Название книги:

Виктор и Сергей Шустиковы. «Торпедо» – их жизнь, история, судьба…

Автор:
Иван Тимошкин
Виктор и Сергей Шустиковы. «Торпедо» – их жизнь, история, судьба…

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Тимошкин И. С., 2019

© ООО «Издательство Родина», 2019

От автора

Судьба той книги, которую вы, уважаемый читатель держите сейчас в руках, была непростой – я бы сказал по-настоящему торпедовской. Идея ее написания принадлежит клубу болельщиков «Торпедо» во главе с Василием Петраковым. Они посчитали абсолютно несправедливым тот факт, что в серии «Легенды» издательства «Книжный клуб» про торпедовских футболистов вышли только книги – об Александре Пономареве, Эдуарде Стрельцове, Валентине Иванове и Валерии Воронине. А вот про Виктора Шустикова все как-то забыли.

Поэтому и решили восполнить этот пробел. Однако издательство уже давно прекратило выпуск этой серии. Что делать? Оставалось одно – издать книгу за свой счет. Этот выход предложило и само издательство. Но где взять деньги? Между прежним руководством клуба «Торпедо» и фанатами была неприкрытая вражда, да такая, что даже имя Виктора Михайловича не смогло как-то примирить и объединить их. Тогда решили обратиться к простым болельщикам: «Давайте всем миром соберем деньги на книгу!» И люди стали присылать кто сколько может.

Пока собирали, случилось несчастье, cкоропостижно скончался Сергей Шустиков – сын Виктора Михайловича, так же, как и его отец, очень много сделавший для своей родной команды. Так пришла идея включить в книгу и очерк о Сергее.

Тем временем требуемой суммы никак не удавалось собрать. Пришедшие на смену прежним хозяевам клуба новые руководители «Торпедо» на словах вроде бы поддержали эту инициативу, однако на деле практически ничего так и не сделали. В итоге клуб болельщиков принял решение прекратить работу над книгой.

Тогда за ее издание взялись другие люди – инициативная группа из четырех человек: болельщик команды с огромным стажем, не один год работавший в структуре клуба, Геннадий Пропошин, член Объединения болельщиков за единое «Торпедо» Олег Терман, историк автозаводского футбола Владимир Ергаков и автор этих строк. На помощь пришел и воспитанник «Торпедо», известный футболист Александр Рязанцев, который, к слову, с этого сезона вновь выступает за свою родную команду. Еще три года назад, будучи тогда игроком «Зенита», он случайно узнал о готовящемся издании и, не раздумывая, согласился стать спонсором. Поэтому хочется от всей души поблагодарить Александра от имени всех – старых и новых болельщиков «Торпедо». Это по настоящему большой и трогательный поступок. И дело здесь не столько в деньгах, сколько в памяти о футболистах-ветеранах, верой и правдой служивших своей команде, отдавших ей все без остатка, не требуя ничего взамен.

Помимо уже перечисленных имен, сердечно благодарю также давнего болельщика команды – Виктора Устинова и моих коллег журналистов – Павла Васильева, Александра Кобеляцкого, Александра Федорова, Сергея Шмитько, историка нашего футбола Акселя Вартаняна и многолетнего зам. директора торпедовского клуба Владимира Овчинникова за помощь в подготовке и издании этой книги.


Виктор Шустиков – душа и совесть «Торпедо», надежный, как рабочий с ЗИЛ
Вместо предисловия

Команду, ее стиль и игру создают футболисты. И чем разнообразнее характер выходящих на поле, тем ярче и неповторимее образ команды, тем привлекательнее она, тем больше болельщиков притягивает к себе, не отпуская их чувства и переживания. Люди видят и оценивают не только игру своих любимцев, но и их личностные качества.

Бывают такие игроки, которые внешне вроде бы абсолютно незаметны на поле. Играют не броско, просто, не выделяясь на общем фоне. Но без них очень трудно, если вообще возможно, представить ту команду, за которую они выступают. Это напоминает знакомую обстановку дома, где все нужное под рукой, и ты подчас даже не задумываешься, где что лежит, а подходишь и берешь. Таким «удобным» футболистом для московского «Торпедо» можно назвать Виктора Шустикова.

Он не был столь мощным по мысли, как Эдуард Стрельцов, непредсказуемым виртуозом, как Валентин Иванов, ярким и красивым в своей черновой работе на поле, как Валерий Воронин. У него было всего этого понемножку. Главный же дар заключался в другом – он был душой и совестью «Торпедо», тем, кто на поле и вне его исправлял ошибки партнеров, сглаживал конфликтные ситуации, вносил равновесие во все, что касалось жизнедеятельности команды. Его авторитет в торпедовской истории до сих пор незыблем. Он был и остается, я бы сказал, честью «Торпедо», тем, на что равняешься, с чем сверяешь свои мысли и чувства, свою линию поведения, свои поступки, наконец. И, наверное, не случайно великий игрок отечественного футбола, его одноклубник, Эдуард Стрельцов едва ли не в каждом своем письме матери из колонии просил обязательно передать привет «Витьку Шустикову». Лишь ему одному персонально! Он был тем звеном, от которого и начиналась вся цепочка…

В его внешности, манере держаться было что-то от потомственного рабочего ЗИЛа, честь и славу которого защищала команда. Да он и сам больше, чем кто-либо из его звездных партнеров напоминал работягу, мастера цеха, квалифицированного рабочего, который, как правило, бывает наиболее уважаем в рабочей среде.

Во всем его облике было что-то монументальное, надежное. Мощная, как у борца фигура. Крупные руки, широкая, трудовая ладонь. Немногословность, даже скупость на слова при общении, но при этом океан доброжелательности и какой-то детской открытости, когда у собеседника даже не возникает мысли как-то и чем-то обидеть его или быть обиженным им. В нем было то единственное и неповторимое очарование, которое свойственно только очень чутким и порядочным людям.

О себе самом он никогда не любил говорить, да и не умел, а когда просили, отшучивался, непременно вставляя, словно оправдание: «неудобно ведь». Многих это ставило в тупик, может быть даже раздражало. Однако хотелось бы заметить: ничто лучше не характеризует человека, чем то, как и что он рассказывает о других. Так же, впрочем, как и ведет себя с окружающими, чьи интересы у него на первом плане – свои или тех, кто рядом с ним. У Шустикова всегда было второе, может, поэтому еще никто и никогда не сказал и, уверен, не скажет о нем ни одного дурного слова. Даже те, у кого главным жизненным принципом является первое.

Если одной фразой определить его как игрока, то, наверное, самым правильным будет сказать так: незаметная незаменимость. В истории московского «Торпедо» Виктор Михайлович Шустиков – целая эпоха. Он провел за свою родную команду 427 матчей, 177 из которых сыграл подряд, без замен! Перед его глазами прошло не одно поколение автозаводцев, одни уходили, другие приходили, а он все играл и играл. И как играл! Казалось, годы были не властны над ним, он был точно заговоренный от серьезных травм и злого рока судьбы. Сегодня такое даже представить себе трудно, и не потому, что современный футбол стал другим, более травматичным, мобильным, атлетичным, энергозатратным, выжимающим из игроков за матч пот до самой последней капли. Нет, хотя это, конечно, важное обстоятельство, просто само отношение к игре, к выбору команды стало абсолютно другим. Не буду утверждать хуже или лучше, но другим.

На первый взгляд, писать о таких футболистах, как Шустиков, очень просто. Выбирай больше слов хвалебных, эпитетов броских, метафор ярких и щедро разбрасывай их по страницам рукописи. Но не тут-то было. Легко писать о тех, кто на виду, кто тянет одеяло на себя, кто играет на рояле, а не таскает его. Шустиков же был из разряда тех футболистов, кто всегда действовал ради партнера, ради нужд и интересов команды, кто свое «я» подчинял «мы». А разглядеть знакомое лицо в толпе, выделить его, как известно, гораздо сложнее. Тем не менее, попробуем это сделать.


Глава первая
Детство в Филях

Все мы родом из детства. Впрочем, откуда нам еще было взяться. Не случайно место, где родился человек, называют не иначе, как малой родиной. Виктор Шустиков родился в 1939 году на рабочей окраине Москвы, в Филях, месте историческом, знакомом, наверное, каждому по знаменитому совету в Филях, решившему исход Отечественной войны 1812 года. Родился и воспитывался в крепкой рабочей семье. Его отец Михаил Иванович был специалистом высшей квалификации, много лет работал газосварщиком на заводе. Мать, Татьяна Петровна, трудилась на том же заводе в малярном цехе. Старшая сестра Валентина по специальности швея, а двое дядей были отличными автомеханиками. Наверное от них Виктор унаследовал на всю жизнь любовь к машинам, не стремление к модным и дорогим маркам, а именно любовь и уважение к технике. Его многолетний партнер по клубу Леонид Пахомов вспоминал: «Он очень любил машины. Через его руки, если не ошибаюсь, прошли все выпуски «Москвича». Я хорошо помню последнюю модель «Москвич-412». В те годы он считался, да наверное и был самым лучшим автомобилем в стране. Виктор очень гордился им. Бывало, поставит машину на базе в Мячково, помоет ее, обойдет вокруг, ласково погладит. Ну и знал он всю ее материальную часть так, что мог чуть ли не с закрытыми глазами разобрать до последнего винтика и потом заново собрать». Этот «Москвич-412», кажется, и сегодня еще стоит у него во дворе под окнами, точно старый корабль на вечном приколе.

Не удивительно поэтому, что Виктор пошел поначалу по стопам членов семьи. Поступил в станкоинструментальный техникум и с отличием окончил его. И не видать нашему отечественному футболу такого редкого по таланту игрока, если бы…

В Филях в то время пустырей было великое множество, и все мальчишки этой окраины, как, впрочем, и всей страны, по уши влюбленные в футбол, все свое свободное время проводили именно там – гоняли мяч или что-то отдаленно напоминающее его, а то и обычную консервную банку. Время-то было послевоенное, люди жили еще тяжело (хотя когда в нашей стране жили легко?), подчас не хватало самого необходимого, чего уж говорить о настоящих мячах. Но разве в детстве обращаешь на это внимание? Нет, радуешься всему, довольствуешься малым. Это потом приходят потребности, запросы, желания, а тогда главным было одно – возможность играть, соревноваться, проявлять характер, волю. И никакие синяки и шишки не могли омрачить радость победы над соседним двором или улицей. И все это не оставалось без внимания. Тогда тренеры различных школ частенько заглядывали во дворы: смотрели, брали на заметку наиболее талантливых ребятишек и приглашали к себе. Так и юный Витя Шустиков в 13 лет прямо из сборной школы, за которую он уже выступал, оказался в детской команде «Фили», в составе которой два года подряд становился обладателем Кубка Москвы. А однажды, как бы между прочим, школьный учитель Анатолий Александрович Михайлов, кстати, много сделавший для физического развития ребят, попросил Виктора сыграть разок-другой за команду Рублевской птицефермы. Получилось и там. Его вновь приметили и вскоре пригласили в ФШМ.

 

Глава вторая
«Жук» из футбольной школы молодежи

Футбольная школа молодежи, одна из старейших в стране, была создана осенью 1953 года. А уже в следующем сезоне был проведен первый чемпионат страны среди таких школ. В то время их было всего шесть: по одной в Москве, Киеве, Минске, Тбилиси и две в Ленинграде. Москвичи выиграли, но не в этом суть. Эти школы дали нашему футболу столько талантов – ярких, разнообразных, что задали темп на десятилетие вперед. Среди них был и Виктор Шустиков. А открыл его талант не кто иной, как Виктор Александрович Маслов. Вот как он впоследствии рассказывал об этом нашему замечательному журналисту Илье Бару (по большому счету, недооцененному и, увы, сегодня почти забытому).

«В пятьдесят третьем году, – вспоминал Маслов, – мы с Анатолием Михайловичем Акимовым отбирали ребятишек в футбольную школу молодежи, просмотрели их, не соврать, тысяч десять. Нас заинтересовала команда «Фили», она два года выигрывала Кубок Москвы среди мальчиков. Мы пригласили из нее в ФШМ нескольких ребят, в том числе и Витю Шустикова, ему было тогда четырнадцать лет. Он мне понравился хотя бы тем, что не рвался, как это нередко бывает, в форварды, а сразу определился как центральный защитник и охотно, я бы сказал со вкусом, играл на этом месте».

Здесь я хотел бы сделать небольшое отступление. Как я уже упоминал, послевоенные годы были очень тяжелыми для всего нашего народа. Приходилось восстанавливать разрушенную страну и все трудоспособное население работало не покладая рук. Дети же оставались одни и, чтобы как-то скоротать время после занятий в школе, все свободное время проводили во дворе или на стадионе, занимались спортом, гоняли мяч. И Виктор вместе со своими друзьями до позднего вечера пропадал на стадионе. Особенно ему нравилось наблюдать за матчами взрослой команды «Фили», среди футболистов которой он как-то сразу выделил центрального защитника по фамилии Жуков. Вспоминая потом эти моменты, Виктор Михайлович отмечал, что часто даже не следил за ходом всей встречи, а смотрел только за игрой этого защитника. Ему нравилось, как тот борется с нападающими, как выбирает позицию, насколько он надежен во всех своих действиях и насколько правильно принимает решения. Поэтому во дворовых баталиях со своими сверстниками Витя старался быть похожим на своего кумира, копируя его приемы и стиль игры.

Все ребята это подметили и вскоре за Шустиковым надолго закрепилось прозвище «Жук». Так его продолжали звать и в ФШМ, где он занимался под руководством самого Константина Ивановича Бескова. И только когда Виктор Михайлович стал тем Шустиковым, которого мы все помним, со своим, чисто шустиковским стилем игры, это прозвище само собой отпало.

Но вернемся к мнению Виктора Маслова. «Вообще выбор игрового амплуа во многом, если не во всем, зависит от характера футболиста и, забывая об этом, тренер может совершить непоправимую ошибку. Для роли стоппера не годится человек с повышенной чувствительностью, легко возбудимый, раздражительный – нужен наоборот, уравновешенный, рассудительный, хладнокровный, расчетливый. Именно таким характером и обладал Шустиков, а потому и быстро пошел в гору. Когда же я вскоре принял «Торпедо», то позвал с собой и группу воспитанников ФШМ, включая Шустикова. И с середины сезона пятьдесят восьмого года он занял место в основном составе, заменив своего тезку, опытного Марьенко».

Однако не все было так гладко, как может показаться из слов Виктора Александровича. У самого Шустикова были иные кумиры – ЦДКА, «Спартак», «Динамо», и он вполне мог стать не торпедовцем, а динамовцем или спартаковцем. Вот как он сам вспоминал об этом: «В «Торпедо» я пришел в 1957 году, хотя звали меня тогда и две другие московские команды – «Спартак» и «Динамо». А дело было так. Учился я футболу в ФШМ у Константина Ивановича Бескова. Надо сказать, педагог он был от Бога. Именно педагог по работе с молодежью. Собственно, это свое умение он не раз доказывал и впоследствии, тренируя, да нет, создавая прекрасные команды, с особенным бесковским, я бы сказал, вкусом к игре. И создавал, как правило, из молодых, никому не известных футболистов. Его тренировки это, если хотите, классика жанра. Интересен был и его педагогический метод: перво-наперво, он объяснял нам технику выполнения того или иного элемента, приема игры; затем сам показывал, и не один раз, как это нужно сделать. И когда у нас все получалось, весь сиял от счастья.

Так вот, в 1957 году он повез нас, выпускную группу, на финальный турнир первенства среди ДЮСШ. Уж и запамятовал в какой город, кажется, в Харьков. Сыграли мы тогда хорошо, стали победителями, а когда вернулись в Москву, то меня, Олега Чиненова и Валеру Короленкова позвали в «Динамо». Приехал я, помню, на стадион «Динамо», поводили меня там по всем кабинетам и местам, по которым, видимо, надо было поводить новичков, но окончательно вопрос не решили, так как самой команды во главе с ее тренером Михаилом Иосифовичем Якушиным на тот момент в Москве не оказалось. Так я и ушел домой ни с чем, а вскоре нагрянули ко мне представители «Торпедо» во главе с Павлом Петровичем Соломатиным, тренером юношеской команды «Торпедо». Я тогда еще совсем молодой был, а потому они больше с родителями переговоры вели – рассказали, что да как. Потом побывал я на заводе, в команде, и даже с Виктором Александровичем Масловым познакомился. Это позже я уже узнал, что пригласили-то меня в команду по рекомендации именно Виктора Александровича, а потому приход ко мне представителей «Торпедо» не был случайным, можно сказать, они действовали «по наводке». Вот после этого я и написал заявление, став торпедовцем. И, как оказалось, на всю жизнь.

Воспользовавшись, между прочим, советом Николая Петровича Старостина. Да-да, не удивляйтесь. Однажды, это было еще до приглашения в «Динамо», он подошел ко мне после одной из игр ФШМ и, обратившись на «вы», спросил: «Молодой человек, хотите играть в московском «Спартаке»? Только не спешите давать ответ. Команду, молодой человек, нужно выбирать одну и на всю жизнь, по душе своей. Футбол не терпит измен». Не смогу объяснить почему, но те слова Николая Петровича запали мне в душу накрепко, точно знал я их с рождения. А может это так и есть на самом деле? Мне иногда кажется, что футболисты рождаются на свет не только со способностями к этой игре, но и со своим нравственным отношением к ней».

«Виктор не отставал от времени, а скорее, опережал его. Он рос вместе с командой, и команда росла вместе с ним. Он гордо и честно до конца держал свой флаг!»

Заслуженный тренер СССР Виктор Маслов
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Алисторус
Поделиться: