Название книги:

Тьма императора

Автор:
Анна Шнайдер
Тьма императора

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава первая

«Весна», – подумала София, не открывая глаз.

Вечером перед сном она распахнула окно, и теперь в лицо дул прохладный ветерок, пахнущий мокрой землей и набухшими почками, и хотелось улыбаться. Улыбаться несмотря ни на что. В конце концов, жизнь продолжается, и они со всем справятся. Конечно, справятся!

В эти утренние минуты, когда в комнате пахло свежестью, а на улице радостно и игриво чирикала какая-то птичка, в удачный исход дела верилось особенно. Разве может быть иначе, когда за окном – такая весна?..

– Софи, вставай! – послышался взволнованный голос матери, и секунду спустя с Софии сдернули одеяло. Сразу стало демонски холодно, и она, подтянув колени к груди, все-таки открыла глаза, щурясь от яркого солнца – мама уже успела и шторы распахнуть. – Вставай, София Тали, тебя ждут великие дела!

– Какие еще великие дела? – улыбнулась она, укутывая колени в подол ночной рубашки. – Ты хочешь, чтобы я помогла тебе собрать букеты?

– Нет, – ответила айла Тали, села на постель рядом с дочерью и сунула ей под нос какую-то газету. – Смотри.

София, вздохнув – все же она с удовольствием поспала бы еще минут пятнадцать, – опустила голову. Перед ней лежал «Золотой орел» – ежедневная столичная газета. Так, и что?

– Вот! – Мама ткнула пальцем в объявление на первой полосе. – Читай!

«В императорский дворец требуется аньян[1]. График работы 5/2, оклад по договоренности. Наличие титула не играет роли. Номер браслета связи…»

София, щурясь – глаза слезились со сна, – прочла на всякий случай еще раз и еще.

– Вроде день шута только через месяц… – пробормотала она, испытывая сильное желание побыстрее встать и промыть глаза. И не потому что они слезились. Просто у нее явные галлюцинации…

– Я тоже поначалу не поверила, – кивнула айла Тали. – Потом связалась по этому номеру, там женщина, она сказала, что все действительно так и если меня интересует вакансия, то сегодня к полудню надо подойти к западному входу императорского дворца. К малому входу, для слуг. А дальше проводят. Пойдешь?

В голосе матери было столько надежды, что София не решилась ее разочаровывать.

– Пойду, да. Спасибо, что разбудила.

Айла Тали расцвела от радости.

– Отлично! Тогда спускайся, будем завтракать, – чмокнув дочь в лоб, она почти побежала к двери – словно поверила в сказку.

София повернулась к окну, в которое светило яркое весеннее солнце, и подумала, что ей, конечно, тоже очень хочется верить.

Две недели назад умер отец Софии и двух ее сестер, и, хотя у нее сложились с ним не очень хорошие отношения, все равно – после его смерти было не по себе. Она привыкла к отцовскому громкому голосу и такому же смеху – от него дрожали стекла в окнах дома, – к тому, что повсюду лежат его вещи, даже к ссорам отца с матерью она давно привыкла.

Эйнар Тали


Эйнар Тали был человеком веселым и беззаботным, точнее сказать, безалаберным. Любил он выпить, частенько не приходил, а приползал домой и потом клялся, что больше никогда-никогда так не будет. Но недели через две в лучшем случае все опять повторялось, и айла Тали давно махнула на мужа рукой. От родителей она унаследовала маленький дом на Центральной улице Новой Грааги – на первом этаже находились их семейный цветочный магазинчик и кухня, а на втором – жилые комнаты. Всего-то три спальни. Невелико богатство, но София с мамой дорожили и этим.

Через пару дней после смерти отца к ним в дом пришла беда – огромное количество неоплаченных долгов Эйнара Тали. Счета поступали по почте, счета и расписки приносили служащие юридических контор. Оказалось, отец уже несколько лет играл в карты – да, по мелочи, но этой «мелочи» накопилось такое количество, что для погашения долга требовалось что-то продать. Либо магазин, либо квартиру. Продать квартиру по понятным причинам было невозможно, а магазин… Мама проработала там всю жизнь, и бабушка с дедушкой тоже… Как тут продашь? И куда в таком случае устраиваться работать айле Тали? За квартиру ведь нужно платить и за обучение дочерей – тоже.

Эйнар и Синтия Тали были обычными людьми, а вот София, Элиза и Рози обладали магическим даром. По закону родители таких детей платили налоги за возможность обучения магии, иначе никакого обучения не предполагалось. Альтернатива, конечно, имелась – в случае, если ребенок был сиротой или его родители не могли оплачивать обучение, он платил сам, работая на империю после окончания института. Софию, слава Защитнице, такая судьба обошла стороной – она, закончив институт пять лет назад, платила минимальные налоги: за наличие дара, подоходный и больше ничего. Но что теперь станет с Элизой и Рози?..

Так было устроено общество в их родной стране Альганне. Когда-то давно магия являлась прерогативой аристократии, носившей фамилии, начинающиеся на «А», «Б» или «В» и заканчивающиеся на «ус», но с течением времени и в обычных семьях стали появляться дети с даром. Поначалу они не знали, куда податься с этой своей магией, а затем кто-то из императоров смекнул, что на этом можно заработать, и ввел налог на магию для неаристократии. Хочешь учиться – изволь платить. И в дальнейшем, работая по специальности, плати.

К подобной системе все привыкли, и, хотя недовольных было много, люди продолжали жить по тем законам, которые диктовала им императорская власть. Но восемь лет назад, когда на престол взошел император Арен, среди аристократии и неаристократии начались разговоры, что он собирается поменять устои.

Никто не верил. София в то время училась в Институте прикладных наук на втором курсе и до сих пор помнила, как преподаватель истории Альганны качал головой:

– Да не бывать этому никогда!

Он ошибся. Закон о ненаследственной передаче титулов был принят Советом архимагистров и императором месяц назад – и теперь разрешалось заключать браки между аристократами и обычными людьми. Титул переходил к супругу или супруге, а затем передавался их детям. Правда, пока после указа такой брак заключила только одна пара; по крайней мере, в столице дело обстояло именно так, а как в других городах – София не знала и не интересовалась. После смерти отца ей было не до политики.

Что продавать – квартиру или магазин? А если ничего не продавать, как жить? Долг надо заплатить в течение месяца – так постановил суд. Адвокат сказал, что можно добиться отсрочки на полгода и выплачивать деньги постепенно, но даже это вряд ли спасет их с мамой. Слишком большая сумма. София посчитала – чтобы погасить долг за полгода и при этом остаться с квартирой и магазином, ей с мамой необходимо зарабатывать в четыре раза больше, чем сейчас.

А она сейчас вообще не работала. Беда, как известно, не приходит одна: три недели назад родители двух малышей-близнецов, у которых София была аньян, объявили, что уезжают на юг из-за работы главы семейства, а следовательно, через две недели ее услуги будут не нужны. После этого София уже семь дней искала работу – и не находила.

Влезть в другие долги, занять у друзей и родственников, чтобы заплатить эти? Невозможно. У Эйнара Тали вообще не было родственников – он рос в приюте после гибели родителей, столкнувшихся с демонами Геенны, а у мамы Софии родственников явно недоставало для оплаты столь большой суммы.

Тупик.

Интересно, какой оклад у аньян во дворце? Наверное, приличный, но…

София улыбнулась и покачала головой. Глупо мечтать о том, что ее могут принять на работу во дворец. Она не аристократка, а всего лишь слабый маг с пятилетним стажем (если не считать трех лет практики в самом институте). Во дворец наверняка берут только опытных аньян, у которых «из ушей» торчат рекомендации от предыдущих работодателей. У Софии, конечно, рекомендации тоже есть, но всего лишь четыре. Да, все отличные. Только…

Она, пнув одеяло ногой, вскочила с постели и, топая по деревянному полу босыми ногами, подбежала к зеркалу. Зеркальная поверхность отразила девушку с возбужденно блестящими серыми глазами – как будто у нее температура! – всклокоченными кудрявыми волосами ярко-рыжего цвета – срочно причесать! – красными щеками и острыми, бледными, почти синими дрожащими коленками, которые торчали из-под ночнушки. Щеки покраснели, коленки побелели и дрожат – вот что с ней сделал страх! И… надежда.

А вдруг действительно… получится?


Почти весь гардероб Софии состоял из серых и коричневых платьев. Или серо-коричневых. Хотя… были еще и темно-зеленые, и парочка черных. А зачем ей много светлых, если, работая аньян, вечно пачкаешься? На темном хотя бы грязь не так заметна. Конечно, большинство пятен прекрасно и быстро сводятся магией, а с бытовыми заклинаниями у Софии всегда был полный порядок, но… далеко не все пятна так сговорчивы. А вот дети – практически все очень изобретательны. И лучше поостеречься заранее.

В чем же идти во дворец?

Руки заскользили вдоль тканей. Ее рыжие волосы, конечно, лучше смотрятся с темно-зеленым… Да, пусть будет вот это платье. Шерстяное, темно-зеленое, с длинными рукавами и поясом. В самый раз.

София быстро сбегала в ванную, умылась и, надев платье, заплела в косу непослушные волосы. Мало того что рыжие, так еще и вьются мелкими пружинками, и их столько, что коса получается толстенная, с кулак. Ни у кого из семейства Тали не было таких волос. Кудрявые – да, но не рыжие.


Элиза и Рози Тали

 

Мама и сестры уже сидели на кухне и завтракали. Шестилетняя Рози уныло ела кашу, украдкой поглядывая в центр стола, где красовалось блюдо со сладкими булочками, а Элиза, которой два месяца назад исполнилось двенадцать, жевала бутерброд, глядя в книгу. Она так любила читать, что делала это почти круглосуточно – и мама с Софией давно махнули рукой и перестали пытаться оторвать ребенка от книги хотя бы во время еды.

Но, услышав шаги сестры, Элиза отложила книгу сама.

– Доброе утро, Софи! – сказала она звонко. – Значит, пойдешь? Мама рассказала. Пойдешь, да?

Вокруг ее маленькой головки пушились светло-русые кудряшки, голубые глаза были широко распахнуты, а рот раскрыт от любопытства. Из девочки она постепенно превращалась в девушку, и София с тревогой ждала того дня, когда ей придется метлой отгонять женихов от красавицы-сестры.

Элиза пошла в отца – Эйнар Тали тоже был голубоглазым, светловолосым и настолько красивым, что женщины на него постоянно заглядывались. И обаяние у него лилось через край.

А вот Рози больше походила на маму – темные прямые волосы, чуть смуглая кожа, глаза орехового цвета и родинка над губой. Только вот Синтия была очень худенькой, почти тростиночкой, как и София, а Рози – пухляшка. Отец называл ее «пирожком», а они с мамой и Элизой – «сладкой булочкой».

– Пойду, – кивнула София, садясь на свободный табурет. Айла Тали поставила перед ней тарелку с кашей. – Оно того стоит. Заодно посмотрю, как императорский дворец выглядит… внутри.

– О! – Элиза даже подпрыгнула. – Потом расскажешь! А… вдруг ты увидишь императора?

Софии стало смешно.

– Это вряд ли, Лиз. Не думаю, что он лично занимается подбором кадров. У него совсем другие обязанности.

– А вдруг? И вообще…

– Мам, а можно булочку? – перебила их Рози, достигнув наконец дна тарелки. – Можно, да?

– Можно, – сказала айла Тали и подвинула блюдо с выпечкой поближе к дочери. – Но только одну.

Рози облизнулась и схватила ближайшую булочку, а Элиза продолжила:

– И вообще, как думаешь, для чего им во дворце аньян? Там есть дети?

– Конечно. Во-первых, наверняка дети некоторых слуг живут во дворце – этим, кстати, можно объяснить то, что кандидатам на должность титул иметь не обязательно. А во-вторых, у самой семьи Альго[2] достаточно детей. Дошкольного возраста сейчас принц Александр, сын императора, и принцесса Адель, дочь сестры его величества.

– Может, кому-то из них нужна аньян? – задумчиво спросила Элиза и тоже взяла булочку.

– Вряд ли, – улыбнулась София, принимаясь наконец за кашу. Завтрак она сегодня никак не осилит – слишком уж нервничает. Выпьет только чай. – Я склоняюсь к первому варианту. Аньян для слуг.

Сестра мечтательно вздохнула. Да, среди ее книг истории о принцах и принцессах были самыми любимыми. А еще лучше – об обычных девушках, которые становились принцессами после свадеб с принцами. И пока Элиза находилась в том возрасте, когда факт, что настоящие принцы вообще не могут жениться на обычных девушках, был ей абсолютно не важен.


Сразу после завтрака София, обняв на прощанье маму и сестер, начала строить пространственный лифт на Дворцовую площадь.

Во все времена маги и немаги мечтали научиться быстро переноситься в другое место, и лучше – при помощи специальных кабин. Кабины для писем (почтомаги) или небольших грузов существовали, а вот перенос человека пока считался невозможным. Насколько София знала, разработки на эту тему велись артефакторами, но о каких-либо открытиях пока не объявлялось.

Перенестись возможно было не в любое место, а только в разрешенное. В каждом доме существовала комната для переноса (обычно ею делали прихожую), и гостям, перед тем как переноситься, требовалось получить допуск. Да и в городе нельзя было просто «возникнуть» посреди улицы. В Грааге, в разных концах столицы, имелось пять площадок для пространственных переносов. Одна из них находилась на Дворцовой площади, оттуда можно было попасть в императорский дворец несколькими путями. София предпочла прогулку по Дворцовой набережной вдоль реки. Зимой там слишком холодно, но сегодня погода была теплой, и она решила прогуляться. Да и время еще имелось.

– Удачи, – прошептала Синтия Тали, нервно блестя глазами. София видела, что мама очень на нее надеется, да и сама она испытывала похожие чувства, хотя понимала, что, скорее всего, их попытка окажется напрасной.

Кивнув матери и вписав в формулу пространственного лифта константу перемещения, через несколько томительных мгновений София оказалась на Дворцовой площади. В лицо ударило яркое весеннее солнце, послышался птичий гомон, чей-то веселый смех, и воздух был таким легким, невесомым… Каким же замечательным теплом началась эта весна!

София, сойдя с каменной площадки для переноса, двинулась через площадь к набережной, продолжая размышлять о своем.

Конечно, она хорошо знала этикет аристократов – все аньян обязаны знать его независимо от собственного происхождения, – но как именно подбирались кадры во дворец, София не имела понятия. Это же совсем разные вещи – обслуживающий персонал для императорской семьи и для служащих. Подбором занимаются разные люди? Или одни и те же? А насколько сильно отличается зарплата аньян венценосных детей от аньян обычных ребятишек?

София улыбнулась и покачала головой. Наверняка разница существенная… но венценосная семья – вряд ли про ее честь. Если стать аньян для детей слуг шанс еще имелся, то мечтать воспитывать наследников Альго совсем глупо. Даже несмотря на закон, принятый месяц назад.

София хорошо помнила, что предшествовало событию. Впрочем, помнила не только она – вся страна до сих пор гудела от споров и сплетен. Ничего удивительного – во время празднования Дня Альганны императора чуть не убили за его желание реформировать общество. Он спасся, уничтожив заговорщика на глазах тысяч людей – в том числе это видели мама Софии и Элиза. А потом выполнил все обещания, приняв закон о ненаследственной передаче титулов. Аристократия в своем большинстве была этим крайне недовольна, поэтому София очень сомневалась в возможности устроиться аньян императорской семьи. Даже если его величество терпим к нетитулованным магам… То, что заговор против императора возглавил его собственный брат, говорило о многом. Значит, не все Альго поддерживают Арена. И стоит ли нарываться на конфликт ради какой-то аньян? Гораздо проще взять на работу аристократку. Так можно хотя бы избежать ссор в семье.

София понимала, что рассуждает об этом исключительно потому, что нервничает. Толку гадать, если в ближайшее время она все увидит и узнает сама? Окруженный парком императорский дворец приближался, и она, невольно выпрямив спину и бледнея – веснушки на лице становились ярче с каждым шагом, – поправляла сумку с документами и… молилась.

«Защитница, помоги, прошу! Помоги не ударить в грязь лицом, не смущаться и… получить эту работу! Нам она так нужна…»

Дворец из светлого камня, похожего на чистейший белый снег, впервые в жизни пугал Софию до дрожи в коленках. Раньше она им восхищалась… но только не в эти секунды.

– Все будет хорошо, все получится, – шептала она себе под нос, то ли веря, то ли не веря в собственные слова, и сердце билось неровно и взволнованно. – Даже если не выйдет, ты хоть увидишь, что там внутри, потом будешь внукам рассказывать…

«Каким внукам? Если вам с мамой придется продать магазин или квартиру, до внуков ты можешь и не дожить».

София упрямо вздыхала, морщась от собственных сомнений, сильнее стискивала зубы и шла вперед.

Она действительно хорошая аньян, действительно! Лучшая на курсе! У нее обязательно получится. Обязательно!


Войти в императорский парк оказалось не так просто – возле ворот находился пост охраны. Пришлось назвать себя, сообщить, зачем ей надо во дворец, показать необходимые документы, расписаться в ведомости, получить пропуск и сопровождающего.

Сопровождающий – веселый вихрастый мальчишка лет четырнадцати, почти такой же рыжий, как сама София, одетый в чистый костюм цвета весенней листвы, дождавшись, когда они отойдут подальше от поста охраны, поинтересовался, едва ли не подпрыгивая от нетерпения:

– А вы на работу, да? Устраиваться пришли?

Она кивнула:

– Да. Я аньян.

– О-о-о! – протянул мальчишка, почему-то важно надувшись. – Здорово. Я – Томаш Риль, сын поварихи Шильды Риль. Бегаю по мелким поручениям. А вас как зовут?

– София Тали. Аньян нужна детям слуг, не знаешь?

Томаш надулся сильнее.

– Сами увидите. Не буду ничего говорить, мало ли, потом еще отругают… Главное – не бойтесь. Он не любит, когда боятся.

«Он?»

– Он? Это кто?

Томаш усмехнулся, отворачиваясь.

– Увидите.

«Может, какой-нибудь дворцовый управляющий? – подумала София, хмурясь. – Кто-то же должен отвечать за слуг. Хотя аньян не совсем служанка…»

София так погрузилась в свои размышления, что красоты окружающего парка почти не замечала. Ближе к концу их недолгого (минут пять) пути с Томашем она обнаружила, какие вокруг красивые сосны – с длинными иголками и большими шишками. На одной сидела маленькая белочка в серой пушистой шубке и с громким треском что-то грызла.

Дорожки под ногами были усыпаны мелким гравием, возле бордюра уже начинала пробиваться ярко-зеленая весенняя травка. А уж птицы выводили такие трели, словно пели в лесу, а не в городе.

– Удачи, – дружелюбно сказал Томаш, перед тем как оставить Софию. Они успели войти в небольшие деревянные двери с вырезанной на них виноградной лозой, и мальчишка сразу убежал. Зато перед Софией появился слуга, на этот раз взрослый мужчина в темно-синей форме с серебряными пуговицами.

– Айла Тали? – дождавшись ее кивка, слуга продолжил: – Следуйте за мной, я вас провожу.

Вход действительно был не парадный – обычная широкая каменная лестница, покрытая темно-бордовым ковром, на стенах – немагические светильники. Постоянно сновали слуги – туда-сюда. Форма у них была в основном темно-синей, но попадалась и белая, и зеленая, как у Томаша, и голубая. Софии очень хотелось спросить, что все это значит, но она не решилась. Она ведь здесь не работает, так что вряд ли ей ответят.

Поднявшись примерно на уровень третьего этажа, слуга толкнул еще одну дверь – на этот раз стеклянную – и вошел в помещение круглой формы со множеством двустворчатых дверей. Лифты!

Нажав кнопку со стрелочкой «вверх», мужчина сказал, обращаясь к Софии:

– Кроме вас еще четыре кандидатки, их уже принимают.

Сердце на секунду остановилось.

– Но я ведь не опоздала?..

– Нет, разумеется. Просто они пришли чуть раньше. Две уже успели уйти.

– Их… не взяли?

Служащий пожал плечами:

– Нам не докладывали. Но раз не дают отбой и принимают новых кандидатов, значит, окончательное решение еще не принято. – Он покосился на Софию и сказал то же, что и Томаш: – Главное – не бойтесь.

И только она открыла рот, чтобы поинтересоваться, почему ей уже второй раз говорят про страх, как двери одного из лифтов открылись.

Из них вышли две молодые девушки в синей форме. Обе в передниках, с волосами, убранными под белые чепчики.

– Я за выходные, думала, с ума сойду, – жаловалась одна другой. – И как Матильда ее терпит? Что ни сделай – все не так!

Вторая захихикала:

– Чашки-то не била?

– Нет, – фыркнула первая. – С тех пор как его величество вмешался, она перестала бить посуду. Видимо, теперь не интересно.

Девушки, смеясь, вышли из лифтовой, и София услышала голос сопровождающего:

– Заходим, айла.

Она шагнула в лифт.

Внутри все оказалось кипенно-белым, только под ногами – темный пол без ковра. Единственное «украшение» – панель с номерами этажей от минус третьего до двадцать пятого.

Слуга нажал на кнопку с цифрой «пятнадцать», двери закрылись, лифт чуть погудел – и двери вновь открылись.

– Выходите.

Вот теперь перед ней явно было помещение не для слуг. Длинный и светлый коридор – правда, светильники все равно не магические, – стены, обитые панелями из светлого дерева, под ногами золотой ковер с густым ворсом и периодически попадающиеся охранники в алой форме.

«Аньян для слуг? – подумала София и сглотнула слюну, ставшую неожиданно вязкой. – Здесь живут точно не слуги…»

Возле дверей, рядом с которыми остановился ее сопровождающий, навытяжку стояли два охранника. Статные, высокие, широкоплечие, еще и архимаги, если судить по нашивкам на форме. Неужели такие люди охраняют обыкновенных кадровых служащих дворца?

 

– Еще одна аньян. Пропустите?

Охранник сделал шаг вперед, поводил руками перед Софией, уделив особое внимание сумке, и кивнул, когда закончил осмотр.

– Да, пусть заходит.

– Удачи, айла, – пожелал сопровождающий, открывая двери. Потрясающие, кстати, двери. Художник явно постарался, вырезая на них огонь и огромного золотого орла.

Золотой орел? Герб Альганны, птица-покровитель императорской семьи… Куда ее ведут?

Видимо, София застыла на пороге, потому что один из охранников, понимающе улыбнувшись, легко подтолкнул ее ладонью в спину. Девушка шагнула вперед и огляделась.

Не слишком большое помещение с четырьмя диванами из светлой кожи – на двух из них сидели женщины, они явно были аристократками. Картины на светлых стенах, большой шкаф, заполненный какими-то папками, за длинной высокой стойкой – строгая дама с седыми волосами, заколотыми в пучок.

Двери за Софией закрылись с тихим стуком, и женщина подняла голову.

– Добрый день, – произнесла она невозмутимо, на ее лице нельзя было заметить даже тени каких-либо эмоций. – Присаживайтесь, куда хотите. Вас скоро позовут.

– Здравствуйте… – выдохнула София. Опустилась на ближайший диван – слава Защитнице, он был свободен – и обвела глазами присутствующих.

Зря она это сделала. Аньян-аристократки смотрели на нее примерно так же, как смотрят на раздавленных мух – с легкой брезгливостью.

«И ведь наверняка у них есть родовая магия, в отличие от меня, – подумала София с тоской. – Возможно, у кого-то эта магия основана на умениях управляться с детьми… Почему бы и нет, я о подобной слышала…»

Она опустила голову, чтобы не встречаться с соперницами взглядом. Только настроение портить. Закон-то, может, и принят, но презрительное отношение к нетитулованным магам из голов аристократии так быстро не выбьешь.

– Айла Тали, – услышала София голос седой женщины, сидевшей за стойкой. – Заходите, вас ждут.

Она медленно поднялась, ощущая, как сильно дрожат колени. Дверь – снова резная и снова с золотым орлом, только парящим над Граагой – находилась справа от нее. А что за дверью?..

Что ж, сейчас она это увидит.

И София, глубоко вздохнув, взялась за ручку.


За дверью оказалась довольно-таки большая комната со множеством книжных шкафов из темно-вишневого дерева и светлым полом без ковра, настолько блестящим, что в нем отражалась окружающая обстановка. Под высоченным потолком висела хрустальная люстра – не магическая, но очень красивая, словно сделанная изо льда. Прямо под люстрой полукругом стояли несколько диванов, обитых темно-коричневой кожей, а на них сидели двое детей – девочка лет семи и мальчик лет трех. София скользнула по ним взглядом, подняла глаза – увидела огромное окно во всю стену, за которым виднелась залитая ярким солнцем столица. Возле окна стояли письменный стол, кресло, а рядом с креслом разговаривал по браслету связи мужчина.

Софию обдало паническим холодом, от смущения и волнения мгновенно сменившимся жаром в груди.


Арен Альго


Она прекрасно помнила, как выглядит император, и узнала его сразу.

– Винсент, назначьте заседание комиссии завтра на шесть вечера, – говорил его величество, и перед ним клубилось серое облачко – чья-то проекция, скрытая от посторонних глаз. – В крайнем случае – на семь. Состоится оно здесь, у меня в кабинете. Кроме пяти членов комиссии я прошу вас пригласить артефактора Рона Янга и заместителя главного врача Императорского госпиталя Эн Арманиус. Номера их браслетов возьмите у моего секретаря.

Забыв о панике, София глядела на императора во все глаза.

Такой же стройный и статный, высокий и широкоплечий мужчина с темными волосами и очень красивым профилем, как на портретах в журналах и газетах. София обожала рисовать, и ей тут же захотелось набросать этот профиль. Особенно прекрасен был нос – точеный, словно принадлежал не живому человеку, а изысканной скульптуре.

Смуглую кожу щек и рук великолепно оттенял белый мундир с золотыми пуговицами – нет, она точно нарисует его, когда вернется домой!

– Садитесь, – услышала София тихий детский голос и вновь посмотрела на детей. Говорила девочка. – Сейчас… Папа скоро освободится.

«Папа…»

Защитница! Значит, перед ней принцесса Агата и принц Александр, дети императора.

София вздохнула, пытаясь унять волнение, и, подойдя к дивану, где сидели наследники, опустилась на сиденье рядом с ними.

Темноволосые и кареглазые Агата и Александр смотрели на нее вдумчиво и серьезно, и София невольно отметила, что они оба безумно похожи на своего отца.

– Меня зовут София Тали, – сказала она так же негромко, как недавно Агата. – А как вас зовут, я знаю. Значит, это вам нужна аньян?

– Да, вы правильно поняли, Винсент, – донеслось справа от окна, где по-прежнему стоял император. – Артефактор и врач, верно. Завтра узнаете.

– Нам. – Агата придвинулась чуть ближе к Софии, и Александр сделал то же самое. – Но пока нам никто не понравился.

Софии вдруг стало смешно, она улыбнулась и ощутила, как постепенно растворяется страх.

В конце концов, чего бояться? Ее здесь точно не съедят. Император, раз принял закон о ненаследственной передаче титулов, лояльно относится к неаристократам, а дети… дети – всегда дети, и не важно, какую фамилию они носят.

Эти ребятишки были почти такими же, как сотни других, встречавшихся Софии – если не считать слишком серьезных и вдумчивых глаз.

– Значит, вы сами выбираете себе аньян? – сказала она весело. Наследники тоже улыбнулись – оказалось, что у Агаты не хватает парочки верхних зубов. Эта щербатая улыбка уничтожила остатки страха, и Софию залило приятным теплом. – И как много было кандидаток?

– Очень много, – ответила Агата, а Александр согласно закивал. Интересно, он разговаривает? – Сначала нам мама выбрала аньян, но… Она была плохая. Мама выбрала другую, и опять… Поэтому за дело взялся папа. Вместе с нами. Он нам обещал, что возьмет только ту аньян, которая всем понравится.

Император у окна что-то говорил, но София уже не слушала, полностью переключившись на детей.

– Вы мне нравитесь, – сказала она совершенно искренне. – Но я не обижусь, если вы выберете не меня, честное слово. По правде говоря, я – не самая лучшая аньян для наследников.

– Почему? – спросили хором оба ребенка. Ага, значит, Александр тоже разговаривает. Просто верховодит у них Агата.

– Ну, я же не аристократка, а ваша аньян должна появляться вместе с вами на официальных церемониях. Неаристократка с наследниками – это немного странно. Честно говоря, я думала, что во дворец требуется аньян для детей слуг, а тут вон что оказалось…

– Ничего странного, – возразила Агата, замотав головой, и ее брат сделал то же самое. Повторюшка. Значит, дети очень дружны. – Папа говорит, что все мы – просто люди, только у каждого свои обязанности. Кто-то император, кто-то повар, но всех надо уважать.

София невольно покосилась на его величество, который, кажется, уже заканчивал разговор. От услышанного ей стало легко и приятно, а в сердце – немного жарко.

– А аристократизм или его отсутствие – это ерунда, и со временем предрассудки изживут себя, – продолжала Агата. – Вот! Вы ведь знаете этикет, айла Тали?

– Конечно, – кивнула София, вновь переводя взгляд на детей. – Но я довольно слабый маг, ваше высочество. Вам, наверное, нужна…

– Нам же требуется аньян, а не охранник, – вновь улыбнулась Агата своей щербатой улыбкой. И, вскинув голову на отца, который наконец повернулся к ним, завершая разговор, воскликнула: – Пап, мы хотим ее!

Александр энергично закивал, а София так удивилась, что даже не испугалась.

Император поднял брови, улыбнулся, и София, посмотрев на него, вздрогнула – черные глаза с неестественно широкой радужкой выглядели очень странно и немного пугающе. Она знала, что у всех императоров глаза становились такими после обряда коронации, да и на портретах видела, но оказалось, что в жизни это производит совсем иное впечатление. Далеко не самое приятное.

Но это чувство быстро ушло, когда его величество, рассмеявшись, сказал:

– Однако как много всего тут произошло, пока я говорил по браслету связи! Вы – София Тали, верно?

София кивнула, невольно нахмурившись – имя-то он откуда знает?..

Император словно услышал этот вопрос.

– Я попросил секретаря пригласить именно вас, потому что мы с детьми уже достаточно насмотрелись на аристократок. Вы первая из нетитулованных аньян, которая решилась прийти во дворец. Агата, Александр… – Его величество, продолжая улыбаться, посмотрел на детей. – Бегите к себе, а я пока побеседую с айлой Тали.

– По-взлослому? – уточнил Александр, чуть картавя, и Софии захотелось рассмеяться, но она сдержалась.

– Именно.

Дети синхронно кивнули, вскочили с дивана и, взявшись за руки, пошли к выходу.

– Удачи, айла Тали! – сказала Агата уже на пороге, и Александр повторил за ней:

– Да, удачи!

– Спасибо, – поблагодарила наследников София, не отрывая взгляда от императора, который сел на диван напротив нее.

Двигался его величество как крупный хищник – плавные скупые движения завораживали, и Софии в который раз захотелось его нарисовать.

1Так в Альганне называют гувернантку или няню. – Здесь и далее примеч. авт.
2Фамилия правящей династии, единственная аристократическая фамилия без окончания «ус».

Издательство:
АЛЬФА-КНИГА
Книги этой серии:
Поделиться: