Название книги:

Своя игра – 2. Между Мраком и Светом

Автор:
Юрий Соколов
Своя игра – 2. Между Мраком и Светом

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

– Еще один бой в нашу пользу – и мы не сдвинемся с места, – сказал я Люциферу. – Как думаешь, по силам нам устроить такой тайник для трофеев, чтоб его не обнаружили?

– Разве что в заброшенном городе, – ответил конь.

– Придется возвращаться.

– Давай вернемся. Мы чересчур долго двигаемся по прямой. Это становится опасным. Кто-то идущий по нашему следу может нас обогнать и подготовить западню. Хотели же делать ложные маневры время от времени – и вот хороший повод. Собьем с толку любого. Спрячем лишнее и вновь возьмем курс на Разбойничий тракт, заставив охотников думать, что вовсе раздумали идти к нему.

– А в городе не слишком опасно?

– Слишком. Но многие охотники не сунутся туда именно по этой причине. Меньше шансов, что кто-то опустошит тайник.

– Тогда так и поступим. Потом нагрузим волокушу камнями, чтобы она оставляла прежний след. От города сделаем еще несколько поворотов, и только потом бросим.

– Если новых трофеев не будет.

– Конечно. Если не будет.

Приближался вечер, однако Люцифер предложил идти к городу не сразу, а создав проблемы преследователям.

– Тогда мы не успеем сделать все дела до заката, – возразил я.

– И не надо. Встанем лагерем у городских стен, и лишь утром войдем.

– Спать рядом с огромным гнездилищем нечисти?

– Ну и что? Мы так и так рискуем – и нам еще не раз придется рисковать. Стоянка под стенами – все же меньший риск, чем вход в город на ночь глядя. Вдруг нас что-то задержит, и мы не успеем уйти?

– Будь по-твоему. Но если к утру окажемся в Мире Теней, лучше мне там не попадайся.

Для начала мы повернули градусов на девяносто. Почти сразу после этого посыпались системные сообщения – не связанные, впрочем, с изменением маршрута:

«Вы проявили благородство и милосердие, пощадив побежденного и оставив (подарив) ему все необходимое для выживания. Награда за поступок: +5 к репутации».

Бедняга Раймондо! Он только теперь поверил, что я не крадусь за ним с намерением предательски пустить стрелу в спину… А вообще новость хорошая. Скорее всего она означает, что юный паладин благополучно добрался до обитаемых мест.

«Отношение к вам лиц дворянского сословия улучшено. В будущем вам будет легче добиться их благорасположения».

А оно мне надо? До сих пор как-то обходился без вылизывания высокопоставленных задниц – и дальше обойдусь.

«Ваш классовый статус повышен до возможности иметь собственный отличительный знак (символ). По достижении рыцарского звания он станет элементом вашего герба».

Так я не собираюсь достигать. Меня еще в ополчении ребята подпихивали в рыцари. И, казалось бы, что тут плохого – рыцарем быть? Сплошные тебе блага. За исключением одного неприятного момента: рыцарь обязан служить синьору и являться под его знамена по первому зову. То есть он тот же раб, только привилегированный и вооруженный. Извините, но на такую должность меня гербом не заманить. Тем более что герб кто угодно может иметь – и оружейник, и трактирщик. Даже крестьянин… Но в целом отличительный знак – это прикольно. Вечером посмотрю, сляпаю чего-нибудь.

«Вы получаете возможность делиться очками Дарований и свободными очками характеристик со своим конем. Подробности см. в разделе «Маунт» (подраздел «Взаимодействие»)».

Вот это замечательно! Очки Дарований позволят быстро подтянуть Люцифера до меня, а потом можно будет включить поддержку. Тогда система будет сама следить за нашим развитием и уведомлять о критических расхождениях и перекосах. Мне страстно хотелось немедленно вдуть Люцу всяких разных очков по самые лимиты, и потребовались немалые усилия, чтобы себя удержать. Нет, и это вечером. Поспешишь – только коня насмешишь. А самому после будет не смешно. Да и ему тоже.

Через два с половиной километра нам попалась неглубокая речка, каких немало в Гинкмарских лесах. Эта оказалась с хорошим твердым дном и частыми галечными перекатами. Настил на волокуше располагался достаточно высоко, и мы побрели вдоль берега по мелководью, не боясь замочить поклажу.

Я шел сзади, уничтожая остававшиеся от полозьев борозды на дне. Вода должна довольно быстро подправить результаты моих топорных трудов и унести с собой поднятую муть. Преследователям сперва придется понять, пошли мы вниз или вверх по течению, а затем переходить с берега на берег на каждом перекате, чтобы не пропустить место, где вышли на сушу. А вышли мы лишь миновав впадавший в реку широкий ручей. Его берега следопытам тоже придется осмотреть – вдруг мы поднялись по нему? По завершении всех действий они обнаружат, что уже слишком поздно, до заката нас вряд ли догонишь, и проще сделать это утром. Не придется ложиться спать, ожидая нападения и от нечисти, и от охотников.

Заброшенный город отображался в карте с утра, с того момента, как я его увидел. Но расстояние до него я мог определить только приблизительно, и окружающая местность в подробностях не прорисовывалась. Обычно подвижная линейка застыла в углу интерфейса, а лупа, куда ее ни наведи и какое увеличение ни выставь, показывала все ту же зелень сплошного леса. Я просто недостаточно долго бродил здесь и слишком мало успел увидеть, чтоб было как-то по-другому, но невозможность пользоваться большинством инструментов все равно раздражала. И когда мы наткнулись на развалины, это стало неожиданностью. Они никак не могли быть частью городских, поскольку находились примерно в полукилометре от крепостной стены. Однако и случайностью тут не пахло.

Глава 5

– Это часовня путешествующих, – сказал Люцифер, осмотрев остатки сооружения. – Во времена процветания Гинкмарского королевства город был пограничным. И направлявшиеся в западное чужеземье останавливались здесь, чтобы принести жертвы. А возвращавшиеся проходили обряды очищения.

– Так может, здесь и тормознем? Типа мы только что из чужеземья в родные края вернулись, – пошутил я.

– Хорошая мысль, – серьезно ответил Люцифер. – И люди, и другие разумные обходят стороной покинутые храмы, капища и алтари, посещая их лишь по большой необходимости. Причем такого рода боязнь не более чем плод суеверий. Конечно, места былых жертвоприношений и священнослужений это также и места особого присутствия духов, не всегда добрых. Но ведь и духи здесь настроены благосклонно. Они привыкли к дарам, воскурениям и почтительному к себе отношению. Привыкли оказывать милость приходящим. И не станут сразу обращать гнев на оказавшихся поблизости путников, если те сами не оскорбят бесплотных тягчайшим образом.

– Тогда откуда берутся суеверия? Не бывает следствий без причин.

– Изредка духи-хранители, привязанные к одному месту, так истоскуются от невнимания к себе, что впадают в бешенство. То же самое случается с некогда влиятельными, но впоследствии забытыми бесплотными. А иногда святилища захватывают демоны, которые способны творить зло и только зло. Или святилища могут быть посвящены таким демонам с самого начала, – но тогда не имеет значения, заброшены они или нет.

По руинам трудно судить о здании, если ты не археолог. Мне казалось, оно было некой нейтральной архитектуры, чтоб любой желающий поклонялся в нем своим собственным богам, не испытывая чувства, что не туда попал. А если его религия не предусматривала возведения храмовых построек, мог принести жертвы рядом, во дворе часовни или за его пределами. За руинами возвышалась старая толстая сосна с раздавшейся вширь кроной. Могучее дерево окружал кустарник, а под ним самим не росло ничего из-за постоянно падавшей сверху хвои, покрывшей землю толстым слоем. Здесь и встанем – спать будет мягко, защита от посторонних глаз есть.

– Где-то рядом с часовней должен быть источник, – сказал Люцифер. – Вне городов все значительное строилось и строится рядом с источниками.

– Так найди его, – предложил я. – Ты ж у нас лошадь, у тебя чутье на воду.

– Могу, но оставлю более заметные следы, чем ты.

– Намек ясен.

Приступив к поискам, я быстро понял, что у развалин бывали и до нас. В разное время и разные посетители, но, похоже, по одной нужде. Мне попадались следы старых кострищ с обгоревшими костями, маленькие алтари с пятнами крови и наплывами воска от свечей, привязанные к ветвям деревьев цветные тряпицы. Развалины продолжали использовать по назначению, совершая разнообразные ритуалы. Обнаружив родник, я набрал воды, вернулся к Люциферу и сказал:

– Место для лагеря отличное. Случайно заглянувший сюда уберется подальше, как ты и говорил. А пришедший неслучайно сделает свои дела и тоже уберется. У сосны нас не видно – главное, костер развести скромный и потушить его быстро… И знаешь что? Не попробовать ли нам тоже принести жертву? Или обряд очищения исполнить? Мы ж завтра собираемся войти в город – совсем как те путники, что останавливались у часовни века назад.

– Попробовать можно, – ответил Люцифер. – Только учти, что я не слишком силен в этой области.

– Однозначно сильнее меня.

– Тогда слушай. Я знаю лишь то, что знал Этьен де Гурфье, а он не признавал иных очищений, кроме простого омовения водой, и практиковал лишь большие и малые подношения. Однажды совершил великое.

– Ну-ка, расскажи подробнее!

– Малые подношения – это простейшие классовые обряды воинов, не требующие высокого уровня, особых магических способностей и больших затрат маны. Жертвы приносятся из того, что взято в бою, желательно недавнем. Лучше использовать предметы с сильной волшебной составляющей – духам это приятнее. Большие и великие подношения – почти то же самое, только дары богаче.

– В аккурат для нас. Три боя сегодня поимели. Добыча – свежее не бывает. Сейчас пожрать приготовлю, и займусь. Все равно трофеи надо перебрать, оценить и рассортировать – что куда. Попутно разберемся, у чего какая составляющая.

Я разгреб хвою до земли, освободив для костра большую площадку. Гореть ему не долго, но следить за огнем по-любому придется тщательно, иначе один отлетевший уголек может подпалить стоянку. Хорошо хоть других сосен вокруг нет и место довольно сырое. Настоящий пожар не устрою.

 

Накрошив в котелок вяленого мяса, я закинул туда же по горсти разных круп из запасов Корфа, Чока и Лидана. И перво-наперво перебрал их вещи. Силки и рыболовные снасти оставлю себе – добывать пропитание. Большой котелок пригодится – поить в случае необходимости Люцифера и иметь запас воды на привале. Еще кое-что из походной мелочевки возьму, чего у меня не хватает. Остальное уйдет в тайник. В первую очередь доспехи Лидана. Стоят они недорого, весят много, до Разбойничьего тракта далеко. Рядом лягут доспехи Креппера, требующие ремонта.

Латы Раймондо, как ни жаль с ними расставаться и оставлять на волю судьбы, тоже идут в тайник. На такие товары лучше сперва покупателя найти, чем всюду таскаться с ними. Фактически, это полный сетовый набор – выгоднее продать целиком; ограничение по классу – только для паладина; серебра и золота на железе едва ли не больше, чем самого железа. Двуручник и гладиус отлично дополняют латы, не стоит их разлучать. Короче, спихнуть графское имущество получится только серьезному клиенту, которому к тому же плевать на герб Колеансо.

На вещах лесовика быстрые решения закончились. Предметы большей частью имели ограничения по расе и не поддавались модификации. Или затраты на модификацию были таковы, что проще выкинуть. Либо ману – на ветер, – либо вещи.

Почти все талисманы требовали перезаговора. Добрая половина снадобий – тоже. Защищавший голову франкенштейна оберег «Невидимый шлем» отказывался проявлять себя без заклинания, – естественно, мне неизвестного. Пластины на кожаных латах, которые я принял за стальные, при ударе издавали глухой, совсем не металлический звук.

– Они изготовлены из чешуй Гоба – огромного монстра, обитающего в Мире Истинного Мрака, – определил Люцифер. — Раз в год Гоб выбирается в наш мир и сбрасывает кожу. И она, и покрывающие ее чешуи обладают волшебными свойствами…

– …и из-за них случается настоящая свалка среди тех, кто оказался поблизости,– закончил я.

– Не совсем, – поправил Люцифер. – Гоб уходит из Срединного Пространства обратно во Мрак, но в сброшенную кожу вселяется его призрак. Уничтожить его очень непросто. Только опытнейшие воины-маги способны на это. А кожа обычно достается лесовикам. Лишь они владеют искусством ее выделки и умением обрабатывать чешуи. Изготовленная броня сама по себе не слишком прочна, однако способна самовосстанавливаться после повреждений, и ее можно накачивать магией почти до бесконечности, усиливая защитные свойства.

– Вечные латы, – пробормотал я.

– Почти.

– Дай угадаю: воину хватит их характеристик, пока он не перегонит в развитии Гоба.

– Верно. А так как Гоб входит в число высших бессмертных, беспокоиться о новых доспехах не придется вплоть до сто восемьдесят первого уровня.

– Вот нихрена!

– Да. Но заказывать такую броню лесовикам или модифицировать под себя готовую имеет смысл только в том случае, если ты готов постоянно и щедро вкладываться в нее. И решил развиваться вниз, во Мрак.

– Знаешь, я пока подожду.

– А что тебя смущает? Не имеет значения, куда развиваться. Главное, чтоб ты выбрал подходящий для себя путь.

– Я в курсе. Но предрассудки мешают мне принять такое положение полностью. В мире, откуда я родом, все, что связано с тьмой, ассоциируется с безусловным злом, опасностью, смертью. Не думаю, что быстро это изживу. Если выберу дорожку вниз, разные глупые мысли и ложные дурные предчувствия помешают мне двигаться по ней с должной скоростью.

– Тогда выбери путь вверх.

– В Свет? Вообще не тянет. Если есть что-то, что я по-настоящему ненавижу, так это лицемерие. А много ли найдется гадостей, которых не совершили бы адепты так называемого Добра, прикрываясь красивыми лозунгами? Ни одной не припомню.

– Тогда ничего не выбирай – останься посредине.

– А так тоже можно?

– Конечно.

– Черт меня возьми! Тогда я за средину!

Люцифер на меня внимательно посмотрел и одобрительно кивнул:

– Я слышу в твоем голосе искренность, идущую от самого сердца. Кажется, это и есть твой путь – между Мраком и Светом.

– Блин, да я уже не сомневаюсь!

Меня охватило необычайное воодушевление. Интересовался я когда-то всяким таким, сто раз читал и слышал, но не предполагал, что это так здорово – обрести Путь. Сразу тебе все ясно, что дальше делать, и ни малейшей неуверенности, хотя еще ничего толком не знаешь. Здорово, по-настоящему здорово!

Вроде я и раньше понимал, чего хочу, и даже жил в соответствии со своим хотением. Зарабатывать начал еще в школе, после нее постоянную работу нашел, дальше учился на свои деньги. От родителей на съемную квартиру свалил в день совершеннолетия. Ни в какие партии не вступал, никому не кланялся, ни к кому не лепился. Но это было совсем не то. Это были еще попытки выйти на Путь, а не он сам. Временами мучили сомнения: а так ли я живу, а может, не так надо; может, проще надо, и какого хрена я упираюсь всеми четырьмя на ровном месте, и рву жопу ради независимости? Народ вокруг ни о чем не парится. Все стараются устроиться полегче. Один с родаками живет чуть не до старости, второй у начальника сосет с радостным причмокиванием. И оба все имеют. Без проблем, без хлопот – побольше моего. Так не стоит ли плюнуть и жить как все? Только то останавливало, что с детства привык наоборот. И лишь теперь до конца осознал, что жил правильно. Зачем оглядываться на кого-то? Следует в себя смотреть. Для других, возможно, другое правильнее. А для меня – мое.

Я отошел подальше от костра, чтоб успокоиться в одиночестве и прочистить легкие от дыма. Надышавшись полной грудью чистого лесного воздуха, вернулся. В нерассортированном из трофеев остались только плащ, арбалет и дубина лесовика. С арбалетом я уже знакомился, теперь осмотрел его вторично. Растянул тетиву, прицелился… и отложил. Нет, все же нет. Будь к нему болтов побольше, стоило бы таскать его с собой в дополнение к луку на случай, если стрелы кончатся. Но болтов всего восемь штук.

Дубину постигла участь арбалета – пусть отправляется в тайник вместе с ним. Знатное молотило, дает плюсы к выносливости при переноске и к силе при использовании, так что я мог бы драться ею не порвав жил, а убойная сила у нее запредельная. Но увешаться оружием с ног до головы – еще не значит повысить боеспособность. В дополнение к мечу у меня уже есть топор. Им можно и драться, и много чего полезного делать. А дубиной – только драться; ну, еще бетонные сваи под многоэтажки забивать или в одиночку проламывать крепостные стены, однако вряд ли мне то и другое потребуется. Бетонных свай на Мировом Острове Аусанг пока не изобрели. А стены пробивают спецприспособлениями, и коллективно.

Последним шел плащ. Из шкуры пустынной львицы, как гласило описание. Попади мне такой в руки в моем мире – продал бы за толстую пачку баксов. А здесь подобные плащи тюками завозят в королевство южные варвары. У них на совершеннолетие надо пустынную львицу убить, – ну и потом еще можно, сколько хочешь. Или подкрасться к спящему черному тигру и отхватить у него ножом ухо. После чего тигра, ясно-понятно, тоже приходится убить. Разных занимательных обрядов у южных варваров много, крупных хищников в их краях тоже много, и в плащах из звериных шкур недостатка нет.

– Вот, разложил все по полочкам, – сказал я Люциферу. – Как понимаю, для малого подношения более всего подходят амулеты и зелья лесовика. Сколько отвесим?

– Чем щедрее дар, тем выше вероятность получить помощь, – ответил конь.

– Тогда не разориться ли на большое подношение? Хватит у нас на него барахла? Только чтоб доспехи Раймондо не отдавать. А то господа духи слишком жирно станут какать.

– В таком разе на большое не наберем. Но есть еще один хороший вариант: полное малое подношение. Оно почти так же эффективно, как большое. Для него нужны все без исключения трофеи с одного воина. И если брони лесовика тебе не жалко…

– Хрен с ней. Она все равно дешевле графской, а продать ее будет труднее. Попробуй переделай ее с фигуры франкенштейна на другую – многие ли мастера за это возьмутся? А нам сейчас поддержка высших сил ой как важна. Кстати: к кому обращаемся? К Свету или Мраку?

– На твое усмотрение. Нам необходимо побывать в городе и выйти из него живыми. Он под властью Мрака. Свет способен нас защитить, а Мрак, если сделать подношение ему, воздержится от враждебных действий.

– И, конечно, ни защита Света, ни нейтралитет Мрака абсолютными не будут. Останется вероятность, что огребем и после подношения… Знаешь, давай лучше Мрак умаслим. Мне просто эта идея больше нравится, особенно после встречи с Раймондо. Только получится ли? Я ведь одно снадобье лесовика уже использовал.

– Но ты использовал сразу, для восстановления после боя именно с лесовиком. Марк не мелочен. И никакие духи не станут придираться к тому, кто совершает подношение впервые.

Я помешал варево в котелке и открыл окно базы знаний. Что нам говорит Книга жертвоприношений?..

Парням вроде меня следует приносить жертвы Мраку после захода солнца, но до полуночи. (В полночь и позже – это для тех, кто твердо встал на путь развития вниз). Дары положить на землю в любом подходящем месте – см. соответствующий раздел. (Мы в подходящем). Самому отойти и встать поодаль. Заклинания читать нараспев, а какие – см. Книгу заклинаний. Присутствовать при обряде могут только соратники, принимавшие участие в бою, маунт совершающего подношение, командир отряда, маг или колдун. Все они должны стоять позади приносящего…

В принципе, все требования простые, соблюсти их несложно. Люцифер прав: полнота дара новоначальных оценивается на момент внутреннего решения его преподнести, а не взятия трофеев. Заклинания запоминать необязательно, разрешается читать их со свитка или прямо из базы. В случае наличия неподалеку врагов допустимо произносить слова про себя. При неудаче процедуру позволяется повторить, всего до трех раз. После третьего облома подношение признается несостоявшимся, и можно со спокойной душой оставить все награбленное себе. Насовсем – или до следующей ночи, если решил разобраться, что послужило причиной сбоя: твоя жертва неугодна духам, или же ей воспрепятствовали другие духи.

Имена конкретных духов из прилагаемого списка начинающим поминать не рекомендуется. Лучше оставить подношение безадресным – кому положено, тот пусть и забирает. Это снизит вероятность облома.

Ну правильно! Пусть бесплотные сами утрясают вопросы дележа. Так безопасней и быстрее. Пока разберешься, кто обитает в развалинах часовни путешествующих и кому дать на лапу, молодость пройдет, и зрелость. А попадут дары не туда, ты же еще и виноват останешься.

Я закрыл окно базы и попробовал варево на вкус. Кажется, готово. Получилась примерно такая же снедь, к какой я привык в ополчении. Только качество похуже. Так я не повар, и свежее мясо вяленым безнаказанно не заменишь… Тут же залил костер водой – темнеет, нечего ему светить, пусть и видно его недалеко.

Хлебал я свой супчик ложкой Чока – или Корфа? – пережевывал не до конца разварившиеся кусочки медведя-людоеда, и чувствовал, как у меня образуется глубокая складка на лбу. Есть это, конечно, можно. На свежем воздухе с устатку и не такое съешь. Но восстанавливать живучесть моя жратва будет хуже, чем паек с герцогской кухни. Можно сколько угодно оправдывать себя: не повар, мол. И тем самым сохранять самоуважение. Только организму от психологических выкрутасов пользы мало, ему легкую для усвоения пищу подавай. Оправдывайся не оправдывайся – надо развивать кулинарные навыки.

Я начал злиться.

То надо, это надо. То развивай, это развивай…

Как и когда успевать-то?

Проклятая навыковая система! Как славно было бы жить в классовой! Замочил кого – получил опыт. Сделал что – опыта прибавилось, и вот уже тебе следующий уровень. А здесь!..

Не успев нагреться как следует, я постарался свой пыл остудить. Злись не злись, придется учиться всему необходимому.

Без магии хотя бы начального уровня не обойтись. Без лекарских навыков не обойтись. Без кулинарии вот тоже не обойтись, и будь добр успеть и преуспеть как хочешь. И система развития здесь ни при чем. Я представил себе классовую систему в ее проекции на Версум и пожал плечами. По степени сложности примерно то же самое и получилось бы, только с другими особенностями. Если задаться целью создать игровой мир неотличимый от действительности, и стремиться к все большей достоверности, то в итоге и выйдет действительность, дополненная интерфейсом. И добиться в ней чего-то будет ничуть не проще, чем в реале.

 

Я оглянулся на Люцифера. Он, как всегда в спокойные периоды существования, был занят пережевыванием травы. Тоже, кстати, забота! Лес – не степь, какая тут трава? Так себе. Хорошая только на полянах, да на заливных лугах возле рек. То бишь на открытых местах, где нам маячить не стоит.

И где бы мне в Гинкмаре раздобыть коню овса? Про морковку и прочие вкусности скромно молчу.

Хотел я с горя хлебнуть самогона, но вспомнил, что он лесовиковский, и теперь посвящен духам. Нужен он им или нет в качестве алкогольного продукта – дело десятое. Мне пригодился бы, так я и без того принял дозу днем для лечения пятки, вдогонку к снадобью. Если Люцифер и база знаний не ошибаются, духи и на это посмотрят сквозь пальцы. Однако пить сейчас – уже наглость. Просто отдохну после ужина, а чтоб гора предстоящих дел не давила на плечи, почитаю Книгу заклинаний. Попробую заучить абракадабры полного малого подношения. Как хотите, а не нравится мне идея читать их со шпаргалки, пусть правила и позволяют. Неуважительно как-то к бесплотным.

Продолжавший пастись Люцифер беспокойно вздрогнул, прекратил жевать, поднял голову и насторожил уши.

– Что? – тут же спросил я.

– Слышу лошадей, – сказал он. – Много лошадей. К нам приближается конный отряд.

– Откуда?

Люцифер мотнул головой, обозначая направление. Всадники ехали от озера, в которое меня уронил Лейт.

Ну вот и отдохнул я перед подношением, и абракадабры заучил… Надо срочно в разведку. Кого там демоны несут? Как бы не пришлось отдыхать на том свете.


Издательство:
ЛитРес: Самиздат
Книги этой серии:
Поделиться: