У синего-синего моря

Ютилась избушка у скал.

И в ней со сварливой женою

Бедный рыбак проживал.

Старуха пряла свою пряжу,

Рыбачил старик день-деньской,

И вот уже тридцать три года

Никто не смущал их покой.

Старик был спокойный и скромный

Ворчливой жене уступал

И часто усмешкою доброй

Её крутой норов смягчал.

Раз в море закинул он невод –

Пришёл невод с тиной морской.

Вздохнул, и ещё раз забросил,

И в этот раз невод пустой.

Подумал старик, что и вовсе,

Пора возвращаться домой,

Но в третий раз невод забросил –

И вытащил с рыбкой одной.

В золотой чешуе рыбёшка

Трепыхаясь в его сети,

Вдруг сказала: «Помилуй, старче!

И на волю меня отпусти!

Я тебя награжу богато

Дам всего, чего хочешь сам:

Хочешь жемчуга? Хочешь злата?

Ну а хочешь – сапфиров дам?»

Удивился старик, испугался:

Рыбий говор – вовек не слыхал,

Пожалел он чудесную рыбку –

Бросил в море и просто сказал:

«Бог с тобой, ничего мне не надо,

Ты гуляй на морской глубине,

Сердцу радостно и отрадно —

Диво дивное видеть мне».

Рыбка в синих волнах мелькнула

И умчалась в пучину вод,

А старик собрал свои снасти

И домой, чуть дыша, бредёт.

Стала сильно ругать его баба,

Что уже без улова три дня,

Что на пряже торг совсем слабый,

И что в доме нет ни рубля.

Не сумел промолчать он в ответ ей,

Все, как было, старухе сказал.

Услыхала старуха и взвыла:

«Вот дурак! Что же ты оплошал?

Попросил бы хотя бы корыто-

Наше – треснуло прошлой зимой.

Ну, скажи, как же можно забыть-то,

Что живешь не один, а с женой?

Коль тебе ничего не надо –

Так и быть, для себя не проси,

Мне ж в хозяйстве корыто сгодится.

Что стоишь? Быстро к рыбке иди!»

И побрел старик к морю уныло:

Дёрнул черт бабе тайну сказать

Стал он тихо, под рокот прибоя

Волшебницу-рыбку звать.

«Чего тебе надобно, старче?» -

Тихий голос из моря сказал,

Засмущался рыбак, растерялся,

На колени пред рыбкой упал:

«Ты прости, дорогая рыбка,

Что тревожу по мелочам,

Да, проклятая баба корыто

Попросила… Я мог бы и сам…

Да вот только три дня без улова,

Да и в доме нет ни рубля…

Злую бабу корытом новым

Не порадовать мне без тебя».

«Не печалься, ступай себе с Богом,

Просто выполнить просьбу твою

Пожалел ты меня сердцем добрым

Я— охотно благодарю.»

Воротился старик ко старухе

Думал, бабу довольной застать,

Но старуха над новым корытом

Еще больше давай причитать:

«Вот же Бог наградил меня мужем:

Ни ума, ни смекалки совсем.

Не корыто, а дом новый нужен,

Чтобы не было в жизни проблем.

Что застыл? Поспеши к своей рыбке!

Да смотри, не продешеви:

Чтоб изба была золотом крытой,

Чтоб богато все было внутри».

И пошел он синему морю,

До земли поклонился волнам:

«Ты прости, дорогая рыбка,

Что тревожу по пустякам!»

«Чего тебе надобно, старче?»

Голос знакомый спросил.

И старик отвечал, что с бабой

Ему сладить не стало сил:

«Еще пуще старуха бранится

Уж ненадобно стало корыто

Подавай ей новую избу,

Чтоб богато и золотом крыто».

Забурлило, запенилось море

О берег плеснуло волною,

И сказала, нахмурившись, рыбка:

«Ну да ладно, ступай, Бог с тобою.

Новый дом для жены сварливой,

Златом крытый, со всем хозяйством,

Подарю за характер твой смирный

Ты иди домой, не печалься».

Он пошел – и глазам не верит,

Ведь на месте их ветхой избушки

Возвышается сказочный терем

С позолоченною верхушкой.

Ну а в тереме – злая баба

Из угла его встретила бранью:

«Видно ты головою слабый,

Что у рыбки просить не знаешь?

Толку с терема нам, крестьянам?

Терем бел, да черны наши руки

Белый терем впору дворянам

Беззаботно жиреть со скуки.

Ты скорей воротись к своей рыбке,

Не хочу я быть черной крестьянкой,

И пускай меня сделает срочно

Молодой столбовою дворянкой».

Помолчал, постояв на пороге,

Нерешительно шапку покомкал,

И тихонечко двинулся к морю,

Поклонился волнам неловко.

Неспокойно синее море,

Ветер гонит волну на скалы,

Долго звал рыбак свою рыбку,

А она все не отвечала…

«Чего ж тебе надобно, старче?

Али мало старухе подарков?»

Голос рыбки звучал иначе,

А рыбак уже чуть не плакал:

«Выручай, сударыня рыбка,

Больше нету мне дома покою,

Хочет быть столбовою дворянкой

Быть не хочет крестьянкой простою».

«Не печалься, старик, твою волю,

И на этот раз точно исполню,

Ты ступай, дело к вечеру клонит,

Неспокойно синее море».

Воротился старик в свой терем

И совсем не узнал хозяйку

В жемчугах, в соболиной шубе

Перед ним блистает дворянка.

Видно, счастье совсем не в этом:

Наслаждалась недолго старушка

Званым ужином, сытным обедом,

Старика сослав на конюшни.

Вот неделя, другая проходит,

Шлет слугу привести ей мужа,

Видно мало подарков урвала –

Снова к рыбке посыльный нужен.

«Ты поди-ка еще разок к рыбке

Надоело мне быть дворянкой,

Уж пора бы мне стать царицей,

А вокруг возвести столицу».

«Что ж ты, баба, совсем очумела?

Ну, какая с тебя царица?

Ни ступить, ни молвить не умеешь,

Мастерица – лишь только браниться!»

«Ах, ты смеешь со мной еще спорить?»

Осерчала дворянка-старуха

И при людях родному мужу

Вдруг отвесила оплеуху.

Ты – крестьянин, а я – дворянка!

И уж всяк не тебе со мной спорить!

Коли сам не пойдешь – так запомни,

Прикажу – отведут тебя к морю.

И пошел он к синему морю,

Сел на камни и просто молчал

Вот и вечер, а он золотую

Рыбку так и не позвал…

Та сама приплыла, спросила:

«Старче, чем же тебе подсобить?»

Он вздохнул, и сказал, что царицей

Его баба изволила быть.

И ответила снова рыбка:

«Не беда, ты ступай, не печалься!

Пусть побудет царицей старуха,

Коль наскучило быть ей дворянкой!»

Старичок к старухе воротился,

Да не в терем – в царские палаты

Но к самой в светлицу не пустили

Стражники, закованные в латы.

Год прошел, он думал, что забыла

Про него совсем его старушка,

Но однажды прибежал посыльный:

«Государыня изволит видеть мужа».

И пришел рыбак в ее палаты

На него она смотреть не стала

Снова к рыбке с порученьем царским

Волей царской поспешить сказала.

Стало скучным для меня житье царицы,

Много слуг, да толку мало

Стать хочу владычицей морскою,

Чтобы рыбка мне служанкой стала.

Не осмелился он перечить

Царской воле и стражникам в латах

И побрел по знакомой тропке

Мимо царских дворцов богатых.

Вновь пришёл он к синему морю

Видит, море штормит и лютует

На дыбы поднимаются волны,

Ураганные ветры дуют.

«Чего тебе надобно, старче?

На призыв рыбка снова сказала:

Знать, старухе опять неймется?

Знать, чего-то ей снова мало?»

«Скучно стало ей быть царицей

Много слуг, да толку мало

Стать желает морскою владыкой,

Да чтоб ты ей служанкой стала».

Ничего не сказала рыбка

Лишь хвостом по воде плеснула,

И в морские темные воды

Не прощаясь, быстро нырнула.

Долго ждал он у моря ответа,

Не дождался, побрел к старушке,

Смотрит – там, где стояли хоромы,

Снова ветхая встала избушка.

На крыльце – разбитое корыто,

А над ним – блаженная старушка:

То руками машет, то смеется

Знать, совсем поехала кукушка.

То корытом правит, словно лодкой,

То невидимую челядь распекает!

Видно, выполнила просьбу рыбка…

Перед ним «владычица морская»…