остановить его уже сегодня.

– Почувствовал дьявола? – Сергей с трудом переваривал ту ерунду, которую с таким серьезным лицом втолковывал ему собеседник. – Ты почувствовал дьявола?

– Ну да. – Согласился Миша, будто они говорили о том, как воришка испортил воздух. – Ты ведь тоже его чувствуешь, верно? Я сразу это заметил, еще тогда, возле участка. Тебе стало плохо, когда появился тот здоровяк с перебинтованной головой. В нем тоже был дьявол и ты его почувствовал. Как и сегодня.

– Ты сумасшедший. – Протянул Сергей, хотя в глубине души понимал, что по существу занимается тем же, он ищет дьявола. – Ты ведь полицейский…должен защищать…а не кромсать людей.

– Я защищаю. Тебе сложно это понять. Мне тоже было сложно. – Затараторил Михаил, вмиг став серьезным. – Когда Он оставил мне послание я все понял. Зло невозможно остановить, просто устраняя преступников, дьявол всегда отыщет себе нового носителя, он как вирус. Потому нужно поймать этот вирус и запереть. И ты должен помочь мне сделать это.

– Кто Он?! – Закричал Сергей, в глубине души догадываясь о ком говорит Михаил.

– Бог. Мы много говорили. Это странно, но он звонил мне по телефону. Оставлял конверты с наставлением, даже сегодня, он сказал, где тебя искать. – Продолжая говорить, он принялся освобождать запястье мертвого воришки. – И вот ты здесь. Разве не чудо? Теперь нужно закопать тело этого несчастного. Помоги мне вынести его на улицу.

Высвободив одну руку, он принялся за другую. Сергей наблюдал за ним, продолжая сжимать в руке скользкий от крови канцелярский нож. Очевидно, что незнакомец, вовлекший его в эту жуткую игру, раньше пытался провернуть то же самое с Михаилом. Но, кажется, перестарался и парень спятил. Теперь он хочет устранить его руками Сергея. Он сунул нож в карман брюк и принялся ослаблять петлю на левой щиколотке мертвеца.

– Как Бог вышел на тебя? Когда впервые заговорил? – Он надеялся, что Михаил сумеет пролить свет на происходящее и возможно, даже поможет отыскать незнакомца. Но, тот похоже знал не многим больше. А чего не знал, додумал своим воспаленным воображением.

– Два месяца назад. Я только поступил на службу и не был готов к тому…что ждет меня. Я прибыл на вызов. Кто-то из прохожих заметил, как мужчина затащил девушку в кусты и позвонил в полицию. – Он замер, словно воспоминания заставили его вновь пережить те события. – Когда мы прибыли, от девушки уже почти ничего не осталось. Ублюдок выпотрошил ее прямо там, нисколько не скрываясь. Пока мы надевали на него наручники, он все еще старался разжевать кусок ее сердца.

– Кошмар. – Сергей почти проникся сочувствием к Михаилу.

– Кошмар? Самый ужас в том, что этот ненормальный оказался пациентом местной психушки. Он и раньше нападал на женщин, но никого не убивал. Его задерживали не один раз, но через некоторое время снова выпускали. И так до тех пор, пока не произошло страшное. – Теперь он смотрел прямо на Сергея. – Я был в ярости. Не мог понять, почему необходимо довести до гибели невинных, прежде чем принять меры. А вечером обнаружил в почтовом ящике конверт.

– Из плотной бумаги? С предложением поиграть? – Сухо поинтересовался Сергей

– Да. Да! Ты тоже его получил? Странное, конечно, письмо, но вся наша жизнь игра. Так ведь написано в библии? – Сергей не читал библию, но сомневался, что там есть нечто подобное.

– Получил. – Согласился он. – Я должен был… отыскать тебя.

– Вот видишь? Теперь ты понимаешь? – Заулыбался Михаил. Он понятия не имеет, что скалится в лицо своему названному убийце. Наконец они освободили труп и Миша начал бесцеремонно заправлять разложенные на столешнице кишки внутрь распоротого живота.

– Понимаю. Теперь я все понимаю. – Подтвердил Сергей. Он действительно должен убить этого парня. Не потому, что ему так велел господь, но чтобы прервать его безумный крестовый поход против дьявола.

– Хорошо. Теперь…теперь мы справимся. – Миша закончил с внутренностями и обойдя верстак схватил тело воришки за ноги. – Мы посланники господа Сергей. Мы остановим дьявола.


***


Вдвоем они легко вынесли тело из хижины. Михаил показывал направление, где хоронил своих жертв. Торопливо перебирая ногами, они скоро отдалились от хижины метров на двадцать, пока она не скрылась из вида за густой растительностью. Здесь мужчины положили труп на рыхлую, словно перекопанную землю. Сунув руку в разросшиеся кусты, Михаил выудил грязную штыковую лопату.

– Копать придется довольно глубоко, иначе звери разроют могилу. Нельзя этого допустить. – Он вонзил острие в почву и поддел дерн. – Ты болен....я помню. Передохни.

Около получаса они молчали. Сергей наблюдал, как вспотевший парень усердно работает лопатой. Постепенно он погружался в землю все глубже, пока над поверхностью не оказалась только его голова, с крупными каплями пота на разгоряченном лице. Уставший, он не переставал улыбаться, иногда бросая воодушевленный взгляд на присевшего в стороне Сергея.

– Кажется достаточно. – Выбросив лопату на поверхность, он протянул перепачканную грязью ладонь. Сергей был уже рядом. Присев, он схватил его правой рукой и сильно потянул к себе. Их взгляды встретились. Михаил снова расплылся в счастливой улыбке, тонкие брови взлетели вверх по широкому лбу. В этот момент Сергей выбросил вперед левую руку с зажатым в ней канцелярским ножом и до упора вогнал тонкое, широкое лезвие в шею Михаила.

От удара оно обломилось, оставив большую часть внутри. Удивленный, Миша уставился на своего убийцу, что-то шепча искривленными от боли губами. Сергей разжал ладонь, позволив ему грохнуться в самолично вырытую могилу.

– Извини парень. Но…ты просто псих. Нет никакого Бога. И он уж точно никогда бы не стал говорить, с таким как ты. – Михаил истекал кровью, пытаясь непослушными пальцами вытащить из шеи лезвие, но оно только глубже проникало в его плоть. – Скоро все закончится. Уже закончилось.

Отказываясь смотреть в удивленные глаза умирающего психопата, Сергей отошел от могилы. Он приблизился к распростертому рядом телу воришки. Хотел сказать что-нибудь, но поразмыслив, решил, что в этом нет необходимости. Потому просто подтащил его к краю и сбросил на притихшего психопата. Что за жестокая ирония, хоронить убийцу и его жертву в одной могиле? Но, копать еще одну он не станет. Нет господа.

На то, чтобы забросать тела землей у него ушло слишком много времени. Несколько раз приходилось прерываться, чтобы перевести дух и не потерять сознание от перенапряжения. Болезнь высасывала силы слишком быстро. Потому, когда он отбросил лопату в сторону, уже темнело. Сначала он даже занервничал, ведь в сгустившихся сумерках было практически невозможно отыскать дорогу. Не хватало теперь заблудиться в лесу.

Пару минут Сергей переводил дух, оглядываясь по сторонам, пока увидел едва заметную крышу злополучной хижины, слабо выделяющуюся среди густых еловых ветвей. Он направился к ней, слабо представляя как действовать дальше. Он ведь выполнил задание, а значит девочки должны остаться в живых. Но, как черт возьми об этом узнает хренов незнакомец? На мгновение в мозгу мелькнула дурацкая мысль, которую он тут же воплотил в жизнь.

– Я сделал это! Слышишь ублюдок! Я убил его! Только попробуй не выполнить обещание! Только поробуй…

Хижина вновь возвышалась над ним, мрачная, источающая такой смердящий аромат смерти и страха, что он легко перебивал запах леса. Или ему это только кажется? Конечно кажется…конечно. Темнота сгущалась. Она вновь начинала играть с его воспаленным сознанием, показывая то, чего здесь не может быть. Он слышал хруст сухих веток, словно кто-то следует за ним, до поры скрываясь в темноте. От этих звуков становилось не по себе. В голову заползло сомнение. Что если Михаил все еще жив? Что если он сумел выбраться из могилы и теперь возвращается, чтобы поквитаться? Чтобы отыскать дьявола в его, Сергея, кишках?

Стало страшно. Нет, он прекрасно понимал, что его страх иррационален и не имеет под собой основания. Но, черт, он был один в темном лесу, рядом с логовом безумца, замучившего здесь нескольких человек. И пусть тот кто скажет, что это ни черта не значит попробует побыть на его месте.

Быстрым шагом Сергей добрался до замершего в нескольких метрах автомобиля. Он конечно никогда не сидел за рулем и слабо представляет, как вообще управлять машиной, но лучше рискнуть и разбиться, чем оставаться здесь еще хотя бы секунду. Дернул ручку двери с водительской стороны. Она не поддалась.

– Господи…только не это. – Протянул он одними губами. Кто-то уже стоял позади и протягивал к нему свои длинные, перепачканные сырой землей пальцы. Он шептал что-то неразборчивое, пугающее. Сергей начал панически дергать ручку, словно это могло ему как-то помочь. – Ну же, ну же, ну же!

Затем перевел взгляд на распахнутую пассажирскую дверь и нырнул в теплое нутро, растянувшись на заднем сиденье. Хотя, какое, к черту, теплое? За несколько часов, что дверца была распахнута, салон остыл и пропах смертью не хуже хижины. Но, так он хотя бы не на открытом воздухе, не по среди чертова леса, не под взглядом скрывающихся здесь чудовищ.

Извернувшись, он схватился за дверь и резко потянул ее на себя, отгораживаясь от чужого, злобного мира. Краем глаза Сергей зацепился за притаившуюся в полуметре, скрюченную фигуру. Черт, он уже почти добрался до него. Но, теперь все. Теперь ему это не удастся.

Откинувшись на спинку мужчина перевел дух, чувствуя, как взбунтовавшееся сердце колотится в груди, отчаянно избивая желудок. К горлу подступил ком, но открыть дверь он так и не решился, а потому выблевал зловонную кашицу прямо себе под ноги. Пространство вмиг заволокло кислой, режущей глаза вонью. Вонь…она будто преследует его, принимая различные формы.

– Спокойно…спокойно…никого здесь нет…никого… – Он успокаивал себя, бубня под нос очевидные вещи, а сам боялся разомкнуть веки, уверенный, что непременно наткнется на злобный взгляд ярко зеленых глаз. Когда дыхание понемногу пришло в норму, в голове снова забрезжил голос разума. Сколько он будет сидеть здесь, рядом с проклятой хижиной и свежевырытой могилой? Нужно убираться.

Отгоняя наваждение, Сергей      заставил себя посмотреть сквозь окно прямо в поглотившую лес пасть темноты. Никого. Медленно, он переполз на водительское место.

– Так…хорошо…теперь нужно найти ключи. – Разговоры с собой помогали оставаться в реальности, не поддаваясь на провокации истощенного сознания. Он дотронулся до замка зажигания, ничего. Отогнул козырек, ключей там тоже не оказалось. – Черт…черт…только не это.

Сергей уже понимал, что, скорее всего, закопал их вместе с Михаилом. Оставался мизерный шанс, что ключи сейчас в хижине, но отправляться на поиски не хотелось. Только не сейчас, не в кромешной тьме.


***


Сергей сам не заметил, как провалился в сон. Точнее болезненную травмирующую рассудок полудрему, которая не приносит успокоение, но нагружает разум еще сильнее. Сгустившаяся тьма за окном окончательно поглотила пространство. Он остался один, в окружении неизвестности, невесомости, ничто.

ХРЯСЬ!

Хрустнула ветка неподалеку. Этот звук возвещал о том, что все его страхи о преследующих мертвецах могут оказаться реальными. Кто-то или что-то бродит рядом, выжидая удобного момента для броска. Сергей вслушался, на несколько минут обратившись в одно сплошное огромное ухо. Ничего.

– Кто здесь? – Прошептал он себе под нос, просто для того, чтобы разбавить давящую тишину звуком собственного голоса. – Черт…черт…

ХРЯСЬ!

Снова этот звук. На сей раз он был ожидаем, но все равно заставил сердце на миг остановиться, а затем медленно, болезненно забиться в груди. Мужчина взвизгнул и вжался в водительское сиденье с такой силой, словно собирался слиться с ним воедино. Впереди, чуть левее капота автомобиля мелькнул силуэт, едва различимый на фоне чернильно-темного леса. Он был виден всего мгновение, а затем вновь испарился. Но, это мгновение обрушило на голову мужчины многотонный молот.

– Кто здесь! Кто! Кто! – Заорал Сергей и принялся что есть силы лупить кулаками по рулевому колесу, пронзая пространство истошными воплями избиваемого клаксона. Звуки вырвались из-под капота автомобиля и разлетались подобно миллиону маленьких осколков, разрезающих черное покрывало безысходности.

Через секунду осколки материализовались и осыпали его с ног до головы. Кто-то сильно ударил по стеклу водительской двери, подобравшись почти в упор. Истерика лишила Сергея внимательности, сузив мир до мизерного пятачка, чем и воспользовался неизвестный.

Водопад из осколков стекла еще не иссяк, когда Сергей ощутил на шее крепкую хватку. Некто вцепился в него сильными пальцами и рывком выволок наружу. Не переставая орать, мужчина махнул рукой, отталкивая от себя незнакомца, и на четвереньках пополз прочь, пока не уперся лбом в холодный метал автомобильного остова. Продолжая орать, он панически искал выход из ловушки, все еще не решаясь раскрыть зажмуренные до боли в веках глаза.

– Ты блядь кто такой? – Спокойный, как будто усталый голос каким-то непостижимым образом пробрался сквозь остальные звуки. – Да замолчи уже, ненормальный!

В задницу уперлась подошва ботинка. Почувствовав несильный, унизительный толчок, Сергей наконец, перестал голосить. Черт…мертвец бы никогда не поступил с ним таким образом. Мертвые…они так себя не ведут. Перевернувшись, мужчина прижал пятую точку к земле, почувствовав как колючая сосновая шишка уперлась в ягодицу и поднял раскрытые глаза. В лицо ему уперлось зияющее дуло охотничьего ружья. Странно, но два расположенных в полуметре от головы отверстия были даже чернее ночи. Рукавом левой руки Сергей быстро утер с лица слюну и сопли, последние признаки недавней паники.

– Так-то лучше. Ты чего хулиганишь? Заблудился? Или привиделось чего? – Странно, вооруженный незнакомец находился точно напротив, но его голос звучал будто со стороны. Будто это вовсе не он сейчас обращался к сидящему на холодной земле мужчине. – Язык проглотил?

Точно, говорил второй мужчина, до сих пор скрывающийся от глаз. В темноте невозможно было разглядеть больше, нежели очертания фигуры. Второй выглядел несколько ниже вооруженного приятеля и кажется был намного старше. Хотя, судить с уверенностью было сложно.

– Ключи…потерял… – Проблеял Сергей, лихорадочно соображая, чего ожидать от незваных гостей. Первое облегчение прошло и теперь тревога душила с новой силой. Конечно же незнакомцы не были ожившими мертвецами, но какого черта они разнесли стекло автомобиля и выволокли его наружу?

– Твой домик? – Показалось, что говоривший указал рукой за спину. Туда, где расположилась залитая кровью хижина.

– Нет…

– Жаль…мы с Олежкой плутаем здесь с самого утра. Хотели немного передохнуть. – Интонация говорившего была смутно знакомой. Так отец разговаривал с Сергеем в детстве, когда он пытался скрыть очередную пару в дневнике. Незнакомец словно заигрывал, аккуратно заводя Сергея в тупик собственной лжи. – Олежка, убери ствол. Пока что.

Дуло нервно дернулось уходя в сторону. Олежка уже не целился мужчине в лицо, но в любой момент ситуация могла вернуться к изначальной.

– Так что ты тут делаешь? За грибами приехал? – Незнакомец приблизился и бледная луна осветила его лицо. Тяжелая челюсть чуть выступала вперед, словно он специально выставил квадратный подбородок. Взгляд тяжелый, давящий. Короткая стрижка дополняла облик жесткого, привыкшего командовать вояки. Вероятно на пенсии.

– Нет…я…я… – Сергей вдруг понял, что от его ответа зависит что произойдет дальше. – Меня привез сюда Михаил, владелец машины и этой жуткой хижины позади.

– Где же он сам?

– Мертв. – Сергей произнес это на выдохе. Незнакомец умолк, переваривая услышанное.

– Ты убил его?

– Да. Он…был чертовым психом и убил бы меня, если бы…

– Что же это за место такое? – Произнес незнакомец в воздух, не обращаясь ни к кому конкретно. – Одни психи повсюду.

Олежка согласно хмыкнул. Он вообще умеет говорить?

Сергей молчал, ожидая своей участи. Он прекрасно понимал, что этим двоим ничего не стоит пустить ему пулю в голову и убраться восвояси. Но, они не торопились уходить.

– Он ничего не говорил о девушке? – Внезапно прервал молчание незнакомец.

– О девушке? Нет…он много чего нес…но конкретно ничего. – Сергей даже помотал головой, словно одних только слов было недостаточно. – Не думаю, что девушки вообще его интересовали.

– Так я и думал…с чего вообще я решил, что этот хитрожопый ублюдок сказал правду? – В мгновение ока незнакомец утратил былое спокойствие. В негодовании он несколько раз пнул автомобиль, отозвавшийся глухими стонами. – Идем отсюда Олеж.

Вооруженный мужчина замер в нерешительности указывая стволом на Сергея.

– Оставь его. Пусть убирается прочь. – Пожав плечами, второй закинул ружье за спину и развернулся. Незнакомцы стали было удаляться, но перспектива вновь остаться в одиночестве так напугала Сергея, что он подскочил на ноги и бросился следом.

– Подождите! – Он замер вскинув руки вверх, когда вновь оказался на прицеле. – Кто вас сюда направил?

– Черт его знает. Урод какой-то. Решил поиграть.

– Поиграть? Он так и сказал? – В голове мелькнула странная мысль. – А… конверт? Был конверт?

– Ну, допустим? Что ты об этом знаешь? – Незнакомец оттеснил плечом вооруженного напарника и подошел вплотную. Повеяло угрозой.

– Он звонил мне тоже. Потому я здесь.


***


Сергей внимательно наблюдал за реакцией новых знакомых, в то время как рассказывал им свою историю. Непреодолимое желание поделиться хоть с кем-то, излить душу, заставило его выложить все, как есть. Он делился своими переживаниями и поступками с жаром, но даже в кромешной темноте чувствовал недоверие. Их можно было понять, история была действительно дикой.

– …не знаю сколько я просидел в этой чертовой машине, прежде чем встретил вас. Прежде чем он выволок меня через окно. – Закончил Сергей и покосился на плечистого Олега.

– Хочешь сказать, что кто-то специально свел нас здесь? – Седой почесал колючий подбородок.

– Уверен. А иначе, как объяснить эти конверты? – Сергей ткнул пальцем в коричневый сверток из плотной бумаги, который незнакомец сжимал в ладони. Тот дернул рукой, словно пытаясь спрятать конверт.

– Может и так. Только вот…мы ведь не этого твоего Мишу искали. Нам Тамара нужна. Дочка… – Голос незнакомца дрогнул и он замолк, силясь побороть придавившие его чувства. Олег так сильно заскрипел зубами, что этот звук был способен спугнуть стайку птиц в сотне метров.

– Можно? – Сергей вопросительно протянул руку к конверту. С секунду старик сомневался, после чего все же отдал бумагу. Сергей зашуршал, вытаскивая послание.

– Черт…слишком темно…

– Там координаты этой хижины.

– И все? Больше ничего? – Сергей все еще силился рассмотреть послание.

Отнявший жизнь – ответит перед смертью

Вам встреченный мертвец укажет путь

Идите следом, станьте его тенью

Но помните – назад не повернуть.

– Ерунда какая-то. – Старик выхватил листок и скомкав сунул за пазуху.

– Нет…не ерунда. – Сергей обвел мужчин взглядом. – Я – мертвец.


***


Олег натужно замычал, словно слова застряли в его горле, как раскорячившаяся над тазом с водой кошка. Старик перевел на него усталый потухший взгляд.

– Может ты и прав. Ты ведь и правда почти что мертвец.

– Только вот не знаю ничего ни про какой путь. Куда я должен вас отвести?

Мужчины замолкли, каждый раздумывая о чем-то своем. Всех их собрал здесь неизвестный кукловод, словно насмехаясь над их бессилием двигаться дальше.

– Ну укажи уже…хоть куда-нибудь. – Прервал молчание старик. – Просто ткни пальцем что ли.

И Сергей ткнул. Просто выставил левую, еще саднящую застарелой болью от порезов ладонь куда-то в темноту.

– Уверен? – Грустно хмыкнул мужчина и вдруг издал странный в теперешней обстановке звук. – Что у тебя с рукой?

– Порезался. – Сергей смущенно отдернул начавшую воспаляться кожу. – Болит жутко.

– Погоди. Дай. – Старик ухватил его за запястье, едва не заставив вскрикнуть от неожиданности и резкой боли. – Вот. Видишь? Здесь будто символы какие-то…цифры…Олег, дай фонарь.

Яркий луч света разрезал темноту и уперся в запястье Сергея.

– Что же вы раньше фонарь прятали… – Начал было возмущаться он, но осекся. – И правда будто цифры…какого черта они означают?

– К…к…ор…ррр… – Начал возбужденно заикаться Олег.

– Координаты? Черт…возможно… – Старик разглядывал порезы с таким интересом, словно перед ним оказалась карта сокровищ. – В машине ест навигатор?

– Черт его знает. Я внимания не обратил. – Сергею стало неудобно, за такую невнимательность. Хотя, черт с ним с навигатором, он даже не рассмотрел координаты, которые носил на коже несколько часов.

Луч света вильнул в сторону и исчез в разбитом окне, осветив приборную панель, пока не замер на небольшой коробочке. Навигатор на месте. Олег распахнул дверь и забравшись внутрь нервно замычал.

– Да, да…сейчас. 13. 5689/ 64. 4356 – Нетерпеливо продиктовал Старик и отбросив запястье Сергея нырнул в салон, разглядывая мерно светящийся дисплей. – Черт…мертвец-то и правда дорогу указал. Здесь не так уж и далеко ребятки. Олеж, заводи мотор.

– Ключей нет. – Виновато промямлил Сергей, но его будто не замечали. Он перестал существовать, выполнив свою функцию. Олег завозился под приборной панелью.

– А мы без ключей приятель. Мы умеем. – Старик обошел автомобиль с другой стороны, открывая пассажирскую дверь. – Олег…он много чего умеет. На службе научился. Это сейчас он только мычит и глаза пучит. А раньше…раньше он совсем другим был. Он ведь у нас герой войны.

Двигатель вздрогнул, передавая вибрацию корпусу автомобиля. Выхлопная труба выплюнула облачко вонючего дыма.

– Ну…спасибо приятель. Дальше мы сами.

– Нет уж…я с вами. – Сергей представил, как останется здесь один. В темноте, рядом со свежей могилой и понял, что тогда точно спятит. Не дожидаясь отказа, он рванул к задней дверце и влез в салон.

– С нами? Ну, может и пригодишься. – Двери звонко хлопнули, а двигатель взревел, в последний раз оглашая окрестности громким звуком. Через секунду проклятая хижина осталась далеко позади.


***


Олег вел автомобиль, почти не отрывая глаз от дороги. Минут через двадцать они вынырнули из леса на более или менее ровную дорогу и дальше продвигались уже исключительно прямо. Напряжение внутри салона становилось все гущею.

– Меня Батей можешь звать. Все так зовут. – Видим Старик решил немного разбавить обстановку. Он повернулся к Сергею и облокотился локтем о спинку сиденья. – А с Олегом ты вроде уже знаком. Пару месяцев назад он ранение получил и с тех пор не говорит. А пока в госпитале был Тамару…жену его, мою дочку похитили. Доказательств этого у нас нет…но она бы просто так не исчезла. Не бросила нас.

– Понимаю. – Сергей видел, насколько больно старику ворошить прошлое. Тот отвернулся и теперь говорил, уткнувшись лицом в стекло.

– Мы что только не делали, чтобы отыскать ее. Все глухо. Ни следов, ни…у нас ведь как, нет тела – нет дела. Менты ее списали. Все списали, кроме нас. Да и мы, если честно, уже готовы были сдаться. Если бы не это письмецо.

– Думаете найдете ее там?

– Не знаю…может и нет. Но…она ведь дочь мне.

Взвизгнули тормоза и автомобиль заюлил по дороге, остановившись в полуметре от старых железных ворот перегородивших дорогу. В обе стороны от них тянулся высокий забор. Собранны из привычной рабицы, он выглядел неожиданно высоким, опутанным по верхнему краю колючей проволокой, будто некто очень не любил незваных гостей.

– Приехали. – Тихо произнес Батя. Дальше придется пешком. Почти одновременно мужчины вышли из салона и проследовали к воротам. Даже в кромешной темноте, они выглядели не слишком презентабельно. Такие встречаются на подъезде к заброшенным особнякам из фильмов ужасов.

– Мда…с наскока тут не перепрыгнешь. – Батя ухватился пятерней за толстую цепь, на которой болтался тяжелый навесной замок и несколько раз сильно дернул. – Замок с обратной стороны, значит хозяева дома.

Олег замычал и ткнул стволом ружья в замок, на что старик покачал головой.

– Нет Олежка, так мы всю округу здесь соберем.

– Может…вдоль ограды пройти? – Негромко предложил Сергей.

– Может быть. Авось повезет, да? – Батя повернулся к Сергею. – Мы с Олегом осмотримся, а ты машину отгони. Чтоб глаза не мозолила. Сумеешь?

– Конечно. – Сергей с готовностью согласился, хотя в глубине души понимал, что может и не суметь. – Я мигом.


Глава 12


Укромное местечко Сергей обнаружил случайно. Если конечно верить в случайности. Проехав, от силы, метров пятьдесят он почувствовал, что головная боль усилилась, в глазах пошли багровые круги, как бывало когда накатывал особенно сильный приступ. Грудь вновь сдавило тисками.

В панике ударив по тормозам, он вывернул руль и съехал прямо в кювет, оказавшийся на выходе ровной полянкой, прикрытой от дороги густыми кустами. Если никто не появится до рассвета, автомобили останутся здесь незамеченными.

Резкий спазм скрутил его пополам, заставив сильно удариться лбом в рулевое колесо. Из глаз посыпали искры на миг, словно осветив округу. А затем, он провалился в темноту, еще более густую, чем окружавшая его в реальности ночь.

Что-то громыхнуло вдали, заставив тело вздрогнуть. Нахмурившись, он попытался открыть глаза, но так и не сумел разлепить ресницы, будто склеенные вместе каким-то жестоким шутником. Странно…почему все его тело затекло, словно он, как долбанный чебурашка, заснул в ящике из-под апельсинов?

Сергей протянул руку и провел пальцами по толстой корке запекшейся крови, покрывающей веки, соскребая ее ногтями. На это потребовалось пара минут, но лучше не стало. В темноте он не сразу сообразил, что лежит прямо на грязном резиновом коврике, растянувшись поперек автомобиля, который должен был спрятать.

Подрагивая от напряжения, он с трудом вскарабкался на водительское сиденье, несколько раз больно ударившись спиной о руль и занял вертикальное положение. Голова все еще болела, но тупой, ноющей болью. На руле темнела кровь, почти не видимая в свете луны.

– Черт. – Прохрипел одними губами Сергей и вывалился в прохладную траву. – Сколько же я лежал в отключке? А те звуки? Это ведь выстрелы…раз Олег решился выдать свое присутствие, значит произошло что-то страшное. Скрываться дальше не имеет смысла.

Преодолевая упирающийся организм, Сергей направился к дороге, где замер, вспоминая в какой стороне ворота. Сориентировавшись, он пошел вперед, постепенно приходя в чувства.

Как он и боялся, Бати с Олегом у ворот не оказалось. Зато ворота были приветливо распахнуты.

– Не уж что Батя согласился просто отстрелить замок? – Подойдя ближе, Сергей увидел, что тот открыт ключом, как полагается. А это значит лишь то, что некто вышел посмотреть, на незваных гостей. И судя по стрельбе – это был не самый радушный прием.

В любом случае необходимо было что-то делать, потому Сергей вошел внутрь, а затем сошел с дороги. Ведь ворота не оставят распахнутыми, скоро кто-то придет чтобы вновь их запереть.

Ждать пришлось не долго. Неподалеку возник силуэт, разобрать в темноте нечто большее чем развязную походку оказалось невозможно. Когда фигура поравнялась с тем местом, где скрывался Сергей, стало видно что это молодой мужчина. Худощавый, с короткими светлыми волосами и несколькими большими серьгами в левом ухе. В руках он небрежно сжимал знакомое уже ружье.

– Какого черта я должен заниматься этим дерьмом? – Бросил парень недовольно. – Иди…закрой ворота… – Передразнивал он кого-то писклявым голосом. – Черт! Это даже не мой гребаный дом.

Он поочередной вернул створы ворот в первоначальное положение и посмотрел на замок. Для того чтобы закрепить его как было, потребуется обе руки. Парень положил ружье на землю и потянулся к краям цепи, опутывая ими стальные прутья. Сергей понял – что это его шанс.

– Хорошо отец не знает, что я здесь функции лакея исполняю. Иначе точно наследства лишит. – Бурчал он под нос, пытаясь вставить дужку замка в звено цепи.

Сергей медленно вышел из укрытия и стараясь не дышать начал приближаться. Он не тешил себя иллюзией, что в нынешнем состоянии сумеет скрутить хоть и худощавого, но молодого и здорового парня, а потому сразу нацелился на ружье.

– Да бля! У его родителей столько бабла, а он нормальные ворота не может установить!

Сергей был близко. Он уже различал тонкий сладковатый аромат парфюма, исходивший от парня. Видел как напряглись жилы на его шее. Различил темные линии на его шее, похожие на опутавшую кожу паутину. Что это? Татуировка? Наверное, молодежь теперь любит украсить свое тело рисунком.

Вот оно…Сергей подошел почти в упор. Он уже начал протягивать руку к оружию, когда замок наконец щелкнул и парень тяжело выдохнул, будто только что самолично доставил тяжелый груз на Марс. Черт. Времени больше не оставалось. Плюнув на скрытность, мужчина рванул вперед, и проехавшись на брюхе по твердой земле схватил оружие.

Парень вскрикнул и резко развернувшись замер в нерешительности. Его глаза бегали из стороны в сторону, словно мозг разрывался между желанием дать деру или попытаться опередить незнакомца. К счастью для Сергея, природная трусость, которую принято называть инстинктом самосохранения взяла верх и парень рванул прочь. Это дало мгновение, чтобы сгруппироваться.

– Стоять! Убью! – Заорал Сергей, постыдившись своего звонкого, слишком высокого голоса. Но, парню хватило и этого. Он замер преодолев всего пару метров и теперь стоял на месте, вытягивая руки высоко вверх.

– Слушай…н-не с-стреляй мужик…я стою…не глупи…– Сергей лежал на спине вытянув шею и ружье словно перевернувшаяся черепаха.

– Шевельнешься, башку снесу. Усек? – Парень нервно закивал, словно в темноте его движения были видны. Но не делал попыток сбежать, что вполне устраивало Сергея.

И тут он вдруг понял, что попал в весьма неловкое положение. Напрягшись, Сергей попытался подняться…но сделать это без помощи рук он не мог. Сил в измученном организме было слишком мало даже для этого простого действа, какого черта он снова отправился геройствовать?

Пауза затягивалась и парень начал нервничать. Сергей ничего не говорил, не требовал, он просто барахтался на земле ,пытаясь хотя бы сесть.

– У меня есть деньги, мужик. Тебе нужны деньги? – Начал прощупывать почву парень. – Наличка. Прямо сейчас. Только нужно пройти в дом…или можешь подождать здесь, я мигом?

– Заткнись. – Сергей помедлил, но потом положил ружье на землю, так, чтоб его можно было быстро поднять при необходимости и уперся ладонями в гравий. Едва приняв вертикальное положение, он тут же поднял оружие и вновь направил его на парня. – Где они?

– Кто? – парень все еще тянул руки к темному небу, будто пытаясь ухватиться за сияющую бледным светом луну. На его искаженном страхом и неуверенностью лице мелькнула тень сомнения. – А…так это твои приятели были? Они в доме…с Русланом. Мы их не трогали…просто поговорить хотим, понимаешь?

– Понимаю. – Сергей подошел ближе и сильно ударил прикладом парня по затылку. Он не раз видел, как в кино таким образом вырубали плохих парней. Но в жизни все оказалось сложнее. Парень не отключился. Он даже не упал. Только схватился руками за затылок и заверещал.

– Какого хрена, мужик? Я ведь ничего не делал!

Между пальцев проступила кровь. Парень убрал одну руку от раны и посмотрел на замазанную ладонь.

– Бля…ты псих?

– Ты даже не представляешь. Где владелец этого ружья?

– Какого черта мужик? Ты это хотел узнать? Мог бы стразу спросить. Это ружье моего приятеля, он сейчас в доме. – Парень тараторил чересчур быстро, заметно нервничая, хотя и пытался этого не показать.

– А ты с ним просто погулять вышел?

– Так ночь ведь…вдруг волки…

– И много волков уже настрелял?

– Я? Эм…нет…Почему ты спрашиваешь?

– Да потому что КТО-ТО…ЗДЕСЬ…МАТЬ ЕГО…СТРЕЛЯЛ! – Проорал Сергей и снова опустил приклад на затылок парня. На этот раз он угодил по пальцам, переламывая их словно сухие ветки. Раздался тошнотворный хруст и крик парня. Но, мужчина уже не останавливался. Он опускал приклад снова и снова, пока парень не оказался на земле.

Даже после этого Сергей продолжал вбивать его голову в твердую землю. Крики прекратились. Теперь было слышно только прерывистое, тяжелое дыхание ракового больного и чавкающие звуки от соприкосновения деревянного остова ружья и выступившего сквозь раздробленные кости черепа мозгового вещества.

– Волков…он…испугался… – Силился отдышаться Сергей. – Сегодня я здесь самый злобный волк.

Тело парня он оставил лежать на дороге. Прятать его смысла не было, все равно все кому положено очень скоро узнают, о незваном присутствии. Уж он об этом постарается.

Метрах в ста от ворот уже можно было рассмотреть приличных размеров особняк. Высотой в три этажа, он являл собой дворец, о котором грезили наверное все нищеброды бывшего союза. Но ,свет горел только в просторном патио, как принято называть дворовую территорию в высшем обществе.

Среди нескольких припаркованных полукругом автомобилей Сергей сумел различить и свой рыдван, который смотрелся рядом с дорогими иномарками воробей среди попугаев. Все они ярко освещали небольшой пятачок, в котором находились несколько человек. Сергей задумался, как долго он сможет оставаться невидимым. Ослепленные светом фар люди вряд ли разглядят скрывающуюся в темноте фигуру, но стоит ли искушать судьбу?

– Стой… – Хриплый протяжный шепот прервал его размышления. Сначала Сергей принял его за шелест листвы, с которой баловался промозглый ветерок и не обратил внимания, но голос повторился. – Стой…

– Кто здесь? – Сергей замер стараясь разобрать откуда исходит звук. Возможно он так не вовремя спятил?

Кусты в полуметре от него зашевелились. Мужчина направил в ту сторону ствол ружья, но быстро опустил его когда понял, кому принадлежит голос. Батя неловко махнул ему рукой. Даже не махнул, а просто выбросил всю пятерню в его сторону, словно совершить даже такое простое движение было для него неимоверно сложно.

Интуитивно пригнувшись, Сергей подошел ближе и ужаснулся. Половину лица мужчины будто неаккуратно стерли грубой наждачкой. Вся правая сторона теперь являла собой сплошное кровавое месиво. Голова разбита так, что сквозь свесившиеся лохмотья скальпа виднелось мозговое вещество, глаз свисал до самого подбородка на едва заметном белесом жгутике из нервов, щека разорвана.

– Что случилось? Почему вы не дождались меня? – Шепотом затараторил Сергей, но Батя остановил его протяжным стоном. Оставалось ему совсем не долго.

– Мы…ждали…А потом Олег будто спятил…он услышал крик…и взбесился…Ты был прав…мы нашли проход…он пошел один…я…я.. – Мужчина тяжело закашлялся. Из разорванного рта вытекла густая струйка крови. – Я…не смог остановить…Услышал выстрел…и все…потом…плохо…не помню…

– Я понял батя. Понял. – Сергей положил ладонь на его плечо. – Сколько их?

– Не знаю…видел двоих…кажется…больно…

– Двоих? Хорошо…всего двое. – Сергей не решился сказать умирающему мужчине, что противников гораздо больше, что вряд ли им удастся прорваться с боем, что они наверняка не сумеют вызволить девушку. Пусть он умрет в уверенности, что все было не зря. – Одного я убрал, бать. Еще один остался значит. Мы почти справились.

Сергей выдавил жалкое подобие улыбки. Справились, как же.

– Ты ляг пока здесь, хорошо? А я сейчас за Олегом схожу. Потерпи. – Батя откинулся на землю, тяжело втягивая воздух. Его тело кажется было цело, но из-за ранения в голову, оно будто забыло как правильно работать. – Я вернусь, слышишь?

Он не слышал. Прикрыв единственный оставшийся глаз, мужчина негромко хрипел. Вот так из-за чертовой болячки теперь умирал еще один хороший человек.


Глава 13


Оставив умирающего мужчину в темноте, Сергей продолжил движение. Насколько он видел, компания по-прежнему находилась внутри полукруга, освещенного светом фар. Они громко галдели, так что отрывки нечленораздельных воплей доносились до него даже здесь. Судя по всему, все находились в некоем возбуждении.

– Весело вам твари? – Бубнил под нос Сергей, словно подбадривая самого себя. – Ну веселитесь…веселитесь…

Он подошел настолько близко, что если бы кто-то решил вдруг оглянуться, он непременно увидел бы не только силуэт, но даже сумел разобрать оскаленные зубы и недобрый блеск глаз.

Но все они были очень увлечены происходящим перед ними действом. В пыли, освещенные светом фар, барахтались двое мужчин. Оба раздетые по пояс, они яростно колотили друг друга кулаками. Сверху чаще оказывался коренастый темноволосый парень, лет двадцати пяти. Мощную грудь его покрывала густая растительность, а свернутые в трубочку уши выдавали опытного борца.

Под крики и улюлюканье толпы, он оседлал своего противника, крепко обхватив его короткими кривыми ногами, и размашисто лупил по физиономии. Раз, второй, третий…каждое попадание отражалось на его лице довольным оскалом белоснежных зубов. Перепачканный в пыли, весь в синяках и царапинах, он, кажется, искренне получал удовольствие от происходящего.

Соперник тоже не сдавался, изловчившись, он выбросил вверх кулак, угодив прямо в подбородок оседлавшему его парню. Удар оказался достаточно сильным, чтоб на время вывести борца из равновесия. Сильный рывок, словно на земле был необъезженный бык, а не человек, сбросил его на землю, заставив откатиться на метр в сторону.

– Олег. – Одними губами прошептал Сергей, увидев знакомый шрам на перекошенном злобой лице. Один из окружавших драку парней не позволил ему подняться, подло пихнув подошвой в спину, но, встретив яростный взгляд кавказца, отступил.

– Ну же! Ссууки! Давай! – Олег больше не был человеком, он стал диким зверем, загнанным в смертельную ловушку и единственное чего жаждал теперь, это продать свою жизнь подороже. Все его тело покрывали раны и синяки. Похоже, что гладиаторские бои продолжаются довольно долго.

Его противник быстро подобрался и ринулся в бой. Олег ловко ушел от столкновения, позволяя ему проскочить мимо и впечатал огромный кулак в затылок. Будто предвидя это, кавказец сманеврировал, так что костяшки лишь слегка коснулись его черепа.

– Ты хорош…мне нравится. – Он смотрел прямо на Олега, буравя его острым взглядом маленьких глаз. – Будешь моим личным псом?

Олег тяжело дышал. Пот смешивался с кровью и крупными каплями стекал по его лицу. Сергею надоело смотреть на этот спектакль. Он поднял оружие и направил его в спины парней.

– Этот пес тебе глотку перегрызет.

Все присутствующие как по команде обернулись. На лицах их читалась вся гамма чувств от удивления до испуга. Сергей насчитал пятерых, включая полуголого кавказца.

– Ты еще кто? – Проговорил высокий, жилистый парень в темных очках. Господи, как же он ненавидел таких людей, которые не изменяют нелепому имиджу даже в ущерб комфорту. В такой темноте и так ни черта не видно.

– Волк…– ответил Сергей. – Самый страшный волк.

И нажал на курок.

Ружье взорвалось пламенем и дымом, разродившись смертоносным снопом крупной дроби. Парня в солнечных очках смело с места, оставив лишь кровавую пелену. Еще двоих зацепило по касательной, но боль все равно была адской, в этом Сергей был уверен. Какой-то пузатый парнишка катался по земле, пытаясь ухватить пухлыми ладонями впившееся в шею жало.

– Быстро встали кучкой вон там. – Сергей кивнул дулом влево от себя. Спорить никто не осмелился, лишь черноглазый борец едва заметно улыбнулся, словно происходящее доставляло ему удовольствие. – Олег, ты как?

– Жить буду. – Коротко ответил здоровяк, утирая с лица кровавый пот. – Они здесь концлагерь устроили, представляешь? Долбанные мажоры, совсем с катушек съехали.

– Нужно их связать что ли. – Сергей начал нервничать, соображая сколько патронов вообще у него осталось. Он ведь выстрелил дуплетом или нет? – Есть веревка?

– Конечно. – Ответил кавказец. – В доме.

Черт…придется вести их всех под прицелом в дом, на поиски веревки? Так себе идея.

– Олег, разуй его. – Указал на мертвого парня с развороченной грудиной. Мужчина вопросительно уставился на него. – Хочу посмотреть какие носочки носит золотая молодежь. Шнурки используем Олег, давай скорее.

Тот понятливо кивнул и склонился над мертвецом.

– Нет у него шнурков.

– Руслан… – Неуверенно окликнул кавказца стройный азиат. Элегантные очки без всякой оправы словно приклеились к его лицу. Сергей вспомнил своего врача. У богачей очки никогда не съезжают по переносице. – А это не то ружье, с которым Макс уходил?

– Похоже на то. – Крепыш впился взглядом в оружие Сергея.

– Тогда у него патронов больше нет. – На узком лице лишенном даже намека на растительность расплылась ехидная улыбочка. Наверное именно так улыбаются змеи, прежде чем проглотить незадачливого кролика.

– А если он их с собой принес? – Парни словно издевались. Они говори открыто, не выказывая ни малейшего беспокойства.

Они знают – запаниковал Сергей. – Черт. Неужели они догадались?

– Тогда конечно хуже…Но у него все равно только один заряд.

– Заряд может и один, но всажу я его тебе прямо в башку. – Заверил Сергей. Господи, как же дрожит его голос. Надеюсь, они не заметили волнения. Азиат замолк, но тишина не сулила ничего хорошего. Выручил Олег. Он без предупреждения отвесил парню такую зуботычину, что тот повалился на четвереньки и выплюнул перед собой пару зубов. То-то же, нечего скалиться своей голливудской улыбочкой.

– Эх…такой пес мне бы пригодился. – Заулыбался Руслан. Он с удовлетворением наблюдал, как его приятель утирает кровь, стоя на коленях.– Может даже сучку тебе отыщем. Хочешь сучку песик? Получше той, за которой ты приполз.

Сергей заметил как изменилось лицо Олега. Его словно перекосило, вмиг превратив в персонажа старого ужастика. На скулах заиграли такие желваки, зубы отчетливо заскрипели. Ярость душила его, вырываясь наружу и сдержать ее вряд ли получится.

– Заткнись! – Проорал он, надеясь что успеет привести взбешенного напарника в чувства, но момент был упущен. Руслан добился желаемого эффекта. Олег бросился к крепышу и схватил его за горло.

– Где она! – Орал он, выплевывая в смуглое лицо перепачканные кровью слова.

– В своей конуре. Ждет случки. – Руслан резко крутанулся на месте и приник к груди более высокого Олега, словно решил обнять его в приливе чувств. Теперь Сергей не мог выстрелить, не задев товарища, даже если бы в ружье оставались патроны. Азиат, все еще стоящий на коленях взвился натянутой пружиной и обвил тонкими руками шею Олега, словно гигантский спрут свою жертву.

То ли не выдержав напряжения, то ли просто сглупив, Сергей надавил на курок и…раздался сухой щелчок пустого затвора. Остававшийся до поры свободным белобрысый гигант с огромными, перекатывающимися под натянутой футболкой бицепсами двинулся к нему.

В бесполезной попытке защититься, Сергей замахнулся ружьем как дубинкой, но тут же был обезоружен. Здоровяк легко вырвал оружие из слабых пальцев и пихнул его в грудь пудовым кулаком. Почувствовав, словно получил удар бейсбольной битой, Сергей отлетел на метр и закувыркался на земле.

Олег с трудом пытался совладать с нависшими на нем противниками, постепенно сдавая позиции. Он вертелся из стороны в сторону, силясь стряхнуть с себя крепко впившегося азиата и пропускал удар за ударом от освободившегося борца.

Сергей увидел огромный ботинок взмывший в воздух и вильнул в сторону, уходя от встречи с ним. Тот грохнул по земле в сантиметре от его лица. Олег получил очередной удар. Его повело, как боксера в момент нокаута. Ноги подкосились. Размахнувшись, Руслан вмазал ногой прямо в отсутствующее ухо мужчины.

Амбал хохотал, он никуда не торопился и решил поиграть с беспомощной жертвой. Поддел его носком ботинка и подбросил в воздух на полметра, как тряпочную куклу. Сергея развернуло, больше он не видел, что происходит с Олегом. Здоровяк остановился прямо перед ним, широко расставив ноги.

– Тоже хочешь поиграть? – Просипел Сергей, снизу вверх глядя на возвышающегося колосса. Колосса на глиняных ногах? – Как у тебя с коленями?

– Получше, чем у тебя, доходяга. – Засмеялся гигант.

– Ну, это дело поправимое. – Что есть силы он ударил обеими ногами в левое колено противника, вслушиваясь в ласкающий слух хруст. Конечность вывернулась в противоположную сторону.

А я страшен в положении лежа, успел подумать Сергей, прежде чем чьи-то пальцы вцепились в его жидкую шевелюру. Это пришел в себя толстяк, которого зацепило картечью, похоже, ранение было пустяшным. А вот и минус моего отказа от химио терапии подумал Сергей, когда тот с силой потянул его на себя, едва не сорвав скальп с черепа.

Заорав во всю мощь своих полусгнивших легких, мужчина рванулся из крепкого захвата, оставляя в кулаке толстяка сноп волос. Амбал временно не представлял угрозы, потому Сергей извернулся и бросился на оказавшегося от неожиданности на земле толстяка. Он пытался добраться до его лица, вонзить пальцы в глаза, продырявить их напоследок. Словно почувствовав его стремление, толстяк пополз назад, отпихивая его ногами как впавшую в бешенство дворнягу.

– Руслан! Руслан помоги! – Верещал он, напоминая оказавшуюся в ловушке свинью. Сергей почувствовал азарт, впал в раж, он не обращал внимания на боль, наплевал на несколько поломанных почти до основания ногтей, он желал крови.

Один из легких пинков толстяка достиг цели и несильно пихнул его в лицо. Боли он не причинил, но на секунду замедлил атаку. За ногу его схватила могучая пятерня, гигант не мог подняться, но справиться с противником, который легче его в трое, он сможет даже раненый.

Увидев, что двинуться мужчина не может, Толстяк громко засопел, медленно поднимаясь на ноги. И принялся охаживать беззащитного доходягу пинками. Сергей пытался прикрыть голову руками, но это мало помогало. Он начал терять силы, их выбивали из него с дьявольским остервенением.

– Хватит, – Сквозь багровую пелену Сергей разобрал команду Руслана. – Не убивайте его. Пока что. Хочу устроить им экскурсию. Ведь не зря они так упорно пытались пробраться в наш дом.

Пинки прекратились. Сергей снова выплевывал кровь, зубы…черт, сколько их у него еще осталось? В голове мелькнул дурацкий эпизод из какой старой комедии, один из героев которой тщетно пытался сосчитать зубы языком. Что же, времени у него явно было много. Подобравшийся на достаточное для атаки расстояние гигант вытянул огромную пятерню и отвесил Сергею такую оплеуху, что в голове помутилось. Он уткнулся лицом в землю перед собой и затих.


Глава 14


– Ты живой? Хорошо… живой. Я думал того, кони двинул. – Голос был незнакомый, какой-то затхлый, как и провонявший воздух. Он пробирался в его ноздри и терзал обоняние, как заплутавший под землей крот. – Пить хочешь?

Кто-то зашуршал в полумраке и скоро на пересохшие губы мужчины упали несколько теплых, вонючих капель.

– Ну…пей. – Сергей приоткрыл рот и застонал, челюсть болела, словно ее недавно выдернули, а затем пихнули на место не разбираясь, как придется. – Здорово они тебя отходили. Хотя…за то, что ты там устроил…то ли еще будет.

– Где я? – Сергей раскрыл глаза и уставился на несуразное подобие человека, склонившегося над ним, из сведенных лодочкой ладоней сочилась вода. Длинные спутанные волосы свисали давно немытыми патлами, щеки впали, от чего скулы стали настолько острыми, будто норовили проткнуть кожу. Вся нижняя часть изможденного худощавого лица заросла густой бородой. Незнакомец походил на одного из тех обитателей вокзалов и теплотрасс, которых в глубине души опасается каждый человек.

– На псарне. – Отозвался бомж, неловко усевшись перед ним на корточки. – Ну…это они так называют это место.

– Здесь собаки есть? – Сергей с трудом заставлял мозг работать, но тот пока что успешно отлынивал от обязанностей.

– А как же. Я Тощий, потомственный двортерьер. А тебя как кличут? – Сергей посмотрел на Тощего. Ну, точно псих. Словно в подтверждение, тот грохнулся на задницу и, ловко запрокинув ногу, принялся чесать себя за ухом.

– Сергей…

– Серрргей… Плохая кличка. Сергей – это как у человеков. Неправильно.

– Потому что я человек. – Сергей зажмурился и потер переносицу двумя пальцами. Голова раскалывалась. – Со мной мужчина был. Где он?

– Не видел никого. Когда они приходят – я прячусь. Они злые. Били меня…но это раньше, когда я тоже думал что человек. А теперь почти не бьют. Только смеются. – Тощий прекратил чесаться и вытянул чуть согнутые в коленях ноги. Его грязная пятка оказалась у самого лица Сергея. От вида загрубевшей ступни с обломанными желтыми ногтями замутило.

– Давно?

– Давно. Давно! Двввно… – Протянул Бомж, словно пробуя слово на вкус. – Наверное.

От вони немытого тела, которую источал бомж становилось хуже. Серей с удовольствие отошел бы в другой угол, но понимал, что если попытается подняться сейчас, то снова потеряет сознание.

– Тощий? – Тот вытянул длинную шею, прислшиваясь. – А девушка здесь была? Молодая, симпатичная, блондинка. Он выложил все, что знал о пропавшей.

– Сучка то? А как же…была…они часто их сюда приводят. Глупые, они сначала кричат…ругаются…

– А потом?

– А потом не кричат. Скулят только. Они ведь тоже собаки. Даже мне один раз привели…для случки…я ведь потомственный двортерьер.

– И что?

– А я не смог. У нее кровь шла. И…и…я не захотел. А они смеялись и побили. Больно… – Тощий съежился, словно даже воспоминания о побоях причиняли ему страдания.

– Понимаю. – Сергей вспомнил с какой яростью избивали Олега. – Ублюдки.

– Ругаешься…не надо, они узнают.

– Откуда?

– Я скажу. Я все им говорю. Так нужно. Я хороший пес…послушный. А ты нет. Но это пока. Потом тоже станешь послушный. Хороший пес.

Безумный лепет бомжа раздражал. Сергей понимал, что не должен злиться на этого несчастного, доведенного до сумасшествия, человека, но ничего не мог с собой поделать. Ему необходимо выплеснуть полыхающий в груди гнев и другого способа он не видел. Протянув руку, он отвесил Тощему пощечину, тут же проглоченную затхлой тишиной. Взвизгнув, тот вскочил на четвереньки, раздумывая то ли убежать, то ли ответить невежливому гостю.

– Пошел прочь…двортерьер херов. – Но, тот не уходил. Из его горла вырвалось утробное рычание, заставившее Сергея насторожиться. Не хватало еще, чтобы сумасшедший бродяга перегрыз ему горло в этом полутемном сортире.

– Я тебя убью. И хозяев твоих. Только с силами соберусь и… – он протянул руку, намереваясь еще раз шлепнуть бродягу, но тот резко дернулся и вцепился гнилыми зубами в его ладонь. В месте укуса выступила кровь, тонкой струйкой выползшая на подбородок бомжа. Сергей вскрикнул.

– Пусти тварь! Пошел вон! – Он дергал рукой, тщетно пытаясь освободиться из мертвой хватки. Резкая боль придала сил, свободной рукой он ухватился за длинные патлы безумца, чувствуя как тупая пила его нечищеных зубов все глубже врезается в тонкую кожу запястья. Дернул в сторону. Сильно. Еще сильнее, но не получил ни какого эффекта, кроме усиливающейся боли.

И тут…Тощий начал жевать, как оголодавший, дорвавшийся до съестного енот.

– Аааа…бляяя…. – Орал Сергей, упираясь ботинком в тощее брюхо. Казалось, он даже почувствовал сквозь толстую подошву его бугристый позвоночник.

– А ну фу! – Руслан словно материализовался из воздуха. Заслышав его голос, Тощий мгновенно спал с лица, разжал хватку и, упав на брюхо, заелозил по шерщавому полу в самый дальний темный угол. – Плохой пес! Пошел! Пошел!

Руслан стоял в дверном проеме, загораживая коренастой фигурой неяркий люминесцентный свет и мерзко скалился.

– Вижу вы познакомились? Извини, что так вышло…отдельной конуры не нашлось, а Тощий порой ведет себя весьма скверно. Сказывается его уличный характер.

– Ты больной урод. – Выпалил Сергей баюкая израненную ладонь. Он подобрал колени и теперь сидел на заднице, злобно сверкая глазами.

– Ну…прямо таки урод? Мы с ребятами просто развлекаемся.

– Доводя людей до сумасшествия? Ублюдок. – Бомж поскуливал где-то в темноте. – Где Олег?

– О…он сейчас в одиночке. То есть раньше его конура принадлежала Снежку…но, блин! Этот парень реально хорош. Он выбил дерьмо из нашего самого злобного пса, как щенок из резиновой курочки. – Руслан обвел хилое окровавленное тело Сергея скептическим взглядом. – Не то, что ты…Я буду звать тебя Дохлик.

– Пошел ты.

– И так Дохлик. Сегодня мы все слишком устали, да? Черт! Ну и бучу вы с приятелем заварили…– По интонации было не понять то ли Руслан искренне уважает их, то ли просто издевается. – Пока что останешься здесь. Как быть решай сам, можешь помириться с Тощим, он отходчивый, а можешь как твой приятель…в общем решать тебе. А завтра уже повеселимся, да?

Руслан вышел из камеры и прикрыл дверь.

– Костя…ты ему между прочим колено сломал…хотел тебя прямо на месте придушить. – Дверь тяжело захлопнулась, лишив помещение даже того скромного источника света.

Когда он вышел, Сергей напрягся, ожидая очередной нападки невольного соседа, но тот так и не выполз из своего угла. Он только громко сопел и иногда жалобно поскуливал. Похоже, один вид «хозяина» лишил его воли.

Сергей отполз к противоположной стене и облокотившись о нее спиной попытался расслабить затекшие мышцы. До утра оставалось не так уж и долго, а спать он в любом случае не собирался. Только не с этим психом поблизости.


***


– Подъем убогий! – Сергей резко открыл глаза и мысленно чертыхнулся, он все же заснул. В измотанном организме не осталось сил на очередную бессонную ночь. Перед ним возвышался вчерашний азиат. Он сжимал в руках короткую, сантиметров сорок в длину дубинку, с двумя электродами на конце. Электрошок, понял Сергей. – Эх…очухался, а я так хотел взбодрить тебя этой штукой.

– Себя взбодри, урод косоглазый. – Сергей не был расистом, но сейчас ему отчаянно хотелось оскорбить парня, как можно больнее. И еще хотелось в туалет. – Я ссать хочу.

– Ну так ни в чем себе не отказывай. – Он обвел руками камеру в дальнем углу которой на корточках тужился Тощий. Он с таким усердием выдавливал из себя дерьмо, будто готовился взлететь. С противным звуком его недра разверзлись и помещение тут же заволокло зловонием, от которого пустой желудок едва не вывалился наружу. – Тощий! Ну, ты и засранец!

Азиат мерзко заржал, а бродяга уставился на него с раболепским выражением на заросшей физиономии.

– Только учти Дохлик, убирать за собой будешь сам. Тощий тебя научит. – Обернулся, на секунду уставившись на бродягу. – Научишь Тощий?

– Ага…ага…ага… – Закивал тот и высунул бледно розовый, подернутый синеватой пленкой язык.

– Потерплю. – Буркнул Сергей и стал подниматься, как вдруг азиат ткнул его в грудь шокером, проделав в коже два неровных маленьких отверстия. Все тело будто пронзило молнией. Мышцы мгновенно свело в болезненном спазме и мужчина повалился обратно, походя опорожняя переполненный мочевой пузырь.

– Я разве сказал вставать?! Тьфу ты…а говорил потерпишь. – Он снова заржал. Когда конвульсии прекратились, Сергей вытер дрожащей ладонью выступившую на губах пену, стараясь не замечать огромного темного пятна на грязных брюках. В принципе…его диагноз предполагал недержание. – А теперь, как послушный песик, на выход. На четвереньках, понял? Он погрозил шокером.

Получать еще один разряд не хотелось, но и идти на поводу у этого садиста тоже. Сергей представил, что заканчивает свои дни так же, как Тощий, изображая из себя послушного пса и поморщился. Хрен вам!

– Хрен вам! – Повторил он уже в голос и снова начал подниматься на ноги.

– Ой. Ты посмотри какие мы гордые? – Последовал еще один тычок и мощный разряд. Сергей снова забился в конвульсиях, протирая собой растекшеюся дурнопахнущую лужу. В голове потемнело, легкие перестали поглощать кислород и он начал задыхаться. Неужели все? Он сдохнет в луже собственных испражнений, под уларами электрошока? Мужчина не сразу понял, что азиат давно прекратил экзекуцию и теперь испуганно наблюдает за убивающим его приступом.

– Эй? Ты чего? Дохлик? Бля…Не придуривайся! – Сергей слышала его вопли сквозь багровую пелену, окутавшую с головой, и силился сделать хотя бы вдох. Он уже привык к тому, что приступы проходят. Стоит лишь перетерпеть и позволить организму вспомнить об элементарных привычках. Иногда на это требовалось всего пара секунд, но порой такое состояние могло продолжаться долго. Как именно долго он не знал и понимал, что когда узнает, это будет его последняя наука.

– Тощий! А ты чего уставился урод!? Ааа…толку от тебя… – Азиат бросился к дверям, на ходу выкрикивая просьбы о помощи. – Мирон! Мирон, он, кажется, подыхает!

В помещение ввалился вчерашний толстячок, который так отчаянно топтал его ногами.

– Ну и хрен бы с ним.– Злобно пропыхтел он. Казалось, что одышка мучает его даже в спокойном состоянии. Еще один повод задуматься о здоровом образе жизни.

– Придурок толстый, Руслан ведь сказал, что хочет с ним пообщаться! Он мне голову оторвет, если этот сдохнет.

– Ну а я при чем? На хрена было шокером его лупить? Видно ведь, что он и так еле дышит.

– Борзел он…вот я и не выдержал. – Вяло оправдывался азиат. – Короче, ты мне должен, за Светку помнишь? Так что делай ему…это…рот в рот.

– Да он облеванный весь. И мочой воняет… – Сергей потихоньку приходил в себя. Дыхание оставалось еще нервным и болезненным, но он уже не задыхался. – Тощий! Сюда живо!

Бомж нехотя вышел из своего укрытия и на четвереньках пополз к парням, на ходу натягивая штаны. Он заискивающе клонил голову на правый бок, от чего его длинные волосы едва не касались бетонного пола. Костлявые лопатки выпирали сквозь грязную темно зеленую футболку.

– Да быстрее ты! Делай ему искусственное дыхание.

Почувствовав зловонное дыхание бродяги на своем лице, Сергей представил, как тот прижимается к нему своими тонкими, в незаживающих язвах губами. Его передернуло. Нет уж, такого поцелуя он не заслужил.

– Только попробуй. – Сухо выдохнул он, и бомж моментально отстранился.

– Жаль, не сдох. Но ничего, ты еще сам об этом просить станешь. – Азиат пытался скрыть облегчение, но это ему совсем не удавалось. – Подъем вонючка, тебя приятель заждался.

Парни подхватили его с обеих сторон и поволокли к выходу. Тощий провожал их жалобным взглядом.


Глава 15


Пока его куда-то тащили, Сергей старался рассмотреть как можно больше. Он видел ярко освещенный коридор, протянувшийся метров на пятьдесят в обе стороны. С каждой стороны находились одинаковые стальные двери со смотровыми лючками. Такие он видел только в фильмах про тюрьму. Больше ничего.

Превозмогая глушилку, созданную сиплым дыханием толстяка, он вслушивался, стараясь уловить хотя бы намек на присутствие других пленников, но либо их не было, либо они предпочитали тишину.

– Погоди Азамат…давай передохнем…я сдохну сейчас… – Мирон наконец сдался. Уже несколько секунд он только изображал упорный труд, на самом деле лишь придерживая Сергей под руку. – Он тяжелый как мешок картошки…даром что тощий.

– Если бы это мешок пельменей был, ты бы не ныл. – Азамат отпустил мужчину, позволив тому распластаться на полу. Хоть он и насмехался над приятелем, но тоже весьма утомился.

– Я бы грузчиков нанял. И кстати, чего мы все сами, да сами? Давно бы забашляли кому надо…

– Пасть закрой. Забашляет он…если кто узнает про…то, чем мы здесь занимаемся…никакие бабки не помогут. Дебил.

– Бабки может и не помогут…А вот баксы…

– Вот ты идиот. И чего Руслан с тобой возится? Давно пора в одну из камер запереть. Хоть похудеешь там. – Азамат не скрывал раздражения, но толстяк кажется совсем не обижался.

– Сам знаешь, что тогда будет. Папа вас всех к стенке поставит.

– Может и поставит… – Договаривать азиат не стал. Он просто ухватил Сергея под руку и скомандовал Мирону поднапрячься. – Давай…еще один рывок.

Сергей всем весом облокотился на парней. В принципе, он уже мог идти самостоятельно, но зачем облегчать им жизнь? Пусть попотеют.

Лестница оказался длинной, минимум в сорок четыре ступени, а это как на второй этаж подняться. Ребятки глубоко скрывают свои секреты.

Из подвала они выбрались в просторный зал. Сквозь огромные окна во всю стену открывался прекрасный вид на шикарный, но неухоженный сад. Газон давно требовал стрижки, а узкие каменные дорожки не мешало бы очистить от нападавшей листвы.

Вдоль стены была встроенная барная стойка. Полки ее были уставлены разнообразным алкоголем, большую часть названий которого простой человек никогда даже и не слышал. На высоком лакированном табурете, вырезанном явно не из дешевого ДСП, восседал гигант. Его правая нога была загипсована и вытянута вперед, а в огромных ладонях почти утопал большой толстодонный бокал, в котором плескалась янтарная жидкость.

Напротив, на вычурном, бордовом диване, с вставками из резного дерева восседал Руслан. Сейчас он мало походил на того разъяренного бойца, каким предстал при первой встрече. Полностью одетый, он вальяжно закинул ногу на ногу, словно бизнесмен в ожидании делового партнера, а не главарь шайки психопатов.

Когда двое парней, пыхтя втащили в комнату Сергея, он добродушно ухмыльнулся и хотя воздух мгновенно пропах мочой, не сказал по этому поводу ни слова.

– Вот и ты. – Он подмигнул Сергею, как добрый приятель. Азамат с Мироном, как по команде разжали хватку и тот, не удержавшись, грохнулся на паркет, едва успев выставить руки. Теперь он стоял на четвереньках, чего и требовал от него азиат не так давно. Черт. Собравшись с силами, он принял вертикальное положение и снова мысленно выругался, теперь он на коленях, словно собрался о чем-то умолять.

Еще одно усилие и он шлепнулся на тощий зад. Тоже не самое благородное положение, но это все, на что он способен. Парни остались стоять позади. Похоже, Руслан и их выдрессировал.

– Устроил ты нам веселуху, дружок. Костю едва успели в клинику отвезти. Еще чуть-чуть и без операции бы не обошлось. – При этих словах амбал отхлебнул из бокала. Он был зол и явно не желал вспоминать о своем позоре.

– Мне жаль…что не обошлось. – Сергей смотрел Руслану прямо в лицо, едва выдерживая взгляд его колючих черных глаз. Тот снова растянул тонкие губы в змеиной усмешке.

– Сначала я собирался оставить в живых только твоего приятеля…Рад, что не стал торопиться, ты гораздо интереснее.

– Спасибо, благодетель. Только вот не могу сказать того же. Я собирался вас всех перебить.

– Не сомневаюсь. Тем занятнее будет с тобой работать. – Перевел взгляд на азиата с толстяком, все еще ожидающих распоряжений. – Вы парни чего замерли? Можете расслабиться. Дохлик будет послушным. Правда Дохлик?

Сергей промолчал. Хотелось ответить что-нибудь язвительное, но тяжелый взгляд травмированного Костика бетонной плитой придавил его пыл к паркету. Мужчина понимал, что только слово Руслана уберегает его от неминуемой расправы.

– Где Олег? – Буркнул он и уставился на кавказца.

– Ах Олежка…скоро вы увидитесь. И где ты раскопал этого парня? Настоящий боец, а я уж, поверь, повидал многих. Как вы, кстати, вышли на это место?

– Случайно. Заблудились.

– Хочу тебе поверить Дохлик, искренне. Но, не могу. Говори правду, иначе мне придется тебя пытать. Я это умею.

Сомневаться в этом не приходилось. Стоит только вспомнить о Тощем, которого он довел до состояния шизофрении. Мужчина думал, чувствуя как неприятный аромат от влажного пятна на его штанах, постепенно, распространяется.

Может сказать ему правду? Черт с ним, с тем ненормальным, который втянул его в эту игру. Вот только поверят ли? Сергей прикинул, как будет звучать история о смертельно больном кассире, невольно ставшим орудием возмездия и…отбросил эту мысль. Нет, на такое Руслан точно не поведется.

– Батя забашлял кому-то. Толи менту, толи прокурору… – Начал он врать и сам не заметил, как слова полились из него непрерывным потоком. – Тот, кажется, адрес дал, или намекнул. Я точно не знаю.

– Черт…Мирон! Говорил же, что твой дружок проболтается! – Толстяк замер, он уже что-то жевал и теперь кусок встал комом.

– Да я что…Руслан…может это и не он вовсе.

– Может не он…но лучше подстраховаться, чтоб таких ситуаций больше не возникало. – Руслан был раздражен, но быстро взял себя в руки. – Батя значит забашлял…или не забашлял? Что-то ты неуверенно чешешь?

– Так мне откуда знать? Они с Олегом все между собой шептались, а я так, случайный попутчик, можно сказать.

– И что же ты, случайный попутчик, так рьяно за них вписаться решил? Двоих парней моих убил, Костика едва конечности не лишил.

– Испугался… – Сергей потупил глаза, надеясь что выглядит сейчас жалко. Хотя…жалко он выглядел на протяжении всего существования.

– Испугался. Нет браток, бояться ты потом будешь. А сейчас, давай с Олежкой твоим поговорим. С Батей ведь не получится?

– Не получиться. – Буркнул Сергей. Интересно, старик так и издох там ,в кустах?

– Понятно, значит это его Азамат в кустах нашел. Живучий гад, пол головы ему снесли, а он вон куда подыхать отполз. – Подтвердил его мысли Руслан. – Пойдем.

Руслан поднялся и гордо вышагивая на коротких кривых ногах распахнул стеклянные двери шикарной мансарды, впустив в помещение свежий утренний воздух, наполненный благоуханием неприбранного, но удивительно манящего сада. Остальные дождались, когда Сергей встанет на ноги и пошатываясь выйдет следом.

Оказавшись на воздухе, Сергей глубоко потянул ноздрями и подставил лицо прохладному ветерку. Как приятно. После протухшего аромата камеры, это место выглядело настоящим райским уголком. Жаль, что заправляют в нем черти. И дело они свое знали плотно.

Чуть в стороне, была вкопана толстенная стальная труба, подле которой сидел, опустив руки, Олег. Мощную шею окаймлял широкий строгий ошейник, из-под которого сочилась тонкая струйка крови. Она покрывала уже запекшуюся корку, заставляя ее лосниться и блестеть на свету.

Одежда изодрана, на левом предплечье глубокая рваная рана от чьих-то тупых зубов. Кожа на костяшках содрана до такого состояния, что виднелись белеющие кости. Но, что еще страшнее, его правая ступня неестественно вывернута. Было похоже, что она крепится к голени иссиня черной гофрированной трубой, если такие вообще существуют. При виде людей он поднял глаза…точнее один глаз, потому как половина лица представляла собой сплошной синяк, и тупо уставился в их сторону. Неужели так выглядят сломленные, безвольные люди? Верить в подобное не хотелось.

– Как здесь мой чемпион? – Намеренно ласково начал Руслан. Он подошел ближе и потрепал Олега по лысой, в жесткой щетине макушке. Тот не сопротивлялся. – Видишь Дохлик? Этот парень уже понял, кто здесь хозяин. Костик последним проковылял мимо и снова уселся, на сей раз в деревянное кресло, словно с первых страниц элитного журнала.

– Олег? Ты как парень? – Сергей пытался говорить громко, но горло сдавил спазм и звук получился хриплый, едва слышный.

– Снежок его немного потрепал. Но, это не страшно. Если уж он сумел порвать глотку этому жирному негритосу…то и болячки заживут.

– Ага, как на собаке. – Заржал Мирон.

– Знаешь Дохлик, раньше, мы бы с радостью приютили тебя просто так. Но…мы ведь занимаемся этим на общественных началах, а потому места на всех не хватает. – Руслан подошел ближе. Оказалось, они почти одного роста, только кавказец вдвое шире в плечах и мускулистее. Его ехидный тон не обещал ничего хорошего.

– Ничего…найду себе другую ночлежку. – Слова все еще приходилось выталкивать из глотки. Парни заржали, словно он изверг неимоверно забавную шутку.

– Погоди. Ты вполне можешь остаться, нужно только доказать, что ты достоин. – Только сейчас Сергей сообразил, что Азамата среди них нет. Что они задумали? Не успел он прикинуть варианты, как позади раздались негромкие торопливые шаги и в сад резво выскочил Тощий. Он тут же бросился безвольному Олегу и принялся яростно скалить на него зубы. Видя, что мужчина на него не реагирует, подобрался ближе и сильно вытянув шею цапнул его за штанину.

– Нельзя Тощий! – Весело прикрикнул на него азиат, словно на непослушного щенка. – Сидеть!

Бродяга, в отсутствие хвоста, неловко завилял бедрами и опустил пятую точку на влажную траву.

– С этим песиком вы кажется знакомы? – Губы Руслана вновь исказила усмешка. – Он у нас дольше всех и возможно, пришло время уступить место молодым. Как думаешь Тощий?

Тот издал некое подобие злобного рыка, больше похожее на закашлявший двигатель старенького запорожца.

– В общем, расклад таков. Вас двое, а место у нас только на одного. Потому…решайте, кто его займет. – Руслан вальяжно отошел к Олегу, освободив небольшой пятачок, который тут же занял бомж. Он что, действительно считает, что они станут драться? И ведь действительно станут, понял Сергей, когда Тощий начал медленно приближаться, ощерившись коричневыми, редкими зубами. Вспомнив, с каким остервенением тот вцепился в его запястье вчера, Сергей отступил. Парни весело заулюлюкали, подбадривая бойцов.

– Давай Тощий! Перегрызи ему глотку!

– Трахни его Тощий!

– Дохлик не бзди!

Воодушевленный, бродяга сделал резкий выпад и ловко подсек Сергей за ногу, тощей жилистой рукой. Не удержавшись, мужчина грохнулся на спину, больно приложившись затылком. Хорошо, что удар пришелся на траву, иначе бой был бы уже окончен.

Не давая противнику подняться, Тощий вскочил ему на грудь и потянулся зубами к горлу. Челюсти щелкнули в сантиметре от артерии, поднатужившись, Сергей сбросил его на сторону, тут же получив удар по лицу открытой ладонью. Бомж метил в глаза, но лишь содрал тонкую полоску кожи с его лба.

Сергей перекатился влево и оказавшись на четвереньках вмазал по бородатой физиономии кулаком. Бродяга этого будто не заметил. Он горел решимостью исполнить волю своих хозяев, дотянуться до врага и рвать его зубами и ногтями. И господи! Как же он был близок.

Перехватив запястье Сергея, бродяга потянул его на себя. Чувствуя, как начинает заваливаться на живот, потерявший опору мужчина взвизгнул, и растянулся перед бомжем, подставив ему беззащитную спину. Тот моментально воспользовался преимуществом и запрыгнул сверху, вдавливая тощими ручонками голову противника в пожухлую траву.

Сергей не услышал, а скорее даже почувствовал, как в носу что-то хрустнуло, и кровь фонтаном забила прямо во вспаханную его физиономией землю. В глазах потемнело от боли, но это будто взбодрило его, громко завопив, он перекатился на бок, сбрасывая оседлавшего его спину врага. Тот рухнул на правый бок. Мгновенно перекатился, словно в его тощее тело какой-то шутник вставил реактивный ранец и вновь оказался на четвереньках.

Сергей распластался на спине. Силы покинули его. Если Тощий продолжит в том же духе, то финал схватки можно считать предрешенным. Он повернул голову набок и уставился на готовящегося к атаке бродягу. На мгновение их взгляды пересеклись.

– Ну же! Давай! Тебе ведь так важна твоя засранная конура! – Прорычал Сергей, выплевывая густой комок крови. – Сраное животное! Ты достоин такого существования!

Мирон громко хрюкнул, а Азамат разразился противным хихиканьем. Тощий вцепился грязными пальцами в траву и, вырвав ее с корнем, бросился вперед. Когда он вскочил на грудь Сергея, с протяжным звуком выдавив из него воздух, мужчина бросил сопротивление. Несколько капель коричневатой от кровоточащих десен слюны упали на его лицо, одна скользнула в рот. Бродяга зарычал и вцепился в открытое горло врага, старательно пережевывая сухожилия.

То есть почти вцепился. За секунду до броска, Сергей скользнул раскрытой пятерней и прикрыл запястьем горло, чувствуя, как гнилые зубы бомжа вновь терзают его плоть, прокусив тонкую кожу, скользят по острым костяшкам пальцев. Свободной рукой он крепко ухватился за немытую гриву и, притянув голову противника поближе, яростно впился в его ухо, почувствовав во рту противный привкус крови и ушной серы.

Тощий завыл, продолжая сдирать кожу с запястья мужчины. Сергей завыл еще громче. Это было ужасающее зрелище. Двое болезненно худых, грязных и окровавленных мужчин терзали друг друга, зубами вырывая куски плоти. Отстранившись, Сергей выплюнул ухо бродяги и вновь потянулся к нему, на сей раз метя в выпирающую через тонкую кожу артерию. Он прекрасно знал, если сумеет достать ее зубами, то останется жив.

Но понимал это и Тощий, а потому он бросил терзать его запястье и начал биться в попытках освободиться. Несколько минут они продолжали борьбу, но сил у обоих было слишком мало. Хватка ослабла, Тощий рванул так сильно, что перекатился через голову и замер, прижимая ладонь к изуродованному уху. Сергей уселся на задницу. Из искривленного носа продолжала сочиться кровь, правое запястье представляло собой изодранные до кости лохмотья, со свисающей бахромой кожей.

– А ну не останавливаться! – Азиат, оказавшийся ближе остальных, сильно пнул Тощего в бок. От удара того подбросило и несколько капель крови угодили на штанину парня. – Ах ты сука! Он принялся с усердием избивать скрючевшегося на траве бродягу. Тот скулил, подставляя под злобные удары то один бок, то другой.

– Ублюдок! – Сергей не желал оставаться частью этого безумства. – Трусливый кусок косоглазого говна!

Руслан засмеялся, происходящее забавляло его. Он все еще поглаживал Олега, безучастно наблюдающего за ростом травы, перед собой. Костя молча сидел в кресле и сверлил Сергея взглядом, он жаждал возможности поквитаться. А толстяк…он куда-то исчез, наверное, отправился за съестным.

– Что! – Взвизгнул Азамат и бегом преодолел расстояние до Сергея, подошвой ноги вмазал ему по физиономии. От сверкнувших перед глазами искр можно было зажечь костер, на мгновение Сергей ослеп.

– Ну давай! Покажи, какой ты крутой! – Сергей лежал на боку, стараясь оторвать отяжелевшую голову от земли. – Можешь свою палку взять, трусло…

Мужчина ждал очередного удара, но того не последовало.

– Ну, достал уже Руслан…можно я его уработаю? – Азамат повернулся к предводителю, нетерпеливо ожидая его решения.

– Себя уработай гандон… – Прошипел Сергей, явно нарываясь.

– Давай… – Мерно ответил Руслан, словно только что заказал кофе, а не лишил человека жизни.

– Эй! Руслан, ты же его мне обещал! – Подал голос молчавший до сих пор Костя. – Несправедливо это…

– Спокойно Константин, ты свой шанс упустил. Давай Азик, урабатывай.

На лице азиата расплылась хищная улыбка, он провернулся к начавшему подниматься Сергею.

– Иди сюда, родной… – Прошамкал тот поредевшими зубами. И тут же получил сильный удар в челюсть, который вновь отправил его на землю. – Бьешь как баба…

Очередной удар, на этот раз ногой по ребрам.

– Ты…Машу так же урабатывал? – Воздуха не хватало, но Сергей надеялся, что его слова долетят до Олега. Тот всегда очень яро реагировал на любые слова о пропавшей невесте…и сейчас его ярость была необходима, как никогда. Она была их единственной надеждой.

– И Машу…и Глашу… – Методично бубнил Азамат, сопровождая каждое слов яростным ударом. После каждого тычка тело Сергея выгибало в конвульсиях, он лишь надеялся, что сумеет не потерять сознание.

– Это потому…что ты сраный импотент…

– Они не жаловались! – Взревел азиат и схватив Сергея за ворот оторвал от земли. Взбешенный, он даже не догадывался ,что сейчас идет на поводу у Сергея. – Парочку, пришлось с пола соскребать! Он размахнулся и впечатал острый кулак в лицо мужчины.

– А Машу?

– А Машу я до смерти затрахал! – Очередная вспышка боли и…где-то в стороне раздался громовой рев.

Взбешенный Олег вцепился обеими руками в зазевавшегося Руслана и повалил его на землю.

– Где она! Где! Где! Где!!! – Орал он и лупил уже перестающего соображать кавказца по вмиг переставшей оставаться солидной физиономии. Костя подскочил и заковылял на выручку лидеру, но его изувеченная конечность не позволяла действовать быстро. Азамат же замер на месте, в нерешительности соображая, как поступить. Этих секунд хватило, чтоб Сергей подобрался и выхватил из поясной кобуры шокер.

Сильным рывком он впечатал острый край в подбородок азиата, пробив в его горле пару ровных отверстий, и нажал кнопку. Раздался низкий гудящий звук, парня затрясло, левый глаз почти мгновенно потух и стал напоминать недожаренный желток в болтунье. Он подозрительно булькнул и сопливым слизнем выкатился на щеку. После этого Азамат плашмя грохнулся в траву.

Сергей бросил взгляд в сторону Олега. Костя уже успел добраться до места стычки и обхватил мужчину за жилистую шею. Тот ревел и вырывался, но бугрящиеся стероидными мышцами руки крепко стискивали горло, отрывая его от окровавленного Руслана. Быстро расправиться с ним мешал толстый ошейник, но он же и разрывал горло Олега острыми шипами. Сергей, на четвереньках засеменил к ним.

Руслан потихоньку приходил в себя. Привыкший к схваткам борец, он обладал достаточно сильной волей, чтобы подняться. Потряхивая головой, как после нокдауна, парень утер кровь тыльной стороной руки. Его прическа была сбита, а от обилия лака, волосы торчали в стороны на подобие нехитрого вороньего гнезда. Костя стоял на одном колене, выбросив загипсованную конечность в сторону. Такая поза все равно причиняла ему боль, но в пылу схватки он предпочел не обращать на нее внимания.

– Аггхрр… – Захрипел Олег, когда Руслан кинулся на него. Рефлекторно он выбросил вперед правую ногу, пытаясь отпихнуть нападавшего и…его изувеченная щиколотка почти оторвалась. Острая кость проткнула кожу и через штанину глубоко вонзилась прямо в горло кавказца, едва не вырвав адамово яблоко.

Руслан взревел и ухватился за импровизированное конечностью копье, выдергивая его из своего тела. Боль, усталость и пережатое горло начали сказываться на Олеге, попытки высвободиться из стального захвата становились все слабее.

Наконец Сергей подобрался достаточно близко и ткнул гиганта в скопление мышц, которое с трудом можно было назвать человеческой спиной. Короткий разряд едва колыхнул мускулистое тело, прежде чем заряд шокера закончился. Похоже, Азамат не сильно следил за состоянием своего инвентаря. Размахнувшись, мужчина начал что ест силы лупить бугрящегося мышцами амбала, но тот казалось не обращал на его тычки внимания. Сейчас он был занят расправой над Олегом.

– Ну же! – Орал Сергей, снова и снова опуская вмиг ставшее бесполезном оружие на врага, Несколько ударов пришлись по выбритому затылку, выпустив через рассеченную кожу струйки алой крови. – Вот он я, чертов дегенерат! Ты же хотел со мной поквитаться! Давай! Давай тварь!

Отбросив переставшего сопротивляться Олега, гигант развернулся и наотмашь врезал Сергею. Удар пришелся тыльной стороной раскрытой пятерни, лишь едва зацепив его голову, но даже он заставил тщедушное тело отшатнуться.

– Сейчас…сейчас… – Костя повторял эти слова снова и снова, неторопливо поднимаясь во весь свой исполинский рост. Сергей вновь оценил устрашающую мощь противника. Вчера ночью он был слишком возбужден, чтобы отдавать себе в этом отчет, но теперь прекрасно видел, что одержать верх ему не удастся.

Поднявшись, мужчина крепко стиснул в кулаке полуметровую дубинку, прекрасно понимая, что вряд ли сумеет причинить этим орудием какой-то вред. А потому он просто швырнул его в грудь противника. Бесполезный шокер ударился о стальные грудные мышцы Кости и упал в траву.

– Посмотрим, кто из нас двоих больший пес. – Зло буркнул Сергей и резко бросился в ноги противнику. Используя весь свой вес, такой небольшой для человека, но достаточно увесистый для выпущенного снаряда, мужчина плечом врезался в здоровое колено амбала.

Только бы сработало, подумал он перед тем, как вся его правая сторона взорвалась от нестерпимой вспышки всепоглощающей боли. От удара здоровяка развернуло вокруг своей оси, завопив, он грохнулся на задницу, хватаясь руками за вывернутый сустав. Сергей лежал, зарывшись лицом в траву и чувствовал, как все его тело словно наливается расплавленным свинцом. Сильная, пульсирующая боль взрывалась в районе правого плеча, распространяясь все глубже, пока не охватила остальное тело.

Крики врага раздавались все дальше, мужчина понял, что проваливается в небытие. Допустить этого нельзя, ведь тогда он уже не очнется. Пытаясь прийти в себя, он заорал, словно старался в клочья разорвать голосовые связки, уперся лбом в землю и приподнял задницу кверху, как делают не способные отжаться слабаки. Но, он не был слабаком, уже не был.

– Тварь! Гнида! Убью! – Раненым медведем ревел Костя.

С трудом справляясь с головокружением, Сергей встал на колени. Правая рука больше не слушалась его, болтаясь лишним куском стенающей плоти. Впервые он отметил, что шансы у них практически равны. Конечно, он ослаблен, и правая рука больше не двигается, но гигант был лишен обеих ног и теперь представлял угрозу, только если подойти слишком близко. Гигант попытался перевернуться на бок, из заднего кармана плотно обтягивающих мускулистые бедра брюк вывалилась помятая пачка сигарет.

– Ты куришь? – Спокойно спросил Сергей. Он был искренне удивлен. – Я думал ЗОЖ и все такое…

– Пошел ты! Я убью тебя, слышишь? – Костя в очередной раз попытался подняться, но взвыл и заворочался на земле.

– Слышу, слышу… – Сергей осторожно подошел и улучив момент поднял с земли сигареты. Сделав шаг назад, чтобы не оказаться в лапах Кости, он вытряхнул одну из помятой пачки и вставил в окровавленные губы. Черт…нужен огонь. – Есть зажигалка? Ни разу не пробовал, представляешь.

– Пошел ты!

– Как скажешь. – Сергей прошел мимо гиганта. Тот попытался ухватить его за ногу левой рукой, но только царапнул пальцами воздух. Войдя в дом, мужчина пошарил в баре и вытащил на свет наполовину початую бутылку виски. Наверное хороший, подумал он и зубами выдернув дубовую пробку сделал большой глоток прямо из горла. Внутренности обожгло, но затем по телу растеклось приятное тепло. Выпивка ему понравилась.

Тут же, рядом с роскошной хрустальной пепельницей, он увидел изящную зажигалку в форме сидящего сторожевого пса, с большими бронзовыми ушами и отставленным в сторону хвостом. Аккуратно прикурил, от вырвавшегося из приоткрытой пасти огонька и глубоко затянулся ароматным облачком дыма, а уже через секунду согнулся от пробирающего кашля. Ну и дерьмо, почему только люди себя травят? Сжав сигарету в зубах он направился обратно, издали наблюдая как Костя старательно перебирает огромными руками. Он перевернулся на живот и ползком пробирался куда-то в сторону кустов.

– Эй! Не торопись… – Мужчина догнал амбала и собрался было сделать еще один глоток, но мешала зажатая в зубах сигарета. – Нужно отпраздновать, мы ведь выяснили, кто здесь шавка.

– Я убью тебя…слышишь? Я…

– Нет Костик…я ведь уже мертв. – Мгновение помедлив, он щедро плеснул дорогого виски на искалеченные ноги гиганта. Почувствовав, как жидкость растекается по его конечностям, пробираясь под гипсовую повязку, Костя вдруг переменился.

– Слушай…извини ладно? Ты можешь уйти. Хочешь денег? Ты станешь очень богатым. – От наглого, уверенного в своих силах амбала не осталось и следа. Теперь на земле корчился обыкновенный калека, напуганный и заискивающий.

– Не извиняйся. Точно не передо мной, хорошо? По сути, это ведь я искалечил тебя. – Сергей продолжал поливать одежду гиганта, пока не опустошил бутылку.

– Не надо…чего ты хочешь? – Костя больше не выглядел устрашающе, теперь он был просто грудой перепуганного мяса.

– Ничего…– Сергей отбросил пустую склянку, та беззвучно приземлилась в высокую траву, сжал между пальцев сигарету и уставился на ярко тлеющий огонек. – Хотя…что вы сделали с Машей? Олег хотел бы знать.

– Ничего…Я…я не знаю…

– Не ври Костик, ты уже почти мертв, потому я вижу тебя насквозь.

– Я не знаю…не помню…

– Блондинка…зеленые глаза…красивая…– Сергей начал перечислять все, что успел запомнить со слов Олега и Бати. – Невеста Олега.

– Черт! Я не знаю! Она…она мертва, ясно? Руслан убил ее. Не я – это все Руслан…

– Я так и думал. – Сергей выдохнул и бросил начавший обжигать пальцы окурок в Костю. Его одежда вспыхнула почти мгновенно, огонь быстро пожирал дорогую ткань, пока не охватил тело целиком. Гигант завизжал и начал вертеться по земле, старательно сбивая голодное злобное пламя. Но все было тщетно. Кожа на его выбритом затылке покраснела и пошла пузырями. Сергей смотрел и вдыхал сломанным носом запах зажаривающейся плоти.

В голове сейчас была только одна мысль – а гипс тоже сгорит?

Гигант все еще визжал от боли и ужаса, когда Сергей потерял к нему интерес и направился к вкопанному посреди сада столбу и паре тел, раскинувшихся поблизости. Точнее раскинулся только Олег. Он лежал на спине, раскинув в стороны изуродованные руки, правая нога его заканчивалась острым осколком кости, глаза широко раскрыты, язык распух и чуть высунулся изо рта, как бывает при удушении.

– Спасибо Олеж…без тебя…без вас с Батей я бы точно сидел на цепи и верещал при виде этих ублюдков, как…А где Тощий? – Сергей осмотрелся в поисках сутулой неряшливой фигуры. Пока продолжалась схватка, он куда-то испарился. Ну да Бог с ним, до сумасшедшего бродяги Сергею не было никакого тела.

Руслан издал булькающий звук, испуская пузырящуюся кровь сквозь сжимающие пальца горло. Его глаза по-прежнему горели ненавистью и злобой, но теперь она была не такая яркая. Она затухала, как затухает сейчас жизнь предводителя этой шайки.

– Тебе еще весело? – Серьезно спросил Сергей, но ответа так и не услышал, на запястья Руслана лишь выплеснулись еще несколько пузырьков.

Вдруг раздался душераздирающий крик из дома. Кто-то будто угодил в капкан и теперь самолично отгрызал ногу, чтобы освободиться.

– Никуда не уходи. – Сергей развернулся и как мог быстро поковылял к особняку. Он обошел переставшего шевелиться Костю, и, быстро преодолев три ступени, вошел в особняк.– Вот ты где.

Тощий взгромоздился на спину Мирона и зубами вцепился в толстый загривок. Толстяк истошно вопил, чувствуя тупые зубы на своей коже, его глаза лезли из орбит от боли.

– Тощий, фу! – Бродяга недовольно заворчал, на секунду задумался, но затем послушно прекратил рвать жирдяя и отскочил в сторону.

– Спасибо…спасибо тебе… – Мирон продолжал барахтаться на объемном пузе, пуская носом гадкие желтовато зеленые пузыри.

– Ключи?

– Там…они…они у двери в подвал.

– Спасибо. – Сергей подумал, что не слишком умно держать ключи от импровизированной тюрьмы на видном месте, но парни похоже свято верили в свою безнаказанность. – Тощий, можешь продолжать.

– Нет…нееее – Завизжал толстяк, но его протесты остались не услышанными. Бродяга вновь вскочил ему на спину.


***


Ключи действительно оказались там, где сказал Мирон. Точнее, всего два ключа. Они болтались на изящном крючке, неаккуратно привинченном к стене толстым саморезом. Похоже, что беззаботная жизнь не сумела подготовить парней к работе руками.

Сергей толкнул тяжелую дверь и дождавшись когда он ударить о стену начал спускаться. Выключателя он не нашел, а потому осторожно нащупал ногой первую ступень, стараясь не кувыркнуться вниз. Насколько он помнил, глубина там приличная. Но, как только он перешагнул порог, яркие лампы автоматически зажглись, освещая узкое пространство. Вот они чудеса техники.

Остановился в том месте, откуда коридор уплывал в даль, на подобие узкой речушки. Бледно синий цвет стен навевал тоску и апатию. Сунул ключ в ближайшую дверь и прислушался, прежде чем провернуть его в замке.

А что если по ту сторону такой же безумец, как и психованный Тощий? Не хочется, пережив столько напастей погибнуть от укусов еще одного бродяги. Мужчина прижался щекой к гладкой, холодящей вспотевшую кожу поверхности вслушиваясь в царящую по ту сторону тишину. Там никого? Или…нет, он четко расслышал негромкие всхлипывания.

Будь, что будет, решил Сергей и, крутанув ключ, распахнул тяжелую дверь. Сначала ему показалось, что в помещении действительно никого нет, но затем, в дальнем темном углу колыхнулась тень.

– Ты кто такой? – Голос явно мужской…хотя и звучит весьма звонко.

– Сергей. – Ответил мужчина и сделал шаг назад, освобождая проход. – Ты можешь уйти.

– А…они? – Точно, это подросток лет пятнадцати не больше. Он слегка подался вперед, подставив под свет вихрастую голову с большими заплаканными глазами. Разбитые губы дрожали, словно он едва сдерживал рыдания.

– Они не будут против. – Сергей развернулся к мальчишке спиной и вставил ключ в соседнюю дверь.

– И этот…толстый? – Подросток, кажется, все еще не воспринимал его слова всерьез, словно это была очередная садистская шутка.

– И он тоже.

– Мне нужна одежда…хотя бы штаны…он…он… – Мальчишка снова расплакался, но Сергей его больше не слушал. Он переходил от одной двери к другой и распахивал их машинальными движениями. Практически за каждой он встречал все те же перепуганные взгляды, изувеченные тела и робкую нерешительность. А где не встречал…он не разглядывал то, что находилось внутри. Мертвым не повезло, а он пришел сюда за живыми.

В последней камере, залитой кровью как кабинет пьяного хирурга, на полу лежала громадная туша чернокожего мужчины. А отделенная от него голова выглядывала из отхожего ведра, робко поблескивая на него большими белоснежными белками.

К тому моменту когда он закончил, пленники уже покинули свои камеры. Все кто мог сделать это самостоятельно. Одна девушка плашмя лежала перед ступенями ведущими к свободе. Она царапала бетонную поверхность лишенными ногтей пальцами и негромко хныкала, понимая, что ни за что не сумеет преодолеть эту преграду.

Сергей чуть замедлил шаг и аккуратно перешагнул раскинутые в стороны, изувеченные ноги, стараясь не вслушиваться в царапающие слух мольбы. Помочь ей больше, чем он уже сделал, все равно не сумеет.

Тощий исчез вместе с остальными. То ли его манил запах долгожданной свободы, а может он увидел приглянувшуюся ему давно сучку и теперь преследует ее где-то поблизости. Думать об этом не хотелось. Мирон все так же лежал ничком. Из толстой шеи торчали несколько заметно погрызенных позвонков.

Руслан умер. Сергей, на всякий случай, сильно пихнул его подошвой ботинка по лицу, заметно вдавив большой, орлиный нос в лицо, но тот не шевельнулся. Кровь из пробитого горла тоже больше не текла.

– Ну что же ты… – Разочарованно покачал головой Сергей. – Хотя черт с тобой, я слишком устал.

Мужчина сел на траву, не чувствуя как уже остывшая, но еще не свернувшаяся кровь мгновенно пропитала его одежду. Ему вдруг стало неумолимо тяжело, как будто откуда-то сверху спустили многотонный груз и бесцеремонно взвалили на его плечи. В глазах потемнело. Господи, как же он устал.


***


Переносица жутко болела. Точнее болело все тело, но боль в переносице терзала его на удивление сильно, словно кто-то вонзил в нее острый нож и теперь усердно орудовал внутри. Застонав, он попытался дотронуться пальцами левой руки до этого места, но его запястье перехватила чья-то сильная ладонь.

– Черт. Он в сознании. Артем, ты снова косячишь!

– Да как же…все как обычно делал…

– Вот именно, а нужно делать правильно. Давай уже вырубай его, он сейчас все испортит!

– Да, да..

Сергей почувствовал, как на него накатывает тупая сонливость. Боль исчезла, он провалился в темноту, слыша сквозь свинцовую пелену, как переругиваются какие-то люди.


Глава 16


Сергей открыл глаза и уставился перед собой. Пошарпанный, давно нуждающийся в побелке потолок, с бледными желтоватыми потеками в углу, старые люминесцентные лампы нечасто подрагивали, словно решая стоит ли им работать в полную силу или лучше вовсе не зажигаться. Справа белая дверь, небрежно покрашенная прямо поверх не зашкуренной поверхности, а слева…левая часть комнаты по-прежнему оставалась для него невидимой.

Заерзав на застонавшей ржавыми пружинами кровати, он попытался повернуться, но его запястье отказывалось повиноваться, крепко удерживая тело в прежнем, не самом удобном положении. В голове мелькнула паническая мысль, что кто-то из садистов остался в живых и теперь он навсегда заперт в том жутком подвале.

– Нет…– Сухо застонал он, испугавшись собственного голоса, настолько чужим и незнакомым он показался.

– Ооо…вы пришли в себя? Замечательно. – Кто-то находился в опасной близости. – Как себя чувствуете Сергей Викторович? Позвать врача?

Врача? Он что в больнице? Как, черт побери?

– Я в больнице?

– Именно так, вы в евгеньевской тюремной больнице. Находитесь здесь уже четверо суток, с тех пор как вас обнаружил, эм…на территории особняка Руслана Чинкаева. Вы что-нибудь помните об этом?

Что-нибудь? Да он помнит все, в малейших деталях.

– Нет…Что случилось?

– Ну…в этом мы и собираемся разобраться. Меня, кстати, зовут Николай Анатольевич Рыбкин. Я следователь по вашему делу. – В поле зрения возникла тонкая, покрытая густой растительностью ладонь. – Ах да…у вас ведь рука. Прошу прощения.

– Позовите врача. – Сергей не горел желанием говорить со следователем.

– Обязательно. – Находящийся вне поля зрения полицейский говорил спокойным, но очень настойчивым тоном. – Прибывший по вызову наряд обнаружил девять трупов и вас. Можете объяснить, что произошло?

– Они чертовы психопаты. – Сергей зажмурил глаза, надеясь, что все происходящее окажется всего лишь плодом воспаленного воображения.

– Поэтому вы их убили? Поймите Сергей Викторович, я на вашей стороне. Мы уже опросили потерпевших и…обстоятельства и правда весьма незаурядные.

– Да…то есть нет, не всех. – Сергею вдруг нестерпимо захотелось выговориться, рассказать всю правду хотя бы кому-нибудь, пусть даже следователю. – Они ведь тоже не сидели сложа руки.

– Конечно. Это…заметно. – Следователь замялся или ему только показалось? Господи…голова просто раскалывается…– Послушайте, я все вам расскажу, обещаю. Но не сейчас. Сейчас мне нужен врач, иначе я с ума сойду от этой боли.

Следователь несколько секунд молчал, раздумывая над словами пациента, но затем сжалился. Он прошел к выходу, где Сергей наконец сумел рассмотреть невысокую сутулую фигуру. Одет в старенький, но еще крепкий костюм двойку, под мышкой коричневая кожаная папка, для бумаг, походка усталая, какая-то шаркающая. Он напоминал одного из тех вечно усталых детективов, чей образ так любят эксплуатировать в кино.

– Я вернусь завтра.

Оставшись в одиночестве, Сергей начал обдумывать свои варианты. Сбежать не удастся, рука прикована наручниками к стальной стойке кровати, вторая вообще замотана в гипс и отказывается повиноваться. Левый глаз не видит. К тому же он так устал. К черту, никаких мыслей о бегстве.

– Сереженька… – Вслед за пожилым врачом в толстых очках водруженных на широкий мясистый нос протиснулась его мать. Женщина бросилась к постели и обеими руками ухватила его за правое предплечье, крепко стискивая его в своих ладонях. – Сереженька…

– Женщина, не мешайте работать. – Врач бесцеремонно отпихнул ее в сторону и о чудо, она покорно повиновалась. – И так…как вы себя чувствуете?

– Как футбольный мяч после серии пенальти.

– Хорошо, хорошо…– Он посчитал его пульс, аккуратно взявшись заскорузлыми пальцами за запястье. – Вам повезло Сергей Геннадьевич, счет шел на минуты.

– Да я вообще везунчик.

– Ну да, ну да. – Раздалось негромкое всхлипывание, заставившее врача приостановить осмотр. – Молодой человек, поговорите с мамой. Сейчас я не могу вам предложить ничего, кроме покоя. Операция прошла вполне успешно, так что восстанавливайтесь.

Он вышел вон, взмахнув на последок краями накрахмаленного халата, словно ушедший в ночь супергерой.

– Сереженька…. – Мама все еще стояла в стороне и только повторяла его имя.

– Все хорошо мам. Все отлично. – Он лгал этой сильной, властной женщине, чего не позволял себе с раннего детства. А она плакала и гладила его по израненной голове, словно только сейчас действительно поняла, что может его потерять. Что уже, практически потеряла.

Минут через двадцать краснолицый парень в форме заглянул в дверной проем и попросил ее покинуть палату. Он ведь не просто пациент, здесь он подозреваемый в нескольких убийствах преступник. Мама беспрекословно подчинилась, напоследок проведя мягкой ладонью по его щеке.

Последующие несколько часов он провел в полудреме, пробуждаясь только когда дородная медсестра меняла ему повязки и помогала оправиться. А вечером в палату вошел очередной гость. Странно, ведь время посещений давно окончено.

– Здравствуй герой. – Знакомый голос заставил его вздрогнуть и напрячься всем телом. Здоровым глазом он нашарил высокую крепкую фигуру Нилова, полицейского который сначала спас его от тюрьмы, а после проклял последними словами. Зачем он пришел теперь? – Ну и дел ты наворотил, а я ведь сперва решил, что ты просто трусливый кусок говна.

Мужчина прошел ближе и теперь возвышался над Сергеем.

– Дерьмово выглядишь. – Он обвел взглядом иссушенную, перебинтованную не хуже египетского фараона фигуру.

– Зачем пришел? – Сергей находился в состоянии легкой прострации после недавнего укола обезболивающих, мысли в голове сбивались в кучу.

– Посмотреть на тебя. Мы ведь…столько пережили за эти пару дней. – Нилов едва заметно улыбнулся. – А игру мы так и не закончили.

– Что ты несешь…какую иг… – Сергей с трудом заставлял свой мозг работать, но тот снова глох, стоило ему на мгновение запуститься. – Так это ты?

– Тс-с… – Нилов приложил длинный палец к тонким губам. – Конечно я, герой. Или думаешь найдется другой идиот, который поставит все на карту, ради полудохлого недотепы?

– Девочки… – Прошептал Сергей и сильно зажмурил глаз, пытаясь привести себя в чувство. – Где?

– Все с ними хорошо. Я так думаю. Я передал их службе опеки в тот же день, когда связался с тобой по телефону в первый раз. Послушай, я ведь не какой-то там монстр. – Он обиделся или это лекарства искажают восприятие?

– Тогда зачем?

– Потому что мне надоело смотреть, как ублюдки спокойно терзают наш город. Потому что система прогнила и не в силах справиться с потоком дерьма, которое ежедневно спускают по вонючим трубам. Потому что ты этого хотел.

– Нет, это ты так думал.

– Я видел, что ты сделал с Киви и Боней. Скажешь это вышло случайно?

– Я не хотел становиться убийцей.

– Ты и не стал, приятель. – Нилов смотрел на него не моргая. – Пойми, наше общество порой порождает таких тварей…которые впиваются в него своими зубами и душат. В такие моменты все разговоры о справедливости, законе, миролюбии становятся всего лишь пустым звуком. Всю эту грязь ни за что не смыть просто протерев тряпкой. Ее приходится отскребать. И отскребет ее лишь тот, чьи зубы еще острее.

Он прошел мимо него и встал у забранного стальной решеткой окна. За окном начался холодный осенний дождь.

– И ты отскреб парень. Не все, конечно же нет. Но хотя бы часть этой мерзости.

– Чего же ты сам этого не сделал? – Сергей произнес это слишком резко. Истощенный организм не выдержал и мужчина зашелся в глухом, болезненном кашле. Нилов по-прежнему стоял у окна, повернувшись к нему спиной. – Боишься замарать руки?

– Боюсь. Боюсь, что не сумею выскрести этот город. Ты действительно не понимаешь? – Он наконец обернулся, на скуластом, мужественном лице блеснули слезы. – Если не будет меня – кто направит таких как ты?

Сергей хотел возразить, но внезапно понял, что он прав. Оружию всегда нужна рука, которая направит его на врага. Иначе…иначе даже самое острое лезвие останется лишь бесполезным куском металла.

– Я благодарен тебе Сергей. Запомни – все было не зря. – Нилов вновь оказался рядом, он двигался проворно и будто неслышно. Мужчина ощутил его прикосновение, а затем крепкую мозолистую ладонь. Они пожали руки.


***


Утром, как и обещал, вернулся следователь. Когда он вошел, Сергей уже бодрствовал. Он ждал его появления.

– Доброе утро Сергей Викторович. Как вы себя чувствуете? – С добродушным сочувствием поздоровался вошедший. – Готовы побеседовать?

– Я вас ждал. – Сергей наблюдал, как полицейский подтянул поближе потертый временем стул и положив папку на колени вытащил объемный блокнот.

– Замечательно. Так как вы оказались в этом особняке?

– Меня подвезли двое мужчин, Олег, извините, не знаю как его фамилия и… – Черт, он ведь даже не знал настоящего имени Бати.

– Да, да. Олег Никифоров. Мы обнаружили его тело в саду, ему сильно досталось. С ним похоже был Григорий Севастьянов, отец пропавшей несколько месяцев назад Марии Севастьяновой.

– Да. Они сказали, что знают, где искать девушку и я вызвался помочь.

– Вот так прямо и сообщили эту информацию совершенно постороннему человеку? – Недоверчиво поинтересовался следователь.

– Да, вот так просто сообщили.

– Ну, допустим…почему же они не позвонили в полицию, для чего отправились вызволять ее самостоятельно?

Да потому что все ваши органы давно приспособились прикрывать глаза зелеными бумажками. В слух этого Сергей не произнес.

– Наверное торопились. Не знаю.

– Ага…– Следователь сделал какую-то пометку в блокноте, после чего поднял хитрые глаза на мужчину. – Сергей Геннадьевич, вы ведь мне врете, верно?

– Больше я ничего не знаю. – Сергей отвел взгляд и уперся в потолок. Следователь зашуршал бумагой, закрывая блокнот, и подался вперед, почти к самому уху мужчины.

– Вы убили сына очень влиятельного человека. Точнее они все были сыновьями весьма состоятельных мужчин, но Геворг Саркисович…он никогда не простит вам этого. – Следователь перешел на жаркий шепот. – Скажите откуда у вас появилась информация о…том, что происходило в том особняке и я обещаю, что постараюсь уберечь вас.

– Ниоткуда, я ни черта не знал.

– Вы все равно отправитесь в тюрьму Сергей. А там…там вы умрете. Он не пожалеет средств, чтобы заставить вас заплатить.

От этих нелепых угроз Сергею захотелось рассмеяться прямо в озабоченную, ехидную физиономию.

– Посмотрите на меня внимательно. Думаете я боюсь боли? Или, быть может, вы способны исцелять рак? – От его резкого тона полицейский отпрянул, едва не повалившись на пол. – Мне нечего добавить.


Глава 17


В больнице он провел еще около трех недель, испытывая каждодневные страдания от уколов, капельниц и не частых, но неприятных осмотров. Глаз спасти так и не удалось, как и восстановить работоспособность правой руки. Хрящи, связки, мышцы…что-то из перечисленного больше не принадлежало ему. Теперь он еще меньше стал походить на человека. За это время мать навещал его в больнице еще дважды и каждый раз Сергей замечал, как сильно она постарела. Из волевой, сильной женщины она за считанные недели превратилась в сгорбленную старушку, словно рак мог быть заразным.

Однажды, вместе с ней в палату вошел его брат. Он не сразу решился подойти, предпочтя стоять в стороне и наблюдать, но мать настояла и Гриша приблизился. Даже теперь, она имела над ними какую-то таинственную власть. Они и в лучшие времена особенно не общались, а теперь все ограничилось банальными как дела и держись. Но, Сергей его не винил, он вообще перестал обращать внимание на такие мелочи.

После начались суды. Туда его доставляли прямо из палаты, под усиленным конвоем, как особо опасного преступника. По-сути так оно и было, хотя те кто знал его в недалеком прошлом с ума бы по сходили от смеха.

Сергею назначили государственного защитника, совсем молоденького, болезненно бледного мальчишку. Тот едва закончил университет и сразу получил столь громкое дело. Совпадение? Парнишка, казалось, искренне радел за судьбу своего подзащитного, но тот словно не собирался бороться. Сергей отказался от каждой предложенной линии защиты, соглашался с любыми обвинениями и вообще, делал все, чтобы следствие закончилось как можно скорее, чем на корню убивал запал адвоката. А затем и вовсе отказался от его услуг.

Следствие быстро завернули, сделав из Сергея виновника нескольких убийств, но он особенно и не отрицал. Главное, что дело получило солидную огласку и об ублюдках, возомнивших себя богами узнала общественность. СМИ делали из Сергея героя и рвались взять интервью из первых уст, но он отказывал всем. Не видел смысла.

И вот, настал последний день суда. Момент, когда ему зачитают приговор. Мужчина немного нервничал, хотя прекрасно понимал, что вердикт давно предрешен.

– Ты как Серега, готов? – Краснолицый конвоир по имени Леха заглянул в палату. Он всегда сопровождал Сергея в его поездках и за это время мужчины нашли общий язык.

– Вроде да. – Сергей сидел на своей кровати и держал в руках иссиня черный галстук, раздумывая стоит ли его надевать. – Леша, как думаешь, галстук надеть?

– Ну…хуже не будет. Надевай. – Хотя в проеме по-прежнему была только вихрастая голова охранника, Сергей мысленно представил, как он пожимает широкими плечами. Он всегда так делал, когда сомневался в ответе.

Повязав галстук, Сергей несколько раз то затягивал, то ослаблял узел.

– Нервничаешь?

– Представь себе. Глупо да? – В очередной раз ослабив удавку Сергей рывком стянул галстук с шеи и бросил через плечо. – Не на свадьбу ведь.

– Главное, чтоб не на похороны.

Весь недолгий путь до здания суда, закованный по всем правилам в наручники Сергей провел в тишине. Он смотрел сквозь маленькое зарешеченное окошко на проносящиеся мимо деревья, на недовольных прохожих, кутающихся от дождя в теплые, осенние куртки и понимал, что никогда уже не ощутит подобного.

Внезапно в груди защемило от болезненного желания выскочить из тесного салона и броситься в эти грязные, глубокие лужи. Ощутить на лице тяжелые капли дождя, господи, как он завидовал всем этим незнакомцам, которые прятались от свободы. Они ни черта не понимают.

– Леха? – Окликнул он конвоира, не отрываясь от стекла. – А выпусти меня?

– Шутишь? – Алексей внезапно стал серьезным, добродушная улыбка слетела с его физиономии, будто содранный пластырь.

– Шучу, Леш, конечно шучу.

Машина затормозила, Сергей отсчитал ровно восемь секунд, прежде чем двери салона распахнулись. Двое парней в новенькой форме встали по обе стороны, позволяя ему выйти наружу. Леха покинул салон последним. Странно, но их как прежде не встретило полчище репортеров, ослепляя вспышками профессиональных камер и оглушая сотней неразборчивых вопросов. Неужели общественности надоело мусолить эту тему?

– Война что ли началась? – Бросил Сергей поднимаясь по ступеням.

– Что? – Непонимающе буркнул Леха. Затем будто прозрел и пояснил. – Ты про репортеров? Заседание решено сделать закрытым, из уважения к родственникам погибших.

– Надо же…было бы кого уважать…

– Люди они весьма влиятельные, ты и сам знаешь. Так что могли перенести слушание хоть на Луну.

– Так я мог еще и в космосе побывать? Жаль, что не срослось. – Сергей прошмыгнул в заботливо открытые двери и по гулкому коридору направился знакомым маршрутом.

В зале было непривычно пусто. Проходя к своему месту в партере, мужчина сразу заприметил поседевшую мать, крепко стиснувшую ладонями предплечье брата и пожилого, крепкого мужчину с редеющей на затылке шевелюрой. Он так сильно стискивал губы, что они почти исчезли с его, словно вытесанного из гранита лица и буравил его такими знакомыми черными глазами.

– Здравствуйте Геворг Саркисович. – Громко поприветствовал его Сергей, от чего левый глаз мужчины задергался в нервном тике и тут же получил болезненный тычок от Алексея. Разговаривать с присутствующими было запрещено.

Его впихнули за стальные прутья импровизированной клетки и накрепко заперли такую же решетчатую дверь.

– Ваш сынишка бы оценил! – Сергей нашел глазами бизнесмена и улыбнулся ему мерзкой, беззубой улыбкой. Алексей не сильно стукнул дубинкой по пруту, издавшему звонкий металлический звук.

– Ну хорош Серег. – Тот примирительно развел тонкими руками.

– Все Леш, больше не буду.

Несколько минут помещение оглашалось звуками тяжелого дыхания, нервных всхлипываний и скрежетом зубов. Не хватает только, чтобы кто-нибудь зашуршал пакетиком чипсов. Затем вошел судья.

Присутствующие как по команде поднялись со своих мест. Его мать пошатнулась, едва не завалившись вперед, на твердые подголовники кресел, но брат легко удержал изможденную женщину. Сергею хотелось крикнуть, чтоб она села, чтобы не мучила себя понапрасну, но он промолчал.

– Садитесь. – Судья, тучный пожилой мужчина, занял свое место, жестом позволяя остальным последовать его примеру. – Итак…сегодня мы завершим это не простое мероприятие. Я не горю желанием встречаться с вами еще раз. Надеюсь, вы меня услышали.

Сергей смотрел на судью, прикидывая в уме, как он к нему относится. Ему было интересно, этот властный и уверенный в себе мужчина тоже продался или пытается сохранять достоинство. Хотя реальной роли в его судьбе это не играло, доказательства были неопровержимы, к тому же он ни разу не отрицал свою причастность к убийствам.

– У обвинения будут какие-то предложения? – Высокий и ровный как жердь прокурор поднялся, машинально оправляя безукоризненно выглаженную синюю форму.

– Ваша честь и все присутствующие. Все вы прекрасно осведомлены в подробностях страшного и мерзкого преступления, совершенного совсем недалеко от города. То, что там происходило на протяжении долгого времени, не укладывается в голове любого нормального человека и я искренне рад, что это прекращено. – Он прокашлялся, прикрыв губы наманикюренными пальцами – Но, все должно было прекратится не так. Не кровавой резней, которую учинил подсудимый. Преступники… – Он быстро глянул через плечо, словно испугавшись этого слова. – Они должны были предстать пред законом. Никто не имеет права ставить себя выше…

– Прошу короче коллега. Журналистов здесь все равно нет, так что можно сухо и по фактам. – Судья потер переносицу, словно очень утомленный этим долгим монологом.

– Конечно. Преступления были совершенны крайне жестокие, но учитывая, что они вернули свободу многим несчастным пленникам и беря в расчет нынешнее физическое состояние подсудимого, обвинении просит приговорить его к двадцати годам лишения свободы в колонии особо строгого режима. – Прокурор сел на свое место и промокнул выступившие на лбу бисеринки пота.

– Защита…кстати, где ваш адвокат, подсудимый?

– Ваша честь, я решил отказаться от услуг государственного защитника. – Сергей поднялся и теперь смотрел между прутьев решетки. – Все ведь уже ясно, так зачем парня здесь мариновать?

– Ваше право, подсудимый. Хотите что-нибудь сказать?

– Хочу. – Сергей откашлялся, прочистив горло от набившейся мокроты. – В этом зале меня не раз называли убийцей, чудовищем, жестоким зверем. И пусть я зверь. Люди не более чем безвольные овцы в окружении голодных хищников. Наше общество пытается уберечься при помощи сторожевых псов, но волки всегда опаснее, всегда хитрее. Они продолжают бродить поблизости и пожирать слабых, порой даже не думая скрываться. В такие моменты, необходим другой зверь, еще более страшный, который повернется к злобной стае и начнет пожирать их самих.

– Эффектная речь, подсудимый. Но, повторюсь, здесь не на кого производить впечатление. – Судья поднялся. – Суд удаляется на совещание и вынесение приговора. Присутствующие проводили взглядом главного человека в этом зале, а затем потянулись к выходу. Конвой открыл решетку и нацепив на Сергея наручники вывел в коридор. Ввиду особой опасности, Леха был сцеплен с ним запястьями. Хотя какая может быть опасность?

За время проведенное в больнице он исхудал еще больше и теперь представлял из себя скелет обтянутый кожей. Один глаз не видит,а правая рука болтается плетью. Он буквально уничтожил плечевой сустав, когда врезался в колено Костика и навсегда останется одноруким.

– Двадцать лет…надо же… – Протянул Алексей, усаживаясь в одно из стоявших вдоль стены кресел, Сергей устроился рядом.

– Это не важно. Для меня ведь любой приговор равен пожизненному.

Вынесение вердикта заняло на удивление мало времени. То ли судья действительно торопился, то ли улики по делу не вызывали сомнений, но не успели мужчины перекинуться даже несколькими фразами, как их пригласили обратно.

– Всем встать. – Судья обвел присутствующих взглядом и остановился на Сергее. – Молодой человек, вам было предъявлено обвинение в жестоком убийстве группы лиц. Свою причастность вы не отрицали, чем произвели на суд приятное впечатление. Как бы странно это ни звучало. Тем не менее, я вынужден согласиться с требованием обвинения и назначить вам максимально возможное в текущих обстоятельствах наказание – двадцать лет заключения.

Пока он зачитывал приговор, конвой в очередной раз защелкнул на его запястьях наручники и начал выводит осужденного из зала суда. Мама упала в объятия Гриши, который нежно гладил ее побелевшие волосы и прожигал Сергея злобным взглядом. Как и начавший лысеть бизнесмен. Он не сводил с осужденного глаз.


***


Сергей медленно шел по коридору тюрьмы, сжимая под мышкой единственной здоровой руки нехитрый, положенный арестантам скарб. Свернутый в рулон тощий матрац, моток туалетной бумаги и нехитрые туалетные принадлежности. Он втягивал носом неприятный, пропахший потом и ненавистью запах этого векового каменного строения, вслушиваясь в гулко отдающиеся под потолком шаги.

– Мне жаль… – Протянул молоденький конвоир, только недавно вернувшийся со срочной службы в армии. Он всю дорогу громко шмыгал носом и казалось, готов был разреветься.

– Почему? – На самом деле ему было не интересно, но парень казался славным. Кто знает, возможно это последний человек, с кем доведется поговорить.

– Та камера…куда тебя определили…

– Что с ней не так?

– Тебя там убьют.

– Я уже мертв, парень. Разве ты не знал?

Конвоир скомандовал остановку и Сергей повиновался, как положено повернувшись лицом к каменной, подернутой застарелым грибком стене. Лязгнул тяжелый затвор, дверь со скрипом открылась.

– Входи.

Сергей в первый раз посмотрел на конвоира и вдруг улыбнулся перепуганному мальчишке, словно тот привел его не на смерть. Для Сергея так оно и было. Он не боялся смерти, но желал избавления. Мужчина покрепче прижал едва не выскользнувший матрац и перешагнул порог камеры.

Когда дверь с лязгом закрылась, на него уставились с десяток глаз. Злых, заинтересованных, предвкушающих…Тесное помещение стало еще меньше, когда трое арестантов поднялись со своих мест и направились к Сергею.

– Вот и герой пожаловал. – Презрительно процедил сквозь зубы плешивый, покрытый выцветшими кустарными наколками здоровяк. – Заждались мы тебя. Привет хотим передать.

– Я не герой… – Спокойно ответил ему Сергей и, наконец, выпустил поклажу, которая тихо шлепнулась на пол у его ног. – Я самый страшный волк.


Эпилог


Анатолий Викентьевич тяжело спускался по лестнице, крепко сжимая в изувеченной застарелым артритом ладони полупрозрачный пакет, набитый нехитрым мусором, из того, что может позволить себе среднестатистический пенсионер. На самом деле, это могло подождать еще денек другой, но мужчине так надоело сидеть дома в одиночестве, что он искал малейший повод покинуть квартиру.

И вот теперь, аккуратно переставляя ноги, с похрустывающими после каждого движения коленями, он преодолевал невыносимо тяжелый путь со своего второго этажа. Возраст давал о себе знать и пенсионер сомневался, что скоро вообще сумеет передвигаться самостоятельно.

Толкнув тяжелую железную дверь, мужчина вспомнил, как здорово было раньше, во времена его юности. Тогда никто не устанавливал этих домофонов и двери всегда были открыты настежь. И ведь ничего, как-то жили и не боялись. Он вышел на улицу и поежился от швырнувшего в лицо брызги дождя промозглого ветра. Может и стоило переждать.

В раннее утро, двор оставался пустынным. Народ все еще отсыпался после выходных и не торопился выбираться из теплых постелей в ожидании начала рабочей недели. Анатолию Веньяминовичу конечно хотелось встретить хоть кого-нибудь, пусть даже этого дерзкого молокососа из квартиры выше, который часто устраивал шумные гулянки и мешал, как следует выспаться.

Торопливо перебирая ногами, старик засеменил к расположенным чуть в стороне, рядом с раскинувшимся на несколько сотен метров пустырем, мусорным бакам. Он не удивился, когда увидел, что они заполнены доверху. Коммунальные службы как всегда не торопились исполнять свои обязанности.

Чуть впереди, в разросшихся за лето кустах, раздался тихий шорох, оставшийся неслышным для старческого слуха. Пенсионер подошел почти вплотную к бакам и, секунду помедлив, поставил пакет рядом.

Из кустов показалась тощая рыжая морда местного любимца Тишки. Пес давно привык к людям и всегда летел на встречу, радостно виляя длинным хвостом, ожидая куска хлеба или какой-то иной подачки от жалостливых жителей. Но, на сей раз, он лишь смотрел на старика, чуть склонив голову на левый бок.

– Тишка! – Громко позвал старик, радуясь хоть кому-то. Он направился к кустам, протягивая заскорузлую ладонь к псу и всерьез раздумывая, а не забрать ли его к себе. – Иди сюда родной…ну, чего ты?

Когда раздалось звонкое, раздражающее слух рычание, Анатолий Веньяминович остановился, близоруко всматриваясь в мелькнувшую справа тень. Еще один пес? Это ему не понравилось. Нет, Тишку он любил и частенько подкармливал бедолагу объедками, но появление незнакомого пса – это всегда плохо.

– Ладно дружок, пойду я. – Старик развернулся и собрался было двинуться обратно, когда рычание повторилось практически за его спиной. Тишка негромко взвизгнул и скрылся в кустах, не желая связываться с агрессивным чужаком.

Старик повернулся и…едва не упал на землю. В метре от него, на четвереньках стоял болезненно тощий, с лохматой бородой и копной давно не стриженных волос, мужчина и гортанно рычал. Перекошенная в злобном оскале физиономия была покрыта грязью и чем-то напоминающим запекшуюся кровь, а из пасти, наполненной желтыми, гнилыми зубами, стекала струйка коричневатой слюны.

Старик схватился за грудь, сердце бившееся перепуганной птичкой, вдруг дало сбой, взорвав глубоко в его теле ядерную боеголовку из боли. Он плашмя грохнулся прямо в густую черную грязь и глубоко распахнул рот, не понимая, почему вдруг воздух превратился в кипящее масло.

Монстр подобрался ближе и аккуратно запрыгнул на бьющуюся конвульсиями грудь старика. Несколько густых капель из его пасти сорвались вниз. Последнее, что увидел Анатолий Веньяминович, это приближающиеся к его лицу зубы.


Конец


Картинка для обложки взята с сайта istockphoto.com